Убийства, теракты, катастрофы. По следам кровавых преступлений

Как бы странно ни звучали подобные версии, следователи их принимали в расчет и тщательно проверяли. Однако в итоге пришли к тому, что наиболее правдоподобной выглядит совсем другая версия, причем самая простая из возможных. Если коротко, то на подмосковных трассах действует не группа маньяков и не команда террористов-диверсантов, а классическая бандитская группировка. И свои нападения на водителей эта группировка совершает исключительно по корыстным мотивам.

Как это нередко бывает в современном мире, пресса предпочла увидеть сенсации там, где им места не было. Ведь гораздо соблазнительнее представлять преступников некими демонами криминального мира, носителями каких-то идей, участниками мистических культов. Такая информация лучше продается. Но чаще всего за действиями преступников — действиями часто изощренными, продуманными, хорошо организованными — стоит банальная жажда наживы, которая и толкает их на злодеяния.

Так и с группировкой, которую журналисты окрестили «бандой ГТА». Кстати, бандиты даже не подозревали о существовании компьютерной игры с таким названием и не могли копировать действия игроков. Наоборот, это сценаристы компьютерной игры скопировали уловки, мотивы и действия обычных банд. Возможно, необычное восприятие бандитизма на больших подмосковных дорогах связано с тем, что именно для России наших времен, достаточно благополучной и цивилизованной, такое вторжение басмачей из прошлых времен совсем не характерно.

Бандиты совершали жестокие разбойные налеты, убивали людей, стараясь не оставлять свидетелей. Возможно, их вожаки и пытались навязать подручным некое подобие идеологии, чтобы легче ими управлять и оправдывать свою жестокость. Но главной пружиной их зверских поступков оставалась жадность, желание завладеть чужим имуществом, не останавливаясь ни перед чем. Что же касается странностей поведения бандитов в отдельных ситуациях, то это объяснялось не их убеждениями и принципами, а некоторыми внутренними особенностями данного преступного формирования, характером главаря.

Именно версия о корыстном мотиве стала преобладающей в работе следствия уже спустя примерно две недели после начала расследования. Дальнейшие события показали истинность выбранного пути.

Одновременно следователи окончательно убедились, что они имеют дело именно с серией разбойных нападений одной преступной группы, а не с рядом отдельных эпизодов с участием разных лиц. Для этого были задействованы разработанные и отточенные за многие десятилетия криминалистические методы, основанные на анализе поведения преступников, определения характерного для них почерка.

Значение имело все — сходство метода совершенных преступлений, места, где происходили нападения, используемое оружие. Криминалистическая экспертиза установила, что преступная группа владеет как минимум девятью пистолетами, которые в разных сочетаниях — по два, по три — применялись при совершении практически всех преступлений. Это было одним из аргументов в пользу того, что перед нами именно банда, как бы ее члены себя ни называли — «бригада» или «община», «джамаат».

В ходе этого анализа сложилось представление о том, сколько человек может быть в составе этой банды — от пяти до десяти. При этом не вызывало никаких сомнений, что все эти бандиты, сколько бы их ни было, действуют под руководством своеобразного мозгового центра — им мог быть как один человек, так и группа лидеров. Только этим можно объяснить скоординированность спланированных действий ночных налетчиков.

Банда. В Россию за добычей

Тем временем Рустам Усманов, как звали главаря по его поддельному паспорту, вернулся к своему повседневному бытию — к обязанностям охранника на даче высокопоставленного чиновника в поселке Удельная все того же Раменского района — с большим загородным домом хозяев и небольшим домиком для прислуги. Здесь главарь банды проживал и работал уже третий год. Лучшее прикрытие и придумать трудно — никому не пришло бы в голову искать следы кровавых убийств за охраняемым забором, фактически — в семье ответственного работника юстиции. Да и сами респектабельные хозяева в страшном сне не могли представить, чем на досуге занимается их предельно вежливый, услужливый и скромный мажордом.

Респектабельные хозяева в страшном сне не могли представить, чем на досуге занимается их предельно вежливый, услужливый и скромный мажордом.

Еще один установленный оперативным путем родственник Усманова, как позже выяснилось — его брат, также по поддельному паспорту Джамшеда Исмоилова трудился сторожем и следил за порядком в доме в поселке Поздняково Красногорского района. Дом принадлежал интеллигентной семье известных всей округе врачей, и никто бы не стал здесь искать убийцу и разбойника. Соседи знали прислужника, приехавшего из Центральной Азии, как вежливого, предупредительного и очень исполнительного молодого человека.

Вот так приличные семьи и их особняки в Подмосковье стали убежищем для особо опасных преступников.

Вот так приличные семьи и их особняки в Подмосковье стали убежищем для особо опасных преступников. Представьте, как сильно удивились хозяева, их гости и знакомые, когда вдруг узнали, кому доверили охранять не только имущество, но и спокойствие семей. Волки ночных трасс старались выглядеть настоящими овечками, кроткими и услужливыми. Они стремились угождать своим хозяевам и каждым жестом показывали, как дорожат своей работой. Это ведь совсем другое дело, а не дворники и разнорабочие на стройках столицы, как большинство их земляков-гастарбайтеров.

История «банды ГТА» началась весной 2012 года, когда братья Усманов и Исмоилов вновь, уже в который раз, пересекли границу России. В прежние приезды они тоже, как и многие другие граждане Узбекистана и других стран Средней Азии, пытались заработать побольше денег относительно честными способами. Возможно, именно после таких безуспешных попыток старший брат решил подучиться настоящему бандитскому ремеслу или повысить квалификацию у себя на родине или в соседних краях.

Рустам Усманов, он же Ибайдулло Субханов

Дело даже не в последующих показаниях членов банды, а в очевидном для следствия наличии богатого криминального опыта у главаря Усманова. Он поддерживал дисциплину в банде и натаскивал, тренировал бандитов ровно так же, как его самого натаскивали и тренировали в какой-то из среднеазиатских банд. Возможно, его бывшая банда распалась или была разгромлена властями или конкурентами, но сам он и позже отличался осторожностью, умением прятаться и ускользать с места преступления.

Судя по всему, младший брат учитывал уроки негативного опыта этнических группировок на родственных связях, когда все друг друга знают, а потом сдают. Поэтому в последний свой приезд в Россию Ибайдулло Субханов, уже можно назвать его настоящим именем, взял с собой только одного родственника — старшего брата. Холик Субханов по своему более мягкому характеру играл роль типичного хитроумного «консильери» при авторитарном боссе, подавляющем волей остальных бандитов.

Границу России братья Субхановы пересекли по настоящим паспортам, что позволило следствию позже установить их подлинные имена по отпечаткам пальцев в миграционной базе. А вот в Москве и области братья использовали привезенные поддельные паспорта, по настоящим именам их никто не знал. Осталось только найти среди множества гастарбайтеров будущих членов банды, собрать «бригаду», в которой уже никто из сообщников не знал настоящих имен двух братьев.

Джамшед Исмоилов, он же Холик Субханов

На этот раз братья очень серьезно подошли к подбору кадров. Прежний опыт подсказывал, что работать с неадекватными типами, наркоманами опасно, быстро подставят и сдадут. Поэтому никто из тех, кто после 2012 года попал под влияние главаря, раньше не имел проблем с законом. В Москву эти мигранты ехали не для того, чтобы убивать и грабить людей. Но на момент встречи с Усмановым все они ощущали себя неуверенно в здешней реальности, не могли найти свое место. Им казалось, что заработки чернорабочего не стоят таких усилий, хотелось побольше и побыстрее. И тут на их горизонте появлялся солидный человек с предложением солидного заработка в обмен на подчинение.

Ибайдулло был прирожденным лидером — курбаши, хорошо чувствующим людей, своих земляков. Он безошибочно находил тех, кто готов беспрекословно подчиниться и признавать его безоговорочный авторитет. А взамен решал за них все бытовые и «рабочие» проблемы — связь, жилье, автомобили, работа для прикрытия. Наставлял во всех делах, вплоть до мелочей — как разговаривать по телефону, как вести себя в той или иной ситуации. Приезжие полностью попадали под его влияние вплоть до участия в убийствах, хотя для этого нужно нечто большее, чем опека в быту. Нужна слепая вера.

Фазлитдин Хасанов

Фальшивый Усманов также искусно выдавал себя за истинного мусульманина, глубоко верующего человека. И требовал того же от всех завербованных в банду, которую, по его настоянию, именовали «джамаатом», то есть религиозной общиной. Все, кто входил в эту «общину», должны были вовремя совершать намаз, регулярно читать Коран и соблюдать внешние ритуалы жизни правоверных мусульман. О том, как следование заветам пророка соотносится с убийствами и грабежами людей на больших дорогах, вновь обращенные преступники не задумывались — за них думал и все решал главарь. Ведь главное для профана в делах веры — во всем следовать авторитету.

В 2012 году, вскоре после приезда в Россию, братья Субхановы оказались в подмосковном поселке Ганусово, где с помощью земляков устроились охранниками в один из особняков. Через других земляков они познакомились с Фазлитдином Хасановым. Тот рассказал, что тоже работает охранником в доме очень уважаемой семьи заслуженных врачей. Похвастался, что недавно его хозяева продали другой дом в Удельной очень большой шишке в органах, его на дачу с мигалкой и охраной возят. Теперь там у них живет сестра Фазлитдина в качестве домработницы.

Младший Субханов мгновенно понял всю выгоду этой ситуации для своих криминальных планов. Он сразу же решил жениться на сестре нового знакомого. Что на родине у него осталась семья, его не смущает — мусульманин имеет право иметь четырех жен. Вступив в новый брак, переезжает в загородный дом генерала от юстиции, становится там сторожем и помогает по хозяйству.

Тем временем семья врачей переезжает в новый особняк — вместе с ними туда следует Хасанов с новым свойственником Субхановым-старшим. Сам Фазлитдин превращается в главного оружейника банды, изготавливает под носом у ничего не подозревающих хозяев смертоносные «игрушки», а еще те самые шипы «куриные лапки», которые будут подбрасывать под колеса жертв.

Там же, в частном доме в поселке Ганусово Раменского района, начался отсчет кровавых преступлений банды. Первыми жертвами братьев Субхановых стали двое земляков из Узбекистана, зарабатывающих в Москве частным извозом. Это к вопросу о заявленной «борьбе с неверными» так называемого «джамаата». Таксисты познакомились с братьями в Москве вскоре после их приезда. Они и подумать не могли, что знакомство с обычными гастарбайтерами станет для них роковым.

Таксисты отправились не по названному маршруту, а куда дальше — на тот свет.

Оба убийства были совершены по одной и той же схеме — Субхановы просили таксистов довезти их куда-нибудь далеко за пределы Московской области. В одном случае конечной целью была названа граница с Украиной, в другом — Ставропольский край. Но таксисты отправились не по названному маршруту, а куда дальше — на тот свет. Одного братья перед отъездом пригласили попить чаю в доме, который охраняли. Там же на участке зарыли труп после того, как задушили. Второго земляка по дороге попросили остановиться в подмосковном лесу, который и стал местом захоронения убитого «извозчика». Так у будущей банды появились первые автомобили.

Преступление представили как акт возмездия, а заодно дали понять членам «джамаата», что их судьба — полностью в руках главарей. Так начался кровавый путь «банды ГТА».

Позже Субхановы расскажут своим подручным об этих убийствах и объяснят действия так. Первый таксист раньше служил в узбекской милиции и нарушал права верующих. Ну а второй — просто «не соблюдал Коран». Преступление представили как акт возмездия, а заодно дали понять членам «джамаата», что их судьба — полностью в руках главарей. Так начался кровавый путь «банды ГТА».

Следователь. «Мы взяли время в долг»

Весь сентябрь напряженное ожидание сохранялось и на службе, и вокруг — в обществе. Следователи сами выезжали на места преступлений и к коллегам в область, их коллеги рассказывали о продолжающихся проверках на дорогах. Поэтому у следователей возникло обостренное чувство времени, то самое, о чем слова песни про «пули у виска». Они чувствовали, что время для поисков и раскрытия преступлений — буквально, по выражению самого Стадникова, «взято в долг у бандитов». И этот долг затраченного времени они собирались очень скоро отдать бандитам с большими процентами, вплоть до пожизненного.

Стадников и все члены следственной группы понимали, что их выбрали для этого дела только потому, что считают самыми опытными и способными быстро раскрыть дело. Не оправдать такое доверие коллег… дело даже не в возможных упреках или выговорах. Сам себя перестанешь уважать.

Можно сказать привычным газетным штампом, что бремя ответственности было огромным, — но словами не передать этого состояния особой, сдержанной на слова мобилизации, когда ты защищаешь все и всех, кто тебе дорог. Времени не хватало ни на что другое — все, кто входил в группу, забыли о досуге, общении с семьями, даже на сон — только самый необходимый минимум, часа четыре, иногда прямо в рабочем кабинете. Иногда после успешных находок можно было позволить себе на час-другой больше. Рабочий день завершался далеко за полночь и начинался с рассветом.

Личные эмоции оставались строго за рамками уголовного дела, а на первом плане было изучение огромного объема информации. Стадников не ограничился только рассмотрением убийств, предположительно совершенных разыскиваемой бандой. В поле внимания попадают все подобные преступления, которые в последние годы совершались в Москве и в соседних областях. Преступники могли орудовать не только в Подмосковье и не только по ночам — поэтому нужно суметь охватить взглядом широкий круг криминальных явлений.

Личные эмоции оставались строго за рамками уголовного дела, а на первом плане было изучение огромного объема информации.

Собранных к началу работы следственной группы материалов было много — около 30 томов, и каждый день работы добавлял новые тома. Несколько тысяч вещественных доказательств — начиная от гильз, пуль, тех самых шипов на большой дороге. Плюс к этому — пакетики с малыми частицами всего, что похоже на образцы биологического происхождения — пот, слюну, кровь. И заканчивая самими автомобилями с проколотыми шинами и пробоинами от пуль. Все это нужно было еще заставить послужить делу поиска преступников.

На тот момент насчитывалось уже 14 известных эпизодов убийств и нападений. Жертв было еще больше. Хотя некоторым посчастливилось остаться в живых. Этих людей допрашивали, вывозили на место, помогали вспомнить и старались не упустить ни одной детали. Все равно достоверных сведений, на которые можно было бы твердо опереться при поиске преступников, было очень мало. Потерпевшие были настолько оглушены и испуганы во время внезапных налетов, что вообще мало что запомнили. Поэтому следователи по каждому эпизоду уголовного дела изучали не только все имеющиеся материалы, но запрашивали все материалы по косвенным связям, которые только можно найти в сводках, базах данных и архивах оперативных служб, в судах, в органах дознания, всюду, где могло быть что-то, способное пригодиться в ходе расследования.

Еще и еще раз вместе проанализировали материалы каждого эпизода дела. Например, самый кровавый и самый нашумевший еще в декабре 2013 года эпизод. Четыре человека — бригадиры грузчиков — были ночью расстреляны в крошечном вагончике, где проживали. Вагончик стоял у железнодорожной платформы «Лось» на севере Москвы, Ярославское направление.

Вагончик грузчиков у железнодорожной платформы «Лось» на севере Москвы

Преступники забрали с собой сумку бригадиров, не тронув больше ничего из имущества. Объяснялось это просто — накануне убитые должны были получить зарплату на своих подчиненных за минувший месяц работы. Деньги они всегда хранили в этой клеенчатой сумке.

Все указывало на то, что разбойники прекрасно ориентировались на местности, знали внутреннее устройство вагончика и привычки своих жертв, очень даже возможно, что были с ними знакомы. Но на этот раз вышла промашка. Зарплату для строительных бригад по каким-то причинам не выдали. В сумке оказалась рабочая одежда, кроссовки, термосы.

Получилось, что людей убили без видимого мотива. И эта бессмысленность жестокого убийства потом дала почву для обсуждения самых фантастических мотивов, а не корыстных, как было на самом деле.

Тем не менее при анализе материалов дела все указывало на то, что преступление было тщательно спланировано заранее. Кто-то из подчиненных или знакомых убитых бригадиров был, вероятнее всего, знаком и с бандитами. Это указывало на поиск среди трудовых мигрантов — приезжих из Узбекистана или Таджикистана. Внимательное сопоставление этого эпизода с таким же нападением на строительный вагончик в Калужской области в 2008 году укрепило следователей в уверенности, что искать нужно в этом направлении.

Да, в некотором смысле бандиты погорели на своей жадности. Если бы они сразу все залегли на дно и не совершили разбойного нападения на АЗС в сентябре 2014 года, то найти их было бы сложнее. Но все равно бы нашли, может быть, на месяц позже. Все равно круг поисков, сначала предельно широкий, постепенно сужался сразу по нескольким направлениям. Был определен пусть очень широкий круг автомашин, зафиксированных на трассах в дни убийств, но из них далеко не все были зарегистрированы на граждан азиатских республик.

Круг сужался сильно, а в руках следствия был генетический материал одного из убийц. Или же помог бы тот небольшой отпечаток пальца, который при первой попытке пробить по дактилоскопической базе миграционной службы не дал однозначного соответствия. Пришлось бы работать с сотнями вариантов, но и из них нашли бы более узкий круг подозреваемых, а затем вышли бы на преступников. Не нужно забывать, что в эти два месяца на расследование дела были мобилизованы буквально все оперативные службы и органы юстиции. Так что реальных шансов залечь на дно и избежать поимки у бандитов не было. Был только шанс пролежать на этом дне немного дольше.

Можно задать еще один сугубо теоретический вопрос. А что, если бы бандиты вообще не совершали ошибок, не оставили бы отпечатка пальца или генетического материала на оброненной перчатке или же убивали бы всех без исключения жертв? Во-первых, и это не спасло бы от усилий огромной системы. Во-вторых, именно эта банда может считаться самой осторожной и чуть ли не самой дисциплинированной из преступных группировок последнего времени. Поэтому их и не могли раскрыть на уровне районных или областных органов. Так что вопрос о преступниках, действующих практически без ошибок, был поставлен и решен в кратчайшие сроки не теоретически, а практически.

Самое главное, что настоящие преступники, движимые жадностью и хитростью, а вовсе не разумом, не могут не делать ошибок. Уже сама их бандитская жизнь — сплошная ошибка. Чтобы противостоять работающей системе из умных и честных профессионалов, нужно быть безупречными во всем, а как писал поэт — «гений и злодейство несовместны». Не нужно верить фантазиям детективных авторов о преступных «гениях» типа Мориарти. Потому что полноценная личность с «царем в голове» никогда не станет унижать себя преступлениями, даже мелкими. А даже самый хитрый главарь не сможет удержать от жадности и глупости своих подручных, набранных по принципу: главное — не думать самим.

Самое главное, что настоящие преступники, движимые жадностью и хитростью, а вовсе не разумом, не могут не делать ошибок. Уже сама их бандитская жизнь — сплошная ошибка.

Преступники не могли не попасть в поле зрения мобилизованной системы. И в этом конкретном случае попали в аналитический прицел следствия и в сети оперативников очень быстро даже по средним меркам раскрытия такого рода тяжких преступлений.

Следователь Алексей Стадников теперь часто вспоминает именно этот момент своей профессиональной биографии:

— Тогда сразу все — и я, и следователи моей группы, и оперативники — поняли: вот это оно… Не осталось сомнений, что в наших руках члены «банды ГТА». Но чтобы никто из их сообщников не ушел от ответа, пришлось пойти на риск.

Только совесть, которую не успокоишь заслуженными наградами, будет напоминать, что дело не доведено до окончательного и бесповоротного завершения.

Как поступить, когда следователи выходят на след банды, состоящей из нескольких человек, а возможно — десятков? Вычислив некоторых бандитов, они оказываются перед непростым выбором. Либо быстро взять тех, кто есть, отчитаться перед высшим руководством о быстром раскрытии серии убийств… А потом всю жизнь жалеть, что кто-то из опасных бандитов до сих пор на свободе и, скорее всего, уже сколачивает новую банду. Как это было с Субхановым-старшим, также получившим опыт бандитизма под чьим-то руководством.

Причем никто из начальства или коллег не упрекнет за такой исход дела, когда головка банды и большинство рядовых членов уже «под колпаком» и могут быть задержаны. Только совесть, которую не успокоишь заслуженными наградами, будет напоминать, что дело не доведено до окончательного и бесповоротного завершения. Только тогда будет гарантия, что залегшие на дно, посеянные «зубы поверженного дракона» не прорастут в виде новой банды и не прольют крови невинных жертв.

Примерно так, пусть и без лишнего пафоса, думали следователи и оперативники, когда решили установить плотное наблюдение за всеми уже выявленными бандитами, чтобы найти оставшихся убийц и пособников. Теперь началось выяснение — доскональное, кропотливое, — с кем общается не только Усманов, но и все его друзья и родственники, насколько широк круг их связей. Проверяли всех. И не выпускали банду из своего поля зрения ни на секунду.

Банда. Готовность к большой крови

Судя по сводкам наблюдения, главарь банды продолжал свою активность, выезжал на разведку на подмосковные трассы. То, что он там видел, указывало на слишком большой риск продолжения нападений. Теперь и в два часа ночи, и позже по всем трассам патрулировали машины полиции и военных, проверяли и предупреждали об опасности каждую остановившуюся на темной обочине машину. Да и в самой обычной легковушке при попытке напасть бандитов могла ждать засада. Только по этой причине от дальнейших нападений на дорогах банде пришлось отказаться.

Однако, судя по всему, главарь был полностью уверен в безопасности не только своего логова, но и всей созданной им организации. Как и раньше, он вызывал членов банды по одному-двое и проводил с ними тренировки в лесу или на одних и тех же заранее подобранных площадках. Как и раньше, продолжал подбор и вербовку новых кадров для своей «общины».

«Джамаат» стал для его членов чем-то вроде боевой организации. Главарь Ибайдулло Субханов установил для них жесткий режим — регулярно проводил тренировки и строго наказывал тех, кто от этого пытался уклониться. Впрочем, такое бывало очень редко — все быстро поняли, что их вожак шутить не любит и за неповиновение можно отправиться вслед за теми «извозчиками», что якобы не соблюдали заповеди Корана.

Они учились всему — как правильно, без лишнего напряжения держать оружие и как нежно нужно нажимать на спусковой курок, чтобы пуля летела точно в цель. Ибайдулло сам придумывал методы обучения своих малоопытных подопечных смертоносному искусству. Заставлял упражняться постоянно, повторял, что от этого зависит, останутся ли они в живых в непредвиденных ситуациях. «Мирные гастарбайтеры», на которых хозяева подмосковных вилл смотрели как на дешевую рабочую силу, в свободное от работы время упорно учились убивать. И не только из пистолетов. Субханов-старший готовил из них настоящих разбойников, которые могут действовать в том числе и голыми руками. Отрабатывали приемы рукопашного боя, но не защиты, а нападения. Не просто на воображаемого противника, а именно на водителей автомашин на подмосковных трассах. Постепенно молодые сторожа и дворники стали все больше походить на настоящих басмачей.

После тренировок они обязательно читали тексты священных писаний. Не все хорошо в этом разбирались, но их курбаши доказывал, что без этого нельзя сражаться за свою хорошую жизнь. Правда, в этих книгах говорилось, что нельзя убивать и грабить людей, но Субханов все поворачивал по-своему. По его толкованию, они занимались благородным делом — отбирали имущество у тех, кто его нажил неправедным путем.

Впрочем, лишенные собственной воли бандиты и не задавались особыми вопросами на этот счет. Это нормальный человек спросил бы себя, как эта якобы религиозная проповедь вяжется с фактами нападения на абсолютно случайных водителей. Ведь бандиты сначала стреляли, а потом смотрели на жертвы и даже не хотели знать, кто перед ними. А ведь среди убитых вполне могли оказаться не только земляки, как таксисты или однофамилец одного из бандитов Юсупов, но даже родственники. Водителей из Средней Азии и на дорогах достаточно.

После предварительной подготовки новички в первый раз отправлялись на трассу с шипами и с пистолетами, проходили проверку на послушание и на жестокость. По мере увеличения числа завербованных в банду с осени 2013 года таких нападений на большой дороге, служивших также тренировками, становилось все больше.

У них появлялось все больше вооружения, и его все чаще применяли в деле — против живых людей. Появились новые машины — некоторые из них забирали у жертв и продавали в соседних областях. «Джамаат» становился все более организованным, сплоченным и опасным для людей — совместно пролитая человеческая кровь связывала участников преступлений лучше любых клятв и обетов. Некоторые из них признаются следователям, что сначала людей в машинах было жалко, но потом убийства вошли в привычку.

Показательным для расследования был один из таких учебно-боевых эпизодов. Похоже, главарь не имел опыта разбоя на дорогах в зимнее время, и это был единственный раз, когда он попытался вывести банду в феврале на небольшую дорогу, недалеко от пересечения кольцевой трассы А107 с дублером Новорижского шоссе в Истринском районе. Ответвление от шоссе вело в престижный дачный поселок «Монтевиль», а там люди зажиточные по вечерам в загородные дома возвращаются с работы или выезжают в магазины.

Четверо бандитов намеревались перегородить дорогу поваленным деревом и напасть на первую же машину, неважно — одинокий водитель или семья с детьми. Но в зимний вечер случилось неожиданное для гостей с юга. Первым, кто в сумерках тихо подъехал и увидел приготовления бандитов, оказался велосипедист Владимир Кирилюк. После минутного замешательства главарь понял, что от первоначального замысла придется отказаться. Он приказал своему брату Холику и шурину Хасанову догнать и прикончить нежелательного свидетеля. После трех выстрелов самодельный пистолет в руках Холика заклинило. Легко раненный Кирилюк попытался убежать. Тогда главарь в ярости сам бросился в погоню, догнал и повалил жертву, а Хасанов добивал ножом, нанеся в общей сложности 22 раны. Затем каждый бандит по разу выстрелил в голову уже мертвому дачнику, как будто подписывались под общим злодеянием.

Анализируя этот эпизод уголовного дела, его обстоятельства, следователи укрепились в убеждении, что важнейшим мотивом преступников была именно нажива. Для них вынужденный зимний перерыв в нападениях создал дефицит финансов. Хотя отдельно взятый от других действий банды этот эпизод не мог не поразить следователей из районного управления своей бессмысленной и немотивированной жестокостью.

Велосипед убитого В. Кирилюка

Басмачи из банды братьев Субхановых научились владеть оружием. Но была одна закавыка — оружие это было сплошь самодельным, поэтому почти каждый раз давало сбой, отказывало. Приходилось на каждый выход на трассу брать несколько пистолетов, изготовленных Фазлитдином Хасановым, оружейником-самоучкой. Пистолеты то давали осечку, то их вовсе заклинивало после первого же выстрела. Получалось, что они одноразовые. Хасанов, понукаемый Субхановыми, постоянно менял пистолетам стволы, что-то переделывал, заново соединял… Но все равно проблемы оставались, и вожаки все чаще обсуждали, как купить настоящее оружие, изготовленное не в кустарной мастерской, а на заводе.

12 июня 2014 года двое вновь обращенных членов «джамаата» по приказу Ибайдулло Субханова отправились на охоту. Это был как раз тот случай, когда главарю необходимо было убедиться, смогут ли его новые подручные убивать. Недалеко от поселка Менделеево Солнечногорского района увидели стоящую на обочине старенькую «семерку». В салоне сидели двое — мужчина и женщина, на вид лет тридцати. Бандиты сначала подождали, надеясь, что жертвы выйдут из машины и тем самым облегчат им задачу, но они не выходили. Тогда налетчики подошли к автомобилю, один остался стоять на стреме, а второй через открытое боковое окно почти в упор расстрелял сидящую на передних сиденьях пару. После нескольких выстрелов, которыми он поразил цель, заклинило пистолет. Попытка перезарядить его оказалась неудачной. Чтобы остаться незамеченными, убийцы убежали, доложив своему вожаку, сидевшему в автомобиле неподалеку, что дело сделано. Тест на жестокость сдали успешно.

Оружие, изготовленное членами «банды ГТА»

Местные жители вскоре обнаружили расстрелянных в «семерке». 29-летний Андрей был убит двумя выстрелами в упор. Его подруга Юля чудом выжила. Первая пуля попала ей в грудь, но добить раненую палачу не удалось из-за неисправности самодельного пистолета. Показания потерпевшей имели большую ценность для следствия.

А бандиты продолжали неуклонно совершенствоваться в своем страшном ремесле. Их пистолеты становились все надежнее, стреляли они все увереннее и точнее, и даже шипы на дорогах по мере подбора лучшего материала для них становились острее и прочнее.

Для обладавшего всей информацией Стадникова из этого и других эпизодов также стало понятно, что главарь банды делал все для натаскивания и сплочения банды. Похоже, готовил подручных для каких-то будущих еще более кровавых дел. Тот факт, что банда использовала девять самодельных пистолетов, тоже настораживал. Курбаши Ибайдулло мог захотеть использовать власть над бандитами, чтобы сорвать намного более крупный куш. Вот почему нельзя было медлить с полной ликвидацией особо опасной банды, но сначала требовалось выявить всех до одного участников и установить за ними плотное наблюдение.

Следователь. Банда просвечена насквозь

У следователей и оперативников передышки не было совсем — в отличие от бандитов. Своих подопечных они «пасли» везде — и в домах, где те жили, и на тренировочных площадках в лесу, во время поездок по Москве, Подмосковью и близлежащим регионам. Изучили все их контакты, повадки, биографии.

По выражению самого Стадникова, в этот период сотрудники его группы, «сжав зубы, сидели в кабинетах и методично изучали данные огромного количества людей». Анализировали огромный поток входящей информации. Круг наблюдения беспрерывно расширялся. Выявили сотни людей, так или иначе входивших в общение с главарем банды и его близкими подручными. Как из этих двух сотен выявить именно тех, кто принимал участие в нападениях и убийствах? В ходе проверки выяснилось, что около десяти мужчин не только подходят по возрасту и здоровью, но ведут практически одинаковый образ жизни. Более внимательное наблюдение именно за этими подозреваемыми подтвердило их роль исполнителей.

Прошло еще несколько дней плотной работы, когда Стадников убедился, что теперь он и его следственная группа владеют полной информацией обо всех членах банды, участвовавших в нападениях на территории России. Всех вычислили и разыскали снимаемые ими дома и квартиры не только в Москве и подмосковных поселках, но и в других регионах страны — в Татарстане, Новосибирске, на Урале. Эти бандиты уже не могли совершать преступлений, даже если бы захотели, — плотное кольцо наблюдения сомкнулось, их бы сразу обезвредили.

Настало время назначить дату и место, где можно было бы задержать банду. Перед этим подвели итог работы, проделанной за два месяца.

Тщательно изучена личность каждого участника банды. Выявлены все принципы их «работы». Они ведь именно так называли свои налеты на безоружных людей: главарь звонил и говорил — «сегодня работаем». В чем будет заключаться работа на этот раз, он сообщал непосредственно перед выездом на место очередного преступления — так сказать, озвучивал рабочее задание, давал вводную. Тогда же раздавал экипировку — пистолеты, комбинезоны, в которых работают монтажники, маски — только не «балаклавы» с прорезями для глаз, а обычные медицинские маски из аптеки, закрывающие нижнюю половину лица.

Каждый из них «на работе» жил под той кличкой, что ему дал главарь. По именам они друг друга не знали, никогда не обсуждали то, что делали на ночных трассах, и не встречались «вне работы» — все это вожак и наставник категорически запрещал. Никто не знал ничего о подельниках — где живут, кем работают, есть ли семьи. Жили в основном в Подмосковье, но были и такие, кто приезжал из других городов — Твери, Ярославля.

Беспрекословно подчинялись главарю. Никогда не брали на преступления телефоны. Их номера были только у главаря на анонимном мобильном. Каждый знал, что, как и когда ему нужно делать во время нападения на автомобили. Если план нарушался, немедленно исчезали.

Выяснили следователи и то, каким образом выбирались жертвы. Во время нападений убито было 17 человек — еще нескольким чудом удалось спастись. Некоторые из них попали под прицел бандитов совершенно случайно — просто оказались ночью одни на трассе. Но все же чаще всего «банда ГТА» работала по наводке. Наводчики тоже были из среды гастарбайтеров.

Как выяснили следователи, все участники преступной группировки были уроженцами среднеазиатских республик, ставших после распада Союза «ближним зарубежьем». Они приехали из Таджикистана, Узбекистана, Казахстана, Кыргызстана, были своими среди подмосковных гастарбайтеров, постоянно общались с земляками и единоплеменниками. С учетом родственных и дружественных связей круг общения каждого был весьма обширен.

Приезжие стараются держаться вместе и, как правило, много знают не только друг о друге, но также и о тех, кто пересекается с их земляками по работе, по бизнесу и так далее. Один что-то услышал — и вскоре об этом будут знать все. Таким образом, появлялась возможность получать массу информации самого разного характера. В том числе и о том, что завтра или на днях у кого-то будут деньги и он с ними поедет в машине по такому-то маршруту. Об этом узнавали в рабочих общежитиях, в строительных вагончиках, на рынках. Иногда за такие сведения платили, чтобы поощрить информаторов. А после этого люди, собиравшие деньги на крупную покупку или только получившие зарплату за месяц работы, погибали ночью на трассах.

На календаре было 4 ноября 2014 года, когда на коротком совещании следователей и оперативников было решено, что вся необходимая информация уже есть и откладывать задержание банды больше нет необходимости. Банде оставалось существовать одни сутки. В ночь с 5-го на 6 ноября планировался захват сначала главаря, затем всех его приспешников.

Оперативники. Час банды пробил

Наверное, если бы это был не документальный детектив, а сценарий сериала, то авторы постарались бы изобразить руководителя следственной группы в гуще событий, командующим спецназовцами в дыму перестрелки. На нашем ТВ и в самом деле можно увидеть сцены, где даже прокуроры бегают с пистолетами по улице, чтобы задержать преступников. Наверное, сценарии для таких невероятных приключений органов юстиции тоже гастарбайтеры пишут.

На самом деле захватом опасных бандитов занимаются оперативные службы при поддержке спецназовцев из отрядов быстрого реагирования. А у следователей в такие периоды массового задержания членов банды тоже своя и очень ответственная работа — быть на своем рабочем месте, когда преступников захватят и привезут из разных мест Москвы, Подмосковья, других городов. Для того чтобы вся работа предварительного следствия и оперативников не пошла насмарку, нужно юридически точно оформить задержание преступников, предъявление им обвинения, подготовить материалы в суд об их аресте. Каждый должен профессионально делать свое дело — и следователи в кабинетах СКР, и оперативники на своем месте. В эту ночь была работа для всех.

Ночью 5 ноября большой дачный участок в поселке Удельная Раменского района окружили спецназовцы. Несколько человек из группы захвата незаметно проскользнули в гостевой домик и вывели оттуда женщину с ребенком. Они не успели даже проснуться и понять, что происходит. В домике по данным наблюдения оставался только один человек. С ним начал разговаривать по мегафону оперативник, укрывшийся за толстым стволом дерева.

Почему опытные оперативники были так осторожны и не попытались тоже взять главаря спящим? Потому что они уже изучили его повадки, знали, что он на ночь запирается в своей комнате и держит оружие при себе. Его жена и ребенок спали в другом помещении — их потихоньку убрали подальше от опасности, не исключая, что строение придется брать штурмом.