Помоги проекту - поделись книгой:
Командиром I батальона полка был весьма незаурядный офицер, оберштурмбаннфюрер СС Вильгельм Кариус[78]. Интересно, что Кариус не был боевым офицером в строгом смысле этого слова – всю войну он прослужил на административных должностях. При этом в 1940–1941 годах он стал кавалером Железного креста II и I классов, заслужив их на должности административного офицера, а затем казначея(!) I и II артиллерийского дивизионов артиллерийского полка дивизии СС «Райх»; Железным крестом I класса он был награжден 24 августа 1941 года. Однако настоящая известность пришла к Кариусу в 1943 году, после того как он занял должность интенданта и командира хозяйственного батальона дивизии СС «Дас Райх» (в должность вступил в августе 1942 года). Здесь он в полной мере проявил свои способности, обеспечив снабжение продовольствием как собственно дивизии СС «Дас Райх», так и воевавших рядом с ней армейских частей. За свои выдающиеся заслуги Кариус был награжден очень редким орденом – Германским крестом в серебре, 21 июня 1944 года. Затем, с января 1944 года по середину августа 1944 года Кариус преподавал в школе СС в Арользене. После он короткое время служил в личном штабе начальника Главного административно-хозяйственного управления СС обергруппенфюрера СС Освальда Поля, откуда в сентябре 1944 года прибыл на должность инструктора на курс административных офицеров юнкерской школы СС в Праге. В декабре 1944 года Кариус получил назначение на административную должность в управленческий штаб СС «Штайермарк»[79] (действовал на территории Австрии). Следует отметить, что его служба на должности командира I батальона 88-го полка СС не отражена в его личном деле, но именно Кариус упоминается в офицерском ростере СС от 1 марта 1945 года как командир батальона[80].
Известен также командир 1-й роты – им был гауптштурмфюрер СС Фишер. Имя командира II батальона 88-го гренадерского полка СС пока остается неизвестным. Должность адъютанта полка занимал оберштурмфюрер СС Хайнц Картинг (родился в Данциге в 1918 году).
Кроме гренадерских полков в состав дивизии также входил и артиллерийский полк. 32-й артиллерийский полк СС, созданный 30 января 1945 года, состоял из трех артиллерийских дивизионов. Преимущественно полк был сформирован на базе личного состава и материальной части специализированных артиллерийских школ войск СС. В частности, среди множества учебных подразделений войск СС, переданных на формирование дивизии, были штаб и штабная батарея из 1-й артиллерийской школы СС в Глау, а также два артиллерийских дивизиона (каждый из которых состоял из двух батарей) из артиллерийского учебно-запасного полка СС штандартенфюрера СС резерва Рихарда Айнспеннера, дислоцировавшегося в Праге[81]. Как нельзя кстати при формировании полка пришлись и артиллеристы из полка СС «Шилль» (группа «Мёзингер»).
Штабные части школы СС в Глау составили штаб полка, I и III артиллерийские дивизионы были созданы на основе переданных артиллерийских дивизионов артиллерийского учебно-запасного полка СС, а II дивизион был сформирован на основе вооружения и личного состава полигона СС «Курмарк». Формирование основных частей полка главным образом проходило в соответствии со штатными расписаниями, утвержденными 1 января 1945 года. В каждом дивизионе было всего по две артиллерийских батареи. Таким образом, полк состоял лишь из шести артиллерийских батарей. Согласно боевому расписанию дивизии от 4 февраля 1945 года I дивизион и II артиллерийские дивизионы имели по двенадцать 105-мм легких полевых гаубиц каждый (по шесть орудий на каждую батарею). III дивизион имел на вооружении шесть 150-мм орудий и шесть 105-мм легких полевых гаубиц[82].
Важно отметить, что, по данным немецкого автора Р. Михаэлиса, в состав полка входил и IV артиллерийский дивизион – прежний 550-й артиллерийский дивизион СС, состоящий из двух батарей[83]. Более подробная информация по этому поводу отсутствует и, скорее всего, действительности не соответствует.
Первым командиром полка был 40-летний штурмбаннфюрер СС Хайнц Хоффманн[84]. По сообщениям ветеранов дивизии, Хоффманн был кавалером Германского креста в золоте, совсем недавно переведенный в войска СС из армии. Членом СС Хоффманн не был. Историк М. Йергер высказал предположение, что это был Хайнц-Гюнтер Хоффманн, заслуживший Германский крест в золоте 28 февраля 1942 года как оберлейтенант 155-го артиллерийского полка[85]. Возможно, это и так, однако по данным офицерского ростера войск СС на 1 марта 1945 года, Хайнц Хоффманн был произведен в звание штурмбанфюрера СС 1 апреля 1941 года, что означает, что он служил в войсках СС уже в 1941 году (если, конечно, в ростере нет банальной опечатки). Хайнц Хоффманн погиб в автомобильной катастрофе 3 марта 1945 года[86] (по другим данным – 2 марта[87]).
После гибели Хоффманна полк возглавил штурмбаннфюрер СС Хайнц Лоренц, став вторым и последним командиром полка. Лоренц родился 12 января 1913 года в Хемнице. В СС вступил в начале августа 1931 года (билет № 16 393). Выпускник первого юнкерского класса юнкерской школы СС в Бад-Тёльце. После выпуска был зачислен в «Лейбштандарт», где прослужил вплоть до 12 июня 1939 года, когда его перевели на службу в артиллерийский полк частей усиления СС. С артиллерийским полком дивизии СС «Дас Райх» Лоренц прошел Западную кампанию 1940 года, Балканскую 1941 года, первую Восточную кампанию (был ранен), сражение за Харьков в феврале-марте 1943 года, операцию «Цитадель», бои на Миусе и снова бои за Харьков, на этот раз в августе 1943 года. С 1942 года Лоренц был командиром I дивизиона 2-го артиллерийского полка СС дивизии СС «Дас Райх». За отличия 7 августа 1944 года он был награжден Германским крестом в золоте. 13 сентября 1943 года Лоренц был тяжело ранен и к активной службе смог вернуться только через год – осенью 1944 года он возглавил артиллерийский полк 16-й дивизии СС «Рейхсфюрер СС». В ноябре 1944 года Лоренц был переведен в артиллерийский учебно-запасной полк СС в Праге, с частями которого и прибыл в дивизию СС «30 января»[88]. В формирующейся дивизии Лоренц был одним из самых заслуженных офицеров.
Следует сказать, что, по данным исследователя Д. Мура, в марте 1945 года 32-м артиллерийским полком СС командовал штурмбаннфюрер СС Херманн Шюнеманн[89], что, однако, не подтверждается другими источниками, в частности ветеранскими[90]. Отметим, что в феврале 1945 года Шюнеманн был командиром II дивизиона артиллерийского учебно-запасного полка СС, переданного в состав дивизии СС «30 января».
Командиром I артиллерийского дивизиона был штурмбаннфюрер СС Ульрих Эрнст[91], II – гауптштурмфюрер СС Альфред Маттауш[92] (по другим данным – гауптштурмфюрер СС Ценкер), III – гауптштурмфюрер СС Гюнтер Партоунс[93]. Интендантом полка (должность IVa) был оберштурмфюрер СС Рихард Шульц[94]. За исправное состояние автотранспорта отвечал гауптштурмфюрер СС Хайнц Зорге[95]. Должность штабсшарфюрера занимал гауптшарфюрер СС Маркс. Командиром 2-й артиллерийской батареи был оберштурмфюрер СС Ханс Шуфф[96].
Также известны следующие офицеры полка в звании унтерштурмфюрер СС: 24-летний Готфрид Шартль, ранее служивший в дивизии СС «Викинг»; 25-летний Рихард Шриннер (член СС, билет № 340 056), ранее служивший во 2-й батарее артиллерийского полка дивизии СС «Тотенкопф»; 29-летний Ханс Штёбе.
Испытываемая дивизией СС «30 января» нехватка тяжелого вооружения и различных военных материалов особенно отразилась на 32-м артиллерийском полку СС. Эта удручающая ситуация не изменилась и к апрелю. Согласно официальным штатам, каждая из батарей должна была состоять из шести орудий, однако в некоторых батареях было всего по три орудия. Все батареи испытывали постоянный недостаток боеприпасов, что еще больше усугубляло положение.
Здесь же отметим, что в своей книге, посвященной истории войск СС, оберстгруппенфюрер СС Пауль Хауссер охарактеризовал дивизию СС «30 января» следующим образом: «Она была слаба пехотой, но зато сильна артиллерией, своего рода “артиллерийская дивизия”»[97]. Однако после ознакомления с реальным положением дел в 32-м артиллерийском полку СС такие слова Хауссера могут восприниматься лишь как горькая ирония, если не издевка. Действительно, хороша «артиллерийская дивизия» из шести батарей, некоторые из которых были до конца не доукомплектованы! По-видимому, оберстгруппенфюрер СС Хауссер просто не имел понятия о реальном состоянии дел в дивизии, тем более что на фронте он с ней не пересекался, иначе бы вряд ли позволил себе делать такие далеко идущие утверждения.
Дивизионные части усиления были представлены следующими подразделениями.
32-й дивизион реактивных минометов СС[98]. Его основу составляли штаб, штабная батарея и одна легкая минометная батарея, переданные из учебно-запасного дивизиона реактивных минометов СС который дислоцировался в Люббинхене[99]. В тот момент в этом учебном дивизионе проходили полевые испытания три переданных в войска СС экспериментальных сверхтяжелых 300-мм реактивных миномета Raketenwerfer 56[100].
Итак, 4 февраля 1945 года эта 300-мм батарея реактивных минометов, дополнительно усиленная одной 210-мм реактивной пусковой установкой (по-видимому, эта единственная установка и составляла легкую батарею), была подчинена 32-й дивизии СС. Некоторые авторы считают, что тем самым было положено начало существованию 32-го дивизиона реактивных минометов СС[101], хотя официально подразделение с таким названием так и не было создано, а речь в данном случае может идти лишь о приданной дивизии отдельной батарее реактивных минометов СС. Личный состав для батареи был взят из 1-й батареи учебно-запасного дивизиона реактивных минометов СС. Командиром батареи был унтерштурмфюрер СС Вальтер Вальдик, то есть, несмотря на передачу штаба и штабных подразделений, никто из старших офицеров учебно-запасного дивизиона к дивизии СС «30 января» не присоединился.
Уже изначально к этим реактивным установкам было ограниченное количество боеприпасов (минометы то были экспериментальными, и боеприпасов к ним было изначально немного), дополнительного оборудования и запасных частей, что, естественно, сказалось на их боевом применении. Возможно, что факт присоединения к дивизии четырех тяжелых реактивных минометов и послужил для Пауля Хауссера основой для заключения, что «30 января» была «артиллерийской дивизией», хотя, опять же, четыре реактивные установки, пусть и тяжелые, но при этом с крайне ограниченным боезапасом, существенно повлиять на мощь дивизии не могли. Подробности участия дивизиона в боевых действиях буду приведены ниже, а здесь просто отметим, что в февральских боях 1945 года на Одерском фронте сверхтяжелые реактивные минометы израсходовали все имеющиеся к ним боеприпасы. После этого дивизион был расформирован[102].
Однако на этом история реактивных минометов в дивизии СС «30 января» не закончилась. В самом конце февраля в состав дивизии ввели 506-й минометный дивизион СС, приказ о формировании которого был отдан 25 февраля. Этот дивизион первоначально формировался как корпусная часть VI армейского корпуса войск СС (латышский). Фактически это был последний минометный дивизион, сформированный в рамках войск СС[103]. По данным Г. Тессина, он состоял из четырех батарей[104]. Одной из них была 521-я батарея реактивных минометов СС, сформированная по специальному приказу рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Эта батарея имела на вооружении четыре 80-мм реактивные установки Raketen-Vielfachwerfer, которые, как правило, устанавливали на трофейные французские бронированные полугусеничные машины «Сомуа». Производились такие установки только для войск СС и в крайне ограниченных количествах[105]. Отметим, что по некоторым данным, 521-я батарея была объединена с 522-й батареей реактивных минометов СС[106]. Также 2 марта в состав подразделения была включена батарея из десяти 80-мм реактивных минометов под командованием гауптштурмфюрера СС Флеке, однако уже вскоре эта батарея была из дивизиона изъята[107].
Командиром 506-го минометного дивизиона СС был штурмбаннфюрер СС резерва Хайнрих Руппель[108]. Должность адъютанта дивизиона занимал унтерштурмфюрер СС Кифер.
32-й фузилерный батальон СС. Был создан в конце февраля в начале марта 1945 года. Состоял из четырех рот. Личный состав для укомплектования батальона в основном был заимствован из расформированной в начале февраля 1945 года музыкальной школы СС в Брауншвейге[109] (к этому моменту она была переведена в Бад-Сааров, поскольку основное здание школы было разрушено воздушными бомбардировками союзной авиации). Напомним, что фузилерами в вермахте именовали легкую пехоту, исполнявшую, главным образом, функцию поддержки гренадерских полков и разведчиков. В официальную немецкую военную терминологию это название было введено как дань прусским военным традициям и использовалось с конца 1942 года. Затем, указанием организационного отдела Генерального штаба сухопутных войск Главного командования сухопутных войск № I/3197/43 от 5 августа 1943 года (1-е издание) и 2 октября 1943 года (2-е издание) разведывательные батальоны пехотных дивизий были преобразованы в дивизионные фузилерные батальоны и отнесены к пехоте. По штатам пехотной дивизии 1945 года, фузилерный батальон должен был состоять из одной моторизованной роты тяжелого оружия (четыре станковых пулемета и два легких пехотных орудия), 2-й и 3-й рот (самокатных), имевших на вооружении только стрелковое оружие (без пулеметов), 4-й роты (кавалерийской) (на вооружении – девять пулеметов)[110].
Командиром батальона был гауптштурмфюрер СС Клинг. В завершение добавим, что данный батальон не фигурирует в боевом расписании дивизии, представленном в официальном ростере офицерского состава войск СС на 1 марта 1945 года, однако факт его существования сомнений не вызывает.
32-й противотанковый дивизион СС. История создания этого подразделения полна загадок и противоречий. Есть данные, что первоначально для образования первой противотанковой роты в дивизии была задействована группа «Рёсснер», прежде входившая в состав полка СС «Шилль» и состоявшая из двух батарей штурмовых орудий, заимствованных в школе штурмовых орудий СС в Буковани (Чехия) [111]. При этом какие-либо данные о количестве имеющихся в дивизии штурмовых орудий на февраль 1945 года отсутствуют.
Затем, уже к 4 февраля[112], было принято решение ввести в состав дивизии 16-й противотанковый дивизион СС (штаб, штабная рота, 1-я и 2-я батареи, рота снабжения)[113]. Этот дивизион изначально входил в состав 16-й панцер-гренадерской дивизии СС «Рейхсфюрер СС», и зимой 1945 года находился на полигоне СС «Богемия» в Чехии, где проходил переподготовку. Отсюда его и направили на формирование 32-й дивизии СС; в конце февраля он стал 32-м противотанковым дивизионом СС. Так что командир этого 16-го противотанкового дивизиона СС гауптштурмфюрер СС Пауль Краусс стал командиром 32-го противотанкового дивизиона СС. Отметим, что в феврале 1945 года короткое время подразделением командовал 43-летний штурмбаннфюрер СС Рудольф Ноенфельд[114], прежний командир 16-го дивизиона штурмовых орудий СС. По-видимому, Нойенфельд заменял временно отсутствовавшего Краусса; вскоре он был ранен и Краусс окончательно возглавил дивизион.
Все части дивизиона формировались по штатному расписанию, утвержденному 1 апреля 1944 года. Изначально структура дивизиона предусматривалась следующей: одна рота из 14 противотанковых самоходок «Ягдпанцер-IV», одна рота из 14 самоходок Stug-III, одна рота (3-я) из двенадцати буксируемых 75-мм противотанковых орудий (три батареи по четыре пушки и четыре пулемета в каждой), рота материально-технического обеспечения, плюс еще три самоходки «Ягдпанцер-IV» при штабе. При каждой «самоходной» роте предусматривался взвод гренадеров сопровождения, однако сразу отметим, что добиться этого не удалось. Вообще, однозначно точных данных о структуре 32-го противотанкового дивизиона СС на данный момент не существует. Но обо всем по порядку.
Итак, по данным Г. Нафцигера и Г. Тессина, 32-й противотанковый дивизион СС состоял из двух рот и зенитной роты[115]. Однако зенитное подразделение не предусматривалось штатами от 4 февраля. Не было оно создано и в дальнейшем, так как наличие в дивизионе зенитной роты не подтверждается другими источниками, в том числе и ветеранскими. В составленном Р. Михаэлисом[116] боевом расписании указано, что дивизион состоял из трех рот штурмовых орудий, плюс штаб, рота снабжения и материально-технического обеспечения и два взвода вооруженные 75-мм противотанковыми орудиями. Точное количество 75-мм противотанковых орудий во взводах определить трудно (тем более что об их существовании упоминает один Р. Михаэлис), но скорее всего, два-три орудия на взвод. Можно предположить, что эти взводы составляли 4-ю батарею (про существование которой, опять же, упоминает лишь один Р. Михаэлис).
С оснащением дивизиона бронетехникой вопросов несколько меньше, но и здесь не все до конца ясно. Как мы уже отметили, дивизион изначально планировали оснастить семнадцатью самоходками «Ягдпанцер-IV». Такое намерение наверняка не было лишено оснований и явно опиралось на наличие данной бронетехники под рукой, очевидно, в 16-м противотанковом дивизионе СС. Отметим, что, по данным А. Муньоса, этот дивизион как раз и имел на вооружении противотанковые самоходные установки «Ягдпанцер-IV»[117].
Вместе с этим, каких-либо данных о наличии в дивизии бронетехники именно такого типа нет, а известные документы говорят о том, что 32-й противотанковый дивизион СС вообще не имел ни одной противотанковой самоходки. Судите сами: на 8 апреля 1945 года дивизион имел на вооружении 22 самоходки Stug-III (из них две требовали длительного ремонта) и девять штурмовых самоходных гаубиц Stuh-42[118] (из них одна нуждалась в длительном ремонте)[119].
Таким образом, фактически это был не противотанковый дивизион, а бригада штурмовых орудий[120], которая к этому моменту, по штату от 1 июня 1944 года для бригад с батареями по 10 орудий, как раз и должна была состоять из 22 штурмовых орудий и девяти штурмовых гаубиц. Необходимо отметить, что, по штатам, в пехотной дивизии должно было быть лишь 14 штурмовых орудий, так что 32-й противотанковый дивизион СС был почти в два раза сильнее, чем требовалось. Исходя из наличия бронетехники, можно предположить, что роты дивизиона были вооружены по разработанным для бригад штурмовых орудий штатам: три батареи по 10 орудий – семь штурмовых орудий Stug-III и три гаубицы Stuh-42 в каждой, плюс одна самоходка в штабе батальона. В свою очередь, Р. Михаэлис предполагает, что дивизион был укомплектован по-другому: две батареи самоходок Stug-III и одна батарея гаубиц Stuh-42 (плюс одна батарея 75-мм противотанковых орудий). Начальник оружейно-технической службы[121] дивизиона оберштурмфюрер СС Берманн также указал в своем дневнике, что 1-я и 2-я роты были оснащены Stug-III (скорее всего, Р. Михаэлис заимствовал свою информацию именно от Берманна). Тем не менее, нам такая постановка вопроса кажется крайне маловероятной, с учетом того, что командир дивизиона Краусс был фактически кадровым самоходчиком и вряд ли бы экспериментировал со структурой. Что касается Берманна, то его упоминание об оснащении дивизиона датировано разгаром боевых действий во второй половине апреля 1945 года, когда структура подразделений перемешалась.
В общем, противотанковый дивизион (а фактически – бригада штурмовых орудий, усиленная 75-мм противотанковыми орудиями) являлся главной ударной силой дивизии, одновременно играя роль и дивизиона штурмовых орудий, и противотанкового дивизиона, и особенно выделял «30 января» среди других немецких пехотных частей на Одерском фронте. Он был не только хорошо вооружен, но и, что немаловажно, хорошо организован, так как личный состав его был спаян и прошел совместную подготовку, в отличие от других подразделений дивизии.
Первоначально командиром 1-й роты дивизиона был оберштурмфюрер СС Эмиль («Джим») Шёттле[122], 3-й роты – унтерштурмфюрер СС Альфред Штахон[123]. Командиром роты материально-технического обеспечения был оберштурмфюрер СС Карл Хёрль (по другим данным, Хёрль был командиром 4-й роты), начальником оружейно-технической службы – оберштурмфюрер СС Берманн. Должность врача дивизиона занимал унтерштурмфюрер СС доктор Эгон Штраус[124]. Впоследствии командиры рот неоднократно менялись.
Командир дивизиона гауптштурмфюрер СС Пауль Краусс родился 16 сентября 1913 года в Кобурге. Он был ветераном СС (билет № 14 935), членом НСДАП (билет № 697 209). До войны служил в частях СС «Тотенкопф». В первый период войны воевал в составе дивизии СС «Тотенкопф». Окончил армейскую школу штурмовых орудий в Бурге. Принимал участие в антипартизанских операциях в Белоруссии. В 1943 году возглавил противотанковый дивизион бригады СС «Рейхсфюрер СС», которую вскоре переформировали в 16-ю панцер-гренадерскую дивизию СС «Рейхсфюрер СС». В 1944 году участвовал в сражении под Нарвой в составе 54-го противотанкового дивизиона СС (и даже временно исполнял обязанности командира дивизиона) бригады СС «Недерланд», награжден Железным крестом I класса. Затем служил в дивизии СС «Нордланд», а в марте 1945 года был снова переведен в дивизию СС «Рейхсфюрер СС», на свою прежнюю должность командира противотанкового дивизиона. Однако формально в рядах 16-й дивизии СС он уже не воевал, практически сразу же отправившись вместе со своим дивизионом в ряды дивизии СС «30 января».
32-й зенитный дивизион СС. При формировании дивизии изначально планировалось, что в дивизию должны были войти два зенитных дивизиона люфтваффе организованные по своим собственным штатам, однако этого так и не случилось.
Указанный же дивизион был развернут на основе «дивизиона особого назначения» при Главном оперативном управлении СС, который, в свою очередь, был сформирован в конце 1944 года из частей зенитного учебно-запасного полка СС в Мюнхене[125], в основном на базе I дивизиона полка. Командир последнего гауптштурмфюрер СС Фриц Лёшниг[126] и стал первым командиром дивизиона особого назначения. По началу этот дивизион состоял из четырех батарей: 1-я имела на вооружении шесть 88-мм зенитных орудий, 2-я – девять 37-м зенитных орудий, 3-я и 4-я – по двенадцать 20-мм зенитных орудий в каждой. Также имелись штабная батарея и легкая зенитная колонна. 31 января 1945 года по железной дороге из Мюнхена, через Треббин – Цоссен – Фюрстенвальде дивизион был переброшен в район Бад-Сааров, куда прибыл 4 февраля. Дивизион непосредственно подчинялся Главному оперативному управлению СС (как раз дислоцировавшемуся в Бад-Саарове и носившему кодовое название оперативный штаб «Айсберг») и имел задачу обеспечивать противовоздушную защиту Бад-Саарова, а в случае чего – вступить в бой с прорвавшимися вражескими танками.
В начале марта зенитный дивизион особого назначения (из которого изъяли 4-ю батарею) был передан V горному корпусу СС, хотя у корпуса и имелся свой собственный зенитный дивизион – 505-й зенитный дивизион СС штурмбаннфюрера СС Герда Тобина.
Теперь дивизион получил наименование 550-й зенитный дивизион СС. 1-я батарея дислоцировалась на высотах перед Риссеном, 2-я батарея – в Брискове, а 3-я батарея обеспечивала противовоздушную и противотанковую оборону моста между Политцом и Цильтендорфом. Части обоза дивизиона вместе с подразделениями учебно-запасного батальона и двумя небольшими боевыми группами войск СС занимали позицию на линии Риссен – Политц[127].
В середине марта дивизион передали под командование 32-й дивизии СС. Такое решение было обусловлено тем, что в дивизии не было своей собственной зенитной части. Правда, ей был подчинен (с 4 февраля 1945 года) 1204-й зенитный дивизион люфтваффе под командованием гауптмана Эссера, с командным пунктом в Шёнфлисе[128], однако это был дивизион люфтваффе, а не войск СС. Немаловажной причиной являлось и то, что батареи 550-го дивизиона и так находились в секторе обороны дивизии.
В это же время новым командиром дивизиона был назначен гауптштурмфюрер СС резерва Эвальд Кейк[129]. 1 апреля 1945 года Кейк заболел и был временно заменен гауптштурмфюрером СС Карлом Хохенгасснером[130], прежним командиром штабной батареи. Однако так получилось, что именно Хохенгасснер стал последним командиром дивизиона и прокомандовал им до конца войны.
Первым адъютантом дивизиона был унтерштурмфюрер СС Ханс-Герхард Шварц[131], погибший 1 апреля 1945 года; после него эту должность занял унтерштурмфюрер СС Кёбль. Остальные должности занимали: квартирмейстер – унтерштурмфюрер СС Рюттгерс; врач – лейтенант медицинской службы доктор Коссманн, переведенный из люфтваффе; штабсшарфюрер – гауптшарфюрер СС Эрмих. Командир 1-й батареи – оберштурмфюрер СС Хюбнер, 2-й – оберштурмфюрер СС Густав Дейшле[132], 3-й – оберштурмфюрер СС Хиблер, а затем штандартеноберюнкер СС Щольц.
Из всего этого следует, что фактически для дивизии СС «30 января» не создавали специального зенитного дивизиона, придав дивизии приданный корпусу дивизион, который даже не посчитали нужным переименовать. Однако с учетом того, что в литературе, в том числе и в справочной[133], частенько упоминается именно 32-й зенитный дивизион СС, мы сочли возможным также использовать здесь это название[134].
32-й саперный батальон СС. Штаб батальона формировался по штату от 1 сентября 1944 года (
Основу батальона составил персонал специализированной саперной школы войск СС «Градишко», из которой в «30 января» были переданы штаб, 1-я и 2-я саперные роты и пехотный взвод. Эти подразделения составили 1-ю и 2-ю роты батальона. 3-я рота была сформирована прямо в Фюнфайхене из венгров и румын (по-видимому, это были обычные рабочие, завербованные немецкими трудовыми службами), большинство из которых даже не говорило по-немецки. Несмотря на все эти трудности, уже 5 февраля батальон был брошен в горнило бушующего на Одерском фронте сражения, где понес очень тяжелые потери.
10 марта 32-й саперный батальон СС был усилен остатками боевой группы «Френкен». Эта состоявшая из трех рот группа была сформирована из персонала саперной школы СС в Дрездене (саперный учебно-запасной полк СС) и использовалась как корпусная часть в боях на Одере. После «слияния» командир боевой группы «Френкен» опытный гауптштурмфюрер СС Лоренц Френкен[139] был назначен командиром 32-го саперного батальона СС – это случилось 11 марта. Что касается Шютте, то он был назначен командиром 54-го саперного батальона СС дивизии СС «Недерланд».
Адъютантом батальона был оберштурмфюрер СС Браузеветтер, а штабсшарфюрером – гауптшарфюрер СС Буссе. Со 2 февраля командиром 1-й роты был оберштурмфюрер СС Атц, а после его гибели 15 февраля, с 20 февраля и до конца войны – оберштурмфюрер СС Карл-Георг Штайнер[140]. Есть также данные, что командиром 1-й роты в феврале 1945 года был оберштурмфюрер СС Герберт Зеллманн[141]; возможно, он исполнял обязанности командира пять дней до назначения Штайнера. Штабсшарфюрером 1-й роты был гауптшарфюрер СС Фишер. Командиром 2-й саперной роты был оберштурмфюрер СС Рейнхольд Штаух[142]. Известен еще один офицер батальона – оберштурмфюрер СС Хайнрих Шютт, который как штандартеноберюнкер СС в октябре 1941 года служил в 16-й роте полка СС «Дойчланд» и был ранен в бою в районе Гжатска 9 октября 1941 года[143].
Отметим, что согласно официальному боевому расписанию дивизии от 4 февраля 1945 года, батальон состоял из двух рот. Эту информацию подтверждают Г. Нафцигер и Г. Тессин, по данным которых 32-й саперный батальон СС состоял из двух рот (взятых из «Градишко»)[144], хотя на основе имеющихся данных мы все же пришли к выводу, что рот в батальоне было все же три, по крайней мере в первый период его существования (февраль 1945 года). Правда, в дальнейшем, после тяжелых потерь в феврале 1945 года и слияния с боевой группой «Френкен» их количество могли сократить до двух более-менее полнокровных.
Согласно боевому расписанию, 1-я и 2-я саперные роты имели по два 81-мм миномета каждая, 11 пулеметов (2 тяжелых и 9 легких) и шесть огнеметов. 1-я рота была самокатной, то есть оснащенной велосипедами.
Обратите внимание, что, по данным современных российских историков, в 32-м саперном батальоне СС 2-я и 3-я роты на 70 % состояли из балтийских немцев (фольксдойче), советских немцев (в основном выходцев из Поволжья), подсоветских русских и украинцев[145]. Кроме того, по этим же данным, одной из рот 32-го саперного батальона СС командовал бывший лейтенант Красной армии по фамилии Антонов, носивший звание унтерштурмфюрер СС[146] и имевший несколько немецких наград, в том числе «золотую планку отличия за храбрость»[147]. Скорее всего, здесь имеется в виду унтерштурмфюрер СС Василий Антонов, родившийся 13 августа 1921 года, который, по данным Д. Мура, в марте 1945 года занимал пост командира 5-й роты 2-го батальона 87-го полка СС (то есть в 32-м саперном батальоне СС он не служил). К этому человеку мы еще вернемся ниже, в разделе об иностранных добровольцах в дивизии.
32-й батальон связи СС, основу которого составляли две роты связи из подразделений полигона СС «Курмарк»[148] и подразделения из учебного батальона связи СС в Айхштадте[149] состоял из двух моторизованных рот (радиорота и телефонная рота) и легкой колонны связи[150]. Подразделения батальона формировались по штатам от 1 ноября 1944 года. Командиром батальона был гауптштурмфюрер СС резерва Пауль Бартон[151], командиром 1-й роты, телефонной, был оберштурмфюрер СС Карл-Хайнц Шлама[152], а радиороты (2-й) – оберштурмфюрер СС Фауланд. Во 2-й роте также служил унтерштурмфюрер СС Ханс Шмид[153]. Адъютантом батальона был унтерштурмфюрер СС Герхард Штайнерт[154].
32-й полевой запасной батальон СС. Состоял из четырех рот[155] (по расписанию дивизии от 4 февраля, рот планировалось пять[156]). Батальон был сформирован по штатам от 1 апреля 1944 года (
Первым командиром батальона был штурмбаннфюрер СС Бернхард Бартельт. Он родился 4 марта 1901 года и был ветераном СС (билет № 27 759). До войны он служил в СД, а в 1940 году как офицер резерва был зачислен в штаб дивизии СС «Тотенкопф», с которой прошел первую Восточную кампанию, после чего был направлен на службу в одну из учебных частей войск СС в Праге. В штурмбаннфюреры СС был произведен 20 апреля 1943 года. Летом 1944 года командовал 11-м учебно-запасным батальоном СС дивизии СС «Нордланд», на этом посту был заменен Вилли Швайтцером (будущий кавалер Рыцарского креста). Осенью 1944 года Бартельт служил в боевой группе «Шилль», в составе которой и пришел в дивизию СС «30 января», где его сразу поставили во главе учебно-полевого батальона. В марте 1945 года Бартельт был убит (точная дата гибели неизвестна).
После его гибели батальон возглавил опытнейший оберштурмбаннфюрер СС Вальтер Плёв, один из ветеранов СС и войск СС. Плёв родился 3 февраля 1904 года в Кенигсберге. В 1919–1931 годах он служил в Рейхсвере, достигнув чина фельдфебеля. В СС вступил 26 февраля 1932 года (билет № 29 429), служил в 18-м штандарте СС в Кенигсберге. 11 мая 1933 года Плёв вступил в «Лейбштандарт», став одним из первых его членов. 25 июня 1934 года он вступил в части усиления СС, где и служил на разных должностях вплоть до начала войны. В феврале 1941 года Плёв уже был командиром III батальона полка СС «Нордланд». В мае 1943 года Плёв был зачислен в зенитный учебно-запасной полк СС в Мюнхене, а осенью 1943 года окончил курсы командиров тяжелых зенитных дивизионов в 1-й армейской школе зенитной артиллерии. После этого он был назначен командиром 11-го зенитного дивизиона СС дивизии СС «Нордланд». В оберштурмбаннфюреры СС произведен 9 ноября 1944 года. За заслуги на этом посту Плёв был награжден Германским крестом в золоте, 13 января 1945 года. И именно с этой должности он был переведен в «30 января» командиром учебно-полевого батальона[157], которым и прокомандовал до конца войны[158].
Командиром 1-й роты был унтерштурмфюрер СС Эмиль Дейшле[159]. В батальоне также служил оберштурмфюрер СС Ханс-Юрген Шмидт[160], который в 1942 году был одним из немецких офицеров в добровольческом легионе СС «Недерланд», а в октябре 1944 года служил в 15-й гренадерской дивизии войск СС (латышской № 1). Шмидт погиб в апреле 1945 года.
32-й хозяйственный батальон СС. Состоял из хлебопекарной роты (
32-й взвод фельджандармерии СС. Личный состав для создания этого очень важного для дивизии подразделения также был заимствован из 2-го автомобильного учебно-запасного полка СС, дислоцировавшегося в Веймаре[164]. Взвод фельджандармерии был приписан к штабу дивизии и формировался по штату от 1 ноября 1943 года (
Моторизованная санитарная рота была практически целиком заимствована из состава запасного санитарного батальона СС в Штеттине (однако номер ее в этом батальоне неизвестен). По данным Р. Михаэлиса, сюда же, в роту был направлен персонал медицинской академии СС в Граце, госпиталя войск СС в Праге и 505-го санитарного батальона СС[165] (корпусная часть V горного корпуса СС), а Р. Ландвер настаивает на зачислении в роту личного состава 21-й санитарной роты СС из албанской дивизии СС «Скандербег»[166]. Рота формировалась по штату от 1 августа 1944 года (
32-я ветеринарная рота СС была сформирована по штату от 1 сентября 1944 года (
32-й полк снабжения СС. Был полком чисто номинально, состоял из двух рот, организованных по штату (
В целом полностью формирование и реорганизация дивизии завершились только в апреле 1945 года.
По общепризнанным данным, максимальное количество личного состава дивизии СС «30 января» на пике численности составляло около 12 000 человек[173]. Однако эти оценки чересчур оптимистичны, фактически дивизия вряд ли достигала такой численности. Подробнее об этом речь пойдет ниже, а сейчас просто укажем, что общая численность дивизии могла достигать немногим более 11 000 солдат и офицеров, что и так являлось очень неплохим результатом как для апреля 1945 года. При этом на 15 апреля 1945 года ее боевой состав[174] насчитывал 6703 военнослужащих[175].
Исследование данных Германского Красного креста[176] показало, что почти 75 % военнослужащих дивизии были молодыми людьми в возрасте от 17 до 24 лет, причем 2/3 из них были 18–19 летними юношами. 15 % военнослужащих были в возрасте от 35 до 45 лет и 10 % – старших возрастных категорий[177]. При анализе возрастных категорий личного состава дивизии обращает на себя внимание практически полное отсутствие в «30 января» военнослужащих в возрасте 25–35 лет, что является отражением сложной ситуации с укомплектованием войск, сложившейся к этому моменту в Германии.
Кроме должностных лиц, известно лишь очень немного офицеров, служивших в дивизии СС «30 января». Одним из них был оберштурмфюрер СС Ханс-Хайнрих Клаусс, зачисленный в дивизию в конце февраля 1945 года. До этого Клаусс командовал 2-й батареей 8-го зенитного дивизиона СС 8-й кавалерийской дивизии СС «Флориан Гейер», за заслуги на этом посту был награжден Германским крестом в золоте 27 января 1945 года[178]. Дивизия СС «Флориан Гейер» была уничтожена в Будапеште 12 февраля 1945 года, только незначительное число ее военнослужащих сумело благополучно вырваться из окружения и пробиться к немецким войскам, Клаусс был одним из них. Сам факт его попадания в дивизию СС «30 января» очень интересный, ведь обычно уцелевшие чины из «Флориан Гейер» направлялись на формирование новой 37-й кавалерийской дивизии СС «Лютцов», а Клаусса, напротив, направили в 32-ю гренадерскую дивизию СС[179]. Должность его в дивизии неизвестна; по некоторым данным, Клаусс вскоре даже покинул дивизию, однако затем вернулся в нее снова, возглавив в конце войны приданный дивизии 550-й зенитный дивизион. Однако однозначное подтверждение или опровержение данного факта отсутствует[180], тем более что последним командиром дивизиона числится гауптштурмфюрер СС Карл Хохенгасснер.
Одним из ключевых постулатов апологетики войск СС является утверждение, что войска СС не имели никакого отношения к нацистским концентрационным лагерям. Однако факты свидетельствуют, что это утверждение ложно[181]. Во всех дивизиях СС служили бывшие солдаты из персонала концлагерей. Не стала исключением и дивизия СС «30 января». Как мы уже отмечали выше, в ряды дивизии было зачислено некоторое количество бывшего охранного персонала концлагерей.
Кроме этого, среди офицеров, служивших в дивизии, минимум двое ранее служили в частях СС «Тотенкопф» в качестве персонала концентрационных лагерей. Это оберштурмбаннфюрер СС Вернер Камольц и штурмбаннфюрер СС Отто Кюстер. Камольц родился 20 января 1910 года в Познани. Член СС (билет № 259 367), член НСДАП (билет № 1 422 318). В 1938–1939 годах он служил помощником врача в концлагере Бухенвальд. Затем, в 1940–1941 годах служил в дивизии СС «Тотенкопф», в 1943–1945 годах – в горной дивизии СС «Норд», откуда и был переведен в «30 января». Кавалер Железного креста II класса. Должность Камольца в 32-й дивизии СС неизвестна[182], хотя можно предположить, что он занял пост дивизионного врача или его помощника.
Кюстер родился 8 января 1908 года в Пассендорфе. Член СС (билет № 73 841), член НСДАП (билет № 668 271). В 1935–1936 годах служил в администрации концлагеря Лихтенбург, а в 1937–1939 – в администрации концлагеря Дахау. В 1942–1943 годах воевал в составе полицейской дивизии СС. С 20 апреля 1943 года по 24 сентября 1944 года Кюстер командовал 13-м хозяйственным батальоном СС 13-й горной дивизии войск СС «Хандашар», был единственным, кто занимал эту должность[183]. В 1945 году его перевели в дивизию СС «30 января», его должность здесь неизвестна, но скорее всего, он был назначен командиром 32-го хозяйственного батальона СС (хотя подтверждений этому у нас и нет). Кавалер Креста военных заслуг II класса[184].
В принципе, количество офицеров, служивших в концлагерях в офицерском корпусе 32-й дивизии СС, должно быть выше, тем более что некоторые из офицеров служили в концлагерях еще до войны, будучи рядовыми или унтер-офицерами, а офицерское звание им было присвоено уже после того, как они оказались в строевых частях войск СС. Поэтому они и не попадают в общую статистику по офицерам концентрационных лагерей.
Полк СС «Фальке»
Некоторые исследующие историю войск СС авторы указывают, что в состав дивизии СС «30 января» также входил и полк СС «Фальке», который и имел порядковый номер 87[185]. В действительности «Фальке» был отдельным полком, который организационно в состав 32-й дивизии СС никогда не входил. Он был сформирован в конце февраля 1945 года из учебно-запасных частей танковых дивизий СС «Лейбштандарт», «Тотенкопф» и батальона сопровождения рейхсфюрера СС. Первоначальная задача этого полка состояла в обеспечении охраны штаба Главного оперативного управления СС, а затем он был передан командованию 9-й армии и сражался на Одерском фронте. В апреле, еще до начала советского наступления на Берлин этот полк был лишь подчинен дивизии СС «30 января»[186]. А порядковый номер 87, как уже указывалось, носил гренадерский полк СС «Курмарк».
Так что этот полк прямо не входил в состав 32-й дивизии СС. Однако поскольку этот полк был придан дивизии СС «30 января» и непосредственно связан с ней, то есть смысл рассказать о нем подробнее, тем более что информации о нем не особо много.
Полк СС «Фальке» состоял из трех батальонов:
– I батальон – прежний батальон сопровождения рейхсфюрера СС, состоял из трех рот, 1-я, 2-я, 3-я;
– II батальон – прежний 3-й панцер-гренадерский учебно-запасной батальон СС, дивизии СС «Тотенкопф», дислоцировавшийся в Губене, состоял из трех рот, 4-я, 5-я, 6-я;
– III батальон – прежний 1-й панцер-гренадерский учебно-запасной батальон СС, дивизии СС «Лейбштандарт», дислоцировавшийся в Шпреенхагене, состоял из трех рот, 7-я, 8-я, 9-я[187].
Таким образом, первоначально батальон состоял только из пехотных стрелковых рот. Затем, в начале апреля 1945 года к стрелковым ротам также добавились роты, оснащенные тяжелым вооружением – станковыми пулеметами и 80-мм минометами[188]; одна из этих рот имела порядковый номер 12 (командир – унтерштурмфюрер СС Шенк).
Сразу заметим, что не все подразделения 1-го панцер-гренадерского учебно-запасного батальона СС в Шпреенхагене вошли в полк СС «Фальке» – сам по себе батальон остался как самостоятельное подразделение.
Командиром полка был оберштурмбаннфюрер СС Эрих Розенбуш, опытный офицер, закаленный в боях на Восточном фронте. Он родился 13 января 1913 года. В СС вступил в начале марта 1933 года (билет № 102 899). Член НСДАП (билет № 2 280 754). Прошел стажировку в Рейхсвере для подготовки на унтер-офицера, затем работал инструктором в спортивной школе. 23 февраля 1935 года вступил в штандарт СС «Германия», где окончил курсы унтер-офицеров, служил в 6-й роте. Выпускник юнкерской школы СС в Брауншвейге (второй выпуск). С 1937 года служил командиром взвода в штандартах СС «Тотенкопф», «Тюрингия», осенью 1938 года прошел стажировку в армии, в 80-м пехотном полку. В 1937 году служил в концлагере Заксенхаузен, а в 1938 – в Бухенвальде[189]. В 1940 году переведен в дивизию СС «Тотенкопф», командир 9-й роты 1-го пехотного полка СС «Тотенкопф». 24 мая 1940 года ранен в боях во Франции. После возвращения в строй направлен в полк СС «Нордланд», командир 9-й роты. Тяжело ранен 23 июля 1941 года, три месяца провел в госпитале. 28 февраля 1942 года награжден Германским крестом в золоте. В феврале 1942 года тяжело заболел, направлен в госпиталь СС в Дахау. После выздоровления Розенбуш был признан негодным для службы на фронте и к активной службе не возвращался. Служил в учебных заведениях войск СС: инструктором по тактике в юнкерской школе СС в Брауншвейге, в саперной школе СС «Градишко», затем опять в Брауншвейге, пока, наконец, осенью 1943 года не оказался командиром лергруппы[190] в недавно созданной юнкерской школе СС в Клагенфурте. В феврале 1944 года прошел обучение на армейских курсах командиров полков. В октябре 1944 года получил назначение в Главное оперативное управление СС в управление XI: подготовка командных кадров для войск СС, где служил под началом группенфюрера СС Хайнриха Юрса. Произведен в оберштурмбаннфюреры СС 9 ноября 1944 года. При формировании полка СС «Фальке», несмотря на свою недееспособность, Розенбуш был назначен его командиром[191].
Должность командира I батальона занимал штурмбаннфюрер СС Гетц Перш[192], II – оберштурмбаннфюрер СС Вальтер Беллвидт[193], III – штурмбаннфюрер СС Артур Клингемайер[194], а затем – гауптштурмфюрер СС Польстерманн. Известен и еще один офицер, на 1 марта 1945 года служивший в батальоне – это штурмбаннфюрер СС Фридрих Бойтлер[195].
В апреле 1945 года 2-й батальон полка был выведен в район севернее Берлина и с этого момента действовал отдельно[196].
Одним из военнослужащих полка был семнадцатилетний гренадер СС Юрген Муз, добровольцем вступивший в «Лейбштандарт» в начале 1945 года. В своем дневнике Муз описал систему подготовки молодых новобранцев в 1-м учебно-запасном батальоне СС в Шпреенхагене и формирование полка СС «Фальке». Эти воспоминания интересны прежде всего тем, что относятся они к последнему периоду войны. Муз писал: «При зачислении в часть все идет по заведенному порядку: получение обмундирования, потом – марш по лесам и полям со всеми пожитками, упакованными за спиной. Когда уже начало темнеть, слышим команду “Стой!”. Вокруг – зимний пейзаж, везде и всюду ни одного дома. Растерянные, озадаченные лица призывников.
Поделиться книгой: