Управление инновационным развитием высокотехнологичных корпораций России

Разработка концепции учетно-контрольной и аналитико-оценочной системы и её функционального механизма, способного формировать релевантную информацию для управления стоимостью бизнеса компаний сферы интеллектуальных бизнес-услуг, предполагает решение важной теоретической задачи – изучить и систематизировать научные взгляды классиков экономической мысли и современников на основополагающие категории: «стоимость», «капитал» и понятия: «стоимостное управление», «управление стоимостью» и другие. Такая необходимость предопределена ещё и тем, что в настоящее время содержание многих научно-методических рекомендаций бухгалтеров и финансовых аналитиков в отношении выбора адекватных концепций оценки стоимости бизнеса компаний не проясняет путаницы, связанной с определением (детерминированием) вышеназванных категорий и понятий. В публикациях методологов учета и финансового менеджмента термин «стоимость» часто используется без уточнения того, в отношении какого вида стоимости осуществляются учетные или управленческие действия (операции или сделки). Следовательно, необходимо идентифицировать все носители стоимости, которыми оперирует теория и практика и бухгалтерского учета, и финансового менеджмента.

Одним из первых, кто заложил теоретические основы понятий «стоимость» и «капитал», был К. Маркс. «Товары, – писал К.Маркс, – являются на свет в форме потребительных стоимостей, или товарных тел, каковы железо, холст, пшеница и т. д. Это их доморощенная натуральная форма. Но товарами они становятся лишь в силу своего двойственного характера, лишь в силу того, что они одновременно и предметы потребления, и носители стоимости. Следовательно, они являются товарами, или имеют товарную форму лишь постольку, поскольку они обладают этой двойной формой – натуральной формой и формой стоимости в стоимость [Wertgegenständlichkeit] не входит ни одного атома вещества природы, поэтому и не знаешь, как за неё взяться. Вы можете ощупывать и разглядывать каждый отдельный товар, делать с ним, что вам угодно, он как стоимость [Wertding] остаётся неуловимым. Но если мы припомним, что товары обладают стоимостью [Wertgegenständlichkeit] лишь постольку, поскольку они суть выражения одного и того же общественного единства – человеческого труда, то их стоимость [Wertgegenständlichkeit] имеет поэтому чисто общественный характер, то для нас станет само собой понятным, что и проявляться она может лишь в общественном отношении одного товара к другому. В самом деле, мы исходим из меновой стоимости, или менового отношения товаров, чтобы напасть на след скрывающейся в них стоимости. Относительная форма стоимости и эквивалентная форма – это соотносительные, взаимно друг друга обусловливающие, нераздельные моменты, но в то же время друг друга исключающие или противоположные крайности, т. е. полюсы одного и того же выражения стоимости; они всегда распределяются между различными товарами, которые выражением стоимости ставятся в отношение друг к другу. Находится ли данный товар в относительной форме стоимости или в противоположной ей эквивалентной форме – это зависит исключительно от его места в данном выражении стоимости, т. е. от того, является ли он товаром, стоимость которого выражается, или же товаром, в котором выражается стоимость. Чтобы выяснить, каким образом простое выражение стоимости одного товара содержится в стоимостном отношении двух товаров, необходимо, прежде всего, рассмотреть это последнее независимо от его количественной стороны. Обыкновенно же поступают как раз наоборот и видят в стоимостном отношении только пропорцию, в которой приравниваются друг другу определённые количества двух различных сортов товара. При этом забывают, что различные вещи становятся количественно сравнимыми лишь после того, как они сведены к одному и тому же единству.

Опираясь на утверждения К. Маркса, следует заключить, что понятие «стоимость» даёт представление только о возможности обмена одной ценности, находящейся у владельца по праву собственности, на другую, более ему необходимую. Товары – суть разнообразные формы существования стоимости в определенном денежном выражении. И вовсе необязательно, чтобы для этого существовал некий рынок в его общепризнанном значении. Иными словами, абстрактному понятию «стоимость» в принципе не нужен предметный носитель, оцененный количеством денежных знаков. Любая вещь, воспринимаемая в обмене на другую как ценность, может быть «воплощением стоимости», которую Маркс называл уже не Wertgegenständlichkeit, а Wertding. Это имеет принципиальное методологическое значение для современного понимания сущности экономической категории «стоимость» и её формализованного содержания, которым в многообразных видах пользуются бухгалтера, финансовые менеджеры, аудиторы и оценщики.

Денежные эквиваленты позволят лишь упорядочить соотношения ценности разных товаров, представленных на рынке. В этом случае речь уже идут о конкретном носителе стоимости, например, стоимости здания, машины или компании как имущественном комплексе. Вопросы идентификации носителей стоимости имеют, на наш взгляд, первостепенное значение для решения проблем информационного обеспечения управления их стоимостью бизнеса компаний. Обобщая утверждения классиков экономической мысли, можно заключить, что всеобщий носитель стоимости – это товар. В настоящее время товаром могут выступать все ценности, вовлекаемые в обменные процессы на рынке товаров, труда и капиталов. Эти процессы выражает главную предпринимательскую цель – увеличить изначально вложенную в воспроизводственный процесс стоимость ценности (актива), т. е. получить в процессе его использования добавленную стоимость. Чтобы содержание данных процессов было подконтрольно предпринимателю, результаты прохождения активов по всей цепочке воспроизводственного процесса отражаются соответствующими бухгалтерскими записями. Соразмерно этому в системе бухгалтерского учета отражаются обязательства экономического субъекта, а сопоставление потоков денежных средств на «входе» и «выходе» из воспроизводственного процесса дает представление о конечном результате финансово-хозяйственной деятельности (прибыли или убытке). Так формируется, по нашему мнению, особые носители стоимости – стоимость актива или конкретного бизнес-процесса, общая стоимость бизнеса компании или стоимость компании как имущественного комплекса.

Один из дискуссионных вопросов полемики финансистов-аналитиков и бухгалтеров по содержанию концепций оценки стоимости отдельных учетных объектов (носителей стоимости) и компании в целом связан с определением содержания объекта оценки в рамках понятий: «бизнес» и «компания или предприятие как имущественный комплекс». Для идентификации носителей и видов стоимости для учетных и управленческих целей и последующего информационного обеспечения разработки и реализации финансовой стратегии компаний считаем необходимым рассмотреть некоторые позиции отечественных исследований, связанные с раскрытием содержания понятий «бизнес», «компания», «бизнес-процесс». По мнению одних ученых, бизнес – коммерческая деятельность в частном секторе экономики. Нередко используется как синоним термина «предпринимательская деятельность». Бизнес может быть организован несколькими инвесторами в рамках одного предприятия и может принадлежать одному инвестору в рамках нескольких предприятий (например, холдинговая компания). Поэтому понятие «бизнес» не тождественно понятию «предприятие» и связано не с организационно-правовыми формами управления коммерческой деятельностью, а со структурой собственности. Предпринимательство – способ ведения бизнеса на самостоятельной независимой основе с использованием инноваций. Предпринимательство отличает три необходимых признака, составляющие его суть: организационная деятельность; инициирование изменений; денежный доход как цель и критерий успеха.

В большинстве научных трудов и методических пособий авторы по оценке стоимости учетных объектов не разделяют понятия «бизнес» и «компания». В трудах Тришина В.Н. используется словосочетание – «оценка бизнеса компаний». Ревуцким Л.Д. предлагается использовать понятие «фундаментальная стоимость предприятия». Понятие «предприятие» («компания») представляется гораздо более широким и универсальным, чем понятие «бизнес», под которым в настоящее время словарно-лингвистически не корректно имеются в виду конкретные, сравнительно мелкие объекты хозяйственной деятельности сугубо с частной или личной формой собственности (мастерские, ателье, станции технического обслуживания, автозаправочные станции, магазины, аптеки, некоторые медицинские учреждения и пр.)». Понятие «бизнес» существенно уже понятия «предприятие или «компания», поскольку оно обозначает только определенный вид деятельности предприятия (сектор специализации, бизнес-процесс и т. п.). Следовательно, в оценке стоимости того или иного объекта должны использоваться различные концепции (принципы и модели). По утверждению Бочарова В.В., Самоновой И.Н., Макаровой В.А., «стоимость предприятия – всеобъемлющий и долгосрочный показатель, отражающий результативность деятельности». На наш взгляд, следует считать обоснованным использование термина «стоимость бизнеса компании», где весь бизнес можно рассматривать как носитель стоимости в представлении о совокупном результате функционирования стабильно действующей компании (принцип непрерывности) на конкретную дату оценки. Управление стоимостью таких носителей как весь совокупный бизнес компании или отдельные бизнес-процессы – прерогатива финансового менеджмента. Стоимость бизнеса или компании как товаров – это только один из частных видов стоимости собственности на конкретный объект. В соответствии с целью нашего исследования считаем необходимым представить авторскую трактовку термина «бизнес-процесс», поскольку это понятие неоднозначно трактуется в специальной литературе. Во-первых, с технологической стороны – это набор хозяйственных процессов, а, во-вторых, это – набор управленческих действий оперативного и перспективного характера. В исследовании нами развивается и второе видение содержания понятия «бизнес-процесс», это – процессы и подпроцессы реализации функций системы управления, одной из которых является обеспечение прироста стоимости бизнеса. В связи с тем, что совокупный бизнес или его часть (бизнес-процесс) как вид предпринимательской деятельности не является объектом гражданских прав, возникает необходимость конкретизации носителя стоимости при его оценке. На наш взгляд, в случае оценки стоимости бизнеса для собственников или менеджеров в качестве носителя стоимости можно использовать вещное право (право собственности или какое-либо другое) на пакет акций (в случае оценки ОАО или ЗАО), на долю учредителя (при оценке ООО), на пай (при оценке кооператива), на имущество (активы) в хозяйственном обороте или при совершении рыночных сделок, на долю чистой прибыли в форме дивидендов.

На основании выше сказанного можно заключить, что для учетных и управленческих целей следует выделять два принципиально разных носителя стоимости: компания как имущественный комплекс и бизнес как предпринимательская деятельность, направленная на получение дохода.

При этом с точки зрения объекта гражданских прав, т. е. объекта оценки, бизнес представляет собой оценку права на пакет акций, долю или пай в зависимости от организационно-правовой формы организации и функционирования бизнеса. Требования к информации для проведения оценки стоимости объекта изложены в пунктах 18 и 19 Федерального стандарта оценки № 1. На наш взгляд, стоимость компании как имущественного комплекса и стоимость бизнеса как всей и части финансово-хозяйственной деятельности компании не идентичны как в отношении выбора методов оценки, так и по полученным результатам их применения. В стандартах оценки приводится определение, что «бизнес представляет собой любую коммерческую, промышленную или инвестиционную организацию либо организацию сферы услуг, занимающуюся экономической деятельностью. Обычно «бизнесы» – это организации, ставящие своей целью извлечение прибыли и работающие для того, чтобы обеспечивать потребителей продуктами или услугами. Тесно связанными с понятием «организация бизнеса» являются термины:

а) «функционирующая компания», которая представляет собой бизнес, осуществляющий экономическую деятельность, занимающийся изготовлением, продажей или торговлей некоторой продукцией либо услугами;

б) «действующее предприятие», являющееся организацией, относительно которой обычно считается, что она будет продолжать свою деятельность в обозримом будущем при отсутствии намерения или необходимости ее ликвидации либо без существенного сокращения масштабов своей деятельности.

Сама по себе стоимость объекта оценки является ни абсолютным фактом, ни показателем, это – оценочное суждение, выносимое оценщиком на основе релевантной информации и применимых на момент оценки методов выполнения расчетов. Цель управления стоимостью бизнеса заключается в оценке фактической (по ретроинформации) и потенциальной (по модифицированной ретроинформации) стоимости всех бизнес-процессов компании с учетом внутренних улучшений (реструктуризация управления движением денежных средств и реорганизация структуры управления компанией), предполагающих увеличить интенсивность будущих денежных потоков, а тем самым обеспечить рост стоимостных параметров бизнеса на всех этапах реализации финансовой стратегии.

Конкурентный рынок, свободное перемещение товаров, рабочей силы и капиталов, развитие международных стандартов управления бизнесом (учет, контроль, анализ и оценка) и другие глобальные факторы породили новый носитель стоимости – «некое согласие участников рыночных сделок и транзакций». Сформировался новый вид стоимости – «справедливая стоимость», именуемая в некоторых изданиях как «рыночная стоимость в справедливой оценке». Можно полагать, что развитие данного вида стоимости берет свое начало с неолиберальной доктрины стоимости (А. Маршалл и его последователи), которая в отличие от классической (К. Маркс), «дала свободу развития её виртуальных предметных форм. «Поскольку разорвана связь с затратами труда, становится возможным наращивать стоимость любыми способами, – верно отмечает Д.А. Алексеев, – в рамках данной теории вполне логично и естественно, что стоимость ценных бумаг гораздо выше затрат труда, понесенных на их изготовление… сделка купли-продажи ценных бумаг, происходящая по конкретной цене, выявляет только их «индивидуальную» стоимость в рамках тенденций на рынке ценных бумаг.

В международных стандартах понятие «справедливость» представлено в качестве основополагающего принципа формирования отчетной информации (Fair Presentation). Второй принцип – установление справедливой цены (Fair Value) используется при определении стоимости отдельно взятого объекта активов или обязательств компании. При этом под «справедливой стоимостью» понимается сумма, на которую можно обменять актив при совершении сделки между хорошо осведомленными в её сути участниками, экономически независимыми друг от друга. Операция между независимыми сторонами – это операция между сторонами, которые не имеют между собой никаких особенных или конкретных отношений, которые сделали бы цену операции нехарактерной для условий рынка. Например, в МСФО 17 «Аренда» условия оборота актива выражены как предоставление арендатору «возможности приобретения актива по договорной цене, которая будет использована с разумной определенностью, а в части дисконтированной стоимости минимальных арендных выплат приближается к справедливой стоимости арендованного актива». В отношении оценки выручки от продаж по справедливой стоимости полученного или ожидаемого возмещения из неё должны быть вычтены торговые и оптовые скидки, платежные скидки не подразумеваются к вычету (МСФО 18 «Оценка выручки»). В случае, когда происходит отсрочка поступления денежных средств (например, предоставление беспроцентного кредита), то справедливая стоимость возмещения определяется дисконтированием всех будущих поступлений с помощью условной процентной ставки. Разница между справедливой стоимостью и номинальной суммой возмещения определяется отдельно и раскрывается как процент. В случае невозможности определения точной величины справедливой стоимости, то менеджер компании может определить некий диапазон обоснованных расчетных оценок. Ряд специалистов в области бухгалтерского учета и финансовой отчетности, высказываясь с критикой в отношении целесообразности использования оценок по справедливой стоимости, акцентируют внимание на субъективном характере оценок менеджмента компаний, оценщиков и аудиторов, когда речь идет об определении справедливой стоимости в ситуации отсутствия активного рынка. Такого рода «свобода» в определении параметров справедливой стоимости является предметом критики этого вида стоимости. Аналитики делают вывод, что, поскольку большинство активов не имеют рыночных цен, их справедливая стоимость, рассчитанная экспертами, условна. К тому же она может признаваться справедливой лишь на дату оценки, так как может измениться уже на следующий день. Тогда как разброс значений в диапазоне параметров справедливой стоимости объекта не должен быть значительным, и степень вероятности данных значений в указанном диапазоне должна поддаваться количественной оценке. Уточнение содержания понятия «справедливая стоимость» у Карповой В.В. связано, по её утверждению, с «итогом теоретических изысканий», однако, это понятие сводится к количественной величине – «сумма денежных средств, за которую можно было бы обменять актив или погасить обязательство в добровольной сделке, заключаемой как на «активном» (биржевой, дилерский или иной рынок с участием посредников), так и на «неактивном» (сделки на котором совершаются нерегулярно) рынках между осведомленными заинтересованными сторонами.

Пальчун Е.П. понятие «справедливая стоимость» также определяет как «сумму денежных средств, за которую актив может быть обменен или в которой обязательство может быть урегулировано в результате осуществления сделки между не зависящими друг от друга сторонами, осведомленными об условиях сделки и желающими совершить такую сделку. В справедливую стоимость не включаются затраты на совершение сделки, ожидаемые при передаче или отчуждении объекта». Вместе с тем, автором справедливо подчеркивается, что «длительный период в учетной практике активно использовалась традиционная модель оценки на основе затрат, которая не позволяла отразить специфику финансовых активов, поэтому возникла необходимость поиска новой концепции оценки через справедливую стоимость финансовых инструментов.

Характерно, что основные дискуссии методологов учета и финансистов-оценщиков вокруг правомерности использования термина «справедливая стоимость» в измерении стоимостных параметров бизнеса, результатов оборота активов компаний или других хозяйственных процессов развернулись после глобального финансового кризиса 2008 года. Негативным моментом отрыва стоимости от затрат труда, выдвигаемого неоклассической теорией явились существующие в настоящее время два мира: «виртуальные деньги на фондовых рынках» и «деньги в корпоративной обороте» реальной экономики. Считаем обоснованным мнение аналитиков, что именно такой разрыв и послужил одной из причин глобального финансового кризиса 2008 г., а, «если не обуздать мировую финансовую элиту действенными мерами государственного надзора и регулирования», то повторение таких кризисов в будущем вполне возможно.

Замечания ученых, занимающих критическую позицию по вопросу применения справедливой стоимости, безусловно, не лишены здравого смысла и заслуживают внимания, тем более, что к ним присоединяются специалисты фондового рынка. Принимая во внимание текущие неустойчивые тенденции на мировых фондовых рынках, три советника Европейской комиссии, члены Европейской консультативной группы по финансовой отчетности (EFRAG) – Карстен Зилке (Carsten Zielke), Майкл Старки (Michael Starkie) и Томас Сиберг (Thomas Seeberg) – в своем интервью «Financial Times» высказались о негативном влиянии действующей учетной практики. По их мнению, использование справедливой стоимости может привести к негативным последствиям, а именно неадекватного определения рыночных цен и дальнейшей дестабилизации рынков.

Рассматривая дискуссионные положения в отношении оценки бизнеса по справедливой стоимости, необходимо остановиться и на положениях Федерального стандарта оценки «Цель оценки и виды стоимости» (ФСО № 2), обязательного к применению при осуществлении оценочной деятельности. Настоящий федеральный стандарт оценки разработан с учетом международных стандартов оценки и раскрывает цель оценки, предполагаемое использование результатов оценки, а также определение рыночной стоимости и видов стоимости, отличных от рыночной. При осуществлении оценочной деятельности необходимо указывать конкретный вид стоимости, который определяется предполагаемым использованием результата оценки. На наш взгляд, в этом определении повторяется смысл МСФО и сохраняется его условность. В этой связи как нельзя точно высказывается Хэннинг Драгер, представляющий IIRC и являющийся менеджером по отношениям с Россией, странами Кавказского региона, Балтии и Скандинавии. «Сегодняшняя модель отчетности напоминает айсберг, – утверждает он, – финансовая часть отчета является видимой и напоминает надводную часть айсберга. Ее может видеть и оценить рынок. При этом социальные и экологические компоненты спрятаны под водой, они не видны. Возможности и риски тоже спрятаны. Рынок говорит: «нельзя управлять тем, что является невидимым». Итак, важно все это вернуть в обозримое поле. Мы хотим, чтобы был виден весь айсберг, а не только его верхушка. Рынок сейчас посылает нам новые сигналы, которые мы пытаемся понять и воспринять». Из стенографического отчета IX Ежегодной практической конференции «Годовые отчеты: опыт лидеров и новые стандарты».

В МКСОИ 2 рыночная стоимость в справедливой оценке рассматривается в качестве основы для финансовой отчетности. Принципами подготовки и составления финансовой отчетности, составляющими основу

Международных стандартов финансовой отчетности, при определении активов и обязательств акцент сделан на оценку ожидаемых от их использования экономических выгод. Между тем, в тексте стандарта приводятся частые ссылки на «справедливую» стоимость», многочисленные интерпретации которой разбросаны по их текстам, проявляя недопустимую, с позиции соблюдения принципов, непоследовательность. В итоге возникает множество сомнений относительно совершенства содержания термина «справедливая стоимость» по сравнению с другими давно признанными видами стоимости, её квалификации как критерия полезности, достаточно точного параметра процедур измерений, их исчерпывающего или, напротив, альтернативного характера.

Следует отметить, что по российским стандартам понятие «справедливая стоимость» до настоящего времени не введено (кроме банковского сектора) и оценщики, и бухгалтеры оперируют понятием «рыночная стоимость». Понятие справедливой стоимости введено только нормативно правовыми документами Центробанком России методическими рекомендациями «Об оценке финансовых инструментов по текущей (справедливой) стоимости». Тем не менее, международные стандарты финансовой отчетности предполагают использование показателей и понятие «справедливая стоимость» в отличие от отечественных стандартов бухгалтерского учета.

Критики утверждают, что величина справедливой стоимости слишком подвержена манипуляциям, цель которых – показать желаемый для руководства результат. Данное мнение считаем вполне обоснованным, поскольку определение справедливой стоимости во многих случаях основывается на субъективных суждениях менеджмента компании, что, безусловно, влияет на достоверность показателей финансовой отчетности. Стандартизированный регламент оценки справедливой стоимости основываться на допущении, что будущие условия, операции или события, результат которых носит неопределенный характер, могут изменяться со временем. С абсолютной точностью такие изменения не прогнозируются. Из-за наличия неопределенностей в модели оценки справедливой стоимости увеличивается влияние значительных рисков на содержание финансовой отчетности, что, естественно, мотивирует интересы руководства компании в её стремлению предоставить пользователям «прибыльную» отчетность. Вследствие этого риск существенного искажения учетных оценок многократно возрастает.

В противовес сложившемуся мнению, аналитики компании АССА, полагают, что мировой финансовый кризис 2008 г., не является следствием действия принципа «справедливой стоимости» (fair value) в бухгалтерии, утверждается в аналитическом отчете АССА. Последний аналитический отчет, подготовленный АССА (Ассоциацией присяжных сертифицированных бухгалтеров – глобальным объединением финансовых профессионалов), приводит доводы в защиту методов учета, основанных на принципах (МСФО), и призывает к тому, чтобы «справедливая стоимость» оставалась ключевым элементом будущих глобальных стандартов бухгалтерского учета. Президент АССА Ричард Эткин-Девис (Richard Aitken-Davies), отмечает: «АССА поддерживает концепцию справедливой стоимости и не считает, что она могла каким-либо образом стать причиной кредитного кризиса. Тот факт, что справедливая стоимость является единственным реальным методом учета производных финансовых инструментов (деривативов) и позволяет отобразить их в балансовом отчете, служит достаточным доказательством ее ценности». Относительно простой, а, следовательно, применимой на практике, оценка справедливой стоимости может считаться только в отношении активов или обязательств, обращающихся на активном и открытом рынке, фактическая информация по ценам таких рыночных сделок находится в открытом доступе. Компании, которые не представлены на фондовом рынке, применять концепцию оценки активов и обязательств по справедливой стоимости практически не могут в силу отсутствия сопоставимого аналога. Кроме того, в таких компаниях не формируется банк информации за длительный период финансово-хозяйственной деятельности, а финансовый анализ ограничивается сравнением двух отчетных периодов по данным официальной бухгалтерской отчетности. В условиях конкурентного рынка такая ситуация недопустима, поскольку отсутствует информационная платформа для финансового стратегирования.

Повышение требований пользователей к сопоставимости информации за длительный период в различных форматах её оценки, к её достоверности и доступности актуализирует вопрос о моделировании показателей финансовой отчетности. Модели оценки по справедливой стоимости достаточно хорошо освоены менеджерами компаний, формирующих отчетность по МСФО. Однако и для них бухгалтерский учет активов и обязательств, требующих оценку справедливой стоимости с надлежащим раскрытием связанных с ними неопределенностей, сопряжет с трудностями. Независимо от вида используемой модели оценки, менеджер или бухгалтер компании должен включить в неё поправки с учетом предполагаемых рисков, которые могут внести рыночные регуляторы, например, в отношении цены кредитных ресурсов и ограничений по критерию ликвидности активов компании. В любом случае реальная ценность бухгалтерских отчетов для финансового анализа заключается в том, что они выступают в качестве источника исходной информации, помогающей при соответствующих её модификациях прогнозировать будущие доходы компании и строить стратегию развития. Для непубличных компаний, также заинтересованных в приросте стоимости своего бизнеса, проблемы оценки объектов учета стоят еще более остро. До настоящего времени многие положения российского законодательства и подзаконных актов, регулирующие учетно-контрольные процессы для большинства непубличных российских компаний, а также устанавливающие правила стоимостного измерения объектов учета, адекватно не отражают мировые тенденции развития практики управления стоимостью бизнеса во всём многообразии её видов: справедливая, приведенная стоимость, стоимость возможного использования, чистая стоимость продаж и др. Данное обстоятельство существенно препятствует как конвергенции отечественной учетной и управленческой парадигм, так и совершенствованию принципов и организации российского учетного процесса и формирования отчетности в соответствии с международными стандартами в реальном пространстве и времени. В связи с этим заинтересованные пользователи не получают точную информацию о реальной стоимости управляемых объектов, что, естественно, порождает непредвиденные предпринимательские риски, снижает инвестиционную привлекательность субъектов хозяйствования в разных сферах российской экономики, подрывает доверие инвесторов к показателям, отражаемых в отчетности для внешних и внутренних пользователей.

Институт присяжных бухгалтеров США (AICPA) предложил свои критерии достоверности отчетной информации: 1) соответствие общепринятым принципам; 2) представление полезной информации. Второй критерий разрешает и даже обязывает отклоняться не только от инструкций и стандартов, но и от принципов, если они не удовлетворяют бухгалтеров. Следовательно, несмотря на то, что по своей природе справедливая оценка полноправно может быть включена в систему принципов бухгалтерского учета, эта формальная процедура имеет небольшое значение для предоставления пользователям релевантной информации. По мнению Я.В. Соколова и Т.О. Терентьевой, истину в бухгалтерском учете нельзя получить, слепо выполняя предписания нормативных документов. Достоверность учетной информации зависит только от добросовестности бухгалтера. Причем, в основе добросовестности бухгалтера лежит знание теории бухгалтерского учета, которое позволяет ему сформировать и/или расширить свое представление об анализируемой ситуации. Поэтому детальный анализ принципа справедливой оценки объектов учета, анализа и контроля связан, прежде всего, с характеристикой содержания понятия «рыночная стоимость». Рыночная стоимость – это наиболее часто используемый вид стоимости в учетной и финансово-аналитической практике. Например, Ревуцкий Л.Д. под рыночной стоимостью компании понимает расчетную денежную меру обменной ценности полного состава его стоимостеобразующих компонентов, установленную с учетом стоимостепонижающих и стоимостеповышающих факторов, перспектив дальнейшего существования, специализации и уровня экономического развития оцениваемого предприятия на момент проведения оценки этой стоимости. В иностранной переведенной у нас литературе стоимостепонижающие и стоимостеповышающие факторы называются драйверами стоимости, имеющими соответствующую расчетную денежную оценку». При этом, характеризуя задачи прироста стоимости в денежном выражении, российские ученые предпочитают использовать в своих публикациях термин «драйверы стоимости» вместо понятного термина «факторы прироста стоимости, получающие при оценке соответствующую расчетную денежную величину (в суммарном или процентном выражении).

Рыночная стоимость (стоимость объекта в товарообменных отношениях) является оценкой ценности имущества для операторов конкретной рыночной ниши (сегмента) в заданный период времени и свидетельствует о рыночных позициях субъектов на величину выгоды, которую они стремятся получить от сделки. Стоимость объектов учета, как правило, ниже рыночной, поскольку она не отражает влияния рыночных факторов, имеющих место на момент совершения сделок на рынке, являясь только базой для расчета рыночной стоимости. Точность такого расчета зависит от многих причин, например, от используемых моделей оценки, профессионализма оценщиков, готовности рынка воспринимать действительную стоимость объекта, соотношения спроса и предложения и т. д. В конечном счете, величина рыночной стоимости объекта, предъявленного рынку, показывает наиболее приемлемую сумму денежных средств, обозначенных в конечном соглашении покупателя и продавца. В такой интерпретации понятие «рыночная стоимость» близка к понятию «справедливая стоимость», заявленного в МСФО, однако, эти понятия далеко не равнозначны. Их отличия заключаются степенью конкретности. Рыночная стоимость практически всегда конкретная величина, поскольку она заранее известна хотя бы в диапазональном значении её параметров. Справедливая стоимость – это предположительные параметры денежной величины стоимости оцениваемого объекта, к которым потенциально стремятся участники рыночных отношений, но которые могут никогда не оказаться истинно справедливыми. Использование такого вида стоимости как «рыночная стоимость» предназначено для ограниченного числа сделок и операций, в частности, при изъятии имущества для государственных нужд; при определении стоимости размещенных акций общества, приобретаемых обществом по решению общего собрания акционеров или по решению совета директоров общества; при определении стоимости объекта залога, в том числе при ипотеке; при определении стоимости неденежных вкладов в уставный капитал, но записанных в учете в денежном измерении; при определении стоимости безвозмездно полученного имущества. В этом случае очевидна необходимость разработки единой универсальной модели расчета стоимостных параметров таких объектов, при разработке которой необходимо принимать во внимание умозрительность содержания самого термина «справедливая стоимость, а также отсутствие единого и четко прописанного алгоритма определения рыночной стоимости в справедливой оценке применительно к отраслевой специфики деятельности экономического субъекта. Рыночная стоимость понимается как стоимость имущества, рассчитанная безотносительно торговых издержек и без учета каких-либо сопутствующих налогов, что её отличает от балансовой стоимости имущества.

Рыночная стоимость («market value», или в некоторых странах «open market value») на международном уровне учетно-оценочной деятельности также является базовым понятием, содержание которого определяется МКСОИ. По Стандартам МКСОИ рыночная стоимость определяется как «расчетная величина, равная денежной сумме, за которую имущество должно переходить из рук в руки на дату оценки между добровольным покупателем и добровольным продавцом в результате коммерческой сделки после адекватного маркетинга, при этом полагается, что каждая из сторон действовала компетентно, расчетливо и без принуждения». Термин «рыночная стоимость» не является синонимом термина «справедливая, или объективная стоимость» (Fair Value), в том смысле, в каком он используется в стандартах бухгалтерского учета. В отличие от приведенного выше определения рыночной стоимости бухгалтерское понятие «объективная стоимость» подразумевает стоимостной результат сделки, которая могла состояться при наличии определенных разногласий; при обстоятельствах, отличающихся от нормального процесса перераспределения собственности в условиях открытого рынка. Эти обстоятельства включают в себя возможность совершения срочной сделки, когда одна из сторон находится в затруднительном положении, а также другие случаи, не предусмотренные в определении понятия «рыночная стоимость». Термин «справедливая стоимость» используется также в юридическом аспекте при определении компромиссного решения, разрешающего разногласия сторон. Причины этих разногласий также могут не соответствовать определению понятия «рыночной стоимость». Во избежание неясностей и недоразумений отчет об оценке рыночной стоимости должен включать в себя адекватное объяснение используемого оценщиком определения термина «рыночная стоимость», а также изложение допущений, условий и обстоятельств, на основании которых производилась оценка».

Существенные трудности в идентификации носителей стоимости наблюдаются у компаний сферы интеллектуальных бизнес-услуг, выстраивающих и реализующих свою финансовую стратегию. В российских нормативах учета и оценки отсутствуют рекомендации для решения этого вопроса. В стандарте 4 «Стоимость действующего предприятия», относящаяся к некоторой фирме, есть стоимость, создаваемая функционированием сформировавшегося бизнеса, представляет собой выражение стоимости, связанной со сформировавшимся предприятием, и определяется посредством капитализации прибыли, получаемой данным предприятием, с учетом оборота и всех обязательств, связанных с деятельностью предприятия. Нематериальные активы почти всегда оцениваются в контексте понятия «потребительная стоимость», а не «меновая стоимость», которая обсуждалась в МКСОИ 3. Меновая стоимость базируется на рыночных отношениях, а продажа нематериальных активов на открытом рынке практически отсутствует. Объективная стоимость определяется специалистами по бухгалтерскому учету как денежная сумма, за которую может быть продано имущество (или списана задолженность) в результате коммерческой сделки между компетентными добровольными сторонами. В различных условиях оценки и в различных государствах могут использоваться другие определения объективной (справедливой) стоимости.

Развитие науки и практики бухгалтерского учета и финансового менеджмента согласно методологии конвергенции учетной и управленческих парадигм видится в сближении методов оценки стоимостных объектов, их максимальном сосредоточении на отражении той реальной материальной основой расширенного воспроизводства, которая продуцирует добавленную стоимость и делает российскую экономику конкурентной в мировом масштабе, а её граждан – материально обеспеченными на протяжении всей жизни.

Выводы из параграфа 4.4

Стоимость – это фундаментальная экономическая категория, опосредующая процессы установления: а) полезности вещей для удовлетворения разного рода потребностей, б) ценового диапазона обмениваемых товаров, работ, услуг, в) предельного срока сохранения ценности объекта оценки в будущем. Как и любая экономическая категория «стоимость» в конкретном пространстве и времени формализуется, приобретая свои конкретные видовые характеристики. Следовательно, стоимость как таковая является умозрительным представлением об относительной ценности вещи по критерию «такой она может быть». Конкретный же вид стоимости дает представление о суммарной величине оцениваемого имущества в денежном измерении, интерес к которому проявляется в товарообменных операциях через установление абсолютных параметров ценовых характеристик.

Стоимость как объективная экономическая категория не зависит об волеизъявления индивидуумов или экономических субъектов, тогда как вид стоимости находится во власти пользователей: ученые изобретают новые виды стоимости, ориентируясь на изменения окружающего мира, а практики конструируют новые методики их измерения, ориентируясь на суть таких новаций и потребности пользователей. Неспецифицированный (т. е. не наделенный предметно выраженным содержанием) термин «стоимость» некорректно употреблять ни учетной, ни в управленческой практике, поскольку он даёт лишь умозрительное восприятие некой вещи как ценности, признанной в обыденном обиходе или деловом обороте на данный момент времени. В связи с этим использование в экономической науке и практике термина «стоимость» бессмысленно вне формализации его конкретной предметности, т. е. этот термин должен применяться с прилагательным, раскрывающим его прикладное назначение. Такая формализация указывает на вид стоимости и предметную область его использования.

С позиций экономической теории термин «стоимость» можно определить как финансовый интегральный эффект влияния принимаемых менеджментом компании управленческих решений по улучшению параметров её финансово-хозяйственной деятельности (доля рынка и прочность конкурентных позиций, рост доходов и экономия затрат, синхронизация потоков денежных средств, эффективность инвестиций, оптимизация налогового бремени, уровень различных видов риска и другие эффекты регулирования). На практике термин «стоимость», принимая определенную предметно выраженную форму в денежном измерении (количественные параметры), позволяет ранжировать альтернативные варианты финансовой стратегии в ситуации множественного выбора и принять единственно приемлемый вариант в реализации. В реальных экономических процессах предметность стоимости в денежном измерении различается в зависимости от специфики бизнес-процессов, в которых она используется как измеритель интегрального эффекта: рыночная, балансовая и прочая стоимость, или в зависимости от объекта оценки: стоимость активов, стоимость компании и т. д.

Бухгалтерский учет как прикладная теория и реализующая её практика оперирует не «стоимостью» и не «капиталом» в их подлинной категориальной сущности, а с их предметно выраженными формами, получающими реальное содержание в зависимости места и времени, а также от волеизъявления экономического субъекта в отношении целевого предназначения использования данных форм. В использовании этих форм (т. е. в управлении ими) отражаются финансовые интересы любого экономического субъекта (публичного или корпоративного), к которому или от которого движется тот или иной денежный поток. То же присуще и предмету финансового менеджмента, суть которого выражается совокупностью реально существующих в воспроизводственном цикле финансовых отношений с активами, находящихся в собственности экономического субъекта и обеспечивающих ему расширенное воспроизводство товаров, работ, услуг (и общественных благ, если это субъекты публичной власти и управления), включая и выполнение всех их финансовых обязательств. Суть же метода финансового менеджмента сводится к моделированию денежных потоков во благо акционеров и иневесторов и к измерению способности такого потока получать прогнозируемое менеджментом компании приращение в процессе своего движения.

Заключение

Проведенное нами исследования дало основание для ниже следующих выводов.

Полагаем, что инновация – это совершенно новое, не имеющее аналогов в мире, открытие любой науки, которое впоследствии получает материально-вещественное выражение, апробируется и внедряется на практике, изменяя эту практику кардинальным образом. Наиболее сложно квалифицировать в качестве инновации открытия (теории) экономических наук. В данном случае критерием отнесения чего-то нового, открытого той или иной отраслью экономических наук, к инновациям может считаться также кардинальное преобразование хозяйственной жизни и способов управления ею. Измерителем результата такой инновации может считаться материальная выгода, которую получает хозяйствующий субъект от её использования. Например, создание совершенно новой модели управления денежными потоками может считаться инновацией в принципе, однако, таковой также в принципе такое создание быть не может, поскольку логику денежного оборота, описанную в своё время К. Марксом, абсолютно по-новому изменить нельзя: деньги, пущенные в оборот, по его завершению должны приносить их прирост. В связи с этим, появление новых экономических теорий относится к разряду научных открытий, которые в случае обретения ими материально-вещественной формы могут стать инновацией, а станут ли – вопрос риторический, всё зависит от условий окружающей среды и ценностных правил, культивируемых в обществе.

Проделанная работа позволила нам прийти к выводу о том, что в сложившихся институциональных условиях, необходимо формирование научно-производственной сферы. Все эксперты понимают важность и необходимость такого процесса, как инновационное развитие, но в данный момент в России не существует эффективно-функционирующей институциональной инфраструктуры, которая бы способствовала развитию научно-исследовательской деятельности, ее последующему внедрению в промышленное производство.

Трансформационные процессы последних десятилетий, разрушили существовавшую научно-производственную базу, но не до конца. В ряде высокотехнологичных отраслей, например в атомной промышленности, сохранились научно-исследовательские институты, научно – производственные объединения, лаборатории. Именно в подобных отраслях, мы считаем целесообразным формирование научно-производственной сферы, так как строить институциональные структуры, способные управлять существующими и потенциальными инновациями очень дорогое удовольствие. Данный опыт считаем возможным распространить на другие отрасли народного хозяйства. По нашему мнению, наиболее рациональным считаем использовать тот задел, который достался нам по наследству с советских времен. Мы считаем, что в сложившихся институциональных условиях, инновации будут реализовываться через научно-производственные объединения высокотехнологичных отраслей экономики.

Под научно-производственной сферой мы подразумеваем институт, в котором реализуются инновации. НПС – системная совокупность институтов научной, образовательной, производственной и технологической сфер в высокотехнологичных корпорациях. В рамках данного определения, под институтами мы понимаем систему взаимосвязанных формальных и неформальных норм. Мы убеждены, что научно-производственная сфера является ключевым элементом инновационного развития.

В ходе исследования, нами была разработана четырех уровневая иерархичная структура НПС. Мы пришли к выводу, что элементы, входящие в первый уровень институциональной структуры НПС ответственны за разработку научно – технической политики и формирование благоприятного научно-технологического климата. Второй уровень ответственен за формирование фундаментальной базы научно-технического развития. Третий уровень, ответственный за формирование условий (социальных, правовых, финансовых и институциональных) для совершенствования научно-производственной инфраструктуры. Четвертый уровень призван обеспечить механизм организационно-экономического взаимодействия научной, технологической и производственной сфер.

Так как приоритетной задачей развития экономики нашего государства является переход от экспортно-сырьевого к научно-техническому (инновационному) и социально-ориентированному типу развития, возрастает роль научно-производственной сферы и возникает необходимость совершенствования механизмов государственного регулирования НПС. Государственное управление в НПС является составной частью инновационной политики. Так как мы говорили о целесообразности формирования НПС в высокотехнологичных отраслях, нами был проведен анализ НПС одной из высокотехнологичных корпораций – ГК «Росатом». Как уже было отмечено в нашем исследования, мы убеждены, что инновации будут реализовываться через высокотехнологические корпорации, такие как ГК «Росатом», через механизм взаимодействия существующих научно-производственных объединений, через систему государственных заказов и государственных закупок.

Мы считаем, что в атомную энергетику необходимо внедрить институциональную инновацию – международный консорциум лидеров атомной энергетики и международных агентств (например МАГАТЭ) его создание необходимо для разработки концепции и регулирования вопросов, связанных с ядерной и радиационной безопасностью и ликвидацией последствий в результате аварий на АЭС. Еще одной предпосылкой создания данного консорциума является такой предмет сотрудничества, как исследовательские реакторы, критические и подкритические стенды. В планы ГК входит построить в Димитровграде исследовательский реактором 150 МВт, работающим на быстрых нейтронах (реактор, позволяющий замкнуть ядерный топливный цикл). Он после ввода в эксплуатацию станет самым мощным активным исследовательским реактором в мире и на 80 % может быть задействован для международных исследований. Из этого следует, что существует потребность и экономическая выгода в создании международного консорциума лидеров атомной энергетики – центра международных исследований – структура, которая будет отвечать за составление, утверждение и реализацию программы научных исследований, решать вопросы финансирования, вопросы интеллектуальной собственности на полученные результаты. Тем более, что первый шаг уже был сделан и 27 июня 2013 года был подписан меморандум о взаимопонимании между Россией, США и Францией по использованию МБИРа (многоцелевой быстрый исследовательский реактор). Следовательно, цель функционирования предлагаемого консорциума будет разделена на 2 направления: 1) разработка рекомендаций, консолидация информации, опыта и наработок по вопросам безопасной эксплуатации АЭС; 2) проведение исследовательских работ на МБИРа.

В процессе исследования мы пришли к выводу, что для повышения эффективности управления инновационным развитием ГК «Росатом» необходимо интегрировать стратегический и научно-технический менеджмент в высокотехнологичной корпорации. С этой целью были описаны этапы процесса инновационного развития ГК и сформирован механизм интеграции стратегического и инновационного управления. Пришли к выводу, что целесообразно руководству ГК осуществлять анализ показателей инновационного поведения корпорации. По результатам данного анализа, при необходимости можно активизировать экономические резервы корпорации за счет внешних и внутренних источников – мы выявили возможные источники активизации резервов экономического развития ГК «Росатом». В результате исследования была разработана стратегическая карта ГК и сбалансированная система показателей данной карты.

Также считаем необходимым внедрить центры конкурентоспособности во все высокотехнологичные отрасли. Цель функционирования центров конкурентоспособности высокотехнологичных отраслей – сформировать институт, объединяющий в себе научные, производственные и технологические активы, обеспечивающий воспроизводство инновационного продукта по всех этапах технологической цепочки, что позволит выйти в мировые лидеры наукоемких технологий производства инновационных продуктов и технологий, необходимых отечественной промышленности. В работе предложено сознание системы интегрированных структур в высокотехнологичных отраслях, которая обеспечит взаимодействие между сектором науки и производства, наладит организационные, экономико – финансовые, социальные, правовые и информационные связи.

Нами был разработан процесс формирование кадрового потенциала для высокотехнологичных отраслей путем создания входного контроля в отрасль (именно организации отрасли будут присуждать студентам необходимую квалификацию, которая позволит трудоустроиться).

Предложено создания Консорциума опорных ВУЗов – организационный механизм взаимодействия ВУЗов и высокотехнологичных корпораций, созданный с целью формирования эффективной корпоративной системы подготовки квалифицированных кадров для выполнения задач высокотехнологичных корпораций, а также создания эффективной инновационной системы высокотехнологичных отраслей и реализации инновационных проектов на основе интеграции научного, образовательного и инновационного потенциала.

Была предложена программа формирования системы управления знаниями в высокотехнологичных корпорациях, основанная на управление научно-техническими сообществами, управление научно-техническим контентом и управлением правами на результаты интеллектуальной деятельности;

Главная задача, в результате решения которой, на наш взгляд, произойдет возрождение и эффективное функционирование научно-производственной сферы, как в атомной промышленности, так и во всех высокотехнологичных, приоритетных отраслях – это создание системы управления всей экономикой нашего государства на основе общегосударственного планирования, учитывающей национальные интересы страны.

Нами были разработаны предложения по формированию системы государственного стратегического планирования в высокотехнологичных корпорациях посредством федеральных целевых программ. Введение данной системы управления научно-производственной сферы позволит корректировать развитие всех компаний, входящих в периметр консолидации, в соответствии с целями инновационного развития всей экономики России. Считаем также целесообразным вовлеченность ВК в среднесрочное и долгосрочное планирования социально-экономического и инновационного развития нашего государства. По нашему мнению, необходимо вменить выполнение плановых показателей (ключевые показатели эффективности) каждой компании, входящей в периметр ВК, каждому руководителю в виде «карты индивидуальных целей».

Цель системы КПЭ – более эффективное достижение целей ВК за счет постановки работникам целей; обеспечения взаимосвязи между целями ВК, ее организаций, структурных подразделений и отдельных работников; мотивирования работников на достижение поставленных КПЭ.

Были разработаны основные принципы построения системы общегосударственного планирования. Были определены принципы организации мониторинга КПЭ. В диссертационной работе была предложена система оценки деятельности научно-производственной сферы на основании карт ключевых показателей эффективности. Показатели КПЭ – объем финансирования НИОКР, достижение ключевых событий в соответствии с картами проектов, количество международных патентов по результатам НИОКР, количество оформленных новшеств на результаты интеллектуальной деятельной в научно-технической сфере, выручка на человека (из расчета на сотрудников НИИ), доля финансирования заказов НИОКР в ВУЗах от общего объема финансирования НИОКР, уровень выполнения плана НПС, доля ГЧП проектов, показатель текучки высококвалифицированных кадров.

Мы считаем, что разработанная система оценки выполнения планов, поставленных правительством РФ, поможет стимулировать и активизировать как предприятия высокотехнологичных отраслей, так и непосредственно всех сотрудников.

Реализация всех предложенных методических и практических рекомендаций будет способствовать инновационному развитию высокотехнологичных корпораций и позволит более эффективно управлять инновационным развитием страны в целом.

Список использованной литературы

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая)» от 18.12.2006 № 230-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.11.2006) (ред. от 04.10.2010).

2. Федеральный закон от 25.12.2008 № 284-ФЗ «О передаче прав на единые технологии» (принят ГД ФС РФ 17.12.2008).

3. Федеральный закон от 01.12.2007 № 3177-ФЗ «О Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» (принят ГД ФС РФ 05.12.2007).

4. Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (принят ГД ФС РФ 08.07.2006).

5. Федеральный закон от 21.07.2005 № 94-ФЗ (ред. от 05.04.2011) «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» (принят ГД ФС РФ 08.07.2005).

6. Федеральный закон от 21.07.2005 г. № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» (принят ГД ФС РФ 06.07.2005).

7. Проект Федерального закона № 48384-5 «О передаче технологий».

8. Закон Санкт-Петербурга от 25.12.2006 № 627–100 «Об участии Санкт-Петербурга в государственно-частных партнерствах» (принят Законодательным Собранием Санкт-Петербурга 20.12.2006).

9. Распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р «Концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020 г.».

10. «Стратегия развития науки и инноваций в Российской Федерации на период до 2015 года» (утв. Межведомственной комиссией по научно-инновационной политике (протокол от 15.02.2006 № 1)).

11. Инновационная Россия – 2020. Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года – проект. М., Минэкономразвития России, 2010 г. [Электронный ресурс] // Режим доступа

http://www.economy.gov.ru/minec/activity/sections/innovations/doc2010123 1_016, свободный (дата обращения 05.05.2013).

12. Национальная инновационная система и государственная инновационная политика РФ / Базовый доклад к обзору ОЭСР национальной инновационной системы Российской Федерации. Москва, 2009.

13. Программа «Социально-экономическое развитие и управление на местном уровне: новое качество роста». [Электронный ресурс] // Режим доступа – www.urbaneconomics.ru, свободный (дата обращения 10.06.2013).

14. Государственная программа РФ «Экономическое развитие и инновационная экономика» [Электронный ресурс] // Режим доступа – правительство. рф›ocs/23700/, свободный (дата обращения 10.012.2012).

15. Промежуточный доклад о результатах экспертной работы по актуальным проблемам социально-экономической стратегии России на период до 2020 года. // Источник: эл. Ресурс – http://www.kommersant.ru.

16. Паспорт Программы инновационного развития и технологической модернизации Госкорпорации «Росатом» на период до 2020 года (в гражданской части). [Электронный ресурс] // Режим доступа – http://www.rosatom.ru/resources/25232a804a57ef1198719e13c5b23fe1/innov_ pasport_2020.pdf, свободный (дата обращения 13.04.2013).

17. Абдикеев Н. М., Киселев А. Д. Управление знаниями корпорации и реинжиниринг бизнеса. – М: ИНФРА-М, 2011.

18. Авдулов А.Н., Кулькин А.М. Власть, наука, общество. Система государственной поддержки научно-технической деятельности: опыт США. Монография. М.: ИНИОН. 1994.

19. Акаев A.A. Стратегическое управление устойчивым развитием на основе теории инновационно-циклического экономического роста Шумпетера-Кондратьева // Экономика и управление. 2013. № 3. С. 4–10.

20. Албекова И. М., Емцов Р. Г., Холопов А. В. Государственная экономическая политика: опыт перехода к рынку. – М: Дело и Сервис, 1998.

21. Александрова А.И. Структура управления инновационной деятельности // Проблемы современной экономики, № 3 (47), 2013.

22. Асаул А.Н., Карпов Б. М., Перевязкин В. Б., Старовойтов М. К. Модернизация экономики на основе технологических инноваций – СПб: АНО ИПЭВ, 2013. – 606 с.

23. Бабанова Ю.В., к.э.н., директор Научно-образовательного центра «Управление инновациями» Моделирование инновационного менеджмента в организации // Сборник научных трудов ФГБОУ ВПО «ЮУрГУ» (НИУ), 2012.

24. Бабына И.В., Меллер Я.А.Методический подход к комплексной оценке инновационной деятельности организации //

25. Балацкий Е.В. Взаимосвязь экономики и управления: преодоление когнитивного разрыва Общество и экономика № 12, 2012. – с. 88.

26. Балацкий Е.В. Диалектика познания и новая парадигма экономической науки // «Мировая экономика и международные отношения» № 7, 2006

27. Баранчеев В. П. Управление инновациями: учебник / В. П. Баранчеев, Н.П. Масленникова, В.М. Мишин. – М.: Издательство Юрайт; ИД Юрайт, 2011.

28. Баркер А. Алхимия инноваций / Пер. с англ. А.Р. Ханукаевой. – М.: Вершина, 2003. – 222 с.

29. Безрукова Т.Л., Борисов А.Н., Добросоцкий М.К. Управление конкурентоспособностью инновационных проектов промышленных предприятий // Воронеж: ВГЛТА, 2010. – 190 с.

30. Безрукова Т.Л., Борисов А.Н., Шанин И.И. Классификация показателей оценки эффективности экономической деятельности промышленного предприятия // Общество: Политика, Экономика, Право № 1, 2012. – с. 73–80.

31. Бендиков М. А. Механизмы государственного регулирования инновационной сферы российской экономики [Электронный ресурс] // – Режим доступа: http://www. dis. ru/library/manag/archive/2006/3/4149.html, свободный (дата обращения 13.04.2013).

32. Бляхман Л.С. От экстенсивного экономического роста к инновационному развитию: проблемы, перспективы, роль государственных корпорации // Проблемы современной экономики № 25, 2008.

33. Бовин А. А. Управление инновациями в организациях: Учеб. пособие по спец. «Менеджмент организаций»/ А. А. Бовин, Л.Е. Чередникова, В.А. Якимович. – М.: Омега-Л, 2006. – 415 с.

34. Борисова З.Н. Теоретические и методические предпосылки проектирования системы управления инновационным развитием бизнес-процессов организации. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. д.э.н. по спец. 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (теория управления экономическими системами). – Санкт-Петербург – 2008.

35. Буфетова Л.П., Лаптева Я.О. Институциональный аспект развития инновационной системы в России: существующие и новые формы посредничества // Вестник НГУ. Серия: Социально-экономические науки. 2009. Том 9, выпуск 4., 2009

36. Валинурова Л.С., Казакова О.Б., Мазур Н.З. Теория инноваций и инновационной деятельности: учеб. – метод. пособие для подготовки магистров по направлению «Экономика» 080100.68 (программа «Управление инновационным развитием социально-экономических систем»). – Уфа: БАГСУ, 2012. – 62 с.

37. Варнавский В. Г. Концессии в транспортной инфраструктуре: теория, практика, перспективы. – М.: ИМЭМО РАН, 2002. – С. 22–26.

38. Варнавский В. Г. Процессы институциональной адаптации частно-государственного партнерства к реальной экономике очень сложны [Электронный ресурс] // – Режим доступа:

http://www.opec.ru/point_doc.asp? tmpl=point_doc_print&d_no=50580#33 свободный (дата обращения 13.04.2013).

39. Варфоломеев В.П. – Управление высокотехнологичным производством/ Варфоломеев В.П. – М.: Экономика, 2009.-366 с.

40. Васильева Л.Н. Методы управления инновационной деятельностью: Учеб. пособие для вузов / Л.Н. Васильева, Е.А. Муравьева. – М.: КНОРУС, 2005.

41. Васин В. А., Миндели Л.Э. Концепция национальной инновационной системы и ее практические приложения//Инновации. – СПб.,2013.-№ 1 – С. 39–42

42. Васюхин О.В., Павлова Е.А. Концепция инновационноориентированной организационной структуры промышленного предприятия // Международный журнал экспериментального образования № 11, 2010. – с. 213–215.

43. Винокуров В.И. Основные термины и определения в сфере инноваций // Инновации № 4, 2005. – с. 7

44. Волынкина М. В. Правовое регулирование инновационной деятельности: Проблемы теории. Ин-т гуманитар. образования. – М.: Аспект пресс, 2007. – 191 с.