Помоги проекту - поделись книгой:
2.1. Комплексные правовые институты
Термин «институт» в социально-политической и периодической печати нередко используется в более широком смысле, чем его содержание и практическое предназначение. Так, в частности, говорят о социальных, политических, общественных институтах, институтах власти и демократии. Однако при этом подразумеваются весьма разнообразные социальные явления, возникающие и функционирующие в гражданском обществе и в современном развивающемся демократическом государстве.
В данном исследовании понятие «институт» употребляется в сугубо правовом его значении. В теории права под правовым институтом принято понимать определенный устойчивый комплекс норм, призванный урегулировать относительно обособленный вид, разновидность общественных отношений.
Вопрос о комплексном правовом институте был рассмотрен в рамках второй дискуссии о системе права, одним из результатов которой стало утверждение о существовании в системе права институтов, объединяющих нормы нескольких отраслей права, а также указание на непосредственную связь системы законодательства с системой права через правовые институты, минуя отрасль[304].
С.С. Алексеев отмечает, что комплексные институты являются специфическими, вторичными правовыми образованиями, выражающими известное удвоение нормативного материала. Как и удвоение структуры права на других ее уровнях, формирование комплексных правовых институтов связано с множественностью черт юридического своеобразия подразделения правовой системы, а также множественностью системообразующих факторов[305].
В настоящее время в теории права категория «комплексный правовой институт» среди теоретиков права не вызывает острой полемики и фактически является общепризнанной. Показательными в этом отношении являются работы С.В. Полениной, внесшей значительный вклад в разработку концепции комплексных правовых институтов. С.В. Поленина пишет о межотраслевых комплексных правовых институтах (межотраслевые функциональные и межотраслевые «пограничные»), о внутриотраслевых комплексных правовых институтах.
Какие же признаки положены в основу формирования комплексных правовых институтов и отраслей? С нашей точки зрения, системные исследования комплексных правовых образований следует проводить в генетической плоскости путем выявления и анализа разнообразных связей в комплексном правовом регулировании, а также с учетом других аспектов. При этом «генетический подход» усматривает «комплексность» лишь в начальной стадии формирования, только в происхождении комплексного правового образования.
Правовые институты, содержащие нормы двух и более отраслей права, правоведами понимаются как комплексные (межотраслевые) институты[306]. Основа для развития данного научного направления была заложена С.С. Алексеевым, который отмечал, что деление права на отрасли вовсе не означает, что между ними существует «китайская стена», которая разделила бы отрасли на совершенно изолированные друг от друга сферы. В связи с этим С.С. Алексеев вводит понятие смешанного института, определяя его как «институт данной отрасли, который включает элементы иного метода правового регулирования»[307].
Таким образом, выделение в структуре права смешанных институтов подготовило почву для более широкого понимания термина «правовой институт» и формирования таких понятий, как «межотраслевой» и «комплексный» институт.
Межотраслевые (смешанные) институты регулируют общественные отношения, входящие в предмет нескольких отраслей права, т. е. находящиеся на стыке отраслей, например: институт собственности (гражданское, административное, уголовное право и т. д.); институт юридической ответственности (гражданское, уголовное, административное, финансовое, налоговое, трудовое право и др.); институт договора (гражданское, конституционное, административное, трудовое право и др.).
Ученые подразделяют комплексные правовые институты на комплексные отраслевые (внутриотраслевые) и комплексные межотраслевые (пограничные и функциональные)[308]. Существование комплексных (межотраслевых) институтов вызвано существованием пограничных, промежуточных общественных отношений, и, следовательно, необходимостью тесного контакта между отраслями права, их взаимосвязи, «подстройки» правового регулирования близких по характеру общественных отношений[309].
По мнению В.М. Сырых, комплексные институты права – это совокупность норм, с помощью которых в отдельной отрасли права, применительно к специфике ее предмета, конкретизируются и дополняются нормы других отраслей права, а регулятивное действие этих норм ограничивается предметом данной отрасли права[310].
Комплексные правовые институты обладают в части предмета, метода и механизма правового регулирования чертами, присущими нескольким отраслям права. Признаками комплексных институтов являются их составной характер, качественная разнородность объединенных в них норм, функциональный характер связей между правовыми нормами, определяемый неоднородностью отраслей права, частью которых они являются, субъективный подход к формированию данных правовых общностей, регулирование не вида, а комплекса разнородных общественных отношений. Однако определяющим для комплексного института права является то, что нормы других отраслей права конкретизируются применительно к специфике предмета отрасли и действуют только в ее пределах[311].
Таким образом, наличие комплексных (межотраслевых) институтов права – факт объективной реальности, поскольку комплексные институты являются одной из форм взаимодействия между отраслями права, и для них характерно, что связь между отраслями затрагивает само содержание правоотношений.
Как и удвоение структуры права на других ее уровнях, формирование комплексных институтов связано с множественностью черт юридического своеобразия подразделения правовой системы, а также множественностью системообразующих факторов[312].
И в этой связи некоторые авторы, например, С.В. Поленина, представляют возможным и целесообразным именовать комплексные правовые образования системы права не комплексными отраслями, поскольку категория «отрасль» исключает комплексный характер, а структурными элементами системы права, например, комплексными (межотраслевыми) правовыми институтами или более крупными, чем такие институты межотраслевыми нормативными образованиями – функциональными объединениями таких институтов.
С позиции теории государства и права, наиболее крупные правовые институты в рамках одной отрасли права можно охарактеризовать как подотрасли права, а наиболее крупные комплексные (межотраслевые) институты находят свое выражение в соответствующей комплексной отрасли законодательства[313]. Распространение получило суждение о том, что не комплексные отрасли законодательства, а комплексные законодательные массивы являются внешним выражением расположенных в системе права разросшихся объединений комплексных (межотраслевых) правовых институтов.
При этом особо отмечается, что только межотраслевые комплексные правовые институты имеют отношение к формированию новых отраслей права. Превращение группы взаимосвязанных пограничных институтов в новую отрасль права возможно лишь тогда, когда эти институты приобретают некую определенную «критическую массу», по достижении которой у них появляется необходимая сумма новых свойств, касающихся предмета, метода, принципов и механизма правового регулирования.
На наш взгляд, комплексный правовой институт может быть использован при формировании комплексной отрасли права, где он будет выступать как один из возможных вариантов зарождения такой отрасли права. Другими словами, комплексная отрасль права сначала существует в форме комплексного института и обладает перспективой преобразования в комплексную отрасль права. К отраслям и подотраслям права, «выросшим» из институтов, можно отнести: авторское, жилищное, наследственное, избирательное, космическое, горное, водное право и некоторые другие отрасли.
Такая возможность некоторыми учеными не признается по причине того, что сама природа отрасли права как категории социальной действительности исключает возможность существования комплексной отрасли права, в отличие от комплексной отрасли законодательства.
Можно предположить, что формирование комплексного правового института может и не предполагать дальнейшего развития в комплексную отрасль права, ибо он создается только для решения задач на уровне комплексного правового института. Но такое «долгое» состояние, по мнению С.В. Полениной, может привести к «мутации», что придаст такому институту новые качества и свойства и приведет к появлению новой отрасли права, но при этом будет утрачен признак комплексности.
Так, в качестве комплексных институтов выступают различные новые направления современной юридической науки, в том числе интернет-право; кибернетическое пространство. В структуре права прав человека выделяют следующие комплексные правовые институты: личные права человека, гражданские права человека, социальные права человека, политические права человека, экономические права человека, экологические права человека и культурные права человека.
В научной литературе наряду с видами ответственности, соответствующими классическим отраслям права (конституционной, уголовной, гражданско-правовой, дисциплинарной, материальной), выделяют другие виды ответственности. В этой связи при рассмотрении комплексных правовых институтов важным является вопрос о пределах подразделения системы юридической ответственности на виды.
Так, ведутся активные исследования по поводу обоснования и выделения новых видов отраслевой юридической ответственности, которые отождествляются с новыми отраслями права. Например, в юридической литературе к комплексным институтам права относят финансовую, бюджетную, налоговую, таможенную, эколого-правовую ответственность, где в различном сочетании применяются гражданско-правовая, материальная, дисциплинарная, административная и уголовная ответственность. Однако очевидно, что выделение новой ответственности, соответствующей отрасли права, отражает научные дискуссии о самоопределении той или иной сферы правового регулирования в качестве самостоятельной по отношению к другим отраслям права.
К межотраслевым институтам относят институты дисциплинарной ответственности, материальной ответственности, поскольку они объединяют нормы различных отраслей права. Так, дисциплинарная ответственность имеет место в конституционном, муниципальном, трудовом, финансовом, земельном, служебном, административном, экологическом, уголовно-процессуальном, уголовно-исполнительном праве.
На основе подразделения системы права на публичное и частное возможна и классификация юридической ответственности, соответственно, на публично-правовую и частноправовую. Публично – правовая ответственность охватывает отношения, регулируемые конституционным, административным, финансовым, природоресурсным и иными отраслями права. Вместе с тем тенденция, связанная с взаимопроникновением отраслей публичного и частного права, обнаруживается во взаимопроникновении отраслевых видов юридической ответственности. С одной стороны, расширяется сфера материальной (имущественной) ответственности за нарушение норм публичного права, с другой – вводятся меры публично-правовой ответственности за нарушение норм частного права. Данная тенденция затрагивает все традиционные отраслевые виды юридической ответственности: уголовную, административную, гражданскую[314].
В 1960—1980-х гг. О.Э. Лейст по поводу деления юридической ответственности в зависимости от отрасли права отметил, что «это деление не совпадает с отраслевой структурой права уже по той причине, что видов ответственности меньше, чем отраслей права, причем за нарушение норм права различных отраслей может применяться ответственность одного и того же вида». Отраслевая классификация не объясняет также, почему в пределах одной отрасли права могут существовать разные виды ответственности (например, дисциплинарная и материальная – в трудовом, а также в колхозном праве), и, наоборот, нормами разных отраслей права регулируется осуществление одного вида ответственности (уголовное, уголовно-процессуальное, исправительно-трудовое право)»[315].
Как указывали Н.А. Чечина и П.С. Элькинд, «классификация ответственности в зависимости от отраслевой принадлежности имеет большое значение для совершенствования законодательства и правоприменительной деятельности, она наиболее доступна для граждан и влияет на уровень их правосознания и правовой культуры»[316].
Рассматривая данный вопрос, следует учитывать, что наличие самостоятельного вида юридической ответственности в юридической литературе рассматривается в качестве одного из признаков, характеризующих самостоятельность отрасли права. Следовательно, каждой отрасли права должен соответствовать свой, специфический, вид юридической ответственности, поскольку институт юридической ответственности является одним из критериев отраслевого обособления.
Наряду с предметом, методом, принципами юридическая ответственность составляет юридический признак соответствующей отрасли права. Будучи производен от предмета правового регулирования, метод правового регулирования и соответственно вид юридической ответственности отражает своеобразие общественных отношений, которые лежат в основе выделения определенной группы правовых норм в отрасль права.
Следовательно, различая отрасли права по предмету и методу правового регулирования, надо различать их и по виду юридической ответственности.
2.2. Комплексная отрасль права
В 1941 году сотрудники Института государства и права выделяли около десяти отраслей советского права. В дальнейшем в составе системы советского права стали различать три группы отраслей права: профилирующие, или фундаментальные отрасли (государственное, административное, гражданское, уголовное право, процессуальные отрасли), другие основные отрасли (трудовое, земельное, колхозное, семейное, финансовое право, право социального обеспечения) и вторичные комплексные образования, именуемые комплексными отраслями права (морское, банковское, хозяйственное, страховое, природоохранительное право).
К комплексным отраслям относят различные отрасли. Так, В.С. Тадевосян отмечал: «система права представляется нам состоящей из трех основных комплексных отраслей: из государственного, хозяйственного и гражданского права; каждая из этих отраслей объединяет подотрасли, или виды этой отрасли»[317]. Позиция данного автора неоднократно подвергалась достаточно жесткой критике[318]. Вместе с тем, автор под отраслями права понимает те образования, которые принято именовать «семьями правовых отраслей», а «комплексность» отражает не просто собирательный, но и объединяющий, аккумулирующий характер «отраслей».
Вместе с тем, по мнению О.А. Красавчикова, отраслей законодательства ровно столько, сколько отраслей права. Нет не только комплексных отраслей права, но и комплексных отраслей законодательства[319]. С.Н. Братусь отмечал, что «отраслям права, как правило, корреспондируют одноименные отрасли законодательства независимо от того, кодифицированы или консолидированы иным путем соответствующие нормы в крупных нормативных актах или такая консолидация не достигнута. Развитие новых общественных отношений обуславливает появление новых отраслей права. Однако это не означает, что создание нормативного акта даже в виде кодекса, содержащего разнородные нормы, хотя и обеспечивающее комплексное достижение поставленной законодателем цели, ведет к возникновению новой отрасли права»[320].
В настоящее время перечень отраслей увеличился. Например, А.А. Головина в своей диссертации «Критерии образования самостоятельных отраслей в системе российского права» перечисляет свыше шестидесяти отраслей современного права.
Современная система права рассматривается как трехуровневая структура, основанная на ветвях права и правовом статусе структурно-комплексных образований: конституционном праве как базовой «корневоствольной» части российского права; системообразующих ветвях права, представляющих собой конструктивно-несущие части в структуре права; правовых образованиях, действующих в отдельных сферах жизнедеятельности общества и государства в форме комплексных кодексов и иных комплексных нормативных актов[321].
Кроме того, следует отметить, что в современный период расширился перечень комплексных отраслей. Так, к комплексным правовым образованиям относят трудовое, семейное (О.Ю. Ильина, М.И. Пискотин), жилищное (Л.Ю. Грудцына, В.В. Гущин, В.Д. Комарова, С.М. Корнеев, П.В. Крашенинников, В.Н. Литовкин, П.С. Никитюк, Г.А. Свердлык, П.И. Седугин, Ю.К. Толстой), земельное и экологическое (С.А. Боголюбов, М.М. Бринчук, М.И. Васильева, О.А. Кудинов), транспортное (В.А. Егиазаров, А.Г. Калпин, И.А. Стрельникова, М.Ю. Челышев), информационное (И.Л. Бачило, О.А. Городов, И.Л. Зайцева, М.А. Лапина, М.С. Трофимов, Ж.А. Джакупов, А.В. Румянцева, Ю.А. Самгин, Д.А. Ловцов, С.Е. Чаннов), служебное (И.А. Дякина), муниципальное (О.Е. Кутафин, А.Н. Костюков, Н.Л. Пешин, Н.С. Тимофеев, В.С. Четвериков), таможенное (Х.А. Андриашин, В.В. Балакин, Ю.А. Воробьева, Б.Н. Габричидзе, А.М. Зрячкин, Н.Н. Косаренко, А.Ф. Ноздрачев, В.Г Свинухов, М.А. Федоровская), предпринимательское (В.С. Белых, Ю.Е. Булатецкий, С.В. Годун, Е.П. Губин, И.В. Ершова, П.Г. Лахно, Г.Д. Отнюкова, Г.В. Пронская, М.Ю. Челышев, В.С. Щербина), аграрное (М.И. Козырь), банковское (Г.А. Тосунян), инвестиционное (И.З. Фархутдинов, В.А. Трапезников), миграционное (М.Г. Арутюнов, Н.А. Воронина, М.А. Демидов, Ж.А. Зайончковская, В.И. Переведенцев, Е.И. Филиппова, Т.Я. Хабриева, А.Ю. Ястребова), медицинское (Г.Р. Колоколов, Н.И. Махонько), финансовое (Д.В. Винницкий, Т.В. Конюхова, Н.В. Половникова, А.И. Худяков), экономическое право (Е.М. Ашмарина, Г.Ф. Ручкина), права человека (Г.П. Курдюк) и др.
В.М. Бочаров и А.Н. Соколов проводят классификацию отраслей права на следующие группы:
1. Профилирующие отрасли (базовые отрасли, охватывающие главные правовые режимы – конституционное, гражданское, административное, уголовное право и др.). Именно в этой группе сконцентрированы главные, первичные юридические средства регулирования.
2. Специальные отрасли, где правовые режимы модифицированы, приспособлены к особым сферам жизни общества: трудовое, земельное, финансовое, семейное, уголовно-исполнительное право, право социального обеспечения.
3. Комплексные отрасли, для которых характерно соединение разнородных институтов профилирующих и специальных отраслей: предпринимательское, сельскохозяйственное, экологическое, экономическое, торговое, морское, воздушное, военное право, право прокурорского надзора[322].
При рассмотрении структуры права А.Б. Венгеров отмечает, что традиционно отрасли права выделяют по единству предмета и метода правового регулирования, но эти критерии хорошо работают лишь в сфере уголовного и гражданского права. Единство предмета и метода правового регулирования характеризует не все отрасли права. Возникают новые отрасли права – космическое, экологическое, информационное и некоторые другие, которые обособляются пока что по своему предмету, а метод регулирования для этих отношений может еще вырабатываться, может быть смешанным или вообще не иметь четкого содержания. Кроме того, возникают так называемые комплексные отрасли права, которые охватывают несколько областей жизнедеятельности общества, т. е. имеют несколько связанных между собой предметов регулирования, например, аграрное право. Следует также иметь в виду, что некоторые новые отрасли права формируются вообще по общественно значимому предмету, в них может реализоваться принцип сочетания методов правового регулирования – диспозитивного и императивного[323].
При рассмотрении вопроса о наличии в системе права комплексных отраслей Р.Х. Макуев отмечает, что отдельные авторы обращают внимание на неравнозначность отраслей права. О такой межотраслевой субординации по значимости можно говорить лишь условно. По масштабам охватываемых общественных отношений конституционное, гражданское, уголовное, административное право, видимо, более значимы, чем трудовое или муниципальное право.
Теория государства и права является теоретической основой других отраслей юридической науки и выполняет по отношению к ним методологическую роль, стремясь прогнозировать проблемы юридической науки и предупреждать их трансформацию в иные отрасли права. Каждая отрасль юридической науки выполняет свою персональную, общественно значимую функцию, которую невозможно делегировать другой отрасли. Исключение любой отрасли из системы права неминуемо приведет к очаговым пробелам в правовом пространстве и к конфликтам в сфере соответствующих общественных отношений, а отсутствие одной из отраслей способно привести к деформации всей структурно-функциональной системы отечественного права. Поэтому правильнее будет считать все отрасли юридической науки одинаково важными и нужными, поскольку каждая из отраслей имеет свою неповторимую ценность[324].
М.Ю. Челышев отмечает, что комплексными отраслями права необходимо признать такие правовые образования, которые формируются в области межотраслевых связей соответствующих правовых («материнских») отраслей. Совокупность рассматриваемых комплексных правовых отраслей представляет собой систему, которая является одной из составных частей системы права. Автор приводит примеры комплексных отраслей права: потребительское право, транспортное право[325].
Следует отметить, что на каждом новом этапе развития общества могут быть выделены новые комплексные отрасли права: для дореволюционного периода – страховое право; для советского периода – морское, банковское, хозяйственное, природоохранительное право и др.; для современного периода – информационное, муниципальное, спортивное, экологическое право и др.
Кроме того, при отнесении экономического права к комплексной отрасли права следует отличать отрасли права от учебных дисциплин, посвященных правовому регулированию той или иной отрасли. Представляется, что в данном случае речь может идти об учебной дисциплине.
Вместе с тем следует отметить, что многие комплексные отрасли имеют специальную учебную дисциплину, которая представляет собой систематизированную информацию о соответствующей отрасли права не только как о структурном образовании системы права и системы законодательства, но и как о правовой науке, ее основных принципах и категориях.
Некоторые исследователи относят процессуальное право к основным отраслям права[326]. Вместе с тем, имеется и другая точка зрения, которую следует отметить, а именно о том, что процессуальное право следует относить к комплексным отраслям, поскольку по каждому случаю она (а) задействуется в целом, (б) с целью формирования сложной социальной целостности (системы)[327]. Кроме того ученые указывают на то, что между процессуальным и материальным правом прослеживаются генетические и функциональные связи. Генетическая связь заключается в том, что процессуальное право исторически обязано своим возникновением материальному праву, а существенные особенности процессуальных режимов зависят от материальных отраслей[328].
Необходимо заметить, что в настоящее время судебные органы оперируют понятием «комплексное правовое регулирование». В частности, в судебных актах встречаются следующие словосочетания: комплексное нормативное правовое регулирование, комплексный характер правового регулирования, комплексный нормативный правовой акт, комплексное регулирование, комплексное правовое регулирование. Судебные органы используют категорию «комплексное правовое регулирование» применительно к отрасли права, правовому институту, отрасли законодательства, закону (кодифицированному нормативному правовому акту). Так, термин «комплексная отрасль права» употребляется в отношении земельного права, муниципального права, когда речь идет о сочетании норм различных отраслей законодательства, о необходимости гармоничного сочетания норм публичного и частного права.
Например, в постановлении Конституционного Суда РФ от 04.03.1997 № 4-П «По делу о проверке конституционности статьи 3 Федерального закона от 18 июля 1995 года “О рекламе”» указано, что рекламная деятельность является объектом комплексного нормативного правового регулирования[329]. В.Д. Зорькин в Особом мнении к указанному постановлению отмечает, что под объектом комплексного правового регулирования понимаются отношения, возникающие в ходе производства, размещения и распространения рекламы (рекламной информации), которые могут регулироваться различными отраслями законодательства (гражданским, административным, уголовным, финансовым и т. д.) и относятся к различным предметам ведения (защита прав и свобод человека и гражданина, информация и связь, общественный порядок, охрана здоровья и т. д.). М.Ю. Челышев полагает, что правовые нормы законодательства о рекламе объединяются одним предметом, а также целью правового регулирования, но обладают при этом различной – частноправовой (гражданской) или публично-правовой – природой[330].
В постановлении Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107,234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» указано, что законодатель исходил из особой роли, которую выполняет в правовой системе Российской Федерации кодифицированный нормативный правовой акт, осуществляющий комплексное нормативное регулирование тех или иных отношений[331]. В частности, при регулировании уголовно-процессуальных отношений федеральный законодатель – в целях реализации конституционных принципов правового государства, равенства и единого режима законности, обеспечения государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в сфере уголовной юстиции, – вправе установить приоритет Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации перед иными федеральными законами.
Определение Конституционного Суда РФ от 02.10.2003 № 382-О «По запросу группы депутатов Государственной Думы о проверке конституционности положений статей 8, 15 и 17 Федерального закона “О государственных пособиях гражданам, имеющим детей”» предусматривает, что государственная поддержка материнства и детства не ограничивается системой государственных пособий гражданам, имеющим детей, а носит комплексный характер и включает права, льготы и иные социальные меры, в том числе предусмотренные законодательством РФ о социальной помощи, занятости, образовании, здравоохранении, налогах, целью которых является облегчение положения нуждающихся семей и обеспечение для них прожиточного минимума[332].
В своем определении от 15.06.1995 № 29-О «По делу о проверке конституционности части второй статьи 213 КЗоТ Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.И. Шульженко и С.С.Мазанова» Конституционный Суд РФ пришёл к выводу о том, что отсутствует механизм реализации положений ст. 53 Конституции РФ и комплексного применения норм различных отраслей законодательства. Как видно, компетентные судебные органы признают существование комплексного образования на основании применения норм различных отраслей законодательства[333].
В определении Конституционного Суда РФ от 25.12.2008 № 945-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кравчука Ивана Ивановича на нарушение его конституционных прав частью 7 статьи 16 Федерального закона “О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации” и статьей 1 Закона Архангельской области “Об ограничении на территории Архангельской области деятельности по организации и проведению азартных игр”» указано, что указанный федеральный закон носит комплексный характер и затрагивает различные отрасли законодательного регулирования. Так, его нормы, регламентирующие отношения по лицензированию деятельности в области организации и проведения азартных игр, устанавливающие требования к месту расположения объектов игорного бизнеса, и др., являются нормами административного законодательства[334].
Комплексность исследуется в учебной литературе. Так, в книге «Концепции развития российского законодательства», подготовленной авторским коллективом Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ (под редакцией Т.Я. Хабриевой, Ю.А. Тихомирова), предусмотрен отдельный раздел «Комплексные отрасли законодательства», который состоит из 14 глав (242 страницы). Комплексные отрасли законодательства в указанном издании были рассмотрены наряду с базовыми и процессуальными отраслями, при этом к комплексным было отнесено 14 отраслей законодательства, в частности законодательство об образовании, об охране здоровья граждан, о культуре, о науке, о социальном обеспечении, жилищное, природоресурсное, экологическое, аграрное, земельное, миграционное, информационное, семейное, ситуационное законодательство[335].
В практике международного сотрудничества большинство международных проблем (безопасность, разоружение, региональные конфликты, экологические, глобальные проблемы) требует комплексного регулирования, которое осуществляется различными способами.
Например, известен «метод пакетного подхода», который состоит в заключении серии взаимосвязанных соглашений. В качестве примера можно привести Соглашение по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 года, заключенное в Хельсинки, (Российская Федерация стала участницей с 1992 года), Соглашение о взаимодействии в области экологии и охраны окружающей природной среды 1992 года, заключенное в Москве[336], которые можно рассматривать как модель урегулирования сложнейших проблем экологического права.
Комплексный характер права исследуется в отраслях международного права, при этом обращается внимание на сложный, многоаспектный характер системы соответствующей отрасли международного права. Так, понятие «комплекс» применяют при характеристике международных отношений[337], отраслей и институтов международного права[338]. Комплексное правовое регулирование обеспечивает решение вопросов, относящихся к осуществлению согласованно принятых международно-правовых актов, в частности путей и способов их реализации, гарантий осуществления, контроля за ходом их выполнения и других мер содействия.
В международном праве в качестве комплексной отрасли рассматривают международное морское право, имея в виду, что правовые отношения, возникающие в процессе международного торгового мореплавания и рыболовства, регулируются нормами как международного публичного и международного частного права, так и нормами отраслей внутреннего права. В последнее время в литературе обосновывается выделение международного экономического, торгового, финансового и трудового права, права международной безопасности, международного транспортного права, права нейтралитета.
Международное частное право иногда относят к частному, а иногда – к смешанному праву. Нормы европейского права могут относиться как к публичному, так и к частному праву. Это дает основание зарубежным ученым причислять европейское право к смешанным отраслям. Иногда даже рассматривается вопрос о том, что европейское право способно вскоре поглотить право внутреннее, поскольку европейские нормы являются источником внутреннего права[339].
Следует отметить, что в последнее время возникла необходимость учитывать взаимодействие национального права с правовой системой наднационального уровня. Речь идет о новой правовой системе наднационального характера с более структурированными каналами влияния на национальное законодательство[340].
Глобальный характер ряда проблем приводит к созданию наднациональных органов управления. Например, создан Таможенный союз, предусматривающий отмену таможенных пошлин в торговле между государствами, а также образование единой таможенной территории и принятие нового единого таможенного законодательства
Таможенного союза. Также можно отметить формирование единой государственной экологической политики Российской Федерации и Республики Беларусь.
Таким образом, национальные правовые средства управления общественными отношениями признаются эффективными, но не единственными: их заменяют (дополняют) комплексные правовые образования наднационального масштаба.
Следовательно, можно выделить комплексные правовые образования, входящие в систему национального права, комплексные правовые образования, относящиеся к системе наднационального права, и комплексные отрасли, входящие в систему международного права.
Возникает вопрос: каким целям служит такой подход к тем или иным отраслям права? Очевидно, что формирование комплексных отраслей права вызвано объективной необходимостью эффективного регулирования соответствующих общественных отношений. Посредством такого регулирования усиливается регулятивный потенциал вышеуказанных и других комплексных отраслей права. Акцент делается не на вопросе о признании той или иной отрасли права самостоятельной, а на вопросе о наиболее эффективном регулировании соответствующих общественных отношений.
Какие трудности возникают при данном подходе к отраслям права? Получается, что ряд подотраслей, институтов, норм права одновременно принадлежат как соответствующей отрасли права, так и комплексной отрасли права. Можно сказать, что вышеуказанные отрасли – эта «комплекс комплексов» ряда институтов, норм права.
Одновременная принадлежность порождает проблему «состыковки» отраслей и институтов права. Так, нормы гражданского и уголовного права получили как бы «двойную прописку»: норма одновременно «проживает» и в базовой отрасли, и в комплексной. Какому нормативному правовому акту следует отдать предпочтение в случае возникновения конкуренции норм – вопрос архи-сложный!
Необходимо, однако, понимать, что «комплексирование» не влечет удвоения отраслевой принадлежности норм, как полагают некоторые ученые. От того, что понятие «контрабанда» появилось в Таможенном кодексе Таможенного союза, оно не исчезло из норм уголовного права. Применительно к ГК РФ эта проблема решается предельно четко: нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК РФ (п. 2 ст. 3). Таким образом, удалось сохранить целостность каждой отрасли и углубить ее регулятивную роль.
Второй вопрос, который вызывает трудности при данном подходе, состоит в том, что отрасли права имеют или должны иметь свой системообразующий акт – кодекс. Некоторые комплексные отрасли права такого акта не имеют, и это затрудняет формирование комплексных отраслей права как системы правовых норм. Вместе с тем комплексные отрасли права обеспечивают систематизацию массива нормативных актов в соответствующей области общественных отношений.
Третий вопрос касается того, что следует отличать отрасли права от учебных дисциплин, посвященных правовому регулированию той или иной отрасли. Нужно ли в юридическом образовании строго ограничиваться рамками отраслей права, либо следует исходить из потребностей отдельных отраслей? Представляется, что для обучения целесообразно изучать отдельные отрасли права, а для подготовки к работе в определенных отраслях необходимо изучать комплексно юридические дисциплины.
В юридической литературе существует несколько определений понятия «комплексная отрасль права». С.С. Алексеев отмечает, что комплексная отрасль права – это особая юридическая целостность, ее своеобразие объясняется наличием специфических приемов регулирования, принципов, положений, свидетельствующих о существовании специального юридического режима[341]. По мнению М.Ю. Челышева, комплексными отраслями права необходимо признавать такие правовые образования, которые формируются в области межотраслевых связей соответствующих правовых «материнских», основных отраслей[342]. Другие авторы считают, что комплексные отрасли права охватывают несколько областей жизнедеятельности общества, т. е. могут иметь несколько связанных между собой предметов регулирования[343]. По мнению М.И. Козыря, комплексная отрасль права – это наличие органичного комплекса двух факторов: 1) тесно связанных между собой общественных отношений как предмета правового регулирования; 2) метода правового регулирования, соответствующего каждому виду отношений[344]. По мнению А.Н. Головистиковой, Л.Ю. Грудцыной комплексная отрасль права – это относительно самостоятельное подразделение системы права, включающее в себя правовые нормы, регулирующие сферу общественных отношений, которые, с одной стороны, обособлены от других по строго определенному признаку (свойству), а с другой – каждое из этих отношений, имеющих свой собственный предмет регулирования, можно отнести к определенной отрасли права. Под предметом правового регулирования комплексной отрасли права понимается весь комплекс общественных отношений, возникающих в соответствующей сфере общественных отношений, вне зависимости от субъектного состава, способов и средств правового регулирования общественных отношений[345].
Исходя из предложенных авторских определений можно заключить, что позиция ученых относительно понятия комплексной отрасли права неоднозначна. Каждая точка зрения, представленная выше, является важной, необходимой для развития и совершенствования определения комплексной отрасли в системе права. Совокупность различных позиций позволяет наиболее полно уяснить правовую природу комплексной отрасли права.
§ 3. Аспекты, характеризующие юридическую природу комплексных правовых образований
Будучи частью объективного права, комплексные правовые образования занимают определенное место в системе права. Это место определяется взаимосвязями комплексных отраслей с другими структурными звеньями системы права, в том числе с основными отраслями права. При этом отрасли права соотносятся с иными отраслями права неодинаково, находятся с ними в многоаспектных и разнородных связях. Так, обращают внимание на то, что взаимодействие структурных элементов системы права происходит по двум направлениям – вертикальному и горизонтальному. Вертикальное (внутриотраслевое) взаимодействие – это непосредственное влияние отраслей права на свои подотрасли и институты. Горизонтальное (межотраслевое) взаимодействие есть влияние отраслей права друг на друга. Причины такого влияния обусловлены спецификой развития общественных отношений, которые, взаимодействуя, постоянно обогащают друг друга новыми чертами. Следствием горизонтального взаимодействия отраслей права становится возникновение новых правовых образований комплексного характера.
Категория «связь» представляет собой, прежде всего, отношение между предметами и явлениями действительности. Но не всякое отношение является связью. Понятие «отношение» шире понятия «связь». Связью является такое отношение между двумя явлениями, когда изменение одного из них необходимо предполагает определенное изменение другого. Вопрос о различных видах связей в структуре права был предметом общетеоретических исследований в трудах С.С. Алексеева, С.В. Полениной, А.Ф. Черданцева, А.П. Чиркова, Н.В. Витрука и других ученых[346].
Под структурой права в общей теории права понимают его строение, законы связи элементов права, их расположение, обеспечивающие его целостность[347]. Среди связей внутри системы права А.Ф. Черданцев отмечает связи норм одного института, разных институтов в пределах одной отрасли и разных отраслей[348].
В теории права отмечено, что право обладает определенными системообразующими связями: структурными, генетическими, субординации, координации и управления, из которых три последних являются функциональными, вытекающими из функциональной дифференциации норм[349]. Такие связи могут характеризовать взаимодействие между отраслями права.
Вместе с тем представляется, что с иными отраслями права комплексные правовые образования состоят как в вышеперечисленных связях, так и связях иного порядка, которые выражаются не столько в разграничении сфер их действия, сколько в активном взаимодействии.
На наш взгляд, взаимосвязи комплексной отрасли права носят сложный характер, а именно: в них проявляется, прежде всего, исторический, субординационный, онтологический, системно-энтропический, генетический, а также репродуктивно-конструктивный аспекты, которые в свою очередь характеризуют юридическую природу комплексных правовых образований. С помощью данных аспектов можно оценить юридическую природу и перспективы развития комплексных правовых образований в системе права.
3.1. Исторический аспект
Исторический аспект обусловлен, тем, что вряд ли кто-нибудь сегодня будет опровергать положение о том, что современные отрасли права тесно связаны с досоветским, и особенно с советским правом. Поэтому неверно считать, что соответствующие комплексные отрасли права (например, таможенное, земельное и др.) возникли только после революции 1917 года. Например, земельное, экологическое право относятся к числу древнейших отраслей права. В Киевской Руси существовало поземельное феодальное право, крестьянское земельное право, которое признавалось среди дореволюционных юристов. В «Русской правде», «Пространной правде» содержались нормы об охране общинной собственности.
Такие исторические связи прослеживается и в отдельных правовых институтах, юридической терминологии, методах правового регулирования. Например, таможенное право в советский период было кодифицировано, и не один раз (Таможенный устав Союза ССР 1924 года, Таможенный кодекс Союза ССР 1928 года, Таможенный кодекс Союза ССР 1964 года и, наконец, Таможенный кодекс СССР 1991 года).
В банковской сфере в 1990 году были приняты первые специальные банковские законы «О банках и банковской деятельности в РСФСР» и «О Центральном банке РСФСР (Банке России)»; не утратило значение административно-правовое регулирование деятельности кредитных организаций.
В разных секторах социальной сферы в 70—80-х гг. XX в. были приняты Основы законодательства Союза ССР и союзных республик, например, в сферах образования и здравоохранения.
При исследовании древних источников русского права можно обнаружить влияние иностранного права на правовую систему
Древнерусского государства. В частности, речь идет о смешанном праве, т. е. смешанных нормах договоров Руси с Византией. Ученые указывают, что источниками таких норм являлись греческое законодательство, обычное право и законы Древней Руси. Так, правовые отношения между русскими и греками в Константинополе определялись, уголовные и гражданские правонарушения, между ними случавшиеся, рассматривались по закону греческому и по уставу и закону русскому. В связи с этим возникали смешанные нормы, которые представляли соединение положений как византийского и греческого, так и русского права, которые использовались в договорах. В них можно различать составные элементы: русско-византийский и русский, поэтому в договорах можно встретить чисто русскую норму или норму, в которой имеются также византийские элементы. М.Ф. Владимирский-Буданов отмечал, что в договорах Руси с Византией имеются нормы «смешанного», «компромиссного» характера[350].
3.2. Субординационный аспект
В данном случае речь идет о месте и роли комплексных правовых образований в системе иных социальных регуляторов. Важнейшее значение имеют конституционные нормы, которые обозначают предметно-функциональную специализацию и место отраслей в иерархии, а также служат его нормативной основой, устанавливают основные правовые принципы, определяют их внутреннюю структуру и основные направления развития. Конституция РФ определяет вектор развития текущего законодательства в вопросах реформирования важнейших сфер общественной жизни[351]. Кроме того, сочетание норм конституционного права и норм других отраслей предотвращает юридические коллизии[352].
Так, например, как и все отрасли права, предпринимательское право опирается на конституционное право. Его становление и развитие происходило и происходит в соответствии с нормами конституционного права. Основным источником предпринимательского права является Конституция РФ, которая имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории
Российской Федерации. Для предпринимательского права особое значение имеют те конституционные нормы, которые содержат отраслевые принципы. Кроме того, в Основном законе закреплены конституционные гарантии предпринимательства и его конституционные ограничения.
Вместе с тем, комплексные правовые образования имеют связи субординации не только с конституционным правом, но и с актами, которые обладают большей юридической силой, являются обязательными для исполнения.
3.3. Онтологический аспект
Онтология (новолат.
Такая адаптация и сближение российского права с правовыми понятиями иностранных государств обусловлены более активным участием России в международных экономических отношениях, вступлением ВТО, более тесным сотрудничеством с Европейским Союзом, необходимостью осуществления коммерческими организациями и индивидуальными предпринимателями ВЭД, участия иностранных инвесторов в предпринимательской деятельности. Например, присоединение Российской Федерации к Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур от 18 мая 1973 года (ратифицирована Федеральным законом от 03.11.2010 № 279-ФЗ) потребовало заменить понятие «таможенный режим» на «таможенные процедуры». Получили развитие такие термины, как «таможенный склад», «таможенный транзит», «временный ввоз», был закреплен институт уполномоченного экономического оператора (ИУЭО), ставший новеллой для государств-членов Таможенного союза. ИУЭО создан в соответствии с европейскими стандартами и свидетельствует о значительном росте доверия контролирующих органов к бизнесу.
Принятие данной Конвенции привело к изменениям не только в таможенной сфере, но и в других отраслях. Так, приложение «H» содержит главу «Таможенные правонарушения». Данная глава Конвенции содержит положения о том, что таможенная служба налагает арест на товары и/или транспортные средства в том случае, если может потребоваться их представление в качестве вещественных доказательств на последующих стадиях производства по делу о правонарушении. Кодекс РФ об административных правонарушениях и Уголовно-процессуальный кодекс РФ не содержат аналогичной нормы.
Кроме того, это приложение предусматривает способ административного урегулирования таможенных правонарушений на «основе компромисса». Этот способ применяется при условии согласия заинтересованного лица, однако такое согласие не требует в качестве предварительного условия признания вины этим лицом. Российское законодательство не содержит возможности административного и уголовного урегулирования таможенного правонарушения на компромиссной основе.
Поделиться книгой: