Тереза Рэйгэн — «А вот и невеста»

— Привет, детка.

— Как ты меня находишь? Предполагается, что в регистратуре не должны перенаправлять звонки.

— Правда? Я всем говорю, что я – твоя мама, и это срочный вопрос, и если они не хотят, чтобы их имена вываляли в грязи, то должны соединить меня. Это всегда срабатывает.

Отлично.

— Хотела рассказать тебе, что дядя Джо и тётя Пэт записали для нас свадьбу, — продолжала тем временем мама. — Я только что просмотрела всю церемонию. И всё ещё не могу поверить, что ты замужем за Домиником ДеМарко. Моя маленькая девочка – знаменитость.

Сэм была рада, что мать уже не так прохладно относится к идее её замужества. Впервые за очень долгое время, мамин голос звучал оживлённо и радостно.

— Я не знаменитость, мам. Мой муж знаменитость.

— Разумеется, ты тоже. Пэт рассказала мне, что на днях в бакалейной лавке она видела тебя на большем количестве журнальных обложек, чем твоего мужа. Мне нравится то, что ты сделала со своими волосами, но я не уверена насчёт наряда, который был на тебе в день после свадьбы. Джинсы и футболка? О чём ты думала?

— Я хотела, чтобы в самолете мне было удобно.

Хоть она и чувствовала приближение головной боли, но с облегчением узнала, что мама пережила первоначальное расстройство по поводу того, что её не пригласили на свадьбу.

— Ты включала телевизор в последнее время?

— Сейчас мой медовый месяц, помнишь?

Мама засмеялась.

— То же самое сказали и твои тётя с дядей, но я просто обязана была позвонить. Клипы с твоей свадьбой появились на всех новостных каналах. Во время церемонии Доминик выглядел не совсем нормально. Он что, нервничал?

Сэм схватила пульт и включила телевизор. Кажется, снимки её и Доминика были на каждом канале. Потребовалось всего лишь пару раз нажать на кнопку, и она нашла канал, где показывали Доминика у алтаря. Выражение его лица было как у приговоренного к смерти, а взгляд проследовал по красному ковру к выходу. Актёр выглядел так, словно был в отчаянии, словно мужчину загнали в ловушку и он готовится из неё сбежать.

***

ДеМарко открыл дверь ключом и через пару дюймов остановился, услышав, что Сэм разговаривает с кем-то по телефону в другой комнате.

— Мам, всё в порядке, правда, — говорила она. — Это всё из-за камеры. Да, мы оба слегка нервничали, но этого вполне можно было ожидать. На нас смотрели тысячи людей.

Возникла короткая пауза, а потом он опять услышал голос Сэм.

— Да, я согласна, создаётся впечатление, что Доминик немного паникует. Да, я плакала. Это были слёзы счастья, мам. Это правда... я была просто счастлива от того, что выхожу за любимого мужчину.

Опять молчание, и Доминик предположил, что теперь говорит её мать. Напряжение, которое он услышал в голосе Сэм, заставило его сердце сжаться. Притворяться, что ты влюблён в абсолютно незнакомого тебе человека оказалось не так легко, как они оба себе это представляли, или надеялись. Больше всего на свете ДеМарко хотел свернуть шеи Тому и Бену за то, что втянули его в это. После того, как актёра предал его же дядя, он должен был рассказать миру правду. Вместо этого, мужчина прислушался к своему агенту и менеджеру, и лишь добавил ещё больше беспорядка в свою и без того сложную жизнь.

— Я знаю, мам. Пожалуйста, скажи тёте Пэт, что ей не о чем волноваться, Доминик очень внимательный и романтичный. Я никогда ещё не была так счастлива. Я расскажу тебе всё подробно, когда вернусь.

Мужчина внезапно почувствовал сожаление от того, что избегал её несколько дней. Сэм Джонстон казалась достаточно приятной. Она хотела историю и получила больше, чем они договаривались. Ему нравилась её сообразительность, но он был чертовски уверен, что не хочет чувствовать себя паршиво в этой ситуации. У девушки был выбор во всей этой истории. У него нет никаких причин брать всю вину на себя.

— Мне нужно идти, мам. Нет, муж опять в душе, иначе, я уверена, он с удовольствием поговорил бы с тобой.

Дерьмо. Доминик открыл дверь, и захлопнул её за собой с громким стуком.

Сэм повернулась, её глаза расширились, когда она увидела, что он идёт к ней. Мужчина отобрал у неё трубку, поднёс к своему уху и произнёс:

— Это мама?

ДеМарко склонил голову поближе к Сэм, чтобы она тоже могла слышать, как её мама кричит остальным членам семьи, что сейчас разговаривает по телефону с Домиником во плоти.

Сэм не могла пошевелиться. Вообще-то, было даже тяжело сказать, дышит ли она. Мужчина вдыхал свежий, терпкий аромат её волос. Его губы невольно коснулись шелковистых прядей.

Миссис Джонстон что-то говорила, и её голос вывел его из транса.

— Да, — произнёс он, — мы отлично проводим время. Ваша дочь – это всё, что я мог лишь надеяться получить от жизни... и, даже больше.

Сэм подняла на него взгляд. Невинное выражение лица, яркость её выразительных глаз застали его врасплох, и мужское сердце пропустило удар. Что же такого в ней было, что творило забавные вещи с его внутренностями, отчего он ощущал себя воздушным змеем, которого мотает туда сюда в ветреный день? Скользить и парить в безоблачном небе, а в следующий миг по спирали лететь прямо на землю.

Сэм вспыхнула и отвела от него глаза, уставившись на стену. Но ухо девушки всё еще было прижато к трубке, волосы всё ещё находились у его губ. Фактически, подбородок Доминика касался женской макушки, пока её мама пересказывала ему длинный список талантов своей дочери.

Расстроившись, Сэм попыталась отобрать у него телефон. Он нахмурился, давая понять, что никуда не уйдет, пока её мама не попрощается.

— Нет, — сказал он в трубку, низко наклоняясь, и его подбородок коснулся щеки Сэм, а губы снова оказались в паре сантиметров от её уха. — Я не знал, что Сэм выиграла соревнования по хула в восьмом классе. Она полна сюрпризов.

Сэм закатила глаза.

— Да, думаю, вы правы, — ответил Доминик матери Сэм. — Она очень застенчива.

Сэм пихнула его локтем.

— Не беспокойтесь, — произнёс он. — Я попрошу её исполнить хулу для меня, если это будет последнее, что я сделаю.

Он услышал, как мужской голос на заднем плане просит миссис Джонстон предупредить Доминика насчёт не способности Сэм приготовить приличный обед, и том, что она постоянно что-нибудь разбивает, за что заслужила прозвище "Грация". Голос продолжал болтать о том, что девушка была сорванцом и хотела быть похожей на братьев, но никогда, ни на что не годилась. ДеМарко также услышал, как мама Сэм защищает её, говоря, что у Саманты есть иные таланты.

Внезапно Доминик начал понимать, откуда может происходить неуверенность Сэм.

Он почувствовал, как девушка замерла, и обнаружил, что хотел бы знать, о чём она думает. Определённо – это было впервые.

— Да, я ещё здесь, — сказал Доминик миссис Джонстон, когда она решила, что связь прервалась.

Сэм отрицательно покачала головой, когда её мать завела речь о ещё одной церемонии для членов семьи.

— Отличная мысль, — сказал он. — Если это сделает вас счастливой, мы можем провести ещё одну церемонию дома, в Малибу.

Пока мать Сэм строила планы, мужчина ещё раз вдохнул, не в состоянии удержаться от того, чтобы снова ощутить её свежий, цитрусовый аромат.

— Мне тоже было очень приятно, наконец, поговорить с вами, — сказал ДеМарко, его внимание сфокусировалось на том, какими мягкими были волосы Сэм, когда он прикасался к ним губами. — Я с нетерпением буду ждать встречи с вами.

Актер повесил трубку на рычаг, но не сделал ни единого шага, чтобы отодвинуться от Сэм. Точно также, как и она не попыталась отойти от него. Единственным звуком был лишь ласковый шум океана, доносившийся из открытых дверей, ведущих на балкон. За три дня он едва ли разговаривал с ней, и в данный момент не мог вспомнить почему. Каждый раз, когда мужчина оказывался рядом с ней, то понимал, что хочет наброситься на неё и схватить в объятия. Жар растёкся по его телу, каждая мышца сжималась от желания.

Доминик отказывался совершать снова ту же ошибку. Если она хочет между ними чего-то большего, то первый шаг должна сделать сама. Осознание того, как сильно он её хочет, разозлило его. Саманта – журналистка. Она здесь из-за того, что хочет получить историю, ради всего святого.

— Ты и понятия не имеешь, что только что сделал, — сказала ему Сэм.

— А что я сделал?

— Моя мать никогда не даст тебе забыть, что ты сказал насчёт ещё одной свадьбы.

— Ты права. Я увлёкся, — Доминик запустил пальцы в свои волосы. Если она думает, что это плохо, то не будет рада, узнав, что они будут делить одну спальню и постель, когда вернутся домой. В отличие от их номера для молодожёнов, где он мог бросить измятые подушки и одеяло на кровать, дома у него были уборщица и садовник, о которых стоило беспокоиться. Если они собираются провернуть этот трюк, им придётся играть счастливую пару каждый день и каждую ночь, пока все дела с браком не закончатся.

Прежде чем пара успела обменяться другими словами, послышался стук. Доминик посмотрел в глазок и, выругавшись себе под нос, открыл дверь.

Джулия продефилировала мимо него походкой модели, с ровной спиной и высоко вздёрнутым подбородком. Её светлые волосы были стянуты на затылке в конский хвост, который покачивался при каждом движении женских бедер.

Доминик выглянул в коридор, чтобы убедиться, что журналисты и фотографы не последуют за ней и закрыл дверь.

— Что ты здесь делаешь?

Взгляд Джулии метнулся к Сэм, прежде чем женщина осмотрела весь номер.

— Где она?

— Кто?

— Твоя новая жена?

— Стоит прямо перед тобой.

Джулия развернулась и снова посмотрела на Сэм.

— Это та женщина, на которой ты женился?

— Благодаря тебе я вроде как оказался в безвыходном положении, — ответил Доминик. — После того, как ты меня покинула, выбор жён был несколько ограничен.

— Эй, — заговорила Сэм, — Мне кажется, ты говорил, что я прекрасна.

— Так и есть, сладенькая, — заверил он её.

— Сладенькая? — глаза Джулии налились кровью. — Ты говорил ей, что она прекрасна?

— Саманта – моя жена, почему нет?

Журналистка скрестила руки на груди.

— Я должна была стать твоей женой, — твёрдо заявила Джулия.

Он запустил пальцы в волосы.

— Джулия, к чему всё это? Почему ты здесь?

Та посмотрела на него прищуренными глазами.

— Поверить не могу, что ты мог пасть так низко.

— Хоть убей меня, но я не понимаю, почему ты так расстроена.

— В тот миг, как взлетел самолёт, я поняла, что совершила ошибку, — она шагнула ближе к нему, её грудь упёрлась в его грудь. — Я искренне верила, что ты приедешь за мной. Я думала, между нами было что-то особенное. Я думала, ты любишь меня.

Джулия положила щёку Доминику на плечо.

— Я передумала. Аннулируй свой брак, и женись на мне. Я готова.

Он вздохнул.

— Может мне стоит оставить вас двоих наедине, чтобы вы могли всё решить, — предложила Сэм.

Доминик отодвинул бывшую подругу от своей груди.

— Нет, Джулия уже уходит.

Девушка упёрла руки в бока.

— Я не ухожу. Мы можем всё исправить. Просто дай мне ещё один шанс, — её руки легли ему на грудь. Она проложила дорожку из поцелуев по шеё артиста. — Позволь мне сделать это для тебя, — промурлыкала она. — Наши отношения могут быть лучше, чем когда-либо.

— Джулия, я понятия не имею, откуда ты это взяла. Я не влюблён в тебя, и никогда таковым не притворялся.

Джулия изо всех сил ударила его по щеке, а потом развернулась лицом к Сэм.

Саманта съёжилась, но в этом не было необходимости, потому что Джулия просто прорычала, указывая на неё пальцем.

— Ты уже спала с ним?

— Ну, хм... я…

— Хватит, — рявкнул Доминик.

— Он сделает всё, что в его силах, чтобы затащить тебя в постель и там держать. Соврёт что угодно, — сказала Джулия Сэм. — Парень пообещает тебе весь мир, а потом, когда придёт время, вышвырнет ради кого-то другого, и больше никогда не посмотрит.

— Я никогда и ничего не обещал тебе, Джулия. И думал, что мы друзья. Я никогда не хотел ранить тебя, — он открыл дверь. — Думаю, теперь тебе лучше уйти.

Джулия повернулась к Доминику.

— Не верю, что ты решил предпочесть её мне.

— Именно ты бросила меня.

— И ты заменил меня этой, — Джулия вздёрнула подбородок.

— Не смей говорить так о ней.

— Здесь есть над чем подумать, — с усмешкой сказала Джулия. — Я знаю, почему ты женился на Дурнушке Джейн.

— Она никакая не дурнушка.