Помоги проекту - поделись книгой:
— Я думаю, что одного меня будет вполне достаточно, — улыбнулся демон.
Первый раз он улыбнулся по-настоящему. Наверное, статуя, приди ей в голову идея улыбнуться, выглядела бы также. Но при этом лорд умудрился просигнализировать, что ему не до смеха.
— Более чем! — закатила глаза Арха. — Что за блажь вам в башку пришла?
— Одну я вас не отпущу.
— Я пять лет прекрасно обходилась без вас!
— Но теперь-то я здесь.
— Да, великая вещь логика, — прошипела Арха, от бессильной злости даже ногой топнув.
— Ну, мы чего, идем или будем сиськи мять? — поинтересовалась малютка.
Ведунья только хлопнула себя ладонью по лбу, словно комара придавила. И, ни слова больше не говоря, широкими шагами вышла в коридор.
Надо отдать должное Его лордству, по дороге он Архе не навязывался и телохранителя из себя не изображал. Да, честно говоря, лекарка его почти и не замечала. Он шел в стороне и как-то так, что, если бы девушка не знала, где он, то и не увидела бы. Рогами демон не отсвечивал, спрятав их под капюшон плаща. Конечно, тот топорщился как-то странно. Но мало ли в столице странных существ?
Идя за девочкой, они сразу оказались на задворках Висельников. Поплутав по темным проулкам, вышли на старую набережную, пахнувшую ледяным, пропитанным водой ветром и гнилыми овощами. Потом свернули к полуразрушенным домам, больше смахивающим на склады, чем на жилые постройки.
Дорогу освещала только Луна, висящая холодным мячом в чернильном небе. Снова пошел мягкий, пушистый снег, ложащийся на нетронутую, без единого следа, целину. Но в этом мире не чувствовалось и намека на наступающий праздник. Скорее все вокруг напоминало кладбище: пустое, унылое, заброшенное даже приведениями.
— Это что? — несколько озадаченно спросил демон, когда они остановились у кирпичного одноэтажного строения, зияющего провалами оконных проемов, лишенных рам.
— Работный дом, — буркнула крошка.
Рогатый явно ничего не понял.
— Сюда направляют сирот. Тем, кому пять лет уже исполнилось. У Империи нет денег, чтобы их содержать. Поэтому дети зарабатывают сами, — любезно пояснила ведунья, наблюдая за девочкой, что-то ищущей в груде гнилых, разбитых досок. — Что вы тут делаете?
— Птицу щиплем, — шмыгнула носом девчонка и уселась в снег, пытаясь с помощью огнива зажечь пучок сена.
Рядом с собой она положила тонкую свечку. Гвардеец было дернулся ей помогать, но Арха его придержала за рукав, покачав головой. Он раздраженно сверкнул красными глазами и, как ни странно, остался на месте.
— Нам с утра гусей там, уток, кур привозят, а мы, значит, перо щиплем. До вечера, — раздраженно проворчал ребенок, чиркая кресалом и, кажется, обдирая себе пальцы.
— А учитесь когда? — не отставал от нее Дан, обладающий, видимо, здоровым природным любопытством. Девочка глянула на него через плечо, хмыкнула, но ничего не сказала. — Охрана-то хоть тут есть?
— Ну, знаете, мессир, — обиделась, почему-то, ведунья, — не такие уж они и опасные!
— Да не от них, — поморщился демон. — Их самих не охраняют?
Ребенок не слишком вежливо фыркнул, и пробормотала под нос: «Лорд!». Получилось это у нее исключительно презрительно.
— Здесь есть только они, дети в смысле, и директор дома. Ну, может еще какие-нибудь помощники. Они тут живут и работают, понимаете? Это работный дом, а не пансионат, — терпеливо объяснила лекарка, пытаясь ухмыляться не слишком демонстративно. Наивность Его лордства умиляла.
Хаш-эд кивнул, но, кажется, так ничего и не понял.
Девчонка, наконец, зажгла свою свечку, встала и махнула рукой, зовя за собой. По одному они вошли в двери, лишенные створки, прошли мимо огромных тюков, набитых, видимо, птичьим пером. Свернули, и начали спускаться по скрипящей, ветхой лестнице. Арха заметила, что старые ступеньки на ее вес жаловались гораздо больше, чем на демона. Ей даже обидно стало.
— Почему ты не дала ей помочь? — тихо спросил рогатый, неожиданно перейдя на «ты».
— Вы мужчина. Богатый, сильный, лорд в конце концов. Если вы что-то даете или делаете, значит, что-то от нее хотите. Ничего хорошо, скорее всего, — ответила ведунья, стараясь формулировать свою мысль помягче. Обидеть его, даже ненароком, ей не слишком хотелось.
— Я только помочь хотел. Честно! — растерялся рогатый и даже приостановился, оглянувшись.
От него такой реакции Арха не ожидала.
Как-то жалко даже его стало.
— Знаю, — кивнула она. — Но вот так вот они живут. Ко мне тоже в первый раз обратились. Видимо, и впрямь дело плохо. А сама я не совалась. Они бы разбежались, как зайцы.
— А хотела?
— Что?
— Сунуться? — он отвернулся и снова начал спускаться.
— А вы бы не хотели?
Его плащ шевельнулся. Наверное, демон пожал плечами. А ведунья разозлилась. На себя. Нашла кого жалеть!
«Знает она! Что ты про него знать можешь, убогая? На ручках тебя покачали, страшный сон отогнали. И готово дело — уже рассиропилась. Ты для него вроде зверушки забавной. Поднадоели, наверное, придворные красавцы и дворянчики. Ара-а, очнись! Это лорд, а не просто смазливый мужик!» — рявкнул здравый смысл.
— Что-то случилось? — гвардеец обернулся, сверкнув глазищами.
В темноте, которую едва разгонял слабенький огонек свечки, демонические очи блестели, как у кошки.
— Ничего не случилось! Топай давай, охранник. — огрызнулась ведунья, подзабыв не только о вежливости, но и о здоровом страхе лордского гнева.
Они спустились с лестницы, которая, казалось, конца не имела, попав в подвальный лабиринт. Здесь было теплее, чем наверху, но воняло невыносимо — словно тут сознательно коллекционировали все самые отвратительные запахи мира. Что примечательно, за всю дорогу они не только никого не встретили, но, даже, не слышали ни звука, кроме собственного дыхания и шагов. По крайней мере, Арха точно ничего не слышала.
Поплутав немного, девчонка привела их в какой-то тупичок.
— Тута он, — шмыгнула она носом.
— Вы можете мне посветить? — попросила ведунья гвардейца, отчаявшись хоть что-то рассмотреть в темноте.
Рогатый ничего отвечать не стал, просто раскрыл ладонь. Вокруг нее появился едва видимый, чуть светящийся ореол. Он становился плотнее, наливался светом, закручиваясь в маленький вихрь. В центре ураганчика свет становился еще материальнее, вещественнее. Сначала родилась крохотная звездочка, которая набухала, росла, пока над ладонью демона не повис уже знакомый ей пушистый белый шарик чистого света.
— Ух ты! — восторженно заявил ребенок и витиевато выматерился.
Рогатый поморщился, но промолчал.
Огонек облетел помещение, освещая стены, в потеках какой-то мерзости, и земляной пол. В углу, на куче тряпья кто-то лежал, мальчишка, наверное. Лица его Арха не разглядела, его закрывали тряпки, в которые он носом ткнулся. Но по неестественно вывернутой руке, по сведенным судорогой пальцам ведунья все поняла.
Она присела, пытаясь нащупать пульс. Несостоявшийся пациент уже коченеть начал. Тут даже Богиня была бессильна. Мальчишка уже слишком далеко ушел во Тьму.
— Это что?! — в голосе демона прорезались рычащие, утробные какие-то нотки.
Лекарка, повернулась, глянув туда, куда указывал лорд. Шарик света висел над спиной паренька, равнодушно высвечивая из мрака покрытое коркой крови месиво из обрывков рубашки, лоскутов кожи, вколоченных в разбитое мясо.
— Десять плетей. Кража на сумму меньше полуимпериала, — устало пояснила ведунья, сжимая пальцами переносицу.
У нее вдруг разболелась голова, словно в череп кто-то раскаленного свинца плеснул. Прилившая кровь буквально выламывала виски изнутри.
— Он молоко украл. У молочника, — всхлипнула девчонка. — Спасибо, стрис.
— Не за что. К сожалению, — Арха тяжело поднялась, придерживаясь рукой за склизкую стену. — Ты приходи, пожалуйста, если что-то опять случиться, ладно? Только не затягивай больше.
— Ладно, — ответила девочка не слишком уверенно.
— Ты ее здесь оставить собираешься? — спросил рогатый.
Он явно злился, только непонятно на кого. Ребенок, настороженно поблескивая глазами, словно зверек, попятилась.
— А ты что предлагаешь? С собой взять? Ну, лови тогда, — еле выговорила Арха.
Она чувствовала, что если немедленно не попадет на воздух, то просто потеряет сознание.
Демон помчался за мечущимся шариком света. А ведунья, взяв свечку, медленно, цепляясь ногами друг за друга, поплелась обратно. Ей было очень плохо, по-настоящему плохо. Как она наверх выбралась, лекарка помнила смутно. Сколько сидела на земле, жуя почему-то соленый снег, она тоже не помнила. Архе раньше казалось, что за пять лет она повидала всякого. Но у жизни всегда остаются сюрпризы.
— Арха, тебе плохо? — демон присел рядом с девушкой. Она в ответ только неуверенно кивнула. — Тьма! Жрица, чтоб вашу Богиню…
Продолжать он не стал, подхватив ведунью на руки.
Толком сознания Арха так и не потеряла, просто все плыло у нее перед глазами. Было короткое чувство полета, словно бы они куда-то падали. Потом лорд ее к чему-то прислонил, умудряясь разувать и одновременно придерживать. Когда гвардеец начал стягивать с нее платье, девушка попыталась сопротивляться. Но ее хватило только на то, чтобы руку поднять и пихнуть демона. На него это особого впечатления не произвело.
Сознание полностью вернулось к хозяйке только тогда, когда она очутилась в воде, теплой и слегка пузырящейся. Ее было много, очень много. Головная боль потихонечку начала отпускать, как будто вокруг висков медленно, но разжимались чьи-то пальцы.
Но понять, куда ее приволок демон, это не помогло.
— Я опять сплю?
Вопрос был, конечно, не слишком умный. Но ни на что большее она в данный момент способна не была.
— Нет. Ты у меня в гостях, — спокойно ответили откуда-то сбоку.
Арха оглянулась на голос. Отвела глаза. Опять посмотрела. Поморгала. Он так никуда и не пропал.
Он — это рогатый, растянувшийся на плоском камне, едва выступающем из воды. Хаш-эд любовался собственным отражением, лениво двигая из стороны в сторону рукой, опущенной в воду. Вторая лежала у него под подбородком. Черные пряди волос свесились по бокам бледного лица, плывя в воде, напоминая тонкие водоросли. Плащ он снял, китель тоже, оставшись в нательной рубашке, настолько тонкой, что ткань липла к телу.
Лекарка воровато оглядела себя. Слава Богине, нижняя сорочка была на месте. Но, это единственное, что ее прикрывало, не считая темной воды. Поразмыслив, девушка сочла, что одета вполне прилично. Выскакивать с визгами, прикрывая ладошками интимные места, было бы в разы глупее. Поэтому Арха осталась там, где сидела, только съехала по песчаному, шелковистому дну чуть ниже.
Водопад, обрушивающийся в озеро в метрах ста от них, тихо, сонно шелестел. Падающие струи словно дремали, неторопливо скользя по камням. В чернильном озере отражались звезды, усыпавшие небо так густо, словно кто-то специально рассыпал блески. И от этого казалось, что ведунья сама тихо покачивается в небе.
Где-то негромко, словно подпевая шепчущему водопаду, стрекотали цикады. Деревьев на противоположном берегу видно не было. Зато кусты усыпали светящиеся зеленоватые цветы. Девушка не сразу поняла, что они двигаются.
— Светлячки! — ахнула она, наконец додумавшись.
Его лордство в ответ только глубокомысленно улыбнулся собственному отражению. Лекарка поелозила по шелковистому дну, перелила из ладошки в ладошку темную воду. Искоса глянула на безмятежного гвардейца, тяжело вздохнула.
— А у тебя — это где? — вдоволь намаявшись, решилась все-таки спросить она осторожно.
— У меня в поместье, — пояснил он.
— А…
— Арха, тебе сейчас плохо? — перебил демон, повернул голову в ее сторону.
Его глаза в темноте казались провалами во Тьму, на дне которой не горело, а скорее угадывалось пламя. Лунный луч скользнул по сабельному рогу, посеребрив его кончик.
— Нет… — прошептала Арха внезапно пересохшими губами.
— Тогда почему ты такая напряженная?
Действительно, вопрос был хорош. Ведунья нервно хмыкнула, не зная, как бы поделикатнее на него ответить. Очень хотелось выдать что-то вроде: «Да так, знаешь ли, напрягаюсь немного. Я ночью, сижу в озере из сна, практически голая, вокруг цикады цвиркают, хотя сейчас середина зимы. Ах, ну да! Тут же рядом еще и демон, который непонятно чего от меня хочет». Наверное, это было бы наиболее исчерпывающее объяснение.
Но она промолчала, только плечами пожала.
— Когда ты на меня так таращишься, я…
— Что? — собственный голос девушке показался каким-то сиплым.
Можно было конечно списать это на то, что она простудилась. Но это являлось откровенным враньем. И хотя ведунья пребывала в убеждении, что со стороны демона ей ничего не грозит, пальцы на ногах сами собой поджались. Уши, кажется, тоже.
Рогатый протянул руку, взяв ее за плечо. Не грубо, но Арха мгновенно поняла, что попытка вырваться приведет только к синякам. Демон потянул девушку к камню, ведунья невольно наклонилась, рука по запястье утонула в песчаном дне. В итоге их лица оказались рядом. Неприлично рядом. Его черные прищуренные глаза от перепуганной лекарки и расстояние в ладонь не отделяло.
Сердце у нее колотилось так, что Арха боялась рот открыть, а вдруг выпрыгнет? И… Да, ведунье очень хотелось, чтобы лорд ее поцеловал. Она понимала, что рогатый может выкинуть все, что угодно, кроме поцелуя. Но хотела.
И он ее, кажется, поцеловал. Правда в том, что это именно поцелуй случился, девушка уверена не была. Твердый, как будто вырезанный из дерева, рот коснулся ее нижней губы. Легко, она едва почувствовала это прикосновение. Его губы чуть прихватили ее, скользнули вдоль… Демон отстранился, глядя на Арху без всякого выражения. А она только и могла, что глазами хлопать. Даже ничего и распробовать не успела. От обиды слезы навернулись сами собой.
— Я тебе не нравлюсь? — спросил он тихо.
— Нравитесь. То есть… Нет, но… — промямлила гордая ведунья.
Ну не умела она играть в эти аристократические игры! Да и в любые другие тоже. Может, у них так и принято, но ее-то этому никто не учил!
— Простите, мессир, но Адин мой пациент, поэтому я не могу… Понимаете, я просто права не имею. И он… Я…
Девушка замолчала, окончательно запутавшись в собственных доводах. Только таращилась на гвардейца желтыми глазищами.
— Нет, не понимаю. При чем тут Адин? — голос у него был такой спокойный-спокойный, как будто ничего и не происходило.
Поделиться книгой: