Великий князь Всеволод Большое Гнездо

Поначалу все происходило так, как задумали бояре. Все жители Ростова поцеловали крест Мстиславу и посадили его на свой престол. Владимирские дружинники присягнули Ярополку. Потом, объединившись, они осадили Михаила Юрьевича во Владимире и заставили покинуть город. Князю пришлось вернуться в Чернигов к Святославу Всеволодовичу, где его ждал брат Всеволод. Вместе князья Юрьевичи решили подождать до весны следующего, 1176 г. и не предпринимать никаких действий по возвращению «отчины» – Ростово-Суздальского княжества.

Ростово-Суздальская земля в XII–XIII вв.

Очень скоро простые жители Ростово-Суздальского княжества пожалели о том, что пригласили к себе на княжение братьев Ростиславичей. Мстислав и Ярополк заменили в подвластных им городах местных посадников на своих ставленников. Те увеличили всевозможные налоги и начали грабить и угнетать население. Чтобы как-то разрядить напряженную обстановку, князья по совету ростовских бояр стали изымать церковные богатства из владимирских храмов. Их когда-то очень щедро жертвовал Андрей Боголюбский. Главный собор Владимира – Успенский Ростиславичи лишили десятины – десятой доли княжеских доходов, которую его духовенство получало со времен князя Андрея Юрьевича.

Все это не могло не возмущать владимирцев. Они даже попытались выразить свою обиду ростовским боярам, но те не захотели их слушать, поскольку Мстислав и Ярополк их вполне устраивали. Ведь князья, не имевшие достаточного опыта в управлении территориями, во всем полагались на их мнение. К тому же они были рады, что Владимир перестал считаться столицей княжества и получать от этого большие преимущества по сравнению с Ростовом.

Тогда владимирцы решили действовать самостоятельно. Они отправили своих гонцов в Чернигов к Михаилу и пригласили его к себе на княжение. В мае 1176 г. Михаил с братом Всеволодом отправились в путь. Черниговский князь Святослав Всеволодович дал им в помощь сына Владимира со своим полком.

По дороге Михаил Юрьевич вдруг внезапно заболел. Дружинникам пришлось нести его на носилках. Около Москвы их встретил младший сын Андрея Боголюбского Юрий с владимирцами. Они сообщили, что Ярополк с Мстиславом постараются не пустить их во Владимир. Со своими дружинами они уже ждут их на подступах к городу.

Но так случилось, что Ярополк разминулся с полками братьев Юрьевичей. Поэтому только Мстиславу пришлось загораживать им путь к Владимиру. За пять верст от города соперники столкнулись для ожесточенной битвы. Но она не состоялась. Летописцы сочли это настоящим чудом.

Дело же было в том, что первыми на поле боя выехали черниговские полки Владимира Святославича. Все его воины были в сверкающих на солнце доспехах. Для Мстислава и его дружинников внезапное появление из-за холма горящей, как огонь, конницы оказалось полной неожиданностью. В страхе они бросили свой стяг и побежали.

Так, практически без боя, братья Юрьевичи, Михаил и Всеволод, одержали над племянниками полную победу. Летописец с удовлетворением отметил, что с Божьей помощью восторжествовала справедливость. Престол в Ростово-Суздальском княжестве получили его законные наследники – сыновья Юрия Долгорукого.

С честью и славой 15 июня 1176 г. въехали полки Михаила, Всеволода и их союзника Владимира Святославича в город Владимир. Представители духовенства встретили их с иконами и крестами, а жители приветствовали радостными возгласами.

Мстислав и Ярополк Ростиславичи, боясь наказания от дядьев, бежали в разные стороны: Мстислав – в Новгород, Ярополк к родственникам в Рязань. Но предварительно они разграбили главный владимирский храм Успения Богоматери. Увезли даже его главную святыню – икону Владимирской Богоматери. При этом они оставили своих мать и жен на милость победителей. Михаил и Всеволод не стали обижать княгинь и поселили их во Владимире. Братья-победители надеялись, что племянники Ростиславичи «принесут им свои вины», вспомнят о своих семьях и заберут к себе.

Отпраздновав победу, Михаил и Всеволод одарили своего главного помощника Владимира Святославича и отпустили его в Чернигов. Затем состоялся торжественный обряд «посажения на стол» Михаила Юрьевича. Во время него представители духовенства говорили о том, что князь садится «на стол деда и отца своего», являясь «отчичем и дедичем». Это подчеркивало бесспорность его прав на Ростово-Суздальское княжение.

План города Владимира

В то время, правда, еще не было ни княжеских регалий, ни особой процедуры венчания на великое княжение. Просто князь садился на почетное княжеское место в парадном зале, и этим демонстрировал всем, что является носителем верховной власти.

Когда торжества во Владимире закончились, Михаил с Всеволодом отправились сначала в Суздаль, потом – в Ростов. Население этих городов должно было дать присягу новому правителю, т. е. целовать ему крест.

Суздальцы, встретившись с Михаилом, тут же стали оправдываться и говорить, что в их измене виноваты бояре. Именно они поддержали Мстислава Ростиславича и отправились с ним воевать. Рядовые же горожане готовы служить сыну Юрия Долгорукого. Ростовцы постарались загладить свою вину богатыми дарами.

Михаил не стал искать виновных и у всех своих подданных принял присягу. Потом он выделил Всеволоду в управление город Переславль-Залесский, стоявший на богатом рыбой Плещеевом озере и судоходной реке Трубеж.

В летописях нет никаких сведений о том, как были наказаны убийцы Андрея Боголюбского. Сохранилось лишь позднее предание о том, что они были казнены по приказу Всеволода. Но тот пришел к верховной власти через несколько лет после убийства брата и княжений Ростиславичей и Михаила Юрьевича. Покарать преступников «по горячим следам событий» должны были именно они. Но сделали ли они это – неизвестно.

Напрашивается предположение о том, что автор предания не знал, что после гибели Андрея Боголюбского не Всеволод начал княжить во Владимире, поэтому и сочинил, что именно он расправился с заговорщиками. По его версии, Всеволод казнил главных злодеев Кучковичей. Потом их тела положили в коробы и бросили в Плавучее озеро. Согласно преданию, эти коробы в ветреную погоду всплывают на поверхность.

Более вероятно, что убийцы-заговорщики бежали с награбленным добром в какие-то отдаленные места, например, на родину Амбала и второй супруги Андрея Боголюбского в Аланское княжество. Это дало им возможность избежать наказания за свое преступление.

Когда в Чернигове стало известно о победе Михаила и Всеволода, Святослав Всеволодович отправил к ним их жен с детьми. Сопровождать княгинь он поручил еще одному своему сыну – Олегу. Около Москвы княгинь Февронию и Марию с маленькими дочерьми встретили дружинники Михаила и Всеволода и с почетом довезли до Владимира. Там они с радостью встретились с мужьями-победителями.

О поездке княгинь стало известно и рязанскому князю Глебу Ростиславичу. Он попытался было перехватить их по пути, но не успел. Пришлось ему вступить в бой с возвращавшимся в Чернигов Олегом Святославичем. Но и тут его ждала неудача – его отряд был разбит черниговцами.

Современная панорама Владимира

Когда Михаилу и Всеволоду стало известно о кознях рязанского князя Глеба, они решили отправиться против него в поход и наказать. Но тот узнал об этом заранее и не решился воевать с сильными противниками. К князьям Юрьевичам он прислал послов, которые сказали следующее: «Князь Глеб вам кланяется, признается, что во всем виноват, и собирается отдать все ценности из Успенского собора, привезенные Ростиславичами». Среди них были не только золотые изделия и драгоценные камни, но и книги и иконы, включая знаменитую чудотворную икону Владимирской Богоматери.

Это обещание рязанского князя удовлетворило Михаила и Всеволода, и они вернулись во Владимир. Оба понимали, что война с соседом принесет лишь новые бедствия их подданным. По договоренности с Глебом Рязанским к нему были отправлены мать и жены Ростиславичей.

Михаил Юрьевич смог править во Владимире только год. Во время поездки в Городец на Волге тяжелая болезнь окончательно его одолела, и на закате солнца 20 июня 1177 г. князь скончался. Дружинники перевезли его тело во Владимир, где опечаленные горожане вместе с княгиней Февронией и ее осиротевшей дочерью оплакали князя и с почетом похоронили в Успенском соборе рядом с братом Андреем. Потом владимирские бояре отправили гонца в Переславль-Залесский к князю Всеволоду. Они понимали, что по законам старшинства новым великим князем Ростово-Суздальской земли должен стать последний сын Юрия Долгорукого.

Для Всеволода Юрьевича известие из Владимира было, с одной стороны, очень печальным, поскольку он любил брата Михаила, но, с другой стороны, и радостным – ведь он наконец-то становился правителем отцовых земель. В путь он собирался недолго. Уже на следующий день князь подъезжал к главным воротам Владимира – Золотым. Около них его ожидали во главе с местным духовенством жители города. В руках многие держали иконы и кресты. Все присутствующие тут же поклялись честно служить новому князю, а также и его детям. Клятву верности в то время давали путем крестного целования.

После данной церемонии в окружении бояр и дружинников Всеволод отправился в княжеский терем и сел там на самое почетное место, которое называли престолом Владимира Мономаха и Юрия Долгорукого – «отни и дедни стол».

Очень скоро о смерти князя Михаила Юрьевича и приходе к власти его брата Всеволода узнали и в других городах Ростово-Суздальского княжества. Для ростовцев это известие стало сигналом к тому, чтобы отделиться от Владимира и посадить на свой престол другого князя – Мстислава Ростиславича. Поскольку тот находился в Новгороде, то к нему отправили представительное посольство. Послы сказали князю так: «Поиде, княже, к нам. Михалка Бог поял, а мы хочем тебя, иного не хотим».

Мстислав Ростиславич с радостью согласился стать ростовским князем и переехал в Ростов. Там местные бояре уговорили его выступить против Всеволода, надеясь, что тот сможет стать единоличным правителем всего Ростово-Суздальского княжества. Ростовцы полагали, что слишком молодой и неопытный Всеволод вряд ли усидит на владимирском престоле. Ведь ему в то время было только 22 года. Мстислав Ростиславич был его существенно старше, не меньше чем на 10 лет, и имел опыт самостоятельного княжения в Новгороде.

Узнав, что на него движутся ростовские дружины во главе с племянником, Всеволод предложил решить спорный вопрос мирным путем. Если ростовцам приятен Мстислав Ростиславич, то он согласен с тем, что племянник будет правителем этого города. Сам он останется во Владимире, поскольку жители выбрали именно его своим князем. Суздальцы же имеют право пригласить того, кто им больше нравится.

Однако мирный план Всеволода не понравился ростовским боярам, мечтавшим вновь вернуть столичные функции своему городу, как при Ярославе Мудром. Поэтому они уговорили Мстислава Ростиславича продолжить поход на Владимир.

Всеволод с владимирцами вынужден был двинуться ему навстречу. Около Юрьева-Польского его ждали переславские дружины для соединения в общее войско.

На военном совете владимирские бояре сказали Всеволоду, что Мстислав не собирается решать вопрос о разделе княжения мирным путем. «Ты ему добра хочешь, а он голову твою ищет. Со дня смерти твоего брата Михаила еще не прошло и девяти дней, а Мстислав уже хочет пролить нашу кровь». Поэтому постановили: не вступать с противником в мирные переговоры и на поле боя решить все спорные вопросы.

Икона Владимирской Богоматери

Дружины под командованием Всеволода продолжили путь навстречу сопернику. У реки Липицы их ждали полки Мстислава Ростиславича с ростовскими и суздальскими боярами. Решающее сражение состоялось 27 июня 1177 г. на Юрьевом поле.

Летописец, описывающий это событие, отметил, что, поскольку Всеволод Юрьевич надеялся на Бога и Святую Богородицу, то те ему помогли. Очень скоро владимирские и переславские дружинники одолели ростовцев и суздальцев. Мстислав Ростиславич бежал одним из первых. Сначала он попытался укрыться в Ростове, но потом решил отъехать в более безопасный Новгород Великий. Его главные советники, бояре Добрыня Долгий и Иван Степанович, были убиты.

По приказу Всеволода мятежные ростовские бояре были арестованы, а земли их были конфискованы в княжескую казну. Так началось окончательное искоренение исходившей из Ростова крамолы.

С победой возвращались полки Всеволода во Владимир. С собой они вели пленных, стада коней и другого скота. Жители радостно приветствовали своего князя и его доблестных воинов. Когда они въезжали в город через Золотые ворота, зазвенели все церковные колокола.

Князь Всеволод тут же направился в Успенский собор и воздал хвалу Иисусу Христу и Богородице. По его глубокому убеждению, именно они даровали ему эту победу. Затем на княжеском дворе был устроен пир. Наиболее отличившиеся воины получили от князя щедрые дары. Всем казалось, что с врагами покончено раз и навсегда. Но вскоре оказалось, что это не так.

Великий князь Всеволод освобождает из темницы сына Глеба, Романа. 1177 г. Рисунок Б. Чорикова

Новгородцы не приняли князя Мстислава Ростиславича. Они сказали ему так: «В первый раз ты бросил новгородское княжение, когда пытался отнять престол у дяди своего Михаила. Но тебе это не удалось сделать. Тогда ты вернулся к нам. Потом после смерти Михаила ростовские бояре уговорили тебя начать борьбу с другим дядей – с Всеволодом, и ты вновь уехал из Новгорода. А теперь, потерпев поражение, ты снова хочешь княжить у нас. Но нам ты уже не нужен».

Пришлось Мстиславу поехать в Рязань к Глебу Ростиславичу, где жил его брат Ярополк. Рязанский князь решил отомстить Всеволоду Юрьевичу за своих родственников и осенью направился к Москве и сжег ее. В то время это был небольшой городок на пути из Черниговского княжества во Владимир. Около него проходил волок из Яузы в Клязьму.

Князь Всеволод хотел отогнать Глеба от Москвы, но приехавшие к нему новгородцы отговорили его в одиночку сражаться с сильным противником. Они посоветовали собрать большое войско и нанести рязанскому князю ответный ощутимый удар.

Всеволод Юрьевич последовал их совету. Ближе к зиме он начал формировать войско, в которое вошли дружины Ростова и Суздаля, отряды сыновей черниговского князя Святослава Всеволодовича под руководством его сыновей Олега и Владимира, а также переяславские полки племянника Владимира, сына великого князя Глеба Юрьевича. Общий сбор был назначен у Коломны.

Глеб Рязанский, очевидно, узнал о замыслах владимирского князя и решил его опередить. В качестве союзников он пригласил половцев и вместе с ними окольными путями пробрался прямо к Владимиру. Там он начал разорять все населенные пункты вокруг города. Особенно пострадало Боголюбово. В загородной резиденции владимирских князей полностью был разграблен замечательный храм, украшенный князем Андреем Боголюбским красивыми иконами, дорогими тканями, золотыми и серебряными сосудами. Деревянные церкви и боярские дворы в селах были не только разграблены, но и сожжены. Все это сделали сам князь Глеб вместе с половцами. Он даже позволил степнякам убить сопротивлявшихся жителей мужского пола, а их жен и детей увезти в плен.

Когда Всеволоду стало известно о разграблении Глебом Рязанским окрестностей Владимира, он тут же бросился ему навстречу. Войско противника он обнаружил на другом берегу реки Колокши. Сразу вступить с ним в бой он не смог, поскольку лед на реке был еще тонок, и перейти вброд ее было нельзя из-за большой глубины.

Только через месяц Всеволод смог переправить часть своего войска во главе с Владимиром Глебовичем через Колокшу и начал готовиться к сражению. Глеб Ростиславич послал против Владимира Глебовича Мстислава Ростиславича, а сам с Ярополком Ростиславичем и сыновьями Романом и Игорем решил ударить по дружинам Всеволода на другом берегу реки.

Однако Глебу Рязанскому не удалось даже подойти к полкам Всеволода, поскольку он увидел, что трусливый Мстислав Ростиславич бежит, теснимый переяславскими дружинниками. Боясь окружения, он тоже побежал. Но, поскольку кругом лежали глубокие снега, то скрыться Глебу и его союзникам не удалось.

Всеволод со своими дружинниками быстро нагнали беглецов и без всякого боя захватили в плен. Вскоре в руках у владимирцев оказались их недавние обидчики: Глеб Рязанский с сыном Романом, Мстислав Ростиславич, а также их бояре: Борис Жидиславович (он когда-то служил Андрею Боголюбскому, но потом перешел на сторону братьев Ростиславичей), Ольстин и Дедилец. Половцев в плен не стали брать – во время бегства их зарубили мечами.

Правитель Владимиро-Суздальского княжества

С великой победой 7 марта 1178 г. вернулся Всеволод Юрьевич со своими союзниками и дружинниками во Владимир. Жители города с большой радостью встретили их по обычаю с иконами и крестами около Золотых ворот. С ненавистью смотрели они на плененных Глеба Рязанского и Мстислава Ростиславича, которые еще недавно безжалостно грабили окрестности их города.

Княжеский шлем

Милосердный Всеволод Юрьевич не стал держать в тюрьме своих родственников-князей и даже позволил им свободно ходить по городу. Это очень возмутило владимирцев. Через три дня они подняли мятеж и потребовали, чтобы великий князь наказал их общих врагов. Выборные от бояр и купцов заявили Всеволоду: «Княже! Мы хотим тебе добра и готовы сложить за тебя свои головы. Твои враги – и наши враги тоже. Не следует держать их на свободе. Либо казни их, либо ослепи, либо отдай нам на расправу».

Чтобы успокоить горожан, Всеволод приказал посадить Глеба с сыном и Мстислава Ростиславича в темницу. Потом отправил гонца к рязанцам, требуя, чтобы они прислали к нему Ярополка Ростиславича, которому удалось бежать с поля боя на Колокше. В противном случае он обещал напасть на их земли.

Рязанские бояре побоялись спорить с грозным соседом и, найдя Яролполка в Воронеже, схватили его и отправили во Владимир. Там он оказался в одной темнице с родственниками.

Всеволод не решался сурово наказать своих родичей-князей. К тому же за них стали просить его союзник черниговский князь Святослав Всеволодович и смоленский князь Мстислав Ростиславич, зять Глеба Рязанского. Из Чернигова даже прибыл епископ Порфирий, чтобы помирить противников.

Когда жители Владимира узнали об этом, то вновь начали волноваться. С оружием в руках они пришли на княжеский двор и стали требовать, чтобы Всеволод ослепил своих врагов и соперников. Под давлением горожан князь был вынужден исполнить их требование. Мстислава и Ярополка Ростиславичей ослепили и затем позволили им уехать из Владимира к своим родственникам.

В Смоленске с сурово наказанными князьями произошло чудо – они прозрели. Очевидно, по приказу Всеволода их не ослепили, а только создали видимость, чтобы успокоить владимирцев. Однако жители Новгорода прозрение князей сочли чудом и пригласили их к себе на княжение. Это очень возмутило Всеволода Юрьевича, поскольку совсем недавно новгородцы давали ему клятву верности и обещали быть с ним «за один». Правда, Мстислав Ростиславич пробыл на новгородском престоле совсем недолго, поскольку в 1179 г. умер.

Глебу Рязанскому было предложено навсегда отказаться от своего княжения и переехать в Чернигов под присмотр сюзерена Святослава Всеволодовича. Но он отказался это сделать, заявив, что лучше умрет во владимирской тюрьме. Вскоре, 30 июня 1178 г., он действительно скончался. После этого его сыну Роману было позволено вернуться на родину с условием, что он никогда не будет воевать против Всеволода Юрьевича.

Так вполне благополучно закончилась для совсем еще молодого Всеволода Юрьевича длительная и кровопролитная борьба за отчий престол на Северо-Востоке Руси. С этого времени уже никто не пытался оспорить его права на верховную власть в Ростово-Суздальском княжестве, которое стало называться Владимиро-Суздальским. Ростов после происков его бояр против сыновей Юрия Долгорукого окончательно утратил функции столицы северо-восточных земель, поэтому слово «ростовское» было исключено из названия всего княжества.

По сравнению с отцом и братьями Всеволод Юрьевич повысил свой статус. Он стал великим князем Владимирским, поскольку в его подчинении оказались территории, претендующие на роль самостоятельных княжеств. Это и Ростов с окрестностями, и Суздаль, и Переславль-Залесский. Через некоторое время все они превратятся в удельные княжества, управляемые сыновьями Всеволода.

Из всех земель Древней Руси владения Всеволода Юрьевича были одними из самых больших по площади. На западе и севере они граничили с Новгородской землей и со Смоленским княжеством, на юге – с Черниговским и Рязанским княжествами, на востоке – с Муромским княжеством и землями поволжских народов.

В состав Владимиро-Суздальского княжества входили: верхнее течение Волги от города Зубцова, Белозерский край с озерами Белое, Лаче и Воже, нижнее течение реки Сухона с Устюгом до верхнего течения реки Юг. На востоке точной границы не было. Она шла вдоль Волги, около которой жили племена черемиса и мордва, никому не подчинявшиеся. На юге в районе Коломны и Лопасны шла граница с Черниговским княжеством, далее до Зубцова – со Смоленским княжеством. Но территория около Волока-Ламского принадлежала Новгороду. Вдоль Оки шла граница с Рязанским и Муромским княжествами.

Через земли Всеволода протекали крупные реки, считавшиеся транспортными артериями и важными торговыми путями: верхнее течение Волги до впадения в нее Оки, нижнее течение Оки после впадения в нее Клязьмы, Клязьма, Нерль, Москва-река, Тверца, Лама, Шексна, Молога, Кострома, Унжа, Сухона, Северная Двина в верхнем течении и ряд других.

Во времена Всеволода территория княжества была уже лучше освоена, чем при его отце. В центральной части в районе Суздаля и Юрьева-Польского располагались обширные поля с плодородной почвой. Здесь выращивали зерновые культуры. Урожай был так велик, что не только был достаточен для нужд местного населения, но и часть его продавалась в Новгород.

Плодородная земля была и около Ростова по берегам озера Неро. На ней прекрасно росли овощи. В озере Плещеево у Переславля-Залесского вылавливали замечательных сельдей. Добыча соли была организована около Галича Мерского. В лесах на севере княжества водились ценные пушные звери: соболи, куницы, белки, лисы. Охотники доставляли их шкурки и князю, и на рынки. В лесах у нижнего течения Оки бортники добывали в большом количестве мед и воск, которые также являлись товаром, который охотно скупали новгородские купцы.

Резьба Дмитровского собора

Все это говорит о том, что Владимиро-Суздальская земля была богата различными дарами природы. Поэтому Всеволод и его окружение не нуждались ни в продовольствии, ни в мехах, ни в меде и воске. Более того, они могли продавать излишки на рынках, и за счет этого пополняли свою казну звонкой монетой. К тому же жить на северо-востоке было более безопасно, чем в южных областях Древнерусского государства. Брянскими, Московскими и Мещерскими лесами Владимиро-Суздальское княжество было отгорожено от Половецкой степи.

На территории княжества располагались крупные города. Древнейшими из них были Ростов, Белоозеро, Ярославль и Суздаль. Менее древнюю историю имели: Владимир, Москва, Юрьев-Польской, Переславль-Залесский, Боголюбово, Кидекша, Дмитров, Звенигород, Стародуб, Гороховец, Городец, Унжа, Галич Мерский, Кострома, Коснятин, Устюг, Кашин, Тверь, Угличе поле, Соль Великая. Большая часть этих городов была основана отцом Всеволода Юрием Долгоруким и старшим братом Андреем Боголюбским.

Предшественники Всеволода стремились превратить данные населенные пункты в административные центры и способствовали развитию в них ремесла и торговли. Кроме того, они стремились к тому, чтобы города становились и культурными центрами. В них на средства князей строились храмы и основывались монастыри, при которых обычно устраивались школы. В них местные дети постигали основы православия и обучались грамоте.

Всеволод Юрьевич активно продолжал политику своих предшественников. При нем особое значение получили приволжские города: Тверь, Угличе поле, Ярославль, Кострома, Городец. В них были организованы княжеские заставы, взявшие под свой контроль волжский торговый путь. Сбор торговых пошлин с купцов постепенно стал регулярным. Это приносило большие доходы в княжескую казну. Позднее эти города даже превратились в столицы отдельных княжеств, в которых правили внуки и правнуки Всеволода.

Главные города во Владимиро-Суздальском княжестве были довольно обширны по площади. Их окружали земляные валы с красивыми проездными воротами. Например, во Владимире по примеру Киева были каменные Золотые ворота с надвратным храмом. С противоположной стороны находились Серебряные ворота, правда, не столь красивые и величественные, а также Медные и Волжские ворота. Город украшал великолепный каменный Успенский собор, построенный Андреем Боголюбским. Этот князь возвел и замечательную загородную резиденцию в Боголюбове. Она состояла из объединенного в общий комплекс каменного дворца, храма и проездных ворот. Неподалеку располагался храм Покрова на Нерли, который до сих пор считается шедевром древнерусской архитектуры.

Каменные соборы были в Суздале, Ростове, Кидекше, Переславле. В разное время они были построены Владимиром Мономахом и Юрием Долгоруким. Всеволод продолжил строительную деятельность своих предшественников, но свои храмы он начал возводить не сразу. В первое время он лишь следил за состоянием уже существовавших каменных построек. При необходимости по его приказу проводились ремонтные работы.

Всеволод Юрьевич достаточно быстро понял, что владеет богатой землей, удачно расположенной на важных торговых путях. Поэтому он никогда не стремился в Киев и направлял всю свою деятельность на развитие и укрепление только Владимиро-Суздальского княжества.

Объехав свои владения, Всеволод Юрьевич обратил свой взор на соседей и поставил цель урегулировать с ними отношения. Прежде всего, он решил наказать новгородцев, которые поклялись быть с ним «за один» и регулярно платить дань за провоз товаров по его территории, но на деле нарушали условия договора. Приняли у себя его недругов Ростиславичей, свели с престола его ставленника Ярослава Мстиславича, сына брата Мстислава Юрьевича, и не платили деньги.

Во главе дружины князь направился к Торжку и потребовал, чтобы новгородцы объяснили, почему нарушили свою клятву, данную на кресте. Но новгородцы под разными предлогами стали затягивать переговоры, явно ожидая помощи от своих новых князей. Их двуличие возмутило воинов Всеволода. Они заявили князю, что прибыли к Торжку не говорить и целоваться с новгородцами, а уличить их во лжи. Поэтому не видят смысла в переговорах, а считают необходимым реально наказать лжецов. В итоге дружинники захватили Торжок, жителей пленили, их имущество разграбили, а дома сожгли.

Эта военная акция, осуществленная под руководством великого князя Владимирского, показала новгородцам его крутой нрав и силу. Стали уважать Всеволода Юрьевича и другие князья. Родственники даже начали обращаться к нему за помощью.

Следует отметить, что Всеволод Юрьевич дружил со многими родственниками, даже с дальними, если те признавали его старшинство. При его дворе постоянно жила сестра, галицкая княгиня Ольга, с сыном Владимиром. Ее муж князь Ярослав Владимирович Осмомысл, как уже отмечалось, завел себе любовницу и, желая унизить законную жену, пытался официально объявить своим наследником незаконнорожденного сына Олега.