– У вас очень слабый сигнал. Если он доберется туда, прежде чем мы его увидим, могут возникнуть неприятности...

Гонсалес беспощадно выдохнул:

– Десять-четыре.

Игэн покачал головой.

– Черт возьми!

Его глаза внимательно следили за маленьким "олдсмобилем", двигавшемся примерно четвертью мили впереди.

– Он принимает влево. Похоже, собирается свернуть на шестьдесят первую. Да, он поворачивает! Сообщай всем!

– Шестьдесят первая, шестьдесят первая! – закричал агент, прижимая микрофон ко рту. – Объект съезжает со скоростной дороги на шестьдесят первую! Поняли?

– Шестьдесят первая. Десять-четыре.

Гонсалес и Игэн улыбнулись друг другу. Но они все ещё не могли себе позволить потерять Петси. Еще не было абсолютной уверенности, что Восемьдесят первая улица и Ист Энд авеню – точное место встречи, она могла состояться в любой точке этого района. Но Игэн хотел проследить за ним до конца.

Он подвел "конвейр" к съезду на Шестьдесят первую улицу и в этот момент приемник объявил:

– Объект сворачивает в верхнюю часть города к Йорк...

– Наконец-то эта штука заработала нормально, – с радостью прокомментировал Гонсалес.

– Да, это уже что-то... Ну, Луи, похоже, наша версия оказалась верной.

В девять тридцать четыре детектива, расположившиеся в мастерской краснодеревщика на Ист Энд авеню, были поражены, увидев, как перед домом 45 на другой стороне улицы материализовались двое из трех исчезнувших лягушатников – Франсуа Барбье и Жан Морен.

Ни Сонни, ни Уотерс, Хоукс или Флеминг не видели, как появились французы; у них не было ни малейшего представления о том, откуда они появились и вместе или врозь. Детективы внимательно следили за передвижениями Петси Фуке по Манхэттену города и умоляли рацию Эдди Игэна продержаться до конца. То один, то другой подходили к окну, чтобы взглянуть на улицу внизу, и только получив сигнал, подтверждающий, что Петси движется на север по Йорк авеню и находится уже в непосредственной близости, переключили все свое внимание на здание на другой стороне улицы. Неожиданно к их смущению оказалось, что лягушатники номер два и номер три уже там.

– Эти птички появляются исчезают, как фокусники, – удивился Уотерс, а Сонни бросился к рации, чтобы поднять по тревоге всех находящихся поблизости.

Повсюду на Ист Энд авеню и всех прилегающих улицах от Семьдесят девятой до Восемьдесят шестой, и к западу вплоть до Второй авеню находились наблюдатели. Четверо в мастерской краснодеревщика не знали наверняка, где находились эти агенты, и что весьма существенно, как они выглядели. Слишком много людей было поставлено на ноги и размещено в непосредственной близости от дома 45, и все они были замаскированы самым различным образом: это были подручные на стройке, клерки в офисах и магазинах, землекопы компании "Кон Эдисон", папаши, прогуливающиеся с детскими колясками, торговцы, ходившие от дома к дому. Некоторые находились в автомашинах, расположенных в ключевых точках, где они могли быстро связаться по радио с "прохожими". Пара агентов даже водила специальные такси неподалеку.

Со своей стороны Сонни, облаченный в толстый шерстяной пиджак, широкие брюки и грубые башмаки, заранее договорился с владельцем лавки прохладительных напитков, что, если понадобится, сможет позаимствовать его велосипед с тележкой. Уотерс в своем деловом костюме мог сойти за кого угодно.

Их работа, как они постоянно себе напоминали, заключалась в том, чтобы наблюдать. Они не должны были вмешиваться, пока не возникли бы основания для ареста – вроде обмена подозрительными предметами.

Барбье и Морен простояли около дома 45 около пятнадцати минут, разговаривая и время от времени поглядывая вдоль улицы. Сонни следил за ними в полевой бинокль. Оба были в черных пальто, темных костюмах, белых рубашках и неярких галстуках; на Морене была серая шляпа, у Барбье шляпы не было, его густые темные волосы трепало ветром. Было совершено ясно, что они ждут кого-то – кого же кроме Петси?

От Игэна больше ничего не было слышно; последним поступило сообщение, что Петси движется к северу по Йорк авеню. Потом радио прохрипело:

– Объект движется по Ист Энд авеню от семьдесят девятой улицы, причем движется медленно.

Все сгрудились у окна и теперь увидели машину Петси. Приблизившись к Восемьдесят первой улице, он немного поколебался, а потом сделал широкий левый поворот. На другой стороне улицы Барбье схватил Морена за руку и оба посмотрели на противоположный угол; Барбье махнул рукой, но "олдсмобиль" исчез из поля зрения.

– Объект направился на запад по Восемьдесят первой улице, – сообщил кто-то по радио.

– А кто там за ним наблюдает? – спросил другой голос. Ответом стали искаженные шумы в динамике. Уотерс схватил микрофон:

– Кто-нибудь скажет, что он следует за ним?

Через несколько секунд отозвался голос:

– Я вижу, как он выполняет правый поворот на Йорк авеню. Есть там кто-то?

– О, черт возьми! – прорычал Сонни.

– Посмотрите-ка! – вдруг отозвался от окна Винни Хоукс.

Оба француза направились к углу, за которым скрылся автомобиль Петси. На полпути остановились, перекинулись парой слов, Морен повернулся и торопливо зашагал в сторону дома 45, где нырнул в гараж. Барбье продолжал идти по противоположной стороне. Он дошел до угла и взглянул вдоль Восемьдесят первой улицы. Потом медленно пошел в другую сторону, направляясь к Восемьдесят второй улице и держась так близко к зданиям, что за ним невозможно было наблюдать из окон.

– Наверно кому-то было бы лучше спуститься вниз, прежде чем они рассеются как дым, – предложил Джек Флеминг.

Сонни и Уотерс помчались вниз по лестнице. Барбье остановился перед соседним жилым домом, прислонился к стене и посмотрел на дом 45. Уотерс направился к Восемьдесят первой улице, Сонни нырнул в соседнюю лавчонку, через минуту появился со свертком в коричневой бумаге и положил его в корзинку трехколесного велосипеда. Затем, делая вид, что не замечает человека в черном, стоящего в полусотне метров, Сонни оседлал велосипед и покатил по Ист Энд авеню. Добрался он только до Восемьдесят третьей улицы, а там скрылся за стоявшим грузовиком и снова начал внимательно наблюдать за улицей.

В это время Уотерс добрался до Восемьдесят первой улицы, но не увидел никого или ничего, что можно было бы связать с французами. Тогда он осторожно заглянул за угол и удостоверился, что лягушатник номер два по-прежнему стоит у соседнего жилого дома. Уотерс подождал на самом углу. Через несколько минут лягушатник номер три вышел из гаража на другой стороне улицы. Теперь он держал в руках голубой чемодан точно такого же типа, как тот, что Жан Жеан принес на встречу с Петси неделю назад. Уотерса заинтересовало, появится ли сегодня лягушатник номер один.

Морен пересек улицу и присоединился к Барбье. Они немного поговорили, а потом зашагали в сторону Восемьдесят второй улицы. Уотерс последовал за ними. В дальнем конце улицы он заметил Сонни, возвращающегося на своем велосипеде. Французы повернули на Восемьдесят вторую. Когда Уотерс добрался до угла, Сонни свернул следом и нажимал на педали, толкая неуклюжий велосипед в гору.

В середине квартала между Ист Энд и Йорк авеню во втором ряду стоял небольшой голубой автомобиль. Когда Барбье и Морен с ним поравнялись, водитель наклонился и открыл дверцу с правой стороны, а когда он снова выпрямился, Уотерс узнал Петси. Когда французы садились в машину, Сонни как раз проезжал мимо на велосипеде. Морен по-прежнему держал в руках синий чемодан. "Олдсмобиль" миновал Уотерса и направился вниз к Ист Энд авеню. В машине было только трое. Где же Жеан? Уотерс и Сонни видели, как голубой автомобиль повернул на Ист Энд авеню и направился в верхнюю часть города.

Сзади на углу Восемьдесят второй и Йорк авеню в "конвейре" сидели Эдди Игэн и Луис Гонсалес; они все видели. Потом голос в динамике прокричал, что "олдсмобиль" снова свернул налево на Восемьдесят третью и движется на запад. Игэн передвинулся к соседнему перекрестку и увидел справа голубой автомобиль. Подчиняясь какому-то неожиданному порыву, Игэн свернул налево в Восемьдесят третью улицу и двинулся на запад. Они уже почти доехали до Первой авеню, когда Гонсалес, наблюдавший в зеркало заднего вида, сказал, что "олдсмобиль" пересек Йорк авеню и движется по Восемьдесят третьей.

Игэн повернул в верхнюю часть города по Первой авеню и сбросил газ. Светофор на углу Восемьдесят четвертой улицы переключился на зеленый и он остановился на углу Восемьдесят пятой. "Олдсмобиль" с Петси и двумя французами ещё не появился в зеркале заднего вида.

Радиоприемник что-то смущенно забормотал.

– Где они теперь?

– Кто-нибудь следит за ними?

– Неужели никто их не видит?

– Луи, попробуй ещё раз, – буркнул Игэн. – Скажи, где мы находимся.

Агент прокричал что-то в микрофон, а потом начал напряженно прислушиваться. Из ответов он понял, что их не услышали. Гонсалес нахмурился и посмотрел на Игэна. Детектив покачал головой и сурово покосился на неработающую рацию.

– Черт бы её побрал!

Внезапно Гонсалес соскользнул с сидения и скорчился на полу.

– Только не оглядывайся!

– Что случилось? – Игэн замер, глядя прямо перед собой.

– Это они! Буквально рядом с тобой! Ждут переключения светофора. Послушай, это все твое ирландское счастье! Теперь в машине все – и главный лягушатник тоже!

– Жеан? – Игэну понадобилось напрячь силы, чтобы не обернуться.

– Должно быть, его подобрали где-то между Йорк и Первой авеню.

– Они тронулись.

Светофор переключился и "олдсмобиль" двинулся в верхнюю часть города. Игэн схватил микрофон.

– Это Игэн. Кто-нибудь наблюдает за ними? – В его голосе звучало отчаяние. – Они движутся на север по Первой авеню. Кто-нибудь следит за ними? – Он нажал на переключатель и в динамике послышались голоса – все спрашивали друг друга, видит ли кто-либо "олдсмобиль".

– Кто-нибудь слышит меня? – умоляюще прокричал Игэн.

Голубой автомобиль перед ними свернул на 86-ю стрит.

– Ну, Луи, похоже, нам придется действовать на свой страх и риск. – Он нажал газ и "конвейр" рванулся вперед. Повернув на углу Восемьдесят шестой улицы, они увидели, что "олдсмобиль" ещё раз поворачивает направо и направляется вниз по Йорк авеню.

– Давай попытаемся, – сказал детектив Гонсалесу. – Продолжай передавать, возможно, кто-нибудь услышит.

Пока агент продолжал говорить по радио, Игэн разрывался между наблюдением за голубым автомобилем и попытками заглянуть в боковые улицы, чтобы увидеть кого-нибудь, кто мог бы помочь им. Невероятно, но при таком множестве людей, контролировавших сравнительно небольшое пространство, преступникам удалось отделаться от слежки и может быть спокойно скрыться, если бы не ирландское счастье Игэна. Радиоканалы были заполнены взволнованными и смущенными голосами.

"Олдсмобиль" остановился на северном углу Восемьдесят второй. Из него вышел только лягушатник два – Барбье. Автомобиль отъехал, а Барбье пересек Йорк авеню и пошел на восток к реке. Гонсалес буквально кричал в микрофон, но по-прежнему не было никаких признаков, что кто-то их слышит.

Несколько минут спустя "олдсмобиль" снова прижался к бровке. Немного погодя на тротуар вышел лягушатник-три. Синего чемодана с Мореном больше не было. Он подождал на углу, пока Петси стоял на красный свет, а когда машина двинулась дальше, Морен зашагал на запад.

– Как нам сейчас бы пригодился ещё один парень, – с горечью буркнул Игэн. – Если никого из наших нет поблизости, мы можем больше никогда не увидеть эту птичку! Черт бы его побрал! – Он с досадой ударил по рулю.

Гонсалес снова повторил свое сообщение. Но из переговоров, доносившейся из динамика, ясно было, что их никто не слышит и никто кроме них не видит Морена.

– А вот снова появился лягушатник-два! – ворвался в машину возбужденный голос Сонни. – Он один, пересекает Ист Энд и движется в сторону Сорок пятой... Подходит к какому-то парню, который там ждал. Где же Петси и другой лягушатник? Кто-нибудь смотрит за ними?

Игэн выхватил микрофон.

– Туча? Это Телескоп! Я за ними слежу! Ты меня слышишь? Я смотрю за парнем из Бруклина, с ним вместе лягушатник-один! Туча, ты меня слышишь?

– Лягушатник-два и парень садятся в машину, которую вывели из гаража! – воскликнул Сонни, явно не слыша умоляющего голоса напарника. – Это черный "бьюик"-седан, я сказал бы, шестьдесят... Эй! у него иностранные номера! Восемнадцать-эль-ю-семьдесят пять, повторяю, один-восемь-эль-ю-семь-пять... – Неожиданно передача стала совсем неразборчивой, многочисленные голоса забивали друг друга.

Игэну и Гонсалесу оставалось только продолжать следить за Петси и Жеаном. Во всяком случае, подумал про себя Игэн, именно они сегодня ключевые фигуры. И самое важное – синий чемодан по-прежнему в машине... К этому времени голубой "олдсмобиль" миновал Семидесятую улицу. Перед пересечением с Шестьдесят третьей улицей Петси свернул к бровке и остановился. Пока они сидели в машине и ещё несколько минут разговаривали, Гонсалес отчаянно пытался добиться хоть какого-то отклика на свои призывы. Потом дверца "олдсмобиля" распахнулась и появился лягушатник-один. В руках у него была черная сумка, вроде кожаной сумки для инструментов, с которой накануне видели Петси. Жеан захлопнул дверцу, поклонился Петси, коснувшись кончиками пальцев шляпы, величественно выпрямился и исчез за углом.

– О, Боже! – взвыл Игэн в двух кварталах позади него. – Вот уходит главный и с ним, готов поклясться, все деньги в этой черной сумке! Иисус, Мария, Иосиф! – Он стукнул кулаком по рации.

– А теперь уезжает и Петси, – добавил Гонсалес. – Поворачивает на Шестьдесят третью улицу и направляется в нижнюю часть города. Что же нам делать? Жеан уходит с добычей, но возможно, у Петси все ещё остается чемодан с грузом наркотиков!

Игэн покачал головой.

– У нас нет выбора. Нужно следовать за Петси. – Он прибавил газу и поехал вниз по Йорк авеню в сторону Шестьдесят третьей улицы. – Мне чертовски не хочется упускать француза, но наркотики остались у Петси. Мы прихватим хотя бы его.

– Телескоп! Если ты меня слышишь, немедленно возвращайся на Ист Энд! – прозвучал пронзительный голос Сонни.

Игэн беспомощно заорал в бесполезный микрофон:

– Сонни, я не могу! Мы с Луи преследуем Петси! Синий чемодан все ещё у него в машине!

– Телескоп, если ты меня слышишь, приезжай сюда! Мы захватили двух французов!

– Не может быть! – прорычал детектив. – Они не могли их захватить! Они повязали не тех парней! Черт подери!

– Похоже, у них там возникли проблемы, – задумчиво сказал Гонсалес.

– Плевать я хотел на них! – рявкнул Игэн. – Что мы должны делать, отпустить Петси? Только из-за того, что они запаниковали?

– Но, может быть, им нужна помощь? – продолжал настаивать агент.

Игэн посмотрел на него, крушение всех надежд исказило его лицо. Тяжело вздохнув, он буркнул: "Ладно" и круто развернул "конвейр" обратно.

"Олдсмобиль" Петси, набирая скорость, мчался в другую сторону.

Детективы, наблюдавшие из мастерской краснодеревщика за домом 45, были вне себя, сначала не веря происходящему, затем в ярости от пережитого унижения, и наконец, как предположил находившийся вдали от них Игэн, в полной панике от понимания, что все пропало. Когда машина Петси с двумя французами направилась к северу по Ист-энд, Сонни С Уокером вернулись на командный пункт, где Хоукс и Флеминг сообщили, что "олдсмобиль" заметили на Восемьдесят третьей улице, движущимся на запад. И после этого – ничего. На каждом перекрестке, а то и между ними, на всем пути до Второй авеню находились детективы на велосипедах и пешком, и тем не менее объекты наблюдения каким-то совершенно необъяснимым способом сумели проскользнуть незамеченными!

Но реально они понимали, что ничего таинственного нет. Подобные исчезновения случались и в других случаях казалось бы абсолютно надежно организованной слежки. Эффективность её зависит от бдительности сотрудников и точной передачи информации о передвижениях объекта.

Но в это время может произойти любое непредвиденное событие: команда наблюдателей, расположенная вдоль трассы, может отвлечься не больше чем на несколько секунд, но этого вполне достаточно, чтобы машина, которую они прежде никогда не видели, проскользнула мимо. Или просто по невезению пеший детектив менял позицию или переговаривался с движущейся машиной именно в тот момент, когда Петси и французы проскользнули мимо. Во всяком случае, когда цепочка оказывалась разорванной в одном месте, то трудности начинали стремительно нарастать и детективы, расположенные дальше во всех направлениях вдоль возможных линий движения, также могли пропустить машину. Когда общая схема нарушалась, они не знали, в какую сторону смотреть, и в такой ситуации частенько не замечали даже очевидных вещей.

С каждой минутой ситуация становилась все более унизительной: ведь у них в сетях было трое из четверых главных подозреваемых, существовала вероятность захвата четвертого – и неожиданно вся шайка исчезла. А потом уже после десяти забормотало радио:

– Возвращается лягушатник-два! Идет один вдоль Восемьдесят второй улицы в сторону Ист Энд...

Все снова сгрудились возле окна. Несколько минут спустя они заметили прогуливающегося в ожидании перед входом в дом 45 довольно симпатичного мужчину в черном кожаном пальто; но, если не считать замечания Флеминга, что парень имеет явно "иностранный" вид, особого внимания его присутствие не вызвало. Но тут на углу Восемьдесят второй улицы появился Барбье и направился прямо через авеню к иностранцу.

– Еще один! – воскликнул Уотерс, наводя на них бинокль. – Кто это такой, черт возьми? До этого я его никогда не видел. Примерно пять футов, десять дюймов, лет сорок. – Уотерс начал передавать по радио описание нового персонажа на базу и патрулирующим пешим детективам. – Крепкого сложения, красивая голова, темные волосы.

Потом Барбье достал из кармана пальто клочок бумаги и передал его собеседнику. Уотерс сказал, что это похоже на билетный корешок или гаражную квитанцию. Новый персонаж шагнул к воротам гаража. Немного погодя появился негр – механик, взял билет или бланк и опустил шлагбаум.

– Мне это не нравится, – заметил Уотерс. – Они собираются выводить машину. Барбье намерен уехать. Мы не можем позволить ему снова исчезнуть!

– Давай посмотрим, – выдохнул у него за плечом Сонни. Из темноты гаража показались неясные очертания большого неуклюжего автомобиля. Они продолжали смотреть, Сонни схватил микрофон и начал описывать происходящее.

Барбье и незнакомец забрались в седан, причем последний сел за руль.

– Фрэнк! – закричал Сонни. – Это иностранный "бьюик"! Вспомни историю с канадским!

– Боже мой, давайте быстрее на улицу! – заорал Уотерс. – Там может быть груз!

Они вдвоем бросились вниз по лестнице, но когда выскочили на тротуар, "бьюик" уже развернулся и направился в верхнюю часть города. Белый "олдсмобиль" Уотерса стоял на углу Восемьдесят первой улицы, повернутый в сторону нижней части города. Они влетели в него и прежде чем дверцы захлопнулись, агент запустил мотор, и тут же круто развернул машину. В этот момент "бьюик" уже миновал Восемьдесят третью улицу и набирал скорость.

– Нам их не достать... – Замечание Сонни прозвучало полуутвердительно, полувопросительно.

– Посмотрим, что получится, – неопределенно хмыкнул Уотерс.

– Они уходят, – нервничал Сонни. – Они проехали на красный свет.