Помоги проекту - поделись книгой:
Сталин дал распоряжение удовлетворить просьбу Кирилла Орловского. Тот сдал государству полученную им квартиру в Москве и уехал в разрушенную до основания белорусскую деревню.
Кирилл Прокофьевич выполнил свои обязательства – его колхоз «Рассвет» был первым колхозом в СССР, получившим после войны миллионную прибыль (начинал колхоз с того, что почти все крестьяне жили в землянках). Через 10 лет имя Председателя стало известно всей Белоруссии, а затем и СССР.
Очевидцы писали: «Закрома во дворах колхозников ломились от добра. Отстроил деревню, вымостил дорогу до райцентра и деревенскую улицу, построил клуб, школу-десятилетку. Не хватило денег – снял с книжки все свои сбережения – 200 тысяч – и вложил в школу. Платил стипендии студентам, готовя резерв кадров…».
В 1958 г. Кириллу Прокофьевичу Орловскому было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина. За боевые и трудовые заслуги награждён 5 орденами Ленина, орденом Красного Знамени, многими медалями. Избирался депутатом Верховного Совета СССР третьего-седьмого созывов.
В 1956–1961 годах был кандидатом в члены ЦК КПСС. О нём, «дважды кавалере» Золотой Звезды, сняты фильмы «Председатель» (художественный) и «Непобедимый. Две войны Кирилла Орловского» (документальный), написано несколько книг: «Мятежное сердце», «Повесть о Кирилле Орловском», «Человек из легенды» и другие.
Судьба человека
Григорий Дольников
В минском Музее истории Великой Отечественной войны в 1980-х появился новый стенд с большой цветной фотографией летчика-генерала, на груди – Звезда Героя Советского Союза, ордена Ленина, Октябрьской Революции, Красного Знамени, Отечественной войны, Красной Звезды и медали, среди которых выделяется светло-зеленая ленточка с красной полосой посредине – медаль «Партизану Отечественной войны» I степени.
Надписи на стенде сообщали: Летчик истрёбитель Григорий Дольников, родился 8 мая 1923 года в деревне Сахаровка Горецкого Горецкого уезда Смоленской губернии (ныне Горецкий район Могилёвской области).
После окончания школы, учился в Минском аэроклубе, давшем ему путевку в небо. Здесь он осваивал свои первые полеты и первые прыжки с парашютом. И вот подано заявление в военную школу летчиков. Получен вызов. В августе 1940 года поезд Минск – Ростов привез его в Батайск – небольшой городок в 15 километрах от Ростова. Батайскую военную авиационную школу пилотов он окончил, на отлично и в июне 1943 года был отправлен на Южный фронт, в. 9-ю гвардейскую истребительную авиадивизию.
С каждым днем прибавлялось опыта и мастерства. Лейтенант Дольников стал бесстрашным воздушным бойцом, на борту его самолета появились первые звездочки за каждый сбитый фашистский самолет.
30 сентября 1943 года, день был солнечный, ясный. Это был 56-й боевой вылет Дольникова и третий – за тот день. У Дольникова кончились патроны, но двадцатилетний летчик, сбивший в этот день три немецких самолета, не захотел упустить четвертый. Он пошел на таран! Уже уходил в сторону от поверженного «юнкерса», когда его самолет поразил зенитный снаряд. Он покинул кабину, дернул вытяжное кольцо парашюта.
На земле потерял сознание. От града ударов, жестких, коротких, пришел в себя. Немцы били его прикладами, сапогами, стараясь попасть по окровавленной ноге.
После плена, дерзкого побега и участия в боях партизанского отряда Дольников лишь в апреле 1944-го нашел свой авиаполк. Но радость от возвращения в родную дивизию прошла быстро. Чувствовалось, что ему не доверяют (конечно, не друзья пилоты, а гэпэушники). И только через пару месяцев Дольникову выделили боевой самолет.
Летчики 100-го Гвардейского ИАП Г.У.Дольников (слева) и П.И.Гучек
Во время Ясско-Кишиневской операции за шесть дней он сбил 5 немецких самолетов. Тогда и поверили окончательно. Успел еще повоевать за освобождение Западной Украины, Польши и Чехословакии.
5 мая 1945 года командир эскадрильи старший лейтенант Григорий Дольников побывал в поверженном Берлине. На уцелевших зданиях из каждого окна свисали белые флаги. Повсюду, виднелись советские, танки, орудия. Солдаты-победители пели «Катюшу». А над Прагой капитан Дольников, уже заместитель командира авиаполка, одержал свою последнюю воздушную победу – сбил «раму». Это был его 140-й боевой вылет, 42-й воздушный бой и 16-й сбитый самолет противника.
В декабре 1945 года в Вене он получил предписание прибыть в Москву. В течение двух месяцев дважды в неделю вызывали на Лубянку, помногу раз заставляли отвечать на одни и те же вопросы. После войны всех военнослужащих, побывавших, в плену, проверяли со стороны органов «Смерша».
Однако благодаря тому, что Дольников воевал у партизан, его не отправили в спецлагерь, оставили в авиации, но отправили служить на север Сахалина, на побережье неспокойного Охотского моря. И там периодически вызывали и требовали подробно написать про то, как попал в плен, почему не покончил с собой, как удалось бежать.
И что это? Эскадрилья его – лучшая в авиадивизии, а повышения не дают. Хотел учиться, – писал рапорт за рапортом в академию. Но дорогу в академию перекрывали устраиваемые время от времени «профилактические допросы». Накатывало отчаяние, рука тянулась к пистолету. Спасали верная подруга-жена и две маленькие дочки.
В марте 1953 года, после смерти Сталина, в Военно-воздушную академию, когда он был уже на предпоследнем курсе, пришел незнакомый полковник КГБ и принёс два толстых тома: «Это ваше дело про плен». И тут же сжег всю эту писанину, сказав на прощание: «От имени Комитета госбезопасности приношу извинения». У Дольникова, столько раз видевшего смерть в годы войны, слезы брызнули из глаз. Думалось, теперь уже навсегда все забыто. Где там!
В 1978 году, когда присвоили звание Героя Советского Союза, ему рассказали, что три представления были отклонены и только четвертое восстановило «справедливость».
В годы, войны «геройская» норма, если можно так сказать, составляла 15 сбитых самолетов противника. Будучи летчиком-истребителем чуть больше года, он «завалил» 16 немецких самолетов. Да плен перечеркнул боевые заслуги. Только спустя 33 года награда «нашла» своего Героя. И нашла его снова на Дальнем Востоке; но уже в должности командующего ВВС Дальневосточного военного округа, в звании генерал-лейтенант.
Нелегкая судьба выпала несгибаемому белорусу. Вот еще несколько значимых вех в его биографии.
После окончания академии (1955 г.) командовал авиаполком в Восточной Германии. А затем командовал авиадивизией, корпусом, воздушной армией; окончил еще и Высшие академические курсы при Военной академии Генштаба (1968 г.), получил ученую степень кандидата исторических наук, стал заслуженным военным летчиком СССР (1965 г.). В конце 1960-х годов был военным советником в Египте.
В 1981 году Григорию Дольникову было присвоено звание генерал-полковник авиации; его перевели в Москву на должность заместителя Главнокомандующего ВВС Советского Союза. Живя в Москве, использовал любой повод для посещения Минска. Иногда это давало возможность навестить хотя бы на два-три часа родную Сахаровку, где были живы еще его сверстники.
Дольников утверждал: «У нас была великая, могучая держава; нас и боялись, и уважали». Трезво и объективно оценивал он и роль Верховного Главнокомандующего в войне: – Мы верили в Сталина, тогда он был для нас как Бог. В каждый бой шли с мыслью – «За Родину! За Сталина!»; Сталин сделал и много хорошего. Да, были репрессии, но были и предатели, те же власовцы, бандеровцы, литовские «лесные братья». Нравственный же дух нашего народа был несгибаем. В 18–20 лет мы шли на войну, не думая о себе. Бились до последнего.
Григорий Устинович Дольников – почетный гражданин города Горки, умер в конце марта 1996 года. На его долю выпали немыслимые испытания, но он сохранил свою душу в чистоте. А «вождей» 1990-х Горбачева и Ельцина, считал предателями «всех времён и народов». Дольников умер не от ран, не от болезней. По свидетельству врачей и его жены, он мог еще жить и жить. Он умер от щемящей боли в сердце, от переживаний за судьбы людей, за будущее своей Родины.
Не пришла ли пора назвать именем генерала Дольникова улицу в Москве, Батайске, Южно-Сахалинске, Могилеве, Минске? Во славу человека высокой судьбы и в пример потомкам?
Ликвидатор врагов народа
Наум Эйтингтон
Наум Исаакович Эйтингон (он же Натан Эйтингон, Эйдингтон, Эттингтон, генерал Леонид Александрович Котов, Грозовский, Леонов, тов. Пабло, Леонид Иванович, Том, Пьер, Леонид Наумов) является фигурой легендарной, даже по меркам спецслужб.
Долгие годы он был совершенно неизвестен широкой общественности. И даже в наше время многое в его биографии остается неточным. Помимо множества имен, нет абсолютной уверенности относительно места его рождения. Часть биографов называет Шклов, часть – Могилев. Наконец, есть разночтения относительно его происхождения. Кто-то говорит о том, что его отец был скромным конторщиком на бумажной фабрике, почти что пролетарий, кто-то – что отец был известным дантистом, основавшим собственную клинику в немецком Лейпциге.
Родился Наум 6 декабря 1899 года и с детства окунулся в водоворот политической стихии. В стране полыхали революции, войны. Именно на этом фоне происходило формирование характера и убеждения юного Эйтингона.
В подростковом возрасте – в 12 лет – Наум потерял отца. Это вынудило его стать кормильцем семьи – матери, сестёр и брата. Будучи умным и расторопным мальчиком, он зарабатывал частными уроками, репетиторством и перепиской различных документов. Вскоре родственники отправили его на учебу в Могилевское коммерческое училище. Здесь он и встретил революцию, которую сразу же принял всем сердцем. Закончив 7 классов, он начал работать инструктором отдела статистики и, одновременно, вливается в политическую жизнь. В мае 1917 года вступил в партию левых эсеров – на тот момент едва ли ни самую радикальную революционную партию. Через несколько месяцев, однако, разочаровался в деятельности эсеров и порвал с ними, все больше сближаясь с большевиками.
В ноябре 1918 года Наум Эйтингон уже работает в Могилевском городском совете, занимается реализацией продразверстки, много ездит по губернии, участвует в подавлении кулацких мятежей. Весной 1919 года Эйтингона направили в Москву на курсы при Всероссийском совете рабочей кооперации. Здесь, в октябре 1919 года, он вступил в РКП(б) – позже его то выводили, то вновь возвращали в партию, мотивируя это необходимостью дополнительных испытаний его революционности и идейности. По возвращении в Беларусь он принимал активное участие в подавлении антисоветских мятежей и бандитизма. С 10 мая 1920 года он являлся сотрудником Гомельской ЧК, выделяясь на общем фоне как идейной верностью революции, так и талантами к весьма специфической практической деятельности. В частности, он успешно воевал против банд Булак-Балаховича и Бориса Савинкова, в боях с которыми был тяжело ранен.
В мае 1923 года Эйтингона отозвали в Москву и назначили уполномоченным, а потом заместителем начальника отделения Восточного отдела ОГПУ. Одновременно он приступил к учебе на Восточном факультете Военной академии РККА. В октябре 1925 года он был зачислен в Иностранный отдел ОГПУ и направлен резидентом внешней разведки в Шанхай, затем Турцию. В Китае Эйтингон провел несколько успешных операций, включая ликвидацию диктатора Манчжурии и Северного Китая Чжан Цзо-линя. Примечательно, что до 2001 года считалось, что это сделали агенты японской разведки. Бывал он по долгу службы в Иране, США, Испании, Мексике, Франции.
В годы гражданской войны в Испании Н. Эйтингон руководил разведкой, а также обеспечил вывоз в СССР золотого запаса испанской республики на сумму более полумиллиарда долларов – одна из крупнейших в истории операций подобного рода. Затем обеспечивал выезд в СССР испанских детей и женщин, не желавших оставаться во франкистской Испании.
После Испании последовала одна из наиболее известных операций – ликвидация Троцкого. Как известно, в последние годы жизни Троцкий проживал в Мексике, откуда продолжал бороться против Сталина и СССР. Именно Эйтингон разработал операцию и подобрал людей, один из которых внедрился в ближайшее окружение Троцкого и сумел его убить. Говорят, Сталин до конца жизни испытывал к Эйтингону чувство благодарности за ликвидацию наиболее последовательного своего врага.
В годы Великой отечественной войны Н.И. Эйтингон реализовал несколько крупных операций против нацистских оккупантов: «Монастырь», «Курьеры», «Березино», «Операция Арийцы». Эти операции дезинформировали немцев, рассеивали их силы, способствовали потерям в живой силе, технике и денежных средствах. Одним из людей, которые оказались введены в заблуждение Эйтингоном был сам Отто Скорцени – считавшийся лучшим специалистом спецопераций в нацистской Германии.
После войны Н.И. Эйтингон стал заместителем начальника отдела «С» НКВД (затем НКГБ) СССР, которому было поручено добывание и обобщение разведданных по созданию ядерного оружия, а также руководил истреблением националистических банд в Литве и Западной Беларуси, организовывал ликвидации различных врагов советской власти.
Успешная карьера была прервана в 1951 году. Этингона обвинили в участии в сионистском заговоре. Полтора года он провел в тюрьме и был освобожден лишь после смерти Сталина. Но, как в романе про Монте Кристо, его погубили личности заступников – а за него заступился Л. Берия. В 1953 году Эйтингон был арестован как участник «банды Берия» и осужден на 12 лет.
На волю Н.И. Эйтингон вышел в 1964 году, устроился на работу в издательство «Международная книга», чесу способствовало его владение несколькими иностранными языками. Вел тихую, неприметную жизнь, которая оборвалась 3 мая 1981 года в Москве. Реабилитирован посмертно в 1992 году. Но до сих пор в прессе регулярно вспыхивают споры относительно его личности и его роли в истории великой страны.
Забытый комбриг
Семен Короткин
Семен Михайлович Короткин – один из руководителей партизанского движения на территории Витебской области. Вклад этого человека в партизанское движение на белорусской земле неоценим. Он измеряется не количеством выпущенных под откос эшелонов противника. А созданием условий, организацией ВСЕГО партизанского движения края, благодаря чему стало в принципе возможна эффективная борьба и уничтожение живой силы гитлеровцев, эшелонов и т. д.
Достаточно сказать, что Семен Михайлович Короткин – единственный из партизанских комбригов-белорусов, бригаде которого (переименованной в его честь почти сразу же после его гибели в 1942 году) послевоенный «хозяин» госбезопасности республики Л.Цанава посвятил целую главу своего двухтомника «Всенародная партизанская борьба в Белоруссии против захватчиков» (Минск, 1951. т.2. – с. 595–602).
Это признание позже сыграло с памятью героя злую шутку – после падения Цанавы и ареста «банды Берия», его имя предали почти полному забвению, хотя сам Короткин к Цанаве и послевоенным делам бериевцев никакого отношения не имел. И иметь не мог, поскольку погиб в авиакатастрофе 6 октября 1942 года, возвращаясь из Москвы в партизанскую бригаду.
С.М. Короткин с супругой Марией Андреевной. Фото 1939 г.
Родился Семен Михайлович Короткин в д. Барсуки Оршанского района. В 1934 году окончил институт журналистики.
С 1936 года работал ответственным редактором газеты «Сталінскі Сцяг» Сиротинского районного комитета Витебской области. 7 сентября 1939 г. призван армию, служил в 6-м кавалерийском корпусе, участвовал в освободительном походе в Западную Белоруссию, в советско-финской войне.
В 1940 г. назначен секретарем Сиротинского райкома. В первые дни Великой Отечественной войны С.М. Короткин занимался эвакуацией людей и ценностей в тыл. В фондах музея хранится бессрочное свидетельство о непригодности Короткина к действительной строевой службе. Несмотря на это, Короткин направил в ЦК КПБ три заявления с просьбой направить его на фронт.
В конце 1941 года Семен Михайлович был вызван в Белорусский штаб партизанского движения и направлен в Сиротинский район для организации партизанского движения. О нежном отношении Короткина к жене и детям свидетельствуют короткие фразы, которые уместились на нескольких сантиметрах бумаги: «Высылаю 560 рублей. Живу хорошо. Смотри себя и детей» – писал родным Семен Михайлович в далекий г. Мамадыш Татарской ССР.
В марте 1942 года Короткин стал командиром отряда, затем – командиром Сиротинской партизанской бригады Витебской области. Одновременно с июля 1942 года был секретарём Сиротинского подпольного райкома. Партизаны бригады проводили диверсии на железных и шоссейных дорогах. Разгромили вражеские гарнизоны на станции Ловжа и Язвино.
За доблесть и мужество, проявленные в партизанской борьбе против немецко-фашистских захватчиков, 1 сентября 1942 г. Семен Михайлович был награжден орденом Красной Звезды. В фондах музея хранится небольшая записка жене и сыну: «Маня и Нэлик, я уже получил орден «Красная Звезда», думаю скоро получу и другой орден». Но планам и надеждам не суждено было сбыться.
Фрагмент автобиографии и письма комбрига С.М. Короткина родным
Поделиться книгой: