Юра позвал меня замуж.
У него был короткий отпуск в академии, и большую часть его он провел со мной. Мы гуляли по нашему двору – каким тот маленьким кажется сейчас, когда мы выросли!
А потом Юра поцеловал меня.
А я рассказала ему про Альберта.
Юра долго молчал. Так долго, что я решила, что теперь меня любят только два человека.
И я спросила – что, теперь все кончено? Но ведь я еще не выбрала. Вы оба хорошие, правда – и я не знаю, как поступить.
А Юра покачал головой и сказал, что все в порядке. Ну так, как может быть в порядке в такой ситуации. И что он будет ждать моего ответа. Что космос очень хорошо учит ждать. И надеяться.
Космос, неужели мы с тобой теперь сотрудничаем?
Я не могу оторваться от этих книг. Странно, но это именно так. Бог с ними, с сюжетами, техническими подробностями, идеологическими моментами, социокультурной подоплекой! Там люди. Там такие люди! И да, да, да, теперь я понимаю папу и тех, кто был и есть рядом с ним. Только читавшие такие книги в детстве могут жить так, как они. Почему мама не показывала мне их тогда, когда я была маленькой? Тогда бы ждать мне было гораздо проще.
Я откажу Юре. Я видела, как ждет мама. Я не хочу так ждать. Да, это прекрасная, героическая, нужная людям профессия – но мне и так хватает ее в моей семье. Я не хочу ждать еще одного человека.
Альберт работает в агрокомплексе. Он всегда будет здесь, на Земле, со мной.
Я больше никого не хочу ждать. Никого, кроме папы, если уж так получилось.
Разве это так плохо?
Мой диплом будет называться: «Космос и человек: вера и мечты, ожидание и надежды. Анализ фантастического дискурса ХХ века».
Космос, кажется, мы с тобой партнеры.
Папа умер.
Папа не умер.
Папа просто улетел.
Просто на этот раз надолго.
Очень надолго.
Как думали тогда, в первый раз.
Но я его буду ждать. Я его все равно буду ждать.
Я не могу не ждать папу.
Сегодня они опять приходили к нам. Раньше – к папе. Сейчас – к нам. Потому что мы – единственное, что осталось у них, напоминающее о нем. А у нас это единственное – Они. Они так молоды, по сравнению с ним. Горбовский… дядя Леня. Когда он при (зачеркнуто) я не могу писать это слово, не могу употреблять его по отношению к кому-то… кроме папы… когда дядя Леня впервые появился у нас, я была уже большой девочкой. А он все равно так забавно смущался и не знал, как бы взять меня на руки, чтобы не уронить. А папа… Господи, мой папа, казалось, годился дяде Лене в отцы!.. смеялся и говорил, что не страшно, я не упаду, я тоже умею летать… Как, казалось, давно это было…
Вечером мы все вместе смотрели на небо. Где-то там, далеко – они научили меня говорить не «высоко», а «далеко», потому что в космосе нет высот, только бесконечные дали – планета, которую зовут, как и маму. Мы все договорились, что папа там. Просто в этот раз чуть дольше, чем раньше.
Но он вернется.
Он обязательно вернется.
Просто нас уже к тому времени не будет.
Но ведь это не мешает нам его ждать, правда?
Как мы можем не ждать папу?
Защита прошла успешно.
– А почему вы выбрали именно эту тему? – спросили меня на ней.
– Потому что я ненавидела космос, – ответила я.
– А теперь? – спросили меня.
И я показала фотокарточку мужа.
Юра снова улетел. И снова, и опять, и как всегда, и как обычно. Как надо.
Как мы решили.
Решили оба.
А когда Юра вернется – решать будем уже втроем.
Но кажется, я знаю, какое будет это решение. И я знаю, как объяснить это решение третьему. И какие книги дать ему – или ей – прочесть.
Мы будем ждать.
Просто ждать.
А мы ждем их, чтобы они возвратились.
Одиссеи и Пенелопы нового мира.
Примечание составителя полного собрания сочинений и научных трудов Валентины Валентиновны Петровой-Комовой (2072–2188), члена Мирового совета Земли, доктора филологических наук, профессора Евразийской Академии наук, д. ч.-к. Вс. НАУ, отв. ред. изд. НИИ им. Коо-Баэ, ант. ул. дек., зав. ос. полн. пос., ВАУ БО, трижды Героя Труда (полный список званий и регалий см. в отдельной части сборника):
К дневнику прилагается вклеенная в него ксерокопия последней страницы романа А. Дюма «Граф Монте-Кристо» (изд. М: «Всемирная литература», 2099 г. – 493 стр.) с отмеченной красным маркером последней фразой:
«