Помоги проекту - поделись книгой:
– Да! А как же? Пусть весь мир знает, что меня ждёт самая лучшая, самая красивая и самая любимая девушка на планете!
– Габриэль, ты совсем меня смутил! – покраснев, хихикнула Софи, доедая мороженое.
– Но ведь так и есть на самом деле, Софи! – Габриэль снова поцеловал её в губы. – И после работы на «Аэлите» я обязательно женюсь на тебе.
– Габриэль, ты серьёзно? – засмеялась девушка, не делая никаких попыток вырваться из крепких объятий парня.
– Серьёзнее не бывает, любовь моя.
Габриэль покрыл поцелуями лицо Софи, а она в ответ щекотала его под рёбрами.
– Как там Сара? – спросила Софи, отсмеявшись.
– Не очень, – ответил Габриэль. – Плачет, со мной не разговаривает. Закрылась в комнате и не выходит. Так же, как и ты, не желает отпускать меня и напоминает о роковом «Гелионе-17».
– Я понимаю её, – вздохнула Софи. – Ты у Сары единственный и любимый старший брат. Она боготворит тебя. Мне даже кажется, что её будущий муж будет твоим подобием. Твой авторитет для Сары просто непоколебим.
– Да, моя младшая сестрёнка очень привязана ко мне. – Габриэль задумчиво улыбнулся, касаясь губами светлых волос Софи.
Вечером этого же дня Софи зашла в гости к Дэвидсонам и постучалась в комнату Сары.
– Сара, это я, Софи! Открой дверь, пожалуйста!
Ответа не последовало.
– Открывай, Сара! – Софи постучалась настойчивее. – Я буду стоять под дверью хоть вечность, до тех пор, пока ты не впустишь меня.
Наконец, в замке повернулся ключ, и дверь распахнулась. На пороге стояла заплаканная Сара, с растрёпанными волосами и покрасневшими от слёз глазами.
– Проходи, – сказала она севшим от рыданий голосом.
Окно было задёрнуто занавеской, в полутёмной комнате царил беспорядок. Сара легла на смятую постель и уткнулась лицом в подушку. Софи опустилась рядом с ней на край кровати.
– Не надо плакать, Сара. Габриэль всё равно сделает так, как решил.
Сара резко подскочила, отбросив подушку.
– Софи! Мой брат чересчур упрям! На него ничего не действует, ни уговоры, ни мои слёзы! Как отговорить его от этого полёта? Я не хочу потерять его! Но Габриэль же принципиален. Он решил исполнить заветную мечту отца! Это же почти год работы на орбитальной станции! Софи, может, ты как-нибудь повлияешь на него?
– Увы, Сара, – тяжело вздохнула Софи, разводя руками. – Габриэль не послушал даже меня.
– Упрямый дурак! – фыркнула Сара.
– Он просто не хочет подводить отца. Раз Габриэль обещал, он обязательно это сделает. – Софи достала из кармана платок и вытерла заплаканное лицо Сары. – К тому же Габриэль сказал, что, когда вернётся со станции, обязательно на мне женится.
– Что, правда? – Младшая сестра Габриэля схватила девушку за рукав. – Тогда это очень хорошо! Габриэль никуда не сможет деться от тебя, и навсегда забудет про космос.
Софи по-сестрински обняла Сару, поглаживая по волосам и качая на коленях, как маленькую.
Когда стартовал орбитальный шаттл, на котором Габриэль отправился на «Аэлиту», Софи горячо молилась, чтобы полёт прошёл успешно. Девушка вздохнула облегчённо лишь тогда, когда объявили о завершившейся стыковке шаттла с орбитальной станцией.
Прошло два года с момента исчезновения «Селены-1», и вот, наконец, её поиски завершились. Сгоревшие обломки ракеты обнаружились в районе кратера Шрёдингер на обратной стороне Луны Поисковые автоматизированные роботы провели тщательный анализ обломков и тел погибших. Останки космонавтов отправили на Землю в спасательном модуле.
Энн, увидев репортаж об этом в выпуске новостей, долго и безутешно рыдала. Все эти два года она верила, что её любимый Адам жив и ещё вернётся к ней, а вот теперь её надежды рухнули. Они ведь даже не успели пожениться! Энн горько сожалела о том, что не предприняла ни одной попытки соблазнить Адама. Она мечтала о ребёнке, который был бы похож на её возлюбленного. Энн никто не был нужен, кроме Адама. Утешать подругу приехали Софи, Катрин и Марианна. Они просидели с ней весь день, а потом остались на ночь. Энн была в очень подавленном состоянии, не смогла пойти на работу, и никакие успокоительные лекарства ей не помогали. Девушка молча сидела в углу, сжимая дрожащими пальцами сигарету и роняя тихие слёзы на фотографию Адама.
Убитая горем Линда тоже рыдала, судорожно глотая воду и вытирая слёзы чёрным платком.
– Я давно чувствовала, что он погиб. – всхлипывала она. – О, Адам, мой мальчик, мой сын…
Заплаканная Энн суетилась вокруг женщины, поднося лекарства и успокаивая. Они вдвоём, потеряв единственного и дорого человека, утешали и поддерживали друг друга, как могли, не позволяя себе сорваться в бездну пустоты и отчаяния.
На кладбище появились четыре новые могилы. Скорбящие уже разошлись, но Энн задержалась, решив побыть одной. Она думала, что выплакала все слёзы на церемонии прощания с телом любимого, но сейчас зарыдала с новой силой.
– Эх, Адам, Адам… – Энн обессиленно опустилась на колени перед могильным холмиком, где теперь лежал её жених. – Почему ты оставил меня? Почему? Как я буду жить без тебя? Мы вместе так ничего и не успели…
Девушка говорила это тихим срывающимся голосом, и горячие слёзы, стекая по её щекам, капали на букет искусственных цветов.
Вот уже более полугода Габриэль Дэвидсон работал на орбитальной станции «Аэлите». Верная Софи ожидала на Земле его возвращения. Срок его пребывания на станции подходил к концу, и Габриэль готовился вернуться к любимой уже через месяц. Внештатная ситуация едва не перечеркнула все его планы. «Аэлита», чтобы избежать столкновения с другой орбитальной станцией, изменила курс, отклоняясь в сторону, и сошла с орбиты. В Международном Космическом Агентстве опасались, что «Аэлита» рухнет на Землю или улетит слишком далеко. Безумно испугавшись за Габриэля, Софи с тревогой просматривала по телевизору выпуски новостей и подолгу сидела в интернете на сайте Агентства, поскольку в её памяти были слишком свежи воспоминания о крушениях «Гелиона-17» и «Селены-1». Наконец, после суток мучительного и пугающе-тяжёлого ожидания, было объявлено, что станция «Аэлита» благополучно восстановила расчётную орбиты. Рассчитал новые параметры орбитального движения один из членов экипажа станции, талантливый техник и превосходный пилот, Габриэль Дэвидсон.
Во время видеосвязи с Землёй, трансляцию которой показывали по интернету в режиме онлайн, Габриэль передал привет Софи:
– Софи! Прекраснейшая моя и любимейшая невеста! Я знаю, что сейчас ты слышишь и видишь меня, поэтому, как и обещал, передаю тебе горячий привет с орбиты, со станции «Аэлита». Даже здесь я чувствую, что ты беспокоишься обо мне. Но не переживай, Софи, у нас уже всё в порядке. Правда, времени у нас мало, общаться долго с Землёй мы не можем. Поэтому, Софи, я хочу сказать главное, и пусть меня слышит весь мир! Выходи за меня замуж, Софи! Будь моей женой и раздели со мной мою жизнь!
Сидевшая за столом Софи расчувствовалась, прозвучавшее в прямом эфире предложение Габриэля было очень торжественным и трогательным. Девушка посмотрела на своего возлюбленного, парившего в невесомости в одном из отсеков станции, и, коснувшись рукой экрана компьютера, сказала:
– Да, Габриэль, я согласна!
Энн была дома, просматривала тетради своих учеников, когда к ней в гости прибежала Софи. Светлые вьющиеся волосы растрепались от быстрого бега, серо-голубые глаза светились счастьем и радостью, а на щеках играл румянец.
– Энни! Энни! – с порога закричала подруга. – Представляешь, Габриэль сделал мне предложение прямо во время видеотрансляции! Он предложил мне стать его женой! И весь мир слышал это! Мне даже звонили мои ученики, спрашивали, я ли та самая Софи, которой передал привет орбитальный астронавт Габриэль Дэвидсон. Я ответила, что да, я та самая девушка. Ребята уже поздравили меня. Я так счастлива, Энни!
– И я тебя тоже поздравляю, Софи! – Энн сердечно обняла подругу. – Я так рада за тебя. Это настоящая косморомантика – сделать предложение руки и сердца прямо с орбиты!
Обрадованная, как ребёнок, получивший лучший подарок в жизни, Софи бросилась звонить родителям, чтобы поделиться этой радостной новостью.
Свадьба Габриэля и Софи состоялась перед самым Рождеством, двадцать второго декабря. Невеста была в пышном, сшитом на заказ, платье, жених – в строгом чёрном костюме. На свадьбе, кроме родителей, друзей и свидетелей, присутствовали ещё школьники, ученики Софи, пришедшие на церемонию с пышными букетами цветов и поздравлениями для любимой учительницы. Сара держала белую бархатную подушечку с кольцами. После венчания в церкви все поехали отмечать в ресторан, где, кроме бросаний свадебных венков и поздравлений были ещё вкусные угощения и танцы.
После торжества и просмотра подарков Софи и Габриэль отправились в свадебное путешествие, запланировав посетить несколько модных столиц.
Вернулись молодожёны только после новогодних праздников. Поочерёдно заехали к своим родителям, бывая то в квартире Софи, то в родном доме Габриэля. Показывали родственникам и друзьям фотографии, сделанные во время свадебного путешествия.
Габриэль снимал квартиру и Софи, жившая до свадьбы у родителей, переехала к нему. Вдвоём они начали откладывать деньги на покупку собственного жилья.
В конце января Софи захотела навестить своих родителей. Габриэль поехал вместе с ней на автомобиле. Дорога была пустынна, и Габриэль рассчитывал доехать до четы Бекеров за один час.
Со дня крушения «Гелиона-17» Марианна не любила внезапных ночных звонков. Она отключила домашний телефон и лежала в кровати, мучаясь бессонницей. На душе было тоскливо, девушке не хватало крепкого плеча, к которому можно прислониться, не хватало ласки и заботы. О Джеке она не вспоминала вообще, а с Чарльзом лишь изредка перезванивалась, поддерживая дружеское общение.
На журнальном столике зазвонил мобильник – Марианна забыла отключить его. Девушка нажала на кнопку принятия вызова и услышала плач Энн Майерз.
– Что случилось, Энн? – спросила Марианна, садясь на постели и подтягивая колени к подбородку.
– Мари! – всхлипнула подруга. – Софи с Габриэлем разбились!
– Что?! – не поверила своим ушам Марианна. – Как это?
– Они на машине поехали к родителям Софи. – объяснила Энн, громко шмыгая носом. – Мать Софи забеспокоилась, что дочери и Габриэля долго нет, и попросила своего мужа поехать им навстречу. Он поехал и увидел на дороге перевёрнутую машину Габриэля. Там трасса скользкая, недавно оттепель была, поэтому, видно, и не удалось Габриэлю автомобиль удержать. Их тела уже «Скорая» забрала.
Когда Энн отключилась, и из трубки полетели короткие гудки, Марианна всё ещё продолжала сидеть, сжимая в руке телефон.
Катрин ехала в машине, стараясь догнать «Скорую помощь» и едва сдерживая себя, чтобы не вдавить в пол педаль газа. Но дорога была скользкой и безопасный скоростной режим приходилось соблюдать. Перед глазами всё ещё стояла искорёженная перевёрнутая машина Габриэля с выбитыми стёклами. Катрин, внимательно глядя на дорогу, сбросила скорость – ей не хотелось самой попасть в аварию.
Потрясённая звонком Энн, Катрин поехала в больницу, туда, куда отправили Софи и Габриэля. Габриэль погиб на месте, и его тело отвезли в морг, а Софи была ещё жива. Катрин неистово молилась, чтобы она выжила.
Здание больницы ярко светилось в опустившихся зимних сумерках квадратами окон. Выскочив из автомобиля, Катрин вбежала в приёмный покой и прорвалась в процедурную, как раз когда один из медиков закрывал лицо Софи простынёй.
– Что… – Голос Катрин осёкся, и девушка не смогла договорить свой вопрос.
– Не спасли, – ответил врач. – Слишком тяжёлые травмы. Она только на минуту в сознание пришла, а потом умерла.
– Она говорила что-нибудь? – спросила Катрин слабым, охрипшим голосом.
– Да, говорила, что её зовёт муж, и она уходит к нему. – Врач махнул остальным: – Отправьте тело в морг.
Убитая его словами, Катрин пошла к своей машине, но не дошла до неё всего несколько шагов и бессильно опустилась прямо на снег.
Через три дня состоялись похороны. Очередные похороны друзей. Со дня свадьбы Софи и Габриэля прошёл всего месяц, молодые люди могли бы ещё долго жить, завести детей, но судьба распорядилась иначе. Одноклассники собрались проститься с ними. Марианна выбралась из машины Чарльза, надвинув на голову капюшон куртки, чтобы укрыться от густого липкого снега. В церемониальном зале играл траурный марш, слишком знакомый оставшимся в живых одноклассникам. Родители Сары и Габриэля плакали навзрыд, кто-то из родственников суетился вокруг них, поднося успокоительные лекарства. Поодаль, с печальными лицами, стояли ученики Софи, пришедшие проводить любимую учительницу в последний путь. Сара, одетая во всё чёрное, сидела в углу, молчаливая и бледная, как восковая кукла.
Похоронили Софи и Габриэля рядом друг с другом, усыпав оба гроба розами и лилиями. Даже снег прекратил идти, позволяя скорбящим людям тихо проститься с умершими. Одноклассники стояли перед двумя могильными холмиками дольше всех. Из двенадцати человек их осталось всего шестеро. Половины класса уже не было в живых. В стороне, недалеко от места захоронения Софи и Габриэля, находились могилы Евы, Роберта и Адама.
Марианна чувствовала себя замёрзшей статуей, бесчувственной машиной. Все эмоции умерли в ней, и Марианне казалось, что она всю жизнь была роботом. На душе было так же темно и холодно, как и на далёком Плутоне. Энн вытирала слёзы чёрным кружевным платком. Катрин почему-то вспомнилось Рождество, то самое, которое они все вместе отметили у Софи.
Сара долго молчала, не замечая стекающих по щекам слёз, но после поминок, когда одноклассники габриэли проводили её и родителей домой, у неё внезапно началась истерика.
– Не смей меня оставить так же, как они! – закричала она, бросаясь к Марианне. – Не смей, слышишь? Не смей! Не смей!
Марианна толкнула девушку на кровать, крепко перехватила её запястья и прижала своим телом. Сара, заливаясь слезами, попыталась вырваться, но не смогла, и понемногу успокоилась. Марианна позвала Чарльза, чтобы он дал Саре какое-нибудь лекарство. Чарльз принёс снотворного, и младшая сестра Габриэля, измученная истерикой, вскоре уснула.
Когда Марианна вернулась домой, гулкая пустота комнат её съёмной квартиры показалось девушке ещё более осязаемой и тяжёлой. Ничто теперь не могло разорвать эту пустоту – ни весёлые голоса, ни смех, ни иной звук. Напрасно Марианна думала, что навсегда лишилась всех эмоций. Чувства вернулись, захлестнув душу, как волна цунами морской берег – она рыдала, выла и билась головой о стену, безнадёжно пытаясь заменить физической болью боль душевную. Она даже разбила несколько ваз, превращая свои страдания в фарфоровые и стеклянные осколки.
Как же так вышло, что Софи и Габриэль погибли, разбившись на дороге? Ведь Софи очень любила жизнь, а жизнь любила её. Девушка была прекрасной учительницей и мечтала о собственных детях. А Габриэль? Почему судьба этого парня сложилась так, что его жизнь оборвалась в самом расцвете лет? Ведь он же пилот первого класса и талантливый техник, смог рассчитать координаты новой орбиты для потерявшей управление станции, однако же не смог справиться с автомобилем на обледеневшей трассе.
– Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы больше никто не умер! – отчаянно кричала Марианна, захлёбываясь слезами. – Пусть никто из нас не умрёт! Пусть мы все останемся живы! Пожалуйста!..
Она лежала на полу, посреди осколков разбитых ваз, умоляя Бога сохранить жизнь её уже немногочисленным друзьям. Марианна верила, что Всевышний услышит эти молитвы, и не призовёт к себе никого из тех, кто для неё так важен. Потому что это слишком больно – терять близких, дорогих сердцу людей.
Марианна сидела на подоконнике и курила, распахнув настежь окно. В соседней комнате спала Сара. Вот уже несколько месяцев Марианна присматривала за младшей сестрой Габриэля, переживая за её душевное здоровье. Сара часто ходила на кладбище и подолгу сидела у могил Габриэля и Софи. Марианна, как верный сторож, всегда была поблизости, но не решалась подойти. Выучившись на дизайнера, Сара получала второе образование, желая стать ещё и архитектором, но сейчас училась кое-как, и Марианне приходилось силой усаживать девушку за книги. Сара по-прежнему была молчалива и замкнута, редко выходила из дома и запиралась в комнате, с угрюмым видом рисуя свои чертежи.
– Психически девушка абсолютно здорова, – сказал Чарльз Нейман, к которому Марианна привела Сару для обследования. – Просто стресс оказался слишком сильным для неё, но со временем она оправится.
Джека Чандлера Марианна видела на похоронах Софи и Габриэля в последний раз. Позже она встретила его имя на страницах одной из газет, в статье которой сообщалось о возобновлении Международным Космическим Агентством запусков пилотируемых ракет на Луну и на Марс. Это сообщение не вызвало никаких чувств у Марианны. Её любовь к Джеку умерла давным-давно.
Своё письмо, детское послание в будущее, Марианна сожгла, не вскрывая. Зачем его читать, если она и так помнит, что там написано. И не нужно уже хранить этот заклеенный конверт, если вся жизнь пошла не так, как планировалось когда-то. Марианна иногда запускала в небо радиоуправляемую модель летающей тарелки, но делать это в одиночестве было очень грустно, и девушка поставила игрушечное НЛО у себя в комнате, регулярно стирая с неё пыль.
Совсем недавно Марианне приснилось, что она снова в школе, и все её одноклассники живы, и Натали Картер бегала по классу за Майклом Брауном, пытаясь отобрать у него свою тетрадь.
Долгое время на сердце у Марианны было неспокойно, и девушка пошла в церковь. И там, перед иконами, среди тишины, мягкого света свечей и негромких молитв, она вдруг обрела желанный покой. Даже острая боль потери отступила. Марианна поставила свечи за упокой душ Евы, Роберта, Адама, Софи и Габриэля. Даже за Натали ну да, она лишила себя жизни добровольно, но пусть Бог простит ей этот грех самоубийства: без Роберта Натали всё равно не смогла бы жить.
Тлеющая сигарета обожгла пальцы. Поморщившись от боли, Марианна затушила окурок в пепельнице. Сара в соседней комнате стала что-то кричать во сне, и Марианна, захлопнув окно, пошла к ней.
Затворницу Сару нужно было возвращать к жизни, ведь девушке исполнилось всего двадцать четыре года, и ей не следовало обрекать себя на пожизненное унылое отшельничество. Марианна взяла на себя обязанность заботы о Саре, чувствуя груз ответственности перед погибшими Софи и Габриэлем.
За год, прошедший со дня автокатастрофы, Сара ни разу не улыбнулась. О чём думала девушка, Марианна могла только догадываться. Каждый день, упрямо и настойчиво, Марианна брала сестру Габриэля за руку и вытаскивала на улицу. Девушка не задумывалась, что в такие моменты становится отчаянно похожей на Натали Картер, которая точно таким же способом вытаскивала на природу одноклассников, готовящихся к выпускным экзаменам, и на Энн Майерз, оторвавшую когда-то Адама Рассела от книг и показавшую ему мир. Марианна водила Сару по городу, заводя её в магазины, театры и клубы, знакомила с новыми людьми, стараясь расширить круг общения девушки.
Сара начала общаться далеко не сразу, неохотно втягиваясь в разговоры. Поначалу она чувствовала себя слишком зажато, словно только что вырвавшийся из неволи зверь, но затем бетонные стены её отчуждения мало помалу рухнули, и Сара ощутила себя свободнее и раскованнее. Она даже начала улыбаться, пусть пока ещё робко и немного грустно, но Марианна всё же заметила это.
Закончив учёбу в архитектурном институте, Сара устроилась на работу в строительную фирму. Несколько месяцев спустя директор фирмы, Матиас Форд, обратил внимание на молодую привлекательную сотрудницу, и начал за ней ухаживать. Он был весьма видный мужчина тридцати лет, ещё не женатый и без детей. Женщин у Матиаса было много, он менял их каждые три-четыре месяца, но ни одну из них он не любил, это были все лишь недолгие увлечения. Стеснительная и застенчивая Сара, постоянно выглядевшая естественно и одевающаяся неброско и не вызывающе, зацепила его. Едва заглянув в немного печальные серо-голубые глаза Сары, Матиас понял, что пропал. Это была настоящая любовь с первого взгляда.
Сара жила очень далеко от места работы, и Матиас на своей машине подвозил её до дома. Ещё он дарил девушке цветы и дорогие подарки, по выходным приглашал в ресторан. Сару вначале сильно смущало столь пристальное внимание к ней директора фирмы, и она некоторое время даже отказывалась от подарков. Марианна серьёзно поговорила с Сарой, и уговорила девушку принять ухаживания Матиаса – глупо было отказывать столь видному жениху.
Во время разгоревшегося романа с Матиасом Сара сильно изменилась, похорошела, стала больше смеяться, сделала модную стрижку.
Родители Сары очень обрадовались, увидев, что их дочь повеселела, а в качестве будущего зятя Матиас вполне их устраивал. О лучшей партии для дочери они не могли и мечтать.
Матиас оказался очень благородным человеком, и не смел прикоснуться к Саре до свадьбы, оберегая её, как хрустальную вазу. Марианна, как-то заночевавшая у Дэвидсонов, проснулась ночью и решила сходить на кухню, чтобы выпить воды. Проходя мимо комнаты Сары, девушка увидела, что дверь приоткрыта. В щель было хорошо видно, что Сара спит в постели, повернувшись лицом к окну, а Матиас лежит поверх одеяла, уснувший прямо в джинсах и рубашке, и обнимает девушку одной рукой. Марианна неслышно проскользнула мимо двери, боясь разбудить их.
После свадьбы Матиас купил за городом двухэтажный дом, в который и переехал жить со своей женой. Особняк окружали высокие изумрудные сосны, которые понравились Саре. Спустя девять месяцев у молодожёнов родилась дочь Кира.
Наступила очередная годовщина гибели друзей. Марианна купила цветы и пошла на кладбище. Подходя к могиле Евы, Марианна резко остановилась, испуганно вздрогнув. Ей показалось, что у могильной оградки стоит Ева. Живая Ева. Те же знакомые рыжие волосы и зелёные глаза. Марианна неуверенно сделала шаг вперёд.
– Ева? – спросила она дрогнувшим голосом.
Поделиться книгой: