Помоги проекту - поделись книгой:
– Попробуй позвонить ей ещё раз, – сказал Габриэль. – Натали должна знать, что случилось с её друзьями.
В домах Стэнли и Филипсов была только скорбь. Родителям погибших астронавтов уже позвонили руководители Космического Агентства, чтобы выразить свои соболезнования.
– Какой толк от этих соболезнований? – безутешно рыдала Джейн, мать Роберта, которую безуспешно пытался успокоить муж. – Лучше бы мой сын был жив! Зачем только он поступил в эту Космическую Академию? Ведь он с детства мечтал стать архитектором!
– Нам тоже не легче! – заливалась слезами мать Евы, Хелен. – Мы с Ричардом потеряли любимую дочь!
– Когда похороны? – угрюмо спросил Чарльз.
– Через четыре дня. Агентство уже объявило дату.
Натали резко затормозила перед домом, снеся фонарный столб во дворе особняка. Выбралась из машины, не обратив совершенно никакого внимания на помятый от удара капот и отвалившийся передний бампер. Долго не могла открыть ключом входную дверь, потому что из-за слёз не видела замочную скважину. Наконец открыла и вошла. В особняке было тихо, родители ещё не вернулись из рабочей поездки. Натали, нигде не зажигая света, прошла прямо в отцовский кабинет и достала из бара бутылку виски. Пальцы дрожали, и девушка пролила несколько капель спиртного напитка на стол, забрызгав папку с документами. Стакан не удержался в руках и, упав на пол, разбился. Тогда Натали отпила прямо из горлышка. Дрожь постепенно отступила и Натали, слегка успокоившись, опустилась в глубокое кожаное кресло.
Сегодня утром она пришла на космодром, чтобы проводить любимого Роберта в полёт на Марс. На стартовую площадку её не пропустили, и Натали решила отъехать на некоторое расстояние, чтобы посмотреть запуск ракеты хотя бы издалека. Натали стояла и наблюдала, как «Гелион-17» устремляется ввысь, и отчаянно, в ужасе, закричала, когда увидела, что происходит с ракетой. Чудовищный гулкий взрыв, горящие обломки и чёрный дым. Словно окаменев, девушка смотрела, как на землю с небес падает то, что осталось от «Гелиона-17». Натали не верила своим глазам. Этого не могло быть на самом деле! Просто не могло! Она же говорила с Робертом буквально за пять минут до старта, пожелала ему счастливого пути и пообещала, что вскоре прилетит к нему на Красную планету. А вот теперь его не стало! Роберт погиб, исчез в ослепительном пламени взрыва, а вместе с ним Ева, её лучшая подруга…
Натали неслась домой, вдавив педаль газа в пол и не глядя, какую цифру показывает стрелка спидометра. Ева и Роберт…Её друзья и одноклассники, которых не стало в один миг. По щекам Натали вновь заструились горячие слёзы. Не вытирая их, Натали зашла в свою комнату, достала с полки шкафа книгу, между страницами которой было спрятано послание в будущее. Вскрыла конверт, потому что уже не было нужды ждать своего тридцати семилетия. Текст послания был коротким и жизнерадостным:
«Каким человеком хочу быть в будущем я, Натали Картер? Хочу выйти замуж за Роберта Филипса, завести много детей, лучше всего четверых или пятерых, чтобы у нас была большая и дружная семья, и жить по соседству со своими лучшими подругами, Евой, Катрин и Марианной».
Дочитав до конца, Натали разорвала письмо вместе с конвертом на мелкие кусочки. Какое наивное послание! Сколько в нём золотисто-розовых оттенков светлой детской мечты! Вот только никогда эта мечта не исполнится! Потому что не с кем уже её исполнять!
Натали зарыдала в голос, схватившись за голову и сидя на ковре, усыпанном разорванной бумагой. Она осталась одна. Ни любимого парня, ни лучшей подруги. Даже ребёнка от Роберта выносить не смогла. А без них всех Натали ничего не было нужно. Даже собственная жизнь.
Домой Марианна вернулась поздно. От боли у неё раскалывалась голова, и единственным желанием девушки было поскорее лечь в постель и крепко заснуть. Джек задержался внизу, он расплачивался с таксистом. В прихожей надрывался телефон.
– Алло, говорите, – подняла трубку Марианна.
– Марианна… – услышала девушка рыдающий голос Сьюзан. – Наконец-то я дозвонилась…
Сердце сжалось от нехороших предчувствий. Марианна схватилась рукой за стол, боясь упасть.
– Миссис Картер, пожалуйста, перестаньте рыдать! – попросила девушка. – Объясните, что случилось у вас?
В трубке было слышно, как Сьюзан пьёт воду, нервно стуча зубами по краю стакана.
– Натали… – с трудом проговорила женщина. – Натали с собой покончила…
Трубка выскользнула из ослабевших разжавшихся пальцев Марианны и повисла на телефонном проводе. Когда девушка снова поднесла её к уху, оттуда доносились лишь короткие гудки. Марианна постояла минуту, закусив губу и бессмысленно глядя в пустоту, затем бросилась звонить одноклассникам, чтобы сообщить о смерти Натали.
Хоронили Еву, Роберта и двух других членов экипажа со всеми почестями, какие оказывали погибшим астронавтам. Повсюду слышались приглушённые рыдания, играл траурный марш, родители утирали платками слёзы, приглашённые друзья, родственники и сотрудники Космического Агентства стояли вокруг, одетые во всё чёрное, с застывшими скорбными лицами. Марианна, слушая слова траурной речи, не могла проглотить вставший в горле колючий комок, глядя на четыре закрытых гроба. Ей трудно было поверить, что в двух их них теперь лежали её одноклассники, точнее то, что от них осталось. Весёлая и задорная Ева, изобретательница радиоуправляемых летательных аппаратов, душа компании, шумная и фонтанирующая идеями, грезившая о полёте на Марс, и Роберт, наивный и доверчивый, любимец всех девчонок, но выбравший лишь одну из них, влюблённый и никогда не сдерживающий своих чувств. Они вместе полетели на «Гелионе-17» и вместе погибли. Их друзья стояли вокруг гробов в унылом молчании. С фотографий с чёрными траурными ленточками на них смотрели вечно живые Ева Стэнли и Роберт Филипс.
Катрин сделалось дурно, она резко побледнела, и Энн поспешила вывести её из церемониального зала на свежий воздух.
– Ты как? – заботливо спросила подруга, придерживая её за плечи. – Лучше?
– Немного. – Катрин всё ещё была бледна, но дурнота уже отступила. – Энн, я не верю, что это могло произойти с ними, не верю…
– Я тоже не верю, Катрин, – тихо сказала Энн, обнимая подругу и уткнувшись лбом в её плечо. – Для нас они всегда останутся живыми.
Когда закончилась церемония прощания, гробы повезли на центральное городское кладбище. Энн и Катрин ехали в машине, сжимая в руках по две белых розы. Эти цветы были любимыми цветами Евы. Софи и Габриэль везли красные гвоздики, а Марианна, Джек, Чарльз и Майкл – венки с ленточками и искусственные корзинки.
Хоронили погибших рядом друг с другом, как членов одного экипажа. Одноклассники бросили цветы на гробы Евы и Роберта и отошли, позволяя могильщикам засыпать их землёй. Матери зарыдали, и мужья поспешили отвести их в сторонку.
После поминок друзья поехали на другие похороны, к дому семьи Картеров. Тело Натали уже привезли из морга и отдали родителям. Все знали, что Натали покончила с собой в день крушения «Гелиона-17». Вернувшаяся вечером Сьюзан обнаружила уже остывшее тело дочери в ванне, в красной от крови воде, с перерезанными венами. Рядом лежала предсмертная записка, в которой Натали написала, что не может жить без Роберта, и уходит к нему, чтобы воссоединиться после смерти.
Натали лежала в гробу и казалась спящей. Марианна коснулась пальцами её холодной белой щеки, посмотрела на скрещённые на груди руки и, присмотревшись к светлой пряди на левом виске, поняла, что волосы не крашеные, а именно седые. Надо же, никто из друзей Натали ни разу не обратил на это внимание.
Похоронили Натали на том же центральном кладбище, только за оградой, потому что она была самоубийцей. Гроб, засыпаемый землёй, был усыпан красными и жёлтыми розами. Было жаль, конечно, что Натали похоронили не рядом с Робертом, ведь она наверняка хотела бы лежать рядом с любимым, но таких, как она, людей, самостоятельно лишивших себя жизни, не опускали в освящённую землю.
Небо весь день было пасмурным, и к вечеру начался дождь, затяжной и холодный, оплакивающий гибель Евы, Роберта и Натали, которым было всего по двадцать пять лет…Несколько дней спустя, зайдя навестить чету Картеров, Марианна спросила Сьюзан про седую прядь в волосах подруги. Женщина посмотрела на девушку покрасневшими от слёз глазами.
– Это давно ещё случилось, восемь лет назад. Натали после школьного выпускного забеременела, но через несколько месяцев она потеряла ребёнка и попала в больницу. Вот тогда-то от переживаний у неё и появилась эта седая прядь. Правда, тогда Натали убедила нас с Хью никому ничего не рассказывать, но сейчас-то что скрывать, к тому же ты её подруга… была…
Сьюзан залпом выпила успокоительное, чтобы снова не разрыдаться. Её муж Хью вышел из своего кабинета, где, заперев дверь, провёл почти всё время после похорон и обнял женщину за плечи, прижав к широкой груди.
Запуск на Луну ракеты «Селена-2» с современнейшим оборудованием на борту оказался неудачным. Ракета не смогла даже взлететь, взорвавшись прямо на стартовой площадке. К счастью, никто не погиб, потому что на «Селене-2» не было экипажа. Космическое Агентство, потерпев подряд три неудачи, на длительное время отменило все запланированные полёты на Луну и на Марс.
Марианна посоветовала Катрин поехать куда-нибудь отдохнуть, чтобы развеять тоску, ведь половину своего отпуска Катрин провела дома. Не выходила из квартиры, не слушала радио и не включала телевизор, даже не открывала окон. Девушка просто лежала на кровати, тупо глядя в потолок, ни с кем не общаясь даже по интернету и отключив телефон.
Но нельзя было замуровываться в собственной квартире – Катрин скоро требовалось снова выходить на работу, и совет Марианны заставил её стряхнуть с себя тягостное оцепенение.
Девушка купила билет на самолёт и отправилась на один из самых популярных островных курортов. Бросив небольшой чемодан с вещами в номере отеля, Катрин с утра до вечера, бродила по курортным улицам, избегая шумных мест, кафе, магазинов и скоплений людей, не обращая внимания на кричащих продавцов, наперебой предлагающих туристам приобрести сувениры или тропические фрукты. Она не растратила привезённые с собой деньги на яркие вещи в бутике, и не попробовала ни одного экзотического блюда. Катрин не любила загорать, поэтому всячески скрывалась от солнца, стараясь пребывать в тени. В солёной морской воде девушка искупалась лишь раз, всё остальное время она сидела под зонтом на пляже, на золотом, прогретом солнцем песке, и задумчиво смотрела, как сине-зелёные волны неспешно лижут берег и откатываются назад, пенясь и тихо шурша.
Две недели такого отдыха быстро подошли к концу. В последний день, перед самым отъездом, Катрин пришла на пляж и долго смотрела, как огненный шар солнца опускается за горизонт. Выглядело так, словно солнце опускалось прямо в море. И в этот момент Катрин решила, как хочет жить дальше. Когда-то Ева спасла ей жизнь, вытащив из озера, и теперь Катрин была просто обязана исполнить её заветную мечту. Она полетит на Марс вместо погибшей подруги, унося с собой на Красную планету её образ, навсегда оставшийся в сердце. От этой мысли Катрин впервые за полтора месяца со дня похорон Евы улыбнулась.
Вернувшись в родной город, она уволилась с работы, и подала документы на поступление в Международную Космическую Академию.
Джек стал задерживаться после работы, не спешил по вечерам домой. Приготовленный Марианной ужин остывал, и девушка постоянно разогревала его, ставя тарелку в микроволновку. Грустнея день ото дня, Марианна подолгу смотрела на циферблат часов, глядя, как бегут по кругу догоняющие друг друга стрелки. Джек приходил уставший, молча ел и после ужина подолгу смотрел телевизор, иногда переключая каналы. Марианна пыталась поднять ему настроение, готовила любимые блюда, но за столом у Джека оставался совершенно отрешённый вид, он ел, не замечая, что лежит на тарелке. На все вопросы Марианны Джек отвечал неохотно, иногда даже раздражённо. Он перестал целовать девушку и говорить ей комплименты. Марианна решила, что Джек очень устаёт на работе – недавно он сдал очередной инженерный проект.
Джек и Марианна работали в разных отделах авиакомпании, и поэтому редко пересекались на работе. Девушке даже не приходило в голову, что у её жениха может появиться другая. Марианна настолько верила Джеку, что не считала длинные светлые волосы, обнаруженные на его рубашках, и запах женских духов, исходящий от его одежды, признаками измены и посторонней любовной связи. Девушка подумала, что волосы и дамский парфюм оказались на вещах Джека совершенно случайно, так бывает, например, когда коллеги или деловые партнёры сидят рядом за одним столом.
Насторожилась Марианна лишь тогда, когда увидела на воротнике белой офисной рубашки Джека след от красной помады. Сложив вместе все незначительные, на её взгляд косвенные факты, девушка пришла к выводу, что её возлюбленный завёл себе любовницу. Но кем была новая пассия Джека? Наверняка одна из сотрудниц авиакомпании. Джек задерживался только на работе, в другие места не заезжал и выходные проводил дома. Вот только с сотрудницей какого отдела Джек начал тайно встречаться? На кого он променял её, Марианну?
Когда на работе выдался обеденный перерыв, Марианна решила навестить Джека, и пошла к нему в кабинет, расположенный этажом ниже. Кабинеты с приоткрытыми и запертыми дверями пустовали, сотрудники разошлись, кто в кафе, кто покурить. Марианна не хотела есть, но взяла для Джека пластиковый контейнер с едой, который купила в столовой на первом этаже. Кабинет Джека находился в самом конце притихшего коридора. Дверь его была заперта на ключ изнутри. Дёрнув ручку, Марианна нагнулась и посмотрела в замочную скважину. Через маленькое отверстие она увидела находящегося за рабочим столом Джека, на коленях которого, спиной к двери, сидела худая длинноногая блондинка в дерзкой мини-юбке. Они страстно целовались, руки Джека гладили блондинку ниже талии. Услышав на лестнице чужие шаги, Марианна вздрогнула и поторопилась уйти. Не хватало ещё, чтобы кто-то увидел её подглядывающей и подслушивающей под дверью!
Дома Марианна высказала Джеку всё, что думает о нём.
– Как ты мог, Джек? – гневно закричала девушка, едва только парень вошёл в квартиру. – Как ты мог мне изменить? Мы же столько лет прожили вместе! Я всё для тебя делала! Стирала, готовила, ласкала! Я ни разу не сказала тебе ни одного плохого слова! Даже в мыслях я не думала об измене, никогда не смотрела в сторону других парней! А ты…
– Мари, хватит, я устал! – мгновенно рассердился Джек, поняв, что вкусного ужина и спокойного вечера у него не будет. – Я устал от всего этого! Да, мы прожили под одной крышей несколько лет, и все эти годы я мечтал стать твоим мужем. Законным мужем! Но я этого не дождался, и до сих пор сожительствую с тобой!.. И не перебивай меня, дай мне договорить! Что я видел, живя с тобой все эти восемь лет? Никакой страсти, никакой пылкости. Инициативу в постели всегда проявляю я. А ты ни разу не поцеловала меня первой. Даже родителям твоим я не нравлюсь. И сдаётся мне, что именно из-за них ты тянешь со свадьбой.
Марианна попыталась сказать хоть что-то в своё оправдание, но ни слова не могла вставить в быструю речь Джека.
– А с Лиз всё не так, – продолжал тем временем парень. – Она заводная и горячая, всегда готовая к ласке. Её не надо тормошить и размораживать, как тебя.
– Размораживать? – поражённая Марианна вскочила с табуретки. – Размораживать меня? По-твоему, я снежная королева, совершенно невосприимчивая к любви? Так вот и иди теперь к своей горячей и пылкой любовнице! Ты перечеркнул все наши отношения! Уходи вон! Я не желаю видеть тебя! За квартиру я заплатила своими деньгами, а ты живи, где хочешь, и не смей возвращаться ко мне!
Разгневанный и обиженный Джек схватил куртку и молча ушёл, громко хлопнув дверью.
В квартире Марианны он не появлялся два дня, но девушке было абсолютно всё равно, где и кого он ночует, у любовницы или у друга. Потом Джек всё же вернулся, но только для того, чтобы забрать вещи. Когда он ушёл окончательно, Марианна ощутила пустоту. На вешалке в прихожей больше не висела куртка Джека, половина шкафа пустовала, а брошенный пульт лежал на столе. Первые несколько дней Марианне казалось, что Джек просто уехал, однако он ушёл насовсем. Теперь она уже не услышит, как звякнет в дверном замке его ключ, не было больше нужды ставить на стол вторую тарелку, а кровать стала непривычно широкой.
Девушка забывалась только в работе. Она не выходила на обеденный перерыв, боясь встретить с Джеком или его пассией Лиз. Когда же Марианна встречала их проходящими по улице, то просто переходила на другую сторону. Но каким бы большим не был город, избегать друг друга им не удавалось. Как-то в один из дней, после работы, Марианна забежала в кафе, чтобы перекусить. В зале был один свободный столик, и Марианна поспешила занять его, но не успела. За столик уже садился Джек, выдвинувший своей блондинке стул. Огорчённой Марианне пришлось уйти, чтобы избежать ненужной ссоры.
Наступила осень. В первой половине сентября Марианна взяла отпуск, чтобы, как Катрин Томпсон, хорошо отдохнуть. Когда-то она хотела поехать на южный курорт вместе с Джеком, даже маршрут выбрала специально для свадебного путешествия. Но не сложилось – роман с Джеком закончился, однако Марианна не считала это поводом для отказа от радостей отдыха и удовольствия от купания в море.
На курорте всё было прекрасно. Отличный отель с приветливым персоналом, сказочный вид из окна, бирюзовое море и золотой песок пляжа. Марианна лежала на шезлонге под зонтом, и потягивала через трубочку коктейль. Какая-то влюблённая парочка, наверное, молодожёны, расположилась рядом. Велико было удивление Марианны, когда она узнало Джека и Лиз! Марианна вскочила, пролив коктейль на купальник. Она не могла понять, как Джек оказался здесь. Случайность ли это? Или судьба специально сводит их вместе?
– Что ты здесь делаешь, Джек? – непонимающе спросила Марианна.
– Отдыхаю, – ответил он, становясь впереди блондинки, которая уже выглядела рассерженной фурией. – А ты? Что здесь делаешь ты? Следишь за мной?
– И в мыслях не было! Я давно мечтала приехать сюда. А ты, наверное, забыл, что мы планировали приехать сюда вместе.
– Да, забыл! – огрызнулся Джек. – Это известный курорт, и я не думал, что встречу тебя здесь. Не знал, что ты взяла отпуск.
– Это я не знала, что ты в отпуске! – Марианна схватила полотенце и пляжную сумку, собираясь уходить.
– Мари, долго ещё ты собираешься следить за мной? – крикнул ей вслед Джек. – Куда бы я с Лиз не пошёл, везде ты! Куда мне деваться? На Марс? Наверное, только там я смогу жить спокойно, если, конечно, ты не полетишь за мной следом.
Марианна ничего не ответила. Она не стала говорить, что боится космических кораблей, с того самого дня, когда разбился «Гелион-17», и поэтому никогда не приблизится к ним даже на километр. Девушка была готова ночевать хоть под открытым небом на пляже, но только не в одной гостинице с Джеком. Она в спешке собрала все свои вещи, разбросанные по номеру, и отправилась искать другой отель.
Зимой друзья собрались вместе, чтобы отметить печальную дату. Вот уже прошло полгода, как их любимых одноклассников, Евы, Натали и Роберта, не было в живых.
На кладбище было тихо, только иногда кричали вороны. Голые ветви деревьев раскачивались на ветру, изредка стряхивая налипший снег.
Друзья сначала навестили могилу Натали, подняли опрокинутые ветром корзинки и венки, встряхнули занесённые снегом искусственные цветы. С цветной фотографии, установленной в середине креста, на одноклассников смотрела с грустной улыбкой Натали, и белая прядь волос на её левом виске была того же цвета, что и снег, укрывший её могилу.
На могилах Евы и Роберта лежали мелкие ветки, обломанные ветром во время зимней непогоды. Энн, Майкл, Джек и Габриэль навели порядок, Марианна зажгла свечки в маленьких фонариках, расположенных рядом с крестами. Софи протёрла фотографии от налипших снежинок и положила на могилы новые искусственные цветы. Одноклассники долго стояли молча, глядя на могильные холмики, на снег, падающий с серого неба. Наконец, замёрзнув, друзья не спеша направились к воротам кладбища. Катрин задержалась ненадолго у могилы Евы, и Марианна, обернувшись, увидела, как она говорит что-то тихим голосом, касаясь рукой фотографии подруги.
После посещения кладбища все пошли домой к Софи. Поминальный обед прошёл в молчании. Все эти шесть месяцев, прошедшие со дня крушения «Гелиона-17», одноклассникам казалось, что их друзья живы, что они придут или позвонят, что домой к ним ворвутся Ева и Натали, и предложат очередную увлекательную авантюру. Но увы, друзья ушли из жизни безвозвратно, и без них мир потускнел, посерел, и потерял свои яркие краски.
За грустными разговорами вспомнили Адама Рассела. О нём до сих пор ничего не было известно. За полгода в СМИ не появилось никакой информации о «Селене-1», словно запуска этой ракеты не было вовсе. Энн не говорила об Адаме вслух, но одноклассники знали, что она по-прежнему очень переживает. Энн теперь жила в доме Линды. Мать Адама сильно простудилась, и девушка стала за ней ухаживать, покупая лекарства и делая уборку в квартире.
Марианна накинула куртку и вышла покурить. Там уже стояла Катрин, задумчиво рассматривавшая заснеженные деревья.
– Не помешаю? – спросила Марианна, доставая пачку сигарет.
– Нет, – ответила Катрин, обернувшись – Но, Мари, раньше ты не курила!
– А теперь вот курю. Нервы успокаиваю.
– С чего это ты начала так нервы успокаивать? – поинтересовалась Катрин. – Случайно, не из-за разрыва с Джеком?
– Да, из-за этого, – ответила Марианна, цёлкнув зажигалкой. – Только, пожалуйста, Катрин, не спрашивай у меня, по какой причине мы расстались. Скажу лишь, что в этом виноват Джек.
Марианна и в самом деле не хотела ничего говорить об ужасной ссоре со своим бывшим женихом, но не потому, что было больно. Нет, боль расставания прошла уже давным-давно, просто девушка не могла заставить себя рассказать кому-то, даже близкой подруге, о подлой измене Джека. Марианна выкинула Джека из сердца и из головы, и ей было абсолютно неинтересно узнать, сложилось ли у него что-нибудь с Лиз или нет. Да, прав был когда-то Чарльз, сказавший, что Джек совершенно неподходящий для неё человек.
Катрин несколько минут молчала, обдумывая, что же ещё сказать, затем произнесла, как бы невзначай:
– Ты знаешь, что Джек уволился с работы? Он теперь учится в Международной Космической Академии.
– Мне всё равно, – ответила Марианна и затянулась сигаретой.
Через год после крушения «Гелиона-17» семьи Стэнли, Картер и Филипс решили продать свои дома и переехать, поскольку не могли оставаться в городе, где всё, даже каждая улица, напоминало им о погибших детях.
– Нам невыносимо жить здесь, – говорили безутешные родители. – Мы выходим на улицу, и в нашей памяти сразу оживают воспоминания о том, как мы вели наших детей в парк и в кино. Нам просто необходимо сменить обстановку, поэтому мы и переезжаем.
Софи, Катрин и Марианна помогали Хелен Стэнли разбирать вещи Евы. Почти вся мебель в особняке была уже продана, часть раздали соседям. Только в комнату дочери Хелен не заходила, позволив девушкам действовать самим.
Марианна забрала себе радиоуправляемую летающую тарелку, покрытую изрядным слоем пыли, Катрин сняла со стены портрет Евы, который сама нарисовала и преподнесла подруге. На портрете Ева, изображённая на фоне опадающих осенних листьев, улыбалась своей беспечной улыбкой. Софи решила забрать себе коллекцию научных журналов, чтобы читать их вместе с Габриэлем. Она взяла их в руки, желая убрать в сумку, но вдруг из стопки глянцевых изданий выпал белый конверт.
– Девчонки, смотрите, – сказала Софи, подозвав подруг. – Это письмо Евы. Её послание в будущее.
– Да, действительно. – Марианна прочитала подпись на конверте. – Только не надо его вскрывать. Катрин! Возьми письмо, пусть оно хранится у тебя. Вы с Евой были очень дружны, поэтому пусть этот конверт напоминает тебе о ней.
Катрин взяла запечатанное письмо и положила его в сумку, поближе к портрету.
Дома Катрин достала письмо и долго держала в руках. Нет, она не будет сейчас вскрывать конверт. Ещё не время. Пусть письмо подождёт своего часа, полежит на столике рядом с портретом Евы. Катрин прочтёт послание на Марсе, когда увидит его розовое небо и красный песок.
Солнечные лучи пробивались через густую изумрудную листву парка и дробились на множество маленьких солнечных зайчиков. Софи и Габриэль сидели на скамейке в заброшенной части парка и ели мороженое.
– Может, ты всё-таки не полетишь? – спросила Софи, умоляюще глядя на Габриэля. – Мне так страшно за тебя, не отпущу! Я не хочу, чтобы ты погиб.
– Успокойся, моя любимая, – сказал он, целуя её в холодные и сладкие от мороженого губы. – Всё будет хорошо. К тому же я не на Марс лечу, а на орбиту, на станцию «Аэлита». А орбитальные шаттлы гораздо надёжнее, чем межпланетные ракеты. Ну, не переживай, Софи, я тебя очень прошу. И не плач, лучше доедай мороженое, а то растает. Я же не навсегда улетаю, а на время. Отработаю положенный срок на станции, и прилечу обратно к тебе.
– Правда? – Софи вытерла ладонью слезинку, стекающую по щеке. – И всё же, Габриэль, мне было бы гораздо спокойнее, если бы ты выбрал другую профессию, не связанную с космосом. Я до сих пор скорблю о Еве и Роберте.
– Милая, довольно скорби и печали, ведь столько времени прошло. – Габриэль обнял девушку. – Позволь их душам упокоиться с миром. Не терзай их своей тоской. Смотри в будущее. В светлое и прекрасное будущее. Мой отец мечтал стать астронавтом, но не смог по состоянию здоровья. Я хочу воплотить его мечту в жизнь и увидеть Землю из космоса. А тебе, дорогая моя Софи, я обязательно передам привет с орбиты.
– Прямо с орбиты? – повеселела девушка, и её серо-голубые глаза радостно заблестели. – И чтобы все видели и слышали его?
Поделиться книгой: