Гумбольдт. Шевченко. И другие. Сборник пьес-притч «нон фикшн»

Меньшенин (убежденно): Если бы я не был знаком раньше с патриархальной искренностью алтайцев, я бы подумал, что ЭТО – мистификация!…

Искандер (саркастически): Не проходит! По сотни причин, главная из которых: где они взяли тело блондина с белой кожей!?!… Я таких здесь не встречал никогда…

Эренберг: Я вспоминаю тексты Платона, Геродота и их толкователей про обширность скифского мира, который простирается от Тувы до Берлина, где наверняка еще будут обнаружены самые западные захоронения скифов.

Гумбольдт: Да, коллеги! Мы нечаянно нашли подтверждение догадкам некоторых археологов: первые скифы были «европейцами» по облику, не меньше чем мы с вами… И первые волны «Великих переселений народов» из Центральной Азии в Европу были из таких людей!…

Меньшенин (возбужденно): Я – горный инженер, более того – редактор Импера-торского «Горного журнала»! Но я не уверен в доказательности ваших последних рассуждений! Прошу вас: в отчете, письмах, рассказах не упоминать увиденную мумию, т.к. не только не поверят, но и обвинят в мистических бреднях.

Розе (солидарно): Как ответственный за написание отчета экспедиции – согласен с вами. Но как честный исследователь, предлагаю: для исторической отметки, чтобы заинтересовать потомков, описывать в отчете, письмах и последующих книгах-мемуарах, каменный вход в некую пещеру, украшенный орнаментом, не встречавшийся до нас нигде и – никому!… Пусть, в будущем, пещеру откроют заново, изучат и – может быть поймут, что сие означает.

Гумбольдт: Логично, Густав. Я уже поступил точно также, несколько лет назад. Я дважды описал, в разных книгах, посещение пещеры-кладбища исчезнувшего народа на берегах Ориноко. Там было 600 глиняных урн с мумиями и скелетами. Урны были прекрасной овальной формы и расписаны высокохудожественным орнаментом, напомнившем мне сразу 2-3 Цивилизации: древних греков, этрусков и ацтеков. Правду об этом народе отыщут наши потомки…

Искандер (патетически): Благодарю Небо, позвавшее меня навстречу Вам, Александр! Я прозрел! Я до конца понял, что значит фраза Учителей: Пусть мы живем во тьме незнания, но знаем, что свет Истины есть!…

Гумбольдт (эмоционально): Блестяще, друзья! Слушая вас, меня осенило. Есть новые идеи! После описательных текстов своих экспедиций я приступлю к книге книг под названием «Космос»!!!

Сцена продолжает поворачиваться. Справа выплывают к зрителям: пастбище (с муляжами белых верблюдов и лошадей на горизонте) и юрты казахов на стоянке во время кочевья.

Искандер представляет ученым своих старых друзей: Назарбая – старшину рода Чемолган, племени шапрашты Старшего Жуза казахов; его сородичей.

Назарбай (радушно): Искандер уже давно говорил о вас – людях, которым все – интересно!… Проходите в мою юрту!

Смотрите: здесь просторно, всем всегда хватает места! Здесь всегда везде тепло: и в центре – у очага, и – в любом углу юрты. Даже если в степи – буран и мороз такой, что слюна не долетает до земли, а лопается ледышкой… Так хранит тепло войлок – тысячелетнее изобретение степняков! Ведь валенки у русских и мордвы пошли от войлочных чулков монголов…

Даже женщины сами смогут собрать-разобрать юрту. Перевезти ее может даже старый, хромой верблюд… Юрта – красивая, смотрите: внутренность юрты похожа на полушарие неба. Основание ее – тонкие деревянные решетки, выкрашенные красной краской. Бока юрты обведены внутри «чиями», переплетенными разноцветной шерстью.

Гости (солидарно): Да! Прав был Марко Поло, сказавший много веков назад: «Юрта, бесспорно – одна из вершин достижений Цивилизации»

На поляне, рядом с юртой, готовится проведение «айтысы» – состязания акынов нескольких казахских родов.

Гости наблюдают за состязанием и выслушивают комментарий Назарбая к достоинствам победителя – Абая – самого молодого акына, из рода Кунанбай:

Назарбай (эпически): Все пели о длинной дороге сюда, на конкурс; о желании – опередить соперников; о своих победах в предыдущих состязаниях акынов; об особенности этого конкурса – присутствии гостей из Европы! Они хотели произвести на Вас впечатление и – тщательно описывали: какие вы – знатные люди, какая огромная и – дорогая у вас карета и т.д.

Абай же пел не о себе и – не о Вас! Он пел о своем народе! Он хотел, чтобы Вы – поняли, и – пересказали всем в Европе, какой замечательный народ – казахи! Мы тоже хотим Счастья, как и все народы на Земле! И в этом, мы все – равны перед Творцом!»

Искандер (к залу): Гомер, предок моих предков, ведь тоже был поэт-импровизатор и пел о самом важном в истории своего народа! И его уже при жизни почитали наравне с Богами и пророками! И здесь тоже – тот, кто поет о Судьбе народа, останется пророком на века!…

Назарбай (к залу): Да, Искандер, я думаю так же! Лишь черпая силы в искусстве, можно не погасить свечу жизни. И я буду помогать, в меру возможностей своего рода, голосу и мыслям Абая не угаснуть в просторах великой Степи, долететь до потомков, которые будут, наверняка, умнее и счастливее нас!…

(к гостям): Для того чтобы свеча жизни любого человека в степи не угасла, главным для казаха является статус гостя – «кунак асы»: хозяин обязан дать гостю, бесплатно, лучшее угощение и приют!

Эренберг (на ухо Розе): В Европе с гостем бесплатно могут только поздороваться… Угощение – в складчину!…

Назарбай (продолжает): Но и путник, проезжающий мимо казахского кочевья обязательно заедет в него, даже если очень торопится, т.к. проезд мимо расценивается как выражение недружелюбия. Зашедший в юрту, не может отказаться от обычая «ауыз тию» – взять в рот предложенное угощение…

Меньшенин: По моим путевым впечатлениям, казахи при встрече всегда вначале говорят из какого они рода. Часто они говорят о тамге, знаке принадлежности, символе обладания чем-то.

Назарбай: Да! Это – обязательно. После этого все становится понятно – «кто, есть – кто!» Моя тамга – беркут! Надеюсь, что когда-нибудь и на гербе моей страны тоже будет – беркут! По степи много дервишей туда сюда бегает, рассказывают, что гербы многих соседних с нашей землей городов и губерний России – корсаки, лисы, куницы и т.п. зверушки… только Челяба – верблюд…

Меньшенин: В Российской империи геральдика появилась недавно, оформляется – централизованно, поэтому главное в этом деле – герб Империи, а всякие там вновь заселяемые земли и города получают мелкую местную живность… Часто пушную достопримечательность, чтобы не заслонять величие Орла на гербе державы. Причем наш орел – всем другим геральдическим орлам Европы пример, с двумя головами! Кстати, одна голова, что на Восток смотрит, она – ваша!

Назарбай: Спасибо, не знал… Только орел ваш – очень строгий! Наш беркут – добрее… И главное, беркут – помощник казаха-охотника! Если кому-то это надо, он берет птенца беркута и обучает его охоте на зверя. Всю добычу беркут приносит хозяину очень бережно. Лисью шкурку не портит! Подростков волка и снежного барса берет свободно. Матерые звери – опытнее, они ложатся на спину и клацают зубами, или – зарываются в снег… Беркут улетает без добычи…

Гумбольдт: В Колумбии, рядом с Андами, я наблюдал небольших крокодилов, которые сообща, точно так же, защищались от нападавших на них кондоров. То есть крупные птицы, по всей Земле – очень смелые создания!

Меньшенин (спутникам Гумбольдта): Расскажите, казахам, о гербах Европы, чтобы уравновесить наш спор с их старшиной!

Эренберг: Вопрос очень неожиданный… Не знаю что привести в пример… Да вот же, зачем далеко ходить! Герб рода Гумбольдтов – дерево с тремя серебряными звездами и рыцарь с поднятым мечом, осененный крыльями!…

Назарбай с Меньшениным (наперебой): Крылья чьи? Беркута или – орла?…

Гумбольдт (примирительно): Беркут – один из видов самых крупных орлов. Крылья у таких птиц Природа сделала одинаковыми на всей Земле! Крылья у рыцаря на моем родовом гербе – символические, Ангела-Хранителя нашего воинского рода…

Я вырос в религиозной семье, и хотя ни во что потустороннее не верю, но покровительство своего Ангела-Хранителя ощущаю! Вот и здесь в России, в 60 лет уже, галопом проехал почти 10 тысяч верст, и ни одной болячки не нажил!… Надеюсь дожить лет до девяноста в добром здравии и – ясном уме…

30 лет назад, три раза только Чудо спасало, меня и моих спутников в джунглях и на вулканах Южной Америки! Как ученый я знаю, что чудес в науке-теории не бывает, но в реальной жизни Чудеса иногда происходят!…

Познанию новых фактов в поездках, я всегда предваряю домашнее изучение соотношений между уже установленными данными. Но в итоге всегда получаются – «Путешествия в незнаемое». Вот и казахи – совершенно неведомый в современной Европе народ. Уверен, после моей поездки о вас – узнают!…

(к Назарбаю): В Соединенных Штатах Америки я встречался с их Президентом Томасом Джефферсоном.

Назарбай: Да, мой друг Искандер рассказывал нам о том, какие «большие люди» по всей Земле – твои друзья, Александр!

Гумбольдт (продолжает): Мы говорили о многом, в том числе о политике и географии. О том что считать главным для гражданина их страны: национальность, Веру или Землю на которой он родился… Их Президент считает главной Землю, т.к. она, ее богатства определяют насколько легко и хорошо жить на ней человеку любой крови и Веры… Она хранит следы всех Цивилизаций живших на ней ранее… А у вас как?

Назарбай: У нас некоторые «светлые головы» говорят о себе так: Первое, я – казах! Второе, я – мусульманин. Третье, я – подданный Российской империи…

Гумбольдт: А где – ваша Земля? Великая степь?!…

Назарбай: Пока думаем, как выразить ее значение Матери-Родины для всех нас…

Гумбольдт: Ваша земля дала старт легендарным ариям – родоначальникам всех народов Европы, иранцев и – многих индусов! Потом здесь жили скифы, уверен будет доказано их родство с европейцами!

Искандер (прерывает): Да, это были времена предка моих предков Александра Македонского. Он хотел соседнюю Бактрию сделать северной Александрией – вторым центром наук, ремесел и Искусства! Я говорил уже об этом Назарбаю…

Гумбольдт (продолжает): Абсолютная правда! Но не случилось… Александр Великий заболел и умер… А с вашей земли продолжали идти на Запад и – Север новые народы: гунны, мадьяры, финны… И все они оставляли свои следы в Великой степи!… А потом с Востока пришли, и – пошли дальше монголы… Все это я буду описывать в книге книг – «Космосе»!…

(указывает рукой вдаль): Что это там за курган? А развалины чьего Храма стоят на вон том холме?…

Назарбай (смущенно): Пока не знаю… Мы беспрерывно кочуем… Великая степь – прекрасна, но – сурова!… Выжить в ней – подвиг!… Вот Пушкин описал метель в Оренбургской степи как – «беду», риск погибнуть… Приехал бы он к нам, посмотрел бы на наши бураны!!!… Гибнут не только люди и скот, гибнут даже волки и корсаки – степные лисицы… Но мы потихоньку «встаем на ноги»… Вот начали, в обязательном порядке, учить детей в школах… А с сытостью придет тяга к знаниям и культуре; возможность все узнать о следах наших далеких предков в степи!

Эренберг (эпически): Это не так просто, уважаемый старшина! У европейских историков и археологов, работающих на Востоке есть даже присловье: «Храм упал… Но язык его обломков, так никто не разгадал!…»

Назарбай (убежденно): Да, мало быть просто любопытным, главное – убежденность в могуществе Знания, и – стремление к познанию Истины!… Будем зорче смотреть по сторонам, больше размышлять! Уверен – Счастье обязательно придет на эту Землю!… У нас для этого есть все: терпимость, сострадание, прозорливость, почитание старших!…

Гости прощаются, садятся в карету.

Назарбай (прощальная фраза): Родоначальник казахов – Алаша говорил, я – говорю, и мой праправнук будет говорить: «Все народы на Земле даны друг другу – Богом! И наша задача – дать другим, и – взять себе лучшее, что есть у разных народов».

emp1

Город Миасс. Празднование 60-летнего юбилея А.ф.Гумбольдта в доме инженера Поросова: высшие горные специалисты, чиновники, казачьи офицеры (Фуршет; всего 10-12 человек в парадных мундирах, при орденах, кортиках, саблях и т.п.).

Хозяева дарят гостю булатную саблю, не хуже дамасской стали, итог восемнадцатой плавки-передела металлурга Аносова. Говорят о роли оружия в истории.

Металлург из Златоуста: При осаде Константинополя в 1453 году выдающийся ученый литейщик Урбан, предложил Византийскому императору создать большие артиллерийские орудия, которые могли бы разметать турецкое войско. Но казна была пуста, а богачи денег не дали. Не получив платы, оскорбленный Урбан предложил свои услуги султану Мехмету. Султан ухватился за этот шанс, который давал ему возможность разрушить неприступные стены города. Он открыл неограниченное финансирование проекта и, в конце концов, пушки венгра Урбана, лучшего ученика византийской школы баллистики, решили судьбу империи.

Гумбольдт (в раздумьи): Интереснейший пример… Венгр,… мадьяр,… гунн… Коллеги, мир воистину – тесен! Посмотрите в окно, именно из этих красивейших мест стартовали в Европу, с разрывом в пятьсот лет гунны и мадьяры…

Гунн Атилла своей волей сплотил племена варваров и взял Первый Рим, а его «Уральский земляк» мадьяр-венгр по фамилии Урбан, т.е. – Горожанин своим инженерным умом разрушил сверх-прочные стены Второго Рима – Константинополя, самого большого на тот момент, полумиллионного города… Города-уникума с 10-этажными домами, водяными лифтами, первым в мире университетом…

В новейшей истории таких парадоксальных трагедий не стало, вы – уральские оружейники своими пушками решили исход Полтавской битвы, разгромив и обратив в бегство сильнейшую армию Европы и превратив Швецию в мирное государство. Ваши орудия и ружья на Бородино, впервые не дали победы непобедимому Наполеону… И хотя они не спасли Третий Рим – Москву от захвата и пожара, но поражение и бегство французов – предопределили!…

Поневоле поверишь в провидение Господне…

Все обсуждают инновации промышленности Урала, особенности и преимущества паровых, «огненных» машин уральских механиков-самородков: Ивана Ползунова, семьи Черепановых.

Аносов (патетически): Да, коллеги, воистину прав был Михайло Ломоносов сказавший в своей «Оде великому будущему России»: «И может … Платонов, и быстрых разумом Невтонов, земля Российская рожать!»… Скоро наши земледельцы будут обрабатывать землю булатными орудиями, наши ремесленники выделывать свои изделия булатными инструментами»…

Гумбольдт (с воодушевлением): Да, коллеги, первый итог этого путешествия уже есть! Подтвердились глобальные взаимосвязи между Человеком и Природой, описанные мной в ходе Южно-Американской экспедиции. То, что мы увидели на Урале – преумножило глубокое уважение к русским специалистам и ученым, имеющим огромный потенциал. Сопоставление сотен сибирских и казахстанских фактов убедило, что можно говорить о «Российском пространстве», как особом факторе развития многих народов в этой части планеты... Сплав экономики, природных ресурсов, Культуры, Духа, любви к жизни даже на скудной пока земле…

Еще до приезда сюда, в 1808г в статье «О степях и пустынях Центральной Азии» я предположил, что только самоотверженность жителей этой суровой зоны может обеспечить их благополучие. Теперь это предположение стало уверенностью: Процветанию на этой Земле – быть!…

Более того! Я как дипломатический советник Прусского короля, знающий проблемы будущего объединения Европы, убедился в правоте пророчества моего великого земляка Парацельса: «Россия станет спасительным мостом между Цивилизациями Европы и Азии»!

Все (поочередно восклицают): Спасибо за высокую оценку дел на Уральских заводах! Благодарим за пожелание процветания России! Здоровья и успехов Вам, господин барон!

Х: Многоуважаемый коллега Гумбольдт! Все горные специалисты Урала убедились, что Вы обладаете безграничной энергией и работоспособностью. В возрасте шестидесяти лет Вы выглядите прекрасно! Откройте нам свой секрет…

Гумбольдт: Э, коллеги! Чужие годы видишь, свои – чувствуешь. Позвольте, я пошучу на эту тему: «Любой, кто способен сам утром встать на ноги – находится в приличной форме. Спросите любого, кто уже не способен». Еще справедливее эта шутка для того, кто способен в моем возрасте проехать в коляске по российским дорогам почти семь тысяч верст!… Восемь раз довелось пересечь величайшую реку Европы – Волгу. Со скоростью курьерского поезда пришлось пронестись на плоту по Иртышу расстояние, равное пути от Берлина до Вены!…

Эренберг (восхищенно): И представьте себе, коллеги, великий Гумбольдт на такой скорости, под Бухтармой, вновь увидел и мгновенно оценил нечто невероятное, по канонам сегодняшней геологии…

Все: Что же это было, чего до той поры не видел вездесущий Гумбольдт?!…

Розе: Да, коллеги, такое пока внятно не описывал ни один геолог. Не случайно на моем описании этого объекта Гумбольдт поставил два восклицательных знака!!… Там был обрыв, сложенный вздыбленными «на попа» сланцами, которые перекрыли вулканические породы!… Кто это – сделал?!

Все: Да… Есть многое на свете, что и не снилось мудрецам…

Гумбольдт (раздумчиво): Да, приходится признать, что не только вулканы сотворили горы здесь, в Азии… На эту тему предстоит еще много думать! Но бесспорно влияние вулканов на климат, а стало быть – на урожаи и – достаток людей!

Вот самое крупное извержение вулкана в 1815 году, привело к тому, что следующий год вошел в анналы истории, как "год без лета". Погода резко изменилась. Средняя температура упала в некоторых местах на 3-5 градусов. Урожай погиб на корню. Начался голод, вспыхнули эпидемии. Пострадали обширные районы Азии, Европы и Северной Америки.

После паузы общих размышлений.

Х-1: Дорогой барон!…

Гумбольдт: Коллеги, да не барон – я!… Хотя есть великолепный, родовой замок Тегель! Хотя и я, и мои предки служим при дворе Прусских королей уже много десятилетий! Но я – не барон! И – не тужу об этом!…

Х-1: Э-э, батенька! У нас в уральской глубинке много немецких специалистов служит! И мы этикет понимаем! Если – фон, значит – барон! Нету «фона», значит безродный горный инженер, или, к примеру – геолог…

Х-2: Дорогой, барон! Не отнекивайтесь от титула, ибо народная молва Вас уже в принцы произвела!…

Все (наперебой): Как это?!?…

Х-2: А так это, проще – простого!… Намедни в поселке Безымянный, сам был тому свидетелем, по боковой улице, промчалась на соседний рудник карета нашего дорогого гостя. А на главной улице-дороге, его не дождалась – разминулась толпа жителей, с хлебом-солью и челобитной. Спрашиваю: «кого ждете, станишники?»

Отвечают: «Датского Принца Гумплота! Заступника рудокопов и Прозорливца по платине и алмазам! Челом ему бить хотим! Чтобы показал перстом своим нам, где шурфы золотоносные копать! Поселок то наш, уже какой год – бесперспективный стал… Нужда безфартовая задушила нас, рудокопов, совсем… А он, Гумплот то ентот, как укажет перстом куда, так алмазы то, и тут – как тут!…»

Идет обсуждение собравшимися роли интуиции геолога и точных геологических данных в открытии новых месторождений.

Гумбольдт: Я и за то, и за другое – пополам! Вот – геологическая карта Урала, подаренная мне сегодня, не только новатором мировой металлургии, но и – прекрасным геологом, Аносовым. По ней я вижу, что к открытию алмазов на Урале, можно добавить положительный прогноз по олову.

Розе: Господа! Вы просто не цените свою обетованную землю геологов. У вас – единственный в мире естественный музей сотен минералов. Нигде в мире нет ничего подобного!

Гумбольдт: Ты прав, Густав. Здешний «геологический рай» поразил меня и натолкнул на новый прогноз!

(торжественно): По совокупности ранее обдуманных мною геологических данных Северо-Американского континента, объявляю Вам, здесь и – сейчас, что точно напротив нас, на другой стороне Земли, в Калифорнии, через несколько лет, откроют баснословное по богатству золотоносное месторождение!…

Общее восхищение услышанным, подначивание хозяевами друг друга, на заключение пари с гостем. Желающих рисковать своими деньгами, против авторитета Гумбольдта не находится.

Гумбольдт: Урал – настоящее Эльдорадо! Но ведь таким он был и тысячелетия назад… И тогдашние аборигены Урала наверняка что-то здесь добывали!

Мы видели три дня назад, после Верхне-Уральска, необычное атмосферное явление.

Коллега Эренберг даже зарисовал его!… Вот взгляните сюда!

Подлинный слайд на заднике сцены: утро – туман над долиной, и – яркая, полная, тройная(!) радуга между холмами.

Гумбольдт: Я впервые увидел такую радугу, подозреваю, что дело здесь не только в преломлении лучей Солнца. Кстати наш экзотический спутник, суфий Искандер при виде этой долины возопил: «Слава Богу, я – пришел!». И торжественно объявил нам: «Я остаюсь здесь, на родине «Отца моих Идей!» Как называется это место?

Поросов: Аркаим!… Мы нашли здесь остатки древнейшей плавильной печи, с оригинальным «водяным» дутьем, до которого не смогли додуматься даже наши уральские умельцы.

Гумбольдт: Блестяще! Я был уверен, что столкнусь здесь с чем-то подобным. Я изучал в юности древнейшие на Земле священные книги «Веды-Знание», написанные от 49 до 14 веков до рождества Христова. Там указано, что именно здесь, 50 веков назад, жил народ – арии, родоначальник всех народов Европы. Арии переселились отсюда в Иран, потом в Индию. Возможно, именно здесь родился Зороастр – «отец» одной из мировых религий древности – огнепоклонничества-зороастризма.

Дискуссия собравшихся, допускающая, что германцы, именующие себя арийцами, и славяне имеют общих предков. Одно из доказательств: русское слово «ведать» означает – «знать»…

Гумбольдт: Господа, обсуждение подобных вопросов не входит в прописанную для нас Инструкцию. Но, уверяю Вас, история Германии и история России – это не только славяне и германцы, есть так же много фактов и элементов, которые у нас общие… Вернемся, однако, от ариев к «нашим баранам» – проблемам развития Урала и прилегающих территорий. Вслед за многими российскими исследователями – первопроходцами мы можем сказать: «Богатейший Край!»…

Все (не сговариваясь): Да – богатейший!!! Надо только – приложить руки, и – голову!…

Гумбольдт: (всем и – залу): Насчет головы, это пожалуй – громко сказано... Нужны еще Воля, Совесть и – Ответственность у очень многих руководителей. Меня очень порадовала доступность Вашего благородного Монарха, для беседы с ним об оживлении веры народа в собственные силы; о намерении раздать населению на Урале в собственность землю, чтобы сделать его – более оседлым. После моей беседы с Императором Николаем Первым, мы условились с Министром финансов Егором Францевичем Канкрином, что он напишет Государю Записку с этими проектами. Даст Бог, все – сбудется!…

Все: (скандируют тост-здравицу Гумбольдту): Благодарим, господин барон! Поздравляем с юбилеем! Дай Бог, чтобы сбылось все сказанное Вами! Слава Александру Гумбольдту! Ура!…

Занавес.