Помоги проекту - поделись книгой:
Несомненно, ленинская критика программных положений «друзей народа» помогла студенту Менжинскому правильно понять истинную природу народников и их реформистскую программу «либерального штопания капитализма».
В конце работы Менжинский дает краткие, но существенные выводы. Они сводятся к следующему: 1) община была тормозом в развитии сельского хозяйства России; 2) община разлагается, умирает естественной смертью под действием объективных законов экономического развития.
Эти выводы свидетельствуют о том, что автор работы, студент Петербургского университета Менжинский, стоял на марксистских позициях.
Как же был оценен этот действительно серьезный труд? Сочинение явно пришлось не по вкусу либеральной профессуре. На заглавном листе работы Менжинского имеется профессорская надпись: «Возвратить, неудовлетворительно…» Подписи профессора, давшего оценку, нет. Вторая надпись внизу следующего листа: «Едва ли подлежит оценке цивилиста». Подписи тоже нет. Отсутствие фамилий профессоров — доказательство того, что профессора были в затруднительном положении и стеснялись; вероятно, дать хорошей работе плохую аттестацию.
В. Р. Менжинский в августе 1898 года, сдав государственные экзамены в юридической испытательной комиссии, получил свидетельство об окончании университета.
Вступление в самостоятельную жизнь В. Р. Менжинскому открыло не только и даже не столько это свидетельство. Университетские годы дали ему многое, здесь он познал радость творчества, знакомясь с любимыми науками, шлифовал свое материалистическое, марксистское мировоззрение. Выйдя из стен университета, он не растерял своих идеалов — наоборот, жизнь и борьба закалила его…
В. Р. Менжинская. Начало революционной деятельности
Наша семья была очень близка со Стасовыми. А Елена Дмитриевна Стасова была секретарем искровской организации в Питере. Она налаживала явки, держала связи, распространяла литературу… Мы были рядом и помогали, чем могли. Собственно, тогда и педагогическая работа в значительной степени была партийной, очень часто шла рука об руку с партийной. Так было и у нас. В Питере в тот период (900-е годы) существовал музей передвижных наглядных учебных пособий. Возглавляла его Страхова, бесплатным сотрудником была А. М. Коллонтай[15]. Людмила Рудольфовна, тогда работавшая в воскресной школе технического общества, а затем в школе у Нарвской заставы, брала оттуда наглядные пособия для школы. Елена Дмитриевна Стасова использовала помещение музея для получения и распространения политической литературы. Такова была одна нить, связавшая нас с партией. Была и другая. Вячеслав Рудольфович вел в 90-х годах нелегальные кружки. Уже в 1894 году на даче мы изучали «Капитал» Маркса.
С тех пор и начали сплетаться эти две нити в единую нить. И никогда после они не раскручивались. Мы с Людмилой Рудольфовной до конца жизни остались просвещенцами-партийцами. Только Вячеслав Рудольфович отошел от педагогики, но его всегда тянуло к ней. Он продолжал интересоваться ею и тогда, когда работал в ВЧК и ОГПУ.
В 1902 году Менжинский вступил в партию. В 1903 году он переехал в Ярославль. Работал в управлении строительством Вологодско-Вятской железной дороги. Будучи членом Северного, а затем Ярославского комитетов партии, он заведовал пропагандой и агитацией, занимался с пропагандистами и агитаторами рабочих кружков. Одновременно он работал в имевшей тогда большое значение газете «Северный край».
Е. Д. Стасова. Искусный конспиратор
…Вячеслава Рудольфовича я знала с детских лет, так как наши матери были близкими подругами. Помню, как его, еще мальчика, я учила плаванию. Как сейчас, вижу молодого, энергичного, живого, всегда аккуратно одетого Вячеслава Рудольфовича в классах воскресной школы для рабочих. Уже тогда он был образованным марксистом, непримиримым противником народничества, экономизма, толковым пропагандистом и искусным конспиратором.
Какие черты должен был воспитывать в себе партийный работник в нелегальное время? Во-первых, точность. Не всегда можно было встретиться с товарищами на квартире, иногда приходилось встречаться на улице, на каком-нибудь углу, и тут нужна была точность. Если вы придете с опозданием, товарищу приходится в ожидании вас прохаживаться. Этим он обращает на себя внимание городового, шпика, дворника, которые были на всех углах. Следовательно, вы ставите под наблюдение полиции и товарища и себя. Надо было минута в минуту сойтись и идти дальше. Тогда ваша встреча проходила незамеченной.
Явки на квартирах часто бывали у врачей, у адвокатов. Приемные часы у них тоже определенные. Значит, нужно вовремя прийти и вовремя уйти.
Затем нужна наблюдательность, внимание к окружающему. Эти черты мы воспитывали в себе так: например, я вхожу в комнату, и товарищ мне говорит: «Отвернись и скажи, что ты видела». Я должна была перечислить все, что заметила, войдя в комнату.
Кроме того, мы должны были вырабатывать умение владеть своим лицом. Когда нас брали на допрос, допрашивающие садились спиной к свету, а нас сажали против света и наблюдали за выражением лица. Значит, надо было так владеть им, чтобы даже никакая игра в глазах не выдала бы наших мыслей и чувств.
У нас не принято было спрашивать друг у друга о том, что тебя не касается. Когда я заведовала техникой, конечно, знала товарищей, занимавшихся агитацией и пропагандой, но их подшефных, то есть тех, кто посещал их кружки, я не знала. Они могли мне дать поручение: снести на такую-то квартиру литературу для рабочих, но какой это кружок, кто руководил им, этого я никогда не знала и не спрашивала об этом.
В апреле 1904 года по вызову центра я уехала в Москву, где впервые встретилась с Германом Борисовичем Красиным, к которому у меня была явка. Прожила пару дней у него, а потом нашла себе комнату в Большом Успенском переулке, у Петровских ворот, и принялась за свою обычную секретарскую работу…
В июне 1904 года были арестованы Ленгник, Бауман и Медведева. Я уцелела потому, что к этому времени уже переселилась в Кусково, так как заметила за собой слежку, и изменила свой внешний вид, одежду и прическу. Из предосторожности я ездила не по Нижегородской железной дороге, а по Казанской до станции Перово и оттуда парком возвращалась к себе на дачку… Чтобы сбить следившего за мной шпика с толку, ходила (на платформе) между двумя поездами — один на Курск, другой на Иваново, оба пригородные — и вскакивала в поезд только после третьего звонка.
Дачу в Кусково я нашла при посредстве инженера Латухина, с женой которого мы вместе учительствовали в Петербурге в воскресной школе. Они оба были членами нашей организации и всячески помогали нам и явками, и адресами, и ночевками…
На явке было решено, что Северное бюро из Москвы переберется в Нижний Новгород и секретарством займется т. П. Кулябко… Она упросила меня приехать на 1–2 дня в Нижний, чтобы там передать ей все мои связи…
На вокзале в Нижнем я была… арестована. После двухдневного пребывания в Нижегородской тюрьме меня перевезли в Москву в Таганскую тюрьму.
У нас был совершенно определенный метод поведения на допросах… — не давать никаких показаний…
Бдительность всегда имела и сейчас имеет большое значение. Мне хочется привести отрывок из письма, которое я получила в 1933 году от Вячеслава Рудольфовича Менжинского. Он, между прочим, писал мне следующее:
«Мало осталось товарищей, которые своими глазами видели начало твоей подпольной работы в Питере 90—900-х годов, а я работал под твоим началом около 4 лет, видел твои первые шаги в качестве партийного руководителя и могу смело сказать, что до сих пор не встречал работников, которые, вступив на поле подпольной деятельности, сразу оказались такими великими конспираторами и организаторами — совершенно зрелыми, умелыми и беспровальными.
Твой принцип — работать без провалов, беспощадно относясь ко всем растяпам, оказался жизненным и после Октября, даже в деятельности такого учреждения, как ВЧК — ОГПУ. Если мы имели большие конспиративные успехи, то и твоего тут капля меду есть — подпольную выучку, полученную в твоей школе, я применял, насколько умел, к нашей чекистской работе»[16].
Профессиональный революционер-ленинец В. Р. Менжинский — активный участник первой революции. Он принимал деятельное участие в подготовке Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде. По предложению В. И. Ленина он был назначен первым народным комиссаром финансов.
Менжинский всегда был в огне борьбы, непоколебимо и последовательно проводил ленинскую политику. Его, как стойкого революционера, непоколебимого ленинца, партия ставит на ответственные посты. В 1919 году Центральный Комитет направляет его на руководящую работу в ВЧК.
Богатый опыт революционной работы в массах, навыки конспирации, свои поистине энциклопедические знания, незаурядный организаторский талант он отдал делу защиты завоеваний Октябрьской революции. Вместе с Дзержинским он распутывал хитроумные заговоры контрреволюции. Много внимания, как мне известно, он уделял укреплению охраны государственной границы нашей Советской Родины, чтобы сделать ее неприступной для врага.
Кристально чистый, беззаветно преданный делу коммунизма, Вячеслав Рудольфович был непримиримым к любым отклонениям от ленинской генеральной линии. Я помню, с каким негодованием он на октябрьском Пленуме ЦК (1927 г.) клеймил предательское поведение троцкистов, разоблачал и преследовал троцкизм как контрреволюционную партию.
Старшее поколение большевиков, к которому принадлежал и В. Р. Менжинский, привело наш народ к победе Октябрьской революции…
В ОГНЕ РЕВОЛЮЦИИ 1905–1907 ГОДОВ
Такая жизнь
Над радостью и болью
Монументальным символом
встает —
От героических высот подполья
До наших исторических высот.
П. И. Козлов. Член РСДРП с 1902 года
Среди блестящей плеяды профессионалов-революционеров ленинского типа видное место занимает Вячеслав Рудольфович Менжинский, жизнь и деятельность которого являются примером доблестного служения Родине и революции…
Имя Менжинского особенно дорого трудящимся Ярославля, где в 1903–1905 годах он вел активную революционную работу.
Участие в революционной деятельности Менжинский начал принимать с 1895 года. Учась на юридическом факультете Петербургского университета, Менжинский участвует в революционном движении студенчества, в дискуссиях между марксистами и народниками. Работая после окончания университета в суде, затем помощником присяжного поверенного, Менжинский ведет пропагандистскую работу среди рабочих за Невской заставой в Петербурге.
В 1902 году Менжинский вступает в РСДРП и через год переезжает в Ярославль на строительство Вологодско-Вятской железной дороги. Здесь В. Р. Менжинский включается в работу местной социал-демократической организации и вскоре становится членом Ярославского комитета РСДРП.
Ярославль в начале двадцатого века входил в состав Московского промышленного района, где развитие капитализма шло довольно быстрыми темпами. Вместе с ростом промышленности рос и политически креп рабочий класс.
Варварские методы эксплуатации рабочих, политическое и экономическое бесправие — все это способствовало усилению борьбы рабочих против царского самодержавия и буржуазии. Передовые рабочие понимали, что для успешной борьбы против капиталистов и самодержавия необходима революционная организация рабочих… В 90-х годах в Иваново-Вознесенске, Ярославле, Костроме возникли марксистские группы, объединившиеся впоследствии в «Северный союз социал-демократической партии». «Северный союз» с самого начала своего существования был тесно связан с организацией «Искры». Он признавал руководство газеты «Искра» и всячески ее поддерживал.
Искровская позиция «Северного союза» была отмечена на II съезде РСДРП в выступлении Н. К. Крупской. Крупская отмечала, что «Искра» была встречена с недоверием, неприязненно рядом местных комитетов и заграничных организаций и только «лишь один „Северный союз“ сразу встал к „Искре“ в дружественные отношения»[17]. В апреле 1902 года «Северный союз» был разгромлен царской охранкой. После II съезда РСДРП в Ярославле создается Северный комитет РСДРП, руководивший организациями партии в Ярославской, Костромской и Владимирской губерниях.
Во главе этого комитета и его местных организаций стояли такие деятели нашей партии, как Свердлов, Фрунзе, Стопани, Менжинский. Такой состав профессиональных революционеров-ленинцев определял большевистскую тактику комитета.
Местные организации под руководством Северного комитета вели активную борьбу против меньшевиков, за ленинские организационные и тактические принципы, за созыв III съезда партии. Так Северный комитет выступил против политики ЦК партии, в котором руководство захватили меньшевики и их сторонники. В одной из резолюций комитета говорилось: «Принимая во внимание то, что ЦК показал свою полную неспособность понять важность переживаемого исторического момента и своей деятельностью только способствовал деморализации партии, упорно отказываясь от организации съезда и систематически срывая созидательную работу партии, — Северный комитет поручает ОК (БКБ) [18] созыв съезда, долженствующего положить конец междоусобице и разрешить ряд вопросов, выдвинутых последним годом борьбы пролетариата с самодержавием и капиталом»[19].
Менжинский, будучи членом Ярославского комитета РСДРП и являясь наиболее теоретически подготовленным пропагандистом, руководил агитационно-пропагандистской работой комитета. Он вел нелегальный кружок, созданный местным комитетом РСДРП для революционно настроенной интеллигенции — учителей и врачей Ярославля. По воспоминаниям одного из участников кружка, слушатели охотно ходили на занятия, с большим интересом слушали своего руководителя, глубоко излагавшего учение марксизма. Большевик Менжинский всегда связывал марксистскую теорию с политическими событиями в России, с конкретными задачами революционного движения.
При кружке, руководимом Менжинским, была создана марксистская библиотека на средства слушателей. В числе книг этой библиотеки имелся «Капитал» Маркса.
Эти занятия рассчитывались не на любопытствующих, интересовавшихся «модным» учением Маркса. Большевик Менжинский сумел создать подлинную кузницу проводников марксистской теории и практиков-революционеров. Достаточно сказать, что из 10 постоянных слушателей кружка 9 приняло активное участие в революционном движении 1905–1907 годов и подверглось репрессиям со стороны царского правительства. Старый большевик О. Розанова рассказывает, что Менжинский был не только пропагандистом, но и прекрасным воспитателем. Благодаря его большой работе среди рабочих и интеллигенции выросли активные революционеры. «Я помню, — рассказывает т. Розанова, — как мы, молодые курсистки, были вовлечены Вячеславом Рудольфовичем в работу местной социал-демократической организации в качестве членов финансово-квартирной комиссии. Сначала нам поручили работу по организации собраний, вечеров, чтений, сборов средств на нужды организации и т. п., а потом, после проверки, поручали более серьезную работу в организации комитета. Под влиянием В. Р. Менжинского в 1905 году я вступила в Российскую организацию РСДРП».
Слушатели марксистского кружка, руководимого В. Р. Менжинским, подчеркивали исключительную дисциплинированность Вячеслава Рудольфовича. В течение целого года не было ни одного пропуска и опаздываний к занятиям с его стороны. От подпольного работника это требовало огромной выдержки, так как за деятельностью Менжинского со стороны ярославской жандармерии была установлена слежка сразу после приезда его в Ярославль. Внутренняя дисциплинированность сочеталась у него с внешней аккуратностью. Современники вспоминают, что сначала были обескуражены его внешним видом. Одевался он хорошо, имел даже щегольской вид. «По нашему представлению, — пишет один из слушателей кружка, — революционеры должны быть похожими больше на Базарова, чем на денди. Однако в дальнейшем Менжинский, все более привлекая нас на свою сторону, убедил, что быть революционером — это не значит подделываться под народ, одеваясь в сермягу и лапти».
Аккуратность, осторожность и умение вести конспиративную работу позволили Менжинскому избежать ареста в Ярославле, несмотря на то что он играл очень большую роль в местной организации РСДРП. Ярославские большевики использовали различные формы агитационно-пропагандистской работы для распространения революционных идей, сочетая нелегальную деятельность с легальной.
Менжинский выступал в Пушкинской библиотеке, открытой ярославским студенчеством на свои средства и средства, поступавшие от концертов знаменитого артиста-земляка Л. В. Собинова. По инициативе местных социал-демократов библиотека пополнялась марксистской литературой. По просьбе социал-демократов учителей Менжинский выступил на губернском учительском съезде с докладом «О задачах учительского состава в революционном движении». На земских собраниях Менжинский критиковал эсера Бунакова, разоблачая эсеровские теории. Выступая по докладу члена Государственной думы князя Шаховского о результатах посещения царя депутатами — земскими деятелями, Менжинский едко и остроумно высмеял земских деятелей — депутатов, пугливо встретившихся с царем и не добившихся ничего вразумительного из своего посещения «высочайшей особы».
Ярославский комитет РСДРП развивает широкую издательскую деятельность. В ярославской нелегальной типографии в тысячах экземпляров была отпечатана принятая II съездом партии Программа РСДРП. Издавался бюллетень Северного комитета. О росте подпольной печати можно было судить по следующим данным: за январь — февраль 1905 года было издано пять листовок и одна брошюра — тиражом 16580 экземпляров; за май 1905 года выпущено восемь листовок — тиражом в 32 500 экземпляров.
Большую роль в развитии революционного движения в Ярославском крае Вячеслав Рудольфович сыграл, будучи ответственным секретарем и фактическим руководителем межобластной газеты «Северный край». Газета «Северный край» имела не только местное значение, она распространялась и во многих северных городах. Участие в этой газете было особенно важным для распространения марксистских идей в Северном крае. Вот почему ярославские социал-демократы, не ограничиваясь изданием подпольной печати, использовали и легальную печать местной либеральной буржуазии.
В своей работе «Гонители земства и аннибалы либерализма» Владимир Ильич писал: «В интересах политической борьбы мы должны поддерживать всякую оппозицию гнету самодержавия, по какому бы поводу и в каком бы общественном слое она ни проявлялась. Для нас далеко не безразлична поэтому оппозиция нашей либеральной буржуазии вообще и наших земцев в частности»[20].
Применяя ленинскую тактику, ярославские социал-демократы накануне революции 1905 года делали все возможное на страницах либеральной печати для разоблачения царизма и его лакеев, стремясь использовать газету «Северный край» для социал-демократической пропаганды…
Черносотенцы, проводившие погромы в Ярославле, готовились устроить разгром редакции «Северного края». Только решительное заявление Менжинского об активной защите редакции, вплоть до устройства баррикад, и поддержке рабочих Ярославля остановило черносотенцев от погрома.
Однако с революционно настроенным составом редакции скоро разделались другим способом. Напуганные пайщики издательства, под натиском губернатора и буржуазии, решили изнутри взорвать газету. Они подобрали другой, послушный, неопасный состав редакции… После упорной борьбы с либеральствующими элементами в редакции группа социал-демократов во главе с Менжинским демонстративно вышла из состава угодливой буржуазии газеты…
К осени 1905 года революционное движение охватывает всю страну. Октябрьская всеобщая забастовка, показавшая силу и мощь пролетарского движения, заставила царя выступить с манифестом 17 октября.
В день объявления царского манифеста в актовом зале Демидовского лицея был устроен концерт-митинг по этому поводу. В. Р. Менжинский выступил здесь вместе с приехавшим в Ярославль пропагандистом ЦК большевистской партии тов. Емельяном (Ем. Ярославским) с оценкой манифеста 17 октября, разъясняя рабочим массам и революционно настроенной интеллигенции, что царский манифест является ловушкой, обманом. Емельян Ярославский и В. Р. Менжинский призывали к подготовке вооруженного восстания против царизма. Страстное, правдивое слово и организаторская работа ярославских большевиков сделали свое дело. Рабочие Ярославля не дали усыпить себя манифестом, не поддались на провокацию. После царского манифеста стачечное движение в Ярославле развертывается особенно бурно.
В конце 1905 года В. Р. Менжинский переезжает в Петербург.
Н. И. Подвойский. Опираясь на рабочий класс
Конец 1904 года характеризуется… развертыванием и оживлением боев с земцами и с буржуазной интеллигенцией. Последняя успешно вела, через популярную и единственную прогрессивную для всего северного района газету «Северный край», агитацию и пропаганду за конституцию и либеральную платформу государственного и общественного строя среди всего населения…
«Северный союз» свил в свое время гнездо среди земских служащих. Впоследствии удалось свить гнездо в аппарате газеты «Северный край». Степень нашего влияния там можно оценить тем, что одно время в редакции газеты играл руководящую роль нынешний заместитель председателя ОГПУ тов. Менжинский. Фактически почти весь технический аппарат редакции и экспедиции «Северного края» находился в наших руках. Мы имели своих людей в коллегии редакции, своих корректоров, экспедиторов и т. д. Все это помогало нам использовать ту или другую часть аппарата «Северного края» в наших партийных целях, и особенно, конечно, использовать этот аппарат для связи. В 1904 году аппарат «Северного края» в значительной степени являлся штаб-квартирой нашей организации, где назначались явки, происходили всевозможнейшие встречи, откуда исходили распоряжения.
Ярославская организация в конце 1904 года базировалась уже на рабочем авангарде Ярославля, состоящем главным образом из железнодорожников, табачников, металлистов, химиков и текстильщиков.
Я не припомню, сколько в это время насчитывала Ярославская организация членов, но я припоминаю, что, когда мы начали в 1904 году вести энергичную борьбу с либералами, мы опирались не только на социал-демократов, но и на значительное число рабочих, которые давали сознательный отпор буржуазии в ее стремлении навязать рабочему классу свою идеологию и свою политическую линию. Я помню, что на все дискуссии наши с кадетами (либералами) постоянно приходили рабочие, которые последовательно отстаивали революционные принципы нашей партии и всегда давали буржуазии понять, что она против себя имеет не только интеллигенцию, не только студентов, инженеров, докторов и учителей, входивших в нашу Ярославскую организацию, но что она имеет дело с ними, представителями пролетариата, что наша организация целиком и полностью опирается хотя еще на молодые кадры рабочего класса, но уже на такие, которые имеют все данные, чтобы повести за собой весь остальной рабочий класс.
Руководителями Ярославской организации в это время были из ныне действующих кадров большевистской гвардии: С. С. Данилов, В. Р. Менжинский, М. С. Кедров, Нина Дидрикиль и другие…
В Ярославской организации в то время были и меньшевики, но большевистское течение было крепко, и руководство организацией во всех главных вопросах принадлежало большевикам. В этот момент не стояли так актуально все вопросы рабочего революционного движения, как они стали впоследствии, и поэтому меньшевистские слои нашей Ярославской организации были сговорчивее. Сосредоточение внимания на указанных выше вопросах требовало от Ярославской организации сплоченного выступления, и поэтому большевистская часть ее, опиравшаяся на традиции «Северного союза» и на большевистские ячейки на фабриках и заводах, смогла везде и всюду вести организацию по большевистскому пути.
В таком виде и с такими организационными и тактическими возможностями застало Ярославскую организацию 9 Января.
Ярославская организация получила известие о расстреле питерских рабочих, шедших к царю 9 Января, как раз в тот момент, когда она боролась с либералами на докладе приехавшего из Москвы Милюкова. Известие о расстреле было получено в разгар прений по докладу Милюкова, примерно в 10–11 часов вечера. Расстрел в Питере, конечно, явился самым сильным аргументом большевиков во время этой дискуссии. Либералам после оглашения известия о расстреле пришлось сразу же полеветь и двигать свой фронт в значительной степени влево.
Обладая сравнительно хорошей техникой и преданными и самоотверженными работниками в этой области, Ярославская организация посредством прокламаций, фотографических карточек с изображением питерского расстрела, устной агитации в кружках вздыбила все честное против самодержавия в связи с расстрелом питерских рабочих. В течение нескольких недель почти открыто устраивались собрания и совещания по поводу 9 Января в лицее, закрыто на квартирах, предоставляемых нам либералами якобы для концертов. Были сделаны попытки расширенных кружковых собраний на Урочи и в ярославских железнодорожных мастерских. Были устроены попытки летучих митингов с рабочими земской типографии (насколько мне память не изменяет) и у ворот Вахрамеевской фабрики…
В феврале и марте стали то там, то здесь объявлять стачки. Период оживления революционного рабочего движения, начавшийся в Ярославской губернии в 1904 году, вылился в демонстрацию 1 Мая.
На эту демонстрацию вышли рабочие со всех фабрик и предприятий Ярославля, за исключением рабочих Ярославской мануфактуры. Демонстрация эта была устроена в восьми верстах от Ярославля в лесу. Одновременно с этим учащаяся молодежь, собравшись на лодках на Волге и на набережной, выбросив красный флаг, устроила майское празднество почти в центре города на бульваре.
Возвращавшиеся с демонстрации в лесу группы рабочих частично соединились с демонстрацией на набережной. Полиции удалось их загнать на бульвар. Началось побоище, в результате которого были убитые и раненые.
Майская демонстрация и столкновение с полицией толкнули в революционное движение широкие слои рабочих, учащейся молодежи и честной интеллигенции.
Р. В. Балашов. Его жизнь — борьба
В. Р. Менжинский был искусным конспиратором, подпольщиком. По воспоминаниям современников, он всегда был точен и аккуратен, бдителен и осторожен, не опаздывал на явки, умел владеть собой в любой обстановке.
Ярославское жандармское управление впервые упоминает о Менжинском в начале 1904 года в списке служащих, занятых на постройке железной дороги Вологда — Вятка. Напротив его фамилии было написано: «Знакомство ведет с лицами неблагонадежными в политическом отношении». В марте — апреле 1904 года об этом дважды упоминалось в донесениях начальника Ярославского жандармского управления в департамент полиции[21].
Несмотря на слежку и «тщательное наблюдение», охранке так и не удалось выяснить действительную роль Менжинского в Ярославской партийной организации. Поэтому он избежал серьезного подозрения и ареста.
В 1904 году Ярославская партийная организация устанавливает связи с железнодорожниками Урочских мастерских, табачниками фабрики Вахрамеева, текстильщиками Норской и Локаловской фабрик. Большое внимание уделялось многотысячному отряду текстильщиков ярославской Большой мануфактуры. Здесь было создано несколько кружков. Для укрепления связей с рабочими был организован и специальный кружок пропагандистов из революционно настроенной студенческой молодежи и передовой интеллигенции. Кружком руководил В. P. Meнжинский.
Участники этого кружка вспоминают, что… рассказывал он очень интересно и убедительно, говорил негромко, скорее тихо, при этом держался просто и скромно, часто улыбался…
Большое значение для революционной агитации и пропаганды имело сотрудничество большевиков в местной либеральной газете «Северный край». В 1904 году в редакцию газеты был привлечен В. Р. Менжинский… С приходом В. Р. Менжинского газета приобрела боевой, наступательный характер. Весной и летом 1905 года оживилась деятельность либерально настроенной интеллигенции и мелкобуржуазных партий. Менжинский был в центре борьбы с ними.
В мае 1905 года в Ярославль приехал будущий лидер партии кадетов П. Н. Милюков. Здесь он выступил с докладом на тему: «Политическое и социальное движение в России»… П. Н. Милюков, изложив всю историю возникновения и развития социал-демократии, отдал предпочтение меньшевикам, и особенно Г. В. Плеханову, с которыми он и его партия не прочь были бы блокироваться. Большевиков он пытался всячески дискредитировать… Большевики, присутствовавшие на лекции, единодушно выступили против П. Н. Милюкова. Особенно досталось ему от Менжинского.
— Ошибаетесь, господа либералы, — возражал Милюкову Менжинский, — никакого раскола с вами у большевиков не было и нет. Просто мы стоим по разные стороны баррикад.
В зале поднялся шум, но Вячеслав Рудольфович спокойно продолжал:
Поделиться книгой: