Замок и ключ (ЛП)

Я закричала и вскарабкалась на ноги, отчаянно оглядываясь по сторонам в поисках оружия, чтобы защитить себя. Он убил его! Он убил его средь бела дня на глазах у меня.

Мое дыхание было частным и громким, пока я тщетно пыталась наполнить свои легкие воздухом. Казалось, как будто мне недостаточно кислорода, и неважно сколько раз я вдыхала.

Жестокий взгляд Лорана метнулся ко мне на короткое мгновение. Он смотрел на меня, как напуганный зверь, а не палач, и я не отводила взгляда. Я уверенно встретилась с его глазами, пытаясь понять сложность моего положения.

Моя безопасность стоит больше, чем жизнь охранника? Или он просто продемонстрировал тот факт, что он здесь главный? Показывая свою доминирующую позицию и устанавливая свои правила?

- Уберите его отсюда и избавьтесь от тела, - он указал пистолетом на тело и на выход из камеры. Трое оставшихся мужчин рванули к действиям из-за страха, что они могут оказаться следующими. Я никогда не становилась свидетелем убийства, но и жалости к этому человеку не испытывала. Я бы убила его прошлой ночью, если бы у меня была возможность.

Когда мужчины скрылись из вида, Лоран положил свой пистолет обратно в кобуру, и повернулся лицом ко мне. Он не произнес ни слова, пока приближался. Я не двинулась с места. Мое поверхностное дыхание эхом раздавалось в ограниченном пространстве. Его рука потянулась и прикоснулась к моему подбородку, и я задрожала в ответ на его прикосновение. Это было неприятно. Ему не позволительно прикасаться ко мне, и я хотела, чтобы он отошел. Но это отличалось от прикосновений Эриана прошлой ночью. Лоран был ключом к моему освобождению, и то, как его глаза впивались в меня, говорило мне, что он не хочет моей крови. Нет, он хотел чего-то совершенно другого.

Он приподнял мой подбородок вверх, чтобы осмотреть мои раны, и я вздрогнула, в ожидании боли. Хотя ничего не произошло. Его пальцы едва касались моей кожи. Он не хватал меня. Его прикосновения были нежными и заботливыми. Как будто он боялся меня так же сильно, как и я его. Он приблизился еще на несколько сантиметров ко мне, и по необъяснимым мне причинам, я поникла перед ним, позволяя ему удерживать мой вес, вместо стены. Он был огромным, его размеры затеняли меня. Его кожа опаляла меня через нашу одежду, и я зажмурилась, пытаясь очистить свою голову от странных ощущений, циркулирующих в моих мыслях.

Свободной рукой он обвил мое плечо, пригвоздив меня, и я поморщилась от прикосновения. Мои плечи все еще болели, от вчерашнего висения в наручниках.

- Он прикасался к тебе где-нибудь еще, кроме лица? - спросил он, его голос низкий и спокойный.

Не тот вопрос, который я ожидала.

- Какая тебе разница? - огрызнулась я, вспоминая, что он тот, кто удерживал меня в плену. И никто больше.

Его хватка на моем плече усилилась, и клянусь, я слышала, как он зарычал в ответ.

- Я не буду спрашивать снова. Он прикасался к тебе где-то еще?

Я хотела сражаться с ним жестче, но выбрала позицию уступившего пленника в данный момент.

- Пытался.

Уголок его рта дрогнул.

- А ты защищала себя, хорошая девочка.

Мой взгляд метнулся к нему. Я сузила глаза и прикусила губу, чтобы сдержать свою ярость в себе. Я ненавидела этого человека. Почему он добр ко мне?

Он с вызовом уставился на меня, а потом до того, как я успела обдумать его движения, его рот был на моих губах. Он прижал нас к стене и вдавился своим весом в меня. Его рот вынудил открыться мои губы, и он пожирал меня, как будто оголодал. Его язык кружил по моему, и я была беспомощна перед его атакой. Если честно, не было не единой клеточки в моем теле, которая захотела бы бороться с его поцелуем. Но я понимала, что это неправильно. Он был божественен на вкус, а его бедра впечатались в меня, прижимаясь своим твердым членом к моему животу. Я чувствовала его, и вместо того, чтобы оттолкнуть, вцепилась в его футболку и прижала его к себе еще крепче. Я едва дышала, мои легкие не раскрывались для вдоха, но мне нужно больше. Мне необходимо, чтобы он был под моей кожей, под моими слоями и зарылся туда, где я нуждалась в нем больше всего.

Почему? Почему в этот момент мое тело смогло забыть о моей ужасной ситуации? Ничто из этого не имело смысла.

Я не понимала, что делала. Если бы это был другой мужчина, в любой другой момент, я защищалась бы точно так же, как с Эрианом прошлой ночью. Но казалось, что я нуждалась в поцелуях Лорана больше, чем в крови в своих венах. Это казалось экстремально и неудержимо, как будто я погружалась в новые глубины удовольствия, о существовании которого никогда не знала.

Его рука оттягивала мои штаны, пока у него не появилось достаточно пространства, чтобы скользнуть ей к краю моего белья. Я должна была остановить его. Но не могла. Когда его длинные пальцы скользнули под мое белье и коснулись меня, я добровольно стала пленницей. Он мог удерживать меня вечность, так долго, пока его пальцы включены в мои пытки.

Он застонал в мой рот в тот момент, когда его средний палец скользнул внутрь меня. Я была невероятно влажной для него, как будто ждала и хотела его несколько часов, а не несколько секунд. Он заставлял мое тело отвечать ему, как будто я была позитивно настроена к его прикосновениям. Но я не могла позволить ему узнать это. Он тот, у кого вся власть, и я не буду подпитывать его.

- Хватит, - мои слова просили и умоляли его прекратить все, в то время как мое тело действовало в совершенно противоположном направлении.

- Разведи свои ножки для меня, Кейт, - я не раздумывала над его командой. Я последовала ей, не задавая вопросов, как и его охранники. В тот момент, когда мои ноги раздвинулись, он наградил меня еще одним пальцем. Он утопил оба внутри меня, переворачивая мой мир так, что он сконцентрировался на нем.

- Блять, - простонала я, наслаждаясь тем, как его пальцы кружили на моей точке G. Моя голова откинулась на бетон, и он начал набирать свой ритм, трахая своими пальцами меня до потери сознания.

- Лоран, - простонала я тихо.

Его тело напряглось.

- Меня зовут не Лоран. Я - Адам. Повтори, - скомандовал он, наблюдая за мной пронзительным взглядом. Что? Его имя не Лоран?

Когда я не ответила незамедлительно, он схватил меня за челюсть и заставил встретиться с ним взглядом.

- Повтори, твою мать, - как только проклятье сорвалось с его губ, его пальцы погрузились в меня так невероятно глубоко, что единственное, что оставалось на полу - это кончики моих пальцев на ногах. Все остальное расположилось на ловких пальцах Адама.

- Пошел ты, - ответила я в тот момент, когда его большой палец потер мой клитор. Мой рот раскрылся, и крик удовольствия сорвался с моих губ, прежде чем я успела их закрыть.

- Кончи для меня, ты принадлежишь мне, - его слова мерзкие, но голос мягкий, а с его пальцами невозможно поспорить. Каждый раз, как его палец касался моего клитора, мои пальцы скручивались, и я балансировала на грани безумия.

- Кончи для меня, сейчас же, Кейт, - приказал он жестким тоном, когда его палец набрал ритм. У меня не было контроля. Я не хотела кончать. Я не хотела, чтобы он соблазнял мое тело, пока я жила в аду, но именно это он и делал.

Один финальный толчок, и мои колени подогнулись, пока я проваливалась в абсолютное блаженство. Он ни разу не остановил толчки своих пальцев внутри меня, пока удерживал мое тело другой рукой.

Я схватилась за его шею своими руками и в момент, когда я собрала какое-то подобие контроля в своих конечностях, я сильно толкнула его. Пошел он к черту за то, что заставил меня кончить в месте, подобном этому. Он не владеет моим телом. Я вырвалась из его хватки и застегнула штаны, метая взглядом в него кинжалы.

Он не выглядел даже слегка расстроенным моим отступлением.

- Пошли, - раздраженно сказал он, хватая меня за руку своей крепкой рукой. Я не могла вырваться на свободу. Эриан был мухой в сравнении с этим человеком. Нет не единого шанса бороться с ним.

- Ты отпускаешь меня? - спросила я, пытаясь встретиться с его теплыми, карими глазами.

- Нет. Ты идешь в мой номер.

Я дернула рукой обратно, и мое плечо закричало в протесте.

- Что? Нет! Ты должен отпустить меня! Ты не можешь удерживать меня здесь! Я не буду твоей секс-рабыней!

Хватка Адама на моей руке болезненно усилилась, когда он нагнулся вниз, чтобы встретиться со мной взглядом.

- Это было похоже на то, что ты моя секс-рабыня? Я изнасиловал тебя только что? Или я наглаживал твой клитор, пока твои глаза не закатились от удовольствия.

Ублюдок. Я ненавидела его в тот момент и сообщила ему об этом.

- Хорошо. Продолжай использовать эту ненависть, или тебе не выжить рядом со мной.

Моя грудь поднималась и опадала, пока я обдумывала его угрозу.

- Я не хочу идти в твой номер вместе с тобой, - взбесилась я, дергая своей рукой в последний раз. Его карие глаза впились в меня со смесью замешательства и ярости. Он ненавидел то, что я оспорила его власть, но если он хочет быть частью повстанческой группировки, он не может действовать в обоих направлениях. Он не может притворяться, что я здесь добровольно. Если он хочет, чтобы я пошла в его номер, ему придется заставить меня и показать свое истинное лицо.

- Не думаю, что ты правильно понимаешь ситуацию, в которой оказалась, Кейт, - это был третий раз, когда он назвал меня по имени. Я не знала, откуда он его узнал. Возможно, крот сообщил ему? Я ненавидела то, как его легкий акцент превращал мое имя во что-то грубо прекрасное. Так легко было забыть о дьявольской ситуации и поддаться ему, но я не могла. Это не вариант.

- Так почему бы тебе не просветить меня,Адам. Или Лорен? Я не поспеваю за тобой, - спросила я, скрещивая руки поверх своей теперь уже грязной футболки.

Мне нужна еда и душ. Сменить одежду было бы не плохо. Но я не дома, или даже не в своем отеле. Я в аду.

Он полностью проигнорировал мой вопрос.

- Ты сунула свой нос туда куда ненужно, и оказалась здесь. Как думаешь, что происходит с людьми в этих клетках? Думаешь, это игра? Что я буду спасать тебя каждый раз, когда один из этих охранников нарушит правила и обидит тебя? Я подумаю хорошо и усердно, о твоем выборе остаться здесь, вместо того чтобы пойти за мной в мой номер, - я не могла понять, как один человек может быть одновременно настолько красивым и настолько пугающим по своей натуре. Его губы молили о поцелуях, но слова были острыми, как лезвие ножа.

- Почему я должна идти с тобой? Я думала, что ты сказал, что хуже их всех? - спросила я, выплевывая его вчерашние угрозы.

- Да, и еще, не думаю, что ты вообще веришь мне, - огрызнулся он, развернувшись на своих каблуках, и покинул камеру, поэтому я осталась со своим ответом. Железные решетки щелкнули, и он ушел, не оглядываясь. Он давал мне единственный шанс на подобие свободы, убраться из этой противной клетки и пойти в его номер, а я отвергла его.

Я расхаживала по своей камере, как загнанное животное. Я не имела представления, что произойдет дальше. Я взбесила человека, который мог спасти меня, но что он ожидал от меня? Перевернуться и позволить ему трахать себя в этом отвратительном месте? Это не правильно. Я заслуживаю свободы, а не незаконного содержания в каком-то подземном бункере.

Я пыталась собрать каждый кусочек информации, какой могла: я все еще в Косово. Меня удерживал ЛАРК за попытку взять интервью у одного из их охранников. Адам был одним из главарей, но он не был похож на остальных мужчин, и я была абсолютно уверенна, что он не вырос в Косово. Он убил человека за попытку изнасилования меня. У него вспыльчивый характер и руки Бога.

Нечего добавить. Я ударила руками по железным прутьям, и сила отрекошетила по моим костям.

Никто не беспокоился о том, чтобы проверить меня, пока не прошло несколько часов. Один из вчерашних охранников, тот, который пнул пистолет, открыл мою дверь и толкнул тарелку с едой прямо ко мне.

- У тебя есть пять минут, чтобы поесть, а потом босс хотел, чтобы ты вернулась в наручники.

Чертов кретин. Он был настолько труслив, чтобы связать меня самостоятельно, что отправил одного из своих дружков сделать это за него. Я не идиотка. Я запихивала еду в свой рот, как будто это был последний раз, когда я вообще ее видела. Моя тарелка была вылизана дочиста, к тому времени, как охранник открыл мою клетку. Он подошел, чтобы заковать меня обратно в наручники, но я уже подняла свои руки вверх и пододвинулась назад. Я устала от давления повсюду, я не собиралась бороться с ним в этом.

- Люди когда-нибудь выбираются отсюда? - спросила я, пока он защелкивал наручники.

Охранник прищурился перед тем, как поскрести свою щетину тонкими, грязными пальцами.

- Нет, - он ответил с грубым албанским акцентом, перед плевком на пол под моими ногами.

В тот момент, когда он скрылся из вида, я выпустила резкий крик. Крик, который содержал в себе каждую унцию злости и страха, которые медленно накапливались во мне с тех пор, как очнулась здесь вчера.

***

Я проснулась несколько часов спустя, прогоняя сон из своих глаз, когда звуки пыток из-за соседней двери, проникали в мой разум. Громкие крики раздавались по коридору в каждом направлении, когда я услышала удар кости о кости. Но когда проморгалась, мои глаза открылись, а голова очистилась, я поняла, что нет никаких звуков.

Они все были в моих снах.

Ботинки стучали по бетонному полу, и я даже не беспокоилась поднимать свой подбородок, чтобы посмотреть, кто пришел. Мне было плевать. Железная решетка лязгнула, а потом его чистый запах пробрался сквозь грязь. Адам. Он вернулся за мной.

Я все еще не поднимала глаза, чтобы встретится с ним взглядом. Он подошел, встав прямо напротив меня, пока занимался наручниками на моих запястьях. Я провела языком по моим потрескавшимся губам, пытаясь оставаться в сознании. Его широкая грудь столкнулась с моей головой, когда он потянулся, чтобы освободить другую руку. Когда оба запястья были освобождены, я повела своими плечами, пытаясь восстановить чувствительность в своих конечностях.

- Ты съела свой ужин? - спросил он, сохраняя свой голос тихим и безучастным.

- Да, - я кивнула.

- Пошли, я дам тебе переодеться и принять душ.

Он обхватил основание моей руки достаточно нежно, чтобы я могла притвориться, что он не принуждает меня. Я продолжала держать язык за зубами. Покидать камеру было приятно. На шаг ближе к свободе. Не думаю, что охранник солгал, когда сказал, что никто не сбегал отсюда. Мне нужно схитрить и быть на один шаг впереди, или я сгнию в этой камере.

Он повел меня по коридору, и я мимолетом заметила других людей, которые вжимались в свои камеры. Ни в одной из них не было женщин. За это я была благодарна. Я не хотела смотреть в глаза женщинам, которым намного хуже, чем мне.

В конце коридора он потянулся, чтобы схватить два черных платка со стены. Я знала, что это слишком хорошо для того, чтобы быть правдой. Он не даст мне даже возможности сбежать. Он развернул меня так, что моя спина ударилась об его твердую грудь. Потом он натянул платок перед моими глазами и завязал грубым узлом сзади моей головы. Другим он связал мои запястья.

Я пыталась опустить свои глаза так низко, как могла, но это было бессмысленно. Адам знал, как плотно завязывать глаза. Я ничего не видела. Он снова схватил меня за руку и повел меня вперед. Я едва поспевала за ним, когда могла видеть, а теперь, когда глаза были завязаны, я спотыкалась об свои ноги, пытаясь почувствовать что передо мной.

Адам раздраженно простонал, а потом забросил меня на свои руки одним быстрым рывком.

- Мне не нужно, чтобы ты меня нес, - прошипела я, пытаясь, стать таким мертвым грузом, каким могла.

- Достаточно, - отрезал он.

Я сжала кулаки, на одно короткое мгновение, фантазируя о схватке с ним. Но потом здравый смысл возобладал, и я поняла, что это мне не по силам, особенно, когда не могла видеть. Мои ногти впились в ладони, пока я старалась оставаться в его руках. Каждая клеточка хотела сбежать.

Он нес меня несколько минут в тишине. Я прислушивалась к меняющимся звукам: открывающиеся двери, ботинки, ударяющиеся о бетон, а потом гадости. Я подумала, что дышала свежим воздухом впервые за два дня. Наконец-то, он поставил меня на ноги и развязал повязку. Вид, который встретил меня, был ничем в сравнении с тем, чего я ожидала. Мы не были под землей. Мы были в современных апартаментах с чистыми, дорогими деревянными полами и белыми гранитными стойкам. Это была открытая планировка. Кухня выходила в гостиную комнату, которая вела в столовую, где над столом висела дорогая люстра.

- Где я? - спросила я, пытаясь разглядеть вид из окна, но все шторы были задернуты.

- В моем номере, - ответил он кротко.

- Но…это не сравнится с моей камерой.

Он прищурился и начал уходить.

- Невсемы заключенные, Кейт. Пошли.

Мои каблуки вросли в деревянный пол, и я прикусила изнутри свою щеку. Я подумала, что когда он повернет за угол, я смогу сбежать и попытаться найти дверь. Но он не дал мне и шанса. Когда стало очевидно, что я не следую прямо за ним, он остановился и повернулся ко мне.

- Сейчас же, - приказал он, и я почувствовал, как мои ноги начали идти прямо к нему. - У тебя поразительная способность испытывать мое терпение.

Я закатила глаза и скрестила руки на груди, пока проходила мимо него.

Он положил руку на мою поясницу, и дрожь распространилась вверх по моему позвоночнику, прежде чем смогла остановить ее. Я подняла глаза, чтобы увидеть небольшую ухмылку на его лице. Он тоже это почувствовал.

Мы дошли до конца коридора, он распахнул дверь, и мы вошли в темную спальню. Комната была простой, в чистых серых тонах, а кровать казалась огромной и опрятной. Мое ноющее тело умоляло заползти поверх нее и проспать несколько дней. Но мы здесь не задержались. Адам подтолкнул меня к двери напротив кровати. Ванная комната. Она была такой же современной и экстравагантной, как и остальной номер. Я стояла посреди пола из белой плитки, пока Адам передвигался вокруг меня, чтобы подготовить вещи, которые, как я предполагала, были для меня: полотенце и несколько туалетных принадлежностей, которые, очевидно, никогда не использовали.

- Я не понимаю, - прошептала я. Почему он дал мне все эти вещи? Почему позволил принять душ в его номере?

- Просто возьми их и забирайся в душ, - ответил он кротко.

Мои зубы скрипнули от того факта, что он опять оборвал мои расспросы. Я выхватила принадлежности из его руки и отвернулась от него, лицом к душу. Он был большим, там было достаточно пространства для половины армии, которая могла там искупаться. Я отодвинула стеклянную дверь и положила вниз все вещи, потом повернулась, чтобы повесить полотенце. Мне не пришлось просить Адама уйти. Он уже направлялся к двери, но не побеспокоился о том, чтобы закрыть ее за собой, когда ушел.

Я не снимала одежду, пока не оказалась в душе, под ударяющей по моей коже водой. Я не знала, какой у него план, но не хотела стоять голой без какого-то подобия барьера между нами. Стекол кабинки сейчас было достаточно. Я пыталась очистить свои мысли и страхи на пять минут и позволить теплой воде омывать меня. Распылитель имитировал водопад, и я стояла прямо под ним, позволяя воде согревать каждый мой дюйм.

Я наносила гель на свою грудь, когда услышала стук в дверь. Мой взгляд метнулся к Адаму в тот момент, когда он заходил с чистым комплектом одежды в своей руке. Он даже не притворялся, что дает мне уединение. Его обжигающий взгляд обшаривал мое тело, как раскаленные угли. Мои руки взлетели к груди, и мы стояли, уставившись друг на друга. Воздух в ванной искрился под конденсатом от моего душа, казалось, что меня убьет током. Его таинственные глаза следили за мной. Я хотела, чтобы он ушел также сильно, как хотела, чтобы он остался, но я не произнесла ни слова.

Я застыла, пока вода стекала по моей коже.

- Это чистый комплект одежды, - заявил он, складывая ее туда, где я повесила свое полотенце. Он был так близко ко мне тогда. Стекло - единственное, что отделяло его руки от моей обнаженной кожи. Какого черта я не кричу на него, чтобы он убирался? Почему мои голосовые связки подводят меня? Я открыла рот, чтобы наорать на него, но ни единого слога не покинуло моих губ.

В одно мгновение Адам сохранял дистанцию, а в другое - стеклянная дверца открылась, и он шагнул в душ полностью одетый. Распылитель мгновенно намочил его. Вода стекала с его густых, каштановых волос вниз по его острым скулам. Я наблюдала, как капля упала с его губ, и мои соски напряглись в тугие бутоны.