Помоги проекту - поделись книгой:
М. А. Смирнов
О МИХАИЛЕ КЕДРОВЕ
Воспоминания, очерки, статьи
ПРЕДИСЛОВИЕ
В этой книге собраны из разных документальных источников воспоминания, очерки, статьи о Михаиле Сергеевиче Кедрове — соратнике Владимира Ильича Ленина. Публикации давних лет, вновь найденные и впервые написанные материалы рисуют яркий портрет профессионального революционера, коммуниста-ленинца, воина, чекиста, юриста и музыканта, историка и публициста.
Родился Михаил Сергеевич Кедров 12(24) февраля 1878 г. в Москве, в семье нотариуса. Еще в ранней юности он порвал с буржуазной средой, ушел из семьи. Заканчивал гимназию в Феодосии. Там же занимался в гимназическом кружке самообразования. Общение с рабочими-железнодорожниками, рыбаками и моряками способствовало воспитанию классового самосознания юноши. В 1897 г. Кедров поступил на юридический факультет Московского университета; одновременно занимался музыкой и изучением иностранных языков. За участие в студенческих волнениях его в 1899 г. исключили из университета. По той же причине он был лишен права заниматься и в ярославском Демидовском юридическом лицее. Преследуемый властями, Кедров под предлогом лечения несколько раз выезжал за границу. Побывал в Германии, Австрии, Италии, Дании, Швеции, в Балканских странах. В Швейцарии встречался с деятелями группы «Освобождение труда». Между поездками за границу вел нелегальную работу в Ярославле, Крыму, Нижнем Новгороде, Одессе. В 1901 г. стал членом социал-демократической партии. Вел пропаганду среди студентов Ярославля, сормовских рабочих. В Нижнем Новгороде был введен в состав партийного комитета — заведовал всей его техникой (архив, печать, конспиративные квартиры и пр.). После провала в конце 1901 г. выехал в Ярославль.
В марте 1902 г. Кедрова арестовали и водворили в тюрьму, «дабы, — по выражению ярославского губернатора, — не влиял вредно на других»[1]. Ему предъявлялось обвинение в активном участии в работе Северного комитета РСДРП, помощи партии материальными средствами. С этого времени и до победы Февральской революции Кедров находился под надзором царской охранки.
В постоянной борьбе с царизмом выковался непреклонный характер большевика, стойкого борца за дело рабочего класса, зрело мастерство конспиратора.
В конце 1904 г. Кедров после отбытия вологодской ссылки вернулся в Ярославль. Здесь он вместе с В. Р. Менжинским, Н. И. Подвойским и другими большевиками работал по сплочению рядов партии, подготовке рабочих к грядущим боям с самодержавием. В годы первой российской революции он активно выполняет партийные поручения в Ярославле, Москве, Костроме. Как член Костромского комитета большевистской партии занимается созданием и вооружением рабочей дружины.
«…На меня возложено было поручение закупить возможно больше оружия в Москве, — вспоминал Кедров. — Имел на руках когда-то выданное мне московским обер-полицмейстером полковником Треповым разрешение „на хранение на квартире одного револьвера с патронами“. Мне удалось, пользуясь этой бумажкой, закупить всю наличность ружейных магазинов Биткова (на Лубянке) и Зимина (на Тверской)…
Драгоценная покупка была тщательно упакована в три изящных чемодана… В Кострому добрался благополучно. С вокзала… чемоданы доставлены на квартиру начальника водных путей инженера Виткевича, жена которого сочувствовала большевикам… В тот же день все оружие было забрано оттуда и распределено по рукам».
Летом 1905 г. Кедров принимал участие в устройстве подкопа под Таганскую тюрьму для освобождения Николая Баумана.
В ноябре 1905 г. Кедрову поручается изготовление оболочек для бомб-македонок, которыми вооружались дружинники, участники вооруженного восстания.
В конце декабря полицейский агент донес в охранное отделение о том, что «в Перловке, в двухстах саженях от деревни Малые Мытищи, появилась фабричка, где производится выработка взрывчатых принадлежностей». «Фабричкой» был сарай дачи Шульц — сестры Кедрова, в котором Михаил Сергеевич оборудовал мастерскую по изготовлению оболочек бомб. Дача служила явкой и убежищем для революционеров, приезжавших со всех концов России по партийным делам. Охранка начала охоту за Кедровым. Сначала он скрывался в Костроме, а затем в Твери. Жандармское управление завело на него дело на привлечение к ответственности по статье 100 Уголовного Уложения, которая предусматривала смертную казнь через повешение. Фамилия Кедрова была внесена в «ведомость лиц, подлежащих розыску в пределах империи».
Вспоминая, что ему посчастливилось уйти от ареста и суда, Кедров писал: «После двухмесячного скитания по городам и весям благополучно прибыл в Петербург в январе 1906 года».
В Петербурге первое время Кедров проживал нелегально по паспорту рогачевского мещанина Михаила Сергеевича Иванова, приказчика по профессии. Обеспечив себе легальное прикрытие — учащийся курсов стенографии Сапонько на Невском проспекте, — приступил к выполнению партийного поручения: организации книжного издательства «Зерно». Издательство было открыто на подставное лицо — литератора Б. Б. Веселовского. Под вывеской «Зерно» на личные средства, полученные в наследство от отца, Кедров организовал издание и распространение по всей России партийной большевистской литературы. Особой заслугой Кедрова является первое издание Сочинений В. И. Ленина под общим названием «За 12 лет». Завершить издание не удалось, но выпуск 1-го тома Сочинений В. И. Ленина стал важным событием в жизни партии.
Издательские дела шли хорошо. М. С. Кедров на свое имя снял квартиру. Сюда из Твери переехала его семья. Но участившиеся визиты полиции в издательство на Невском проспекте и в типографию, где печатались его издания, свидетельствовали, что «готовится удар». В мае 1908 г. охранка совершила налет на издательство. Кедрова арестовали. После длительного заключения в «Крестах»[2] ему удалось в конце 1911 г. выйти на свободу и эмигрировать с семьей в Швейцарию.
За границей Кедров поступил на медицинский факультет Лозаннского университета. В Берне Кедров знакомится с приехавшим туда Владимиром Ильичей Лениным. Между ними установились теплые, дружеские отношения.
Весной 1916 г. после окончания университета Кедровы вернулись в Россию. «Недавно из Лондона выехал в Архангельск доктор Михаил Кядрев (Кедров)… друг Ленина, — торопился сообщить заграничный агент царской охранки, — от коего он мог получить специальные партийные поручения».[3]
Несмотря на предупреждение агента, тщательный обыск ничего не дал. Опытный конспиратор, Кедров доставил по назначению ленинское письмо.
После сдачи экстерном экзаменов за медицинский факультет в Харьковском университете (иностранный диплом в России был недействителен) Кедров начал работать в военном госпитале в городе Кашине Тверской губернии. Но вскоре в качестве врача уехал в действующую армию на Кавказский фронт. Он и там не оставляет революционную пропаганду, став одним из активных деятелей большевистской военной организации. На фронте его застала Февральская революция. Солдаты и рабочие избрали Кедрова председателем большевистского Совета в городке Шериф-Ханэ (Иран).
В мае 1917 года ЦК партии отозвал Кедрова в Петроград. Как делегат от военной организации Закавказья участвует во Всероссийской конференции фронтовых и тыловых военных организации партии. Он один из руководителей военной организации, член Всероссийского бюро большевистских военных организаций, член редколлегии газеты «Солдатская правда». После ее закрытия Кедров организует издание газет «Рабочий и солдат», «Солдат». В последней — публикуются резолюции VI съезда партии, провозгласившего курс на вооруженное восстание.
В сентябре 1917 г. ЦК партии большевиков посылает Кедрова в Западную Сибирь для налаживания и укрепления связи с местными большевистскими организациями.
«В последних числах октября в Томске, — вспоминал он, — куда прибыл накануне, на одном из фонарных столбов я прочитал поздно вечером сообщение о перевороте и образовании Совета Народных Комиссаров во главе с Владимиром Ильичем Ульяновым (Лениным)»[4].
Приняв участие в формировании местного органа Советской власти в Омске, Кедров выехал в Петроград.
Он назначается заместителем народного комиссара по военным делам по отделу демобилизации (Демоб).
Член коллегии Наркомвоенмора К. А. Мехоношин вспоминал, что при формировании коллегии «весьма сильно учитывали и „докторский“ чин Склянского и „капитана“ Леграна… Кроме этих двух товарищей у нас был еще один военный, врач Кедров, но его офицерское качество уж очень сильно затушевывалось столь резко выраженной у этого старого коммуниста партийной окраской»[5].
В огромную, государственного размаха работу по демобилизации старой армии Кедров вносил дух большевистской партийности и принципиальности. Здесь раскрылись его выдающиеся организаторские способности.
Кедров не только руководил демобилизацией, но и внес свой вклад в создание новой, Красной Армии.
С упразднением отдела по демобилизации члену коллегии Наркомата по военным делам Кедрову поручается руководство Военно-хозяйственным советом Красной Армии. В связи с угрозой интервенции на Севере Кедрова направляют в северные губернии РСФСР во главе Комиссии по ревизии военного хозяйства и обследованию всех сторон «деятельности и организации местных советских учреждений»[6], проведению в жизнь декретов Советской власти. Мандат, подписанный В. И. Лениным, предоставлял Кедрову большие полномочия: отстранение от должности не соответствующих назначению работников, арест и предание суду виновных в преступлениях.
Во всех своих делах Комиссия опиралась на помощь рабочих, моряков, красноармейцев. В газете Наркомата по военным и морским делам, в губернских газетах было опубликовано за подписью Кедрова обращение «Ко всем гражданам!», в котором выражалась просьба оказывать Комиссии посильное содействие.
Комиссия провела ревизию госпиталей и военных складов, приняла меры к усилению их охраны, форсировала вывозку из Архангельского порта оборонных грузов. За ходом вывозки грузов внимательно следил В. И. Ленин. В телеграмме Кедрову от 26 июня 1918 г. он требовал направить «все силы на ускоренную эвакуацию всех грузов из Архангельска»[7]. После указания В. И. Ленина военные запасы вывозились с «бешеной быстротой» по железной дороге (отменены пассажирские поезда) и по Северной Двине. Комиссия приняла меры к ускорению формирования управления Беломорского военного округа и первых частей Красной Армии. Она рекомендовала местным Советам провести немедленную национализацию банков, распустить городские думы и их управы, упразднить земства, всю полноту власти сосредоточить в руках Советов. Исполкомы Советов были пополнены коммунистами.
Решительными мерами Кедров освободил советские и общественные организации от засилья антисоветских элементов, упорядочил финансовую систему в Северном крае, подготовил к обороне Архангельскую и Вологодскую губернии.
В конце июля Кедров доложил В. И. Ленину о результатах работы Комиссии.
В. И. Ленин высоко ценил Кедрова за его беззаветную преданность партии, революционную энергию, твердую волю. Когда началось вторжение интервентов на советскую землю, ЦК РКП(б) по согласованию с Наркоматом по военным делам назначил Кедрова командующим Северо-Восточным участком (СВУ) завесы[8]. В сложной обстановке под руководством В. И. Ленина Кедров организует отпор интервентам, создает оборону для разгрома врага. Вспоминая о тех днях, он писал: «И находясь в пути на Архангельск, и участвуя в первых стычках со вторгшимися в край англо-французами, я держал связь с Кремлем и чувствовал невидимую руку, которая направляла и руководила всеми военными операциями… Если удалось на первых же шагах парализовать наступление превосходящего по численности и по технике противника и расстроить его планы, то в этом прежде всего заслуга ЦК нашей партии в лице тов. Ленина. Задача была выполнена потому, что… твердая рука великого кормчего вела советский корабль к намеченной цели»[9].
Осенью 1918 г. Кедров возглавил Комиссию ВЦИК, которой поручалось подробное ознакомление «с деятельностью всех советских учреждений в Курской губернии и принятие надлежащих мер к улучшению их деятельности в полном контакте с местными советскими органами», а также «всех необходимых законных мероприятий в области продовольственного дела» по мандату Народного комиссариата продовольствия.
Яркой страницей жизни Кедрова явилась его многолетняя работа в органах ВЧК. Руководитель Особого отдела, член коллегии ВЧК и член коллегии НКВД, полномочный представитель ВЧК на Южном фронте, в Северном крае, он всегда был примером беззаветной преданности партии, целеустремленности, дисциплинированности в работе, строгого соблюдения социалистической законности. Партия посылала Кедрова туда, где были нужны быстрота и решительность действий, революционная твердость и самоотверженность. По заданиям В. И. Ленина и Ф. Э. Дзержинского он выезжал на самые горячие участки борьбы с контрреволюцией. Умело руководил операциями по ликвидации вражеской агентуры, шпионских и антисоветских центров.
В 1920 г. Кедров, как полномочный представитель ВЧК по Северному краю, в составе специальной правительственной комиссии участвовал в ликвидации последствий интервенции на Севере, в расследовании злодеяний интервентов и белогвардейцев. Принимал участие в восстановлении органов Советской власти, в частности Рабоче-Крестьянской Инспекции, был делегатом Архангельской губернской партийной конференции, которая избрала его членом Архангельского губкома РКП(б). Во всех своих делах он, как всегда, обращается за помощью к массам. В местной газете публикуется заметка М. Кедрова «Рабочие, за метлу!», в которой он призывает рабочих сообщать в свою Рабоче-Крестьянскую Инспекцию об известных им фактах устройства негодяев и предателей на службу в советские учреждения, твердо помнить, «что только при напряженной работе всех рабочих возможно будет быстро наладить советский аппарат.
Так за работу же, товарищи рабочие! Беритесь за метлу!»
По заданию ЦК партии Кедров выезжал в Баку и помогал азербайджанским чекистам организовать борьбу с бандитизмом, подрывными элементами и акциями иностранных разведок. Наш лозунг, говорил Кедров чекистам, «как можно меньше репрессий, как можно больше революционной законности». При активном участии Кедрова чекисты Закавказья «свели почти на нет» бандитизм, организовали борьбу с хищением грузов на транспорте, продолжали борьбу с организациями буржуазных националистов и эсеров. Активные главари этих организаций были арестованы.
В годы гражданской войны Кедров возглавлял Всероссийскую комиссию по борьбе с сыпным тифом, который был подлинным бичом на фронте и в тылу.
За мужество и отвагу, проявленные в годы гражданской войны, М. С. Кедров был награжден орденом Красного Знамени, за высокую бдительность, самоотверженное исполнение чекистских обязанностей — знаком «Почетный чекист».
В годы мирного строительства Кедров на хозяйственной работе. С мандатом Ленина, с высокими полномочиями, данными ему Советом Труда и Обороны, Кедров в голодном 1921 г. помогает организовать добычу рыбы в южной части Каспийского моря, направляет ее в голодающие районы. 12 сентября 1921 г. В. И. Ленин телеграммой в Баку предписывает Кедрову «сдать все дела по „рыбным операциям“» и выехать в Москву в распоряжение ЦК партии.
И на хозяйственном фронте он проявил себя как крупный организатор. В 1923 г. Кедров — уполномоченный Народного комиссариата путей сообщения на Крайнем Севере. Он выезжает на Новую Землю и на Печору, организует Печорское пароходство и работу местных органов власти, борется с остатками кулацких банд. После возвращения с Севера ему поручается возглавить Оргбюро объединения ВСНХ по обслуживанию промышленности и транспорта.
С 1926 по 1928 г. Кедров работал помощником Прокурора Верховного суда СССР. Ведал органами Военной прокуратуры и осуществлял надзор за судебной деятельностью Военной коллегии Верховного суда СССР. Он избирался секретарем партийной организации Верховного суда СССР и Прокуратуры Верховного суда СССР.
В 1928 г. Кедров возглавил Оргкомитет Всемирной спартакиады в Москве. Он был введен в Президиум Исполкома Красного спортивного интернационала. На этой работе Кедров проявил себя не только практиком-организатором, но и теоретиком международного рабочего спортивного движения.
На русском и нескольких европейских языках была издана брошюра М. С. Кедрова «Боевые задачи Красного спортивного интернационала». В ней, разоблачая роль буржуазного Люцернского спортивного интернационала, его секций и спортклубов как прислужников буржуазии, Кедров сформулировал основные задачи Красного спортинтерна:
«В связи со все более обостряющимся кризисом капитализма, возросшей опасностью военного нападения империалистов на СССР, — писал Кедров, — перед всеми массовыми пролетарскими организациями, в том числе спортивными, стоят задачи высвобождения масс из-под влияния буржуазных, фашистских и социал-фашистских партий; создания сплоченной дисциплинированной спортивной армии, готовой пойти в бой против фашизма, всемерная защита СССР как оплота мирового революционного движения»[10].
В Госплане РСФСР, где Кедров работал с 1932 по 1934 г., он был членом президиума и руководил сектором обороны, а затем отделом науки и техники. По словам товарищей, работавших вместе с ним в Верховном суде и Госплане, Кедров был обаятельным человеком. Простой и скромный, он никогда не кичился своими заслугами, в отношениях с товарищами был всегда ровным, внимательным и отзывчивым.
С 1934 г. Кедров директор Военно-санитарного института. Под руководством Н. Н. Бурденко занимался вопросами борьбы со злокачественными опухолями.
Вся жизнь Кедрова — непрерывное действие. Круг его интересов не ограничивался только исполнением поручений партии или служебных обязанностей. В свободное время он занимался музыкой, литературным творчеством. Ряд своих произведений он посвятил В. И. Ленину. Образ великого Ленина красной нитью проходит через многие его произведения. Об этом говорят названия его брошюр и глав в книгах: «Из Красной тетради об Ильиче», «Вождь Красной Армии», «Повсюду Ильич», «Ни шага без Ильича».
Выражая свои чувства к Ленину, возникшие после покушения террористки на жизнь вождя, Кедров писал:
«И вспыхнул огонь, ленинский огонь в каждом бойце, и огненной волной прокатилась по необъятному фронту непоколебимая клятва:
„Отомстим, победим!“
Ошиблись враги. „Ленин будет жить — такова воля пролетариата“ (слова петроградских рабочих).
Он, и раненый, оставался тем незримым вождем Красной Армии, который и в донских степях, и в Кавказских горах, и в архангельской тундре, и в сибирской тайге, через пески и дебри, через огонь и воду вел красные полки в бой, к верной славной победе»[11].
Ряд своих книг («За советский Север», «Без большевистского руководства»), брошюр, статей в газетах и журналах Кедров посвятил отдельным эпизодам из истории революционного движения и гражданской войны. Написал он и две драмы — «Коммунистка» и «Три года», в которых нашла отображение героика гражданской войны.
Где бы ни работал Кедров, он жил интересами и делами страны социализма. Характерен такой пример. 1930 год. Вся страна занята социалистическим переустройством деревни, коллективизацией крестьянских хозяйств. В день 1 Мая Кедров пишет письмо в бюро Общества старых большевиков, в котором просит из причитающейся ему суммы гонорара за книгу «употребить 1000 рублей на приобретение трактора и присвоить ему имя лучшего бойца из старой гвардии — Ф. Э. Дзержинского».
Трактор был приобретен и направлен в подшефный Обществу Алексеевский район Воронежской (тогда ЦЧО) области…
Михаил Сергеевич Кедров был в 1938 г. оклеветан и трагически погиб в декабре 1941 г.
Кедров жил и боролся ради высокой цели — победы социализма, в которую он безгранично верил. Дела Кедрова живут в благодарной памяти народа. Его именем названы улицы в Москве и Ленинграде, в Архангельске, Ярославле и Вологде. Воды Мирового океана бороздит могучий теплоход «Михаил Кедров».
Годы идут, но остается в строю бойцов Михаил Кедров — отважный революционер, мужественный воин-чекист, верный ученик великого Ленина.
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ РЕВОЛЮЦИОНЕР
Хорош у нас, замечательно хорош тип старого большевика, воспитанного подпольем, тюрьмой и ссылкой, боями на митингах, на бесчисленных фронтах.
Мне, автору этих строк, в 1919 г. было всего 10 лет, когда я впервые увидел М. С. Кедрова.
…Защитного цвета армейская фуражка с твердым козырьком, гимнастерка, галифе, высокие сапоги. На широком ремне — мягкая зеленоватая кобура с браунингом. Смуглое, суровое, красивое лицо. Темные, живые, внимательные глаза. Таким он вошел в мою мальчишескую жизнь, став моим отцом и воспитателем, вошел как человек, с которого я во всем брал пример… В детстве, в юности мне посчастливилось быть невольным очевидцем многих событий, связанных с его военной, партийной и государственной деятельностью.
…Семья известного московского нотариуса Сергея Кедрова имела собственный дом на 1-й Мещанской улице… Порядки в доме были строгие. Без дела никто не сидел. Мать немало времени уделяла воспитанию детей. Она любила музыку и сама обучала сына Михаила игре на рояле. Заниматься приходилось ежедневно и помногу.
Обстановка, царившая в доме Кедровых, устои и взгляды, типичные для буржуазной семьи того времени, тяготили юного гимназиста. В семье он не мог найти ответа на многие вопросы — об устройстве жизни, о социальном неравенстве. Этот медленно, но неуклонно нараставший внутренний протест закончился уходом Михаила из семьи. Последний класс гимназии он заканчивает уже не в Москве, а в Феодосии.
Проходит лето, и Михаил Кедров становится студентом юридического факультета Московского университета…
Изучение работ Маркса помогло Михаилу определить цель жизни — молодой студент решительно и твердо встает на путь борьбы за освобождение трудящихся, против капитала, против самодержавия.
Много лет спустя, в 1924 г., оформляя анкету и автобиографию при вступлении в Общество старых большевиков, Михаил Кедров сделал записи. Они рассказывают о том, как формировалось революционное мировоззрение молодого студента, выходца из богатой дворянской семьи.
Вот что писал М. С. Кедров в автобиографии:
«Увольнение из Московского университета за участие в студенческом движении (1899 г.).
Участие в с.-д. кружке в Ярославле. Руководитель кружка — А. П. Доливо-Добровольский (1900 г.).
Один из организаторов студенческого исполнительного комитета, проведшего в марте (?) 1901 г. забастовку в Демид. юрид. лицее. Арестован в здании лицея (1901 г.). Исключен на 3 года (вскоре был восстановлен).
Один из руководителей студенч. движения в Ярославле. Член Ярославской организации РСДРП… В феврале арестован за проведение студ. забастовки в лицее… Исключен из лицея. Освобожден после 5-дневной голодовки. Выбыл в Симферополь, где принимал участие в работе с.-д. организации… В связи с арестами выехал в Москву в начале августа (прибл.). Спустя 2–3 недели арестован под Москвой, в Перловке, за причастность к Северному Союзу. 3-месячный курс самообразования в Таганской тюрьме. Высылка под особый надзор в конце года в Ярославль (1901–1902 гг.)…
Административная высылка в Хотин, а затем в Вологодскую губернию. Устраивал в пользу ссыльных концерты, лично участвуя в них (1903–1904 гг.).
В конце 1904 года выехал в Ярославль, первое время устраивал концерты в пользу партии. Ранней весной 1905 года переселился в Перловку под Москву, где наша дача служила явкой и убежищем для всех прибывающих со всей России по парт. делам, школой стрельбы, лабораторией по изучению взрывчатых веществ и пр.
Устраивал массовки. В августе по постановлению ЦК — один из организаторов подкопа (неоконченного) под Таганскую тюрьму для освобождения членов ЦК Баумана, Носкова и других, арестованных на квартире Л. Андреева… Снабжал московские пролетарские дружины оружием (браунингами, винчестерами и пр.).
В октябре в Костроме — организатор боевой дружины и член Костром. комит. РСДРП (Стопани (Карп), Киткин и др.) (1904–1905 гг.).
Был назначен организатором боевых дружин в Москве. Успешно выполнил поручение по вывозке винтовок Винчестера из Вологды. Незадолго до начала Московского вооруженного восстания был отозван для изготовления оболочек для бомб…
Разгром организации, бегство из Костромы, переход на нелегальное положение, привлечение по 100-й ст. Уг. Ул. (вооруженное восстание и изготовл. взрывч. веществ). — Под фамилией Иванов принял участие в организации в Твери концертов для партии (офиц. для безработных)…»[12]
Начальный период революционной деятельности Михаила Сергеевича (1901–1906 гг.) полон эпизодов, характеризующих его, молодого большевика, как талантливого мастера конспирации, как умелого организатора-боевика.
Днем притаивало, а ночь на 8 марта 1902 г. выдалась морозная. Лед замерзших лужиц с резким звуком ломался под ногами полицейских, нарушая ночную тишину Духовской[13] улицы Ярославля.
Вот и дом Высоцкого. Полицейские остановились. У проживающего в доме студента IV курса ярославского Демидовского юридического лицея Михаила Кедрова предстояло произвести обыск.
Немного времени потребовалось полицейским для того, чтобы перевернуть все в скромно обставленной комнате. Письменный стол, книги, рукописи, комод, кровать, сундук были осмотрены с необычайной тщательностью.
Хозяин комнаты не протестовал против насилия, понимал: бесполезно.
Он сидел, склонясь немного вперед. Весь его вид, казалось, выражал невозмутимое спокойствие. Лишь большие… глаза явно насмешливо следили за действиями «блюстителей порядка». Обыск ничего не дал. Однако Кедров был арестован и отправлен в губернскую тюрьму.
Это был уже не первый арест молодого революционера. Кедров и впоследствии неоднократно подвергался тюремному заключению, преследовался царским правительством. Но никакие испытания не сломили стойкости несгибаемого революционера, закаленного бойца-ленинца.
Поделиться книгой: