Помоги проекту - поделись книгой:
Я беру часть нити, связанную с колонной, сжимаю её кулаке и направляюсь к длинному, опущенному занавесу. Держу голову высоко. Моя свободная рука чешется стащить ошейник, но я его не трогаю. Если мой похититель наблюдает за мной, а я уверена что так оно и есть, поскольку вокруг меня наверняка есть скрытые камеры— я не могу позволить ему увидеть то, как я колеблюсь.
Я делаю глубокий вдох и иду к занавешенной стене. Целеустремленно иду вперед. Я не сомневаюсь. Я не вернусь. Страх небольшого шока не будет препятствовать мне, проверять истинные пределы этой тюрьмы.
Нить натягивается, и я останавливаюсь.
Следующие несколько шагов определят все.
Я смотрю в пол, чтобы отметить мое положение. Возможно, он хочет держать меня в невидимой клетке?
В клетке моего собственного воображения?
Я отпускаю нить и твердо ступаю вперед.
Ничего не происходит.
Рискну еще раз.
Снова, ничего.
Уголок моей губы дергается, в намеке на улыбку. Я не позволю себя обманывать. Но, я еще не дома и не свободна.
Занавешенная стена – еще в тридцати с лишним шагах от меня.
Я делаю еще два шага вперед, и, когда ничего не происходит, начинаю идти более активно.
Моя прогулка обрывается острым небольшим ударом под левым ухом.
Это поражает меня. Похоже, что в ошейнике действительно есть ток.
Я напрягаюсь и жду большего.
Когда второго удара не следует, я позволяю улыбке перерасти в удовлетворенную ухмылку. Я была уверена, что в ошейнике не может содержаться достаточно тока, чтобы причинить мне боль.
Что, батарейка кончилась?
Очень довольная собой, я иду к занавесу, и к своей надежде на освобождение.
Сильный удар тока пронизывает меня. Целую секунду я стою выпрямившись во весь рост, но затем мои ноги начинают подкашиваться.
Ток вливается в меня. Я мечусь из стороны в сторону, как подкошенная. Жестокие конвульсии содрогают мое тело.
Все, что я чувствую - это боль, боль,
Я ощущаю, как источник тока обтягивает мою шею. Я беспомощна против борьбы с этим натиском. Моя голова вертится на земле, волосы падают на лицо. Визг звучит в ушах, и я отчаянно надеюсь, что этот жалостный звук принадлежит не мне.
Глаза закрываются, и все вокруг чернеет.
Глава 2
Настоящее время - октябрь 2013
Я просыпаюсь с удушьем и вытягиваюсь в струнку.
Мой мозг потихоньку начинает распознавать, где я нахожусь, поскольку я чувствую себя больной. Я не могу остановить рефлекс. Я поворачиваюсь и меня начинает тошнить. Меня рвет, пока все содержимое моего желудка не извергнуто. Но этого видимо недостаточно. Мои кишки продолжают сокращаться, вызывая рвотные позывы снова, и снова, и снова.
Желчь обжигает горло. Слезы текут по лицу. Вся спина в поту. Я очень слаба, и это так убого. Меня вновь тошнит от гнилого запаха. Такое чувство, что мой живот вывернут наизнанку. Внутренности
Когда судороги окончательно проходят, уверенная в том, что худшее уже позади, я падаю в обморок. Я подгибаю колени и сворачиваюсь в комочек, плотно прижимая руки к груди. Это наиболее защитная позиция, которую я знаю.
Запах моей рвоты заполняет меня. Это настолько противно, что меня чуть снова не начинает рвать. Я переворачиваюсь на другую сторону, чтобы уйти.
Я в шоке, когда вижу мраморную колонну в дюйме от носа. Я была так далеко, когда потеряла сознание из-за…
Еще большее отвращение наступает от воспоминания об авторе того письма. Я начинаю плакать. Что еще он успел сделать со мной, пока я была без сознания?
Моя блузка взмокла от пота. Я не избавиться от этого запаха. Дыхание и того хуже, на языке так и вертится ужасный привкус.
На удивление я не обмочилась.
Справиться. Я не могу справиться. Я не могу справиться с этим.
Я закрываю глаза и дрейфую далеко к месту, где боль не такая ужасная…
Глава 3
Одиннадцать лет назад – 2002
Лето. Мне двенадцать лет. Мама и ее друг отправились к домику у озера. Я исследую леса поблизости. Здесь, я могу быть сама собой.
Я воображаю, будто я – известная исследовательница, которая впервые открыла новую землю. На деревьях висят экзотические фрукты синего, как небо, цвета и на вкус, как карамель. Кусты в поле образуют логово лисы матери. У нее есть пять щенков, чтобы позаботиться о её последнем выводке. Они постоянно голодные, поэтому она обитает поблизости, чтобы кормить их фруктами.
Я начинаю подниматься на небольшой выступ, карабкаясь по скалам, чтобы добраться до вершины. Долина с другой стороны скоро зацветет красивыми цветами. Я просто знаю это. Наконец я достигаю наивысшей точки…
Вдруг мое внимание привлекает странное каменное сооружение вдалеке.
Опустив палку на землю, использованная мною в качестве трости, я вскакиваю, спотыкаясь о что-то живое, вызывающее острые ощущения!
Мои ноги несут меня вперед, постукивая сандалиями по земле. Я останавливаюсь, справа от сооружения.
Оно большое. И ужасное. Должно быть здесь не было никого многие годы. Камни составляют три твердые стены, похожие на дом. Четвертую, по всей видимости, разрушило упавшее дерево. Я не вижу крышу.
Какие люди могли жить в таком месте, да еще и без крыши? Разве они не промокли бы, пойди дождь?
Я обхожу его вокруг. С другой стороны есть массивная дверь. Она гнилая, и когда я толкаю её, она не сдвигается с места. Это нормально — я и подумать не могла, что это будет легко.
Я смотрю на пластмассовые игрушечные часы, которые мне подарили на день рождении моего лучшего друга. Они показывают двенадцать минут шестого. Мама сказала вернуться в восемь. У меня еще есть время.
Остановившись, я лицом к лицу сталкиваюсь с разрушенной стеной. Мои глаза пробегают по стволу дерева. Если я заберусь по нему, может быть я смогу зайти вовнутрь. Кто знает,
Я использую раскопанные корни в качестве точек опоры и поднимаюсь на вершину ствола. Он широкий, и по нему довольно легко ходить, даже в сандалиях. Я всегда думала, что сандалии - неподходящая обувь для исследований, пока не поняла, что смогу пересечь ручьи, не намочив носки.
- Круто, бормочу я, смотря на стену впервые. В доме земляной пол и старый стол в углу. Один стул без ножки. Вдоль противоположной стены лежит маленький коврик размером с кровать. Также я замечаю остатки камина прямо там, где упало дерево.
Присев на корточки, я хватаюсь за ветку. В отличие от других девочек, я никогда не боялась содрать коленки или насадить шишак. Я не боюсь высоты. Моя мама говорит, что бесстрашие досталось мне от папы. Кто знает, может это и правда, хоть я и никогда его не видела. Мама всегда волнуется, когда я прихожу домой грязная и в синяках после игр с соседскими мальчишками.
Однажды мама спросила меня, почему я больше не играю с Кэрри, дочерью ее подруги.
- С мальчиками намного интереснее, говорю я ей.
- Девочки моего возраста такие скучные.
Она смеялась и теребила мои волосы.
Спрыгнув с места, я слегка покачиваюсь. Мои ноги болтаются высоко над полом, но я не боюсь. Я продолжаю идти. После возможности свободного падения я падаю на землю с
В том месте, где я приземляюсь, поднимается облако пыли. Сделав несколько шагов, я слышу хруст веток и сухих листьев. Место пахнет плесенью, совсем как полки старой библиотеки.
Я направляюсь к двери, чтобы посмотреть, почему они не открываются, на что обнаруживаю ее заваленной упавшей веткой. Прижимаюсь к ней плечом и убираю в сторону. Она сухая и не очень тяжелая. Толкнув дверь, я с восхищением смеюсь, когда она отворяется.
Счастливая, что мне не придется залезать на дерево снова, чтобы выйти, я начинаю изучать место. Для начала подхожу к столу. Внизу стоит старый мешок.
Я наклоняюсь и заползаю под стол, чтобы посмотреть.
Вдруг порхание крыльев привлекает мое внимание, отчего я подскакиваю и ударяюсь головой об стол.
Оглядываюсь назад на черную птицу, которая приземляется на одну из стен.
- Убирайся!
Кричу я. Моя голова болит, из-за чего у меня возникает желание наброситься на неё.
- Убирайся отсюда, ты, глупая птица!
Я беру камень и бросаю его в ворону.
Птица взлетает, и мой камень отскакивает от стены.
- Скатертью дорога, бормочу я. После чего снова возвращаюсь к мешку. Беру его в руки и развязываю.
Самое мерзкое зловоние, которым мне только удавалось дышать. Напоминает гнилой лук и мусор, оставленный на неделю на солнце. Меня тошнит.
- Отвратительно! Вытираю руку об шорты. Как же много сокровищ.
Разочаровавшись, я поднимаюсь на ноги и замечаю старый коврик.
Останавливаюсь и осматриваю его. Он совсем не плоский, как мне казалось. Внизу есть шероховатая платформа.
Заинтригованная, я направляюсь к нему. На сей раз я не забываю закрывать нос и поворачиваться в сторону, когда беру один угол коврика и поднимаю его.
Крик ослепляющего ужаса вырывается из моего горла. Ужас заглушает каждую мысль в моей голове.
Там скелет.
Я спотыкаюсь. Моя пятка задевает камень на земле, отчего я снова спотыкаюсь и падаю, но когда моя спина касается земли, я издаю стон. Грязь и осколки камешков попадают мне в уши.
Затем я падаю снова, проваливаясь
Мое тело ударяется о множество мягких досок. Каждая гнилее, следующей, и даже моего скудного веса достаточно, чтобы сломать их. Боль пронзает меня, поскольку я падаю, как тряпичная кукла. Моё тело падает на пол с такой силой, что в моих легких не остается воздуха.
В моих ушах стоит звон, а мое сердце бешено колотится в груди. Боль пронзает каждый сантиметр моего тела острыми, жесткими ударами.
Через какое-то время я распознаю уже знакомый мне звук. Он так далеко надо мной, что возникает такое ощущение, будто я глубоко под водой. Слабо открываю глаза, не в силах даже кричать, и искать...
Проклятая птица. Проклятая спина!
Я хныкаю, так как боль начинает усиливаться. Все мое тело горит, но часть боли проходит. Отчасти.
Я смотрю на зияющее отверстие в потолке, через которое я упала. Свет слабо просачивается. Смутное очертание форм в моей голове.
Тень затмевает свет. Я вижу, как черные, колеблющиеся крылья успокаиваются, и ворон садится на край отверстия с другими воронами.
Поделиться книгой: