Майя. Дилогия (СИ)

Михаил Щукин

Майя

Майя. Часть 1

Пролог. Мир Арден

Арден. Это мир, чем-то похожий на Землю. Здесь есть два больших континента и множество островов, собранных в несколько архипелагов.

Из разумных тут обитают люди. Но жителям мира Арден известны и расы нелюдей, населяющие другие миры. Некоторые из которых граничат с их миром.

История мира ничем не отличалась от истории Земли. Рождавшиеся в начале небольшие, даже крошечные государства, развивались, воевали друг с другом. Одни побеждали и поглощали соседей, постепенно перерастая в империи. Другие погибали, что бы на их месте рождались другие и начинали свой путь в этом мире. Со временем, государств, становилось все меньше, а уцелевшие занимали все большие площади.

Люди, то воюя друг с другом, то заключая союзы, так же, как и на Земле постепенно развивали науку и культуру.

Здесь нет магии, в известном понимании. Люди не могут силой разума двигать горы, швыряться огненными шарами и прочим. Но, в этом мире знают об ауре, или по научному биополе, присущем каждому живому существу. Здесь научились с помощью особых техник контролировать свою ауру, и при необходимости, воздействовать через нее и помогать тем, кто нуждается в лечении. Одна из наиболее развитой и сложной, носит название Альтер.

Но обучение технике альтер начиналось в двух-трех летнем возрасте, с развития тела и особенно пальцев у детей, как правило, девочек, Далеко не каждый ребенок проходил весь путь от ученика или ученицы и далее, до адепта. Мастерами же техники альтер и вовсе становились единицы.

Иногда, на полях сражений, или в мирное время, вдруг появлялись разумные, от природы, обладавшие особыми способностями к восприятию и главное анализу информации. Они были способны интуитивно принимать единственно верные решения, основываясь на неполных, часто разрозненных данных. Как и на Земле, о времена мелких государств, такие представители разных рас часто становились великими учеными, полководцами, а иногда и королями. В мире Арден, обладавших такими способностями начали называть «правящими». Позже, в эпоху огромных потоков информации, за правящими началась настоящая охота государств, от результатов которой начинало зависеть развитие целых империй. Даже были разработаны целые программы для поиска потенциальных правящих среди детей разных сословий в как можно раннем возрасте.

Местные жители, с начала времен знали о существовании смежных миров, от которых их отделяла, от природы, тонкая грань межпространства. И существование естественных межмировых переходов секретом не было. Некоторые из этих миров имели своих разумных жителей и не обязательно людей, другие — нет. В последние, с мира Арден уходили колонисты, с первыми — испокон веков воевали, заключали союзы, захватывали территории. Со временем, такие территории, называемые внешними, включались в состав империй в качестве внешних провинций. А мир Арден постепенно становился центром того, что все чаще называлось столичным миром. Так, выросла империя Арден, одна из многих империй и королевств того, что было объединено сетью природных телепортационных переходов и называлось Объединенными мирами.

Так уж устроена вселенная, что обязательно находятся и другие обитаемые миры, не пригодные для нормальной жизни, там не бывает разумных, но есть твари, среди которых немало хищников, которые больше нигде не встречаются. От природы хорошо защищенные, быстрые и верткие, не знавшие жалости, они обладали способностью чувствовать и проникать через переходы в другие миры, сея в них панику и ужас.

Жители Арден многие века учились сражаться и противостоять этой напасти. В обычное время, они с успехом охотились на таких пришельцев, по одиночке или небольшими группами, проникавшими в их мир. Иногда, в силу природных катаклизмов, или просто из-за неудачно сложившегося положения звезд, межмировая граница истончалось до еле заметной грани. Истончалась на столько, что начинали появляться временные переходы, которые прежде чем затянуться, могли пропустить через себя целые волны самых разнообразных тварей, начинавших в такое время, целенаправленную миграцию в более приветливые миры. Через такие межмировые разрывы начинала проникать сама атмосфера чуждых миров, губительная для всего живого в округе. Приходили болезни, к которым небыли привычны местные жители. Такие времена жители Ардэн называли «Расколом».

В истории Ардэн, было несколько таких волн вторжения, и каждая из них вела к длительной, подчас многолетней борьбе, в которой не было ни переговоров, ни пленных. Королевства, а потом и империи, в такие времена, научились откладывать свои споры в сторону, и организовывать оборону если не сообща, то хотя бы не мешая друг другу. Да и к чему воевать с соседом, если после Раскола он, возможно, уже не будет существовать?

Расколы были редки, происходили раз в несколько сотен, а то и тысяч лет, но всегда приводили к упадку цивилизации Арден. После каждого вторжения, жителям приходилось восстанавливать все заново. И многим землям, по которым прокатывалась чуждая волна, требовалось десятилетия, что б на них снова появилась жизнь.

Последней интервал между расколами продлился почти девять сотен лет. За такой, громадный перерыв, цивилизация достигла своего рассвета. Техника далеко шагнула по пути своего развития. Ученые замахнулись на управление геномом людей и не людей. Они задумали создать более совершенных представителей своих рас. Которые были бы лучшими воинами, чем обычные представители людей. Им удалось создать людей и даже нелюдей, обладавшими лучшей реакцией, силой и выносливостью. Измененных представителей разных рас в народе так и стали назвать «измененные». Позже, это название стало официальным.

Естественно, улучшение было дорогим удовольствием, и шли на него богатые семьи аристократов, которые, в конце концов, и стали носителями всех изменений, сформировав саму настоящую касту «измененных».

На пике эйфории от успехов, ученые замахнулись и на создание искусственных правящих. Новые изменения в геноме позволили получить похожие способности. Доступ к таким изменениям постарались оставить за собой только правящие элиты общества, максимально ограничившие круг ученых, способных проводить подобные операции. На поверку, все же они оказались заметно слабее природных способностей. Они могли охватывать большие потоки информации, и процент их верных решений так же оказывался высоким. Измененные правящие так же могли действовать в условиях нехватки данных и на уровне интуиции. Но, к сожалению, они не были универсальны. Если одни лучше работали в области тактических решений, то другие более эффективными оказывались в стратегии, или оперативном управлении. Зато, измененные правящие оказались выносливее природных. А главное, их способности могли передаваться по наследству.

Отрезвление от успехов генетиков пришло позже, через поколение. Вмешательство в дела бога привели к страшным последствиям. Внесенные изменения не могли учесть всех нюансов мозга и тела разумных. И уже на втором поколении стало ясно, что они приводят к непредвиденному развитию новообразований в мозге, с которыми оказались связаны все полезные свойства измененных. Развитие новых способностей у измененных происходило скачками, разделенными длительным перерывом, когда можно было развивать и тренироваться с ними. Моменты резкого развития стали называть «переходом» и каждый измененный вынужден был их тщательно отслеживать. Все измененные, хоть и в разной степени, оказались крайне чувствительны к погодным аномалиям, и в сезоны циклонов начинали испытывать сильнейшие головные боли, часто сопровождавшиеся судорогами, вплоть до потери сознания. В медицине это явление стало назваться «синдром измененных». Его признаки, также проявлялись и во время перехода. Особенно тяжелыми были переходы совпадающие с сильными тайфунами. Тогда, судороги могли привести даже к переломам костей и разрывам связок. Поэтому, в столичном мире империи Арден наиболее опасным для измененных был сезон бурь, длившийся больше месяца.

Естественно, что особенно сильно это сказалось на правящих, для которых соответственно появился и особый термин «синдром правящих». При этом усовершенствованные физические способности изменили их метаболизм, и общераспространенные средства от боли оказались для них бесполезны. В каждом, конкретном случае пришлось разрабатывать отдельные успокаивающие средства. А изменения с взрослением организма требовали постоянного их совершенствования.

Начавшиеся интенсивные работы по исправлению ситуации были внезапно прерваны, разразившимся Расколом.

Раскол произошел внезапно и охватил сразу большие территории на обоих континентах столичного мира и части внешних провинций и впоследствии, поучил название «Великий». Борьба затянулась на долгие десятилетия и привела к разрушению большинства городов на поверхности. Жители уцелевших городов, спасаясь от тварей вынуждены были уйти под землю, где возникли настоящие многоуровневые лабиринты, часто связанные между собой многокилометровыми тоннелями. Под конец Раскола, южный континент полностью превратился в мертвые пустынные земли, на которых даже спустя четыреста лет не смогла зацепиться жизнь. А население северного — сократилось в несколько раз. В Арден сохранилось всего несколько крупных городов на северном материке и промышленность на удаленных островах. Восстановление империи начиналось за счет внешних провинций.

Но если техника и общие науки удалось сохранить и начать на руинах восстанавливать былое величие империи, то достижения передовой науки были сосредоточены в столичном мире. Из-за внезапности вторжения, лаборатории и архивы оказались в руинах, вместе с городами. А выживших ученых оставалось слишком мало, что бы организовать возрождение целых направлений науки. Достижения генетиков оказались утеряны, а попытки управления геномом признаны ошибочными и запрещены.

Глава 1. Маленький мастер Альтер

Высокий, немолодой мужчина с проседью в густых волосах стоял посреди двора и ребром ладони касался предплечья стоящей перед ним в стойке невысокой девочки.

— Майя, не отвлекайся, если не хочешь ходить с синяком. Больше не буду предупреждать!

Девочка, названная Майей, досадливо поморщилась и тут же скорчила гримаску младшему брату, сидящему на краю утоптанного тренировочного круга.

— Пап, ну чего он меня смешит?

— Во время боя все, что тебя может отвлечь, это оружие против тебя. Сколько раз говорить об этом. Лютимир младше тебя на семь лет, но работает с гораздо большим вниманием.

— Ну, пап, ну где ты видел, чтоб на мастера альтер нападали. Да и защитники на что, я вон Лютика возьму к себе. Братик, будешь моим защитником.

— Ага. — Чумазый мальчуган лет пяти, в одних штанах до щиколоток, проказливо улыбнулся. Я тебя ото всех защитю, вот только выучусь и защитю.

— В жизни все возможно, дочь. — Тяжело вздохнул отец. — Защитник это хорошо, но и сама должна не растеряться.

— Да?! А мама? — Девочка склонила голову к левому плечу и провокационно посмотрела на отца. Прекрасно понимая, что дочь пытается прекратить неудачную тренировку, отец все же поддался на провокацию.

— Лили, наша дочь сомневается в твоих боевых способностях.

— Нет уж дорогой, этот номер уже староват! Всегда веселее смотреть, как мы с тобой друг друга мутузим, вместо отработки техники. — Светловолосая женщина лет сорока шутливо подошла от крыльца дома и шлепнула по затылку дочь. — Давай-ка в кабинет постреленок, через пару дней выезжаем. В обители тебе времени не дадут. Экзамен начнется сразу, как приедем, и без всяких скидок. Так что вперед.

Не меняя нарочито грустной рожицы и опустив голову, девочка поплелась в дом, демонстративно заплетаясь ногами и поднимая пыль. Добредя так до крыльца, она весело подпрыгнула, обернулась, показала брату язык и скрылась в проеме двери.

— Ну что Лютик, теперь твой черед. — Отец повернулся к сыну и тот живо вскочил на ноги.

— Опять палка!

— Нет, палкой занимались последний месяц, теперь это останется только для разминки. Берись за меч.

Мальчуган неуверенно вытянул из стойки небольшой узкий металлический клинок, больше похожий на длинный кинжал, но идеально подходящий для руки шестилетнего мальчика.

— Пап, а может деревянным?

— С деревяшками пусть занимаются неучи в местной школе и неженки из аристократов. Те, кто боится лишний раз поцарапаться. Настоящий клановый Защитник должен привыкать к боевому оружию сразу, и знать цену, как своему уменью, так и своим ошибкам. В прочем, мы не в горном клане, так что если боишься, можно отправить тебя в Морст, к какому-нибудь учителю. Махать деревяшкой он тебя точно научит.

Лютимир отчаянно замотал головой. Эти разговоры он знал сколько себя помнил. Только велись они раньше с его сестрой. Так что традиции горного клана, к которому принадлежал отец, и в которых он пытался воспитывать своих детей, мальчишка знал хорошо. Клан славился по всей империи своими бойцами.

Выходцы из горных кланов владели техникой Кири — сложным, но эффективным искусством ближнего боя. Техника не была секретом, и клан не отказывался учить ей всех желающих. Вот только было одно но. Для овладения мастерством, даже средненьким, требовалось начинать тренировки в возрасте 4–5 лет. В этом, он чем-то был сродни технике Альтери.

Обучение было не только изнурительным, но даже болезненным. Мало того, что от детей требовалась постоянная отличная физическая форма, включающая и растяжку всех мышц и сухожилий, отжимы и прочее. Все тренировки шли в спаррингах в полный контакт. Исключения не делалось даже для малышей. Показали прием, показали защиту и вперед. Поэтому, синяки и ссадины, а то и вывихи на занятиях были не только частыми, но даже правилом.

Учителя старались избегать только серьезных травм и смертельных случаев. Поэтому, в клане спарринги допускались только между равными учениками. Считалось, что это приучает будущего воина не только терпеть боль, но воспитывает умение владеть собой. Исходя из этих же соображений, при овладении оружием, на тренировках просто никогда не использовали учебные имитации. Только боевое, только настоящее, изготовленное под каждого ученика. Отрабатываешь приемы на манекене или с опытным наставником. А когда сам решишь, что готов, и наставник подтвердит, сходишься в тренировочном поединке со своими сверстниками. Умение не только нанести удар, но и вовремя сдержать его, ограничится царапиной, а не раной, среди клановцев ценилось не менее высоко. Работать мечём, как топором может и мясник. Недаром, бойцы горного клана считались лучшими, и могли позволить себе выбирать, где и кому служить. Чаще всего они становились Защитниками обителей Альтери, где и проводили свою жизнь, охраняя и сопровождая живущих в них мастеров.

Максимилиан был Защитником при обители альтер, где и встретил свою жену, тогда еще послушницу Лилину, ставшую, в последствии, Мастером техники альтер. Таинственной техники, мастера которой могли лечить своей аурой и воздействуя на чувствительные точки на теле человека и добиваясь удивительных результатов.

— Майя, ты все правильно делаешь, но как ты держишь пальцы и зачем вкладываешь столько усилий? С таким расходом сил, ты просто не сможешь закончить простейшую процедуру.

Мать выговаривала девочке после ухода очередной пациентки, ради работы с которой и отозвала дочь с тренировок отца.

— Ну да, «простейшую»! — Майя вновь надула губки. Она знала, что все сделала правильно и воспринимала происходящее как некую традиционную игру. Мама ведь мастер, а мастер обязан находить в действиях своей ученицы любые недостатки и выговаривать за них. — У нее рука скоро уже отнимется, артрит же!

— Майя, тебе уже двенадцать лет, ты адептка с восьми и будешь сдавать экзамен на мастера первой ступени. Все должно быть безупречно.

— Мам, ну что ты опять заводишься, ты же сама говорила, что я готова. Стану я мастером и мы утрем нос этой Гринде.

— Майя…! Женщина с возмущением смотрела на дочь — Мастер-настоятель обители достойна уважения, в том числе и от тебя!

— Ну да — скепсис Майи был написан на ее личике, а чего она тогда к тебе цепляется. После связи с ней, ты всегда раздраженная ходишь.

— Мы расходимся с Гриндой в подходах к нашей работе, но это не мешает нам уважать друг друга, и уж точно никак не касается тебя. В конце концов, ты не собираешься посвятить всю жизнь Альтер. Как ты, сама же и говорила.

— Ну да, но все, чему ты меня учишь, это «родовые навыки и я должна передать их по наследству». Помню, помню — девочка отчаянно закивала головой и весело обняла мать. — Я стану мастером и передам все кому там надо, не волнуйся.

— Не только для этого, дочка, с умением альтер ты ни от кого не будешь зависеть и нигде не пропадешь.

Мама девочки еще раз строго посмотрела на дочь, прижавшуюся к ней, и с улыбкой щелкнула по ее носу.

Последующие два дня, семейство Винсенских провело в суете сборов, волнениях по поводу приближающихся экзаменов и беспокойстве за оставляемое на несколько дней домашнее хозяйство.

Спустя два дня, глайдер, похожий на легковой автомобиль без колес, плавно скользил в нескольких сантиметрах над ровной поверхностью дороги.

Погода для поездки выдалась очень неудачной. Сильная гроза началась еще ночью, а утром дождь только усилился. Но было решено поездку не отменять. Разговаривать при такой грозе было сложно, и все семейство вот уже пол дня тихо сидело в машине, вынужденно любуясь разбегающимися по стеклу струйками воды.

— После моста будет кемпинг, там пообедаем. — Успокаивающе сказал отец — Гроза, похоже, не собирается затихать, так что там и заночуем. Дальше ничего подходящего до ночи не найдем.

Никто не возражал. Дети только встрепенулись и с надеждой стали вглядываться в струи дождя, сквозь стену из которых неслась машина.

Машина на большой скорости вписалась в поворот, и вылетела на небольшой мост через речку.

Яркая вспышка молнии расчертила серое небо и закончилась на глайдере. Грохот грома смешался с треском и криками детей, из-под панели посыпались яркие искры. Потеряв управление, машина резко вильнула в строну и завалилась набок, чиркнула своим краем по мокрой поверхности дороги. Превратившаяся в ловушку железная коробка продолжила движение по инерции, с грохотом проломила ограждение, перевалилась через край моста и кувыркаясь понеслась вниз.

Перед страшным ударом, девочка еще успела увидеть несущуюся в лобовое стекло землю. Исковерканный глайдер еще дважды перевернулся, сполз по мокрому склону почти до реки и замер в луже грязи. По искореженному металлу продолжали барабанить струи дождя.

Возращение сознания сопровождалось болью и звуками безнадежного плача. Открыв глаза, Майя с ужасом посмотрела на неподвижные тела родителей.

— Мама, папа — еще не веря своим глазам тихо позвала девочка.

Родители оставались недвижимы. Хлесткие струи продолжающегося дождя проникали в разбитые окна и медленно смывали кровь с их лиц.

Наступившее отупение прорвала острая боль в боку, и почти сразу вновь стали слышны всхлипы.

С трудом повернув голову Майя увидела своего брата. Мальчик сидел рядом, так же как и она зажатый между передним креслом и смятым от чудовищного удара металлом.

— Лютик!

— Ры-ыська-а-а!!! Мальчик сделал резкое движение, как будто попытался обнять старшую сестру и сразу застонал.

— Что, что болит?

— Ноги, я не могу их вынуть. Мальчик судорожно вздохнул и зажмурился. Ведь папа всегда учил, что мужчина должен быть сильным, а теперь он в семье единственный мужчина.

Майя прислушалась к себе и попыталась освободить ноги. Покореженная машина похоже спасла жизнь пассажирам на заднем сидении, и даже от тяжелых ранений, но передние кресла сместившись от удара лишили их возможности самостоятельно выйти на свободу.

Девочка с усилием, как это не раз делала на маминых уроках, отодвинула свои переживания вглубь себя и снова повернулась к брату.

Ничего, скоро нас обнаружат и спасут. С деланной бодростью она протянула руку и погладила по голове ребенка — Сильно болит?

— Ага, особенно, правая.

— Не двигайся, я попробую справиться.

Стараясь не вспоминать о смерти родителей, девочка сосредоточено опустила руку к бедру мальчика дотягиваться до нужных точек на теле и сильно нажала блокируя боль. Облегченный выдох показал, что трудное движение увенчалось успехом.

— Пару часов можно и так, а потом тебе помогут — Майя смахнула испарину и постаралась ответить на улыбку младшего брата.

Дождь продолжал хлестать по искореженной машине уже не один час, а помощь все никак не шла. Намокшая грязь на склонах, смешанная с травой и щепкам от дождя превратилась в жижу и медленно проникала в щели дыры в корпусе машины. Черная вязкая и холодная масса начала постепенно заполнять салон вместе детьми.

Что бы поддержать друг друга каждый из детей старательно прятал поступающий ужас, но постепенно уставшие, они начали впадать в состояние полусна, иногда как бы просыпаясь, но только для того, что бы подбодрить друг друга.

Сквозь полусон девочка апатично отметила, что шум дождя наконец то прекратился. Но поглощающий холод от грязи, в которой теперь сидели дети, заставил наконец угаснуть измученное сознание.

Глава 2. Возвращение

Ощущение реальности возвращалось медленно. С начала, появилось ощущение тишины, чистой постели и тепла. Майя с облегчением подумала о кошмаре, который ей приснился, поежилась и постаралась его забыть. Открыв глаза, она с недоумением посмотрела в белый потолок, окинула взглядом незнакомую какую-то казенную маленькую комнату и капельницу около кровати. Осознание реальности сопровождалось пониманием, что кошмарные воспоминания все же не были сном.

Боли не было, спасительная апатия уже начала отступать, когда дверь открылась, и вошел молодой человек в белом халате. Вежливо поздоровавшись, он прослушал пульс, что-то записал в карточку и спокойным голосом сообщил, что все в порядке и Майя будет выписана сегодня же. Почти сразу, в палату вошла медсестра с одеждой и приблизилась к кровати. Все еще ничего, не понимая, Майя с усилием поднялась с кровати, оделась и вышла в коридор. Ее уже ждали.

Уже знакомый доктор, все так же вежливо и отстраненно окинул взглядом Маю и обернулся к двум мужчинам.

— Ну, вот и она. Господин следователь, девушка абсолютно здорова, небольшая заторможенность от введенного ей успокоительного продлится еще пару часов. Серьезных повреждений нет, царапины пройдут, а последствия переохлаждения от длительного нахождения в грязи мы сняли.

Медсестра протянула тонкую папку мужчине, которого назвали следователем.

Доктор повернулся к девочке.

— Вы находитесь в больнице уже 10-й день. Все что возможно, мы сделали и ваша медицинская страховка аннулируется, так же как и вашего брата. Эти два господина — инспекторы из полиции и исполнительной службы, которые и займутся вашими делами.

Невысокий мужчина, взял папку у медсестры и равнодушно посмотрел на девочку.

— Я сочувствую вашей потере, но, к сожалению, доктор прав и вам придется проехать с нами.

— А, где Лютимир?

— Ваш брат уже в машине.

Двое мужчин встали по бокам девочки, и она, как под конвоем, пошла по пустому коридору к выходу. Редкие пациенты и персонал больницы с любопытством косились на странную процессию, но никто не попытался вмешаться.

Около крыльца стоял полицейский глайдер, в заднем зарешеченном окне которого Майя увидела такое же недоуменное лицо младшего брата.

Дверца машины открылась, и ее втолкнули на заднее сидение.