Успеть повернуть направо

– Мне нравится. Я поддерживаю. Может, старинный особняк какой-нибудь за городом? Ну, с природой там и всё такое, – говорит Даша.

– Даш, мы поняли, что главное условие – наличие винного погреба. Можешь быть спокойна, будет он там.

– Да нет, что ты. Я так просто…

– Ага, как же. Хотя у меня тоже трубы горят уже. И ноги гудят. – Лиза начинает притворно хныкать.

– Ладно, девочки, немного осталось, – говорю я и смотрю на небо, которое затянуло тучами. – До дождя бы успеть.

Я открываю приложение по поиску отелей и вбиваю: «Бордо, Франция». Предпочтительное местонахождение – за городом. На экран телефона выводятся несколько предложений с описаниями и ценами. Я скролю вниз, останавливаюсь на одном из приглянувшихся, смотрю описание и наличие мест на сегодня, но не читаю комментарии. У меня своя система. Я никогда не полагаюсь на отзывы о гостиницах. Потому что они всегда субъективные. Ведь кто-то привык отдыхать всю жизнь в Турции с опцией «всё включено», по горящим путёвкам, а у других карта особо важной персоны в «Ритце». Зато можно доверять фотографиям в Инстаграме. Я копирую название отеля, вставляю в строку поиска по местам в приложении и смотрю, как там на самом деле. Ага, есть виноградники, сельская местность, что-то типа замка, маленькие комнатки, селфи в зеркале, селфи в зеркале, селфи в зеркале, огромный камин в фойе, снова селфи. Ну, вроде неплохо, но надо посмотреть и другие предложения.

Пролистываю ещё пару-тройку отелей. В конечном счёте наш выбор падает на «Шато Гранд-Барил». Отреставрированный загородный отель с бежевым фасадом и башенками в южном стиле. Мне он приглянулся из-за удалённости от города, красивого пейзажа за окном и тысяч фотографий блюд, которые готовит их ресторанчик. Я не обжора, но когда я вне дома, внутри меня просыпается что-то жадное и просит: «Дай! Дай! Дай!» – если речь заходит о еде. Но я люблю разнообразие, и маленькие французские порции прекрасно мне подходят.

Уже стемнело, начал накрапывать дождик. Ехать оставалось ещё примерно километров сто. Мы недавно ушли с широкой трассы и свернули на довольно узкую, однополосную дорогу. Машин тут совсем не было. Я уже была вся в грёзах о тёплой и большой постели, а пустой желудок молил меня о разных вкусностях, в то время как девчонки обсуждали какой-то новый фильм, как вдруг раздался громкий хлопок и машину начало носить из стороны в сторону. Лиза крепко вцепилась в руль и изо всех сил старалась не потерять управление. Меня пару раз ударило головой о боковое стекло, а Даша сзади начала истошно кричать. Давя на педаль тормоза и выкручивая руль вправо, Лизе всё же удалось остановить автомобиль. Нас развернуло почти на сто восемьдесят градусов. Я держалась за ушибленную голову, Даша скулила, а Лиза так и держалась за руль с абсолютно остекленевшим взглядом.

– Даша, мать твою, заткнись! – Я накричала на неё. – Лиз, съезжай с дороги.

Но та не реагировала.

– Лиза! Очнись. – Я начала трясти её за плечи. – Аллё, ты тут?

– А? Что? – Она подскочила на сиденье.

– На обочину выруливай, говорю.

Она начинает отъезжать и это сопровождается жутким шумом с правой стороны. После того как она выключила зажигание, мы так и просидели в машине некоторое время, пока невероятный по звуку гром и ослепительная молния не вывели нас из ступора. Мы втроём хором вскрикнули и выругались.

– Всё! Приехали! – обречённо сказала Лиза, откинувшись на подголовник и закрыв глаза.

– Спокойствие! Не паникуем, девчонки. Уверена, ничего страшного не случилось. Наверное, колесо лопнуло. – Я пытаюсь говорить максимально спокойным тоном, хотя с большим трудом получается унять дрожь в теле. – Нужно просто выйти и посмотреть.

Как только я заканчиваю фразу, небо озаряет ещё одна молния и моросящий дождь превращается в ливень.

– Кто пойдёт? – тихо разнёсся голос Даши.

– Все! – решительно говорю я. – Так, есть фонарик у кого-нибудь?

– Посмотри в бардачке, – предлагает Лиза.

Я открываю бардачок и начинаю копаться в его содержимом. И к удаче нахожу компактный швейцарский ножик, в котором, кроме всего прочего, есть и фонарик.

– Ну что, выходим? – спрашиваю я, но в ответ получаю лишь тишину. – Значит, выходим.

Быстро выскочив из машины, мы собираемся у правого переднего колеса, и моя догадка подтверждается – оно разорвано в клочья. Усиленно роюсь в памяти, вспоминая, что делают в этих случаях. Так, надо его открутить и поменять на запасное. А перед этим машину поднять с помощью домкрата. Ещё нужны специальные ключи.

– У тебя запаска есть?! – Я перекрикиваю дождь, обращаясь к Даше.

– Не знаю. Посмотри сама.

Я обхожу машину и открываю багажник. Прошу Лизу посветить мне фонариком и достаю поочерёдно наши сумки и чемоданы. Но, к сожалению, кроме аптечки, каких-то тряпок, полироли и аварийного треугольника ничего больше не нахожу. Проклятье! Я складываю обратно багаж и говорю девчонкам, чтобы сели в машину. Сама же отбегаю метров на десять назад и ставлю треугольник. Возвращаюсь к машине, вижу, что обе подруги сидят сзади и греются друг об друга, и решаю сесть на место водителя.

– Как тут печка включается? – спрашиваю я Дашу.

– П-п-понятия не имею. – Она стучит зубами от холода.

– Ага. – Я нахожу переключатель и включаю обогрев на полную мощность. Немного подумав, включаю и аварийку.

Потихоньку мы начинаем согреваться и размышлять, что нам делать.

– Ну, про полицию, я считаю, даже думать не стоит. Вряд ли они по этой дороге в такое время проедут. Кстати, где мы вообще? – Я смотрю в навигатор и вижу, что мы километрах в ста от нашего отеля. – Так, примерный адрес есть. Даш, дай телефон вашей страховки.

– Ну, тут есть проблема… – Она мнётся.

– И какая? – Я поворачиваюсь к ней.

– Так как машина из гаража выезжает только пару раз в год, Ганс решил не делать на неё страховку. Чтобы не выкидывать деньги на ветер. Тем более она раритет и страховка очень дорогая.

– Да ты издеваешься! Чёрт! И что нам теперь делать? Я даже не знаю, куда звонить, чтобы эвакуатор вызвать.

– Может, загуглишь? – предлагает Лиза.

– Бесполезно, – отвечаю я. – Не знаю, как у тебя, но у меня Сети нет.

– Сейчас посмотрю, – говорит Лиза, доставая телефон из мокрых джинсов. – Та же фигня. Да что за напасть?

– Тотальное везение, только и всего, – саркастически отзываюсь я.

– Ну и какие мысли? На кого нам рассчитывать? – скорбно спрашивает Даша.

– Как всегда, подруга, только на самих себя. – Я понимаю, что девчонки сильно нервничают, поэтому пытаюсь казаться оптимистичной и подбадриваю их как могу. – Хорошо, что мы в машине, а не на улице. Разве, когда ты в тепле и с друзьями, а за окном льёт дождь, – не самое уютное чувство?

И как назло в эту же секунду прогремел гром такой силы, что чуть не оглушил нас. Мы сначала сидели не шелохнувшись, а затем истерично засмеялись. Не от веселья совсем. Просто у женщин две защитные реакции. Первая – это слёзы и рыдания, когда всё плохо. И вторая – истеричный смех, это когда всё очень плохо. Я чувствую, как Лиза с Дашей уже пожалели и отдали бы всё, лишь бы оказаться за пазухой у своих мужчин. А я… а мне и за пазухой быть не у кого. Я бы сейчас лежала дома, просматривала сайт РБК, пила вино, курила, нанесла бы на лицо омолаживающую маску, поставила все гаджеты на зарядку, включила первую часть «Дневник Бриджит Джонс» в оригинале и заснула бы под фильм. А утром начался бы точно такой же день, что и последние лет пять.

Прошло полчаса, ливень всё шёл, печка грела, сигареты курились, аккумулятор медленно садился, но идей, что нам делать, так и не появилось. Мы даже спели пару песен из Beatles, Queen и «Машины времени». От этого настроение немного поднялось, но проблема как была, так и осталась.

Мы уже подумывали заночевать тут и посменно дежурить, как вдалеке появился свет от фар автомобиля, он был достаточно далеко, но вселил в нас надежду.

– Машина! Лиз! Даш! Машина! – привлекаю я внимание подруг.

Они перегибаются через сиденья и смотрят вперёд.

– Что делать будем? – спрашивает Лиза.

– Моргай ему фарами! И сигналь, – подсказывает Даша.

Я изо всех сил начинаю давить на гудок и моргать фарами. Затем бросаю это дело, выбегаю на улицу и начинаю прыгать и размахивать руками. Фары проезжающей машины слепят меня, и мне не удаётся рассмотреть водителя. Я уж было подумала, что он проедет мимо, но, к нашей удаче, автомобиль останавливается и сдаёт назад. Увидев это, Лиза с Дашей тоже выходят из «Мустанга». А ливень всё усиливается. На лицах девчонок я вижу некоторое облегчение, появилась надежда на спасение.

Машина, что остановилась, была большим пикапом неизвестной мне марки. Судя по силуэту, в ней один человек, мужчина. И это не могло не радовать. Водитель включил аварийку, как и мы, и вылез под дождь. И тут, несмотря на весь пережитый стресс из-за аварии и развивающегося апокалипсиса над головой, дыхание у меня перехватило. Мужчина даже издали обладал такой сумасшедшей притягательностью, что я быстро позабыла о своих проблемах, меня беспокоило лишь то, что сейчас я похожа на мокрую мышь. На нём была белая льняная рубашка, причём, видимо, рабочая, так как она была чем-то измазана, но это лишь увеличивало градус мужественности. Джинсы и массивные ботинки на ногах. В то время как он приближался, я успела разглядеть его ещё лучше и поняла, что он не намного выше меня, а на его слегка смуглом лице виднеется лёгкая щетина. Мужчина подбежал к нам вплотную и произнёс:

– Bonne soirèe![10]

Чёрт, а вот по-французски из нас никто не говорит.

– Sprechen sie Deutsch?[11] – единственное, что находит сказать Даша.

– No[12], – отвечает мужчина.

– Do you speak English?[13] – спрашиваю я, выйдя из оцепенения.

– Mmm… a little bit… no[14]. – Он всё же отрицательно мотает головой, извиняюще улыбаясь.

– Блядь! – вырывается у Лизы.

– А вот по-русски я говорю, – неожиданно сказал он без малейшего акцента.

– Серьёзно? Боже, нам тогда очень повезло. – Мы с облегчением вздохнули.

– Что с вами случилось?

– Колесо лопнуло. На что-то на дороге напоролись.

– Ого! Вы в порядке? Целы?

– Да. Я только головой немножко ударилась, вот тут, – показываю ему то место, которым билась об стекло.

– Дайте-ка посмотреть. – Большими руками очень аккуратно он берет мою голову и осматривает ушиб. – Крови нет, но шишка точно будет. Не тошнит?

– От голода разве только, – говорю я, а сама смотрю ему прямо в глаза. Но слишком темно, не могу их хорошо разглядеть, зато за секунду до этого в широко расстегнутом вороте его рубашки заметила серебряный крестик.

– Я постараюсь вам помочь. – Он обходит «Мустанг» и смотрит на порванное колесо.

– Вам повезло, что машина устойчивая. Могли бы запросто перевернуться на такой мокрой дороге. Запаска есть?

– Что? – спрашивает Даша.

– Запасное колесо, в багажнике, есть? – Он перекрикивает грозу.

– К сожалению, нет, – говорю я.

– Так, понял. Сядьте в машину, не мокните. Сейчас придумаем что-нибудь, – обнадеживает он и убегает к своей машине.

Мы тотчас ныряем в салон и начинаем неистово дрожать от холода.

– Боже, дайте мне что-нибудь надеть, – обращаюсь я к девчонкам, понимая, что жутко околела.

– Ага. Мы заметили. Аж коленки подкосились, – смеется Лиза.

– Чего? Не поняла.

– Да ладно тебе, – поддакивает Даша. – Ты его взглядом пробурила насквозь.

– Перестань. Я просто вся промокла, меня хоть выжимай.

– Аха-ха-ха! Именно! – Они заливаются диким смехом.

– Да не в этом смысле! – Боже, какую чушь я сказала. – Дайте уже что-нибудь надеть, потеплее только.

– А может, попрозрачнее? – не унимается Даша.

– Даша, сейчас ты выйдешь из своей незастрахованной машины без запасного колеса и будешь ему помогать. Ясно? – Я пытаюсь быть очень строгой, но у меня плохо выходит. Лицо расплывается в улыбке.

– Да я б с радостью, Рит, – вздыхает Даша, – да вот Ганс, боюсь, будет против.

– Да чёрт тебя дери, дай мне просто кофту какую-нибудь.

– На, на. – Лиза протягивает мне кожанку. – Но на всякий случай, чтобы ты знала, ты чертовски сексуальна с мокрыми волосами.

– Спасибо, надеюсь, это нам поможет убраться из этого богом забытого места.

Как только я надела куртку, к машине подбегает наш спаситель и пропадает возле лопнувшего колеса. Я с минуту сижу, размышляю, а затем говорю подругам:

– Я, наверное, пойду к нему… Может, помочь нужно, посветить, а то неудобно как-то…

– Да-да. Давай, помоги там, подержи его, – ухмыляется Даша. – Ой, то есть поддержи.

– Пошла ты! – говорю я ей и показываю язык.

Выбравшись наружу, наблюдаю, как он установил домкрат и начинает приподнимать машину. Какие же у него сильные руки. Вены набухают под кожей, а мышцы напрягаются. Да что это со мной?

– Вам чем-нибудь помочь?

– Ой! Не заметил вас! Вы бы лучше не мокли и сели бы в машину.

– Без меня она будет гораздо легче. – Ну всё, Старкова, приехали. Что за дешёвый трюк напроситься на комплименты?

– Не намного, думаю, совсем нет разницы, – отвечает он. И снова эта улыбка. Что ж, он включился в игру. – Хотя помочь всё-таки можете. Посветите мне фонариком, пожалуйста.

– Да, конечно, секунду. – Я достаю из джинсов швейцарский ножик, включаю фонарик и направляю луч на колесо.

– Так гораздо лучше. Спасибо! Кстати, я, Кирилл.

– Рита.

– Приятно познакомиться! – Мы улыбнулись друг другу, и он продолжил приподнимать машину.

Я всё стояла и смотрела, как он ловко управляется с инструментами, снимает одно колесо, кладёт его на землю и надевает другое. Со вторым у него выходит куда сложнее, и Кирилл объясняет:

– У меня только аварийная запаска, «костыль», другой нет. Хорошо, что хотя бы она подошла, это уже удача.