Игрушка для чудовища (СИ)

— Убьешь меня, выпорешь или отдашь солдатам для потехи.

— Хм, а ты смышленая.

Стереть бы с твоей поганой рожи эту кривоватую ухмылку. Вот убила бы просто и даже бровью не повела.

Пока воевала с греком, верзила вывез нас за город, и вот тогда я начала на самом деле паниковать. Ерзая на месте, я силилась понять, куда мы направляемся, но непроглядная тьма, разрезаемая лишь светом фар, не позволяла этого сделать. Что ж, возможно, было бы неплохим вариантом самоубийство. А что? Подберу подходящий момент и выпрыгну. Только вот умирать не хотелось, поэтому продолжала сидеть на месте. Машина неслась по трассе на огромной скорости, хотя в салоне это не ощущалось. Лишь взглянув в окно, можно было заметить монолитную стену из леса. В тот самый момент, когда я смотрела на проносящиеся за окном деревья, наши взгляды пересеклись в отражении: мой — ненавидящий, Кавьяра — холодный.

— И что теперь, Клио? — внезапно сорвалось с моих губ имя мафиози.

Он одарил меня леденящим душу взором и ответил с безмятежным спокойствием тибетского монаха.

— Я отвезу тебя в твой новый дом.

— Чего ты хочешь от меня? Чтобы я служила тебе? — злость во мне кипела, смешиваясь с глубокой ненавистью.

— Будешь исполнять все мои приказы. У меня хороший аппетит. — Последняя фраза заставила волосы на руках встать дыбом.

Сразу поняла, что грек говорит не о еде. Не может этого быть. Я что, чем-то прогневила небеса?

До конца осознав безвыходность своей ситуации, я решительно настроилась на побег. Когда Мерседес притормозил на резком повороте, рванула за ручку и, навалившись на дверцу всем телом, вылетела навстречу асфальту.

Было больно. Чертовски больно. Но, уже вскочив, я поняла, что цела и завизжала от радости. Однако пора было уносить ноги, поскольку громкий визг затормозившей машины напомнил мне о страшных глазах того, кто в ней находился и наверняка желал меня уничтожить. Верзила, не теряя времени, разворачивал Мерседес, в то время как я уже скрылась за деревьями. Куда бежать, я не знала. Да и не очень-то у меня получалось. Из-за темноты я ни черта не видела и постоянно получала по лицу хлесткие удары ветками или же, спотыкаясь, вновь и вновь падала, при этом раздирая руки в кровь.

В очередной раз грохнувшись, застонала от резкой боли в правом боку и, когда почувствовала в месте ушиба тепло, поняла — ранение достаточно серьезное. Но жить мне хотелось больше, чем жалеть себя, и, с трудом поднявшись, я прислушалась. Стояла тишина. Так и должно быть ночью в лесу. Страх обострил все мои чувства, заглушая боль. Я знала, что это ненадолго. Стоит только немного успокоиться, и меня накроет болевой шок. Возможно, потеряю сознание.

Прямо передо мной, метрах в десяти, хрустнула ветка, и я, совершенно уверенная, что это один из преследователей, долго не думая, рванула в обратную сторону. Выбегая на шоссе, я и не подозревала, что меня просто загнали, как долбаного кролика. Не успела я и двух шагов сделать, как получила мощный пинок в зад.

Пролетев немного вперед, приземлилась на асфальт, окончательно счесав руки до локтя, и, кажется, разбила колено. Мне было плевать на увечья. Я хотела сбежать и даже тогда, когда мощные ручищи верзилы бесцеремонно поставили меня на ноги, не оставляя попыток спастись, беспорядочно брыкалась и размахивала кулаками.

В конце концов, охранник рванул меня за волосы, принуждая успокоиться. Глядя на довольную рожу Кавьяра, я умирала от ярости. Он же просто ухмылялся. Ему, похоже, это маленькое приключение пришлось по душе.

— Так-так, — хмыкнул мафиози, рассматривая меня в красном свете габаритных огней. — Что мне с тобой сделать, чтобы ты наконец поняла, как надо себя вести? Посмотри, вся в крови, и одежда разорвана. А волосы… Ты видела свои волосы?..

Вот урод, издевается.

— Хорошо, — вздохнул Клио, принимая серьезный вид. — Я оценил твою смелость и упрямство. Но пришла пора расставить все на свои места. Лимит моего терпения исчерпан, благодаря твоему безрассудству, Летти. Мне кажется… Нет, я уверен — наказание не помешает. Хави, займись ей.

Услышав имя верзилы, вдруг обратила внимание на его лицо. Кажется, мексиканец. А впрочем, какая разница, от кого по морде получать…

Первый удар пришелся в солнечное сплетение. Дыхание сбилось, а перед глазами поплыли белые круги. Я упала на колени, прижав руки к животу. Но охранник не дал мне прийти в себя и тут же, вцепившись в волосы, наотмашь ударил по лицу.

— Хавьер, не порти личико, — ленивый тон Клио вернул меня в реальность.

Я-то думала, он дожидается в машине. Но нет, этот законченный выродок наслаждался зрелищем, стоя немного в стороне. Видимо, остерегался костюмчик заляпать. Все же смогла встать, несмотря на то, что тело буквально орало от боли. Сплевывая кровь, старалась не отводить взгляда от Кавьяра, в то время как верзила продолжал меня мотать, словно тряпичную куклу. Не выдержав такой наглости, грек сорвался с места и замахнулся. Но я, хоть и боялась жутко, все же устояла и даже не зажмурилась. А так хотелось сжаться в комочек и слиться с асфальтом. Удара не последовало. Кавьяр, клокоча от ярости, схватил меня за подбородок и сжал с такой силой, что мне захотелось вернуться в утробу матери, а лучше вообще не рождаться.

— Ты даже не представляешь, что тебя ждет в моем доме. Раз ты не умеешь быть покорной, я научу тебя, мразь, — прохрипел греческий ублюдок и оттолкнул меня, словно брезгуя.

— Кавьяр, ты сука… Гори в аду… — ответила отнюдь не бодро.

— Я уже еду туда. И ты отправляешься со мной.

========== Глава 2 ==========

Darling what’s your name

And can you hear me?

Милая, как твое имя?

И слышишь ли ты меня?

Hurts ©

Вероятно, следовало бы испугаться, но жуткая усталость, смешанная с болью, пробудила во мне абсолютный пофигизм. Прижимая к подбитой скуле холодную банку пива, которую мне предложил Кавьяр, я пыталась скрыть от этого урода рану на животе. Однако кровь пропитывала тонкую кофточку, и вскоре я почувствовала головокружение.

Клио говорил по телефону, игнорируя меня, и незнакомая речь начала давить на мозг.

И так тяжело соображаю, а еще этот псих болтает на повышенных тонах. Не сразу я заметила, что стало тихо. Когда посмотрела на грека, поймала его немного удивленный взгляд.

— Странно, — пробормотал он задумчиво. — Неужели ты сдалась? Так быстро?

Я чуть не прыснула со смеху, но вовремя сдержалась и ответила:

— Не надейся, — и подумав немного: — Слушай, как ты превратился в такое дерьмо? Когда-то же явно был приличным парнем.

Кавьяр хмыкнул, дернув плечом.

— Не думай, что твои оскорбления сойдут тебе с рук, — предупредил Клио и, достав сигарету, закурил. У меня прямо скулы свело, так захотелось затянуться, но единственное, что я могла делать — это молча наблюдать. Не было сил пошевелиться. К тому же, несмотря на то, что сидела я, подтянув ноги к животу, все же чувствовала настойчивое и немного ослабевшее кровотечение.

Видимо, Клио заподозрил неладное, потому что его сканирующий взгляд остановился на мне. Доля секунды, и мои ноги неожиданным образом выпрямились не без помощи Клио, естественно.

— Что это? — стальные нотки в голосе мафиози меня слегка напугали. — Я тебя спрашиваю, что это такое?

— Кровь, — пискнула, ненавидя себя за трусость.

— Вижу. Так какого черта ты молчишь? Сдохнуть хочешь?

— Было бы неплохо… — сорвалось с губ, и я тут же отхватила подзатыльник.

— Дура! — вынес вердикт Кавьяр и повернулся к Хавьеру. — Гони в аэропорт.

— Аэропорт? — выпучила глаза, подпрыгнув на месте. — Что ты задумал?

— Заткнись и сиди смирно. Иначе еще больше крови потеряешь. Добегалась.

Вы только посмотрите на него, какой умный. А то, что меня избил его придурок-охранник, это не в счет? Волосы повыдергивал, синяков наставил, да еще и зуб чуть не выбил. Отморозок ты, Кавьяр!

Откуда столько власти и безнаказанности? Это же немыслимо — спускать все с рук такому психопату. Да, согласна, денег у него немерено — это факт. Насколько я помню из газет и новостей, Клио Кавьяр — успешный бизнесмен, управляющий огромной корпорацией, переходящей в их семье от отца к сыну. Чем он там занимается? Кажется, мебельным производством. Кроме того, я слышала, что этому коварному греку покровительствуют многие политики. Но это ничего не меняет? Неужто Кавьяру все позволено? Должно быть что-то еще. Что-то более важное, чем мебельные фабрики.

И тут меня осенило. Когда я работала в баре, многие среди персонала шептались о непомерной власти семейства Кавьяр. Среди тех разговоров действительно ходил слух о работорговле. Вот почему Клио так расслаблен. Ему абсолютно ничего не угрожает, потому что… Решила проверить свою догадку и, покосившись на грека, спросила:

— Ты знал, что меня не будут искать? Нарочно выбираешь сирот?

Кавьяр вздохнул так, словно я умалишенная.

— Мне не составляет труда в любое время суток получить то, что захочу… Твои приемные родители будут пытаться отыскать тебя. Поэтому мы уезжаем из страны, — спокойно рассказывал грек. — Мои связи огромны, но не безграничны. Лучше перестраховаться. Оттуда, куда я тебя везу, сбежать ты не сможешь. В той стране этот бизнес пользуется спросом.

— Ты имеешь в виду торговлю «живым товаром»? — желчь так и прыснула с моего языка. — Как тебя Земля носит, урод?

Я уже догадалась, что отправляюсь куда-нибудь в Индонезию или Турцию, но Кавьяр прервал мои размышления. Я встряхнула головой, потому что голос похитителя начал как-то затихать.

— Не вижу ничего плохого. Я имею с этого большую прибыль, — пожал плечами грек, словно говорил о чем-то обыденном. — В Таиланде и Индокитае высоко ценят такой товар. Особенно русских девушек.

Комок в горле не дал мне оскорбить Кавьяра. Я постепенно отключалась. Будто издалека донесся голос Клио:

— Все готово? Хорошо… Нам нужен врач…

Небось по телефону говорит — хочет меня спасти. Но лучше бы мне не приходить в себя.

Перелет не запомнила. Прямо наказание какое-то. Конкретный провал в памяти. Разве что один раз глаза приоткрыла, посмотрела на лампу и снова потеряла сознание.

Очнувшись наконец, первым делом принялась убеждать себя в том, что мне все приснилось, или я просто напилась в баре «Шанс». Но скрыть разочарование мне не удалось, потому что находилась я в спальне с уютной обстановкой. Светлая комната с большим окном и высоким потолком, обставленная простенько, но со вкусом. Однако совсем не осознание того, что я все же не дома, вызвало во мне такое сильное отвращение, а присутствие в спальне Кавьяра.

Вот же урод, еще и ухмыляется.

— Наконец-то, — вскинул он темную бровь и, поднявшись с кресла, присел на кровать рядом со мной.

Я бы отодвинулась, да только тело болело так, словно меня били… А точно, так и было.

— Послушай меня внимательно. — Угрожающий тон грека меня совсем не вдохновлял на подвиги, поэтому прикусила язык и уставилась на него пустым взглядом. — Не пытайся сбежать, а то проблем потом не оберешься. Ясно? Несколько дней даю на восстановление, потом приступишь к выполнению своих прямых обязанностей. Кофе готовить умеешь?

— Что там уметь? — фыркнула я. — Насыпал в чашку, сахару добавил и кипятком залил.

Секунду Кавьяр просто смотрел на меня, и лицо его ничего не выражало. От громкого смеха я даже дернулась. Нет, он не смеялся, грек ржал, будто лошадь, а я постепенно заливалась краской стыда, понимая, как опростоволосилась.

— Потрясающе, — выдохнул Клио, когда наконец-то прекратил свою истерику. — Ты вообще как такую мысль допустила? Разве я похож на того, кто пьет то, что ты назвала кофе? Боже… Ладно, тебя научат. Предпочитаю турецкий терпкий кофе. Запомни. Люблю омлет и свежие томаты…

— Это что, беседа двух милых любовников? Хватит распинаться, придурок, — перебила и замерла на месте.

Ох, нехорошо он смотрит. Сейчас ударит. Честное слово, ударит…

— Позвонить родителям не пытайся, — каким-то чудесным образом проигнорировал мою выходку Кавьяр. — Завтра они тебя хоронят.

— Что?! — Даже боль перестала чувствовать, настолько охренела от слов похитителя.

— Ты слышала. Несчастный случай.

— Ничего не выйдет. Джон видел тебя…

— Бармен не скажет ни слова. Он знает, что за ним следят, — Клио вздохнул. — Смирись, Лена. Ты потеряна для мира. Теперь твоя жизнь принадлежит мне.

— Нет, — покачала головой, прогоняя жуткий страх. — Ты не можешь… Так не бывает… Это сон…

Кавьяр встал и, сунув руки в карманы черных брюк, ответил:

— Ты не спишь, Лена.

— Не смей меня так называть. Твой поганый рот оскверняет мое имя. Не смотри на меня! Отвернись! Ненавижу! Чтоб ты сдох, мразь!

Он даже бровью не повел. Просто улыбнулся уголком губ и отошел в сторону, встав у окна ко мне спиной.

— Здесь так красиво, — услышала сквозь жуткий гул в ушах, и на лбу выступила испарина.

Неприятный холодок прошелся по спине.

— Где мы? — мой противный охрипший голос резанул по ушам.

— В Касабланке.

— Марокко… — выдавила я, отчаянно борясь с криком, рвущимся из груди.

— Да. Африка станет твоим домом. Ты быстро привыкнешь.

Кавьяр направился к выходу.

— Никогда! — все же рявкнула гневно. — Слышишь? Подавись, тварь!

Клио оглянулся и, уставившись на мой средний палец, который я гордо подняла вверх, постоял на месте, затем спокойно приблизился к кровати. Я знала, видела по его темным глазам, что мне конец. И не прогадала. Кавьяр сжал мое горло, оставляя синяки, и прохрипел:

— Ты, глупая сука, не осознаешь, куда попала. Я не буду с тобой церемониться. И если ты не понимаешь по-хорошему… Что ж, через пару часов я вернусь. Вот тогда и остудим твой пыл…

Как только дверь за греком закрылась, я осторожно откинула одеяло и с досадой обнаружила, что одежды на мне нет. Вообще никакой. Отлично. Похоже, теперь это станет привычкой. Вряд ли Кавьяр позволит одеваться. К тому же вещей, похожих на белье или другие шмотки, обнаружено не было. Успела заглянуть и в шкаф, и в комод. Пусто.

Устав от метаний и боли в боку, я поплелась в сторону двери из черного дерева, за которой оказалась ванная, совмещенная с уборной. Я едва успела ополоснуть лицо, как к горлу подкатила тошнота, и, ринувшись к унитазу, я шлепнулась на колени, игнорируя боль в левой ноге. Меня буквально выворачивало наизнанку. Возможно, из-за обезболивающего, которое наверняка мне вкололи или, быть может, это был наркоз. В любом случае я была уверена в том, что меня напичкали лекарствами. Тошнило жутко. А после этого сразу захотелось пить и есть. Невыносимо просто.

Вернувшись в комнату, подошла вначале к двери, но, так и не решившись дернуть за ручку, встала у окна. Просто невероятное зрелище развернулось перед глазами. Я находилась на втором этаже дома, поэтому могла видеть, что происходит на оживленной улице. Торопливые местные жители и спокойные размеренные туристы. Боже, это Касабланка. Так, кажется, сказал грек. Африка.

Мой мозг соображал на удивление быстро. Вспомнила школьные уроки по географии и примерно прикинула карту.

Если не ошибаюсь, то ближайшее место, куда я могла бы добраться — это Испания, которую от Африки отделяет Гибралтарский пролив. Марокко в тесных связях с этой страной.

Второй вариант… Большая часть международной торговли проходит через Касабланку. Можно попробовать сбежать и добраться до любого крупного судна. А там уже…

Кого ты обманываешь, тебя отыщут и вернут этому извращенцу. Только хуже будет. Но эти мысли меня не напугали должным образом, потому что в душе все равно зародилась надежда, а это было чертовски хреново. Обнадежив себя, человек восстает из пепла, будто феникс. А если надежды крушатся — можно и с ума сойти. Лучше не верить в свой побег, тогда и разочаровываться будет не в чем. Подвернется подходящий момент — воспользуюсь. Сейчас важно жить настоящим.

Кавьяр пришел, как и обещал, спустя два часа. Я следила за тикающими часами, висящими на стене.

— Прошу, доктор, — сверкнул белозубой улыбкой грек, пропуская в комнату темноволосого мужчину.