Помоги проекту - поделись книгой:
— Подумаешь, совместное обучение! Мура! Девчонки ябеды!
Но и тот, кто говорил, и тот, кто слушал, знали, что слова эти неискренние и что все с нетерпением ждут первое сентября.
Когда первого сентября на той же физкультурной площадке собрались вместе девочки и мальчики, педагоги поняли, что не сразу наладится школьная жизнь.
В младших классах все просто разрешается. Вон они уже вместе и не находят в этом ничего удивительного. У старшеклассников иначе. Девочки и мальчики стоят отдельными группами.
Девочки, разговаривая между собой, заливаются громким, неестественным смехом, кидая, как бы невзначай, быстрые, мимолетные взгляды в сторону мальчиков. Те ведут между собой «серьезный» разговор, но, как видно, совсем не слушают друг друга. Иные от великого смущения боятся поднять голову, другие, зная, что на них смотрят, небрежно сплевывают, стараясь разговаривать басовитыми голосами и так громко, чтоб девочки услышали.
Так неловко начинался первый день совместного обучения. Но ведь это только день, другой, может быть, и несколько дней, но уже через месяц школьники и забыли, что когда-то учились раздельно. Потекла слаженная, заполненная учебой и дружбой ребячья жизнь.
Ирина Андреевна, которая преподавала в школе мальчиков, была очень довольна, что слили школы. Стало значительно легче работать. Мальчики ведут себя более дисциплинированно, менее грубы. Наташа тоже довольна. Мальчики оказались хорошими товарищами. Напрасно говорили, что они хулиганы.
С этого года в семейном альбоме Березовых появились новые снимки: Наташа со своими школьными друзьями — девочками и мальчиками.
Как видно, Наташу уважают товарищи — ее выбрали комсоргом группы.
Страница за страницей альбома — все старше, взрослее становится Наташа. Вот уже конец альбома, последняя фотография. Тут мы видим Наташу, снятую в рост около белого ствола березы. Это уже не девочка и не подросток, а веселая, задорная девушка. И, если вернуться к первой странице альбома и посмотреть на девочку с большими грустными глазами, трудно поверить, что такой была когда-то Наташа.
Но, если возвращаться к первым страницам да сравнивать, грустно становится. Как изменилась Ирина Андреевна! Поседела, пышной короны на голове уже нет. Поредевшие волосы лежат гладко. Меньше всех изменился Антон Иванович. Но и он уже не тот. Смотрите, сколько морщин на лице!
Наташа, единственная дочка, юная, неопытная, стояла на пороге жизни. А к родителям придвигалась старость, беспокоили болезни и недуги. Теперь, как никогда, им нужен покой, чтобы не просто жить, а продолжать трудиться. И вдруг над семьей нависла гроза!
Глава IX
Все, кто видел Березовых вместе с Наташей, не упускали случая заметить, что дочка очень похожа на мать. Меньше, но и на отца похожа. И это было правдой.
Наташа имела с Березовыми сходство типовое. Она была шатенкой, с карими глазами, как Ирина Андреевна и Антон Иванович. Но сходство людей определяется не только внешними чертами. Глубокое, более разительное сходство придают жесты и манеры. Это сходство вырабатывается в результате долгой совместной жизни, общностью мыслей, взглядов, привычек и вкусов. Если есть еще умение и желание подражать тем, кто приятен, кого любишь, то с годами чужие люди приобретают поразительное сходство. Довольно часто к старости муж и жена становятся похожими друг на друга. И совсем неудивительно, что маленькая девочка, которая всю свою сознательную жизнь старалась подражать своим родителям, переняла их манеры, впитала их вкусы — стала на них похожей.
Наташа смеялась и щурилась точь-в-точь как отец. Ее манера говорить негромко, мягко, открыто и внимательно смотреть в глаза собеседнику, ее неторопливая походка, мягкие движения повторяли в своеобразной форме манеры Ирины Андреевны.
Конечно, у Наташи много было индивидуальных черт, переданных ей по наследству, свойственных ей самой. Но и родные дети не всегда похожи на родителей. Как говорила Екатерина Павловна, и на дереве лист на лист не приходится.
Березовы всегда боялись, как бы Наташа не узнала, что она не родная дочь. Дом, где они жили, принадлежал министерству, его населяли работниками авиационной промышленности.
Здесь все знали друг друга, истина могла как-то просочиться. Один случай особенно сильно напугал Березовых. Наташа тогда училась в первом классе. Бабушка тяжело болела, и в доме появилась домработница Зинаида — широколицая, низколобая, с бесцветными глазами, всегда сердитая.
— Уж молчите лучше! — говорила она Екатерине Павловне, если та пыталась что-то подсказать. — С вами, старыми, хуже, чем с малыми!
Наташа просто боялась Зинаиды. Обязательно заругается — то ботинки не так поставила, то слишком рано есть захотела, то очень поздно.
— Мамуся, я сама буду все делать, — сказала как-то Наташа Ирине Андреевне. — Только не надо нам Зинаиды.
— Вот бабушка поправится, она уйдет от нас!
Бабушка успокаивала Наташу:
— А ты плюнь на все и не обращай внимания. Есть у тебя две ноздерки, ты и сопи потихоньку. А она пусть ворчит.
Но и молчание раздражало Зинаиду.
— Ты не больно-то задавайся! — сказала она однажды Наташе. — Не велика барыня! Ты тут такая же хозяйка, как и я. Найденная ты!
Наташа тут же к бабушке:
— Почему я найденная? Где меня нашли?
Бабушка сразу поднялась с постели:
— Это кто тебе сказал?
— Зинаида.
— А!.. Ну, нашли тебя там, где всех находят. Поехала мама в дом, где родятся дети, и привезла тебя оттуда.
Зинаиду в тот же день выпроводили, но выспрашивать ее о том, почему она так сказала Наташе, не стали. Боялись ворошить это дело. А может, Зинаида случайно так сказала?
Теперь, вспоминая эту историю, Ирина Андреевна жалеет, что они в ту пору быстро успокоились. Может, следовало тогда же поменять квартиру, уехать из этого дома…
Кроме Зинаиды, никто и никогда не намекал им на историю Наташи.
Шли годы, и все, казалось, было забыто. Из ребенка Наташа превратилась в стройную, милую девушку с длинными косами. Березовы и сами-то очень редко вспоминали, как необычно родилась у них Наташа. А вспомнив, удивлялись: уже не укладывалась в голове мысль, что Наташа могла быть не их дочерью.
И вдруг, спустя четырнадцать лет, кто-то сказал Наташе, что она не родная дочь.
Безусловно, кто-то сказал. Иначе она не могла бы бросить эту фразу: «Ты сама взяла на себя такую тяжесть, как я. Я тебя об этом не просила».
Ирина Андреевна подумала, что такую подлость могла сделать Динара Васильевна. С того случая на даче у Ваниных Ирина Андреевна никогда не разговаривала с Динарой Васильевной. Женя, приезжая на каникулы, всегда заходил к Березовым. В этом году он начал учиться в академии Жуковского и довольно часто встречался с Наташей. Возможно, Ваниной это не нравится. Но откуда она-то сама узнала историю Наташи?
Не проговорилась ли нечаянно бабушка? Екатерина Павловна гуляла во дворе с маленькой Наташей и всегда разговаривала с разными бабушками и домработницами. Но, когда Ирина Андреевна, передав матери встревоживший ее разговор с Наташей, спросила ее, не виновата ли она сама в разглашении семейной тайны, Екатерина Павловна страшно рассердилась:
— Придумала! Дуру болтливую нашла! Я не глупей тебя и из ума еще не выжила!
Она нахмурилась и замолчала. Потом, взглянув на измученное лицо дочери, сказала:
— Ты не убивайся раньше времени. Народ недаром сложил пословицу: «Не та мать, что родила, а та, что воспитала». Что ж она, Наташенька-то, глупая, что ли? Думаешь, не понимает? Мы в ней души не чаем, а она нас за чужих будет считать? И не думай об этом.
— Мама! Ты ничего не говори Антону. Не надо его волновать.
— Как знаешь. Но я тебе советую: поговори ты и с Наташей и с Антоном. Не надо больше разводить секретов.
Поговорить с Наташей? Посадить ее рядышком и все рассказать? Почему-то она, мать, не может на это решиться. Она не знает, как отнесется к этому Наташа.
Ирина Андреевна всегда интересовалась рассказами о приемных детях. Подобных рассказов, и устных и печатных, немало.
По-разному бывало у людей. Иногда приемные дети, узнав истину, тяжело переживают и даже отстраняются от родителей, воспитавших их. Но чаще такие открытия проходят без душевных драм и переживаний. Приемные дети начинают еще больше любить и ценить своих родителей. Все зависит, по-видимому, от условий и характеров, от окружающих, которые влияют на приемных детей. Биология никакой роли тут не играет.
Смешно верить, что у детей существует какая-то биологическая тяга к родной матери или отцу и ненависть к приемным родителям. Это может возникнуть только в том случае, если те, кто усыновил, не стали близкими и родными. Но у Наташи-то не может появиться такое чувство. Больше любить дочь, чем любили Березовы, нельзя.
Но почему так живуча у людей предвзятость в отношении приемных родителей? Год назад в Москву приезжал брат Ирины Андреевны с женой Клавдией.
— Ну, расскажи, как сложились твои отношения с Наташей? — спросила Клавдия Ирину Андреевну.
— Я не понимаю твоего вопроса! Какие у нас могут быть отношения? Обычные отношения матери и дочери.
— Но ведь она не родная тебе дочь!
— Почему не родная? А кто же мне родней? А разве у нее есть кто-нибудь роднее нас?
Ирина Андреевна даже рассердилась тогда на Клавдию. Боже мой! Она и не вспоминает, что Наташа ее приемная дочь, а вот поди же, оказывается, люди, даже доброжелательно к ней настроенные, ищут в ее отношениях с дочерью какие-то особенности или даже ненормальности. Что же говорить тогда о Динаре Васильевне? Такая может душу отравить. Если она что-то сказала Наташе, можно себе представить состояние девочки! Ведь нельзя забывать хрупкий, ломающийся, трудный возраст дочери. Опыта нет, ум не созрел, чувства обострены. Узнала, что она не родная дочь, и все стало казаться обидным. Мыть посуду? Я не домработница! Делать уроки? Не дают отдохнуть! Не так посмотрели, не так сказали…
И вот результат. Они, мать и дочь, всю жизнь горячо любящие друг друга, теперь боятся откровенного разговора, избегают встреч. Да, вот теперь между ними действительно ненормальные отношения.
Хорошо и радостно проходили Наташины зимние каникулы. В красном лыжном костюме, с белой пуховой шапочкой и таким же шарфиком, она, тонкая, гибкая, скользила на коньках в Парке культуры и отдыха. Хотя Наташа уже в десятом классе, не маленькая, но дома стоит елка. Такие же елки почти у всех одноклассников, и почти каждый день надо быть у кого-нибудь в гостях. Пятнадцать совершенно свободных дней, пятнадцать раз подряд можно спать утром столько, сколько захочется, пятнадцать интересных, беззаботных вечеров в театрах, с подругами и друзьями!
В эти дни веселых зимних каникул она стала часто встречаться с Женей Ваниным. Жил он в общежитии академии, тоже на Ленинградском проспекте, недалеко от дома Березовых. По воскресеньям Женя звонил Наташе и приглашал погулять. Он обязательно вел ее в кафе «Мороженое» на улице Горького. Женя получал стипендию и угощал Наташу на свои, законные деньги. Потом они шли в кино, где легче было достать билеты, если Женя не покупал заранее.
Одноклассницы не раз видели, как провожал Наташу домой лейтенант и как долго разговаривал с ней около парадного.
Маринка сказала Наташе, что все ей завидуют. Женя высокий, красивый и, как видно, очень вежливый, не то что их ребята-десятиклассники.
Женя красивый? Наташа об этом как-то не думала. Она давно его знает, привыкла.
Правда, в последнее время их отношения стали иными. Началось это с одного вечера. Они стояли около парадного. Наташа подпрыгивала на месте — у нее замерзли ноги, а Женя все не хотел расставаться.
Он взял обе ее руки и стал тереть их, чтобы согреть. Потом поднес их к губам и стал дышать на них. И вдруг украдкой, как бы невзначай, поцеловал руку. У Наташи заколотилось сердце. Хорошо, что в темноте Женя не увидел, как она покраснела.
С того вечера она стала замечать, что Женя не просто смотрит на нее как товарищ, друг, — он любуется ею. Однажды он сказал:
— Я в жизни не видал таких глаз, как, у тебя. Ведь они разговаривают! Ты вот молчи, а я буду смотреть на тебя и говорить, о чем ты думаешь.
Наташа посмотрела на Женю и, смеясь, спросила:
— Ну, о чем я сейчас подумала?
— Ты подумала о том, что я люблю тебя. И ты не ошиблась.
— Да ну тебя!
Наташа оттолкнула его и побежала.
А ведь правда она об этом подумала. Как Женя это угадал? Противные глаза, все выдают!..
Наташе очень радостно, что Женя ее любит. Ну, а она любит Женю? Этого Наташа не понимает сама. В девятом классе ей нравился Володя Марин. Физкультурник, отличник, веселый, хорошо танцует. Он несколько раз провожал ее домой и два раза приглашал в кино.
Девочки спрашивали:
— Вы влюблены?
Ей казалось, что да, влюблены. Но потом вышло как-то само собой, что они перестали обращать внимание друг на друга.
Ну, а Женя? Как хорошо он сказал ей про глаза! Наташа хочет представить лицо Жени и не может. Всех может вспомнить, а Женю нет. Почему так?
Теперь, когда Наташа вдвоем с Женей, она ждет. Женя должен сказать ей что-то приятное, радостное. Она и боится этого, и ждет.
В эти дни она непрерывно напевает одну и ту же песенку:
В эти-то дни с ней однажды на улице столкнулась Динара Васильевна.
— Здравствуй, Наташа! — сказала она.
— Здравствуйте, — ответила Наташа и хотела пройти мимо.
Динара Васильевна взяла ее за руку:
— Дай я посмотрю на тебя, какая ты выросла. Ты меня узнаешь? Я Женина тетя.
— Узнаю, — сказала Наташа и посмотрела на Ванину спокойно, немножко удивленно. Чего от нее хотят?
— Я слышала, что Женя с тобой часто встречается. Это правда?
— Правда, — не опуская глаз, ответила Наташа.
— А нас он совсем забыл. Ты скажи ему, нехорошо это. Конечно, я не родная мать ему, но я его воспитала. Нельзя быть таким неблагодарным. Ты же вот любишь Ирину Андреевну и Антона Ивановича, а ведь они тоже не родные тебе.
При этих словах в глазах Наташи появился испуг, ужас, вопрос…
— Разве ты не знаешь? Странно! Твой отец сам об этом Федору Петровичу сказал.
Наташа оттолкнула Динару Васильевну и побежала прочь.
Где те слова, которыми можно передать душевное смятение девушки?
Кто же она? Откуда? Почему она стала дочерью Березовых?
Да не может этого быть! Женина тетка всегда была злой, скверной. Это она придумала, чтобы сделать неприятность ей, маме, папе, Жене. Надо сейчас пойти к маме и рассказать об этом.
А если это правда? Если всю жизнь ее обманывали?.. Учат честности, а сами врут! «Наташенька, доченька!..» Оказывается, я не дочь им! Все ложь и обман…
И вдруг Наташа вспомнила…
Месяц назад она получила двойку по геометрии. Не выполнила домашнего задания, а ее спросили. Пока шел урок, Наташа крепилась, но в перемену, когда ребята стали ей сочувствовать, она расплакалась.
Поделиться книгой: