Помоги проекту - поделись книгой:
Хотя фактически повторялась ситуация под Камбрэ, а продвижение союзников было куда меньше, чем продвижение германских войск в ходе их наступления в марте того же года, генерал Людендорф назвал 8 августа «самым черным днем германской армии» — устойчивость германских частей была теперь куда ниже. «Войну придется окончить!» — мрачно констатировал тогда Людендорф. Германская оборона напрягала последние усилия.
Дальше все развивается по типичному для операций того времени сценарию — уже на следующий день и у англичан, и у французов элемент внезапности исчезает.
Повторение атаки 9 августа стоило британцам потери 39 танков из 145 (27 %). Батальон J к северу от Соммы ввел в бой 16 танков с 12-й и 58-й дивизиями и решил свои задачи ценой потери 5 машин, сводная рота батальона М поддержала атаку австралийцев на Байонвиль. К югу от Соммы действовали 5-я и 4-я танковые бригады. 3-я бригада так и не смогла помочь кавалерийскому корпусу, правда, ее «Уиппеты» помогли пехоте, уничтожая прятавшиеся в хлебах германские пулеметы.
Легкие французские танки также оказывают услуги своей пехоте — «Рено» 9-го батальона занимают и удерживают Анже-ан-Сантр, 333-я рота очищает дорогу Френуа — Анже. 10-й батальон «Рено», поддерживающий 6-ю и 165-ю дивизии включившейся в наступление 3-й французской армии, захватывают станцию Рессон, во главе пехоты входят в Нивель и Латиль, продвинувшись на 3,25 км на фронте 4 км. Главная причина таких успехов — отсутствие у германской пехоты эффективных противотанковых средств.
Атаку 4-й канадской и 32-й английской дивизий 10 августа южнее Соммы поддержали 43 танка, 23 из которых подбиты. Атака началась при дневном свете без огневого вала и задымления. Преодолевая старые заросшие окопы, некоторые танки сбились с направления, пехота была плохо обучена действовать с танками и почти сразу отсечена пулеметным огнем. Танки «Уиппет» и кавалерия, направленные на Парвиейр, вообще не смогли перейти старые окопы. Всего из 67 танков, вышедших в бой в этот день, потеряно 30 (45 %) при незначительном успехе. 11 августа 10 танков батальона В помогли 1-й австралийской дивизии захватить Лихон. Затем танки отвели в тыл.
К этому времени германское командование смогло довести численность своих войск на этом участке до 18 дивизий. А 13 августа остановилось и само наступление. С 8 по 13 августа из участвовавших в боях 688 танков выбыло из строя 480.
Британцы к 19 августа произвели перегруппировки, в результате которых 1-я (батальоны С, G, J, Q), 2-я (батальоны F, L, О) и 3-я (батальоны I, К, N) танковые бригады расположились в полосе 3-й британской армии, а 4-я (батальоны A, D, Е) и 5-я (батальоны В, Н, М) бригады — в полосе 4-й армии. Батальоны G и L имели старые танки Mk IV.
В Амьенском сражении широко применялась постановка перед танковой атакой дымовой завесы, при ее отсутствии потери танков от огня значительно возрастали.
Характерно, что командующий союзными армиями Фош 11 августа указывал британскому командующему Хэйту, что для преодоления сопротивления противника требуется «быстрое сосредоточение и введение в дело имеющихся поблизости сил и средств, соответствующих характеру встреченных препятствий (танки, артиллерия, вполне боеспособная пехота…)». Танки названы в числе главнейших наступательных средств.
Танки у Бапома
21 августа англичане начали сражение у Бапом, к югу от Арраса. Танковые бригады были распределены по соединениям 3-й и 4-й британских армий.
Танки 1-й и 2-й бригад эшелонировали в соответствии с возможностями машин: 2 батальона Mk IV действовали до второго рубежа атаки, один батальон Mk V и один батальон Mk V* атаковали второй рубеж и продвигались до железной дороги Альбер — Аррас, 2 батальона средних Mk А «Уиппет» действовали уже за железной дорогой. Кроме того, здесь же действовал 17-й батальон бронеавтомобилей «Остин». Цели были достигнуты: из 197 тяжелых танков 27 получили прямые попадания снарядов.
22 августа танки успешно поддержали атаку III корпуса, при этом вновь нарушив указания следовать в тылу пехоты и возглавив атаку. На следующий день 6 танков 1-й бригады с III корпусом атаковали у высот Тара и Юсна, а 36 танков 5-й бригады с австралийским корпусом — к северу от Шиньоля. Ночью на фронте 3-й армии 10 танков Mk IV батальона L с 3-й британской дивизией при лунном свете атаковали и захватили деревню Гомикур. Уже утром гвардейская дивизии с четырьмя Mk IV взяла деревню Амели-кур, а 52-я дивизия с 18 танками батальона К и 56-я с 8 танками батальона I взяли отрог Амелен-кур-Ханенель. 24 августа 1, 3 и 4-я танковые бригады приняли участие в продолжавшемся наступлении 3-й и 4-й армий. Так, 11 Mk V* батальона К, пройдя более 9 км, с ходу вступили в бой на фронте 56-й дивизии, одному из них пришлось за 25 часов пройти 36,5 км — как видим, надежность танков заметно возросла. Пять Mk V батальона I, встретив сопротивление в лесу Мори, не без успеха пустили в дело картечные выстрелы. Один танк Мk А «Уиппет» в этот день оказался подбит у Круазиля — в него попал зажигательный снаряд, однако экипаж смог предотвратить пожар и, включив низшую передачу, выйти из-под обстрела. Вернувшись к британским позициям, они смогли очистить танк от копоти и вернуться на пункт сбора.
25 августа с началом второго сражения у Арраса 2 батальона Mk V поддержали действия французских частей, один батальон Mk IV и один батальон Mk А — британских частей. 29–30 августа 1-я танковая бригада действовала с новозеландскими и 5-й английской дивизиями против Фремикура, Беньи, Банкур, леса Велю, 2-я танковая бригада — на Во-Врокур. Атаки имели успех.
Любопытны рапорты о действиях танков «Уиппетов» в этих атаках. О действиях «Уиппетов» из состава 3-го батальона (С) рапортовал 1 сентября 1918 г. командир батальона подполковник У. Белл: «Имею честь представить следующий доклад о действиях одного взвода „Уиппетов“ под командой лейтенанта К.Х. Сьюэлла 3-го (легкого) танкового батальона после полудня 29 августа 1918 г., к востоку от Фаврей, и рекомендовать представить лейтенанта Сьюэлла к награждению посмертно за исключительные доблесть и мужество при действиях под артиллерийским и пулеметным огнем.
Около 2 часов пополудни 29 августа, „Уиппеты“ 3-го (легкого) танкового батальона достигли карьера с координатами Н14 d43. В соответствии с задачей, поставленной командованием Новозеландской дивизии, взвод „Уиппет“ должен было разведать обстановку на фронте 3-й новозеландской стрелковой бригады перед Фремикура и дорогой Бапом — Камбрэ, где, по сообщениям пехоты, она была остановлена пулеметным огнем.
По достижении железной дороги впереди нашей пехоты взвод подвергся обстрелу со стороны артиллерийских орудий и пулеметов противника. Маневрируя под огнем и одновременно пытаясь сохранить боевой порядок, машина № А233 под командой лейтенанта O.Л. Риз-Уильямса одной гусеницей попала в воронку от снаряда и перевернулась вверх дном и в то же время была поражена огнем противника.
Лейтенант Сьюэлл, находившийся в передовом „Уиппете“ (примерно в 70 ярдах впереди), увидев положение лейтенанта Риз-Уильямса, немедленно вылез из своего танка и бросился на помощь. Действуя лопатой, он откопал дверь рубки танка, прижатую к стенке воронки, смог открыть дверь и освободить экипаж (который позже, под прикрытием темноты, смог добраться до нашего пехотного аванпоста)… Все это время „Уиппеты“ подвергались интенсивному обстрелу снарядами, а землю рядом с ними взметали пулеметные очереди. К несчастью, пытаясь вернуться к своему танку, лейтенант Сьюэлл получил несколько пулевых ранений, его тело впоследствии было найдено рядом с телом его водителя, Гнр. Нокса, также убитого, прямо за их танком…». Лейтенант Сьюэлл был посмертно удостоен Креста Виктории.
Того же 1 сентября, когда был написан этот рапорт, два танка «Уиппет» под командой вторых лейтенантов Мосли и Эвина из состава 6-го (легкого) танкового батальона поддержали атаку 62-й дивизии укрепленных германских позиций перед Во-Врокур. Танки подвергались интенсивному пулеметному обстрелу и несколько раз вынуждены были отходить, но возвращались, чтобы помочь продвижению пехоты. Рубку танка Мосли пробили бронебойные пули, танк остановился и превратился в неподвижную мишень. Экипаж был ранен. В этих обстоятельствах пулеметчик Сиделл вынес из-под огня тяжело раненного водителя Таччи.
В ночь с 1 на 2 сентября девять «Уиппетов» того же батальона под командой капитана Стрэхэна были направлены из селения Гомикур для атаки Ланьикур. Приходилось учитывать напряженную работу танков в предыдущие пять недель и их значительный износ, отсутствие ремонтов. Соответственно нельзя было рассчитывать на их быстроходность и длительную боевую работу. Поэтому командир батальона подполковник Вест предварительно произвел верхом разведку маршрута и обстановки. Он оказался в гуще пехотного боя и погиб. Сменивший его майор Гиббс сразу после этого направил два «Уиппета» 6-го батальона против пулеметных гнезд в окопах к северу от Бо-де-Во. Атаку танки провели вместе с пехотой Саффолкского полка, она увенчалась успехом, было взято, согласно официальным отчетам, от 50 до 60 пленных.
Последние месяцы
После сражений конца августа 1918 г. союзники применяли стратегию последовательных связанных друг с другом ударов, наносимых германским войскам на разных участках фронта. Танкам отводилась важная роль в этих ударах.
2 сентября 1-я танковая бригада с 42-й и 5-й дивизиями действовала против Беньи и Виляр-о-Фло, 2-я бригада с VI корпусом — против Морейля, Ланьикура и Морши, а все боеспособные танки 3-й бригады поддержали атаку канадского и XVII корпусов против укрепленной линии Дрокур — Кеан. Сопротивление было слабым, и прорыв дался сравнительно легко. 4 сентября танковые батальоны отвели в тыл, но возобновить действия им пришлось уже через 2 недели. 6 сентября германские армии отошли на позицию Зигфрид, и до середины сентября бои шли на старых полях, давно превращенных в «лунный ландшафт».
Появились некоторые новинки. Так, для преодоления широких окопов танки Mk V вместо тяжелых фашин использовали облегченные призматические каркасы (cribs). К постановке дымовых завес перед танками привлекали авиацию и инженерные части. На марше в танках оставались только командиры и водители, остальные члены экипажей для сбережения сил перевозились грузовиками.
17 сентября 3-я и 4-я английские армии атаковали на фронте около 23,5 км от Ольно до Гузокур. 19 сентября 20 танков батальона В помогли III, IX и австралийскому корпусам. 21-го уже 9 танков этого батальона атаковали фермы Кнолль и Гийемон с III корпусом. Два из них везли с собой пехоту, но не смогли высадить ее из-за неподавленных пулеметов противника. Два дня спустя 19 танкам батальона М пришлось поддерживать атаку IX корпуса на Френой-ле-Пти в условиях газовой завесы, так что продвижение было невелико.
26 сентября армии Антанты перешли в общее наступление, и на следующий день 1, 3 и 4-я английские армии начали прорыв германских позиций на фронте 26 км от Скарпа до западного берега Мааса. В очередной раз реорганизованный Танковый корпус принял участие в новой атаке на позицию Зигфрид на фронте Камбрэ — Лa-Фер четырьмя батальонами Mk V, батальоном Mk IV и батальоном Mk А «Уиппет». 15 Mk IV батальона G атаковали с канадским корпусом деревню Бурлон, один из них подорвался на мине, два выведены из строя артиллерией. 26 Mk V батальона R действовали с XVII и VI корпусами против Флекьер и Преми-Шапель и достигли целей, потеряв 11 машин. Многим танкам пришлось преодолеть сухой канал и эскарп высотой до 2,7 м. Атака VI корпуса с 12 Mk V батальона К не имела успеха. 12 Mk V батальона D поддержали атаку 27-й американской дивизии, но встретили серьезное сопротивление и отошли, батальон А поддержал 30-ю американскую дивизию у Беликурского туннеля. 28 сентября 6 Mk IV участвовали в местной атаке на Районкур, 29-го 7 Mk V батальона К с пехотой V-гo корпуса захватили Гонелье и Виллер-Гислен.
После прорыва фронта во Фландрии германские армии отошли на вторую оборонительную полосу (позиции «Герман», «Гундинг», «Брунгильда», «Кримгильда»). 29 сентября на фронте 4-й английской армии вышли в бой 175 танков.
Танки 3-й танковой бригады обошли Сен-Кантенский канал и помогли IX корпусу захватить Маньи. Танки 4-й и 5-й бригад очистили Норой и Белликур, преодолели германские позиции без пехоты и понесли серьезные потери. Атака 27-й и 30-й американских дивизий между Лe Кателе и Белликур сорвалась (подробнее об этом бое — чуть ниже).
30 сентября 3-я танковая бригада получила приказ поддержать наступление 32-й пехотной дивизии на линию Бовур — Маньер. Боеготовых танков оставалось немного, и их приходилось вводить в дело небольшими группами. Там, где германские части еще держали упорную оборону, это было чревато неудачами. Так, 30-го числа рота А 6-го танкового батальона действовала совместно с 14-й пехотной бригадой. Три танка «Уиппет» должны были с юга атаковать деревню Жонкур и помочь пехоте в овладении ею. В 14.30 три танка под командой капитана Фэррэра вышли с исходных позиций и достигли рубежа атаки в 14.45. Один танк был оставлен в резерве, два других двинулись в атаку в 15.30. Достигнув железной дороги, танки попали под обстрел пулеметов и противотанковых ружей. Танк лейтенанта Холловэя получил три попадания из противотанкового ружья и был выведен из строя. Второй танк достиг окраины деревни, но поскольку пехота за ним не продвинулась, вынужден был повернуть обратно, чтобы «поднять» пехотинцев. Не установив контакта с пехотой и учитывая перебои в работе двигателей машины, танкисты отвели ее в лощину. Третий, резервный, танк попытался решить ту же задачу и войти в деревню, но также был выведен из строя — видимо, обстрелом из противотанкового ружья — к югу от железной дороги на Жонкур. Танки рот В и С того же батальона смогли обойти канал к югу от Белликура.
3 октября 32-я и 46-я пехотные дивизии с 60 танками 5-й бригады атаковали на фронте Секарт — Бони, но продвинулись незначительно.
5 октября началось наступление на фронте Камбрэ — Сен-Кантен. Атака 25-й дивизии с 6 Mk V батальона D на Боревуар не удалась — пехота не умела взаимодействовать с танками. Более удачно действовали привыкшие к танкам австралийцы, атаковав с 12 Mk V* Монбрэн. 8 октября около Нирньи произошел второй бой танков с танками (на этот раз однотипных) — танки Mk IV (по другим данным, более новых танков Mk V) рот А и С батальона L (12-й танковый батальон Танкового корпуса) встретились с однотипными танками, а именно — с германским «штурмовым отделением», оснащенным четырьмя трофейными Mk IV (один пушечный «самец» и 3 пулеметные «самки»). Подробнее об этом бое будет сказано ниже в главке «Первые бои танков с танками».
Также 8 октября имел место примечательный случай боевого взаимодействия танков с авиацией, о котором доносил британский пилот, наблюдавший за боем за деревню Серен: «Когда приблизились танки, мы бросили бомбы в группы находившихся в деревне немцев. Затем танки стали окружать деревню; один из них вошел прямо в середину деревни, другой атаковал фруктовый сад и очищал его от неприятеля, третий же обошел деревню с севера и приближался к маленькой лощине, в которой в мертвом пространстве находилось от 200 до 300 немцев. Увидев приблизившийся танк, немцы бежали в восточном направлении; видя это, мы полетели за ними и обстреляли их пулеметным огнем, нанеся большие потери».
9 октября 8 Mk V батальона D провели атаку к востоку от Премена, 11-го — 5 Mk V батальона Е с 6-й дивизией — к северу от леса Ригерваль. Операция завершилась. За 4 дня позицию Зигфрид прорвали на фронте до 48 км и на глубину до 32 км.
Германские армии отступили на линию Антверпен — Маас. 17 октября на р. Селль к югу от Ле-Като в полосе 3-й и 4-й британских армий действовали два батальона Mk V* (R и 301-й американский) и один батальон Mk V (А).
Для образования брода каждый из 48 танков нес плетеную корзину. На восточном берегу танки встретили слабое сопротивление. Три дня спустя 4 танка батальона К преодолели ту же реку по подводному мосту из шпал, подготовленному саперами за ночь.
Дальнейшее наступление союзников шло вяло — Германия уже запросила перемирия, — но танкам работа оставалась. 23 октября 37 танков, собранных из батальонов F, I, J, N и 301-го, провели ночную атаку на фронте 3-й и 4-й армий к югу и к северу от Ле-Като. Хотя противник поставил газовую завесу, танки достигли целей и проделали для пехоты проходы в заграждениях. На следующий день 6 Mk V* батальона J поддержали продвижение 18-й и 25-й дивизий возле Роберсара. Этим закончилось сражение на р. Селль.
О влиянии танковых атак на германскую армию и ее командование в условиях исчерпания ресурсов страны и поднимавшегося в тылу недовольства, свидетельствует доклад, переданный 2 октября 1918 г. представителем германского Главного командования руководителям рейхстага: «Неприятель применил танки в неожиданно больших количествах. Когда, после плотного обволакивания наших позиций дымовой завесой, танки начинали свои внезапные атаки, нервы наших людей часто не выдерживали напряжения. В таких случаях танки прорывали наши передовые линии, очищали путь своей пехоте, появлялись в нашем тылу, производили то здесь, то там панику и делали невозможным какое-либо руководство сражением». А в докладе рейхстагу от 4 октября уже говорилось: «Главное командование было вынуждено принять чрезвычайно важное решение и объявить, что, учитывая человеческие возможности, нет больше никаких надежд навязать противнику мир. Помимо всего, на такой исход решающе повлияли два фактора: первый из них — танки…». Англичане стремились использовать танки как можно чаще. В результате к началу ноября они опять «иссякли», и действовала сводная бригада из сильно ослабленных батальонов 9, 10, 14, 6, 17-го и 301-го американского. Порой просто использовали «танкобоязнь» германских частей — вблизи Ландреси германская пехота сдалась двум танкам снабжения. Не без эффекта выводили «в бой» позади пехоты и макеты танков из реек и холста, поставленные на колеса и толкаемые изнутри мулом (можно вспомнить деревянные подобия боевых слонов, которыми македонский царь Персей пытался запугать римлян в ходе Третьей Македонской войны, II в. до н. э.).
4 ноября во время сражения у Мобежа на фронте атаки 3-й и 4-й армий (около 48,5 км от Уазы до Валансьена) произошла последняя в Первой мировой войне атака тяжелых танков. В бой ввели 37 танков — с IV и V корпусами у Гисинье и Жолимес, с XIII у Эк, Пре и Розимбо, с IX между Аппергарбе и Катильон. Атака имела ограниченные цели и прошла достаточно успешно. Восемь Mk А «Уиппет» еще поддержали атаку гвардии у леса Мормаль 5 ноября. Это был фактически последний бой танков британского Танкового корпуса в Первой мировой войне.
Бронеавтомобили Танкового корпуса действовали до самого перемирия. «Остины» 17-го батальона перенесли и флаг Танкового корпуса 6 декабря через Рейн по Мосту Гогенцоллернов. Всего с 9 августа по 11 ноября Танковый корпус применялся в бою 39 дней, потеряв из 9500 человек личного состава убитыми и ранеными 598 офицеров и 2557 нижних чинов, т. е. 33 % — по тем временам, немного. Всего же в боях 1918 г. британский Танковый корпус потерял убитыми 707 офицеров и 3581 солдата и сержантов.
Французские танковые части с 18 июля по 11 ноября участвовали в боях в общей сложности 45 дней (всего за этот период прошло 4356 боевых столкновений с участием французских танков), из которых 3140 «танкодня» пришлось на «Рено», 473 — на «Шнейдер», 375 — на «Сен-Шамон». При этом французы потеряли 2903 человека, или около 13,2 % боевого состава, и 748 танков (308 «Шнейдер» и «Сен-Шамон», 440 «Рено» FT), или 17,2 % их общего числа. По типам танков потери за этот период распределяются так: «Шнейдер» и «Сен-Шамон» — 29 % общего числа, «Рено» — 13,3 %.
Танки намного сократили потери британских, французских и американских войск и облегчили им боевую работу. Работа самих танкистов легче не становилась — даже в германских отчетах нередки были весьма почтительные отзывы о мужестве и выносливости танковых экипажей противника.
Танки в пустыне
Тяжелые британские танки повоевали и в пустыне. Еще в декабре 1916 г. отряд из 8 тяжелых танков Mk I и II роты Е под командой майора Нормана X. Нэтта отправили морем в Египет — всего 22 офицера и 226 солдат и сержантов. В феврале 1917 г. их перебросили к Хан-Юнуса, но к первому сражению при Газе они опоздали. Готовясь ко второму сражению, танки по 2–4 распределили между 52, 53 и 54-й пехотными дивизиями, атакующими гребни Шейх-Аббас и Мансара к югу от Газы, прикрывавшей путь из Египта в Палестину. Наступление велось на фронте 8 км. 17 апреля 1917 г. танки вышли в бой, причем один был поврежден прямым попаданием снаряда. 19 апреля танки атаковали на Али-Эль-Мунтер при артиллерийской поддержке с кораблей, при этом 52-ю британскую пехотную дивизию поддерживали четыре танка, а 53-ю дивизию — два. Перед боем танки прошли своим ходом около 64 километров, что было на пределе их ресурса. В ходе боя один танк повредил гусеницу, один провалился в рытвину и был засыпан песком, один попал в руки турок. Успеха не было. Командованию здесь совершенно не были известны особенности танков, машины ввели в бой на фронте 8 км без разведки, поставили им столько задач, сколько во Франции дали бы двум танковым батальонам. Местность представляла собой почти сплошные дюны. Британские танкисты принимали меры для увеличения защищенности своих машин, в частности, крепили на лобовых листах корпуса запасные траки гусениц — этот прием появился уже тогда.
Летом 1917 г. в Египет направили еще три Mk IV, и в конце октября 1917 г. танки перебросили к взморью. Их ввели в бой на фронте XXI корпуса между холмом Умбрелла и берегом моря к западу от Газы («третье сражение при Газе»). 6 танков придали по 1–2 пехотным бригадам, назначив им 29 целей, два оставили в резерве. Танки везли еще и инженерное имущество. Атака производилась ночью с 1 на 2 ноября под прикрытием огневого вала, дым и пыль не позволили воспользоваться лунным светом, и направление экипажи выдерживали по компасу. Тем не менее часть задач танки выполнили. Один танк заблудился и вернулся обратно, 4 вышли из строя, увязнув, повредив гусеницы или из-за пожара, но потери экипажей были невелики — один убитый и 2 раненых. Весной 1918 г. танки передали артиллерийскому управлению в Александрии, а экипажи вернули в Англию для переподготовки — во Франции разворачивалось германское наступление. Тогда танки не показали в пустыне своих возможностей, гораздо эффективнее здесь действовали бронеавтомобили во взаимодействии с пехотой и конницей.
Ремонтники
Немалую работу в обеспечении действий Танкового корпуса проделали т. н. «спасательные отряды», или «полевые танковые роты», состоявшие из бригад мастеровых и разномарочных тягачей. Отсутствие опыта компенсировалось изобретательностью и инициативой, тем более достойными уважения, что работа часто проходила на поле боя под огнем противника или ночью. Так, после неудачи под Ипром спасательные роты эвакуировали в тыл около 190 танков. Помогли танкистам и «китайские рабочие роты» — еще в сентябре 1916 г. на Сомме они помогали эвакуировать танки, позже были приписаны к Центральным мастерским. С танков, не подлежащих эвакуации, снимали целые спонсоны, двигатели, агрегаты трансмиссии, гусеницы. Только с 8 августа по 11 ноября 1918 г. полевые танковые отряды смогли эвакуировать с поля боя 887 танков. Из них 15 отнесли к безвозвратным потерям, 559 отремонтировали в походных мастерских, 313 отправили в Центральные мастерские (204 вернулись на фронт). Таким образом, была заложена основа танко-ремонтной службы.
Боевое применение французских танков
Первые бои
Первое применение французских танков 16 апреля 1917 г. на р. Эн оказалось неудачным. Это было в ходе апрельского наступления англо-французских армий 1917 г. — «операции Нивеля», проводившейся с целью решительного разгрома германских армий, но закончившейся провалом. 5-я и 6-я французские армии прорывали германский фронт в районе Краона, и им были приданы танки. Местность была в целом танкодоступной, но с учетом длившейся 15 суток артподготовки и расширения германцами траншей танки решили использовать позади атакующей пехоты — они должны были заменить подтягивание артиллерии при атаке третьей позиции на фронте Амифонтен — Прувэ. Вместо запланированных 400 у местечка Берри-о-Бак удалось сосредоточить 208 танков «Шнейдер» и 48 «Сен-Шамон», из которых в атаке приняли участие только 132 «Шнейдер». Танкам пришлось совершить долгий марш, выдвигаясь в район боя своим ходом. Часть пути колонны прошли при свете дня, были обнаружены германскими летчиками, и вскоре после этого начался артиллерийский обстрел. Один участок пути вдобавок простреливался германской артиллерией прямой наводкой. Эти факторы привели к тяжелым потерям танков еще во время развертывания. К тому же атака французов не была внезапной для противника.
Еще 11 апреля один из начальников германской дивизии отдает приказ, в котором призывает солдат защищать свои позиции до конца: «Роковой момент приближается. Развитие неприятелем артиллерийского огня возвещает будущую атаку наших траншей. Храбрые рейнцы, ганноверцы и полки гвардии будут защищать свои позиции до конца. Я уверен, что ни один не сдастся в плен».
«Сен-Шамон» из-за неполадок и повреждений ходовой части в бою не участвовали. Танки «Шнейдер» действовали в составе двух групп, каждая из которых получила название по имени командира — группа майора Боссю (восточная) в составе 2, 4, 5, 6 и 9-го дивизионов и группа майора Шобэ (западная) в составе 3, 7 и 8-го дивизионов. Каждый дивизион состоял из 12 машин, подразделений обеспечения, ремонта и нескольких резервных танков. Для помощи в преодолении препятствий им придали группы пехоты.
16 апреля группа Боссю должна была с частями XXXII корпуса атаковать противника в направлении междуречья рек Мьет и Эн, с целью прорвать вторую линию немецкой обороны со стороны Жювенкура. Группа Шобэ, с запада от реки Мьет, должна была с частями V корпуса двигаться в направлении Жювенкура. Группа Боссю четырьмя дивизионами поддерживала 69-ю пехотную дивизию и одним 42-ю дивизию. Темп продвижения боевых машин был невелик даже до достижения первой линии обороны, поскольку на пути продвижения танков помехой стали свои обозы и пехотинцы. Продвигавшаяся на левом фланге группа Шобэ задержалась перед рвом шириной 4–5 м, а группа Боссю на правом фланге начала одной колонной переправляться по мосту через реку Мьет шириной 3 м. Для обеспечения прохода танков через широкие траншеи 154-й пехотный полк потратил 45 минут, в течение которых танки были вынуждены рассредоточиться. Во время боя в горящем танке погиб майор Боссю, заслуженный боевой офицер, кавалер ордена Почетного Легиона и Военного креста. После того как огонь противника рассеял пехоту, танки продолжили свое продвижение к третьему рубежу немецкой обороны. Из 82 танков «Шнейдер» группы Боссю 32 были уничтожены в районе обороны противника и 12 — на рубежах обороны французов. Потери этой группы — 44 танка, убито и ранено 26 офицеров и 103 рядовых. Правда, атакующие силы XXXII корпуса захватили намеченные рубежи, но подверглись сильному обстрелу противника и были вынуждены отойти. Результаты атаки 50 танков группы Шобэ в полосе 10-й пехотной дивизии оказались еще более печальными, поскольку ни один «Шнейдер» не смог преодолеть первую линию немецкой обороны, главным образом из-за характера местности. 8 танков было потеряно сразу, как только они, выдвигаясь, попали в болото. Уходя из-под обстрела, танки прибавили ход и оторвались от пехоты. Все это привело к тяжелым потерям — 32 танка были подбиты, из них 26 поражены огнем артиллерии и сгорели, погибло 7 офицеров и 44 рядовых.
В результате боя танки понесли большие потери от артиллерии, и хотя оставшиеся машины продвинулись на 2–3 км, пехота не последовала за ними, и танкам пришлось отойти. Кроме введения танков на неблагоприятной местности, сказалось отсутствие взаимодействия. «Пехота сопровождения, которая должна была проложить путь по изрытым снарядами участкам, — писал в своем донесении капитан Шануан, заместивший во время атаки погибшего майора Боссю, — не выполнила своей задачи; она не исполнила этой работы так, чтобы позволить танкам быстро совершить переход». Майор Шобэ также отмечал, что «окоп непереходим и переправочные средства отсутствуют; пехота сопровождения, попавшая под артиллерийский огонь, разбрелась по ходам сообщения, и присоединиться к ней не представляется возможным». Из 132 танков, брошенных в атаку с «выжидательных» позиций, 76 танков (т. е. 57 %) остались на поле боя, из них 57 уничтожены огнем артиллерии.
Казалось бы, подтверждалось мнение германского командования, что при хорошо организованной обороне танки не представляют опасности. Но, несмотря на это двойное поражение, французский Генеральный штаб не отказался от применения танков. Сказалось доверие к новому роду оружия и к его командующему Этьену со стороны нового начальника Генерального штаба — генерала Петэна.
«Сен-Шамон» впервые пошли в бой в мае 1917 г. 5 мая в районе мельницы Лаффо 19 танков «Шнейдер» 1-й и 10-й групп (дивизионов) и 12 (по другим данным, 16) «Сен-Шамон» 31-й группы поддерживали пехоту, но остановились перед слишком широкими окопами противника — сказалась недостаточная проходимость машин. Погибло шесть танков: два от огня противника на подступах к его обороне и четыре застряли, а затем были подбиты. Продвижение на фронте 3200 м составило 500 м, взята мельница Лаффо, уничтожено несколько огневых точек, отбиты контратаки. Операцию сочли «частично удавшейся». В этом бою выявилась лучшая проходимость «Шнейдер» по сравнению с «Сен-Шамон», которые почти не могли двигаться на пересеченной местности — во всяком случае, без повреждений остался один «Шнейдер».
С 23 по 25 октября во время сражения при Ла-Мальмезоне в полосе 6-й французской армии использовались 38 танков «Шнейдер» 12, 8 и 11-й групп (дивизионов) и 20 «Сен-Шамон» 31-й и 33-й групп. Впервые в операции применили 5 «радиотанков» для координации действий с другими родами войск — всего 63 танка. При подготовке операции два спешенных кирасирских батальона прошли совместную подготовку с танками в Шамплиэ.
После шестидневной артподготовки, 23 октября в 5 ч 15 мин, началась атака. Велась она волнами пехотных цепей, поддерживаемых танками. Хотя из 63 танков 24 не перешли исходной позиции пехоты, а 19 застряли между исходной позицией и первым рубежом обороны противника, 20 оставшихся выполнили свою задачу по захвату линий окопов и позволили срезать мальмезонский выступ. На фронте 12 км французы проникли в глубину германской обороны на 6 км, потеряв 8000 человек и два танка «Сен-Шамон», германские потери, по французским данным, составили 38 000 человек убитыми, до 12 000 пленными и 200 орудий.
Поделиться книгой: