Город Гарольда

— Да, — улыбаясь, подтвердил Крис. — Твое убежище больше напоминает какую-то секретную лабораторию, а не хижину старичка-отшельника. Так что перестань строить из себя дурачка. Твоя актерская игра совсем не убедительна! Выкладывай всё о себе и как можно правдивее.

Осознав, что его блеф не удался, Ауст перестал корчить из себя перепуганного домоседа. Хлёсткая улыбка, демонстрирующая протет, непокорность, снова распласталась на его губах, а белки глаз незнакомца наполнились красной краской праведного гнева. Взгляд Ауста стал вызывающе дерзким, полным ненависти и озлобленности, выражающим его истинное отношение к захватчикам: внутренний бунт и нежелание потакать агрессорам. Он медленно, без спроса стал подниматься на ноги, попеременно переводя свой испепеляющий взгляд со Снайпера на Криса.

— Да, — голос старика стал холодным как метал. — Вы раскусили меня, гадкие недоноски. — Улыбка на лице незнакомца удвоилась в размере. — Вам предателям рода людского всё же удалось поймать меня! Мерзавцы, ничтожества, жалкая требуха…

Крис и Снайпер молча сносили гневную тираду Ауста, не осмелившись прервать его выступления.

— Вот только одного вы, безмозглые душегубы, не понимаете… — Ауст призрачно расхохотался. — Когда-то ваша обоготворенная Система раздавит вас самих. Раздавит вас, как мелких ничтожных паразитов. И не посмотрит на то, что вы ей преданно служили всю свою глупую, бессмысленную жизнь, что вы когда-то были её лучшими агентами. — Ауст снова безумно расхохотался. — Тогда, будучи уже на эшафоте, вы припомните мои слова и очень пожалеете, что когда-то поймали меня — последнюю надежду человечества, профессора генной инженерии и органики Виктора Ауста! Но будет уже поздно. — Ауст набрал полную грудь воздуха, готовясь в очередной раз бросить грязный смешок в лица Снайпера и Криса, но Снайпер его перебил:

— С чего Вы взяли профессор, что мы агенты Системы?

На физиономии Ауста появилось откровенное удивление и непонимание.

— Ну, ты ж сам сказал мне, что ты не бандит… правильно?

— Да!

— И вы не роботы, — продолжил рассуждать Ауст более спокойным голосом, — так как, если бы вы были роботами, я бы это узнал благодаря моему рободетектору. Даже если б вы были роботами в человеческом обличии, я б об этом узнал.

Ауст уверенным шагом направился к своему халату, висевшему на вешалке у двери, ведущей в ванную комнату. Крис моментально насторожился, готовясь к тому, что старик может в любую минуту выбросить очередной неприятный сюрприз. Подсознательно почувствовал, что атмосфера резко накалилась, ученый замедлился и обернулся. На его губах появилась добрая улыбка. Он театрально поднял руки и зашевелил пальцами, словно играя на клавишах невидимого пианино парившего в воздухе, показывая безобидность своих намерений.

— Вы позволите мне залезть рукой в карман моего халата? — Учтиво спросил Ауст. — Хочу показать вам свое уникальное изобретение — робдетектор.

Снайпер кивнул.

Ауст достал из кармана крохотное устройство круглой формы, внешнее напоминающее циферблат часов, и направился к своему прежнему месту.

— Это устройство сканирует определенные частоты, которыми пользуется роботы. Так что, если б вы действительное были роботами, мой прибор бы уже давным-давно тревожно взвыл, оповестив меня об опасности. А он молчит… значит — вы не роботы!

— Мог бы просто спросить об этом… — с ухмылкой ответил Крис.

— А если Вы не бандиты, и не роботы, — продолжил логическую цепь рассуждений Ауст, — значит, вы должны быть агентами-доносчиками Системы. — На его лице снова появилось озадаченность. — Иначе и быть не может! В мире определенно не осталось иных категорий живых организмов. Только бандиты и предатели. Ну и мутанты, конечно.

— А к какой категории Вы сами себе относите? — С поддевкой задал вопрос Крис.

— Я исключение! — С гордостью, императивно сказал ученый.

— А как на счёт порядочных людей? — Поинтересовался Снайпер, на что Ауст неистово расхохотался.

— Порядочные люди? Да их же давно истребили! Примерно, сразу после мамонтов!

— А всё же, — не уступал Снайпер. — А что если мы приличные люди, которые так же ревностно, как и Вы, профессор, ненавидит эту Систему и готовит против неё мятеж?

В глазах Ауста вспыхнуло пламя заинтересованности. А вот физиономия Криса стала крайне обеспокоенной.

— Зря ты его так быстро посвятил в свои планы, — сказал Крис. — Не факт, что он сам не штык Системы…

— Я шпион Системы? — Ауст моментально вскипел от злости. — Да я её всем сердцем ненавижу, эту проклятую Систему. Ненавижу её больше, чем кто — либо на свете. Я от всей души желаю ей и всем её последователям горя, зла и всевозможные несчастья… безмозглый ты болван! Если б я был шпионом Системы — прятался бы я в этой вонючей выгребной яме, куда сливаются все нечистоты этого грязного мира, и куда даже самые отъявленные отморозки бояться заглянуть, так как в этой клоаке водятся лишь дикие, кровожадные гибриды. Я столько лет не видел солнечного света, что ты и представить себе не можешь! Штык системы! Да как же!

— Он не хотел Вас обидеть профессор, — вступился на защиту Криса Снайпер. — Просто в Гетто никому не принято доверять. А мы Вас едва знаем.

— Ладно! — Мгновенно остудился Ауст. — И вы меня извините за дерзость. Такой характер. Моментально возгораюсь как сера, дай только малейший повод. Всё из-за этого чертового одиночества. Я привык, что я здесь сам себе король. Привык вести себя соответственно.

Беспокойная тишина повисла в комнате.

— Если мы уберем свое оружие, Вы не попытаетесь нас убить? — По-детски наивно спросил Снайпер.

— Очень нужно, — фыркнул Ауст. — Да и было бы чем. Последний пистолет и тот поломали мне.

Глаза парней синхронно опустились вниз, где на грязном полу мирно покоился короткий пистолет Ауста с разорванным, раскрывшимся в форме цветущего цветка стволом.

Крис опустил винтовку. Ауст вальяжно присел на край стола, по-деловому скрестив руки у груди.

— Ну раз мы уже почти друзья, и, как оказывается, мы имеем сходные планы относительно противодействия Системы — прошу Вас присаживаться, — Ауст кивнул в сторону старого дивана. — Я думаю, нам есть о чем с вами поговорить.

╗ РАЗГОВОР

— Когда-то я сам был соратником доктора Эрлаха Гарольда, — с мрачной улыбкой на лице и сожалением в голосе произнес Ауст. — Очень близким соратником Гарольда.

— А вообще много ученых работало на «Свободный мир»? — Поинтересовался Крис.

— Огромное количество! Просто невероятное количество! — Восхищенно ответил Ауст. — Все молодые и перспективные ученые планеты рано или поздно присоединились к группе и работали на «Свободный мир». Объединение включало в себя целую армию прогрессивных специалистов по всем передовым направлениям научной деятельности. Среди нас были ведущие умы в области генной инженерии, робототехники, молекулярной биологии, искусственной энергетики, интеллектуальной инженерии, квантовой механики, специалисты высшего звена по ядерным исследованиям.

Крис и Снайпер внимательно слушали рассказ Ауста о прошлом, которое было штучно изъято из их памяти. Голос Ауста был мягок и спокоен. Он был прекрасным оратором, его речь гипнотическим образом притягивала и очаровывала.

— Мы все искренне верили, что трудимся во благо всего человечества, что плоды наших экспериментов и исследований будут использованы для создания идеального мира, в котором не останется места для зла, насилия и несправедливости. Никто из нас и не предполагал, что его изыскания будут использованы в корыстных целях, что результаты его кропотливых трудов, так или иначе приведут к полному уничтожению цивилизации, к установлению деспотии мирового масштаба, и порабощению человечества. Никто и не думал, что когда-то он окажется в оппозиции к фракции, которой отдал столько лет и сил, что когда-то он будет вероломно обвинен в измене режиму, убит или заключен в тюрьму.

— Но Вы же сами говорите, что были очень близки к Гарольду! Неужели Вы не видели, что происходит на самом деле? Для чего в действительности используются плоды ваших трудов? Как можно было не замечать, что мир котится в бездну хаоса? — С негодованием спросил Снайпер. — Почему никто из вас, передовых умов человечества, не выступил против Гарольда? Судя по тому, что я читал в найденных обрывках различных газет и журналов уже после своего изгнания в Гетто, захват власти и порабощение мира был весьма продолжительным процессом. На первых шагах мировая пресса поддерживала Гарольда за его смелые идеи, воплощенные в проекте «Свободный мир», но после ядерного уничтожения населения в нескольких странах под явно липовым предлогом самозащиты от тирании деспотов, беснующихся в данных государствах, после истребления роботами Гарольда мирного населения в огромных городах, якобы инфицированного смертоносными болезнями, после ряда химических авиаударов по странам, дружественно относившимся к фракции, мировое сообщество объявило войну «Свободному миру». Войну, длившуюся около пяти лет. В ходе которой было истреблено порядка семи миллиардов людей! Разрушены тысячи городов! Превращены в прах все общепризнанные достопримечательности и культурное наследия человечества! Почему никто из вас этого не видел? Почему никто не попытался остановить Гарольда?

Ауст глубоко вздохнул с прискорбной улыбкой на лице и на несколько секунд уперся взглядом в стену, глядя как будто бы свозь нее куда-то вдаль, в само прошлое.

— Если б всё было настолько просто, как ты говоришь мой друг? — С тяжестью и латентной виновностью в голосе ответил Ауст.

— Но что Вам действительно мешало прекратить работать на Гарольда? — Спросил Крис. — Страх? Или что?

— Неведенье… — томительно ответил Ауст.

— Что? — Одновременно воскликнули Снайпер и Крис, искренне удивившись ответу ученого.

— Да. Именно так… До самого создания Города Ангелов я и не знал, о том, что в действительности происходит в мире. Никто из нас не знал, что в реальности происходит вокруг нас.

— Но как такое возможно? — Возмущенно спросил Крис.

— Во-первых: все мы, молодые ученые, завербованные и принятые в «Свободный мир» работали и жили на удаленной секретной базе, расположенной где-то глубоко под землей, в какой-то неприступной части планеты. Нам запрещалось каким-либо способом контактировать с внешним миром, даже со своими родственниками.

— И вы соглашались на такое? — С изумлением спросил Крис.

— Мы думали, что мы трудимся во имя всего человечества! И готовы были пожертвовать всем, что имеем, ради достижения великих целей! — Ответил Ауст.

— А чем обосновывалось необходимость столь суровой изоляции от внешнего мира? — Поинтересовался Снайпер.

— Изоляция необходима была для обеспечения нашей безопасности, — ответил Ауст. — Нам неустанно вбивали в головы, что, так как мы являемся по существу мозговым центром «Свободного мира», все недруги новой лада, во что бы то ни стало, захотят выследить наш центр и уничтожить его. Любой контакт с внешним миром опасен, так как может выдать наше местонахождение, а это смертельная угроза для всего проекта.

— А кого «Свободный мир» определял в качестве своих врагов?

— Тиранов, продажных политиков, крупных наркоторговцев, мафиози, алчных бизнесменов и тронутых мозгами монархов. Нам беспрестанно втирали, что все те, кому есть, что терять в случае, если мир станет чистым и свободным, желают и делают всё для того, чтобы уничтожить нас и нашу идеологию. А о злодеяниях нашей системы до нас не доходило ни слова. Мы даже и не предполагали, что своими же руками создаем то, что впоследствии уничтожит наших родственников, друзей и близких.

— Ну, конечно же… — воскликнул Крис. — Как всё хитро задумано! Вы в изоляции и даже не подозреваете, что творится за стенами вашего центра. И не догадываетесь о том, что ваши творения используются, чтобы сеять хаос и смерть вокруг. Гениально, насколько коварно!

— Мало того, что мы не знали, что в действительности происходит… — уныло добавил Ауст, — каждый день мы получали гигантские порции фальшивой пропаганды разглагольствующей о том, насколько, благодаря нашим изобретениям, людям стало лучше жить на свете; о том, что с лица земли исчезает голод, каторжный труд, смертельные болезни.

— А когда вас всех выпустили научного центра в Город Ангелов? Как они объяснили, что от мира остался лишь один несчастный город? — С негодованием в голосе спросил Снайпер.

— Новости об уничтожении человечества нам была преподнесена как деяния нескольких свихнувшихся диктаторов, против которых отчаянно боролась фракция, но которых так и не успела победить. Гарольд собрал нас всех и сказал: «Боюсь, я вынужден вам рассказать о том, что привычного мира уже не существует. Весь мир уничтожен! Весь мир — это мы с вами и ещё несколько выживших отрядов, доблестно воевавших на стороне «Свободного мира» против армады деспотов».

На лице Ауста появилась безысходная печаль.

— Тогда всех буквально парализовало горе и страх, — продолжил Ауст. — Для каждого это была настоящая трагедия. Никто не мог трезво рассуждать, логически думать в этот момент. Многие чуть ли не теряли сознание от охвативших их страданий. Это была натуральная адская пытка.

Ауст снова коротко замолчал, тяжело вздохнул и продолжил рассказ:

— В тот момент в глубине души мы все искали виновного в этих ужасных катастрофах и чудовищных преступлениях, того, кто должен был понести бремя ответственности за смерть наших близких. Гарольд прочувствовал момент и виртуозно воспользовался глобальной психологической подавленностью социума. Он рассказал нам о том, как правители, не желая расставаться с властью, нанесли серию ядерных ударов по своим и другим государствам, руководствуясь жестоким кредо: «Если не мне — то никому!». Он рассказал, что уже больше недели дивизии роботов ведут отчаянные, круглосуточные поиски уцелевших по всем континентам, но результаты безутешные. Выживших просто нет.

— А на самом деле, роботы могли добивать всех тех, кого не уничтожили ракеты… — с сожалением в голосе заметил Крис.

— Скорее всего, так оно и было… — печально согласился Ауст.

— Но потом… — снова возмущенно вставил Снайпер. — Ведь долго новая система не могла скрывать правду! В скорее после создания Города Ангелов было построено Гетто, куда ссылали всех подряд, где с людьми обращались как с вещью? Этого же вы не могли не видеть?

— Не так всё просто друг мой… — скорбно возразил Ауст. — Система и дальше пыталась себя выгородить, умело корча из себя жертву обстоятельств, маскируя свое истинное обличие кровожадного монстра под личиной невинного святоши. Гарольд и его бравые приверженцы так искусно искажали действительность всеми мыслимыми и немыслимыми способами, вводя тем самым всех нас в заблуждение, путая и пугая нас, что никто и не подумал о том, что у нашего славного «Свободного мира» настолько двуличное, гнилое нутро.

— Как же им это удавалось? — Спросил Снайпер.

— Для начала была создана иллюзия присутствия внешнего врага. В первые дни после всеобщего переселения в Город Ангелов, Гарольд выступил с публичным обращением к гражданам, и сообщил о том, что несколько наших отрядов, ведущих поиски уцелевших, наткнулись на колонии приверженцев старого режима и были уничтожены. Его выступление сопровождал видеоряд, якобы с камер наблюдения поисковой группы в тот момент, как на неё напали наши враги. После уничтожения роботов, один из нападавших в демонической маске оставил послание для всех нас, перед тем как расшибить камеру. В послании шлось о том, что им (нашим врагам) достоверно известно, где находиться наше убежище — Город Ангелов, и что единственным желанием их огромной колонии является полное уничтожение всех нас. — Ауст призадумался, взяв небольшую паузу. — Скорей всего это видео было обычным монтажом или постановочной сценой, но желаемый эффект был достигнут. В Городе Ангелов снова воскресла пандемия страха. Мы ощущали себе как жуки в закрытой стеклянной банке, к которой со всех сторон сползаются черные тени наших неприятелей; в стеклянной банке, стоящей на краю стола. Каждый из нас чувствовал себя под прицелом невидимого оружия, которое в любую секунду могло выстрелить.

— Паника… — сказал Снайпер. — Вот чего добивался Гарольд. Чтобы люди переживали только за сохранность своей жизни и за личную безопасность. Что бы люди перестали всматриваться в детали и искать вокруг себя правду и объяснений происходящего. Чтобы всё внимание жителей Города Ангелов было сконцентрировано на внешней угрозе, а не на внутренних проблемах Системы, а тем более, на нестыковках между сказками, рассказанными Гарольдом, и объективной реальностью.

— Именно! — Подтвердил Ауст. — А следующий шаг Системы был ещё более бесстыдным. Спустя несколько дней после объявления о объявившимся противнике, в Городе Ангелов якобы была поймана первая группа предателей, будто работавших на наших врагов, которые готовили ряд терактов и диверсий. Это ещё больше посеяло страх среди населения. Оказывается наши враги уже среди нас, уже сумели пробраться в наш дом, и при этом сделали это совершенно незаметно. Это было ошеломляющим ударом для всех. Мы стали пугливыми и недоверчивыми, как натерпевшиеся человеческих мук животные, вырвавшиеся на волю, за которыми велась погоня. Мы перестали доверять друг другу, боясь, что те, кого мы считали своими друзьями, могут на самом деле не являться таковыми. И самое главное, мы практически перестали общаться между собой, а значит, не могли обмениваться информацией, обсуждать те или иные случаи и происшествия. Чего и требовалось Системе.

— А тогда появилось Гетто? Правильно? — Спросил Крис.

— Да! Совершенной верно, — ответил Ауст. — Так как предателей с каждым днем становилось всё больше, аресты учащались с геометрической прогрессией, возникла необходимость куда-то девать орду «неблагонадежных» персон. Тогда Гарольдом было принято решение огородить южную часть мегаполиса, что располагалась по соседству с Городом Ангелом за Промзоной и изначально предназначалась для постройки в будущем близнеца Города Ангелов, огромной стеной. Стена должна была стать идеальным барьером, защищающим всех нас от злокачественных клеток общества.

Ауст сделал паузу, что бы перевести дыхание, затем продолжил:

— Изначально, жители Города Ангелом бурно приветствовали эту идею, надеясь на то, что такой радикальный шаг позволит обезопасить и оздоровить нашу общину. Озарение снизошло на нас только тогда, когда за стеной оказалась большая часть населения мегаполиса… но тогда было уж слишком поздно что-то предпринимать. Буквально в несколько дней оставшихся жителей Города Ангелов под самыми немыслимыми предлогами сослали в Гетто, без какого-либо намека на судебное разбирательство. В городе осталась только самая верхушка фракции во главе с Эрлахом Гарольдом и те, чья репутация была кристально безупречной, кто изначально знал и поддерживал истинные цели «Свободного мира» — превращение планеты Земля в закрытый клуб для избранных. А последующую цепь событий вы уже и сами знаете: создание «Фермы крови», массовая наркотизация жителей Гетто, создания Инкубатория.

— А как Вам удалось спастись? — Спросил Снайпер.

Ауст добродушно заулыбался.

— Мне просто повезло. За несколько дней до тотальной ссылки жителей Города Ангелов в Гетто, я случайно услышал секретный разговор Гарольда с его ближайшими соратниками. Так мне открылась истина, объясняющая фантасмагорию странных событий. Сначала я попытался поделиться своим открытием со своими друзьями, но они настолько были преданны «Свободному миру», что никто из них мне не поверил. Более того, после моего рассказа, они сочли меня за предателя и пособника наших врагов. Мои дни в Городе Ангелов были сочтены. С минуты на минуту меня могли арестовать и сослать в Гетто. Тогда я решил сбежать самостоятельно. Собрав всё самое ценное и необходимое для выживания, я пробрался в канализацию и нашел себе вот это роскошное пристанище! — Ауст с ироничной улыбкой на лице развел руками, демонстрируя свои шикарные владения.

— Ну как Вам удалось добраться до этого места? Канализация ведь забита мутантами? — Удивленно спросил Снайпер.

— Да ещё и доставить сюда все эти предметы? — Задал дополнительный вопрос Крис.

— Прогулка по канализации, кишащей мутантами и гибридами, сопоставима с воскресным утренним променадом по парку для вас, если вы являетесь прародителям всех этих тварей.

Снайпер и Крис вместе ахнули от изумления.

— Да, да! — Слегка высокомерно произнес Ауст. — Это в действительности так. Именно я был руководителям группы исследователей, курирующих данный вопрос. Исключительно под моим руководством создавались все эти мерзопакостные монстры, включая самого большого и страшного Вилла.

— Это вы про того Оборотня который преследовал нас перед тем, как мы добрались до Вашего пристанища?

— Да, это был именно он! — С гордость сказал Ауст. — Это был мой Вилли. Венец моих нелегких трудов. Первый гибрид с невероятным высоким интеллектуальным уровнем, которым легко можно командовать. Он, а ещё токсин «Невидимка», которого, как смерти, страшатся мутанты, позволили мне запросто добраться до моего теперешнего пристанища. А всё это барахло, — Ауст снова развел руками обращая внимание собеседников на предметы интерьера, — это всё мне удалось раздобыть со временем. Примерно раз или два раза в неделю поздней ночью мы с моим ручным монстром выбираемся в Гетто, где добываем мне еду, ну и собираем те или иные бытовые предметы, которые могут пригодиться в хозяйстве. Вилли обладает такой силой, что может и боевой транспортер с роботами сюда доставить.

— Так это действительно, правда… — радостно воскликнул Снайпер. — Значит, Ночной Зверь действительно существует?

— Да, это так! В Гетто мой Вилли получил именно такое идиотское прозвище!

— А другие интеллектуально развитые гибриды существуют? — Поинтересовался Крис.

— Нет! Он один-единственный в своем роде, — самодовольно ответил Ауст и ехидно засмеялся. — Убегая из Города Ангелов, я уничтожил все результаты наших исследований, похоронив, таким образом, возможность создания подобного монстра. — Ауст снова засмеялся. В его смехе чувствовалось едкая нотка мести и сладкая нотка хвастовства. — Думаю, Гарольд до сих пор кусает себя за локти, что не сделал меня своим самым близким соратником. С моей помощью он мог бы создать непобедимую армию послушных мутантов, а не использовать этих чертовых роботов, которым даже жителей Гетто, и тех не удается усмирить.

— А точно невозможно восстановить результаты проводимых Вами исследований? — Спросил Снайпер.

— Без меня нет. Только я знаю секретные ингредиенты приготовления этого генетического чудо-страшилища. Без меня моя группа ломанного гроша не стоит.

— Это уже радует, — сказал Снайпер, и неловкая тишина повисла над собеседниками. Внимание Криса и Снайпера привлекло видео с одной из камер наблюдения, установленных в Гетто, отображающееся на голографическом экране. На видео группа молодых парней в стильных костюмах измывались над каким-то парнем, пойманным недалеко от одного из входов в канализацию. Ауст же смотрел пустым взглядом в потолок.

Внезапно, после продолжительного молчания, на лице Ауста появилось просветление, будто он что-то припомнил.

— Я вот что вспомнил, — довольно заулыбался ученый. — В начале нашего знакомства ты что-то такое говорил про то, что вы — коварно-хитрая улыбка снова показалась на его бледных губах, — якобы приличные люди, которые ненавидят эту Систему и готовят против нее восстание? Я всё правильно припомнил?

Снайпер улыбнулся.

— Совершенно верно…

— А теперь поподробнее расскажите мне о готовящемся мятеже? А то знаете, глубоко живем и не всегда свежие сплетни, блуждающие по Гетто, доходят до нас.

— Ну, — начал Снайпер, но увидев на экране, как один из поддонков холоднокровно пристреливает пойманного парня, запнулся. Острое чувство несправедливости вонзилось штырем в область левой груди парня. Зубы крепко сжались от злости, а в глубине себя он почувствовал грозный клич ярости. Несмотря на довольно продолжительный период пребывания Снайпера в Гетто, его высокая нравственность никак не давала ему смириться, принять как должное, вопиющие случаи безнаказанности, которые чуть ли не ежедневно ему доводилось видеть вокруг себя, в повседневной жизни.

— Что такое? — Спросил Ауст, приметив замешательство на лице Снайпера. Ученый обернулся к голографическому экрану. Не увидев ничего особенного, он через несколько секунд с недоумением повернулся к Снайперу и спросил с удивленной интонацией в голосе: — Что ты там увидал такого, что тебя будто грязью облило?

— Ничего… — хрипло ответил Снайпер.

— Ну, так что там насчёт мятежа?