Помоги проекту - поделись книгой:
18. Восемь месяцев Советской Белоруссии // Звезда. – 1919. – 24 сентября. – С. 3.
19. Усебеларускі з’езд 1917 года: сведчанне сучасніка / Прадм. і публ. В. Скалабана // Беларускі гістарычны часопіс. – 1993. – № 4. – С. 50–62.
20. Сташкевич Н.С. Формирование идеологии белорусской государственности / Н.С. Сташкевич // Беларуская думка. – 2001. – № 1. – С. 136–147.
21. Постановление ЦК КП(б)Б о политических и организационных мероприятиях в связи с подготовкой к выборам депутатов в Народное собрание на территории Западной Белоруссии // Национальный архива Республики Беларусь (НАРБ). – Ф.4. – Оп. 3. – Д. 800.
22. Борьба трудящихся Западной Белоруссии за социальное и национальное освобождение и воссоединение с БССР: Документы и материалы. В 2 т. / Ин-т ист. партии при ЦК КПБ – фил. Ин-та марксизма-ленинизма при ЦК КПСС и др.; Сост.: В.Н Жигалов, Л.П. Климантова, Т.Д. Либеровская и др.; Редкол.: В.И. Гурский и др. – Т. 2. – Мн.: Гос. изд-во БССР, 1972.
23. Дзесяць год уз’яднання беларускага народа ў адзінай Беларускай Савецкай дзяржаве. – Мн.: Дзярж. выд-ва БССР, 1949.
24. Декларация Белорусского народного собрания по вопросу о вхождении Западной Белоруссии в состав Белорусской Советской Социалистической Республики // НАРБ. – Ф.4. – Оп.21. – Д. 1756.
25. Grzelak Cz. Rola Armii Czerwonej w wyborach na zajкtym terytorium Polski pуіnocno-wschodniejw 1939 roku / Cz. Grzelak // Polska i jej wschodni sasiedzi w XX wieku. Studia i materiaіy ofiarowane prof. dr. hab. Michaіowi Gnatowskiemu w 70-lecie urodzin / Redakcja naukowa: Hanna Konopka, Daniel Boжkowski. Biaіystok: Wyd. Uniwersytetu w Biaіystoku, 2004. – S. 247–261.
26. Трафімчык А. Успаміны «заходнікаў» пра першыя савецкія выбары ў Ганцавіцкім раёне Брэсцкай вобл. / А. Трафімчык // Восень 1939 года ў гістарычнай традыцыі і вуснай гісторыі / Пад рэд. д-ра гіст. Н.А. Смаленчука. – Мінск: Зміцер Колас, 2015. – С. 95–104.
27. Гісторыя беларускай дзяржаўнасці ў канцы XVIII – пачатку XXI ст. У 2 кн. Кн. 2 / М.У. Смяховіч [і інш.]; рэд-кал.: А.А. Каваленя [і інш.]; Нац. акад. навук Беларусі, Ін-т гісторыі. – Мінск: Беларус. навука, 2012.
28. Василевич Г.А. Надежный двигатель прогресса / Г.А. Василевич // Беларуская думка. – 1996. – № 4. – С. 90–93.
29. Курьянович А.В. Верховный Совет в политической жизни Беларуси: формирование, особенности деятельности, финал (1990–1996) / А.В. Курьянович. – Минск: Тесей, 2011.
30. Проблемы формирования гражданского общества в Беларуси / В.В. Карбалевич, В.В. Ровдо, В.Ю. Чернов, В.И. Шабайлов. – Мн.: НЦСИ «Восток – Запад», 1996.
31. Конституция Республики Беларусь 1994 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.pravo.by/main.aspx?guid=6351. – Дата доступа: 21.07.2015.
32. Только народ вправе решать свою судьбу: Материалы Всебелорус. нар. собр., 19–20 окт. 1996 г. / [Редкол.: В.Л. Бразовская и др.]; Администрация Президента Республики Беларусь – Мн., 1996.
33. Ioffe G. Reassessing Lukashenka: Belarus in Cultural and Geopolitical Context / Grigory Ioffe. – New York: Palgrave Macmillan, 2014.
34. Белорусский путь / Под ред. О.В. Пролесковского и Л.Е. Криштаповича. – Минск: ИАЦ при Администрации Президента Республики Беларусь, 2010.
35. Роўда, У.В. Палітычная сістэма Рэспублікі Беларусь: вучэб. дапам./ У. Роўда. – Вільня: ЕГУ, 2011.
36. Вместе во имя будущего: Документы и материалы четвертого Всебелорусского народного собрания, 6–7 декабря 2010 г. – Минск: Беларусь, 2011.
37. Национальная безопасность Республики Беларусь / С.В. Зась [и др.]; под ред. М.В. Мясниковича и Л.С. Мальцева. – Минск: Беларус. навука, 2011.
Шаврук Сергей Валентинович, проректор по учебной работе Академии управления при Президенте Республики Беларусь, кандидат исторических наук
Шаврук Юлия Александровна, преподаватель Беларуского государственного экономического университета, кандидат экономических наук
Стратегические альянсы: тенденциии, регулирование
Развитие глобальной экономики характеризуется усилением взаимодействия между компаниями различных стран. В условиях открытости международных рынков и стремительного изменения конкурентной среды предприятия, с одной стороны, могут испытывать трудности, опираясь лишь на свои собственные ограниченные ресурсы и возможности, а с другой – мировая экономика представляет возможность получить недостающие ресурсы и компетенции получить от других независимых субъектов хозяйствования, используя различные формы межфирменного сотрудничества.
Интеграция усилий взаимодействующих компаний из разных стран для повышения общей устойчивости на глобальном рынке является одной из тенденций развития мировой экономики.
Повышение эффективности интеграционных форм сотрудничества требует от участников, порой конкурирующих между собой на конкретных сегментах рынка, нахождения баланса между стратегическими и частными экономическими интересами, между централизованным и децентрализованным управлением. Возникает необходимость в использовании гибких организационных форм межфирменной интеграции, к которым относятся международные стратегические альянсы. Соответственно их развитие в Республике Беларусь как современной формы эффективного международного экономического сотрудничества является актуальной проблемой, ибо будет способствовать притоку прямых иностранных инвестиций и инновационных технологий из-за рубежа.
Стремительный рост числа стратегических альянсов произошел в 2000–2011 гг., когда в мире по данным Организации экономического сотрудничества и развития было создано около 180 тысяч альянсов, что в 2,5 раза больше, чем за предшествующее десятилетие, из них 62 % – международные [1]. Для объединения компаний такого типа в глобальной экономике свойственны высокая степень концентрации материальных, трудовых и финансовых ресурсов, что способствует качественному изменению характера взаимодействия предприятий, стимулирует приток прямых иностранных инвестиций и инновационных технологий.
Рост значения международных стратегических альянсов среди других форм интегрированных структур в современной международной экономике обусловлен, в первую очередь, «развертыванием» глобализации, а именно усилением активного взаимодействия субъектов хозяйствования разных стран, возрастанием интеллектуализации хозяйственной деятельности (V, VI уклад) и снижением ценности традиционных технологий (III, IV уклад).
Рост количества международных стратегических альянсов свидетельствует об усилении их значимости и роли среди других форм интегрированных корпоративных структур. В глобальной экономике международный стратегический альянс является наиболее прогрессивной формой развития бизнес-отношений на мировом рынке среди таких их форм, как холдинги и финансово-промышленные группы.
Международные стратегические альянсы усиливают и облекают в гибкую форму процессы концентрации и централизации капитала, еще больше усиливают мощь крупнейших компаний за счет согласования и объединения их усилий по сращиванию мировых рынков и устранению более мелких и слабых конкурентов.
Большинство фундаментальных работ, посвященных изучению стратегических альянсов, опубликованы в ЕС и США. Среди них можно выделить работы И. Ансоффа, Б. Гаретта, Б. Гомеса-Кессерса, Дж. Даннинга, Э. Джана, П. Джона-Хана, И. Доза, П. Друкера, П. Дюссожа, М. Есино, Э. Кэмбелла, Р. Моклера, Ф. Мэлджерса, М. Портера, Р. Рихтера, М. Робинсона, Лачс. К. Саммерса, Р. Спекмена, А. Стрикленда, О. Тае Хуна, А. Дж. Томпсона, Г. Хэмела, Р. Уоллеса и др.
Во взаимосвязи с теоретическими и практическими аспектами функционирования международных стратегических альянсов зарубежными учеными Э.П. Бабиным, Л.Д. Градобитовой, А.М. Либманом, А.Г. Мовсесяном, Т.Н. Онгоро, М. Портером, а также белорусскими учеными Н.И. Богдан, А.А. Быковым, Л.М. Кравец, Г.Г. Санько, Г.А. Яшевой исследовались проблемы кластеров, транснациональных корпораций и интегрированных корпоративных структур. Вопросы интеграции Республики Беларусь в мировую экономику, в том числе связанные с развитием международной производственной кооперации, освещены в исследованиях М.И. Балашевича, А.В. Данильченко, С.Р. Василевского, Л.Н. Давыденко, Ю.И. Енина, В.Ф. Медведева, А.Г. Санько, Л.М. Петровской, А.А. Праневич, В.М. Руденкова, Г.В. Турбан, В.Н. Шимова, Г.А. Шмарловской. Вместе с тем в белорусской научной литературе не сформировалось целостное представление о функционировании международных стратегических альянсов и их роли в национальной и глобальной экономике.
Проведенный анализ существующих дефиниций международного стратегического альянса, предлагаемый ведущими исследователями разных стран, показал многообразие существующих определений. Каждый из рассмотренных в исследовании современных теоретических подходов к изучению и трактовке сущности стратегических альянсов, взятый в отдельности, может быть применим лишь при рассмотрении частных случаев их функционирования. Следует подчеркнуть, что именно с разнообразием форм межфирменной кооперации связана необходимость учета всех характерных особенностей при определении понятия «международного стратегического альянса». [2;3].
Международный стратегический альянс определен как соглашение о долговременной кооперации двух или более юридически независимых организаций, расположенных в разных странах, для совместного решения задач на основе общих экономических интересов, включая получение синергетического эффекта от совместного использования ресурсов или структур управления, которое может принимать следующие организационные формы: совместное предприятие, консорциум, межфирменное соглашение с долевым участием, соглашение без долевого участия.
На основе исследования места международного стратегического альянса в системе экономической интеграции определена совокупность признаков, отличающих международные стратегические альянсы от других форм интегрированных корпоративных структур в современной мировой экономике, которые сочетают организационные положения (сохранение полной юридической и экономической самостоятельности компаний-учредителей, возможность участия компаний в нескольких стратегических альянсах, разнообразие организационных форм создания стратегических альянсов с преобладанием соглашений без долевого участия в высокотехнологичных отраслях и совместных предприятий в традиционных) и цели функционирования стратегических альянсов (минимизация рисков в международных инвестиционных проектах, объединение потенциала конкурентов для достижения эффекта масштаба на рынке при высокой степени интеграции фирм, не доводящее до их слияния, выигрыш в конкурентной борьбе путем реализации глобальных стратегий);
Основные научные поиски эмпирических и теоретических исследований сущности международных стратегических альянсов были направлены: во-первых, на изучение и объяснение мотивов создания альянсов исходя из снижения издержек на осуществление операционной деятельности в рамках конкурентно-кооперативной формы взаимодействия (теория транзакционных издержек); во-вторых, на объяснение стремления предприятий к сотрудничеству желанием увеличить отдачу комплиментарных активов партнеров путем обмена уникальными знаниями при объединении компаний в альянс (ресурсно-ориентированная теория); в-третьих, на выявление зависимости формирования альянсов от внешнего окружения, а также их влияния на ситуацию в отрасли (теория отраслевых рынков); в-четвертых, на изучение альянса с позиций возможностей, которые появляются у менеджера при его создании для реализации своей стратегии (школа стратегического управления).
Систематизация теорий исследования международных стратегических альянсов, обосновывающих целесообразность их формирования и развития в мировой экономике не только с целью минимизации трансакционных издержек, приобретения конкурентных преимуществ на рынке, но и для реализации глобальной стратегии получения рыночной власти в определенной отрасли, позволила сделать вывод о необходимости интегрированного междисциплинарного подхода к рассмотрению сущности международных стратегических альянсов на основе соответствующих теорий экономики, менеджмента и социологии.
Несмотря на многообразие подходов, на практике международный стратегический альянс следует рассматривать как инвестиционный проект [4]. В первую очередь, должна решаться задача определения целесообразности создания или оптимизации дальнейшего функционирования данной интегрированной структуры. Для принятия инвестиционных решений используются показатели следующих типов эффективности: экономической, социальной и экологической (проект рассматривается в качестве самостоятельного объекта исследований, в этом случае показатели рассчитываются в целом по конкретному варианту капиталовложений); бюджетной, финансовой (оценивается целесообразность инвестирования средств в акции предприятия и предоставления средств организациями-кредиторами), отраслевой и региональной (оценка участия в инвестиционной программе материнских и дочерних вертикально-интегрированных компаний, финансово-промышленных объединений), а также показатели эффективности использования собственного капитала [5–9]. Необходимо применить подход к оценке интеграционных процессов международных компаний на основе методов сравнительного анализа и дисконтирования потоков денежных средств, которые дополняют стоимостный, финансовый и стратегический подходы [10; 11].
Предложена методика комплексной оценки целесообразности создания альянса, включающая: матрицу выбора организационной формы альянса в соответствии с поставленной целью; алгоритм оценки целесообразности создания альянса, включающего в себя три этапа: оценка целесообразности без учета сдерживающих факторов; оценка целесообразности с учетом сдерживающих факторов внешней среды; пересмотр условий создания альянса; расчет экономических показателей микро– и макроэффектов Показателем микроэффекта является прибыль для участника, макроэффекта – показатель положительного влияния проекта на сальдо текущего счета [12]. Для выявления целесообразности создания МСА и с целью преодоления искажений субъективности лиц, принимающих решения, эффективно применение
Вторая группа включает в себя факторы, сдерживающие образование международных стратегических альянсов: (1) общие факторы (возможное столкновение различных стилей управления; последствия мирового финансово-экономического кризиса, проявившееся в виде значительного ухудшения основных экономических показателей в большинстве развитых странах-партнерах и замедлении темпов роста международного сотрудничества во всех формах); (2) факторы, действующие в Республике Беларусь (несоответствие соотношения технологических укладов в Республике Беларусь и в развитых странах-партнерах; различия в международных и национальных стандартах).
При исследовании процессов формирования международных стратегических альянсов, выявлены основные тенденции их развития в мировой экономике: синусоидальный характер изменения-количества альянсов (в 2000 г. – 3391 шт., 2004 г. – 810 шт., 2007 г. – 1759 шт., 2012 г. – 3 411 шт.); преобладание числа международных альянсов над национальными; увеличение доли альянсов в Азиатско-Тихоокеанском регионе (в 1997 г. – менее 200, к 2012 г. – более 1000) (рисунок 1) [17–22].
В исследовании определено доминирующее положение международных стратегических альянсов в области высоких информационных технологий и коммуникаций. Так, если в 1988 г. доля стратегических альянсов в традиционных секторах, таких как производство промышленных изделий и потребительских товаров, составляла 40 %, то в 2004 г. она снизилась до 19 %, в 2012 г. – до 7 %; рост числа стратегических альянсов в секторе услуг: в 1988 г. их доля составляла всего 1 %, в 2004 г. – 27 %, в 2012 – 39 %; уменьшение количества международных стратегических альянсов в форме совместных предприятий; рост альянсов на базе межфирменных соглашений и консорциумов. Имеет место процесс перемещения преобладающего количества альянсов из традиционных в высокодоходные отрасли, в первую очередь фармацевтику, высокие технологии, энергетику, коммуникации [17–22].
Установлено, что регулирование деятельности международных стратегических альянсов осуществляется на макро– и микроуровнях. На макроуровне основные элементы регулирования МСА включают в себя, во-первых, инструменты стимулирования и поощрения внешнеэкономических связей (налоговые и тарифные льготы).
Рисунок 1. Распределение числа международных стратегических альянсов по регионам в 1988–2012 гг.
В регулировании международных стратегических альянсов важное место занимает такой элемент как правовое обеспечение, основанное на межправительственных договорах и интеграционных соглашениях, а также институционально-правовая структура.
На микроуровне регулирование реализуется с помощью системы международного маркетинга и заключения дву– и многосторонних соглашений между субъектами хозяйствования разных стран.
Одним из результатов данных процессов стало изменение приоритетов в выборе организационной формы международного стратегического альянса: совместное предприятие пришло на смену альянсам, созданным на основе заключенных межфирменных соглашений и консорциумов.
На основе исследования мировой практики, в том числе стран Евросоюза, США, Японии, Китая, России, выявлено, что государственное регулирование деятельности альянсов осуществляется на базе антитрестового и антимонопольного законодательства [23; 24]. В Республике Беларусь деятельность альянсов регулируется декретами Президента, Законом об инвестициях и антимонопольным законодательством, в котором учитывается только одна форма альянсов (совместное предприятие), а вопросы регулирования иных организационно-правовых форм альянсов законодательно не регламентированы, что служит препятствием для их создания и функционирования на территории Беларуси [25].
В настоящее время имеет место проблема государственного регулирования деятельности международных стратегических альянсов: государственные органы управления осуществляют жесткий контроль, так как активность подобного рода может спровоцировать явления, сдерживающие конкуренцию. Следует отметить, что любые угрозы экономической безопасности, скрытые в деятельности альянсов, могут стремительно развиваться в условиях еще недостаточно проработанного законодательства, особенно антимонопольного.
Важным является факт существования «точек роста» динамичного развития международных стратегических альянсов в Республике Беларусь. Отдельные предприятия, добившиеся успехов с помощью участия в МСА, наглядно продемонстрировали эффективность данной формы организации международного бизнеса.
В Республике Беларусь, как и во всем мире, для регулирования деятельности международных стратегических альянсов разработана определенная правовая база, регламентирующая функционирование международных стратегических альянсов на территории страны (запрет экономической деятельности, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию; применение норм как международного, так и национального права к хозяйствующим субъектам Республики Беларусь, занимающим доминирующее положение на товарных рынках других государств; согласование антимонопольной политики в Таможенном союзе Беларуси, Казахстана и России; государственное стимулирование создания международных стратегических альянсов в высокотехнологичных сферах (налоговые льготы для предприятий ИТ), законодательное определение только одной формы международных стратегических альянсов в виде совместного предприятия).
Для совершенствования нормативной правовой базы предлагается определить в законодательстве формы международных стратегических альянсов, унифицировать в странах Единого экономического пространства понятие «доминирующее положение хозяйствующего субъекта», установить порядок формирования реестра стратегических альянсов; представляется необходимым на законодательном уровне определить инструменты стимулирования создания международных стратегических альянсов в инновационных секторах экономики.
В исследовании выделены перспективные секторы экономики для формирования международных стратегических альянсов, такие как информационно-коммуникационные технологии, фармацевтическая промышленность, индустрия биотехнологий, автомобилестроение, высокие технологии, новые материалы в промышленности. Определены инструменты, стимулирующие их создание, а именно освобождение от обязательной продажи иностранной валюты, понижающий коэффициент 0,5 к ставкам налога на недвижимость и земельного налога независимо от экономико-планировочных зон, снижение ставки арендной платы на 50 %, применение нелинейного способа начисления амортизации по всем основным средствам и нематериальным активам, развитие страхования экспорта, упрощение процедур в торговле, мониторинг деятельности международных стратегических альянсов. Но разнообразие форм международных стратегических альянсов требует дальнейшей разработки и детализации регулирования их деятельности.
1. Побирченко В.В. Стратегические альянсы европейских фармацевтических и биотехнологических компаний как способ оптимизации НИОКР / В.В. Побирченко, О.М. Гринина // Мировое хозяйство XXI века: проблемы и векторы развития: науч. – аналит. сб. – 2012. – № 1. – С. 60–66.
2. Томпсон А.А. Стратегический менеджмент / А.А. Томпсон, А.Дж. Стрикленд. – Москва: ИНФРА-М, 2000. – 220 с.
3. Гарретт Б. Стратегические альянсы: [пер. с франц.] / Б. Гарретт, П. Дюссож. – М.: ИНФРА-М, 2002. – 331 с.
4. Игнатишин Ю.В. Тактика слияний и поглощений / Ю.В. Игнатишин. – М.: Бизнес литература, 2005. – 208 с.
5. Брейли Р. Принципы корпоративных финансов / С. Майерс, Р. Брейли. – М.: Олимп-Бизнес, 1997. – 1120 с.
6. Гальперин С.Б. Экономическое обоснование и оценка эффективности проектов создания корпоративных структур / С.Б. Гальперин [и др.]; под ред. С.Б. Гальперина. – М.: Новый век, 2001. – 56 с.
7. Кальварский Г.В. Оценочная деятельность: учеб. – метод. пособие / Г.В. Кальварский. – СПб.: Междунар. банк. ин-т, 1999. – 63 с.
8. Капустин В.Ю. Совершенствование методики оценки эффективности инвестиционных проектов: дис… канд. экон. наук: 08.00.05 / В.Ю. Капустин. – СПб., 1999. – 157 л.
9. Ковалев В.В. Финансовый анализ: [управление капиталом, выбор инвестиций, анализ отчетности] / В.В. Ковалев. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Финансы и статистика, 1997. – 512 с.
10. Кохно А.П. Методы анализа и оценки эффективности интегрированных структур А.П. Кохно [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.trinitas.ru/rus/ doc/0009/001a/00091069.htm. – Дата доступа: 02.02.2013.
11. Руководство по оценке стоимости бизнеса / Д. Фишмен [и др.]; пер. с англ. Л.И. Лопатникова; под ред. В.М. Рутгайзера. – М.: Квинто-Консалтинг, 2000. – 370 с.
12. Залуцкий В.И. Проектирование логистических систем распределения готовой продукции машиностроительных мероприятий: теория и практика / В.И. Залуц-кий. – Мн: Монлитера, 2010. – 61 с.
13. Edwards, J.S. Expert Systems in Management and Administration – Are they really different from Decision Support Systems? // European Journal of Operational Research, 1992. – Vol. 61. – P. 114–121.
14. Кравченко Т.К. Экономические информационные системы / Т.К. Кравченко, Д.В. Исаев // Информатика: учебник: в 2 ч. / С.В. Назаров [и др.]; под ред. С.В. Назарова; Нац. открытый ун-т «ИНТУИТ»: БИНОМ. Лаб. знаний, 2012. – Ч. 1. – С. 199–296.
15. Power D.J. Web-based and model-driven decision support systems: concepts and issues. Americas Conference on Information Systems, Long Beach, California, 2000.
16. Turban E. Decision support and expert systems: management support systems. – Englewood Cliffs, N.J.: Prentice Hall, 1995. – 887 p.
17. Association of Strategic Alliance Professionals Alliance Management Compensation Research 2011 Summary Report [Electronic resource]. – 2011. – Mode of Access: http://www.justice.gov/atr/foia/divisionmanual/204293.htm. – Date of Access: 10.09.2013.
18. Clark K. Harvard business review on strategic alliances / K. Clark. – Boston: Harvard business school publishing. – 2005. – Vol. 83, № 6. – P. 222.
Cools K. The role of alliance in corporate strategy / K. Cools // The Boston Consulting Group report [Electronic resource]. – 2005. – Mode of Access: http://www.strategic-alliances.org/membership/memberresources/bpb-public articles/alliances_nov05_rpt.pdf/view. – Date of Access: 02.03 2011.
20. Duysters G. The State of Alliance Management: Past, Present, Future / G. Duysters, Ard-Pieter de Man, D. Luvison [Electronic resource]. – 2012. – Mode of Access: http://www.strategic-alliances.org/4thSoAM.pdf (SECURED). – Date of Access: 15.09.2012.
21. Lynch R. Strategic Alliances: The Business Imperative for Partnering / R. Lynch // American Management Association [Electronic resource]. – 2008. – Mode of Access: http://www.amanet.org/editorial/webcast/archive/2008/strategic-alliances.pdf. – Date of Access: 26.04.2011.
22. Pathak S. Strategic tie-ups make sense in times of crisis / S. Pathak // Emirates Business 24/7.-2009 [Electronic resource]. – Mode of Access: http://www.zawya.com/Story. cmf/sidZAWYA20090406042120/Strategic%20tieups%20 make%20sense%20in%20times%20of%20crisis. – Date of Access: 29.05.2012.
23. Янович И.С. Антимонопольное законодательство зарубежных стран: общая характеристика / И.С. Янович // Вестн. Моск. гос. ун-та. Серия 11. Право. – 2010. – № 6. – С. 35–39.
24. National Cooperative Research Act // The Unated States Department of Justice [Electronic resource]. – 2011. – Mode of Access:http://www.justice.gov/atr/foia/ divisionmanual/204293.htm. – Date of Access: 05.09.2011.
25. Каменков В.С. Специфика и эффективность антимонопольного законодательства Республики Беларусь / В.С. Каменков // Право Беларуси. – 2004. – № 41. – С. 51.
Мусиенко Сергей Григорьевич,
руководитель Аналитического центра ЕсооМ (Минск), член Правления «Союза писателей Беларуси»
Беларусь: 20 лет построения государственности
Исторические итоги распада СССР, инициированного перестройкой еще рано подводить, но его последствия для Беларуси были беспрецедентные и сравнимые по масштабам с войной.
«Беларусь, занимавшая ведущее место по уровню развития, макроэкономическим показателям и качеству жизни в СССР, в одночасье осталась без всего: без золотого запаса, без нефти и газа. Страна оказалась перед пропастью с реальной перспективой не просто ликвидации провозглашенного суверенитета и независимости, а вообще перспектив существования белорусского народа»[61].
Можно делать вид и долго рассуждать, что некоторые и делают 20 лет, что Александр Григорьевич Лукашенко случайно стал Президентом Республики Беларусь, нет!
Вся логика пост советского развития независимой Беларуси с 1991 толкала народ к выбору альтернативного пути и других лидеров, потому абсолютно неожиданным для самой власти, да и для Западных стран стал выбор в 1994 году независимого кандидата из оппозиции. Но, конструктивной оппозиции к власти, которая не только говорит, но может и умеет делать, а главное – отвечает за настоящее и будущее страны.
Кто-то называет это везеньем для Беларуси, но это политическое везенье, без которого не бывает Великих руководителей.
Сейчас уже можно говорить о том, что Беларуси очень повезло, и она вытянула выигрышный билет. Назло обстоятельствам и вопреки сложившейся «порочной» практике Лукашенко уже выполнил и с лихвой перевыполнил свои предвыборные обещания 1994 г., и ушел дальше. Правда не все разделяют подобную оценку, но они имеют возможность об этом говорить не только на кухне как во времена СССР, но и в белоруской прессе!
Некоторые называют Лукашенко – «диктатором», но стоит говорить с небольшим дополнением: его «диктатура» – директора и хозяина, распространяется на исполнительную вертикаль государственной власти и чем ближе человек к нему и больше доверия, тем жестче спрос за слова и поступки. Чему не счесть множество примеров за эти годы, соблазн у власти велик.
Почему Беларуси повезло? Как показывает опыт других «осколков» СССР, переходный период не возможно, пройти безболезненно без сильного и авторитетного руководителя. Иначе Чечня, Приднестровье, Карабах, Украина и т. д.
Такая же участь ожидала в середине 90-х и Беларусь, если бы на выборах победил кто-либо другой из кандидатов, они практически все были или откровенно слабые, или однозначно не способные к подобной тяжелой ноше.
Сказать, что Александр Григорьевич был к ней абсолютно готов не верно, но у него было и есть особое чутье ситуации, умение говорить и желание учиться, быстро вникать и решать проблемы, а не прятаться от них.
Часто он прямолинейно шел на «ты» и брал ответственность только на себя, что и дало ему тот многоговорящее народное прозвище – «Батька»! Такого уважительного отношения людей к молодому руководителю, не смогли бы добиться даже самые лучшие пиар агентства мира! Но их услугами он и не пользовался.
Возникает вопрос, если конкретные результаты его двадцатилетних усилий на посту Президента Республики Беларусь так уж однозначны для многих, почему у мирового сообщества, да и у части населения самой страны отношение к нему, мягко говоря, несколько другое.
Восстановить цельную картину по публикуемым данным и бессистемным фактам в западной прессе, точно так же затруднительно, как и понять, кто руководит миром! Создается ощущение, что фрагмен-тирование, обильные рассуждения и перепрыгивания с одного факта на другой, замалчивание общей картины создается намеренно.
В не компетентность экспертов, в наше сверхинформационное время, верить не приходиться, потому вопросы остаются.
Да, часто возникали вопросы по кадровым назначениям, особенно на первом этапе. Люди, которых с обывательской точки зрения, и близко нельзя было допускать к управлению какими-либо процессами, становились большими руководителями. Наверное, о таких говорят: «Все, что они делают руками, не получается». Вообще, подобных граждан в первой так называемой «команде Президента» было много. У кого-то играли непомерные амбиции, зависть, чувство не полноценности или ощущение, что им все должны и страна в целом, и особенно лично Президент. Из них во многом и сбился костяк оппозиции, лично «обиженных и не понятых Президентом», но просто объективно не справившихся с порученным делом. Зачастую люди – «кричащие с трибуны», не могут быть просто добросовестными чиновниками и работать в команде, разные психотипы.
Говорят, что у харизматичных лидеров есть особый дар, который позволяет им стимулировать и вдохновлять последователей выйти за рамки устоявшейся практики ради нового видения будущих возможностей при отсутствии межличностного обмена[62].
Были и те, кто своими действием или бездействием больше вредили, чем помогали. Столь мощному и харизматичному кандидату в Президенты как Лукашенко помочь в тот момент было трудно, он бы все проломил. Не смотря на трудности, а может и благодаря им! Они всегда его подстегивают к активным действиям, это хорошо видно на пресс конференциях, на стерильные вопросы он отвечает даже как-то иначе и оживляется на острые и интересные вопросы. Если ему интересно, он может без бумажки говорить часами, по моему был случай – порядка шести часов подряд!
Поделиться книгой: