Судите сами. Как отличить хороший дизайн от плохого

Вы можете прочитать верхнюю строчку?

Таблица для проверки зрения, которую изобрел в середине XIX века голландский врач Херманн Снеллен, по-настоящему завораживает меня, поскольку ее нужно читать совершенно непривычном для нас образом (вслух, но без всякого видимого смысла). Вы совершенно ясно читаете верхнюю строку, а затем, с каждой последующей строчкой, начинает нарастать тайна, степень сложности которой зависит от качества вашего зрения.

В данном случае Форма и Содержание умышленно разведены как можно дальше друг от друга, поскольку если бы буквы складывались в привычные слова, читающий догадался бы, какие буквы следуют дальше, и тем самым мог бы невольно обмануть врача. В большинстве таких таблиц (справа) используется шрифт с засечками – дополнительными линиями на концах букв, – чтобы мелкие буквы было еще сложнее прочитать.

Этот простой, недорогой и несложный в изготовлении инструмент стал культовым визуальным объектом и продолжает использоваться даже через 150 лет после своего изобретения.

Первое впечатление: это буква “E”! Интересно, как далеко вниз я смогу продвинуться?

ПРОЕКТ:

ОЛИВЕР САКС. “ГЛАЗ РАЗУМА”

КНИГА О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ МОЗГ РАБОТАЕТ СО ЗРЕНИЕМ

И вот однажды знаменитый невролог и писатель Оливер Сакс в очередной раз пошел к окулисту, чтобы проверить зрение, и заметил, что с буквами в таблице происходит нечто забавное. С этого начались его исследования в области восприятия мозгом визуальных сигналов, а также изучение шести необычных людей, которые научились справляться с довольно сложными и порой разрушительными нарушениями своего зрения.

Для того чтобы понять, что в основе моей обложки – таблица проверки зрения, большого ума не нужно (извините!), однако необычность решения состоит в том, что буквы становятся то ясными, то размытыми, как бы отражая то, что видел Сакс. Когда подобная техника используется для обложки книги, нужно быть очень аккуратным, чтобы итоговый текст продолжал оставаться читаемым.

Кроме того, нужно не забывать и о цвете. Поначалу я использовал более приглушенные цвета, значительно более похожие на монохромную таблицу Снеллена, однако Оливер хотел чего-то более живого, поскольку его истории полны надежды и рассказывают о преодолении препятствий. И он был прав: таблица для проверки зрения настолько хорошо узнаваема, что этой узнаваемости не мешают даже ярко-красный и желтый цвета.

И эти цвета никак не помешали покупателям обратить внимание на книгу в магазине. Это мягко говоря.

Что вы сказали? А вот что!

Живя в Нью-Йорке уже несколько десятилетий и зарабатывая себе на жизнь созданием визуальных образов, я испытываю смешанные чувства в отношении граффити. По сути дела это порча общественной собственности, и если эту проблему не решать, то анархия вокруг нас возьмет верх. Поверьте мне: мир, сплошь покрытый граффити, – это не тот мир, в котором вам хотелось бы жить (тут кто-нибудь бывал в Восточном Берлине?). Проблема еще и в том, что эти послания обычно слишком неразборчивы и к тому же полностью перекрывают друг друга.

Но есть и другой вид граффити – который я чаще всего вижу поверх рекламных плакатов в метро. Авторам этих посланий, как правило, в самом деле есть что сказать, и для меня их высказывания гораздо более интересны. Граффити на странице справа – комментарий на рекламном плакате Airbnb (этот интернет-сервис позволяет на короткий срок сдать свою или снять чужую квартиру). Сразу хочу подчеркнуть, что я не выражаю здесь своего собственного мнения, а лишь рассказываю о точке зрения другого человека.

Мы ясно видим, что автор граффити выступает против Airbnb, однако не совсем понимаем, почему именно (клопы? В самом деле?..). Так или иначе, перед нами сильное и прямое высказывание, после которого зритель может задуматься не только над тем, что имел в виду рекламодатель.

Частенько подобные “отзывы” бывают слишком вульгарными, но это не тот случай. Кто-то, для кого тема действительно важна, хочет донести свое мнение до широкой общественности. Теперь вам решать, хотите ли вы изучить вопрос глубже и сделать собственные выводы.

Первое впечатление: свобода слова распространяется не только на печатную рекламу. Свою реплику может вставить любой, у кого есть маркер и собственное мнение.

ПРОЕКТ:

ДЭВИД РАКОФФ. “МОШЕННИК”

СБОРНИК ЭССЕ

Я решил использовать концепцию “отзыва” для обложки сборника эссе Дэвида Ракоффа под названием “Мошенник”.

Большинство историй в этой книге посвящены занятиям, совершенно не характерным для автора, горожанина до мозга костей: то он сплавляется на плоту по бурным водам реки Колорадо, то поднимается на горный ледник в дешевых туфлях. И наконец наиболее запоминающаяся история – он изображает Зигмунда Фрейда в витрине универмага Barney’s во время рождественских распродаж. Все эти сомнительные предприятия подталкивают читателя к выводу, что автор вообще совершенно не тот, за кого он себя выдает.

Поэтому я придумал следующее: вы купили книгу, на обложке которой написано одно лишь имя – Дэвид Ракофф. Начав читать, вы все больше укрепляетесь в подозрении, что вас надувают: этот парень явно не тот, кем представляется. Поэтому вы раздраженно достаете большой красный маркер и крупно пишете поперек обложки: МОШЕННИК. Для вас это большое облегчение, и поэтому надпись выглядит красивой и совершенно спонтанной. В процессе печати этой обложки нам не составило никакого труда имитировать текстуру реального красного маркера.

Было забавно видеть ряды этих книг на полках. Казалось, что в магазин после закрытия пробрался какой-то маньяк и поспешно нацарапал эту надпись на каждом экземпляре.

Где я?

Сервис Google Earth – превосходный инструмент познания мира (а также отличный симулятор полетов для Супермена), однако с точки зрения права на защиту частной жизни здесь не все так гладко. Должны ли быть записи камер наблюдения доступны всем и каждому?

Конечно, эта дискуссия будет идти вечно, но я думаю, что правила игры в самом деле изменились бы, если бы мы видели все происходящее в режиме реального времени. Пока что это не так – самая свежая фотография моего квартала (справа) была сделана более трех лет назад. Я знаю это точно, поскольку в последнее время рабочие, которые уже несколько десятков лет возятся с новой станцией метро на Второй авеню, зашевелились намного быстрее (и слава богу!). В этом смысле Google Earth представляет собой, в сущности, самый большой в мире фотоснимок нашей планеты – и, соответственно, это картографический ресурс, а не шпионский. Чтобы он оставался релевантным, его надо постоянно обновлять.

Лично мне больше всего нравится Google Earth в выпусках новостей, когда речь заходит о событиях в местах, которые я не очень хорошо себе представляю. Сначала камера “зависает” на высоте, откуда четко были видны границы страны или штата, а затем начинает снижаться, постепенно набирая скорость и увеличивая степень детализации – и вот, меньше чем через три секунды, вы уже на месте и отлично понимаете, где именно произошло то или иное событие.

Но самое прекрасное в этом сервисе – это изящество, с которым он создает для нас новые углы зрения. Посмотрите, какие мы маленькие, насколько мы близки к своим соседям, как причудливо устроены места, в которых мы живем. Разумеется, это сильнее заметно в более густонаселенных областях. Что же нас ждет дальше?

Первое впечатление: я лучше понимаю среду, которая меня окружает, когда могу взглянуть на нее под новым углом.

ПРОЕКТ:

АЛАН ЭРЕНХАЛЬТ. “ВЕЛИКАЯ ПЕРЕСТАНОВКА”

КНИГА О ГОРОДАХ, КОТОРЫМ УДАЛОСЬ ПЕРЕСОЗДАТЬ СЕБЯ ЗАНОВО

Для обложки книги Алана Эренхальта, посвященной теме возрождения городских пространств, мне казалось вполне уместным использовать изображения с Google Earth (разумеется, с разрешения правообладателя).

Итак, справа вы видите район Бушвик в Бруклине. Именно этому району посвятил автор одно из своих изысканий. В частности, Алан пытался выяснить, почему люди так мечтают вернуться в город из пригородов и заняться повторным заселением опустевших и заброшенных районов.

Однако с такой высоты точно так же выглядят и многие другие городские районы Америки, и это отлично подкрепляет мысль Эренхальта о том, что такое явление, как реурбанизация, возникает по всей стране. Сетка городских кварталов иллюстрирует обе основные темы книги – сложность и упорядоченность.

CMYK

Работая графическим дизайнером, я достаточно рано узнал о том, как устроен процесс офсетной печати. В принципе, все цветные изображения представляют собой комбинацию четырех компонентов: Cyan (голубой), Magenta (розовато-красный), Yellow (желтый) и Black (черный, он обозначается буквой “K”, чтобы избежать путаницы с Blue [синий]). Это и есть печать в четыре краски, а за белый цвет отвечает белая бумага. Если у вас дома есть принтер, то вы знаете, что внутри у него имеются четыре картриджа для чернил, и черные чернила обычно заканчиваются первыми, поскольку используется практически во всех случаях печати.

Все эти цвета разделяются на точечные модели, называемые полутоновыми сетками. При правильном совмещении они позволяют создать любой цвет, который вы только можете себе представить (за исключением флуоресцентных и металлизированных цветов, для которых нужны специальные чернила).

Первое впечатление: великолепная система – четыре простых кирпичика позволят создать миллионы вариантов.

ПРОЕКТ:

ЛОГОТИП КОМПАНИИ ABRAMS COMIC ARTS

КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО, СПЕЦИАЛИЗИРУЮЩЕЕСЯ НА КОМИКСАХ

Комиксы издавна печатались в четыре краски, и когда издательство Abrams задумало открыть подразделение, специализирующееся на выпуске графических новелл (это модное название комиксов), его представители попросили меня создать логотип, который обеспечил бы новому брэнду узнаваемость и яркую идентичность.

Слово “лого” – это производное от греческого слова, которое, собственно, и означает “слово”. Лого – это графический символ, который должен выделять и продвигать ту или иную организацию (обычно коммерческую) или человека. Понятие “лого” немного отличается от понятия “логотип”, поскольку в последнем наряду с графическим символом используется и реальное название компании.

Решение для логотипа Abrams Comic Arts было найдено в самих компонентах печатного процесса. Что вы здесь видите?

Использование разных цветов позволяет зрителю прочесть логотип сразу четырьмя способами: Abrams Comic Arts, Abrams Art, Comics и Art. Четыре смысла – как четыре компонента CMYK.

Сквозь дым

Хотя я искренне ненавижу рекламу табачных изделий и никогда не курил, я признаю, что мне нравятся некоторые образцы дизайна сигаретных пачек. Я называю это “разделением образа и сущности” или цивилизованным “разводом” графического решения и образа. Иными словами, я, как и многие другие люди, спокойно отношусь к визуальной дихотомии (или противоречию, если угодно): между тем, как что-то выглядит, и тем, что оно собой представляет на самом деле, может быть немалая эстетическая дистанция.

Дизайн (справа) сохраняет свою узнаваемость, даже когда пачка выброшена и растоптана на тротуаре, поскольку шрифты остаются классическими, цвета– чистыми, а пропорции– сбалансированными.

Первое впечатление: дурная привычка, прекрасный дизайн. Но привычка все равно дурная.

ПРОЕКТ:

УИЛЬЯМ БОЙД. “БРАЗЗАВИЛЬСКИЙ ПЛЯЖ” ПОВЕСТЬ О ЖЕНЩИНЕ-ИССЛЕДОВАТЕЛЕ В АФРИКЕ

История о женщине-ученом, изучающей приматов в Африке и чем-то похожей на Джейн Гудолл. Главная героиня курит местные сигареты марки Tuskers. В действительности такой марки не существует, однако в Африке, понятное дело, выпускается множество местных марок, поэтому я прошелся по табачным лавкам в районе штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке, чтобы понять, на что они могут быть похожи (это было еще до появления интернета). Для создания обложки я позаимствовал у них несколько общих элементов – теплые цвета, линейную геометрию, картинку с самолетом, ретро-шрифт и золотую каемку сверху. Небольшая полоска математических символов отсылает к работе мужа героини, математика-теоретика (в какой-то момент работа сводит его с ума).

И хотя поначалу вы не понимаете, что изображено на картинке, я надеюсь, что образ достаточно интригует для того, чтобы вы захотели прочитать эту книгу.

Мы уже встречались?

Кому нужны мускулистые красавцы из мужского стриптиз-шоу, когда можно просто пойти в Метрополитен-музей? Ха-ха, я пошутил! Хотя… не совсем. Я, правда, считаю, что в галереях римской и греческой скульптуры музея хранятся едва ли не лучшие примеры резьбы по камню в мире. И при этом античные статуи обладают подлинной чувственностью.

Мой друг-скульптор однажды задался вопросом: как превратить кусок мрамора в нечто, обладающее собственным дыханием? Этот вопрос одновременно прост и сложен. Ответ на него связан с применением техник, которые я даже не пытаюсь понять, но которыми готов бесконечно восхищаться. Античные скульпторы предпочитали изображать идеализированные тела и лица (богов, богинь, нимф, сатиров и так далее), однако эти идеальные образы все равно становились неожиданными, загадочными и привлекательными. По сути дела, это были супермодели своего времени. Хотел ли кто-нибудь увидеть статую, которая изображала бы какое-нибудь физическое несовершенство? И если да, то какое именно?

Так или иначе, некоторые фрагменты древних статуй не дожили до наших дней, и нам остается лишь домысливать, как они выглядели. И это приводит к совершенно иному типу наслаждения, поскольку стимулирует в нас желание заполнить пробелы и завершить собственную версию совершенства.

Стала ли бы Венера Милосская более интересной для нас, если бы у нее были руки? Я думаю, что большинство из нас ответит “нет”.

Первое впечатление: похоже на человеческую плоть, но твердое как камень. Как они могли такое сделать? Как выглядит этот процесс?

ПРОЕКТ:

РОБЕРТ ХЬЮЗ. “РИМ”

ИСТОРИЯ ВЕЧНОГО ГОРОДА

Каким образом можно передать мысль современного историка (и знаменитого арт-критика), который описывает один из величайших древних городов европейской цивилизации? Я посчитал, что было бы неплохо использовать для этого фрагмент статуи, особенно с учетом ограниченной площади обложки (крупное заглавие и имя автора оставляли не так много места для картинки). Целая голова заняла бы слишком много места, а самое важное в книге – это идея рассказа, устной традиции, передававшейся из поколения в поколение.

Итак, поговорите со мной, профессор Хьюз, расскажите мне все об этом.

Веселый Роджер

Я точно не знаю, когда именно черепа и скрещенные кости стали использоваться в качестве мотива для одежды и аксессуаров, но это происходит уже довольно много лет, и в нашем сознании уже укоренился этот символ – классический, симпатичный, но если серьезно задуматься, то по-настоящему ужасающий.

Пиратский флаг с черепом и костями появился в XVIII веке. Пираты поднимали его на своих кораблях только тогда, когда оказывались на расстоянии выстрела от торгового судна, которое они хотели захватить. Идея состояла в том, чтобы дать мирным морякам возможность сдаться без боя. Если они отказывались, черный флаг спускался, и вместо него взвивался красный – со всем присущим этому цвету страшным смыслом.

Поэтому в каком-то смысле черный пиратский флаг можно было считать относительно миролюбивым символом: “Сдайтесь, и никто не пострадает!”

Вот такая мантра. Мне кажется, она вовсе не чужда современной индустрии моды.

Первое впечатление: йо-хо-хо… и аксессуары с вышивкой!

ПРОЕКТ:

СЮИТИ ЁСИДА. “ЗЛОДЕЙ”

РОМАН ОБ ОДНОМ УБИЙСТВЕ В ЯПОНИИ

В серии своих работ “Остановите насилие” (Stop Violence) фотограф Франсуа Робертс гениально использует кости, создавая из них орудия убийства. “Я использую части человеческого скелета в качестве формального визуального элемента, сути образа, – говорит он. – В этом смысле скелет становится одновременно протагонистом и антагонистом. Мне кажется, что здесь вполне применимо буддистское понятие “двойственности”[2]. Я хочу, чтобы мои образы передавали понятия ограничения и милосердия, позволяя укреплять идеи мира и терпимости”.

Я много лет наслаждался работами Робертса, и когда я получил рукопись “Злодея” Сюити Ёсиды – романа, в котором рассказывается об убийстве молодой женщины, мне показалось, что в нем отлично сочетаются два образных мира – фотографа и писателя.

В этом и состоит значительная часть работы арт-директора – придать новую форму имеющемуся содержимому. Это можно считать своеобразным эстетическим сватовством, где вербальное хочет сочетаться с визуальным.