Дорога на Север

– Не надо огорчаться, мой мальчик, – сказала на это настоятельница. – Я сама не раз думала об этом. Судя по твоим способностям к обучению и по белью, в котором тебя нашли, твоё происхождение достаточно достойное. Кто знает, какие обстоятельства заставили твою мать отказаться от тебя. И, по-моему, она надеялась ещё тебя отыскать, потому что оставила на тебе вот это.

С такими словами матушка Ранульфа встала и подошла к высокому бюро, стоящему в углу комнаты. Она открыла маленький ящичек и достала оттуда что-то завёрнутое в кусочек шёлка. Затем подала Тиму на раскрытой ладони серебряную подвеску на цепочке – изящный медальон в форме треугольника и на нём буква F.

– Я не знаю, что это значит, мой мальчик, и никаких сведений больше не имею, – продолжила она. – Но я считаю, что ты имеешь право на эту вещицу и на родовое имя тоже. Однако единственное, что я могу предложить тебе, это имя моей семьи – Эллиот. Возьми его в знак моего признания твоих заслуг и носи с честью.

Тим ничего не смог сказать. Губы его дрогнули, он упал на колени, спрятав лицо в складках тёмного одеяния матушки, и заплакал навзрыд, не стесняясь своих слёз. Вала плакала вместе с ним, но слёзы её были светлы, и даже у Ричарда глаза подозрительно заблестели. А матушка гладила склонившуюся к её коленям вихрастую голову и тихонько говорила что-то доброе, успокаивающее.

Утром, перед тем, как двинуться в путь, Вала ещё раз поговорила с матушкой Ранульфой. Она снова выразила глубокую благодарность настоятельнице за своё спасение, а потом протянула ей на открытой ладони золотую монету.

– Это совсем немного за ту помощь, что вы оказали мне, матушка, – сказала она, – и за Тима, он стал для меня очень близким человеком. Мы с Ричардом решили, что эта монета из приданого, данного мне королём, должна послужить процветанию вашего монастыря.

Матушка ещё раз обняла молодую женщину и пожелала ей счастья. Потом она благословила их всех, и отряд тронулся в дорогу. Путь их лежал к поместью Хил-Хаус, вернее к тому, что от него осталось, – Вала хотела ещё раз помолиться на могиле дочери и проститься с ней. Доехали быстро. Лето, светлый день и хорошая охрана – как всё это отличалось от того зимнего ночного побега, когда мела метель и непонятно было, что ждёт впереди.

Ворота поместья оказались закрытыми, однако солдат, его охраняющих, видно не было. Выглянул дворовой мужик и спросил, чего надобно. Вала велела позвать Симона. Мужик ушёл и вскоре на его месте возник старый управитель. Он с удивлением воззрился на внушительный отряд, стоящий перед воротами поместья, – что может быть нужно людям на этом пепелище? Потом вдруг узнал Валу и расплылся в широкой улыбке:

– Господи, Боже мой! Госпожа! Леди Вала! Вы живы. Какое счастье! А у нас тут…

– Я знаю, Симон, – сказала Вала. – Я просто хочу проведать могилу дочери прежде, чем уеду опять на север, где нашла спасение.

– Милости прошу, госпожа! Милости прошу, господин мой! Господского дома-то не осталось. Я себе отстроил домишко в две комнаты и приглядываю за людьми. Проезжайте.

Он открыл ворота, и отряд въехал во двор. Поместье действительно представляло собой мрачное зрелище. На месте дома, где Вала пережила столько унижений и горя, чернели обгоревшие остатки стен, как страшный призрак вздымалась вверх печная труба. Часть строения была разрушена полностью.

Смотреть на это не хотелось, и она попросила Симона проводить их с мужем к могилке Уны. Подойдя к маленькому холмику, Вала долго смотрела на него сухими глазами, в которых застыла боль. Она как будто окаменела. Ричард мягко обнял её за плечи и притянул к себе. Только тут Вала ожила. Она прижалась к плечу мужа и горько зарыдала. Рыцарь не торопил её – пусть выплачется, ей будет легче. Когда слёзы иссякли, Вала прочла над могилой дочери молитву и прошептала слова прощания:

– Пусть душа твоя будет спокойна, малышка моя. Я помню и люблю тебя, и никогда не забуду. Твой убийца наказан смертью, девочка моя, и может быть, это утешит тебя немного. Прощай, дочурка. Я снова уезжаю на север, где нашла спасение для себя. Прощай, маленькая.

Она повернулась и медленно пошла к воротам. Казалось, ноги плохо держат её, и Ричард поддержал жену. Не оглядываясь больше, Вала простилась с Симоном, и весь отряд, выехав их ворот поместья, двинулся в сторону Уэльса. Ехали быстро, ночевали под открытым небом. Когда до границы оставалось уже не более трёх часов пути, решили устроить привал для воинов. Они оставались здесь, в Англии – появление такого большого вооружённого отряда могло вызвать ненужное волнение среди валлийцев и привести к столкновению. Ричард велел своим воинам нести охрану места стоянки днём и ночью, выставляя на дежурство по три человека. Дальше поехали вчетвером: Вала с мужем, Тим и Иста.

Не успели они проехать и двух часов, как их заметили, и навстречу им двинулся большой отряд валлийцев. Во главе отряда ехал старый воин с совершенно седой головой, но крепкий и уверенно державшийся в седле. Вала не выдержала и рванулась вперёд.

– Брайс! – громко закричала она. – Брайс! Это же я, Вала.

Старый воин остановился на мгновенье, а потом весь отряд валлийцев кинулся к всаднице, мужчины окружили её, радостно что-то выкрикивая. Вала сказала им несколько слов, и Брайс подъехал к остановившимся в стороне путникам.

– Добро пожаловать в Рей, милорд! – приветствовал он рыцаря. – Муж Валы дорогой гость в доме её деда. Прошу вас следовать за мной.

И весь отряд устремился вперёд. Ричард догнал Валу и поехал с ней рядом. Щёки женщины раскраснелись, глаза сияли. Ещё несколько часов пути, и перед ними возник замок, обнесённый высокой стеной. Ворота открылись, и путники въехали во двор. Быстро спешившись, Вала устремилась к крыльцу и, открыв дверь, вбежала в зал.

В большом кресле у горящего очага сидел Мэрил ап-Томас. Ноги его были укрыты тёплым пледом. Старый лорд дремал. Услышав шум, он открыл глаза и замер в удивлении. К нему, улыбаясь и плача одновременно, шла Вала.

– Дедушка! – вскрикнула она и опустилась на пол возле кресла, спрятав лицо в коленях деда.

– О небо! Девочка! Ты жива. Какое счастье! Мы уж и не надеялись увидеть тебя, – голубые глаза лорда смотрели на внучку с любовью, рука ласково гладила склонившуюся к нему голову.

В зале стояла тишина, хотя он наполнился людьми. Никто не решался помешать встрече своего лорда с любимой внучкой, которую все считали погибшей.

Наконец, лорд взял себя в руки и, оглядев зал, увидел чужого воина, по виду англичанина, который с волнением смотрел на их встречу.

– Кто этот могучий воин, девочка моя? – спросил лорд. – Он ведь прибыл с тобой?

– Да, дедушка, это мой муж, рыцарь Ричард Лорэл с далёкой шотландской границы. Он дал мне приют и защиту. А недавно король обвенчал нас в своей часовне в Лондоне.

– Добро пожаловать в мой замок, рыцарь, – тепло приветствовал Ричарда старый лорд. – Подойди ко мне, сынок, и дай мне обнять тебя.

Ричард приблизился и опустился возле кресла рядом с Валой. Старый Мэрил ап-Томас обнял их обоих и прижал к себе. По морщинистым щекам потекли слёзы. А рыцарь, взглянув в глаза старого человека, прижался губами к его руке.

Прошло несколько минут, прежде чем все успокоились. В зале зашумели, послышались возгласы радости и приветствия. Старый лорд оглядел всех сияющими глазами.

– Немного позже ты расскажешь мне всё, девочка, – сказал он. – А сейчас пусть готовят пир. Я хочу достойно принять свою внучку и её мужа в моём замке.

– А где твои люди, рыцарь? – лорд обернулся к Ричарду, уже стоявшему возле кресла. – Ведь есть же у тебя воины, не можешь ты ездить без сопровождения.

– У меня отряд из дюжины крепких воинов, – ответил Ричард. – Мы оставили их на привале по ту сторону границы, чтобы не вызвать переполоха.

Лорд улыбнулся:

– Правильно сделали. Их могли бы и пострелять, не разобравшись. Мои воины горячие парни. Но сейчас долг гостеприимства велит мне пригласить и их тоже. Пошлите за ними.

После коротких переговоров Тим с несколькими воинами-валлийцами отправился за англичанами. Вала и Ричард устроились возле деда. И уже в который раз Вала поведала историю своего несчастливого первого замужества и бегства от лютого принца. Лорд слушал внимательно, только иногда тихое, но яростное ругательство срывалось с его губ. Бедная девочка! Что только не пришлось ей вынести. Он был крайне удивлён, узнав, что проводником и защитником Валы на долгом и тяжёлом пути был мальчишка, сумевший справиться с задачей не хуже взрослого воина.

– Тим очень смышлёный и смелый мальчик, – сказал Ричард. – Я сделал его своим оруженосцем, а когда он подрастёт, хочу возвести в рыцари. Он этого заслуживает.

– Да, конечно, – согласился старый лорд. – А я, в благодарность за спасение внучки, подарю ему полное рыцарское снаряжение.

Время за разговором летело быстро. Лорда интересовало всё, что касалось его внучки. Он хотел знать, где расположен замок Лейк-Касл, как он укреплён, какими силами обороняется. Ричард дал ему полный ответ на все вопросы. И ответ вполне удовлетворил старого Мэрила.

Вскоре столы в зале были накрыты к празднику. Начался пир. Сам лорд, Вала и Ричард сели за высокий стол. Остальные разместились за раскладными столами, поставленными вдоль стен. Осталось место и для английских воинов. Они не заставили себя долго ждать. Появившийся на пороге зала отряд выглядел внушительно, и лорд одобрительно покачал головой – хорошие воины у мужа его внучки. Англичане прошли к оставленному для них столу. А Тима лорд подозвал к себе:

– Садись сюда, рядом со мной, дружок, – велел он, – ты у меня дорогой гость. Потом расскажешь мне всё про себя. Я хочу знать, кто ты и откуда.

Пир затянулся надолго. Люди с удовольствием уничтожали обильное угощение, запивая его тёмным элем. Потом приезжих размесили на отдых. Внучке с мужем лорд выделил комнату, в которой когда-то жила Нада.

Оставшись вдвоём, они удовлетворённо вздохнули – обоим хотелось поскорее предаться любви, ведь так давно они не имели возможности уединиться. Быстро раздевшись, они нырнули в постель и слились в тесном объятии, задыхаясь от счастья и острого желания. Не так просто было удовлетворить голод тел, так сильно стремящихся друг к другу, так истосковавшихся по ласкам за время пути. Когда они, наконец, пришли в себя, весь замок уже давно погрузился в сон. Было тихо. Только огонь потрескивал в камине. Вала повернулась к мужу и заглянула ему в глаза.

– Ты всегда будешь так неутомим в любви, мой рыцарь, – лукаво спросила она, поглаживая его руку, лежащую у неё на груди, – или это только для начала ты меня балуешь?

Ричард тихонько засмеялся и крепче прижал к себе любимую.

– Никогда, счастье моё, я не устану любить и ласкать тебя. Никогда! Поверь мне.

Они лежали в тишине, прижавшись друг к другу. Была усталость – приятная, мягкая, но не было желания спать.

– У тебя замечательный дед, любовь моя, – сказал через некоторое время Ричард. – Он и правда могучий воин. Даже сейчас видно. И очень любит тебя.

– Это так, – согласилась Вала, – дед всегда любил и баловал меня. Он потерял свою дочь, но для меня готов был на многое. Это он подарил мне замечательного коня, на котором я носилась как ветер по просторам Приграничья. Того, которого у меня забрали потом. И это он наказал так жестоко подлеца Холта – за меня и малышку Уну.

Тяжёлые воспоминания нахлынули на молодую женщину, и она готова была уже заплакать. Но рыцарь не позволил – он стал ласкать её, говорить нежные слова, отвлекать другими мыслями. Справился. Так, обнимая друг друга, они и уснули.

Утром, когда завершился завтрак, лорд Мэрил ап-Томас предложил совершить небольшую прогулку – здесь, недалеко, сказал он. Все отправились за хозяином и вскоре вышли к небольшому выпасу, покрытому густым зелёным ковром. На дальнем его краю спокойно щипал траву красивый, сильный, гордый конь.

Вала тихонько ахнула.

– Гром, – позвала она, – Гром, мой дорогой, ты здесь.

Глаза её наполнились слезами, голос дрогнул. Конь поднял голову, внимательно прислушиваясь к звукам человеческого голоса. Потом повернулся и двинулся к людям. Вала медленно пошла ему навстречу, и где-то на середине выпаса эти двое, разлучённые злой судьбой, встретились. Вала обняла коня за шею и прижалась к нему лицом. А Гром положил голову ей на плечо и медленно и осторожно перебирал ногами, стараясь как можно ближе подойти к хозяйке. Так и стояли они несколько минут. Все присутствующие затихли, не желая нарушать торжественность момента. Потом Вала обернулась к старому лорду.

– Как ты сберёг его, дедушка? – спросила она. – Как получил обратно?

– А я никого и не спрашивал, девочка, – сердито ответил лорд. – Когда наши воины пошли на важное дело мести за тебя и мою маленькую правнучку, которую я даже не смог увидеть, я велел им ничего не брать из этого поганого поместья, всё предать огню. Только коня забрать. Это наш конь, и он был для меня памятью о тебе. Теперь ты снова можешь владеть им. И Гром, по-моему, рад.

Старый Мэрил довольно улыбнулся. Он смог сделать своей любимой внучке отличный сюрприз.

Потом много времени прошло в разговорах. Обсудили всё, что касалось будущей жизни Валы на Севере. Деда интересовало многое. Он надолго углубился в обсуждение с рыцарем вопросов укрепления и обороны замка, а также взаимоотношений с соседями. То, что говорил ему внучатый зять, нравилось лорду. Да, он отличный воин и сможет как следует защитить Валу. Девочке и так досталось больше, чем по силам одному человеку, женщине во всяком случае. Потом был ещё долгий и подробный разговор лорда с Тимом. Мальчик всё больше нравился ему. Умница, и смелости ему не занимать. А силы придут с возрастом. Лорду пришлось по сердцу, что мать-настоятельни-ца дала Тиму своё имя. Тимоти Эллиот – это звучит солидно, засмеялся он.

– А я дарю тебе, мой мальчик, всё полностью рыцарское снаряжение, – улыбаясь, сказал он счастливо сияющему глазами будущему рыцарю. – Ты только набирайся сил поскорее.

Тим поцеловал морщинистую руку старого лорда и прижался к ней лицом. Слёзы жгли глаза. Как он был благодарен всем этим людям, помогающим ему, найдёнышу, твёрдо встать на ноги. Никогда, никогда в жизни не забудет он сделанного ему добра. И никогда не устанет благодарить судьбу за то, что свела его с этой замечательной женщиной, которая стала для него самым главным человеком в жизни.

И тут Вала добавила свой подарок мальчику, спасшему фактически её жизнь. Ведь без его помощи ей бы никогда не уйти от жадных лап Юсташа.

– И я тоже хочу порадовать тебя, Тим, – сказала она. – Я дарю тебе Грома. Это конь для мужчины, не для женщины. А ты был маленьким мужчиной уже тогда, когда мы встретились в первый раз. Сейчас и вовсе повзрослел. Этот конь очень подходит тебе. Я, конечно, сильно привязана к нему, но моя благодарность тебе намного больше. Ты поладишь с ним, я уверена. Гром очень умный конь, а ты умеешь обходиться с лошадьми как никто другой. Владей же отныне этим красавцем, и пусть ваша дружба с ним будет долгой.

Тут уж Тим не выдержал, и слёзы потекли по щекам. Он стыдливо смахнул их и побежал на выпас договариваться с Громом о дружбе на долгие времена. Взрослые с улыбкой проводили его глазами. Отличный мальчуган!

Всё хорошее, как известно, заканчивается быстро. Пришло время расставания. Старый лорд простился с внучкой и её новой семьёй в замке. Ему уже не по силам было ездить верхом. Но почётный эскорт до самой границы он снарядил. Отъезд английских гостей при таком сопровождении выглядел очень внушительно. Вала не могла сдержать слёз. Она понимала, что никогда больше не увидит своего деда. Они расстаются навсегда. Кроме того, ей пришлось расстаться и с Истой. Старая женщина не могла уже больше одолеть путь на север. Силы оставили её, и лорд предложил дать ей тёплый угол и уход в его замке. Жизнь идёт своим чередом, и потери в ней неизбежны. Вала вытерла глаза, поймала понимающий взгляд мужа и, подняв голову, двинулась в путь. Домой, на север. Туда, где ей было так хорошо и уютно, и где ждали её радостные встречи с другими дорогими ей людьми.

На самой границе коней остановили. Последнее прощание. Слова благодарности. Добрые напутствия. И два отряда вооружённых людей разъехались в разные стороны.

Глава 14

На этот раз дорога на Север была для Валы куда легче и приятнее. Стояло тёплое лето, в стране воцарился относительный порядок, а она ехала домой. Это странно, но замок Лейк-Касл на берегу маленького синего озера в далёком северном приграничье стал для неё родным домом. И там остались люди, которые стали ей близки и дороги, люди, которые пришли ей на помощь в трудное время и спасли ей жизнь. Главное же то, что рядом с ней ехал мужчина, ставший для неё единственной любовью на всю жизнь – это Вала знала наверняка. Что бы ни произошло в будущем, сердце её будет принадлежать только ему, этому зеленоглазому могучему воину, рыцарю её души.

А зеленоглазый рыцарь лукаво поглядывал на свою жену и улыбался, предвкушая все те удовольствия, которые ждут его дома, куда он вернётся со своей любимой. Даже прежние ревнивые мысли в отношении лорда Грея покинули его. Он безоговорочно верил женщине, которую любил. И знал теперь, что и она любит его. И ещё Ричарду очень хотелось сына и именно от этой сильной и смелой женщины. Он не мог дождаться часа, когда у себя в замке уложит эту драгоценную добычу на своё ложе и будет любить её до изнеможения. От таких мыслей сидеть в седле стало неудобно, и рыцарь заёрзал, смущённо поглядывая по сторонам.

Опять дорога шла на Шрузбери, а оттуда на Ноттингем. Как же их путь отличался от её прежнего зимнего бегства неизвестно куда, лишь бы скрыться от преследования! Сейчас вокруг были мирные картины. Они останавливались для отдыха на постоялых дворах, ели горячую свежую пищу. Совершенно спокойно проехали Шервудский лес – сытые волки прятались где-то в чащобе. Теперь только Вала и Тим помнили ту зимнюю схватку с голодными злыми зверями. Тим не удержался и рассказал воинам, как здорово отбивалась их новая госпожа от волков в этом лесу, как положила меткими выстрелами трёх матёрых зверей. Воины поглядывали на неё с уважением. Да, такая хозяйка как раз и подходит их суровому замку в северных краях.

Миновали Ноттингем, прошли путь до Йорка. Здесь отслужили благодарственную мессу за благополучный исход похода на юг, а Вала снова помянула всех, кто полёг на трудном пути к её спасению. После Йорка, они были уже, считай, в своих краях. Без происшествий прошли перевал, и Ричард повернул свой отряд в направлении замка Гринхил. Вала немного удивилась, но была очень рада такому его решению. Ей хотелось закрыть эпизод её былых отношений с лордом Греем – то было тогда нужно, было спасением для неё, а сейчас не должно мешать ни им с Ричардом, ни Джеймсу с леди Аделой. Конечно, будет лучше вывести этот вопрос из тени и навсегда забыть о нём.

На этот раз никаким разбойникам, если даже они и прятались в окрестных холмах, и в голову не пришло напасть на такой сильный и отлично вооружённый отряд. Открылась прямая дорога к замку. Над ним реял стяг с готовым взлететь орлом – лорд Грей был в своём владении. Рыцарь Лорэл уверенно ехал на своём сильном и выносливом гнедом жеребце. Справа и немного позади от него на великолепном Громе гордо восседал повзрослевший Тим – теперь Тимоти Эллиот. Слева на своей верной Ласточке стремя к стремени с мужем шла Вала. Позади чётким строем выступала дюжина крепких воинов.

Со смотровой башни отряд увидели издалека. Дозорный подал сигнал. Когда воины приблизились, лорд Грей как раз поднялся на надвратную башню. Рядом с ним встала леди Адела. Она была очень удивлена, не зная чьего появления ожидать. Ведь Уильям, молодой граф Хьюберт, если бы пожелал проведать мать и отчима, то обязательно прислал бы предварительно гонца, да и появился бы с другой дороги. Эти же люди ехали с юга. Кто они? Сердце женщины забилось сильнее. Она напрягла зрение и вскрикнула от радости и удивления. К замку подъезжал её брат, а рядом с ним ехала – нет, не может быть, это обман зрения – ехала Вала. Но нет, зрение не обмануло её. Теперь уже и лорд Грей узнал всадницу на знакомой серой в яблоках кобылке. Он удивлённо взглянул на жену. Она ответила ему улыбкой:

– Да, это действительно она, Джеймс. А рядом с ней мой брат, рыцарь Ричард Лорэл. Вели открыть ворота, дорогой. Это желанные гости.

Лорд отдал распоряжение и сосредоточил внимание на подъезжающих воинах. Это были, вне всякого сомнения, сильные и опытные воины. И вёл их достойный рыцарь. А рядом с ним на великолепном коне мальчишка Тим, верный спутник этой бедной девочки, что бежала сюда от самого Уэльса. Но трудно поверить, что это тот же самый вихрастый паренёк, – он подрос, окреп и держится уже совсем по-взрослому.

Отряд остановился у ворот и рыцарь, согласно правилам, громким голосом приветствовал хозяев.

– Рыцарь Лорэл из замка Лейк-Касл прибыл с миром к лорду Грею. Приветствую вас, лорд Джеймс. Приветствую и вас, леди Адела, сестра моя.

И только после этого рыцарь позволил себе улыбнуться. Ему понравилось то, что он увидел. Лорд Грей, несомненно, достойный мужчина и сильный воин, а его сестра совершенно очевидно счастлива с ним – достаточно увидеть их рядом, чтобы понять это. Они прекрасная пара.

Лорд Грей столь же внимательно осмотрел рыцаря Лорэла и Валу. Похоже, что эти двое составили удачную пару. Вот и славно!

Путники въехали в открытые ворота, и хозяева встретили их уже на пороге замка. Поклоны, приветствия – и две женщины кинулись в объятия друг другу, смеясь и плача одновременно. Растерявшиеся мужчины стояли рядом. Наконец леди Адела взяла себя в руки и вспомнила свои обязанности хозяйки замка. Она представила мужчин друг другу, отдала распоряжения в отношении размещения гостей и пригласила всех в главный зал донжона – освежиться вином и подкрепиться вафлями после дальней дороги. Наконец суматоха немного улеглась, и гости обменялись с хозяевами самой краткой информацией о том, что произошло после их отъезда на юг весной. Для более подробных разговоров время было впереди.

Когда гости отправились немного передохнуть и привести себя в порядок с дороги, леди Адела отдала распоряжения относительно вечерней трапезы – конечно, ожидался торжественный ужин в связи с прибытием дорогих гостей. Справившись с этим, она взяла мужа за руку и увлекла его в любимый уголок – к двум уютным креслам у очага.

– Я не могу поверить в то, что произошло, Джеймс, – сказала она, усаживаясь в одно из кресел. – Это такая потрясающая новость, не правда ли? Кто бы мог подумать, что всё сложится так удачно. Лучше не придумаешь.

– Да, дорогая, – отозвался лорд, нежно глядя на жену. – Именно так, что лучше и придумать. Девочке нельзя было оставаться одной. А твой брат, мне кажется, отличный воин и красивый мужчина к тому же. Они прекрасная пара, правда?

– О да, милый. И Ричард давно любит её. Я поняла это, когда увидела их вдвоём весной. И она его полюбила. Тебя это не трогает?

– Нет, – рассмеялся лорд, – меня всегда трогали больше всего твои чувства. А ты, к счастью, всегда любила меня. Мне было жаль эту девочку с изломанной судьбой, и я очень рад, что смог помочь ей преодолеть страх, нет, ужас перед близостью с мужчиной. Ты прекрасно знаешь об этом, любовь моя, и у тебя нет никаких оснований сомневаться во мне и в моих чувствах. Я люблю тебя много лет, и эта любовь умрёт только вместе со мной. Другой женщины мне не надо, когда ты рядом. Я счастлив, Адела. Я счастлив с тобой. И от души желаю, чтобы и твой брат был так же счастлив со своей избранницей.

– Вот и славно, Джеймс, – отозвалась леди Адела. – Я уверена, что они будут счастливы вместе. Вала столько пережила. Перст судьбы привёл её в наши края. И, похоже, она нашла здесь свой дом. Интересно, что они расскажут нам о новом короле и его королеве? Я сгораю от нетерпения услышать эти новости тоже.

– Да, это очень желательно узнать из первых рук, – задумчиво проговорил лорд. – Разговоры ходят разные, и мне хотелось бы знать, насколько прочно сидит на троне молодой король, каковы его взгляды на события в стране. А возможно даже и о планах можно будет кое-что понять. Ведь твой брат общался с королём лично, как я понял.

– Я тоже так поняла, дорогой. Скоро всё узнаем.

Летний вечер тихо опускался на землю, когда в замке Гринхил начался торжественный ужин. Повар и его помощники поработали на славу и в относительно короткий срок соорудили великолепный стол. Вино лилось рекой. Уставшие с дороги воины с удовольствием вкушали изысканные яства, которыми угощали их гостеприимные хозяева. Прибывшие с рыцарем и местные воины быстро нашли общий язык, тем более что здесь ещё помнили храброго Бена, ушедшего на север вместе с госпожой, которую он взялся охранять. Известие о том, что Бен заслужил полное доверие господина и стал командиром гарнизона замка Лейк-Касл, порадовало многих. Между делом выпили и за его успехи и процветание, особенно когда узнали, что Бен этой весной женился. Приветов ему велено было передать множество.

За высоким столом сидели хозяева, их гости и верный Тим, теперь уже как оруженосец сэра Лорэла и будущий рыцарь. Ричард сообщил, что намерен обратиться с ходатайством к лорду Перси, чтобы возвести Тима в рыцарское достоинство. Мальчик вполне заслужил эту честь, сказал рыцарь. Тем более что мать-настоятельница подарила ему родовое имя, а лорд Мэрил ап-Томас обеспечил полным рыцарским снаряжением. Да и коня мальчик получил знатного от своей госпожи.

Разговор за столом шёл обо всём понемногу. И только по завершении застолья мужчины уединились в уютном уголке у очага, а дамы ушли наверх, в маленькую гостиную пошептаться о своём, о женском.

Мужской разговор начинался нелегко. На какое-то время старая ревнивая неприязнь ожила было в сердце Ричарда. Лорд Грей почувствовал это и сказал со всей откровенностью:

– Не надо вспоминать о том, что было, сэр Лорэл. Я поступил так, как и любой другой сделал бы на моём месте. Но о том, что произошло, я не пожалел никогда. Девочка была буквально искалечена теми злодеями, в чьих руках она побывала. А потом ещё это чудовище, мечтавшее надеть корону Англии. Слава Господу, не допустившему это! А я люблю вашу сестру, сэр Ричард. Люблю всем сердцем и уже много лет. Для меня нет на свете другой женщины. Вы можете мне верить.

– Я верю, милорд, – ответил на это Ричард. – Вас достаточно видеть рядом, чтобы понять ваши взаимные чувства. Вы оба светитесь любовью. И я очень рад за сестру, рад, что она нашла, наконец, достойного супруга и взаимную любовь. А мои чувства – это временное. Я понимаю, что вы поступили правильно, исцелив Валу от страха перед мужчиной. И я никогда не упрекну вас ни лично, ни в душе. Оставим этот вопрос позади и не будем больше вспоминать о нём. Так будет лучше всего. Тем более что мне есть о чём рассказать вам после поездки ко двору.

И у них пошёл серьёзный мужской разговор. Ричард поведал лорду Грею обо всём, что видел, слышал и понял при дворе. У него сложилось совершенно определённое мнение, что король сел на трон прочно и надолго. Ему нравился серьёзный подход молодого монарха к вопросам укрепления границ и объединения Англии, разрозненной многолетними междоусобицами. Похоже на то, что война осталась позади, и в стране устанавливаются мир и покой. Напоследок он рассказал о своём личном разговоре с королём и о приглашении, которое передал Генрих лорду Грею и его пасынку графу Хьюберту.

– Такой поворот событий мне нравится, сэр Ричард, – ответил на это лорд Грей. – Отрадно, что король хочет мира и крепких границ. И я готов помочь ему в этом. Я, разумеется, принесу присягу сам и постараюсь убедить Уильяма поехать со мной. Мальчик ещё молод, но подаёт большие надежды. И личное знакомство с королём ему не помешает.

Мужчины поговорили ещё о многих важных для них делах и расстались вполне довольные друг другом. Между ними, похоже, установился прочный и надёжный мир. И это было хорошо.

Женщины наверху щебетали обо всём. Им так много надо было сказать друг другу, что остановиться не было никакой возможности. Они проговорили бы, наверное, всю ночь, если бы поднявшиеся наверх мужчины не развели их по разным опочивальням, чтобы любить до беспамятства и заставить забыть обо всём.

Приезжие задержались в Гринхиле ещё на пару дней. Мужчины с увлечением обсуждали свои воинские дела, делились мнениями по вопросу улучшения обороноспособности замков и охраны собственных владений. Ричард, умудрённый опытом бесконечных приграничных стычек и активных боевых действий против рыцаря Айтинга, когда ему удалось взять хорошо обороняемый замок Давтон, дал несколько дельных советов лорду Грею. Гринхил своим расположением на небольшом возвышении посреди открытой местности напоминал ему замок Айтинга, и Ричард указал лорду на то, что при определённых обстоятельствах возможно возникновение некоторых слабых мест в обороне. Именно их он и сумел когда-то использовать в своей войне с убийцей отца, когда не слишком большими силами одолел достаточно мощный замок с хорошими, казалось бы, укреплениями и солидным по численности гарнизоном. Лорд был признателен за такой совершенно новый для него взгляд на оборонные возможности Гринхила. Брат жены всё больше нравился ему. А Ричард, видя супружеские отношения лорда со своей сестрой, перестал думать о прошлой ревности, тем более что Вала щедро дарила ему свою любовь, и он глубоким мужским чутьём ощущал её искренность.

Женщины не могли наговориться. Разлука была не слишком длительной, но обстоятельства переменились столь резко, что обсудить их нужно было со всей серьёзностью. Леди Адела поведала подруге, что жаждет подарить наследника своему супругу, ведь он так долго ждал её, и теперь её святой долг вознаградить Джеймса сыном. Если не получится с первого раза, хотя у такого могучего мужчины должны рождаться только сыновья, по её мнению, она готова идти на роды вновь и вновь. Как же хорошо любить и быть любимой в замужестве! А она столько лет была лишена этого счастья, так долго прозябала в замке холодного, безразличного ко всему графа. Единственной радостью был для неё там Уильям. Он всегда любил мать, был живым и любознательным ребёнком и вырос совершенно непохожим на отца. Спасибо Джеймсу, что приставил к нему толкового воина, оказавшегося хорошим учителем во многих вопросах, которые должен познать подрастающий мальчик. Да и Ричард много дал своему племяннику, хоть и наезжал к ним нечасто. Для Уильяма дядя всегда был образцом для подражания.

– А ты, Вала, готова ли ты подарить наследника своему супругу? – лукаво спросила леди Адела. – Глядя на вас, когда вы рядом, это кажется очень вероятным, причём без промедления.