(АН) Что же после этого говорить об управлении края?
В Могилёве тоже хорошо: генерал- губернатор сумасшедший, председатель гражданской палаты вор, обокравший богатую помещицу, у которой был управляющим (он же и камергер). Председатель уголовной палаты убил человека, за что и находится под следствием.
Российская империя середины XИX в. в лицах на фотографиях…
Посмотрите все фотографии по ХИХикающей ссылке
Авраам Сергеевич Норов.
●
●
● Василий Сергеевич (1793–1853) — подполковник (разжалован в 1826 году), унтер–офицер в отставке, член тайного общества декабристов «Союз благоденствия»
●
● Авраам (Абрам) Сергеевич (1 октября 1795–1869) — российский государственный деятель, министр народного просвещения, учёный, путешественник и писатель
● Леонид Сергеевич (при крещении назван Александром) (1798–1870) — литератор, поэт, переводчик
● Авдотья (Евдокия) Сергеевна (5 сентября 1799 — 3 июня 1835) — родилась в с. Ключи; в октябре 1826 года познакомилась с П. Я. Чаадаевым,
Ссылка скопирована один к одному, полагаю синим цветом, с подчёркиванием выделены фантомы.
Александр Норов родился 8 апреля 1797 года (см. выше есть версия 1798 год, год Лошади тогда попадаем в стихи Пушкина — «Ворон конь») в селе Ключи Балашовского уезда Саратовской губернии (ныне Ртищевский район Саратовской области).
Учился Ал. С. Норов в Благородном пансионе при Московском университете. В 1818 году он экзаменовался по языкам и наукам в Комитете испытания при Московском университете и получил аттестат. Был принят на службу в Московский архив коллегии иностранных дел. (Пушкин после окончания Лицея был определён В Государственную Коллегию Иностранных дел). Александр Норов имел слабое здоровье, с детства после ушиба был горбат, подолгу числился «в отпуску», проживая в отцовском имении Надеждино Дмитровского уезда, в 73 верстах от Москвы. Норов состоял в кружке «Общество любомудрия». В 1830 году Александр Норов, получив чин коллежского асессора, поселился в деревне, где занялся литературным трудом. Умер Александр Сергеевич Норов в один год с Александром Дюма. Похоронен в тех же Ключах, где и родился. Итак — русский поэт, переводчик. Член Вольного общества любителей словесности, наук и художеств (с 1819). Автор перевода «Философического письма» П. Я. Чаадаева (1836). Из стихов А. С. Норова: Смотри: где небосклон сливается с землёй Затеплилась звезда блестящая Киприды Она вожатай наш — и в встречу нам толпой По морю светлому всплывут Океаниды… Но вот Эол затих и стали корабли;
ЭЗОПНО, вожатай наш.
Старший брат Александра Сергеевича, Авраам Сергеевич — путешественник и писатель.
Отданный на военную службу, семнадцатилетний Норов принимал участие в Бородинском сражении в составе гвардейской артиллерии. Там он получил тяжелое ранение и лишился ноги, но Провидение сохранило ему жизнь. Норов был спасен случайным вмешательством знаменитого лейб–медика Наполеона — барона Ляррея, который взялся лично оперировать юношу. Восстанавливая здоровье, Норов был вынужден несколько лет прожить в загородном именье, вдали от света.
Оказавшись в уединении, талантливый молодой человек углубился в занятия наукой. Эти годы позволили ему получить широчайшее самообразование и привычку постоянно учиться. Норов стал одним из самых образованных людей своего времени — иностранные языки, история, философия, литература, география, астрономия, археология, обществоведение, овладел несколькими мертвыми языками — латинским, древнегреческим, древнееврейским.
Поправив здоровье, он вернулся на службу Отечеству, правда, теперь уже не военную, а гражданскую, где дослужился до поста Министра народного просвещения и члена Государственного Совета при императоре АлександреII.
До этого возвышения в 1834 году чиновник Министерства внутренних дел Авраам Норов отправился в путешествии по святым местам Востока, продолжавшееся два года. В течение этого времени он тщательно исследовал библейские места и исторические памятники Египта и Палестины. Правитель Египта оказал содействие Норову, позволив ему получить недоступную обычным путешественникам информацию. Он первым из русских учёных сумел научно объяснить библейскую географию, научился читать иероглифы и написал исследование об Атлантиде, которая по одной из версий находилась в Средиземном море.
Заключительным пунктом восточной экспедиции стала Малая Азия. Преодолевая трудности путешествия по неизведанным маршрутам, он сумел посетить места, где располагались когда–то семь городов Апокалипсиса (Эфес, Смирна, Пергам, Фиатира, Сардис, Филадельфия, Лаодикия) Годы спустя — в 1847 году — он издал книгу путевых заметок «Путешествие к семи церквам, упоминаемым в Апокалипсисе» (Из журнала «Русский Дом» № 1 2015 г.)
В 1818 году Авраам Сергеевич был принят в Вольное общество любителей словесности, наук и художеств, а в 1819 году — в Общество любителей российской словесности. На заседаниях Вольного общества он познакомился с А. С. Пушкиным, общение с которым продолжалось в течение всей жизни последнего[8]. Александр Сергеевич, во время работы над «Историей Пугачёва» пользовавшийся библиотекой Норова для исторических изысканий, был явно расположен к нему, обращаясь в письмах на «ты» и со словами
В 1821–1822 годах Норов совершил первое заграничное путешествие, посетив Германию, Францию, Италию и Сицилию. О путевых впечатлениях он рассказал в ряде очерков и стихотворений («Поездка вОвернью», «Литературный вечер в Риме», «Остров Нордерней. Послание к Д. П. Глебову» и других), которые были напечатаны в различных русских периодических изданиях. Его первой книгой стало «Путешествие по Сицилии в 1822 году». В 1827 году А. С. Норов, будучи чиновником особых поручений при Министерстве внутренних дел, был прикомандировали к адмиралу Д. Н. Сенявину, с которым он совершил два заграничных плавания, в частности, участвовал в проведении русских судов до Портсмута и обратно. В результате в «Литературной газете» Дельвига — Пушкина в 1830 году появился очерк Авраама Сергеевича «Прогулка в окрестностях Лондона» с указанием: «Виндзор, августа 20, 1827».
(ВВ) В 1827 г., когда мы издавали «Московский Вестник», Пушкин дал мне напечатать эпиграмму: «Лук звенит». М. П. Погодин.
(ВВ) В 1827 году Пушкин учил меня боксировать по–английски. Князь П. П. Вяземский.
Известен эпизод, отмеченный в воспоминаниях о поэте А. П. Керн: «В год возвращения его из Михайловского свои именины праздновал он в доме родителей в семейном кружку Я в этот день обедала у них После обеда Абрам Сергеевич Норов, подойдя ко мне с Пушкиным, сказал: «Неужели Вы ему сегодня ничего не подарили, а он так много вам писал прекрасных стихов?» «И в самом деле, — отвечала я, — мне бы надо подарить вас чем–нибудь: вот вам кольцо моей матери, носите его на память обо мне».
(отметим, что современники не раз писали в воспоминаниях о свойственном Норову женолюбии).
Неудивительно, что когда в свои 65 лет Норов (с «хорошими, гуманными свойствами его сердца») встретился во Франции Толстому, тот написал (29 ноября 1860 г.) тетушке Т. А. Ергольской в Россию: «Мне здесь хорошо. Княгиня Голицына, ее две племянницы, племянник, некто Норов и еше несколько человек составляют наш приятный интимный кружок»
Относительно А. С. Норова тоже можно сделать некоторые предположения на предмет отражения его характерных черт в «Анне Карениной». «На водах» живет безымянный «московский полковник», который входит в кружок князя Щербацкого. (Кстати, в окружении Норова были люди с похожими фамилиями: это его сослуживец, попечитель С. — Петербургского учебного округа князь Щербатов, владелица соседнего с Надеждиным имения А. М. Щербатова; женой Д. Н. Свербеева была Е. А. Щербатова, дочь Е. Р. Дашковой — Щербинина.) Вот этот человек останавливается, вникая в скандал на улице, устроенный тяжелобольным русским. Поскольку господин побранился с доктором, полковник встревожено говорит: «Позор и срам!.. Одного боишься — это встречаться с русскими за границей!» Не подразумевается ли здесь автором Норов, о котором остававшаяся за границей сестра Толстого Мария Николаевна писала брату после его отъезда: «Норов говорит, что тебя нужно убедить приехать спасать от нападений Долгорукую, которая наделала здесь страшный карамболь, остановила на улице карету французской дукессы и наговорила ей во всеуслышание Бог знает что». Как не прибавить к этому слова из воспоминаний Свербеева: «В порядочных обществах Норов обходился без историй, но на улицах, в ресторанах, театрах у него бывали почти ежедневные неприятные столкновения».
(АН) Обдумываю публичные лекции о Пушкине и бросаю на бумагу разные заметки и главные черты плана.
О великих деятелях в обществе, как о великих явлениях природы, никогда нельзя сказать, что они изучены окончательно и что, раз описав, объяснив их, уже возвращаться к ним не для чего. Богатства в них жизни таковы, что понять, объяснить, определить их сразу нет никакой возможности. Значение и действие их к тому же никогда не раскрываются вдруг. Они, как все живое, одарены способностью развиваться и развивать заключающееся в них содержание, так что то, что вы узнали в них сегодня, часто служит только предисловием или указанием того, что узнаете завтра или позднее. (!!!)
(АН) «Подобные Пиетри (помните Де ля Пайетри?) изобретатели заговора были не в одной Франции — были и есть».
Похоже, умудрённый жизненным опытом Никитенко сомневается в смерти Пушкина- Дюма.
Шестое июня 1799 год — родился Александр Пушкин.
Шестое декабря 1870 год — умер Александр Дюма.
Срок жизни ровно 71 год и 6 месяцев.
Никитенко читает в Новом Завете по известной ему от Пушкина сквозной нумерации
Стих 716: «Когда же приблизилось время плодов, он послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды».
На этом закроем дневник А. В. Никитенко, хотя его притчи впечатляют.
Задумаемся над фразой «Подобные изобретатели заговора были не в одной Франции — были и есть».
На кого–то ведь намекает Александр Васильевич. Может быть на Лермонтова, убитого на дуэли старым приятелем? Мартынов тоже не понимал «на что он руку поднимал»?
И в наше время наблюдаются странные вещи, связанные с уходом из жизни известных актёров.
Так Андрей Миронов умер в прямом смысле театрально, прямо на сцене! При том что родители его — долгожители.
Дочь Мария в одном интервью сообщила, что общается с отцом, как с живым. Можно увидеть в этом «фигуру речи», но можно и скрытый подтекст.
Вряд ли, конечно, Андрей Александрович выполняет разведывательную миссию, но в одном из голливудских фильмов мелькнул как–то человек удивительно похожий на него.
Как вы понимаете Пушкин — Дюма позволяет строить такие конспирологические версии, а потому не обвиняйте автора в кощунстве.
Смерть Олега Даля, находившегося в цветущем возрасте тоже вызывает вопросы. Дата смерти 3. 03. 1981 год.
Стих 3031: «Женщина говорит Ему: Господи! Вижу, что Ты пророк».
А родился Даль 25. 05. 1941 года.
Стих 2505: «Авраам сказал ему: у них есть Моисей и пророки; пусть их слушают».
Предопределённость или театральность? Предопределённая театральность, или театральная предопределённость?
Вот как это трагическое событие, смерть Олега Даля, описано Валентином Гафтом:
«Но когда сломали дверь, потому что ему надо было на пробы, а ЕГО НЕ БЫЛО, УЖЕ ЕГО НЕ БЫЛО…». Так умер Даль, или просто в гостиничном номере его не было?
Опять фигура речи, или Валентин Иосифович хочет сообщить что–то о Царствии Небесном?
А как ушёл Андрей Ростоцкий?