Убийцы

Скорпион открыл дверь, как бы невзначай. Вроде захотел проверить, на месте ли хозяин. И даже подивился, что его нет, проскальзывая внутрь. На окошко в двери надвигались жалюзи, Скорпион опустил их, отрезав случайным наблюдателям вид из коридора. Подошел к окну, посмотрел на дорогие черные Мерседесы, принесшие к противоположному зданию министра финансов. Вон там суетится и Володя. В голову Скорпиону пришло сравнение с мухой и кучей навоза. Большой такой, влажной. Губы растянулись в улыбке, показывая воистину звериный оскал. Зрачки глаз поднялись, увидели на крыше привычную фигуру в рогатом шлеме. Убийца кивнул ей, облачил руки в перчатки, открыл окно.

На свет появились две пары очков. Скорпион обнаружил, что у Володиных небольшая царапина на дужке, да и стекла исцарапаны сильнее, чем у его очков. На стекла плевать, они вылетят при столкновении, а вот царапину надо скопировать. Перочинный нож уверенно выскоблил золотистое напыление, убийца довольно хмыкнул. Глаза снова взглянули вниз, там телохранители окружили министра неровным кольцом. Володя тоже подошел, прорвался сквозь строй черно-белых костюмов, пожал министру ладонь. Время.

Как обычно, накатила волна холода. Мысли, чувства — все ушло, окружающее потеряло цвета, и только фигура журналиста окрасилась красным. Скорпион навелся на цель мгновенно. Мощный бросок, очки полетели в окно. Уголком зрения Скорпион увидел, как рогатая фигура исчезла с крыши и появилась напротив репортера. Всего лишь жалкое мгновение и мужчина рассмотрел его лик. Разумеется, ни телохранители, ни министр не заметили рогатого. Сейчас панорама восприятия Скорпиона расширилась, словно отплачивая за несколько секунд, когда глаза зацепились за жертву. Убийца видел, как крутятся очки в воздухе, видел, как лицо репортера искажается в страхе, но никто вокруг не замечает этого, видел всех прохожих на улице и даже видел сквозь стены здания напротив. Но, как и предыдущее состояние, это прошло быстро. Всплеск эмоций, следом за полнейшим равнодушием, и Скорпион отходит от распахнутого окна. Он не посмотрел, как дужка очков вошла в глазницу Быкова, не посмотрел, как телохранители бросились к трупу, оттесняя министра, и не увидел, как рогатый исчез. Зачем? И без визуального подтверждения он знал — будет так. Иначе просто не могло быть.

Когда убийца покинул здание газеты «День», на место преступления как раз приехала милиция. Министр что-то говорил майору, указывая на лицо трупа. Скорпион выкинул в урну Володины очки, звук разбившегося стекла прошелся по ушам наждаком. Как Скорпион и предполагал, еще и дужки сложились. Журналист носил очки долго и петельки разболтались. Он мог бы убить репортера и этой парой, но предпочитал страховаться. Не потому, что у него могло не получиться — Быков умер бы в любом случае — просто убийца всегда держал себя в форме. Эту привычку он выработал, еще познавая основы.

Убийца пошел по шумным улицам большого города, морщась от резких звуков. Ему захотелось услышать мелодичное пение птиц, веселое жужжание мух и стрекоз, вместо скрежета механизмов и переголосья людской толпы. А уж как его раздражали запахи! Но на сегодня еще есть одно дельце…

Глава 4

Я сказал ему: «Так убей его быстро». На что он ответил: «Нет. Я выбрал для него смерть от пытки, значит, он умрет от пытки. Теперь я уже ничего не решаю, понимаешь, это правило…». Тогда я подумал, кто он такой, если человеческая смерть для него всего лишь правило, которое он установил для себя. Я не помню, сколько продолжалась пытка, но за это время я успел выпить бутылку дерьмовой рисовой водки. Пожалуй, ничего, за все годы проведенные во Вьетнаме, не впечаталось в мой разум настолько сильно. Мне до сих пор снятся крики бедолаги, которого замучили до смерти, даже после того, как он выдал все, что знал. А палача я больше не видел…

Джон Торт — «Дневник рядового».

— Так откуда, ты говоришь, узнал мое имя? — спрашивал седой мужчина с длинными волосами и топором в руках.

— От Гаврилы, — ответил Семен.

— Наверное, Гавриле надоело жить…

Раз! — полено разлетелось на две ровные половинки. Крепкий седой мужик утер пот, потянулся за следующим. Молодого парня он тщательно игнорировал вот уже час. За это время возле колодки выросли две кучки дров, а Семен начал выказывать первые признаки нетерпения.

— Не думаю, — скривился Сеня. — Мне кажется, он хочет жить долго.

— Так наши желания не всегда совпадают с действительностью. Скорее наоборот. Так как, ты сказал, тебя зовут?

— Барс.

— Странное имя

— А Скорпион, обычное?

Скорпион никак не отреагировал на это. Как и в прошлый раз и в позапрошлый, и в сотый до этого. Сеня старательно подчеркивал — он знает, кто такой седовласый мужчина, знает, чем он занимается, знает репутацию. Поначалу он думал, этого аргумента будет достаточно. Считал, Скорпион согласится, узнав, что его тайну могут раскрыть. Но мужик оказался крепким не только снаружи; и даже сейчас, несмотря на почтенный возраст, выглядел опасно и агрессивно. Он рубил дрова, оголенный до пояса, под тоненькой прослойкой жира виднелись переливы мускулатуры. Не культуристической нефункциональной, напротив — за показной леностью движений и даже легкой неуклюжестью, угадывалось четкое владение телом. Скорпион поднял топор, Сеня увидел, как заиграли мышцы на спине. Два! — еще одно полено разлетелось. Мужчина не бил слишком сильно или слишком слабо — удара хватало ровно на то, чтобы полено раскололось, но топор не ушел в колоду.

— Нет, не обычное, — признал Скорпион. — Так, ты говоришь, ты профи?

— Да. — Сеня все больше раздражался. Манера говорить у Скорпиона странная. Не поймешь, то ли он над тобой насмехается, то ли действительно тупая деревенщина.

— И сколько же ты убил?

— Девятерых.

Скорпион лишь хмыкнул и поставил на колоду очередную деревянную жертву. И казнил. Сеня осмотрелся. Ему просто ничего больше не оставалось. А ведь в планах все виделось иначе. Он приезжает сюда, заявляет, что знает, кто такой Скорпион, а тот соглашается на все, чтобы сохранить тайну. Но нет. Тянуть из убийцы слова приходилось клещами, он все время переспрашивал и переспрашивал, постоянно намекая, чтобы Сеня убрался к черту с его территории. Да и территория ничем не выдавала, что здесь живет самый лучший убийца в России. Скорпион поселился неподалеку от хутора Елкин в Ростовской области, почти на берегу Дона. Места живописные, но такие глухие, жуть! В большой двухэтажный дом из красного кирпича не удосужились провести ни газ, ни водопровод, поэтому в дождливые осенние ночи приходилось топить камин дровами. Так как дом большой — квадратов триста — дров надо много. За рубкой Сеня и застал Скорпиона, этим он занимался уже битый час, попутно вытаскивая из парня крохи информации.

Вокруг дом обносил высокий кирпичный забор, а дальше простирались бескрайние желтые поля. До ближайших соседей ехать минут пятнадцать по проселочной дороге, до ближайшего магазина все двадцать. Дом стоял точно посредине ровного квадрата ограды, с этой стороны забора Скорпион протянул вокруг здания толстую проволоку, к ней крепилась собачья цепь. Сама собака пугала побольше хозяина, даже несмотря на репутацию оного. Громадная кавказская овчарка, килограммов под шестьдесят, не меньше, поначалу бросалась на Сеню, но по первому слову хозяина умолкла и полезла в будку. Впрочем, Сеня не сомневался — еще одна команда и она бросится на него.

Парень скинул со лба белокурую прядь, оглядел синее небо над головой.

— Слушай что, а откуда, говоришь, ты родом? — спросил Скорпион.

— Из Ставрополя. Может, вы мне все-таки ответите?

Скорпион воткнул топор в колоду, окидывая парня придирчивым взглядом. Молодой, блондинистый, если бы его сейчас разрубить пополам и посчитать кольца, наберется не больше двадцати трех. Слишком мало… Одет тоже по молодежному: узкие джинсы, граничащие с педерастией, обтягивающая футболка без рукавов. Руки бледные, подкачанные — видимо занимается спортом. Лицо красивое, куда больше чем на убийцу парень тянет на супермодель, рекламирующую плавки «Эрея», или электрический пояс для прокачки пресса. Куда больше… И все же что-то в нем есть. Хотя бы догадался засунуть пистолет в рюкзак, а не прятать в одежде, или уж тем более выставлять напоказ. Но девять трупов, маловато.

— А какая, ты говорил, у тебя просьба? — спросил Скорпион.

— Я хочу, чтобы вы научили меня быть убийцей.

Сеня едва сдержался, чтобы не закатить глаза от тупости собеседника. Причем видел — Скорпион куда сложнее, чем хочет казаться. В карих глазах светится ум и легкая ирония, на губах то и дело рождается ухмылка, но тут же умирает.

— Так ты уже убийца. — Пожал плечами Скорпион. — На тебе девять трупов.

— Я хочу стать профессионалом, как вы.

— А сколько, говоришь, ты убил по заказу?

— Пятерых.

— Хм-м… мало.

Сеня открыл рот. Мало? Ни фига себе мало!

— А ну-ка, помоги-ка мне.

Скорпион отошел от колоды и кивнул на топор. Сеня поначалу не понял, но быстро сориентировался. Может это проверка? Парень обошел колоду, попытался вытащить топор. С первого раза не получилось, он взглянул на Скорпиона — не усмехнулся ли? Нет, стоит с непроницаемостью статуи. Сеня уперся кроссовкой в колоду, мускулы на руках забегали. Резкое движение, и топор высвободился. Но он приложил слишком большое усилие, пришлось по инерции сделать несколько шагов назад. Еще один взгляд на Скорпиона — седой мужик стоит спокойно, только где-то в глубине чернейших зрачков появляется странный блеск. Сеня не стал тянуть вола за яйца. Положил топор рядом с колодой, поднял и установил чурку. Руки покрепче обхватили топорище, темная сталь взлетела к небесам и опустилась на круглый чурбан. Сеня вложил всю силу — не мог позволить, чтобы Скорпион усомнился в его физических данных. Удар получился на славу, полено раскололось на две части, правда, не ровные.

Парень в третий раз взглянул на Скорпиона, блеск ушел из зрачков убийцы, он снова смотрел с выражением древнеримских статуй.

— Спортом занимался? — спросил Скорпион.

— В баскетбол играл пять лет, — ответил Сеня.

— Спорт дело хорошее. — Скорпион повернулся посмотреть на пролетающего в небе орла. На несколько секунд солнце высветило его профиль. Самый обычный мужик, даже зацепиться взгляду не за что. Вот только есть в нем какая-то тайна, легкая толика чего-то первобытного, почти пугающего. Налетел ветер, уничтожая остатки порядка в длинных седых волосах, Скорпион повернулся.

— Я не смогу тебя научить, — сказал Скорпион.

— Почему? Если дело в деньгах…

— Нет, — сказал Скорпион резко. Сене показалось, что «нет» разлетелась по бескрайним полям вокруг. — Я не могу тебя научить убивать.

— Я умею убивать, — в первый раз Сеня позволил раздражению прорваться в голос.

— Нет, не умеешь, — сказал убийца, покачивая головой. — Ты только что мне это показал.

— Вы про дрова? Так я раньше никогда их не колол. Позвольте мне попробовать еще…

— Не имеет смысла, — перебил Скорпион. — Убийство это не наука, которой можно научить. Ты просто умеешь убивать или убивать не умеешь.

— Не понимаю. Всему можно научиться, было бы время и желание.

— Всему, но не этому, парень. Езжай ты лучше играй в свой баскетбол. Если не хочешь, иди работать на Гаврилу.

— Но почему? Объясните! — последнее слово Сеня едва не выкрикнул, потому что Скорпион принялся собирать дрова, очевидно посчитав, что сказал достаточно.

Скорпион не смотрел на парня, но чувствовал волны ярости, исходящие от молодого тела. Будь Скорпион моложе, он просто убил бы его. Потом нашел бы Гаврилу, отправил на тот свет и его, и его подручных. Но с годами к убийце пришла практичность. Жизнь молокососа не стоила для него ничего, но в душу закралась лень от мыслей, что придется ведь грузить труп в грузовик, везти к Дону, искать якорь и тащить на трехметровую глубину — лодку убийца не держал. Поэтому проще дать некоторые пояснения.

— Вот ты сейчас расколол дровину, так? — спросил Скорпион.

— Да, — отозвался Сеня.

— Ты ее именно расколол, не убил, понимаешь?

— Но ведь она не живая.

— Это не имеет значения. Убить можно, что камень, что синего кита, ни размер, ни состав жертвы не важны. Надо их просто убить. Понимаешь?

— Нет.

Сеня действительно не понимал. Он ожидал чего угодно от Скорпиона: драки, перестрелки, оскорблений, укоризны. Всего, но не этого философского бреда.

— И в этом единственная причина? — спросил Сеня. — Только потому, что я не смог «убить» полено, вы не будете меня учить?

— Я не могу научить убивать, — повторил Скорпион терпеливо. — Я могу научить убивать лучше, но, собственно, убивать ты должен научиться без меня.

— И как?

— Убивая.

Теперь уже Скорпион начал раздражаться. Один дьявол знает, сколько раз он проходил через этот разговор, и всегда его принимали за сумасшедшего. Поначалу он еще пытался объяснить в подробностях, но это приводило лишь к еще большему раздражению собеседника и, что самое главное, раздражению самого Скорпиона. Обычно все оканчивалось дракой, но Скорпион не умел драться, поэтому убивал.

— Но я уже убивал! — сказал Сеня. — Или вы имеете в виду, я должен научиться стрелять или резаться на ножах?

— Нет, надо научиться убивать. Не важно чем убивать, просто убивать. Если ты этого не понимаешь, тебе никогда не стать убийцей. И на этом все, парень. Иди домой.

— Не могу! — наконец вышел из себя Сеня. — Меня уже раскрыли! Мое фото есть у ментов, меня ищут! Единственный шанс для меня — стать настоящим профи!

— Парень, это не мои проблемы. Меня самого никто ничему не учил. Объяснить я тебе… уже поздно. У меня есть дела. Уезжай.

Сеня стоял, сжимая и разжимая кулаки. Как ему хотелось схватить топор и вонзить в бредовую голову недоноска. Чтобы полетели мозги, а осколки черепа впились в лицо голодными комарами. Лишь чудовищное усилие заставило успокоиться.

— Если у вас есть дела, мы могли бы продолжить разговор позже, — сказал Семен. — Может быть за ужином?

Скорпион усмехнулся. Парень упорный, видно сразу. Отболтаться не получится. Убийца положил кучку дров на крыльцо, начал собирать вторую. А может…

— Как ты относишься к испытанию? — сказал убийца.

— В смысле?

— Я дам тебе задание. Если ты справишься, я помогу тебе. Если нет, ты оставишь меня в покое.

— Какое задание?

Скорпион опять хмыкнул. Парень еще и деловой. Что же у него такого случилось в жизни, если он так сильно хочет стать убийцей?

— У меня нет никакой еды, — сказал Скорпион. — Поэтому я не могу пригласить тебя на ужин. Это было бы некультурно с моей стороны. Вот и достань себе что-нибудь на ужин.

— Съездить в поселок?

— Нет. Раздобудь в лесу. Только оставь рюкзачок здесь. А то бог его знает, еще лесника встретишь…

— Это и будет испытание? Охота?

— Угу.

Скорпион собрал вторую кучку дров и положил рядом с первой. Он жмурился как кот на солнышке, гордый за свою придумку. А вот Сеня, напротив, разволновался. На охоту он никогда не ходил.

— Я думаю, утка подойдет, — продолжил Скорпион. — Их много в прудах в нескольких километрах к югу. Ну, а если тебе повезет, можешь поймать зайца. Ну, на худой конец, куропатку. Их здесь полно. Давай.

Скорпион протянул руку, кивая на рюкзак. Семен колебался.

— Как я могу убить утку без оружия? — спросил Сеня.

— Как хочешь. Это еще одна вещь меня совсем не волнующая. Можешь выстругать лук, можешь ставить силки, можешь камнем сбить, наконец. Подумай. Убийце надо уметь думать. Так ты хочешь научиться, или поедешь?

Семен только сжал губы в ниточку и молча протянул рюкзак. Скорпион смотрел насмешливо, мозолистая рука без мизинца взяла поклажу парня.

— Ужин в восемь, — сказал убийца. Так что поторопись. Утку надо ведь еще приготовить…

Сказав это, убийца пошел в дом.

— Значит, вы решили отвязаться от меня! — бросил в спину Сеня.

— Почему? — сказал Скорпион, складывая из двух кучек дров одну.

— Невозможно сделать лук и стрелы без ножа, а даже если бы я смог, стрелять из него я не умею.

— А совет насчет камня ты не расслышал, значит? — Скорпион по-прежнему стоял к парню спиной, Сеня наблюдал, как переливаются мускулы по широкой спине.

— Невозможно попасть камнем в утку. Это даже я понимаю, хоть…

А вот что произошло дальше, Сеня так и не понял. Как Скорпион заметил голубя, севшего на собачью будку? Ведь он стоял к птице спиной. Седой мужчина развернулся резче, чем вагонетка на американских горках, а его рука швырнула полено. Сеня дернулся от неожиданности, но уже в следующую секунду все кончилось. Скорпион подошел к будке и взял мертвую тушку — полено срезало птице голову, словно нож. Из шеи бил тоненький фонтанчик крови — сердце продолжало нести ее к отсутствующей голове. Убийца отпустил тушку, она упала аккурат в собачью миску.

— Ужин для собаки я раздобыл сам, но я ведь давно знаком с ним, а тебя вижу впервые. Иди, Барс, до семи не так много времени…

* * *