Помоги проекту - поделись книгой:
С тех пор как на земле появился человек, в его питании овощи занимают одно из основных мест среди других продуктов. Все овощные растения взяты людьми из природы.
Интересно, все ли «овощные ресурсы» природы мы используем? В самом деле, много ли овощей мы знаем и употребляем в пищу? Даже при самом тщательном подсчете их найдется не более трех десятков. Большинству из нас известна в основном одна белокочанная капуста, тогда как род «капуста» имеет 250 разновидностей. Очень много разновидностей у лука и других растений.
Существуют сотни растений, которые в ряде стран используются как овощные, а у нас пока еще не признаны.
Например, жители некоторых европейских государств заправляют супы «ноготками» (календула) и одуванчиками и находят, что это вкусно, а главное, полезно. Мексиканцы любят жареные цветки юкки — волокнистого декоративного растения из семейства лилейных. Китайцы готовят некоторые изысканные мясные блюда с цветками лилии. Любимыми овощами у них считаются также молодые побеги бамбука и корни лотоса. В Японии помимо бамбука и лотоса охотно едят корни растения гобо, известного у нас под названием лопуха. Поджаренные корни этого, на наш взгляд, сорняка японцы добавляют также в кофе вместо цикория. Во Франции из фиалок приготовляют особое, очень ароматное и вкусное желе. Бутоны люцерны входят в состав некоторых английских закусочных салатов.
Не трудно представить себе, как обширны в природе возможности пополнения сортимента овощей. К тому же люди теперь научились создавать новые формы и виды культурных растений, в том числе и овощные. Недавно, например, сотрудники Научно-исследовательского института овощеводства в Сломоуце (ЧССР) вывели такое овощное растение, которого раньше не было в природе. По внешнему виду и вкусу, оно напоминает цветную капусту, но оно почти вдвое богаче витамином C. Чешские селекционеры так и назвали новый овощ: «витамин».
В Японии возделывают более ста, жители Кореи и Китая около ста растений, дающих овощи.
В России овощеводство также имеет многовековую историю. Наши предки — славяне более 1500 лет назад умели выращивать репу, редьку, горох, морковь, капусту, огурцы. Известны, например, такие древнейшие очаги российского овощеводства, как Киевский, Нежинский, Нижегородский. С незапамятных времен пользуется всемирной славой овощеводство нечерноземного центра России вблизи таких городов как Суздаль, Владимир, Ростов-Ярославский, где много пойменных земель. Древние русские летописи рассказывают, что многие возделываемые в России овощные и бахчевые культуры в те далекие времена не были известны в Европе и их вид и вкус приводил в восторг иноземных послов, купцов и путешественников. В сороковых годах XIX века под городом Клином возникла оригинальная культура тепличного огурца. Клинские овощеводы вывели свой, до сих пор непревзойденный сорт тепличного огурца, получившего название Клинский, разработали оригинальную агротехнику этой тепличной культуры.
Однако в дореволюционной России производство овощей было сосредоточено на крестьянских усадьбах, на огороде — небольшой территории, примыкающей к жилью и огороженной изгородью. Отсюда и произошло название «огородничество». Продукция с таких огородов в основном потреблялась в хозяйстве. Промышленное же, торговое овощеводство занимало в общих посевах овощных культур не более 15 процентов. Размещалось оно на огородных землях и было крайне разбросано. Площадь под каждым промышленным огородом редко превышала одну десятину.
Теперь овощеводство получило широкое распространение. Оно сконцентрировано на больших массивах пойменных земель, хорошо механизировано и специализировано. В некоторых овощеводческих хозяйствах огородные культуры занимают площади в 1000 гектаров и более. В общей же сложности под овощами у нас в стране занято около 1,5 миллиона гектаров — втрое больше, чем было в дореволюционной России. А вместе с картофелем эта площадь составляет более 10 миллионов гектаров. Особенно значительный подъем овощеводства произошел у нас в стране после решений XXIII съезда КПСС и последующих постановлений Пленумов ЦК КПСС по сельскому хозяйству. В соответствии с этими решениями созданы крупные овощные базы вблизи больших городов и промышленных центров. Теперь овощи в нашей стране выращивают повсеместно: на севере — преимущественно капусту, корнеплоды, лук, картофель; в средней полосе к этим культурам добавляются помидоры и огурцы, а на юге — перец, баклажаны, зеленные пряности.
Почему же в нашей стране такой небольшой сортимент овощей?
Причин этому много, но большинство из них легкоустранимы. Многие овощные культуры, распространенные в других странах, у нас или совсем не возделываются, или выращиваются в ограниченном количестве.
Ответ на поставленный вопрос, по-видимому, надо искать во вкусах и традициях. В Центральной России главными пряными овощами являются укроп и петрушка. А в республиках Закавказья к этому добавляются широко распространенные там тархун (эстрагон), киндза, майоран, мята, полынь и другая пряная зелень. С развитием учения о витаминах и их влиянии на жизненный тонус и пищеварение будет расширяться и сортимент овощей.
История открытия, освоения и распространения овощных культур богата интересными фактами. Многие распространенные сейчас овощи в давнем и недавнем прошлом нередко были причиной социальных потрясений и технических революций, оказывались предметом раздоров, жестокой вражды между народами и классами человеческого общества. Введение в культуру картофеля, например, сопровождалось обострением борьбы крестьян против крепостнических порядков. Открытие сахара в свекле произвело настоящую революцию в сахароварочной промышленности, а первое отравляющее вещество, добытое индейцами из красного стручкового перца, положило начало использованию ядовитых газов для военных целей.
А сколько еще неоткрытых тайн кроется в каждом растении! Великий русский естествоиспытатель, основоположник русской школы физиологии растений Климент Аркадьевич Тимирязев когда-то говорил об одной из этих тайн:
«Дайте самому лучшему повару сколько угодно солнечного света и целую речку чистой воды и попросите, чтобы из всего этого он приготовил вам сахар, крахмал, жиры и зерно — он решит, что вы над ним смеетесь. Но то, что кажется совершенно фантастическим человеку, беспрестанно совершается в зеленых листьях растений!»
Теперь мы уже знаем, что растение беспрестанно производит не только сахар, крахмал и жиры, но и многие органические кислоты, минеральные соли, витамины, ферменты, целые органические группы веществ, необходимые для нормальной жизнедеятельности человека.
О том, как овощи пришли на наш стол, чем они богаты и как их использовать, читатель узнает из коротких рассказов, написанных на основе исторических материалов и литературных источников.
ВТОРОЙ ХЛЕБ ЕВРОПЫ
Земляное яблоко
У пионеров двадцатых годов была любимой песня-марш. Ее отдельные куплеты до сих пор бережно сохраняются в памяти:
И в самом деле, в походе, на привале сколько радости и наслаждения доставляет испеченная в костре картошка!
А сколько из картофеля приготовляют различных блюд?
Очень много!
Картофель почти не приедается, и с этим согласятся многие.
В европейских государствах он почти всюду занимает первое место после хлеба и заслуженно получил свое название «второго хлеба Европы».
От других сельскохозяйственных культур картофель выгодно отличается своей универсальностью применения: картофель — ценный пищевой продукт, картофель — техническое сырье, картофель — питательный корм для скота. Такое широкое применение картофель имеет теперь. Но как и откуда пришел этот ценный продукт на наш стол и занял одно из почетных мест в сельскохозяйственном производстве?
Еще совсем недавно, сто с небольшим лет назад, клубни картофеля называли чертовыми яблоками, сатанинскими плодами, нечистыми земляными орехами или орехами из преисподней. С течением времени народы познавали и осваивали дикое растение. В этом длительном процессе немало поучительных и забавных былей.
Маленький Педро находит клубни «папы»
В один из солнечных дней 1524 года в речном порту Севильи царило оживление. Два хорошо вооруженных парусника покачивались на волнах Гвадалквивира. Они были готовы по первому сигналу поднять паруса и отправиться в путь.
У причалов севильского порта стояла суматоха. В сутолоке никто не заметил, как худенький мальчик проскользнул мимо зазевавшихся вахтенных и скрылся в трюме одного из парусников. Так тринадцатилетний Педро Сиеза де Леон отправился к берегам далекой и заманчивой страны Перу, раскинувшейся вдоль берегов Тихого океана. Мужественное сердце мальчика преодолело все трудности долгого пути. И никто не мог предполагать тогда, что тайный пассажир пиратского парусника впоследствии прославит себя как исследователь быта перуанцев и внесет вклад в мировую земледельческую науку описанием неизвестных европейцам культур.
В Перу Педро внимательно изучал растительность Нового Света, открывая все новые и новые культуры, возделываемые местным населением. Все свои наблюдения он записывал, делал зарисовки растений.
Осенью 1538 года Педро Сиеза обнаружил в долине реки Каука (на территории нынешней Колумбии), а потом в Кито (нынешний Эквадор) индейские плантации неизвестного на его родине клубнеплодного растения. Клубни инки называли «папой» и употребляли их в пищу.
Педро не знал тогда, что годом раньше люди с другой эскадры под командованием капитана Гонсало Хименеса де Кесада тоже находили клубни в жилых местах, покинутых индейцами. За внешнее сходство с известными испанцам грибами клубни тогда называли трюфелями. Один из команды капитана Гонсало — Юлиан Кастельянос впоследствии написал книгу «История нового государства Гренады». В ней он, между прочим, рассказывал, что индейцы были напуганы появлением у их берегов кораблей Гонсало и, завидя неведомых им людей, покинули свои жилища. В них испанцы обнаружили кукурузу, бобы фасоли и «трюфели — ...мучнистые корни хорошего вкуса, вполне приемлемый дар для индейцев и деликатное блюдо даже для испанцев».
Но книга Кастельяноса вышла, вероятно, позднее, чем Педро Сиеза де Леон возвратился на родину. В 1553 году в Севилье появилась его книга под названием «Хроника Перу». В ней была глава, посвященная сельскому хозяйству Перу с описанием новых для европейцев культур, где упоминается и клубнеплод, называемый индейцами «папой».
«Папа, — писал Педро Сиеза де Леон, — это особый род земляных орехов; будучи сварены, они становятся мягкими, как печеный каштан; при этом они покрыты кожурой не толще кожуры трюфеля».
Индейцы употребляли «папу» не только в вареном виде, но и заготавливали клубни впрок, подвергая их особого рода сушке.
Описывая возвышенную местность Кольяо, Сиеза де Леон рассказывает, что селения перуанцев окружены полями. Питается население «папой». Жители сушат «папу» на солнце и сохраняют от урожая до урожая. В высушенном виде «папу» называют «чуньо», которое очень высоко ценят.
Многие испанцы возвращались на родину богачами благодаря тому, что занимались перевозкой и перепродажей этого продукта в населенных районах.
Приготовление «чуньо» вызывалось, вероятно, не только желанием создать продовольственные запасы, но и тем, что среди возделываемых сортов попадалось немало таких, клубни которых содержали горькие вещества. Для сушки клубни рассыпали под открытым небом. Заморозки, осадки, ветер и солнце делали свое, клубни подвяливались, морщились, затем женщины и дети топтали их босыми ногами, освобождая от кожуры, и выдавливая воду. Размятые ногами клубни еще некоторое время подвергались действию мороза, солнца и ветра и окончательно высыхали, теряя при этом свою горечь.
Для индейцев «папа» служила основным продуктом питания. Поэтому они обожествляли «папу». По убеждениям индейцев, картофель имеет «душу», неурожайный год — это значит «душа» картофеля требует жертвоприношений. Были специальные обряды поклонения и жертвоприношения во имя картофельной «души».
«Хроника Перу», составленная Педро Сиеза де Леон, — первый печатный труд, в котором появилось упоминание о клубнеплоде — картофеле.
Однако вывезенный из Перу картофель не достиг Европы: то ли матросам не удалось обнаружить «папу» в сыром виде, то ли клубни попортились в дороге, только среди растений, привезенных из Нового Света, картофеля не оказалось.
Новый клубнеплод европейцы увидели и попробовали на вкус несколько позднее, когда испанские корабли, огибая мыс Горн, останавливались у берегов Чили и вели меновую торговлю с местными индейцами. На стоянке в Араукании (территория южной Америки, населенная группой индейских племен, говорящих на родственных языках, — теперь это Чили) мореплаватели меной заполучили клубни картофеля и назвали их «земляными орехами». Вместе с другими товарами «орехи» были привезены в Испанию. Однако земледельцам Испании они не понравились. Из Испании «орехи» попали в Италию, где и были оценены по достоинству. Там заметили, что клубнеплод не требует больших затрат на обработку и дает хороший урожай, отметили высокие вкусовые качества клубней, сытность их, а главное — доступность возделывания этого пищевого продукта. Сначала итальянцы называли его «перуанский земляной орех». Но потом они тоже нашли внешнее сходство с трюфелями и, подобно испанцам, назвали его «тартуффоли», т. е. трюфели. Под этим названием новый клубнеплод и вошел в языки народов Европы. Однако это название в том или ином языке претерпевало какие-то изменения: итальянское «тартуффоли» превратилось в «тартофель», а позднее и в «картофель».
Были попытки по-иному объяснить название картофеля. В частности, некоторые научные сотрудники Ростокского университета ГДР уверяют, что название «картофель» произошло от двух немецких слов: «крафт» — сила и «тойфель» — дьявол. Крафттойфель потом преобразовалось в картофель. В немецком значении это слово означает «дьявольская сила», т. к. клубни картофеля отличаются высокой калорийностью. Эти уверения отдельных ученых сомнительны, так как картофель в Германию пришел позднее, чем он появился в Италии, где клубни уже имели это название.
Профессор исходил, вероятно, из того, что некоторые продукты из картофеля действительно получили свое название из немецкого языка. Например, слово «крахмал» — немецкого происхождения. Германия первой нашла способ извлечения крахмала из клубней картофеля, и он получил название «крафтмел»: «крафт» — сила, и «мел» — мука. «Крафтмел», таким образом, можно перевести на русский язык, как «сильная мука» или «мука, придающая силу», что вполне соответствует пищевым достоинствам крахмала.
Как же и когда попал картофель в Европу?
Ученые пока еще не имеют единого мнения на этот счет: одни предполагают, что именно с первыми испанскими кораблями прибыли первые клубни перуанского картофеля и были посажены как диковинки в дворцовых садах, другие же сходятся на том, что, если с первыми кораблями и были привезены первые клубни в Испанию, то они не стали родоначальниками современного европейского картофеля. Прародителями возделываемых теперь сортов картофеля были клубни, завезенные из Чили и острова Чилое несколько позднее.
Картофель относится к многочисленному семейству пасленовых, роду солянум. Перуанский картофель принадлежит к виду андийскому — по названию южноамериканских гор Анд. Современный же картофель относится к виду туберозум (клубненосный). Он и есть потомок того картофеля, который люди культивировали когда-то в Араукании (Чили и на острове Чилое).
Это и дало ученым основание считать, что родоначальниками теперешних сортов, получивших распространение в Европе, были клубни или семена, вывезенные из Чили. Такой точки зрения придерживается известный ботаник С. М. Букасов, исходивший в Южной Америке не одну тысячу километров в поисках родины картофеля. Такого же мнения и академик ВАСХНИЛ П. М. Жуковский.
Итак, первыми узнали картофель испанцы, но когда это произошло, точно неизвестно. По ряду документов оказалось возможным приблизительно установить дату, когда испанцы ввели картофель в культуру. Найдены записи в расходных книгах госпиталя в Севилье, где написано, что в 1576 году картофель входил в число постоянно закупаемых продуктов.
Из других источников известно, что картофель завезен в Испанию в 1565 году.
В Италии картофель возделывали как садовый овощ до 1580 года, и там он получил всеобщее признание в течение нескольких лет. Из Италии картофель проник в Бельгию, примерно в середине 80-х годов XVI-го столетия. Но здесь он некоторое время оставался редкостным растением ботанических садов.
В 1588 году французский ботаник Карол Клузиус получил из Бельгии несколько клубней картофеля от Филиппа де Сиври. Вспоминая позднее об этом, Клузиус писал:
«Первое упоминание об этом растении я нашел у Филиппа де Сиври, префекта города Монс в Бельгии, который прислал мне в Вену в Австрии в начале 1588 года два клубня с плодами (ягодами). Он писал, что получил их под наименованием таратуфли от одного приятеля, папского легата в Бельгии.
— Я велел сделать рисунок с живого растения с двумя таблицами, одну, изображающую цветы и плоды, а другую — корни и клубни».
Далее Клузиус недоумевает:
«Откуда его получили итальянцы, они не знают, но я уверен, что они получили его из Испании или Америки. Удивительно, что сведения об этом растении так поздно поступили к нам, несмотря на то что оно стало уже обыденным и часто встречалось в некоторых частях Италии, где, говорят, едят вареные клубни с бараниной, так же как ее едят с репой или корнями моркови. Его даже употребляли на корм свиньям; но еще более удивительно, что он был неизвестен в школе в Падуе, до моей посылки из Франкфурта клубней моим друзьям, изучавшим в Падуе медицину. Нет сомнения, что это и есть растение, описанное Петрусом Сиеза под наименованием «папа», которое впервые было встречено им в Попаяне в Колумбии».
Один из полученных из Бельгии клубней Клузиус высадил в Венском ботаническом саду и таким образом положил начало культуре картофеля в Австрии. Второй же клубень он увез в Германию в связи с переездом во Франкфурт-на-Майне. Вероятно, в связи с переездом на новое место жительства обстоятельства сложились так, что Клузиус не смог сразу же, в 1588—1589 годах, сделать ботаническое описание нового растения. Только в 1601 году он описал картофель в своей книге «История редких растений». В этой книге Клузиус, между прочим, пишет, что картофель становится довольно обычным растением в большинстве садов Германии, так как оно довольно плодовито.
Из Германии картофель был вывезен в Нидерланды, предположительно в 1594 году. Вероятно, в это же время Клузиус послал картофель швейцарскому ботанику Каспару Бохену и некоторым другим ботаникам и врачам Швейцарии, а оттуда он проник во Францию.
Каспар Бохен первым дал общепризнанное ботаническое название картофелю. В 1596 году он описал его под ботаническим названием «солянум туберозум», т. е. «паслен клубненосный». Под этим названием картофель известен и в настоящее время. В каждой стране картофель получал свое народное название, и почти все они происходят от первоначального названия, присвоенного первооткрывателями — испанцами, затем итальянцами. Во Франции, например, картофель называли «помме до терре», то есть земляное яблоко, в Германии — «эрдбирне», то есть земляная груша, а с XVIII века — «картофель», от итальянского «тартуффоли». У голландцев картофель носит название «Ааардаппель», что в переводе тоже означает «земляное яблоко», а у финнов картофель именуется «тарту» — тоже от итальянского «тартуффоли».
Ботаническое описание картофеля люди пытались дать еще до Бохена. Например, английский ботаник Джон Джерард, который в списке растений своего сада упоминает (1596 г.) новый клубнеплод под индейским названием «папа». Но в 1597 году он внес большую путаницу, и ученые мира распутывали ее почти триста лет. В своей работе «Гербарий общей истории растений» Джон Джерард дал правильное описание картофеля под неправильным названием «батат из Виргинии», явно спутав картофель с другим клубненосным растением из семейства бобовых — опенауком. Джон Джерард утверждает, что корни этого растения были получены из Виргинии, где оно растет в естественных условиях и процветает у него в саду не хуже, чем на своей родине. В действительности же в Виргинию (штат на востоке Северной Америки) картофель был завезен лишь через 120 лет после опубликования сочинения Джона Джерарда. В Америку картофель попал из Ирландии и поэтому получил название «ирландский батат».
Почему Джон Джерард дал неправильное название картофелю, точно неизвестно. Но его биограф Джексон впоследствии жаловался, что Джерард был в известной степени не точен и невежествен. Вероятно, невежество и желание стать первым побудило Джерарда скрыть получение картофельных клубней от Клузиуса и необоснованно впутать в это дело Виргинию.
Неточность Джерарда привела к тому, что в английском наименовании картофель до сих пор остался бататом, а настоящий батат им пришлось назвать сладким бататом. Впрочем, в истории распространения картофеля в Англии было немало и других недоразумений и курьезов.
Из гостьи в хозяйки
В английской литературе первенство в распространении картофеля приписывается Англии. Авторы утверждают, что в Англии, Греции, Ирландии (первой английской колонии в то время) картофель появился независимо от Испании, но одновременно.
Появление картофеля в Англии связывают с именем английского адмирала сэра Френсиса Дрейка, который вторым после Магеллана совершил в 1578 году кругосветное путешествие, командуя пиратскими кораблями. Он прошел Магелланов пролив и, разграбив прибрежные города Чили и Перу, двинулся дальше на север и вернулся в Англию в 1580 году через Тихий и Индийский океаны, обогнув мыс Доброй Надежды.
Тогда-то будто бы и привез сэр Дрейк первые клубни картофеля для ботанических садов Англии.
В марте 1587 года другой английский пират, Томас Кавендиш, совершил третье кругосветное путешествие мимо Южной Америки и тоже якобы привез в Англию картофельные клубни.
В книге С. М. Букасова и Н. Е. Шириной «История картофеля» (1938 г.) указывается, что эти сообщения можно рассматривать только как версию, так как за много месяцев путешествия в тропических широтах Тихого, Атлантического и Индийского океанов клубни не могли сохраниться.
Сомнительна и более ранняя легенда, приписывающая первенство завоза в Англию картофеля английскому адмиралу Вальтеру Рэлею, который будто бы, возвратившись из экспедиции в Вест-Индию, привез несколько диковинных клубней и посадил их в своем поместье. Когда же из этих клубней выросли большие кусты и ботва их начала увядать, адмирал решил, что растение достаточно хорошо созрело для еды. Он приказал приготовить изысканное блюдо из нового растения и созвал своих друзей, чтобы угостить их.
Кушанье подавалось под самыми дорогими соусами, на которые было израсходовано много масла и дорогих пряностей. И все же оно не понравилось гостям адмирала. Да это и понятно, ведь коронное блюдо было приготовлено не из клубней, а из стеблей и листьев картофеля.
Рассерженный адмирал приказал немедленно уничтожить посевы картофеля в его имении и, чтобы ничто не напоминало ему о заморской диковине, ввергшей его в конфуз перед друзьями, указал сжечь посадки картофеля на корню. Исполнители этого приказа нашли в золе испекшиеся клубни и решили попробовать их. Вкус печеных клубней им понравился. Адмиральские слуги стали отыскивать в земле клубни, не поврежденные огнем. Их они отправили родственникам в деревню для посадки. Вскоре во многих местах Англии появились небольшие крестьянские плантации этой новой культуры.
В той же книге С. М. Букасова и Н. Е. Шириной описан и другой вариант легенды, по которой будто бы дед президента английского Королевского общества Роберта Соутвеля завез картофель в Ирландию. Получил он картофель от сэра Вальтера Рэлея. Относительно же самого Рэлея имеется запись от 1795 года, что в 1584 году он открыл часть Америки, которую назвал Виргинией. Однако не установлено, от кого он получил картофель, но, вероятно, получил он его в 1586 году и передал своему садовнику в Ирландии (местечко Югал), рекомендуя для посадки в саду как замечательный плод из Америки. Осенью садовник собрал несколько плодов — ягод и попробовал их. Бесцеремонно нарушив занятия своего хозяина, он воскликнул: «Если это ваш прекрасный чужеземный плод, то я никогда бы не уделил ему места в саду!» На это ему Рэлей ответил: «Если он настолько плох, как вы утверждаете, то выкопайте его немедленно. Но если вы найдете какие-либо корни, достойные внимания, то принесите их мне». Нет надобности говорить, что «корни» оказались достойны внимания.
Историками установлено, что картофель в Англии появился намного позднее, чем в тогдашней английской колонии Ирландии.
На юг Ирландии картофель был завезен около 1587 года, а к 1640 году он занимал здесь значительные площади. На юге страны в эти годы картофель был известен под названием «крокер». Говорят, что это связано с ирландским обычаем называть новые культуры именем тех, кто первым начал их выращивание. По преданиям, первые посадки картофеля были сделаны на поле Крокера в Югале.
Картофель как продукт быстро завоевал себе признание в Ирландии.
Ирландцы научились приготовлять из него много разных кушаний, а потом и виски (водку), которое они называли «потин» от английского слова pot, т. е. горшок, в котором хранился крепкий напиток из картофеля.
Картофельные очистки шли у ирландцев на приготовление супа, а воду, в которой варился картофель, они использовали как лечебное обмывание при растяжении суставов и переломах конечностей. Из молодого картофеля они приготовляли самое любимое ими блюдо калькаррон, или парди. Во многих семьях картофель заменял хлеб.
Насколько велико было значение картофеля в экономике ирландцев, можно судить по такому факту: уже в 1672 году около полумиллиона ирландских бедняков, т. е. пятая часть всего населения, питались только картофелем.
В 1663—1664 годах в Англии и Ирландии из-за неурожая был голод. В эти годы Королевское общество Англии широко пропагандировало картофель. Но, несмотря на это, введение его в культуру шло медленно. Уже одно это заставляет ставить под сомнение первенство в разведении картофеля, которое пытались приписать себе англичане.
В Германии впервые возделывание картофеля отмечено в 1661 году под Берлином или даже в самом Берлине. После опустошительной Тридцатилетней войны прусский король Фридрих-Вильгельм I объявил возделывание картофеля национальной обязанностью немцев. Он прибегал даже к самым крутым мерам, вплоть до угроз отрезать носы и уши всем, кто откажется сажать картофель. Одновременно он издал декрет о раздаче крестьянам картофеля на посадку бесплатно через Берлинское благотворительное общество, а Берлинской больнице подарил участок земли специально под картофель.
Окончательно картофель «прижился» в Германии после голода, вызванного войной 1758—1763 годов.
Из Германии картофель проник в Голландию и Швейцарию, а из Швейцарии его вскоре завезли во Францию, в Бургонь.
Первое упоминание о картофеле во Франции относится к 1600 году. Но длительное время «земляное яблоко» считалось здесь вредным для здоровья. Распространение его во Франции встречало много препятствий, приводивших порой к нелепым курьезам.
Букет картофельных цветов
Парижский естествоиспытатель и аптекарь королевского двора Антуан Огюст Пармантье еще раз перелистал только что законченную рукопись четвертого тома своей монографии о картофеле и с удовольствием перечитал понравившуюся ему фразу: «Среди бесчисленного множества растений, которые покрывают поверхность суши и водную поверхность земного шара, нет, быть может, ни одного, которое с большим правом заслуживало бы внимания добрых граждан, чем картофель». Вот уже много лет он по крупицам со всего света собирал различные, часто противоречивые данные о картофеле, его происхождении и распространении. За долгие годы исследований поставил десятки опытов, сделал бесчисленные подсчеты экономических выгод, которые принесло бы распространение этой замечательной культуры во Франции. Не осталось, кажется, ни одного неясного вопроса, связанного с агротехникой, экономикой, биологией этого ценного клубнеплода. Так думал Пармантье.
Но во Франции в 1771 году не разделяли восторгов аптекаря. Увлечение картофелем у него началось с его личной неудачи в Семилетней войне: в первый же год войны он очутился в плену у немцев. Он служил фармацевтом в Ганновере, где по достоинству оценил картофель. Там у него картофель был главным продуктом. Тогда и зародилась мысль: ввести культуру картофеля на родине.
Из плена Пармантье привез с собой чуть ли не мешок клубней и вскоре устроил обед, где все блюда были приготовлены из картофеля. На обеде присутствовали известные агрономы, ученые, государственные деятели, даже сам Антуан Лоран Лавуазье — выдающийся французский химик.
Ученые агрономы хотя и признавали хорошие вкусовые качества картофеля, но культивировать его опасались. Они были уверены, что картофель портит землю, на которой растет. Врачи утверждали, что картофель ядовит и вызывает многие болезни человека. В Большой энциклопедии, издаваемой крупнейшими учеными Франции, утверждалось, что картофель — грубая пища, годная только для нетребовательных желудков. Но ничто не остановило пытливого Пармантье.
Королевскому аптекарю, парижскому естествоиспытателю Антуану Пармантье, считавшемуся первым распространителем картофеля во Франции, воздвигнуты памятники. Один установлен под Парижем, на том месте, где впервые был посажен картофель, а другой в г. Мондидье — на родине аптекаря. На одной стороне памятника в г. Мондидье высечена надпись: «Благодетелю человечества»; на другой — начертаны слова, сказанные Пармантье Людовиком XVI: «Поверьте мне, настанет время, когда Франция поблагодарит вас за то, что вы дали хлеб голодающему человечеству».
Третий памятник, в виде скалы, был воздвигнут в Германии в г. Гарце. На памятнике написано: «Здесь в 1748 году был сделан первый опыт разведения картофеля».
Есть и еще один памятник, посвященный картофелю, который поставлен по ошибке: немцы считали, что первым в Европу привез картофель английский адмирал Дрейк. Вот ему-то и воздвигнут памятник в г, Оффенбурге (Бавария) в 1853 году. Пьедестал памятника украшен фризом с картофельными клубнями и трогательными надписями на всех четырех сторонах:
«Сэр Френсис Дрейк, распространивший употребление картофеля в Европе, 1586 г. н. э.».
«Миллионы людей, обрабатывающие землю, благословляют его бессмертную память».
«Ценный дар спасает бедных от голода и облегчает их горькую нужду».
На четвертой стороне пьедестала увековечено имя скульптора, создавшего памятник:
«Город Оффенбург обязан благодарностью скульптору и дарителю этой статуи Андреасу Фридрих 1853 г.».
Поделиться книгой: