Пределы страсти

— Да, спасибо. Обязательно проверю. Я очень вам признательна: вы так быстро приехали.

— Мы как раз возвращались в гараж. Сегодня я был в ночной смене. — Он взглянул на часы. — Собственно, она уже закончилась. Десять минут назад. Так что пошло мое свободное время.

— Понятно. — Джулия виновато вздохнула. — Извините, что задержала вас Я так перепугалась, когда из старого электрического обогревателя посыпались искры. Наверное, я могла бы справиться сама…

— Вы поступили правильно, мадам. Пожары должен тушить тот, как знает, как это делается.

Он вновь улыбнулся, и Джулия почувствовала, как низ живота обдало жаром. Господи, какой мужчина! Эти синие глаза, этот решительный рот. Он расстегнул две верхние пуговицы куртки, и она видела треугольник шеи цвета гречишного меда. Похоже, уходить он не торопился, хотя его смена и закончилась. Более того, от его красноречивого взгляда у Джулии перехватило дыхание.

— Вы… не хотите ли выпить? — пробормотала она. — Я бы хоть как-то отблагодарила вас за то, что вам пришлось работать во внеурочное время.

— Я уж думал, вы так и не спросите. Да, с удовольствием. Только спущусь вниз и скажу ребятам, чтобы они ехали без меня.

Как только он вышел из спальни, Джулия поспешила к туалетному столику. Взбила волосы, надушилась. Глаза и щеки горели. Она знала, что нравится мужчинам. Красавицей себя не считала, но понимала, что сочетание темно-русых волос и белоснежной кожи придает ей дополнительный шарм. Гордилась она и своими пышными формами. Пусть в манекенщицы ее бы не взяли, зато мужчин ее грудь и бедра очень даже возбуждали.

Прежде чем выйти из спальни, она поправила ворот атласного халата, открыв верхнюю часть груди. Когда она спускалась по лестнице, пожарный закрывал за собой входную дверь. Компанию ему составлял второй мужчина. Он повернулся и прошелся по Джулии оценивающим взглядом. Ее глаза широко раскрылись. Они же… близнецы.

— Надеюсь, вы не будете возражать, если к нам присоединится мой брат. — Первый пожарный улыбнулся. — Мы все делаем вместе. Кстати, я — Тони, а он — Макс. Если скажете, мы сразу уйдем. Никаких проблем.

Вдвоем они заполняли собой весь холл. Казалось бы, Джулии испугаться таких здоровяков, но чувствовала она лишь одно: сексуальное возбуждение. Угрозой от пожарных не веяло.

— Я думаю, втроем даже веселее, — ответила она, подумав, что такого просто не может быть. Как в фильме. — Пройдемте на кухню. Я приготовлю чай.

Она чуть не рассмеялась. Вот они, английские манеры. Предложить выпить чаю! На уме-то у нее было совсем другое.

— Чай — это дело! — Тони восхищенно смотрел на ее декольте и крутые бедра.

— И я не откажусь, — кивнул Макс. — Особенно если добавить в него чего-нибудь покрепче.

Пока мужчины усаживались за стол, Джулия наполнила чайник водой, поставила чашки, достала из буфета бутылку виски. Говорили они о пустяках. Джулия односложно отвечала на их вопросы, всем своим телом ощущая мужское присутствие. В огнезащитных куртках и штанах, перетянутые широкими поясами, в ее аккуратненькой кухне они казались пришельцами с другой планеты.

Дрожащими руками она разлила чай, в каждую чашку щедро плеснула виски. Атлас халата подчеркивал высоту груди, туго облегал бедра. Груди ее набухли, соски затвердели и при движениях приятно терлись о ткань бюстгальтера. Она почувствовала, что между ног трусики стали мокрыми от сочащейся из нее влаги.

— Благодарю. — Тони взял у нее чашку чаю.

Макс улыбнулся, когда она наклонилась над столом, чтобы поставить перед ним его чашку. Теперь Джулия разглядела, что он немного отличался от брата. Лицо более угловатое, челюсть квадратная. Но глаза точно такие же, синие. Только в них читалась ничем не прикрытая сексуальность. Что-то в нем было от первобытного дикаря.

Джулию обдало жаром. Стояла она рядом с Максом, ее прикрытое атласом бедро почти что касалось жестких штанов пожарного. А когда хотела повернуться, одной рукой Макс ухватил ее за пояс. Джулия не отпрянула, когда вторая рука прошлась по ее атласному заду.

— Мне кажется, нам придется тушить еще один пожар, братец, — пророкотал Макс и подмигнул Тони. — Дама, безусловно, требует нашего внимания.

Джулия закрыла глаза, когда пояс соскользнул на пол, а руки Макса сошлись на ее талии. Она не могла поверить, что такое происходит наяву. Что ее фантазии обратились в реальность. Макс погладил ее мягкий живот, пощупал грудь, потом рука скользнула вниз, накрыла лобок. Пальцем он провел по треугольнику ткани, нащупывая зазор между наружными губами.

Джулия чувствовала, как у нее подгибаются колени. Прикосновения были нежными, но властными. Тони с улыбкой наблюдал, как его брат поглаживает Джулию. Она наклонилась к Тони в надежде, что и он примет участие в этой игре. Макс тем временем сунул два пальца в трусики, забрался в островок волос. По телу Джулии пробежала дрожь. Пальцы раздвигали волосы, подбираясь к раскаленной «печке», но не ныряли в нее. Господи, как же ей хотелось, чтобы Макс прикоснулся к ее клитору. Он возбужденно пульсировал, живя собственной жизнью.

— Знаешь, Макс, — процедил Тони, — у меня такое ощущение, что вызов был ложным. И кто-то должен понести наказание за то, что мы зря потратили время.

— Да, — отозвался Макс, — ты совершенно прав, братец. Что мы должны сделать с тобой, Джулия? Ты виновна в использовании городских пожарных не по назначению. Это серьезное правонарушение. Боюсь, чашки чаю с виски недостаточно, чтобы загладить вину.

— Я… я так сожалею о содеянном, — прошептала Джулия.

Руки Макса двинулись к бюстгальтеру.

— Придется тебя наказать. — Губы Макса изогнулись в волчьей улыбке.

Резким движением он сбросил бретельки бюстгальтера с ее плеч, чашечки — с грудей, обнажив стоящие торчком темные соски. Поддерживаемые чашечками на косточках груди Джулии едва не ткнулись в лицо сидевшего у стола Макса.

Джулия только пискнула, когда Тони перегнулся через стол и теперь уже его рука нырнула в кружевные трусики. Заползла между ног, разделила половые губы. Палец нащупал «дырочку».

— М-мм, какая она горячая и влажная. И ты только посмотри на эти упругие буфера. Похоже, она чего-то хочет.

— Тогда мы не можем разочаровать даму, — откликнулся Макс.

От сжигающей ее страсти Джулия лишилась дара речи. А Тони тем временем убрал руку и встал. Ноги Джулии подогнулись, отказываясь держать вес ее тела. И она соскользнула бы на пол, если бы поднявшийся Макс не ухватил ее за бедра и не положил животом на стол. Протестовать она не стала. Голые груди вжались в холодное дерево. Прикосновение к холодному только добавило возбуждения и без того затвердевшим соскам.

— Что ж, Джулия, пора тебя наказать. — Тони задрал подол атласного халата, сунул его за пояс для чулок.

Джулия покраснела как рак, когда Макс сдернул с нее трусики, оставив их под самыми ягодицами. Чуть подтолкнул ее вперед. Шлепанцы куда-то отлетели, ноги раздвинулись, скользя по кафельному полу. Джулия представила себе, как она сейчас выглядит: спутанные волосы, падающие на лицо, голая грудь, большой толстый зад, обращенный к потолку. И «киска», выставленная напоказ меж раздвинутых бедер: влажные красные губы среди темно-русых волос. Господи, двое мужчин, как же это возбуждает.

— Отличный зад, — прокомментировал Тони. — Только слишком уж бледный. Ну да ничего, это можно исправить.

От первого шлепка по правой ягодице Джулия прикусила губу. Она боялась боли, но оказалось, что шлепок куда больше похож на ласку. Вот, значит, какое ей прописали наказание. Но можно ли называть происходящее наказанием, если она получала удовольствие? Уж больно ей нравилось то, что проделывали с ней пожарные. Пока Тони отшлепывал правую ягодицу, а потом разглаживал покрасневшую кожу, Макс проделывал то же самое с левой.

От удовольствия Джулия стонала и извивалась на столе, чувствуя, как сочащаяся из нее влага течет по бедрам. Она ведь могла запачкать и стол. Они еще примут ее за грязнулю. Когда ягодицы стало жечь как огнем, шлепки прекратились. Джулию охватило разочарование. Могли бы наказывать ее подольше.

Тони сунул под нее руки, ухватил за груди. Подушечками пальцев начал тискать соски. У Джулии перехватило дыхание. Она любила, когда мужчина тискал ее большие, темные соски. Влага потекла сильнее. Джулия подумала, что кончит, если Тони не остановится.

И тут же что-то холодное и твердое оказалось между ее бедер. Джулия дернулась, повернула голову и увидела, что Макс снял с пояса пожарный топорик, приставил торец обтянутой резиной рукоятки к сочащейся «киске» и начал потирать им клитор.

Бедра Джулии заходили ходуном. Она выгнула спину, выпятила грудь, сильнее раздвинула ноги, словно приглашая ручку топорика скользнуть во влагалище. Закругленный торец действительно проник туда, но неглубоко. Джулия чуть не плакала: Макс и Тони просто дразнили ее. Она знала, что ее живительный сок течет по рукоятке. Волны наслаждения, идущие от сосков и клитора, сводили с ума.

— Горячая девочка, не так ли? — проворковал Макс. — Думаю, пора брать. Ты первый?

— После тебя, братец, — галантно ответил Тони.

В их голосах слышалось откровенное восхищение, которое еще больше завело Джулию. Они, похоже, не впервые использовали женщину вдвоем, и ей не терпелось узнать, чем ее угостят. Когда Макс расстегнул пуговицы жаропрочных штанов, Джулия потянулась к нему. Ей очень хотелось увидеть, как из трусов выскочит член. Бугор под ними выглядел многообещающим. Она предчувствовала, что член будет толстый. Такие ей нравились больше всего.

Макс не стал спускать штаны, просто вытащил свой прибор. Джулия облизнулась. Ее ожидания полностью оправдались. Не длинный, но толстый, с большой блестящей головкой. Как ей и хотелось.

Макс положил руку ей на затылок, пригнул к себе, но мог бы обойтись и без этого. Джулии и так не терпелось взять его в рот. Горячий и упругий. На нее пахнуло потом и резиной. Пробежавшись языком по всей длине, она заглотнула член до основания. Макс довольно постанывал, поглаживая ее лицо.

Тони тем временем устроился между бедер Джулии. Пальцами раздвинул ее набухшие наружные губы, прошелся по внутренним. Она представила, как он смотрит на ее раскрытую «дырочку» и еще шире развела ноги, готовясь к встрече с его «игрунчиком». Но вместо этого Тони всунул во влагалище указательный и средний пальцы, большим размазал ее влагу по промежности, а затем начал разглаживать анус.

Второй рукой Тони разводил ягодицы до тех пор, пока приглашающе не раскрылось узенькое отверстие между ними. А когда он вогнал в него большой палец, Джулия от неожиданности даже вскрикнула. А потом, когда все три пальца Тони начали массировать ее изнутри, она еще сильнее закрутила бедрами, бесстыдно демонстрируя, что ей это очень даже нравится.

«До чего же эротично, когда тебя наполняют в трех местах сразу», — думала Джулия, чувствуя приближение оргазма.

Макс все глубже вгонял член в ее жаждущий рот, мошонка била по подбородку. Капелька солоноватой жидкости упала на язык: Джулия поняла, что он вот-вот кончит. Еще сильнее присосалась к его члену. Макс ахнул и замер. В следующее мгновение в горло Джулии хлынул горячий поток. И одновременно ловкие пальцы Тони сделали свое дело. Поглаживание клитора и массирование тонкой мембраны, разделявшей его большой, указательный и средний пальцы, забросили ее на пик блаженства.

Первая волна оргазма накрыла ее, когда она проглатывала сперму Макса. Ее влагалище обжало пальцы Тони. Обсасывая член Макса, она застонала от удовольствия. За первой волной последовала вторая, третья… А когда Тони вытащил пальцы, Джулия разочарованно вскрикнула.

Тони хохотнул, расстегнул ширинку, надел на член презерватив.

— Этот пожар просто так не потушишь. Хорошо, что у нас есть необходимое снаряжение.

Макс отступил на шаг, засунул обмякший член в трусы. Потом наклонился и поцеловал Джулию в лоб.

— Не волнуйся, — улыбнулся он. — Мой брат знает, как управиться с огнем.

И тут Джулия почувствовала, как ее насадили на крепкий конец. Влагалище ее стало таким чувствительным, что от малейшего движения импульсы наслаждения начинали расходиться по всему телу. Раз за разом Тони с силой вгонял в нее свой член. Верхнюю часть тела прижало к столу. Груди елозили по деревянной поверхности. Трение возбуждало соски. Она почувствовала, как подступает новый оргазм, приподняла зад, чтобы член Тони мог проникнуть в нее как можно глубже.

— Боже! — простонал Тони. — О да, о-о!

Крепко прижавшись животом к ее ягодицам, он спустил в презерватив. Тяжело дыша, наклонился над Джулией, упершись руками в стол, чтобы не придавить ее. Тем временем сокращения влагалища Джулии выдаивали из него последние капли спермы. Прошло несколько мгновений, прежде чем они смогли двинуться. Боковым зрением Джулия видела, что Макс ходит по кухне. Наконец Тони вытащил свой конец. Наклонился и по очереди поцеловал ярко-розовые ягодицы Джулии.

— Не шевелись. Макс тебя подмоет.

Что Макс и сделал, воспользовавшись кухонным полотенцем. Джулия поднялась. Подтянула трусики, поправила бюстгальтер. Щеки ее цветом не отличались от ягодиц. Она не могла заставить себя встретиться с ними взглядом.

Тони и Макс вновь сели за стол, словно ничего и не случилось. Макс поднял чашку, пригубил, поморщился.

— Чай-то остыл. Впрочем, с виски сойдет и такой.

Джулия тепло улыбнулась:

— Я заварю свежий. Как насчет завтрака? Могу предложить яйца, ветчину, грибы, фасоль, гренки. Не могу же я допустить, чтобы моих любимых пожарных уволили с работы, потому что у них нет сил поднять шланг.

Тони и Макс рассмеялись.

— Если нам придется бывать здесь чаще, чем раз в месяц, то без дополнительной подпитки энергией не обойтись! — воскликнул Тони.

Джулия достала из холодильника все необходимое, начала готовить завтрак.

— Расслабьтесь, мальчики. Наверху есть свободная комната. После завтрака вы сможете там поспать. А потом, думаю, я устрою вам еще один пожар… чтобы вы потренировались перед следующей сменой!

ЗЕРКАЛО

«Зачем оно тебе понадобилось, дорогая?»

Вновь взглянув на зеркало, Джози задалась вопросом: а что подтолкнуло ее на это приобретение? Тем не менее зеркало стоило уплаченных за него пятидесяти фунтов. В резной золоченой раме, со всеми этими гирляндами, завитушками и херувимами, сработанной как минимум сто лет тому назад, зеркало производило сильное впечатление, настолько сильное, что никто из участников аукциона не решился его купить.

Джози подняла руку, когда цена упала ниже стартовой. Шестое чувство подсказало, что зеркало предназначено именно ей.

— Куда ставить? — спросил посыльный, теряя терпение. — Не могу я топтаться здесь целый день. В какую комнату? На первом или втором этаже?

Вопрос озадачил Джози. А ведь она даже не подумала об этом. Что же на нее нашло? Импульсивность в покупках — это не по ее части. Даже наоборот. Вновь она словно услышала голос Сэма, занудно-раздраженный, который она будет помнить до конца жизни: «Как ты могла купить это страшилище? Ты сошла с ума?»

Решение возникло спонтанно. «Будет он еще мне указывать! Что хочу, то и делаю!»

— Несите его в спальню, — бросила она посыльному, который еще протискивался во входную дверь. — На втором этаже, первая дверь направо. Прислоните к дальней стене, в алькове.

Спальня теперь полностью принадлежала ей, потому что Сэм ее бросил. За дополнительную плату посыльный согласился помочь повесить зеркало. Часом позже оно смотрело на кровать, добавляя алькову света и пространства. Когда Джози протерла зеркало, выглядеть она стало куда как лучше. Рукавом футболки Джози стерла с поверхности зеркала темное пятнышко и отступила на шаг. Уставилась на свое отражение.

А ведь есть на что посмотреть. Волосы цвета спелой ржи, удлиненное, нестандартное, запоминающееся лицо. Свет как-то странно взаимодействовал с поверхностью зеркала. Джози могла поклясться, что видела какое-то движение в зеленоватых глубинах.

Да. Именно так. Не по всей поверхности, а в овальной зоне в центре зеркала. Что-то там двигалось. По спине Джози пробежал холодок. Вроде бы на нее смотрело чье-то лицо. Джози протерла глаза и увидела только зеркальную поверхность. Овал исчез. Сердце, вдруг учащенно забившееся, вернулось к нормальному ритму.

Сэм бы сказал, что она прочитала слишком много «колдовских», так он их называл, книг. Ее интерес к потусторонним силам стал одной из причин их развода. Она убеждала его, что «оккультное» означает тайное, сокровенное, то есть речь шла о знаниях, еще сокрытых от человека, но он не одобрял ее увлечения.

— Почему ты не можешь читать романтические истории или пособия по сексу, как все нормальные женщины? — пренебрежительно спрашивал он. — Вместо всей этой галиматьи о духах и призраках.

Джози печально улыбнулась, не удивляясь тому, что в зеркале ей привиделся таинственный овал. Она знала, что переутомлена. Доктор сказал, что она страдает от стресса, болезни двадцатого века. Понятное дело, их же развели лишь два месяца назад.

Рой, ее лучший друг и владелец антикварного магазина, в котором она работала, предложил простое решение:

— Отправляйся в отпуск и потрахайся вволю, милая. Возьми две недели. Все равно сейчас у нас мертвый сезон. Поезжай туда, где много солнца и песка. Тебе нужен новый мужчина. Поверь мне, это надежное, испытанное средство.

— Для тебя, возможно, мой старенький гей, — насмешливо ответила Джози.

Рой нисколько не обиделся.

— Дорогая моя, что подходит одному, должно подходить и другому!

Он взяла отпуск, но никуда не уехала. Сэм поработал с ней на славу. По его шкале ценностей, она котировалась наравне с насекомыми и, уж конечно, не могла идти ни в какое сравнение с его новой избранницей, шатенкой с пышными формами, которая привлекала Сэма не только сверхактивным либидо, но и толстым кошельком. Но самое ужасное заключалось в том, что мнение Сэма давило на нее, как каменная плита. Возможно, через несколько месяцев она сможет гулять по бережку и оценивающе поглядывать на мужчин, как и предлагал Рой, но на текущий момент ей хотелось разве что напиться. Такое вот желание вызывали у нее мысли о бывшем муже.

Джози взяла с собой в кровать бутылку бренди. Какое-то время смотрела телевизор. Бренди и один из ее любимых фильмов — «Кто-то следит за мной»[1] — помогли ей расслабиться. Когда фильм закончился, она выключила телевизор. Вытянувшись во весь рост, еще не раздевшись, пролистала глянцевый фривольный журнальчик. И эту идею подкинул ей Рой. «Дорогая, ты должна войти во вкус. — Он рассмеялся. — Признай, милая, ты отстала от жизни. А все потому, что слишком долго была замужем за динозавром».

На развороте красовался светловолосый, загорелый красавчик с роскошной фигурой, так и манящий к себе. Джози провела большим пальцем по плоскому животу, могучим грудным мышцам. Потом ее рука спустилась к члену и мошонке. Жаль, что он не стоял. Почему-то во всех женских журналах обнаженных мужчин фотографировали с висячим членом. Это как-то не возбуждало.

Однако что-то на Джози подействовало. Возможно, выражение лица пляжного красавчика. Конечно, мужественное лицо, но чувствовалось, что этот мужчина может понять женщину. Так или иначе, но в Джози проснулся интерес к представителям противоположного пола. Рой не ошибся. Конечно же, ей нужен мужчина, который воспылает к ней безумной страстью, уложит в постель, зацелует, скажет, что трахается она как никто на свете.

Проблема, правда, состояла в том, что Джози не была готова к таким отношениям. Она не признавала секс без единения душ. Эмоциональная сторона имела для нее слишком большое значение. «Что ж, — смиренно подумала она после очередного глотка бренди, — придется какое-то время побыть в одиночестве». Она уже чувствовала приятное легкое опьянение. И «киска» вдруг набухла, стала очень влажной. Впервые за долгое время у нее возникло желание помастурбировать. Почему нет? Она имеет право получить удовольствие, пусть и в одиночестве.

Джози достала вибратор, который купила по совету Энн Саммерс, вновь легла на кровать. Вибратор был еще одной импульсивной покупкой. Она им еще ни разу не пользовалась. Джози пригляделась к инструменту. Прозрачный, розовый, ближе к концу наполненный круглыми бусинками.

Джози расстегнула молнию джинсов, стянула их. Большими пальцами зацепила трусики из хлопчатобумажной ткани и отправила их следом за джинсами. Отражение в новом зеркале еще больше возбудило ее. Выглядела она распутной и сексуальной, обнаженная от талии до колен, со всклоченными волосами. И глаза горели зажженным бренди пламенем.

Она все еще не могла понять, что заставило ее купить зеркало, но с каждым мгновением все больше склонялась к мысли, что приняла на аукционе правильное решение. Никогда раньше, мастурбируя, она не смотрела на себя. Но ведь все когда-то случается впервые.

— Рождение новой Джози, — радостно, заплетающимся языком озвучила она свои мысли. — Ты наблюдаешь за мной, зеркало?

Рука ее заскользила по животу, и она почувствовала тепло, разливающееся по ее «киске». Согнула ноги, широко развела колени, наблюдая, как раскрылись половые губы, открыв розовые внутренние. Они уже блестели от живительной влаги. А между ними загадочно темнел зев влагалища, чем-то напоминая темно-красный бархат. Тут ее взгляд задержался на зеркале. Неужели у нее такая кожа, цвета густых сливок? Неужели у нее всегда такие роскошные волосы?

— Тебе же хуже, Сэм. Мерзавец. Лишился такого угощения! — со смешком воскликнула она.

Да и кому он нужен? Джози смотрела на свое отражение в зеркале, и по ее телу пробежала волна удовольствия. «Господи, ну до чего же я сексуальная», — думала Джози. Она наблюдала, как ее пальцы еще шире раздвигают внутренние губы, прохаживаются вверх-вниз по влажной щели. Бедра начало покалывать. Она решила не браться за вибратор. Пока. Оставить его на закуску.

Замурлыкала от наслаждения. Процесс-то еще более интимный, чем обычное совокупление. «Когда ты с кем-то, нет никакой возможности полностью расслабиться. Партнер слишком многого от тебя требует, — думала она. — Однако ты чувствуешь себя виноватой, если он не сумел вывести тебя на вершину блаженства. Любовь с собой более сладострастна. Потому что нет необходимости думать о ком-то еще, кроме себя, любимой». Странно, но она никогда не разрешала Сэму смотреть, как она ублажает себя. Теперь ее это только радовало. Пусть трахает эту толстуху с каштановыми волосами, к которой убежал! Ей на него наплевать.