Заложник

В текст романа густо вплетены поэтические фрагменты (форматы). Они несут самостоятельную смысловую нагрузку, но не более той, что заложена в авторском тексте. Происходит банальное удвоение сущностей. Подобная избыточность работает на разрушение общего замысла.

 Деструктивную функцию несут и  вкрапления иного рода – русты и грунты. Эти разрыхлители окончательно уничтожают текст как единое пространство, формируя  из него ветхую мозаическую картину неких реминисценций из прошлого. Картину, между фрагментами которой нет устойчивой связи. Именно поэтому книгу с одинаковым успехом можно читать хоть с начала, хоть с конца, суть не изменится. Автор и сам это признаёт. Иным невозможно объяснить появление на последней странице произведения Дорожной карты – эрзац заменителя оглавления.

Иллюстрации так же выглядят инородными элементами.  Каждая из них напоминает заплатку – кусок холста, висящий на стене в каморке папы Карло, автора деревянной куклы, выструганной из соснового полена, поскольку иным способом удовлетворить свой отцовский инстинкт старый пьяница не мог.

Тёмная материя похожа на облака невидимой пыли, которая не умеет собираться в плотные объекты. Если вычесть из нее видимую материю (звёзды, межгалактический газ), всё, что останется, – это как раз и есть тёмная материя. У В. Панкратова видимая материя – основной текст. Всё остальное – материя чёрная.

Это мало похоже на живопись. Если уж оценивать «фреску» с позиций иных жанров, то она, на мой вкус, ближе кинематографу, чем иным формам образного осмысления действительности.

В начале 70-х годов прошлого столетия в кинотеатре «Витязь» прокатывали фильм А. Тарковского «Зеркало». К моменту окончания киносеанса я сидел в полупустом зале. Предвижу более чем трудную судьбу романа-фрески под названием «Юрфак. ru. Зона Хиггса».

Редкая птица долетит до середины Днепра.

Владимир Г. Систер, член-корреспондент РАН

4 вместо предисловия.

ИНОГДА В ПУСТЫНЕ ВОЗНИКАЮТ ГОЛОСА,

НО НИКТО НЕ ЗНАЕТ, ОТКУДА ОНИ

Получив в работу настоящий текст, верстальщик поинтересовался у меня двумя вещами – как правильно понимать  элементы форматирования рукописи, и в чём основная идея произведения?

Идею удалось объяснить на примере Сталкера, спутники которого, пересекая Зону, постепенно теряли свои телесные оболочки. Зона растворила их без остатка, оставив на поверхности только обнажённые человеческие сущности.  При всей схожести функций зона Юрфака оказалась наделена зарядом иной направленности. Преодолевая её, юные неокрепшие души героев постепенно обретали кровь свою и плоть, от которой, как ни старались, не могли избавиться ни с помощью пьянства или суицида, ни путём продажи собственного опорно-двигательного аппарата, ни иными асоциальными способами.

Как зона Хиггса материализует бесплотные элементарные частицы, так зона Юрфака материализует человеческую сущность, превращая её в строительный материал человеческого бытия. Материал, который только и способен противостоять вселенскому хаосу, космическому холоду мироздания и ужасу, который ждёт нас в конце тоннеля.

С форматированием оказалось сложнее. Услышав, что «дефиле» – это реверсивный канал межуровневого перетекания смысла, «формат» - элемент системы шлюзов между сознанием и подсознанием героя, «руст» - точка инфильтрации реальной действительности в вымышленную ткань повествования (которую можно пропускать, как описание природы у Тургенева),  а «грунт» - диалоговое окно автора с читателем/слушателем/зрителем, верстальщик погрустнел. Воспитание не позволило ему покрутить пальцем у виска.

Правильно он поступил или нет, неизвестно, но исходник материала – аудиокнига. Рукопись - это партитура на четыре голоса, которые гравитационное поле сюжета должно объединить в некое единое целое. В студии голос Ростислава (основной текст) и голос Иннокентия (формат) звучат одновременно, приём, в диссонанс друг другу. Каждый из них попеременно (по воле режиссёра) то выходит на громкое первое место, то отступает на неслышимое второе. На бэк вокале голос Ефима (руст) и голос Рассказчика (грунт).

Если все четыре голоса попадут в унисон, должна получиться гармония, но это уже не от меня зависит, я только за текст отвечаю. Поэтому и форматирование трогать не решился, оставил всё как есть. Такая вот нотная грамота в переложении на кириллицу.

Сходство с каноническим текстом случайно.

Владимир В. Панкратов

P.S.  Я бы до сих пор мыкался по издателям, если бы не случайная встреча с Ольшанским на Останкинском кладбище.

- Ребята, какие вы счастливые, - глядя на нас, сказал директор этого унитарного предприятия Пшенников, - встретиться у меня на кладбище, да ещё живыми, это большая удача.

Сергей Борисович, спасибо, что живой!

В. Панкратов

P.P.S. В декабре 2015 г. Ольшанский сгорел в своём загородном доме.

Поднимем!

В.П.

5 вместо предисловия.

ЛЕГКОМЫСЛЕННАЯ ЛЕГЕНДА

ВЕЛИЧАВОГО ПИТЕРА

Всё уже сказано: роман написан, экспертами оценён, запятые расставлены, что остается редактору? Отправить книгу в печать и поставить точку? Но не ставится: не позволяет настроение, за которым легкий туман на Финском, морось над Невой, питерские запахи подворотен и лабиринты проходных дворов Васильевского острова. Надеюсь, это скоро пройдет…

Сам я в Питере не часто бываю. Обычно пользуюсь привычным маршрутом: Московский вокзал, пешком по Невскому до Лавры, потом уже гостиница. Как-то решил проведать Анатолия Александровича Собчака, благо он был рядом – на старом мемориальном Никольском кладбище за Свято-Троицким собором. По дороге зашёл в монастырскую лавку, затарился. Иду медленно, церковный хлеб жую. Анатолий Александрович почти на входе, как всегда тщательно убран, с цветами. Поклонился ему, помянул.

По соседней дорожке торопливо семенила старушка, шла уверенно, будто к родственникам, зная, где они захоронены. На Собчака даже не взглянула. Но вскоре притормозила, начала оглядываться, словно забыла куда торопилась.  Стала по очереди подходить к разным могилам, всматриваться в надгробия, чтобы определить, кто под ними упокоен. Наконец окончательно остановилась, стала креститься.

Все это меня заинтересовало, тем более что кладбище было пустынным, может бабуля заблудилась, ей помощь нужна, а рядом нет никого. Подошел. Бабуля, как бабуля. Сухонькая, в повадках что-то птичье. На груди поверх повязанного крест-накрест платка ветхая муфта из некогда рыжего меха.

- Вам помочь?

- Не надо, нашла уже.

Я глянул на могилку: заброшенный холмик, покосившийся каменный крест, на котором высечены инициалы и годы жизни покойного. Имя в памяти не сохранилось, графиня какая-то, а вот дата смерти запомнилась – 1878 г.

- Родственница?

- Нет, чужая. Я проведать пришла, за могилкой, ведь, никто не смотрит.

Оказалось, что бабушка ходит к мертвым жалиться на свою жизнь. Выбирает неухоженную могилку со знатной фамилией, и изливает душу: мол, знаю, у вас там сыро и холодно, но и нам здесь не лучше, мой дедушка опять запил, полпенсии в бутылке утопил, дворники не убираются, сосули на голову падают, внуки озоруют, вчера подрались с охтинскими. Говорила она так искренне и так жалостливо, молясь на кресты Александро-Невской лавры, будто сама себя отпевала.

Попрощались, и я, потерянный от услышанного, побрел по Невскому в сторону Лиговки, в гостиницу, прочь от кладбищенской  старушки. Да, нечасто я бываю в Питере, но замечаю, что моё поведение меняется в его интерьерах. Они диктуют мне какую-то иную роль, и я, соглашаясь, покорно её играю. Как другие люди обитают в таких декорациях, не знаю. Ладно, питерцы, прижились, наверное, а приезжие?

Удивительный город Санкт-Петербург - величавый!  Эрмитаж, Невский, Лавра, Александринка, Петропавловская крепость, Мариинка, Адмиралтейство, Исаакий. Есть куда заглянуть и на что посмотреть.

Однако для обложки автор выбрал самый легкомысленный шедевр Питера – чижика-пыжика, памятник которому установлен на набережной Фонтанки у Первого Инженерного моста, рядом с Михайловским (Инженерным) замком напротив дома №12/1. Когда-то здесь было Императорское Училище правоведения. Его студентов и прозвали чижиками, потому, что их мундиры имели зеленый цвет, в то время, как петлицы и обшлага были желтыми, словно оперенье у этих птичек. А пыжиками их стали звать из-за форменных пыжиковых шапок. Правда, насчет «пыжика» бытует мнение, будто на людях ученики важничали, вели себя так напыщенно, что именно из-за этого получили своё прозвище. В свободное от учёбы время учащиеся переодевались в партикулярное платье и тайно посещали трактир, расположенный неподалеку в подвале дома купца Нефедова (дом №14). Вскоре появился стишок: «Чижик-пыжик, где ты был? На Фонтанке водку пил. Выпил рюмку, выпил две - закружилось в голове».

Стихотворение до сих пор осталось, хотя училище ещё в 1918 г. закрыли. Да, невелика была птаха: росту всего 11 см., а гонору, аж, на 5 кг.! Пыжики! Читаешь фреску и понимаешь, питерские до сих пор такими и остались. Легко представить, какие разговоры наши чижики-пыжики  вели после трактира. Помните: два юриста – три мнения? И крепкие выражения у них были в ходу, для настроения.

Выражения – особая стать «Юрфака». Это не мат, не жаргон, не брань, не нецензурщина, не словесный мусор и даже не ненормативная лексика. Это выражения! Если нужно сказать коротко и ясно, эмоционально и колоритно, образно и к месту, то в книге «выражаются».

У шахматистов есть такой прием - играть на флажке, когда времени на обдумывание уже не остается, и проигрывает не тот, у кого позиция хуже, а тот, кто не успел сделать ход, у кого флажок на шахматных часах упал. У нас, убежден, позиция выигрышная, однако, недавно в Госдуму внесен законопроект «о запрете мата в искусстве», часы пошли. Но у нас флажок пока не упал.

Короче, вслед за автором подписываю «Юрфак» в печать. 

Валерий Руднев, редактор

XI дефиле

РАЗМЫТЫЙ СЛОЙ

Заметил, черный пес бежит по пашне.

И. Гёте «Фауст»

Жизнь галилейского рыбаря Фомы из Пансады, который на 30 году жизни решил сделаться и сделался Христовым апостолом, свидетельствует, что в битве с верой наука проиграла. Проиграла, но не сдалась. В борьбе с эпидемиями чумы и птичьего гриппа наука набирает очки, но назвать это реваншем невозможно. От безысходности медики продали душу Фармации. Время от времени церковь поддерживает проигравшую сторону, как, например, в случае с обнаружением кванта поля Хиггса (в обиходе, бозона) – элементарной частицы с нулевым спином.

Или, Или! лама савахфани? (12) 759.формат.

(12) Обращённые к Богу слова распятого Иисуса с мольбой не оставлять его без поддержки (арамейск.). 48.грунт.

Нобелевская премия 2012 года по физике присуждена Арошу и Уайнленду за открытие методов, дающих возможность на практике управлять квантовыми системами (компьютерами).

Квантовый компьютер оперирует квантовыми битами, в которых информация хранится не линейно (от 0 до 10), как в обычных битах, а многослойно (в наложенных друг на друга состояниях), что с точки зрения классической физики невозможно, поскольку она оперирует одно – дву – максимум - трёхмерными объектами, а квантовая – мультимерными. Обычный компьютер, равный по вычислительной мощности квантовому, должен быть размером со Вселенную. 49.руст.

 Эти двое на практике доказали правоту Ленина, который в работе «Материализм и эмпириокритицизм» (1909 год) описал кризис физики, его причины.

Мало дал я Дьяволу и Богу,

слишком много Кесарю отдал. 760.формат.

Классическая физика исходила из существования в природе неизменных элементов, вроде атомов Демокрита, - поучал невежд вождь мирового пролетариата, - однако таких неизменных элементов в природе не оказалось.

Исчезли волны фимиама. 761.формат.

Исчезает не материя, - заверял далее своих читателей классик, - исчезают такие свойства материи, кото¬рые казались раньше абсолютными, неизменными, первоначальными (непро¬ницаемость, инерция, масса) и которые теперь обнаруживаются, как относительные, присущие только некоторым состояниям материи.

О камни я разбил ненужные скрижали. 762.формат.