Мусорщик

Они сидели в «Опеле». Молодой человек, всей тяжестью могучего тела навалившись на девушку, шумно дыша, шарил ладонями под шубой, пытался поймать ртом ее губы. Девушка из последних сил сдерживала его.

— Я же сказала: потом!

— Ну где он?! — в отчаянии зарычал детина.— Я ему башку проломлю!

— Вон, указала девушка.

Мусорщик со своей тележкой появился на участке, уже издалека приветливо улыбаясь ей.

Детина, рыча от ненависти и возбуждения, распахнул дверцу и уже наполовину вылез было из машины, как вдруг замер с открытым ртом, глядя на мусорщика.

— Эва...— оторопело сказал он, переводя вмиг протрезвевшие глаза на девушку. — Ты кто такая вообще?

Он выскочил из машины и быстро пошел прочь, оглядываясь через плечо и бормоча:

— Ни фига себе шуточки...

Растерянная девушка осталась одна в машине.

— Да что происходит, господи?..— спросила она.

Мусорщик приближался, и она, невольно заразившись ужасом сбежавшего бандита, торопливо завела мотор. Машина двинулась было и заглохла. Она суетливо повернула ключ — и снова машина дернулась на месте.

Мусорщик подошёл и, наклонившись к окну, спокойно сказал:

— Доброе утро! Я думаю, имеет смысл отпустить ручной тормоз.

Девушка сбросила ручник, и «Опель», прокрутив колесами по снегу, рванулся вперед.

Мусорщик отвернулся, поставил ведро, и окинул деловитым взглядом участок.

— Эй! — послышалось сзади.

Девушка, раздосадованная своим необъяснимым и постыдным страхом, вышла из машины и, надменно вскинув голову, двинулась к нему.

— Мне, право, неудобно обременять вас просьбой,— начала она подчеркнуто-витиевато.— Но я впервые в этом городе. Знакомства не складываются, — насмешливо кивнула она назад, вслед сбежавшему бандиту. — Некому ознакомить усталую путницу с местными достопримечательностями. Не будете ли вы столь любезны, чтобы на краткий срок стать моим гидом? Я буду ждать вас сегодня вечером в девять часов. Мой номер — 8 в самой лучшей гостинице этого замечательного города.

Мусорщик, пряча улыбку, чопорно склонил голову. Девушка в том же духе изобразила реверанс, разведя в стороны вместо бального платья распахнутую шубу.

Вечером девушка в чалме из полотенца и халате на голое тело сервировала журнальный столик в номере: вынула из пакета и, оборвав этикетку, расстелила тканую салфетку, достала из одной коробки керамический подсвечник, из другой пару красивых свечей, из третьей хрустальные высокие бокалы. Освободившуюся картонную тару свалила в мусорное ведро и утрамбовала босой ногой.

Потом она стояла перед зеркалом в длинном узком вечернем платье, причесанная и накрашенная иначе, чем вчера, без малейшей вульгарности, скорее даже скромно, с привкусом романтики. Она проверила, хорошо ли виден при легком наклоне плеча кружевной край черного французского белья. Потом началась репетиция: она округлила глаза и изумлённо вскинула брови:

— Боже мой, да успокойтесь же наконец! Роман с мусорщиком? Это что-то немыслимое...— она засмеялась, откидывая голову. И тотчас, оборвав смех, устремила в зеркало холодный взгляд: — Отвали, я сказала, иначе так заору, что вся гостиница сбежится! Пошел вон, скотина! — затем лицо ее исказила гримаса беззвучного истерического крика.

В это мгновение в дверь постучали. Девушка панически глянула на настенные часы — стрелки показывали ровно девять — и вернулась в изначальный светски-романтический вид.

Она открыла дверь и пропустила в номер мусорщика с пузатой зеленой бутылкой и коробкой конфет в руках.

На нем было длинное черное пальто, неплохой модельный костюм и сверкающие черным глянцем туфли. Больше всего он внешне походил на гангстера времен Сухого закона в Америке или сотрудника дипломатической службы Монако. Было нечто штучное в его манерах. Несуетливо поставив на стол бутылку и конфеты, он огляделся в номере и, следуя указанию руки девушки, сел в кресло.

Хозяйка присела напротив, манерно скрестив руки на коленях.

Первым нарушил молчание молодой человек.

— Так что же, позвольте полюбопытствовать, привело вас в наш скромный городок? Семейный долг, стремление припасть к корням, служебный энтузиазм?

— Гораздо проще — русская хандра. День похож на день, жизнь предсказуема до мелочей. Еду куда глаза глядят... Господи, я за вами начала говорить стихами: «семейный долг, стремление припасть», «гораздо проще — русская хандра»,— продекламировала она.— Пятистопный ямб, кажется. Может, просто откроете шампанское?

— Легко,— улыбнулся мусорщик.

Он наполнил её бокал, затем взялся за принесенную с собой бутылку.

— С вашего разрешения. Текила. Не люблю сладкое и газированное.

— Сколько градусов?

— Сорок пять.

— Напьетесь и хулиганить будете?

— Избави Бог,— мусорщик достал из нагрудного кармана зажигалку и поджег свечи.

— За знакомство? — предложила девушка.

— За знакомство!

Они чокнулись и выпили.

— Вот и познакомились,— констатировал мусорщик.— Кстати, как вас зовут?

— Оля,— не задумываясь ответила девушка.

— Коля,— так же, не задумываясь, представился мусорщик, чуть разведя руками.

Некоторое время они улыбаясь смотрели друг на друга.

— Вы давно в этом городе? — спросила девушка.

— Два года.

— А до этого?

— До этого жил в другом.

— Понятно. О чем будем говорить?

— О детстве.

— Почему?

— Русская сентиментальность. Все равно рано или поздно дойдем до детства

— Начинайте,— пожала плечами девушка.

— Давайте сыграем в мою любимую игру,— предложил мусорщик,— я буду рассказывать о вас, а вы — обо мне.

— Забавно,— сказала девушка.— Я слушаю.

— Итак,— начал мусорщик,— вы родились и до выпускного вечера жили в крошечном городке, похожем на этот...

— Что, неистребимая провинциальность? — усмехнулась девушка.

— В этой игре единственное правило ничего не спрашивать. Можно только поправлять или уточнять. Но на первый раз отвечу: вы слишком откровенно ненавидите провинцию и при каждом удобном случае подчеркиваете свою столичность... В детстве вы презирали девчонок и играли с мальчишками в войну, причем всегда были командиром, а если вдруг выбирали не вас — гордо уходили и ждали, когда прибегут звать вас обратно. Вы дрались наравне с мальчишками и всегда побеждали, потому что в отличие от них умели еще царапаться и кусаться...

Девушка засмеялась и удивленно покачала головой.

— Интересная игра? — спросил мусорщик.

— Очень. И что же было потом?

— Потом...— мусорщик ненадолго задумался.— У вас нет лимона? — неожиданно спросил он. — Жаль. Текилу надо пить с солью и лимоном... Потом наступил вполне естественный момент, когда мальчишки начали интересоваться девочками. Первые робкие свидания, любовные записки. А вы оставались для них просто своим парнем. Шекспиру не снились страсти, которые бушевали в вашей душе! Вы молча бесились от ревности, но недолго. В школе под лестницей вы разрешали им смотреть и трогать себя, самые сокровенные места, и добились того, что они снова ходили вокруг вас табуном, и с их помощью вы расправлялись с самыми красивыми соперницами...

Девушка вышла из своей романтической роли. Она, зло сжав губы, в упор смотрела на мусорщика.

— Опять вопрос? — невинно улыбнулся он. Все очень просто — победа любой ценой, причем немедленно, сию секунду... Школу вы закончили на тройки, а на следующий день после выпускного вечера автостопом уехали покорять Москву. Впрочем, детство на этом кончается.

— Накатим? — после паузы спросила девушка.

— В смысле?

— В смысле — выпьем.

Мусорщик поднял было шампанское, но девушка взяла пузатую бутылку и налила в свой бокал текилу. От крепкого напитка у нее перехватило дыхание, на глазах выступили слезы.

— Напьетесь и хулиганить будете? — улыбнулся мусорщик.

— Не исключено, — резко сказала девушка.— Теперь я. Вы родились и всю жизнь прожили в Москве. Потому что из вас прет столичная самоуверенность, которую я до сих пор ненавижу...

— Можно ничего не объяснять,— мягко напомнил мусорщик.

— И девочки вам не позволяли себя трогать за сокровенные места и вообще не замечали вас...

Мусорщик утвердительно кивнул и сокрушенно развел руками.

— Поэтому вы были нелюдим и много читали, даже ночью под одеялом с фонариком, чтобы не заметили родители. Занимались каким-нибудь тупым спортом шашками или стрельбой, и даже получили разряд, которым очень гордились. Учились вы на круглые пятерки, и сидели над учебниками, даже если родители гнали вас гулять на улицу, озабоченные вашей нездоровой бледностью. И все это вы делали с мстительным мазохистским удовольствием, потому что мечтали стать знаменитым ученым и изобрести нечто такое, чтобы сразу осчастливить человечество, причем с единственной целью — чтобы все женщины мира смотрели на вас с обожанием и раздевались при одном вашем появлении... — закончила девушка на одном дыхании.

Мусорщик восторженно вскинул руки.

— Накатим? — предложил он.

— Непременно,— светским голосом ответила девушка.

— За знакомство?

— За знакомство!

Они чокнулись и выпили. В это время за стеной раздался грохот и послышалась ругань на каком-то кавказском наречии.

— Дерутся? — прислушиваясь, спросила девушка.

— Ну что вы,— успокоил ее мусорщик.— Просто один спросил, сколько времени, а второй ответил. Горячий народ.

Они посмотрели друг на друга и засмеялись. Девушка снова была в избранной на сегодняшний вечер роли, она положила ладонь на руку молодого человека и спросила:

— Детство кончилось. Что будем делать?

Мусорщик увидел кружевной край черного французского белья, взял ее руку и медленно наклонился к ней, зарывшись лицом в мягкие, вкусно пахнущие волосы, коснулся губами уха и прошептал.

— Будем спать. Как муж и жена...

Здесь он сделал крошечную паузу, достаточную, чтобы девушка победно покосилась в зеркало, и продолжил:

— ...после золотой свадьбы. То есть, каждый в своей постели. Я сразу усну — утром на работу. А ты заснуть не сможешь, будешь допивать шампанское и смотреть местные новости, передразнивая диктора. Только не бей, пожалуйста, посуду.— Он быстро поцеловал ей руку, встал, подхватил с вешалки пальто и вышел.

Оставшись одна, девушка посидела еще какое-то время, кусая губы. Схватила бокал и изо всех сил швырнула в стену, за которой ругались кавказцы. Одновременно со взрывом хрустальных осколков крик затих на полуслове, будто щелкнул выключатель.

Мусорщик удалялся по пустынному гостиничному коридору, на ходу надевая пальто. Оглянулся в сторону номера, улыбнулся и укоризненно покачал головой.

Вышел из гостиницы на освещенный пятачок под козырьком, автоматически подобрал мятую сигаретную пачку и бросил в урну. Глянул вверх на ее окна и вдруг, взмахнув полами черного пальто, с места прокрутил сальто. Вонзился каблуками в снег и вскинул руки: «ап!», поднял воротник и стремительно шагнул в темноту.

Девушка стянула через голову узкое платье и бросила к входной двери, вслед мусорщику. Взяла бутылку, села перед телевизором и показала язык диктору.

Мусорщик быстро, будто боясь опоздать, подошел к арке, над которой полукругом светилась древнерусская вязь «Казино «Три богатыря». Изнутри арка была украшена гирляндами красных огней и выбрасывала на темную улицу багровый отсвет, как жерло раскаленной печи.

В глубине арки он нажал кнопку звонка рядом со стеклянной дверью. Сунул было руку обратно в карман, но тут же нетерпеливо позвонил еще несколько раз. За дверью показался массивный мужчина, рассмотрел в багровом мареве лицо посетителя и открыл.

Мусорщик на ходу снял пальто, не глядя бросил на стойку гардероба, обменял в кассе несколько бумажек на игровые фишки и подошел к бару. Барменша с хищными, вразлет нарисованными бровями тотчас выставила перед ним блюдце с лимоном и солью и плеснула в хрустальную стопку текилы.

— Давно не был,— кокетливо сказала она.— Опять бессонница?

Мусорщик молча кивнул, поглядывая на облепленный игроками и зеваками стол рулетки.