Помоги проекту - поделись книгой:
Не открою секрета, если скажу, что у русских женщин есть ряд преимуществ перед американками. Главное – различие в эмоциональной конституции. Американка может объяснить каждый свой шаг, любое изменение настроения: чем она недовольна, что ее не устраивает. Считается, что надо сесть и за пять минут, что называется, глаза в глаза выяснить все проблемы (let’s talk about it), в результате чего любая сложная ситуация разрядится. Наша эмоциональность чаще бывает ненаправленной: по жизни нам может быть нужно одно, а мы переживаем из-за чего-то совершенно другого. То есть мы все время находимся в состоянии эмоционального хаоса. Кроме того, мы привыкли делиться своими эмоциями с другими, не делим эмоции на «мои» и «твои». Мы сопереживаем друг другу, готовы всегда посочувствовать. Это создает ауру эмоциональной щедрости, богатства, в которой люди чувствуют себя комфортно. Все отмечают, что русские женщины более эмоциональны и менее рациональны, чем американки. Мужчине хочется, чтобы рядом было существо, не похожее на него. Это хорошо и в интимной сфере, это важно и при экономическом планировании семьи. Американцу нравится, когда ему делегируется рациональная часть, а вокруг происходит нечто приятное, направленное на него, но не требующее от него активного участия, – уют в доме, подарки его родным, обед по случаю годовщины свадьбы. Мы к этому привыкли, а для американцев это приятная неожиданность, которую они, безусловно, ценят. Пока не начинаются серьезные стычки на экономической почве, американцы чувствуют себя более уверенными и полноценными с русскими женщинами. Драматический этап в развитии межкультурной семьи начинается после того, как появляются дети, и совсем уж тяжелый период связан с взрослением и началом образования ребенка – настолько контрастируют наши системы воспитания и образования.
Меня часто спрашивают, неужели я не встречала никогда счастливых браков с иностранцами? Во-первых, психолог смотрит на стаж брака. Во-вторых, семья – это не «сладкие парочки», это еще и дети. Если взрослые демонстрируют удовлетворенность браком, а дети страдают, то такой брак я никак не могу назвать благополучным. К тому же эмигрантки любят порассказать на публике, как они довольны, но я слышала и их откровенные признания в том, что единственной отдушиной в «счастливой» жизни за рубежом является разговор с подругой по телефону или общение с такими же товарищами «по счастью».
История женской эмиграции. Браки россиянок с иностранцами имеют давнюю историю. Первая волна межкультурных браков совпадает с первой послереволюционной волной эмиграции из России. Я называю ее
Вторая волна межкультурных браков –
Третья волна приходится на начало 1960-х годов, когда к нам стали приезжать на учебу африканцы. Результат – десять тысяч браков. Я называю эти браки
Четвертая волна началась с падением железного занавеса и возникновением рыночных отношений в России. Я называю ее
Радикальные перемены в частной жизни. В начале перестройки стали создаваться первые брачные агентства. Со своими зарубежными клиентами они были соединены факсами, телефонами. Фотографии невест очень скоро заменили видеоролики. А с 1996 года эти агентства перешли на электронную связь. Кажется, очарованные рыночной демагогией, мы забыли, что счастье не покупается, любовь – не деньги, забыли и прочие аксиомы романтической любви, известные нашим родителям в шестидесятые.
Поначалу, кажется, плохо осознавались последствия всей этой заочной любовной камарильи. Одно из самых первых и ныне существующих брачных агентств было создано не кем иным, как первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой при возглавляемом ею Росзарубежцентре. Именно через него «катапультировалась» в Париж скандально известная Наталья Захарова. Я не думаю, правда, что организаторы бизнеса знакомили будущих молодоженов только из человеколюбия. Но как тогда, так и теперь брачные агенты стоят насмерть, утверждая, что их невесты становятся исключительно добропорядочными и, главное, счастливыми женами, забрасывают их открытками и звонками с бесконечными «спасибо» и «как хорошо, что вы есть». Этот феномен международного брачного рынка хорошо известен специалистам – и не только тем, кто обратил внимание на новую русскую волну в международных браках, но и тем, кто попытался проанализировать филиппинскую, китайскую волну женской брачной эмиграции. 99 % случаев, по словам брачных агентов, – счастливые браки. Так устроена психология торговцев счастьем, так ведут себя распространители «Гербалайфа», акций типа «МММ» и религиозные сектанты, настаивающие на том, что стать счастливым просто. Надо только довериться и дать возможность разрушить сложные личностные образования, выключить интеллектуальный контроль. Счастье идиота.
Проникновение в частную жизнь рыночных представлений ознаменовала вереница конкурсов красоты – «Мисс Бюст», «Мисс Москва» (и прочие географические точки и анатомические принадлежности). Богатые и многообещающие призы, мужчины – зрители и обожатели, контракты и контакты. Эти конкурсы, несомненно, сыграли особую роль в выбросе наших девушек на рынок – как модельный, так и брачный.
Победы наших девушек, например милиционера Оксаны Федоровой на конкурсе «Мисс Вселенная», безусловно, будут стимулировать спрос на русских. Новый русский стиль: ногастая красавица, вооруженная до зубов, секси. Однако американцы часто не видят разницы между русской, полькой, чешкой – для них это белокожая из бывшего соцлагеря. Русские жены – не первые жены-иностранки в Америке. Дело в том, что американцы по своей психологии иммигранты. Мужчина приезжает на новое место, осваивается, а потом привозит себе жену. Американцы всегда привозили себе жен из-за границы. Была мода на китаянок, на филиппинок, и в свое время начал формироваться спрос на русских жен. Здесь решающую роль приобрел демографический фактор: в Северной Америке не хватает женщин, а в России не хватает «качественных» мужчин.
С переменами, происходящими в последние десятилетия, заметно выросла женская самооценка. И хотя говорят, что уровень женской безработицы высок, а доходы женщин низки, на самом деле их доходы по московскому региону в среднем вдвое превышают мужские. Многие представительницы слабого пола из последних сил трудятся, содержат семьи, но они устали и разочаровались. Они пережили разводы, прошли через бизнес, но еще не утратили надежду создать нормальную семью. В России эта ценность еще не изжила себя. Позитивный аспект всех брачных афер – как раз в попытке сохранить семью как ценность. Для американцев семья не так важна, они легче идут на развод. То есть мотивы российских невест более сложные, чем просто бедность. Хотя именно экономическая ситуация толкает наших женщин на то, что они выходят замуж за иностранцев без разбора. При этом стоит отметить: разведенные женщины более разборчивы и не так безоглядно бросаются в брак с иностранцем. Но их среди нынешних российских выездных невест меньшинство. По статистике, средний возраст невест (mail order brides – невест, заказанных по почте) – девятнадцать с половиной лет. Это девочки без образования, без опыта. Группа риска. Потребители и жертвы бесчисленных гламурных журналов, неутомимо ваяющих образы успешных женщин.
Выйти замуж за маргинала? Однако пора поговорить и об американских женихах. Кто они? Немало мужчин-американцев чувствуют себя на обочине жизни, маргиналами, не избалованными вниманием женщин. В стране, где царит культ успешности, они недостаточно успешны – дом невелик, машина старенькая, долги растут.
Первое место среди американских женихов, желающих жениться на женщине из России, держат русские эмигранты. Это главным образом программисты, которых во время компьютерного бума скупали на корню. По данным переписи 2000 года, в Силиконовой долине соотношение русских мужчин и женщин от 18 до 35 лет – десять к одному. Для русских мужчин такая ситуация необычна, они не запрограммированы на активный поиск жены, они традиционно опекаемы и этим избалованы. В Америке же мужчины, поставленные в столь драматичные обстоятельства, становятся клиентами брачных агентств или, сами будучи программистами, заводят свои сайты с целью найти подругу жизни.
Вторая категория женихов – не по численности, но по заметности – это техасские ковбои. Хотя жизнь на свежем воздухе вписывается в традиционное представление об американском быте, далеко не все понимают, что Техас – сельскохозяйственный район, провинция, где жить очень тяжело. Простая, изолированная, одинокая жизнь. Техасские ковбои – здоровые мужчины, которым нужны женщины. Для них не проблема за полторы-две тысячи долларов приехать в Россию и из предложенного «широкого ассортимента» кандидаток выбрать себе жену. Они отправляются в секс-туры, которые организуют брачные агентства. Причем женщин можно не только посмотреть, но и попробовать, хотя на сайтах об этом не говорится. Происходит это так: техасец приезжает, ему устраивают пышный прием, по какому-то тайному контракту представляют на обозрение сорок барышень, он выбирает нескольких приглянувшихся ему и приступает к более тщательному изучению кандидаток: с кем-то проводит день, с кем-то – ночь, с кем-то съездит куда-нибудь. Потом принимает решение. Считается, что девушки просто мечтают, чтобы их выбрали, и ведут себя соответственно.
Другой персонаж, тоже нередкий, – ветераны различных военных кампаний. Некоторым сейчас 50–60 лет, и они еще в хорошей форме. Что такое посттравматический стресс, сегодня знает каждый школьник. И наши парни после Афганистана и Чечни возвращаются психологическими инвалидами. Жить с ними, создавать семью довольно тяжело. Жены рано или поздно уходят, если они вообще появляются. Но у ветеранов свои претензии к гражданским, потому что они отдавали свои жизни и здоровье ради них, поэтому считают себя вправе предъявлять к своим родным и близким самые высокие счета. Молодая русская красавица – хороший подарок ветерану, который смотрит на весь этот суетный американский мир с известным презрением человека, побывавшего на войне.
Потенциальные женихи – это чаще всего мужчины в возрасте. Именно они пользуются особым спросом у наших дам, которым нужны гарантии социальной зрелости; проще говоря, они надеются, что старый муж не бросит.
Среди иностранных претендентов на руку российской красавицы нужно выделить и чернокожих мужчин. Одним из результатов борьбы за права цветных меньшинств в Америке стала либерализация браков между чернокожими и белокожими гражданами. Но на сегодня чернокожие мужчины на внутреннем брачном рынке имеют репутацию повес, которые исчезают после зачатия ребенка и больше не возвращаются к своим семьям. Они практически никогда не помогают им. В России же к бракам с африканцами привыкли, к тому же на первый взгляд африканец из Америки даже лучше, чем из Африки, он богаче, образованнее.
Еще один ловец счастья на наших российских просторах – белокожий отец-одиночка. То есть мужчина, который после развода остался с детьми. Количество таких отцов в Америке в мой последний приезд туда просто потрясло. Как и наши мамы-одиночки, они разрываются между домом, работой и школой, пытаясь успеть везде. Нужно отметить, что американский родитель в ответе не только за воспитание, но и за образование детей, если даже они посещают платную школу. Поэтому нагрузка на нем даже больше, чем на наших женщинах, хотя социальный статус такого родителя в Америке, конечно, выше. Его уважают, а не сочувствуют ему.
Отдельная категория – гомосексуалисты, которые хотят обрести статус семейного человека. Для этой цели жена-иностранка представляется им очень удобным вариантом. Он ее вывозит, она воспитывает ему детей, а он живет своей жизнью (боюсь, что это может стать тенденцией).
К женихам, устремленным на российский брачный рынок, нужно отнести и всех иммигрантов – мексиканцев, китайцев, индусов, корейцев, поляков – кого угодно. Уехавшие из родных стран мужчины пытаются повысить свой статус через «приобретение» белокожей жены. Это входит в комплекс иммигранта: ощущение своей неполноценности и желание хотя бы внешне соответствовать англосаксонскому стандарту.
И наконец, к списку американских женихов нужно добавить мужчин с физическими недостатками, самыми незначительными из которых являются небольшой рост или избыточный вес.
Агенты-то видят, что их клиенты – маргиналы, неудачники. Они не могут этого не видеть, перед их глазами проходят же потоки… Среди женихов, обратившихся в брачное агентство, нормальных людей очень мало. Поэтому агент сознательно снижает планку притязаний для невест. Его последний аргумент: как минимум девушка уедет. Она тоже считает: главное – уехать, а там видно будет. И хотя агенты похваляются благодарственными письмами, которые им якобы шлют бывшие клиентки, девушки с их горизонта, как правило, исчезают. Агенты вообще за них не несут никакой ответственности – ни информационной, ни юридической. Что категорически неправильно.
Их надо обязать знакомить девушек хотя бы с основными правилами: как вести себя в сложной ситуации, как отслеживать свою иммигрантскую историю, к кому обратиться в случае насилия. А случаи насилия – не плод моего воображения. Взять хотя бы громкое убийство Анастасии Соловьевой и кражу девочек – ситуации встречаются очень страшные. В Интернете можно найти описания случаев исчезновения женщин. Сорок четыре девушки пропали только из Псковской области: они уехали по контрактам (брачным или трудовым) – и больше о них никто не слышал, МВД ничего сделать не может, они же пропали за границей. Уехали легально, но их маршрут никто не отслеживал. Бывают случаи, когда девушку убивают, но никто ее не ищет: американцы считают, что раз она русская, то и заниматься ею должны русские, русские же считают, что это дело американцев – преступление совершено на их территории. Однако если брачный агент будет говорить своим клиентам о возможных опасностях, он лишится куска хлеба.
Часто женщины выезжают с детьми, а это уже двойной риск. Не всегда складываются браки между людьми, имеющими детей. Тем большая опасность, когда у женщины дочь. В первую очередь у такой невесты должен возникнуть вопрос: кто жениху больше нужен – она или ее дочь? У американцев правовое сознание, и они очень хорошо понимают свои преимущества: они привозят иммигрантку, которая первые два года находится от них в полной зависимости. Так что при любом конфликте муж может – мягко или жестко – напомнить об этом женщине. Бывает, муж противится учебе жены. Он понимает: женщина пойдет учиться, изменит свой статус, получит учебную визу и станет независимой; муж тоже боится быть обманутым – он оплатит образование жены, а она его бросит. И эти опасения небеспочвенны, для них есть веские основания. Иногда муж хочет детей и выдвигает это требование в качестве условия заключения брака. Наши дамы от этого тают. Они не понимают, что для мужчин ребенок – своеобразная страховка, гарантия того, что женщина действительно едет создавать семью. Неуверенному в себе мужчине очень не хочется стать жертвой авантюристки.
Среди потенциальных женихов есть люди с психическими или физическими отклонениями, которым не под силу американский стиль и темп жизни. К этой категории можно отнести страдающих импотенцией. Они надеются, что жена-иммигрантка на их недостаток не будет обращать внимания, поскольку взамен он дает ей много другого. Подчеркиваю, что перечисленные категории – это женихи с «чистыми» намерениями. Они действительно хотят создать семью.
Но есть люди, преследующие криминальные цели. Они привозят себе по несколько жен. Их доход такую роскошь позволяет. Однако не надо думать, что это миллионеры. Доход – вещь относительная: кто-то получает миллион в год, но прижимист и всю жизнь копит, кто-то на свои пятьдесят тысяч трех жен содержит. У русских женщин репутация непритязательных, не привыкших к большому достатку, так что они на роль подруг небогатых многоженцев вполне годятся.
Все сказанное выше вовсе не исключает возможности удачного и даже счастливого семейного союза. Я говорю о возникновении ситуаций, которые могут стать неуправляемыми и неподвластными россиянке. Женщина оказывается в чуждом ей культурном пространстве, в котором она первое время не ориентируется. Адаптация требует колоссальных усилий. А муж между тем может начать эксплуатировать – физически или психологически – иммигрантское положение жены. Один из признаков насилия – разного рода ограничения. Женщина, приехавшая в чужую страну, нуждается в контактах, в новых знакомствах – любая женщина, в том числе молодая, красивая, не обремененная ребенком, знающая английский язык. Она старается сблизиться хотя бы с соседями. А муж всячески препятствует, методично перерубает едва налаживающиеся контакты. Ему это делать просто – он контролирует ее расходы, на что имеет неоспоримое право, занудно обсуждает с женой счета за воду, электричество, телефон – и она попадает в непривычное для нее положение ограничений, зависимости. Что тут возразишь: муж привез себе жену, и она стала еще одной статьей его расходов, причем непредвиденных. «Я тебе в шоферы не нанимался», – может, например, заявить муж, отказываясь свозить жену за покупками.
Это, конечно, не самое страшное. Но вот еще история: россиянка, ставшая женой многоженца, родившая ему детей и не имеющая легального статуса в Америке. Оказалось, у нее нет иммигрантской истории – муж нигде ее не оформил. Как такое случается? А так: брак с иностранцем можно зарегистрировать в России и уехать по линии воссоединения семьи. Можно отбыть по визе невесты и зарегистрировать брак в Америке. Можно уехать по гостевой визе и уже в Америке изменить намерение, заявив о желании выйти замуж. Американец говорил девушке, что она ему очень понравилась и он уверен, что они будут счастливы, но ему бы хотелось, чтобы свадьба состоялась в Америке в присутствии друзей и родственников. Она поверила и охотно согласилась. А ему важно было ее «посадить на прикол» – стать отцом ребенка. Женщина поселилась в его доме, забеременела, родила. Ее представляли женой, и у нее не было никаких сомнений в том, что она действительно законная супруга. В таком счастливом неведении она пребывала два или три года, пока не обнаружила, что она не единственная жена у своего избранника. Однажды, от нечего делать рывшись на чердаке, она наткнулась на кипу фотографий с брачных церемоний ее мужа с другими женщинами, снимков мужниных детей от других женщин. Когда супруг вернулся из очередной якобы командировки, она спросила у него о своих находках. Он ничего не отрицал и предложил продолжать жить как ни в чем не бывало. И что же? Наша героиня вместо того, чтобы забить тревогу, обратиться в правозащитные женские организации, легализоваться, отделиться от своего «благодетеля» и, взяв с него солидную сумму денег, отправиться в самостоятельное плавание (как поступила бы любая американка), решила нарожать ему кучу детей, чтобы он позабыл про всех остальных жен. Итог: трое детей и никакого статуса. Об этом она, наконец, решилась рассказать на своем сайте и спросить совета, что ей теперь делать. Я на этот сайт отправила много информации о возможных действиях в подобных ситуациях, о том, куда следует обращаться. И вызвала невероятный гнев хозяйки сайта. От меня как от женщины, а тем более как от психолога требовалось сочувствие. Я должна была выступить в роли подружки – ее пожалеть, мужика обругать. Многие заводят свои странички в Интернете, ища таких электронных подружек-советчиц. Что и говорить, вещь удобная и безопасная: ты – аноним, в твою личную жизнь никто вторгнуться не сможет, зато пожалеет.
О случаях убийств я знаю только понаслышке. Самой же мне довелось принимать участие в судебном процессе вот по какому поводу (он еще не завершен, ничего не доказано, и ситуация не вполне ясна). Женщину обвиняют в том, что она лесбиянка и поэтому не спит с мужем. Находятся свидетели того, что она целовалась со своей мамой. С точки зрения американцев, у русских слишком короткая эмоциональная дистанция между людьми, мы привыкли проводить много времени с мамами, подругами. А она утверждает, что не спит с ней муж, что именно он состоит с приятелем в гомосексуальных отношениях, а их интимные отношения закончились, когда она забеременела. Иск возбудила какая-то общественная организация, которой наша героиня поведала свою историю. Цель истицы – получить развод. Муж, по ее словам, к ней плохо относился, ограничивал в расходах, грубо обращался, упрекал в том, что она плохо следит за ребенком. Я говорила с ней по телефону, и она произвела на меня впечатление человека собранного, адекватно воспринимающего происходящее с ней. Не исключаю, что выдвигаемые этой женщиной обвинения и претензии – не более чем плод ее фантазии, средство достижения обеспеченной независимой жизни. Однако подобные приемы крайне опасны. Вероятно, инициируя развод, она не понимала, что вступает в схватку, что это игра «на деньги» не в меньшей степени, чем игра по законам логики. Она решила, что критическое время миновало и ее как мать из страны не вышлют. Однако бракоразводный процесс непредсказуем и в настоящий момент вступил в довольно тяжелую стадию: выдвигаются не реальные, а отчасти вымышленные мотивы, которые суд обязан рассматривать. Скажем, супруг утверждает, что его жена психически больна, суд назначает психиатрическую экспертизу. Я не знаю, что в этой семье происходит на самом деле, и в суде могу лишь выдвигать контраргументы. Моя задача – показать, что заключение медиков грешит неточностями. В ответ на мой шаг – либо новая экспертиза, либо снятие этого обвинения с рассмотрения. И так далее. Сила, безусловно, на стороне мужа. Он может нанять сыщиков, наблюдателей, свидетелей. При этом он пригрозил: если этим судебным процессом его бизнесу будет нанесен ущерб, он затеет другую (более сложную для жены) тяжбу. Тем временем она сидит без работы на съемной квартире и живет на его деньги. Ей этого хватает, по ее утверждению.
Что ж, могло быть и хуже. Ведь наши девицы в силу неопытности и чрезмерных амбиций иногда не знают, когда пора остановиться. В судах они ведут себя как дикарки: я родила, я мать, ты обязан… Далее – куда фантазия заведет. В Америке принципиально другой подход: ты мать, значит, ответственна. Ровно настолько, насколько и отец. Он обеспечивает средства на жизнь – твою и ребенка. А чем ты подтвердишь, что ты хорошая мать? В ответ: я ребенка родила и молоком выкормила. Такой аргумент в расчет не берется. Может, ты родила без всякого желания и только затем, чтобы за Америку зацепиться?
Несколько способов избежать неприятностей. Брак с иностранцем, независимо от побочных эффектов, – это путь в эмиграцию. Пусть тернистый, трудный, но по нему идут и будут идти. Как же избежать возможных неприятностей? Придя в брачное агентство, внимательно прочитайте контракт, никогда не подписывайте его с ходу. Я видела эти контракты и ответственно утверждаю: чаще всего брачное агентство не берет на себя никакой ответственности. Такой пункт должен быть внесен – на худой конец хотя бы компенсацию получите. Ни на минуту не забывайте, что вы для брачного агента – объект бизнеса. Вы должны понимать, что вас продают за цену от полутора до десяти тысяч долларов. Все зависит от пожеланий клиента – одному достаточно провести с девушкой сутки, другой хочет отправиться с ней в путешествие на два месяца, а потом, нагулявшись, уехать. Такое удовольствие стоит, конечно, дороже. Вам предлагается очень бедный выбор. Могут помахать перед носом фоткой Джона из Оклахомы. И пока вы выясняете, где этот штат находится, и готовитесь к встрече, вам звонят: Джон задерживается, но завтра мы вам покажем живого Билла. Лучше синица в руках. Вы прихорашиваетесь, наводите марафет и идете на смотрины. Но имейте в виду: брачные агенты воспользуются вашей непритязательностью и тем, что вы пренебрегли текстом контракта. Русские девушки, долго не раздумывая, подписывают контракты даже на арабском языке. Помните: девушка имеет право потребовать контракт на родном языке, время на его изучение и только после этого может подписать документ.
Брачный агент – тот же сутенер, с той лишь разницей, что пристраивает девушек не в проститутки, а в содержанки. Так что полагаться на агента нельзя. Надо самой сформулировать свои требования. Скажем, не старше сорока лет, рост от 180 сантиметров, доход свыше сорока пяти тысяч долларов, любой штат, кроме Аляски. Но, как правило, девушки согласны на все, понимая, что они не топ-модели, что таких, как они, навалом, поэтому особо капризничать не стоит. И преклонный возраст жениха не отпугивает, наоборот, считается, что пожилой человек оценит молодость невесты, будет ее баловать и не бросит. У наших женщин силен комплекс зависимости, поэтому они не продают себя по достойной цене. Даже та, что настроена решительно, оказавшись в дружном коллективе легкодоступных барышень, готовых на все, тушуется, подчиняется массе и снижает планку.
Говоря о контрактах, я имею в виду не только брачные агентства, но и трудовые договоры. Многие женщины «за сорок» едут за границу работать нянями, лелея надежду выйти там замуж. Повторюсь, контракт надо читать. И надо смотреть в глаза женихам и не бояться их отвергнуть.
Очень важно, приехав за границу, отслеживать свою иммигрантскую историю: узнать, где находятся органы иммиграции и натурализации, выяснить, как происходит процедура легализации, кто за это отвечает. Такое поведение нормально для человека с правовым сознанием. При этом надо понимать, что ты приезжаешь в страну, где общество не приемлет насилия в отношении женщины, и там, куда забросит тебя судьба, непременно найдется женская организация, готовая встать на твою защиту. По любому справочнику, которые в Америке лежат во всех телефонных будках, вы найдете координаты женских организаций. Причем достаточно сказать оператору, что вы говорите по-русски, и она соединит вас с русскоговорящим чиновником. На худой конец можно обратиться в консульский отдел российского посольства, который обязан помогать россиянам. Но лучше всего с первых минут дать понять мужу, что вас интересует легальность вашего положения и вы намерены за этим следить. Муж может насторожиться. Но он быстро отойдет, если вы в мягком, дружелюбном тоне объясните ему: дорогой, я сплю и вижу тебя своим супругом, но всяких злоупотреблений так много, что я боюсь попасть в какую-нибудь неприятность; я уверена, что у нас с тобой все получится, но должна быть уверена и в том, что не попаду в ловушку. Время от времени к этому вопросу следует возвращаться, обращая внимание на то, как муж реагирует. И не надо безоглядно радоваться его предложению сразу родить ребенка. Надо помнить, что если супружеская жизнь не заладится и вам наскучат заморские дали, без согласия супруга, хоть и бывшего, вам вряд ли удастся вернуться домой с ребенком. Анализ показывает, что главные проблемы возникают при ограничении контактов, а не расходов новоиспеченных американских жен. Экономность, даже некоторая прижимистость – не такой уж страшный порок. А вот ограничение контактов – тревожный знак психологического насилия.
Идеальная русская женщина
О своеобразном пути современной россиянки мне удалось поговорить с известным американским исследователем, профессором Калифорнийского университета, психоаналитиком, автором переведенной на русский язык и наделавшей много шума книги «Рабская душа России» Даниэлем Ранкуром-Лаферьером.
Красота – это форма зависимости
О. М.: В России бытует устойчивое мнение, что идеальная женщина должна быть предметом обожания, восхищения, почти поклонения. Ее нужно баловать, ей нужно дарить подарки, беспокоиться о ней и помогать каждую минуту. Идеал заимствован из дворянской культуры. Образ богемной кокотки – предмет мещанской зависти и подражания. В гипертрофированном виде это Эллочка-людоедка. Внешние признаки – разодета в пух и прах, манерна, игрива, недоступна, непоследовательна, взбалмошна, готова к тому, чтобы бежать с возлюбленным на край света вопреки родительскому благословению. С начала XX века курит, носит укороченные юбки, стрижется, потом делает перманент и снова стрижется. Обожает дорогие украшения, интуитивно тянется ко всему дорогому и блестящему. По мнению известного историка моды, моего друга Саши Васильева, у русских дворянок до революции были особая порода (белая кость – голубая кровь), непревзойденные манеры, прекрасное знание иностранных языков, что способствовало их успеху на международных подиумах. Он считает, что теперь от этого не осталось и следа. Но русские женщины по-прежнему ценятся в модельном бизнесе и на международном брачном рынке. Требование красоты, внешнего лоска остается актуальным для России. Татьяна Доронина и Рената Литвинова – красивые и сумасшедшие – олицетворение русской женственности.
Д. Р.-Л.: Русские женщины для меня – это женщины, которые посвящают себя целиком своим мужчинам – отцам, сыновьям, а больше всего – мужьям и любовникам. В этом смысле им нет равных. Иногда я даже завидую русским мужчинам. Но если серьезно, я бы не хотел жениться на русской. Эта жертвенность отдает мазохизмом. Мне все-таки нужна ровня, по меньшей мере равноправный интеллектуальный партнер. Я был потрясен, когда во время своего первого визита в Ленинград в семидесятых стал свидетелем того, как молодой мужчина заехал кулаком в лицо своей подруге – и никто не пикнул, да и у нее это не вызвало возмущения.
Я сразу должен предупредить, что все мои многочисленные публикации, в которых так или иначе освещаются разные стороны ментальности русских женщин, точнее, славянок, – это только обобщения того фактического материала, который был у меня на руках. Многие, я бы даже сказал – подавляющее большинство женщин из России, с которыми я профессионально сотрудничаю, вовсе не страдают мазохизмом и не испытывают радости от унижения, не считают насилие нормой. Но вся русская классическая литература, русский фольклор, а также социологические исследования указывают на печальную зависимость русской женщины, ее подчиненное, униженное, попранное положение. Как писала социолог Лариса Кузнецова о русских женщинах в восьмидесятых, «привычка гнуть спину обросла в веках своей психологией».
О. М. Вы говорите о старой традиции, которая не могла не поменяться. Например, американский социолог Ада Баскина считает, что эмансипированности советских женщин могли бы позавидовать американки. Но тяжесть, которая выпала на долю наших женщин в постперестроечное время, вместе с открытием границ и многочисленными международными конкурсами красоты сыграли с россиянкой злую шутку. Видя, какую тяжелую жизнь прожили их матери, наши девочки (часть из них) стали искать счастья в замужестве, идеальными мужчинами им казались богатые русские (русский мужчина прежде отличался своей непритязательностью) и практически любые иностранцы. Выбор строится от противного: «Хуже не будет». Красота может обернуться большим несчастьем: она окружена мужскими притязаниями и женским презрением и завистью. В советские времена сложилась ситуация относительной авторитетности женщины, хотя цена этой внешней паритетности с мужчинами – колоссальные перегрузки, когда нужно было поспевать и дома, и на работе. Скрытая конкуренция между женщиной и мужчиной в результате приватизации разрешилась в пользу мужчин. Это одно из социальных последствий экономических реформ. Мужчины получили дополнительный аргумент в виде большого количества денег. Как известно, женщины были практически отстранены от собственности. Они стали брать всем остальным, тем, что оказалось востребованным на рынке.
Американки не выдержали бы
Д. Р.-Л. После борьбы нескольких поколений за равенство современная американка строит взаимоотношения с мужчинами с учетом своих прав, доступа к экономическим ресурсам и не боится предъявлять требования мужчине. Она была бы оскорблена откровенно сексистской поговоркой «Курица – не птица, баба – не человек» или «Волос долог – ум короток». Говоря языком психоаналитика, такие поговорки не только указывают на пренебрежение к взрослой женщине, но и знаменуют собой фазу так называемого пре-Эдипова комплекса, когда отношения ребенка с миром строятся исключительно в ключе «мать – ребенок». Если на этой стадии развития у матери нет мужа, он в отъезде или просто равнодушен либо жесток по отношению к своей жене, отношения с матерью становятся губительными для ребенка. Все женские эмоции и чувства канализируются через отношение с ребенком и приводят к парадоксальному результату. Мальчик в дальнейшем может отвернуться от матери, оскорблять ее, ругаться матом, пить по-черному, бить свою жену или подругу. Словом, если отец психологически или физически отсутствует, результатом чрезмерной любви матери может стать сын-женоненавистник. Антропологи называют такую семью матриархатом. Мы следим за таким же феноменом в черных гетто. Традиционную Россию описывают как патриархат, но это только половина правды. Обратная его сторона – русский матриархат. Патриархат, доминирование мужчин в России, подстрекается матриархатом и влиянием женщин в личной жизни.
О. М. Вы верно говорите о сопоставимости мужского и женского авторитета в России, но насчет черных гетто – это слишком. В негритянских общинах мужчины ценились только как физическая сила, рабы на плантациях, носители породы. В этом смысле они «отсутствовали» в семье. Несмотря на то что статистика показывает, что наши мужчины после развода почти никогда (90–96 %) не участвуют в воспитании детей, как и афроамериканцы, драматургия отношений мужчин и женщин в России исторически другая. В результате систематических войн мы постоянно теряем мужчин. Самой чудовищной в этом смысле была Великая Отечественная война. Полагаться на мужчин не приходится, нужно растить детей. Мальчики и более желанны, и более опекаемы. О трагедии советских женщин, которые выстояли войну, но вырастили на свою голову деспотов и тунеядцев, писала Ирина Грекова в хорошо известной и у нас, и на Западе повести «Корабль вдов». Но настоящее эхо войны пришло через поколение, когда жить стали легче и уже усилия и матерей, и школ, и пионерских лагерей были направлены на поддержку мальчиков. Инфантильные мужчины, мужья-подкаблучники появились рядом с традиционными мужчинами-деспотами. Нормальные в социальном и психологическом смысле слова мужчины пока не составляют большинства в России. Выбор у быстро развивающейся и успешной россиянки невелик и, я бы сказала, сегодня трагический. Нужно или откатывать назад, в идеалы женской покорности, или воспитывать мужчин, предъявлять свои требования и таким образом пугать изрядную часть мужчин, с детства настроенных на поклонение и поддержку.
Три ипостаси русской женщины
Д. Р.-Л. Причины несчастья русской женщины гораздо глубже. И православие, и русская классическая литература, и постоянная бедность способствовали формированию морального мазохизма русской женщины. Русская православная церковь – это патриархальный институт, который поддерживает мазохистскую покорность русской женщины. Но опять-таки, это только половина правды. На протяжении всей истории Русской православной церкви процветает культ Богоматери. Иконы Богоматери с ребенком почитаются в России больше, чем иконы взрослого Христа. Они как раз и соответствуют пре-Эдипову комплексу. Я провел много времени в русских церквях и видел, как почитаются иконы Богоматери. Мало кто помнит, почему на российском государственном гербе святой Георгий, но все знают Владимирскую Божью Матерь, Казанскую Божью Матерь. Святой Георгий не защищает русских, а Богоматерь хранит. Владимирская Богоматерь – покровительница России. Точно так двухлетние дети воспринимают свою мать – как единственную защитницу.
О. М. Известный в мире культуролог Юрий Лотман выделял три типа традиционного поведения русских женщин. Первый тип – женщина-героиня, защитница, покровительница, именно та, которая «в горящую избу войдет». Культ Богородицы, который занимает непропорционально значимое место в православии, призывает женщину-мать к жертвенности и мобилизации ради более слабых детей своих. Такие женщины были среди наших бабушек и мам, но их мало среди молодежи.
Второй тип, по Лотману, – женщина-стерва, демоническая женщина, та, которая разрушает общепринятые нормы и сценарии поведения, плюет на все ожидания мужчин и мало заботится о детях. Наша богема и псевдобогема вполне соответствует такому типу. Девочки, воспитанные на гламурных журналах, стремятся манипулировать окружением в свою пользу.
Третий тип – это несчастная женщина. Ее участь – терпеть и покоряться. Что бы ни происходило в жизни такой женщины, она всегда жалуется, не ждет от жизни ничего хорошего, хотя и считает, что достойна награды за свое терпение. Эти женщины не борются ни за себя, ни за своих детей и готовы признать, что им не повезло в жизни.
Женщина-героиня и несчастная женщина – это производные православия, крестьянской патриархальной культуры. Эти типы женщин отличаются друг от друга только по силе психологической конституции, но по сути они – женщины-жертвы. В отличие от женщины-стервы, они ориентированы на семью, на воспитание детей. Традиционная мораль ни в России, ни на Западе не дает ответов на вопрос, как нужно жить современной женщине.
Вы критикуете и оцениваете женские православные идеалы с точки зрения протестантской этики, сложившегося представления о равенстве полов, а также феминистских подходов. Православная семья, как показал отечественный психолог Владимир Дружинин, представляет собой гремучую смесь языческих и православных установок и напоминает психологическую или физическую схватку мужчины и женщины. Мужу, отцу принадлежат власть, формальный авторитет. Жене, матери делегируется ответственность. Женщины обладают колоссальным неформальным авторитетом не только в семье, но и в коллективах, являясь серыми кардиналами, профсоюзными деятелями, незаменимыми специалистами. Как бы я ни относилась к отечественной модели семьи, я никак не могу принять в качестве идеальной протестантскую модель. Семья, построенная на принципах паритетности, очень неустойчива: в ней все подвергается обсуждению, партнеры пытаются вести себя симметричным образом, заменять друг друга и в результате не очень друг в друге нуждаются. Не будете же вы отрицать, что уровень разводов в Америке очень высок, а сам развод не рассматривается как трагедия?
Есть известная правда в тайном желании россиянки «спрятаться за крепкой спиной». В этом нет никакого мазохизма. В нормальной семье, как напомнила нам гениальный этнограф Маргарет Мид, власть и ответственность распределены пропорционально физической силе и социальному признанию супругов. То есть основную ответственность за семью должен нести отец, мужчина. Женщина и мужчина объединены в усилиях по воспитанию детей, в этом смысл семейных союзов, но его успех и неудачи приписываются мужчине, а не женщине, как это принято в православной традиции, и не всем поровну, то есть не пойми кому, как предлагает протестантская традиция. Россиянка никогда не знала нормы, она пытается жить сегодня в условиях воображаемой нормы, примеряя то образ богемной красавицы, то традиционной женщины-матери, то внимательно вчитываясь в феминистские лозунги.
Судьба феминизма
Д. Р. Л. Я не думаю, что феминизм в России – это только способ психологической защиты или социальная мода. Это реальная и чуткая реакция умных женщин на подавляющих их мужчин. Александра Коллонтай не была «подстилкой», как некоторые сексистски настроенные русские мужчины называли ее. Она боролась за права женщин в стране, известной женским бесправием. К сожалению, она потерпела неудачу, Сталин выслал ее в Стокгольм. И сегодня в России очень мало женщин во власти, мало шелтеров (укрытий) для женщин– жертв насилия, а русские мужчины ругаются матом. Я уверен, что русские женщины стремятся к равноправию, и в этом я их поддерживаю. В этом смысле я феминист. Но им очень легко скатиться в старые привычки и снова считать, что раз бьет, значит, любит. Настоящий феминизм – это антимазохизм. И Александра Коллонтай, и Ирина Хакамада – антимазохистки.
Я был в России совсем недавно. Каждый год я провожу у вас по нескольку недель. На этот раз я был в Санкт-Петербурге, Москве, Туле и моей любимой Ясной Поляне, где жил и писал известный женоненавистник Лев Толстой. Честно говоря, я заметил мало изменений в поведении русских женщин. Конечно, женщины на улицах сегодня выглядят гораздо привлекательнее тех, которых можно было встретить в 70–80-х годах. Но нарочитое подчеркивание в одежде своей сексуальной привлекательности как раз и свидетельствует об их зависимости от внешних (мужских) оценок своих достоинств. Это нормально для девочек-подростков во всем мире, когда они обнаруживают, что их тело привлекает мальчишек, и часто путают мужской сексуальный интерес с любовью. Женщина, чья самооценка зависит от ее способности вызывать сексуальный интерес у мужчин, – инфантильная, психологически незрелая. Иногда мне кажется, что Россия заселена подростками среднего возраста.
О. М. Мы ищем. Мы хотим быть счастливыми и чувствовать себя полноценными и востребованными. Это требование быть внешне привлекательной является старой нормой и зафиксировано если не в генах, то в социальной перцепции. Глаз человека из России болезненно реагирует на внешний вид женщин из Англии или Америки. Эти женщины кажутся русским мужчинам некрасивыми, сухими, слишком строгими и напористыми. Привлекательность не осчастливила россиянку, а сделала ее своей заложницей.
В советские времена наряду с женщинами-героинями, передовиками, труженицами началась романтизация образа женщины-ученого, но по сценарию она была беззаветно предана науке и не имела детей. Женщин-ученых, впрочем, играли самые сексапильные советские актрисы – Любовь Орлова, Татьяна Доронина, Татьяна Лаврова.
Д. Р.-Л. Образование поддерживает высокую самооценку, которая может не соответствовать ожиданиям окружения. Не родись красивой, а родись счастливой. Критерием женского успеха в России до сих пор служит факт замужества. Быть одинокой до сих пор стыдно и, я бы сказал, гораздо хуже, чем быть малограмотной. Отсутствие мозгов великодушно прощается женщине.
О. М. Но образование не заменяет личностное развитие. Оно ему только не противоречит, но не гарантирует. У американцев есть поговорка «Самый лучший “Педигри” не улучшит породу собаки».
Д. Р.-Л. У русской женщины есть много путей к счастью. Она его достойна. В некоторых случаях помог бы и психоанализ. Но девушка, которую любят такой, какая она есть, которую не обижают, а берегут, была бы счастливее со своим возлюбленным, если бы у них было отдельное жилье. Нет никакой своей территории. Молодые вынуждены жить в так называемой расширенной семье – вместе с родителями, свояками, братьями и сестрами. Нет возможности побыть вместе с мужем. Ничего не остается, как посвятить себя ребенку, да еще под пристальным взглядом родни. Вы будете удивлены, но перспектива счастья россиянок зависит в большей мере от решения жилищного вопроса, а не от количества психоаналитических служб.
О. М. Психоанализ не работает в сообществах с традиционным укладом, члены которых ориентируются на некоторые групповые ценности. Не удастся помочь женщине, которая после сеанса психоаналитика бежит на посиделки к подруге и не хочет решать свои проблемы самостоятельно, без постороннего участия.
Д. Р.-Л. Ко мне никто и не обращается за помощью, да и сам я не стремлюсь обсуждать дела знакомых мне женщин из России. Однажды психолог из Санкт-Петербурга сказала мне, что американские феминистки и феминисты, подобные мне, отказывают русским женщинам в их сексуальной привлекательности, стремятся выхолостить их эмоциональность. Но сексуальность не является единственным основанием для поддержания чувства собственного достоинства женщины.
О. М. Но и американский вариант взаимоотношений мужчины и женщины тоже не единственный. Эмоциональная близость и привязанность не всегда носят негативный характер тяжелой зависимости. Отношение мужчины к женщине тоже может быть теплым, эмоционально насыщенным и вместе с тем преисполненным чувства достоинства, которое вытекает не из внешней грубой маскулинности, а из способности мужчины реально поддержать женщину в ее стремлении быть и отличным профессионалом, и заботливой матерью, и женой. Идеальная россиянка пристально и критически ознакомится с нашими рассуждениями. Самостоятельные, независимые люди не склонны абсолютно полагаться на мнения других, даже если они психологи. Жизнь эмансипированной женщины – не мармелад, она куда более напряженная, чем обещают ей гламурные журналы. Но ясно одно – русская женщина обладает уникальным, богатейшим опытом самостояния и развития. Она чрезвычайно инициативна и изобретательна. Исторически могущественна и генетически красива. Идеальная женщина, как считает подавляющее большинство российских мужчин.
Критика феминизма с точки зрения психологии
Русская феминистка – такой же нонсенс, как американская красавица.
При чем здесь я? Мне не нравится, когда меня называют феминисткой. Я писала о современной женской эмиграции. Это так. Но промоутеров женских прокладок в большей мере можно отнести к гигиенической фракции феминисток, чем психолога-исследователя, для которого различие полов – не самое большое откровение.
Система ценностей бессребреников, востребованная в тяжелые послевоенные годы и пережившая свой небывалый расцвет в 60-е, стала отдавать декадансом в 70-е – начале 80-х.
Выросшие в благополучии пионерских лагерей, мы ничего не боялись, потому что ничего еще не потеряли. Сентенция типа «жизнь так сложна» из уст взрослых вызывала протестный вопрос: в чем конкретно ее сложность? Став психологом, потратив годы на профессиональные наблюдения и головоломки, я знаю теперь точно, что взрослые, энтузиасты 60-х, просто понятия не имели, по каким законам эта жизнь вибрирует. Лозунговое сознание упрямо подсказывало им всякие «долой», «против» и «полный вперед», из которых личного счастья не выкроишь. Психологические заморочки казались им избыточными. Родители отговаривали меня от поступления на психфак, потому что считали эту профессию неперспективной и вульгарной – сродни актерской. Говорить про отношения считалось неудобным.
Психология стала одной из самых востребованных специальностей в эпоху перестроечных стрессов и травм. В последние годы она стала самой популярной женской профессией, выдавая психологическую неудовлетворенность и социальную незащищенность женщин. К вопросу о феминизме это имеет прямое отношение. Феминизм с его акцентом на женском бесправии и дискриминации задевал за живое и множился мелодраматическим звоном в душах миллионов россиянок. Вопрос, насколько он им помог…
Чем отличается психология от феминизма? Феминизм – это идеология. Феминизм направлен на выравнивание отношений между полами в правовом поле. И по моральным соображениям позиция «при всех прочих условиях нужно защищать женщин» мне не кажется удачной. Защищать нужно слабого, более уязвимого в данной конкретной ситуации. Прежде всего стариков и детей. Какие тут откровения?
Психология как наука построена на поиске и учете различий – культурных, групповых, индивидуальных. Дело не в различии наборов хромосом и строении гениталий у мужчин и женщин – дело в том, что вся система воспитания в нашей культуре направлена на постоянное воспроизведение схем и сценариев, в которых зафиксирована слабая женская позиция. Происходит это не всегда очевидно, но систематически. Вы не найдете особых прямых указаний на репрессивные родительские воздействия в отношении девочек. Но к началу самостоятельной жизни подростков им уже поздно сообщать правовые нормы, которые никак не описывают их спонтанную частную жизнь.
Неравенство прежде всего заложено в культурных средствах и воспроизводится через систему воспитания. На одной из женских программ, куда меня пригласили в качестве эксперта, аудитория активно уговаривала 25-летнюю девушку бросить своего гражданского мужа, который, будучи вечным студентом и нахлебником, еще и бил ее смертным боем. А она говорила, давясь слезами, что любит его и никогда не бросит. Знаете, волосы вставали дыбом уже не от того, что молодая женщина находилась в тяжелой зависимости от психопата, а от того, что выросла новая генерация девочек, матери которых, кажется, разобрались в себе, развелись с придурками, вступили в женские организации и параллельно вырастили девочек с психологией жертв.
Если феминизм призывает к правовому равенству для обоих полов, то психология все-таки требовала бы учета различий, которые еще долго будут воспроизводиться каждой новой генерацией, несмотря на политическую, идеологическую и интеллектуальную моду в стране.
Светило французской социологии Пьер Бурдье назвал неартикулированные культурные сценарии, которые влияют на судьбу отдельного человека и которые он самостоятельно не в состоянии ни осознать, ни изменить, габитусом. Фундаментальной и неосознанной привычкой социума.
Феминизм как дурная интеллектуальная мода. Напомню, что Америка всегда импортировала идеи, теории и специалистов. Если мы заимствуем интеллектуальную моду, то нужно признать за собой статус интеллектуальной помойки, страны третичного интеллектуального производства.
В Россию поступил секондхендовский феминизм – то, что в Америке уже давно заносили до дыр. А поскольку отечественное интеллектуальное производство не смогло предложить ничего внятного по поводу событий на улице, то нам сошло и это.
После радикального феминизма 60-х годов, объявившего непримиримую войну полов, вторая волна феминизма в Америке была либеральной и настаивала на том, что женщины – такие же люди, как и мужчины. Это означало, что во все социальные отношения должны быть введены и чисто женские измерения как равноправные. Это привело и к новым стандартам; например, в профессиональной психологической литературе на английском языке нельзя об абстрактном субъекте говорить «он», а только «он/она» или даже «она/он».
Возникло целое направление исследований, в которых биологическое по сути понятие «пол» заменялось таким социальным конструктом, как «гендер», и указывалось на их относительную независимость. Для тех, кто не забыл или успел узнать, что он живет в стране, в которой сформировалась мощнейшая, признанная в мире традиция культурологического анализа, в интеллектуальном плане это не добавляло ничего нового.
Феминизм как интеллектуальное течение был слишком вульгарен и прост, как «дважды два четыре» и «солнце встает на востоке», чтобы заинтриговать образованные слои, и слишком агрессивен и амбициозен, чтобы не раздражать широкие слои населения своим «здрасьте!».
Феминизм как опасная провокация. В эпоху социальных революций перестают действовать социальные законы и нормы. В устойчивые периоды образование и происхождение в значительной мере определяют социальный статус с набором привилегий и защитных механизмов. В условиях социальных катаклизмов броуновское движение людских судеб описывается в большей мере биологическими метафорами, а самым ценным становится инстинкт выживания.
Провокация отечественного феминизма состояла в том, что он стал призывать к женской эмансипации при отсутствии социальных гарантий и свобод, совершенно невозможных в эпоху революций. Таким образом, женщины оказались еще в более уязвимом положении.
Эмансипация приняла форму гиперэмансипации. В коллективистской стране феминизм очень быстро стал одной из эпидемий, когда люди не знают «почему», но знают «как». Бросали мужей, потом – начальников. Потом бросали и новых мужей, и новых начальников. Началась волна женской эмиграции. Кто-то уезжал по рабочим контрактам, но в основном выбрасывались как рыбы на берег. Потом пытались менять страны проживания. Пытались вернуться домой с детьми от международных браков. Протест и разрушение не как этап в жизни, а уже как стиль жизни. Загнанные лошади, стремящиеся выйти за пределы собственной ментальности.
Честно говоря, до начала эры российского феминизма позиция женщины была более обозначена и защищена социально. Разумная семейная политика приносила больше пользы, чем феминистская идеология. Я уже не говорю о том, что разрушена система внешкольных учреждений, которым женщины могли делегировать часть ответственности за детей. Дамы и господа, последние десятилетия мы живем без семейной политики. Как дикари с кольцом феминизма в носу.
Отличие феминисток от феминисток. Отличие эмансипации советской от эмансипации феминистской состояло в том, что первая предполагала высокий общественный вклад и строгую семейную ориентацию женщин, признание роли матери и труженицы, но абсолютно исключала расцвет в личной жизни. Феминизм постперестроечный призвал женщину обратить внимание на саму себя и поставить все свои проявления во главу угла. Эмансипация «для других» сменилась эмансипацией «для себя». Апогеем этой эмансипации стал отказ от своих детей. Ранее ненужные отцам, они стали ненужными и своим матерям. 25 % детей в Москве воспитываются бабушками. Оправдательная легенда этих матерей: «Я хочу пожить, пока молода» или «Вот встану на ноги, устрою личную жизнь, потом заберу ребенка к себе».
Но даже после войны наши бабушки поднимали детей в одиночку и не готовы были к такой плате за свое благополучие.
Результат: сломанные судьбы полумиллиона женщин и девочек, ставших жертвами торговли живым товаром, скрытая индустрия которого работает через брачные, туристические агентства, агентства по найму на работу за рубеж. Проституция и инфантильный (богемного круга) феминизм как две радикальные, хотя и противоположные моды смыкаются в своих призывах к эгоистической эмансипации: «Что хочу, то и ворочу!»
За перестроечный период произошла поляризация в рядах женщин, что отразилось и на рядах феминисток. Для одних феминизм стал способом публичного кокетства. Для зрелых женщин-общественниц феминизм стал знаменем, с которым они пошли в бизнес, политику, правозащитное движение.
С точки зрения культурологического анализа феминизм скорее проявил знакомые женские типажи, а не вывел новые. На одном полюсе – инфантильные девицы и дамы из богемных и околобогемных кругов. А на другом – женщины-общественницы, смекалистые, деловые, предприимчивые.
По статистике, членами женских организаций являются дамы в возрасте за сорок. Там они находят признание, поддержку и понимание. Мощные натуры, живые характеры.
Обе генерации отрабатывают определенную социальную конъюнктуру.
К слову сказать, я так и не встретила ни одной остервеневшей феминистки с подчеркнуто асексуальной внешностью. Напротив – щедрые тела, низкие голоса, пышные бюсты и глубокие взгляды. Ого! Насколько я знаю, наши мужчины, в отличие от западных, опасаются не женских отказов, а притязаний.
Кажется, феминизм как совокупность нечетких представлений о судьбах женщин и методах их защиты в России есть, а феминисток – поди поищи.
Но за этими, на мой взгляд, социально благополучными группами феминисток скрываются две генерации женщин: инфантильная, иждивенчески настроенная молодежь и зрелые женщины, которые тянули и будут тянуть лямку из последних сил, на ком, собственно, в стране все и держится, будь это война или перестройка.
Заслуга феминизма в России состоит в том, что после ханжеского замалчивания проблем частной жизни и ложных утверждений, что «у нас все хорошо», он спровоцировал открытый разговор «про это», сделав для либерализации жизни в России больше, чем все партии либерального толка, вместе взятые, занятые борьбой за место доминирующей идеологии. Феминизм втащил в публичное пространство ситуации из современной жизни, с улицы. Но настаивал на радикальных методах их решения с полным наплевательством на культурные и индивидуальные особенности участников событий. Феминизм в России не был неизбежностью.
Помог ли феминизм в осознании мужчинами женских проблем? Особенность отечественного феминизма и его восприятия объясняется и тем, что он распространялся одновременно с началом сексуального просвещения. То, что феминистки пытались публично разобраться со своими собственными проблемами, а также то, что некоторые из них выступают за легализацию проституции, сказалось на том, что их воспринимают как проституток. Женщин, с которыми можно общаться только на определенных условиях.
Развитие мужского сознания в вопросах пола проделало головокружительную траекторию от вопроса «Чем отличается б… от проститутки?» к вопросу «Чем отличается феминистка от проститутки?»
Поделиться книгой: