Жрец поневоле-1

Пару мучительно долгих секунд, противники стояли друг напротив друга, а затем одновременно рванули вперед, для наблюдателей превратившись в смазанные силуэты.

Хъюга успешно проскользнул под выставленной вперед левой рукой, и почувствовал как шевельнулись на голове волосы от ветра, окружившего пролетевший мимо кулак. Затем он ударил ногой в правое колено противника, но не получил никакого эффекта, и начал свою самую сильную атаку, «128 ударов небес», (количество касаний пальцами, точек на теле противника, за одну секунду, через которые из системы циркуляции, чакра выходит за пределы организма). Каждое касание сопровождалось выбросом чакры, блокирующим «тенкецу», (название точки, через которую выходит чакра).

Отпрыгнув после завершающего удара в солнечное сплетение, глава клана Хъюг, с удивлением понял, что его враг не собирается падать от боли, которая должна была парализовать мышцы, и заставить нервную систему «гореть» от боли.

— Кха… — Гигант сплюнул на землю немного крови, и вновь бросился в бой.

Несколько раз уклонившись, и еще пару раз отведя удары, (после чего на руках появились синяки), мужчина провел атаку, ранее считавшуюся невозможной, по причине того, что мышцы не выдерживали скорости движений. Атака называлась «256 ударов небес», и потребовала почти половину внутренней энергии. Последнее касание, по времени совпало со встречным ударом по ребрам, откинувшим владельца серебряных глаз, словно стенобитный таран.

На этот раз, гигант пошатнулся, и Хъюга уже почти поверил в победу, как во все стороны от противника ударил мощнейший поток ветра и огня, оставивший на земле круг выжженной травы.

— Это было очень даже неплохо. Но теперь моя очередь.

А дальше все смешалось как для наблюдателей, так и для участников. Бойцы пытались применять разные техники, (что пресекалось в зародыше), и в итоге им пришлось удовлетвориться обменом ударов, способных ломать камни. Не все успели отреагировать, когда все закончилось.

Глава клана серебрянноглазых, пропустил удар кулаком в живот, пальцами окутанными чакрой ветра по правому плечу, (от этого, рука обвисла плетью), а в довершение, широкая ладонь впечаталась в грудь, сбивая с ног и с ускорением опуская на землю. Ребра хрустнули, дышать стало тяжело, а перед глазами потемнело.

Но самый большой кошмар начался, когда победитель решил забрать свой трофей. Не церемонясь, он вырвал у поверженного противника правый глаз, и прежде чем уйти заявил:

— Если хочешь его вернуть, стань сильнее и найди меня…

…в тот раз, я едва не умер. Хъюга был хоть и невысок, (в сравнении со мной), но каждый его удар, заставлял кости трещать, и это при условии, что мой скелет гораздо прочнее чем у других людей. А чакросистему, вообще пришлось восстанавливать следующие два дня. Если бы другие обладатели серебряных глаз, решились нарушить приказ главы, то Бурану пришлось бы экстренно меня спасать, (а ведь мне казалось, что я хорошо подготовился к бою).

Но все же, трофей стоил затраченных усилий, и теперь при желании, я могу видеть на триста шестьдесят градусов, и сейчас тренируюсь с боевым стилем Хъюг, «подгоняя» его под себя.

С дня той битвы, я уважаю Хъюг, даже если другие бойцы клана, и в половину не такие сильные как их глава. Мужик не закричал даже тогда, когда ему вырывали глаз, а ведь он был в сознании и все чувствовал и понимал.

— Мы закончили. — Вырвал меня из воспоминаний голос одного из подчиненных.

— У нас гости. — Провозгласил кружащий над отрядом грифон.

— Прекрасно. — Одним движением закидываю меч на плечо. — Отправляйтесь домой.

— Но ведь их всего пятеро, мы легко справимся. — Попытался возразить еще один боец, присмотревшийся к стремительно приближающимся черным точкам.

— Вот именно, их всего пятеро. Мне и самому будет мало, так что ваша помощь не нужна. — Оскалившись в несколько безумной улыбке, активирую шаринган и бъякуган.

Левый глаз окрасился красным, и на радужке начали вращаться три запятых, правый же глаз вспыхнул серебром, словно маленькая звездочка.

— Во славу Ареса. — Хором произнесли мои подчиненные, и вскинув на спины мешки с добычей, исчезли в клубах белого дыма.

То, что задумывалось как способ отвлечь детей от переживаний, со временем превратилось в настоящую религию, определяющую образ мышления. Желание сражаться, становиться сильнее что бы побеждать все более сильных врагов, теперь в той или иной степени, присутствует в каждом Тенгу. Кроме того, грифоны, полностью поддерживают стремление своих союзников, (и кровных братьев), в их стремлении к битвам.

Рядом со мной приземлился Буран, занявший место Шторма в иерархии крылатых хищников.

— Думаешь что справишься в одиночку? — Грифон склонил голову к правому плечу, и испытующе посмотрел на меня.

— В крайнем случи, либо убегу, либо ты вмешаешься. — Говорю как можно более беззаботно.

Щелкнув клювом, Буран изобразил улыбку глазами, и оттолкнувшись от земли всеми четырьмя лапами, взмыл в небо, что бы не мешать мне развлекаться.

Противники приблизились уже достаточно близко, что бы их можно было рассмотреть. Черные костюмы, поверх которых были надеты легкие доспехи, использовались многими кланами, так же как и катаны. А вот символика, с изображением веера, а так же красные глаза с запятыми вращающимися вокруг зрачков, были характерны только для клана Учих.

— Давно мы с вами не виделись, пучеглазики. — В моем голосе прорезалось рычание, а лицо наверняка выражало лишь безумие и жажду битвы.

За те годы, что я являюсь главой Тенгу, между нами и Учихами установилась крепкая неприязнь. При каждом удобном случи, ни мы, ни они не упускаем возможность напасть друг на друга, и хоть до полноценной войны еще далеко, (сложно воевать с теми, кто живет в другом мире), но боевые действия временами вспыхивают, и оканчиваются обычно либо бегством, либо гибелью одного из отрядов.

Мне лично пришлось втолковывать в головы особо мстительных соклановцев, что нам нельзя терять бойцов в межклановой борьбе, хотя бы потому, что Тенгу, в пару десятков раз меньше чем Учих.

— Ррр! — Бросаюсь на встречу отряду врага, а в кровь уже поступают дополнительные гормоны, ускоряющие реакцию и восприятие мира.

Напитываю меч чакрой ветра, и когда между мной и врагами остается примерно двадцать метров, обрушиваю удар своего оружия на землю. Раздался взрыв, и в воздух поднялось облако дерна, камней и песка, а на месте удара осталась внушительная воронка. Сложив пальцами левой руки пару «фиг», выдыхаю мощный поток ветра, накрывший пространство передо мной.

Учихи догадались упасть на землю и закрыть головы руками, так что ускоренные камни и песок, не нанесли им вреда, а затем они совершили синхронный прыжок из положения «лежа», и оказавшись на ногах, хором проорали:

— Стихия огня: гигантский огненный шар!

«Идиоты, ну вот зачем предупреждать врага, какие прием-технику-заклинание ты собираешься использовать? Хотя действуют слажено, видимо давно работают вместе».

Всем телом выпускаю чакру ветра, и усилием воли заставляю ее закручиваться в сферу. И пусть энергии тратиться непозволительно много, да и подвижность резко уменьшается, зато какой психологический эффект был получен, когда вал огня спал, а я продолжал стоять целый и невредимый.

Отпускаю контроль над сферой, и во все стороны ударяет порыв ветра, прижимающий к земле траву, и заставивший Учих пригнуться, выставив перед лицами руки.

Левой рукой складываю еще три печати, и все мое тело покрывают всполохи молний, переходящие так же и на меч, просто искрящийся разрядами. Противники повыхватывали свои катаны, а парочка даже попыталась наложить на меня иллюзию, не взирая на то, что всем отчетливо видны мои разноцветные глаза.

Совершаю стремительный рывок к левому крайнему, (от меня), врагу, и наношу рубящий удар поперек его туловища. Благодаря чакре молнии, окутавшей тело, мои движения стали еще быстрее, но парень все же мог успеть увернуться, если бы не решил блокировать атаку своим клинком.

«Перехвалил я их».

Мысль промелькнула в голове, когда я развернувшись на одной ноге, стряхивал с лезвия чужую кровь. Тело Учихи разрубило, вместе с катаной, которой он пытался защититься. Его напарники, только сейчас сообразили рассредоточиться, и сейчас стремительно складывали длинные серии печатей.

Все той же левой рукой, показываю противникам пять «фиг», и поднеся ладонь ко рту, выдыхаю поток горячего пара, (результат смешения стихии воды и стихии огня). На особый эффект этой техники я не рассчитывал, ее главным предназначением было снижение видимости шаринганов.

— Стихия огня: огненный дракон!

— Стихия воздуха: великий порыв!

— Стихия огня: цветы феникса!

— Стихия молнии: цепная молния!

Название последней техники было выкрикнуто женским голосом, и именно эта атака оказалась самой опасной. Благодаря бъякугану, мне удалось уклониться от искрящейся полосы прочертившей пространство. Все остальные усилия моих противников, лишь разогнали образовавшийся туман.

«Поиграли и хватит… пора заканчивать».

— Стихия ветра: режущие лезвия! — Ору во всю глотку, что бы Учихи точно услышали.

Серия из трех печатей, и волна высотой в три метра, накрывает двух замешкавшихся обладателей красных глазок. Прыгаю вслед за своей атакой, и пока парни не оклемались, наношу два удара мечом, напитанным чакрой ветра.

Еще одна серия «фиг», и струя огня бьет в землю под ногами третьего парня, заставляя его высоко подпрыгнуть, а в верхней точке полета, ему в грудь врезается воздушное ядро.

Осталась одна девушка, растерянно оглядывающаяся по сторонам. Окутываю себя чакрой молнии, в два прыжка оказываюсь рядом с жертвой, и блокируя мечом отчаянный выпад катаной, опускаю кулак свободной руки прямо на макушку.

Слышу за спиной хлопки крыльев, это Буран решил вблизи осмотреть поле боя.

— Ну и зачем ты ее оглушил? — Насмешливо спросил грифон.

— Она еще почти ребенок, которому просто неповезло. — Отвечаю оперевшись на воткнутый в землю меч.

— К ее родичам ты отнесся не столь снисходительно… да и по меркам людей, она вполне взрослая.

— Трофей. — Пожимаю плечами.

— Так бы и сказал, что нашел себе новую самку. — Буран щелкнул клювом и повертел головой. — А другие трофеи?

— Сейчас заберу.

Выдернув меч из земли, и закинув его на плечо, направляюсь к ближайшему телу. Удача улыбалась мне, ни у одного мертвеца не пострадала голова, и в результате, четыре пары шаринганов, попали в распоряжение клана Тенгу. Наши медики хоть и не являются лучшими, но пересадить глаз вполне способны, (долго и упорно тренировались на пленниках, прежде чем хоть одного из них допустили к соклановцам). Неплохим источником знаний были захваченные девушки, некоторые из которых смирились со своей участью, и даже делились полезной информацией на добровольной основе.

Единственная Узумаки, присоединившаяся к клану без принуждений, пусть и не была мастером печатей, но основы знала, и взяла себе нескольких учеников. Так что, у нас есть свитки почти на все случи жизни, (от взрывных, и до хранителей пищи и органов).

Запечатав последнюю отрубленную голову, бережно скручиваю бумажку в трубочку, и убираю ее в футляр на поясе, к трем точно таким же. Вернувшись к оглушенной девушке, закидываю ее тело на плечо, и складываю левой рукой серию печатей.

В следующее мгновение раздались два хлопка, и человек с грифоном исчезли в облаках белого дыма.

* * *

Время текло словно бурная река, клан Тенгу постепенно разрастался, и его становилось все сложнее обеспечивать всем необходимым для жизни. Среди моих подчиненных образовались три ярко выраженные специальности: воины, (в той или иной степени, к ним относится каждый член клана), ученые, (те кто пытался создавать новые техники, и изучал печати и энергетические барьеры), и медики, (плотно сотрудничающие с учеными). А вот земледелием и скотоводством, не хотел заниматься никто, потому продукты приходилось закупать у крестьян, отбирать у разбойников, или же добывать охотясь на кентавров и нагов, (мясо тритонов оказалось неприятным на вкус, а ежи успешно прятались в лесах).

Бывали месяцы, когда я отправлялся на следующее задание, в тот же день когда возвращался с предыдущего, и хоть это требовалось для того, что бы укрепить репутацию клана в большом мире, с подачи Бурана стал ходить слух, будто глава боится возвращаться домой, в объятия верной и любящей жены.

Жена… если бы я только знал, насколько хитрая, расчетливая, умная и рассудительная девушка мне попалась, наверное попытался бы «случайно» убить вместе с остальными членами ее отряда. Эта молодая Учиха, только придя в себя, быстро оценила ситуацию в которой оказалась, и поняв что бежать некуда, развела бурную деятельность по обустройству своей личной жизни в новом доме.

Знания о медицине, печатях, стихийных техниках и иллюзиях… она с неугасающим энтузиазмом делилась информацией, и с радостью принималась за любую предложенную работу. Вскоре с ее помощью, на основе знаний Узумаки и Учиха, был создан первый учебник нового поколения.

Книга из сорока листов, на каждом из которых был изображен всего один рисунок, случайный взгляд на который заставлял мозги закручиваться спиралью. Стоило только внимательно уставиться на изображение из этого учебника, и направить в него чакру, как сознание затягивало в строго определенную иллюзию, в которой «читатель», раз за разом может складывать ручные печати, пробуждать стихию, рисовать печать на бумаге, или отрабатывать приемы рукопашного боя, при этом его тело продолжает спокойно сидеть на месте, пустым взглядом пялясь на страницу. Главная опасность этого изобретения в том, что обучающийся верит в то, что на самом деле выполняет какие-то действия, (отпечатывающиеся в его подсознании), не смотря на цикличность происходящего. В результате, просмотр записанной иллюзии, может продолжаться до полного чакроистощения, или пока кто ни будь не закроет книгу.

Методика создания таких рисунков, была взята на вооружение мастерами ловушек, ну и разумеется архивариусом клана, (о существовании которого я узнал, только когда мне преподнесли первый образец учебника по освоению не стихийных техник). Мне удалось удержать невозмутимое выражение на лице, ничем не выдав своего удивления, но Буран несколькими днями позже, все же посоветовал уделять больше времени внутренним делам клана, раз уж назвался его главой.

Новый способ обучения, сильно сократил время необходимое на изучение общеизвестных техник, и освоение стихий, хоть после просмотра иллюзии, ученикам и приходилось отрабатывать свои действия в реальном мире. В будущем, наши ученые хотят создать свитки, которые будут позволять самостоятельно влиять на иллюзию, (например драться с сильным противником, запрограммированным на определенный набор приемов). Мне в голову тут же пришла идея, создать альтернативу видеоплееру из моей прошлой жизни, но от этого пришлось отказаться, так как самая длинная запись, не могла продолжаться более тридцати секунд.

Не смотря на то, как бы не выглядели мои отношения с красноглазой бестией, тот факт что в ближайшем будущем мы собираемся завести третьего ребенка, говорит лучше всяких слов. Те же, кто утверждает что и я, и она делаем все, дабы проводить друг с другом минимум возможного времени, просто завидуют полному взаимопониманию, а еще даже не представляют, что значит быть главой клана, или ведущим научным специалистом.

Благодаря тому, что Тенгу живут в деревне у подножия скалы грифонов, у нас почти нет угрозы внезапного нападения представителей других кланов, а с агрессией местных жителей, с радостью помогают справляться крылатые союзники.

По предварительным расчетам, если рост нашей численности, а так же накопление знаний и ценностей продолжатся с теми же темпами, то уже лет через сорок, (а может и раньше), Тенгу войдут в десятку сильнейших кланов ниндзя. Самое главное, что бы в этот период, не произошло ничего экстраординарного, вроде совместного нападения на деревню нагов, минотавров и тритонов, (в таком случи, нас не спасут и грифоны, которые смогут спрятать в «чаше», только детей).

Дабы избежать подобной ситуации, мы в свою очередь, стараемся не сильно беспокоить морских жителей, да и охотой на прочих обитателей мира не злоупотребляем. О невысокой стене, куче ловушек, боевых связок человек-грифон, патрулирующих окрестности, даже упоминать не буду.

* * *

В клубах белого дыма, появляюсь на опушке небольшой рощицы, примерно в километре от ближайшей деревеньки. Здесь, под большим камнем, расположена одна из множества меток, позволяющих клану Тенгу, появляться в разных частях материка. Эти метки, выполняют функцию своеобразных маяков, на которые мы ориентируемся при перемещении из мира разумных монстров, в свой родной мир.

И пусть здесь больше нет нашего дома, да и дети считают своей родиной именно земли вблизи грифоньей скалы, все равно, возвращаясь сюда каждый раз, я чувствую как в груди разгорается радость.

Солнце уже клонилось к закату, по небу плыли «рваные» облака, легкий ветерок шевелил листву. Тряхнув головой, прогоняя внезапно появившееся чувство ностальгии, забрасываю на плечо меч, и длинными прыжками направляюсь на место встречи с информатором.

Так как клан Тенгу, целиком живет в другом мире, появляясь лишь для того что бы выполнить задание, или напасть на вражеских ниндзя, нам пришлось обзавестись целой «сетью» шпионов, собирающих сведения, и ищущих заказы. Несколько раз, наши недоброжелатели, устраивали засады, как раз во время таких вот встреч, но меня, или тех кого я посылаю вместо себя, не так просто застать врасплох.

Человек в черном балахоне с откинутым за спину капюшоном, сидел на камне у въезда в деревню, и самозабвенно обгладывал жаренный окорок. Это была не самая приятная в общении личность, ни во что не ставящая людей, не способных оказаться полезными, и только высокий профессионализм и умение добывать самые интересные сведения, не давали свернуть шею этому мужчине с крысиными чертами лица. При моем приближении, он и бровью не повел, в то время как местные жители поспешили скрыться в своих домах, (репутация «безголового» боевика, в очередной раз облегчила жизнь).

— Добрый вечер, господин крыс. — Как можно вежливей произнес я.

— Бывали вечера и добрее. — Хмыкнул мужчина, предпочитающий не называть свое имя слишком часто, (что бы минимизировать вероятность, что кто-то посторонний сможет найти его семью). — И все же, рад вас видеть, господин Шишио.

— Не будем тратить время на вежливость, тем более что нам обоим на нее плевать. Есть что ни будь интересное?

Мужчина отбросил обглоданную кость, и вытянул вперед руку, в ладонь которой тут же упал мешочек с монетами.

— Кланы Учиха и Сенджу, снова сцепились из-за нескольких деревень, и на этот раз, к блондинам присоединились Узумаки, обеспечившие союзников оружием и доспехами, в то время как красноглазые привлекли несколько мелких кланов, посулив им часть добычи. В стране Ветра, по прежнему течет затяжная борьба всех против всех, и определить победителя пока не является возможным. В стране Воды образовался союз нескольких сильных кланов, да и войска тамошнего правителя проявляют некоторое оживление, и если верить слухам, то скоро начнется завоевательный поход против нескольких мелких соседей, так что наемники будут в цене.

— Ты достал то, о чем я просил?

Информатор снова молча протянул руку, и получив второй мешочек, извлек из складок своего одеяния толстую стопку бумаг.

— На этот раз заказов немного, разбойники боятся появляться в этих местах, зато удалось перехватить нескольких посыльных…

— Избавь меня от подробностей. — Жестом останавливаю собеседника, сморщившегося, словно переживал лимон.

С хитрым лицом в третий раз протянув руку, мужчина стал ждать, решусь ли я покупать информацию, которую он посчитал важной, но о которой его не спрашивали.

Не раздумывая долго, подбрасываю третий мешочек, тут же стиснутый тонкими пальцами.

— В двух днях пути на север, видели двухвостого демона кошку. Заказов на то что бы ее прогнали, еще никому не поступало, но ходят слухи, будто несколько кланов объединились, дабы поймать и запечатать демона, что бы используя его силу, заставить подчиняться конкурентов.

— Интересные сведения… жаль что только слухи. — Произношу глядя в сторону, делая вид что меня это не касается.

Информатор протянул мне тонкую папку, на которой было написано «техника запечатывания демона». На его лице в этот момент было выражение такого самодовольства, и превосходства над всеми живыми существами, что руки едва сами не потянулись к тонкой шее.

— На мой взгляд, печать, которую хотят использовать для удержания демона, слишком ненадежна, да и нету среди тех кланов мастеров, хотя бы теоретически способных на подобное. Однако, думаю Тенгу смогут разобраться в этих каракулях… — Мужчина фыркнул. — Операция начнется послезавтра, так что вы можете понаблюдать.

Принимаю документы, и вновь переведя взгляд на собеседника спрашиваю:

— У этих кланов есть какой-то «козырь»?

— Целое море самоуверенности, наглости и гордости переросшей в гордыню. Полагаю после попытки захватить демона-кошку, их союз распадется, а остатки будут уничтожены «друзьями» из других кланов.