Былое величие Америки

Экономист Алан Тонелсон верно уловил суть проблемы, написав: «В течение восьми долгих лет китайское лобби в Вашингтоне, щедро финансируемое многонациональными компаниями, чьи предприятия в Китае извлекают выгоды из этой 50 %-ной субсидии [получаемой за счет занижения стоимости юаня], подавляло все попытки рационализировать бездействие Америки. Катастрофические издержки, уже понесенные в результате китайского лобби, более чем наглядно демонстрируют, к чему приводит игнорирование последних уловок Китая… Американские заводы закрываются, прибыли тех предприятий, которые выжили, сокращаются, а то и вовсе сходят на нет, исчезает все больше рабочих мест, заработные платы продолжают снижаться. Хуже того, сосредоточенные на Америке глобальные нарушения экономического равновесия продолжали нарастать до тех пор, пока не спровоцировали крупнейший после Великой депрессии спад в экономике США и всего мира» {39}.

Другие обозреватели, вроде сенатора-республиканца от штата Алабама Ричарда Шелби, тоже прозрели. «Нет сомнений, что Китай манипулирует юанем для того, чтобы субсидировать свой экспорт, – заявил Шелби. А по вопросу о покупке Китаем американских казначейских облигаций он отметил: – Возможно, настало время принять новые законы, которые бы гарантировали, что министерство финансов заботится об американских рабочих, а не о китайских кредиторах»{40}.

Америка как ведущая экономика мира сильнее всего страдает от мошеннических приемов, к которым прибегает Китай, и любой, кто хоть немного смыслит в экономике, знает, что я прав. Как сообщил телеканал СNN Money, «большинство экономистов согласится с логикой Трампа, который говорит, что Китай занижает стоимость своей валюты и тем самым дает своим производителям преимущество при продаже товаров в США»{41}.

Конечно, во время президентской кампании 2008 года Барак Обама с довольным видом разглагольствовал о негативных последствиях манипуляций с валютным курсом. Будучи кандидатом в президенты, он даже одобрил идею законопроекта, который изменил бы ныне действующее валютное законодательство и ввел бы в него «определение манипуляций с валютой как субсидии, в ответ на которые следует вводить уравновешивающие таможенные пошлины»{42}. Перенесемся теперь в 2011 год. Обама сюсюкает по вопросу валютных манипуляций и проводит свою обычную политику «всегда пожалуйста» в отношении Китая. Только послушайте, что говорит президент о занижении китайцами стоимости их валюты для того, чтобы ободрать американцев. «Мы будем по-прежнему надеяться на то, что стоимость китайской валюты будет все сильнее определяться рынком. Это поможет обеспечить положение, при котором ни одна страна не будет иметь неправомерных экономических преимуществ».

Это заявление насквозь пропитано слабостью. «Мы будем по-прежнему надеяться» на то, что китайцы каким-то чудом откажутся от своих порочных методов? Обама что, шутит? Словно коммунистический режим, ежегодно наживающий за наш счет 300 миллиардов долларов, собирается на следующее утро спозаранку принять решение: «Знаете, нам и в самом деле пора играть с американцами более справедливо. Давайте-ка перестанем воровать у них рабочие места, компании и миллиарды долларов». Смехотворный лепет, да и только.

Да, кстати, не следует ли нашему президенту повернуться лицом к экономическим интересам Америки, а не защищать экономическое положение других стран для того, чтобы «ни у одной страны не было неправомерных экономических преимуществ»? Будем реалистами. В этом году темпы роста китайской экономики, скорее всего, достигнут 10,5 %. Остальной мир будет топтаться на уровне примерно 4,8 %. А каковы темпы роста экономики США? В сентябре 2011 года ВВП США вырос на жалкие 1,3 %{43}. Нашему президенту следует прекратить порочную практику поддержки мировых экономик и начать бороться за собственную, американскую экономику. Но Обама загоняет экономику США в еще более жесткие рамки. У него даже хватает дерзости похваляться торговыми отношениями США с Китаем. В каковых Китай пользуется односторонними преимуществами. Это, по сути, игра в одни ворота.

«Сегодня мы экспортируем в Китай товаров и услуг более чем на 100 миллиардов долларов в год, – сказал Обама. – В результате сделок, заключенных на этой неделе, мы увеличим экспорт в Китай более чем на 45 миллиардов долларов, а китайские инвестиции в Америке вырастут на несколько миллиардов долларов. И самое важное: благодаря заключенным сделкам с Китаем США сохранят примерно 235 тысяч рабочих мест, в том числе множество рабочих мест в производстве»{44}.

Да как у президента язык повернулся говорить такое?! Да, Америка экспортирует в Китай товары и услуги стоимостью 100 миллиардов долларов, но суть-то в том, что стоимость китайского экспорта в США в четыре раза больше и Китай благодаря мошенничеству со своей валютой выкачивает из США 300 миллиардов долларов! Обама где-нибудь заикается об этом? Нет. И заметьте: он заявляет, что договорился об экспорте на 45 миллиардов долларов в коммунистический Китай, и эти торговые соглашения «сохранят» 235 тысяч рабочих мест в Америке! Это означает, что мы не создаем новые рабочие места; мы всего лишь «сохраняем» те из них, которые пока не уничтожены экономической политикой Обамы. То есть, если у вас есть работа в авиационной промышленности, вы, возможно, сумеете ее сохранить – но только благодаря тому, что будете строить самолеты для Ху Цзиньтао. Вам повезло!

Президенту США надо всерьез отнестись к Китаю и пригрозить жесткими санкциями в случае, если они не станут играть по правилам рынка. Обаме не следует похваляться жалкими «сделками», которые «сохранят» рабочие места в Америке. Ему следует жестко вести переговоры ради подлинной реформы, которые дадут американским производителям ровную игровую площадку в конкуренции с китайцами. Тогда посмотрим, кто сможет одержать победу и создать настоящие, новые рабочие места в частном секторе.

Сделано в США

Меня тошнит от бесконечных публикаций об аутсорсинге. Почему мы не говорим об «оншоринге»? Нам надо вернуть рабочие места в промышленном производстве в Америку, которой эти рабочие места и принадлежат. «Оншоринг» (или «репатриация») для нас – способ вернуть в США рабочие места, украденные Китаем. Мы знаем, что заработные платы в Китае растут. К тому же у Китая нет некоторых природных ресурсов, которыми Америка наделена в изобилии. Если мы воспользуемся эти двумя ключевыми обстоятельствами, мы сможем начать убеждать компании в том, что им следует вернуть производственные мощности обратно в Америку.

Некоторые умные люди уже работают в этом направлении. Гарри Мозер, бывший генеральный директор американской компании, поставляющей на рынок промышленные технологии, развернул движение, получившее название «Инициатива возвращения». Это группа людей, которая показывает компаниям и правительству, как можно получать больше денег и строить лучшие предприятия, возвращая производства в Америку. «Тенденция к возвращению производств в Америку вполне реальна, – говорит Мозер, – и это не жалкий ручеек, а стабильный поток»{45}. Мозер прав. Недавно я прочел в журнале NewsMax статью о компании из города Америкус, штат Джорджия. Эта компания специализируется на производстве палочек для еды и называется Georgia Chopsticks. Владельцы компании, Дэвид Хьюз и Джей Ли, выяснили, что в южной части штата Джорджия много древесины, которая годится для производства палочек для еды. Владельцы компании поняли, что производить палочки для еды в Америке намного дешевле, чем производить их в Китае. Более того, они пришли к выводу, что, развернув производство в США, они смогут создать больше рабочих мест в Америке. Теперь палочки для еды производят в Джорджии и экспортируют их в Китай! Насколько велико это достижение? Сейчас компания Georgia Chopsticks производит 4 миллиона палочек в день и на предприятии создано 150 новых рабочих мест для американцев. Сюзен Уайт, работница Georgia Chopsticks, говорит: «Я горжусь тем, что участвую в этом. Кажется, что все, что видишь в США сегодня, сделано в Китае, от одежды до американских флагов. Мы возвращаемся. И это потрясающе»{46}.

У оншоринга огромный потенциал. Но Гарри Мозер говорит, что нынешняя администрация в этом не заинтересована. «Заставить Обаму принять возвращение производств в Америку – большая проблема. Все его внимание сосредоточено на экспорте»{47}. Вот почему Конгрессу надо принять предложенный конгрессменом от штата Виргиния Фрэнком Вульфом законопроект, именующийся «Законом о возвращении рабочих мест в Америку» (H.R. 516). Принятие этого закона поможет расширить движение за возвращение рабочих мест и вернуть в Америку рабочие места, которые принадлежат Америке. Согласитесь, если уж мы смогли производить палочки для еды в Америке и продавать их тем же китайцам, то можно конкурировать с ними и на сотнях других фронтов. Просто для этого надо проявить характер и избрать президента, который хочет бороться за интересы Америки и твердо отстаивать их в отношениях с китайцами.

Сегодня китайцы попросту выталкивают нас с рынка, и большинство китайцев, с которыми я веду дела, прекрасно это знают. Они удивляются тому, что Обама позволяет китайскому правительству. Жесткий переговорщик может заставить китайцев отступить. Раньше мы делали это. Прекрасный пример отпора китайцам дала администрация Буша, которая в течение двух лет оказывала давление на Китай, требуя повышение стоимости юаня относительно доллара{48}. И США добились такого повышения. С 2005 по 2008 год стоимость юаня возросла на 21 %{49}. Но с тех пор Китай приостановил рост юаня, в результате чего положение США ухудшилось. Суть в следующем. Китайцы – смышленые ребята: они реагируют на экономическое давление и, главное, они прекрасно знают, что Обама на них давить не будет.

Заставить Китай прекратить играть в валютные игры можно лишь тогда, когда мы изберем президента, готового к решительным действиям. Такой президент мог бы начать с подписания законопроекта, который в сентябре 2010 года Палата представителей Конгресса США одобрила 348 голосами (при 79 голосах против). Этот закон позволит нашему правительству рассчитывать размеры таможенных пошлин на импортные товары, исходя из того, насколько занижена стоимость валюты страны-производителя. Звучит весьма заманчиво, не так ли? Но законопроект прошел Палату представителей не раньше, чем Тим Гайтнер, министр финансов в администрации Обамы, предупредил нас о том, что с Китаем надо обходиться мягче. «Важно признать, что нам не нужна торговая война, – сказал Гайтнер и продолжил: – Нам не нужна валютная война. Я бы сказал, что значительная часть китайского руководства понимает, что для Китая экономически важно позволить обменному курсу двигаться». Так почему же мы не побуждаем Китай к изменению обменного курса юаня, министр Гайтнер? Именно проявленные Гайтнером и Обамой крайняя слабость и неспособность отстаивать американские интересы привели к тому, что США подписываются под экономическим ростом Китая и упадком США.

Открытые рынки – это идеал, но насколько свободна торговля, если одна из сторон постоянно мошенничает? Вспомните классические законы экономики, сформулированные великим шотландцем Адамом Смитом. Люди, очень мало знающие о капитализме, обобщают эпическое произведение Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов», говоря, что, в сущности, «жадность – это хорошо» (цитируя слова из старого фильма «Уолл-стрит»). Как и большинство людей, я считаю, что эти слова остроумны и написаны для Голливуда, но они не соответствуют тому, что сказано в труде Адама Смита. Как не соответствуют и тому, что Смит на самом деле имел в виду. Вот почему большинство людей, резко критикующих капитализм и Адама Смита, никогда не читали книгу, которую Смит написал до «Исследования о природе и причинах богатства народов» и в которой сформулировал основные нравственные правила рынков, бизнеса и жизни. Более ранняя книга Смита называется «Теория нравственных чувств», и эту книгу действительно стоит почитать. Как пишет Смит, «человек, который едва удерживается от нарушения или личных, или имущественных прав (или репутации) своих соседей, определенно обладает очень малыми добродетелями»{50}.

Больше никаких манипуляций с валютой

Перед нами очевидный факт: свободная торговля требует справедливых, одинаковых и обязательных для всех правил. Если бы у нас был президент, который заставил бы китайцев подчиниться таким правилам, наша экономика извлекла бы из этого огромную пользу. В Петерсоновском институте международной экономики провели широкое исследование проблемы с китайской валютой. Был сделан вывод о том, что повышение стоимости юаня всего на 20 %, т. е. менее чем наполовину от предполагаемой реальной стоимости юаня по справедливому рыночному курсу, в течение ближайших двух-трех лет привело бы к созданию от 300 до 700 тысяч рабочих мест в Америке{51}. Подумайте об этом. Сейчас у нас президент и министр финансов, которые пожимают плечами в то время, как Китай уводит из США сотни тысяч рабочих мест в производственных отраслях. Что же это за руководство страной? Проблема настолько обострилась, а ее решение настолько очевидно, что это вынужден признать даже Пол Кругман, исповедующий радикальные левые взгляды колумнист газеты New York Times. Кругман пишет: «В нормальные времена я был бы одним из первых, кто отвергает утверждения о том, будто Китай крадет у других рабочие места, но сейчас это верно, как никогда. С китайской валютой надо что-то делать». Если уж такой почитатель Обамы, как Пол Кругман, вынужден признать существование проблемы, вы понимаете, что Америка в большой беде{52}.

Некоторые согласны с подходом Обамы и просто пожимают плечами, глядя, как Китай систематически уничтожает американское производство. Такие люди думают, что этот сектор нашей экономики оживить уже невозможно, равно как и сохранить миллионы рабочих мест, которые там есть. Такие люди думают, что Америка сможет превосходно прожить с экономикой, основанной на сфере услуг. Но это совершенно неправильно. Нет никаких причин для того, чтобы жертвовать миллионами рабочих мест и будущим важнейших для Америки отраслей промышленности, чтобы отдать их Китаю только потому, что наши руководители слабы и не отстаивают наши интересы.

Вот и решение: надо проявить жесткость. Обложить китайские товары пошлиной в размере 25 % в том случае, если их стоимость в китайской валюте будет справедливой и соответствовать требованиям рынка. Вот и всё. Думаете, китайцы отреагируют неконструктивно? Да ни один известный мне бизнесмен не захочет уйти с американского рынка! Не захотят и китайские бизнесмены. Но это поможет сократить кошмарный дефицит американо-китайской торговли – дефицит, вызванный мошенничеством Китая. Питер Наварро, аналитик американского информационного телеканала CBNC и профессор экономики Калифорнийского университета, отмечает, что торговый дефицит США ежегодно обходится Америке примерно в 1 % роста ВВП, что означает потерю почти миллиона рабочих мест ежегодно. «В прошлом десятилетии мы не смогли создать миллионы рабочих мест, – пишет Наварро. – Будь у нас сегодня эти рабочие места, мы не были бы свидетелями постоянного роста числа безработных, заколоченных домов, которые перешли в собственность залогодержателей, и пустых, зарастающих сорняками заводов… Когда исповедующий догмы меркантилизма Китай прибегает к недобросовестным методам конкуренции и воюет с промышленной базой Америки, американская экономика несет большие потери»{53}.

Стоит ли удивляться тому, что промышленное господство Америки улетучилось как дым. У нас президент, который объявил вендетту бизнесменам, посчитав их врагами. К тому же президент Обама не разбирается в производстве. Он, судя по всему, не обращает ни малейшего внимания на масштабный промышленный шпионаж Китая против США.

Прекратить кражу наших технологий

Американские корпорации и предприниматели – мастера технологических и деловых инноваций, а китайцы столь же искусны в воровстве американских предпринимательских секретов и технологий. Американские инвесторы и компании могут закачивать миллионы долларов в создание и совершенствование новых продуктов. И все ради чего? Только лишь для того, чтобы занимающиеся промышленным шпионажем китайцы украли всю эту информацию – конечно же, не заплатив за нее ни цента! Китайцы смеются над жалкими и тщетными потугами американского правительства в борьбе с кражей интеллектуальной собственности. Это само по себе достаточно плохо, но правительство США и палец о палец не ударит, в то время как Китай требует, чтобы каждая американская компания, желающая войти на китайский рынок, передавала свои технологии Китаю. Такая принудительная передача технологий фактически запрещена ВТО как недобросовестная торговая практика, но Обама запросто позволяет Китаю обходить этот запрет{54}.

Джош Краусхаар из National Journal отметил, что беспомощность, которую проявляет Обама в экономических вопросах, испортила его отношения с рабочими промышленных предприятий. Обама одержим «экологически чистыми рабочими местами», но рабочих этим не купишь. «Рабочие места на экологически чистых предприятиях возможны в будущем, но теряющие работу здесь и сейчас не считают их панацеей»{55}. Причина, по которой «синие воротнички» отвергают благостную риторику Обамы, состоит в том, что они смышленые ребята. Они знают, что всякий раз, когда этот малый разглагольствует о том, как инновации в экологически чистых технологиях вот-вот приведут к появлению новых рабочих мест, все это – пустой, бессмысленный треп. Ведь у Обамы нет ни твердости, ни решимости для того, чтобы ликвидировать тотальное воровство Китаем американских технологий и торговых секретов.

И дела запросто могут пойти еще хуже. Возникает угроза не только экономике, но и национальной безопасности США. Китай – главный агрессор в области кибершпионажа и кибервойны. Китай обладает возможностями не только воровать строго засекреченные военные технологии США, но и запускать в американские сети разрушительные вирусы. Лет 12 назад я написал книгу под названием «Америка, которую мы заслуживаем». Как человек, написавший много бестселлеров, в том числе бестселлеров № 1, скажу, что та книга была, возможно, у меня наименее успешной. Дело в том, что люди не хотели слушать политические рассуждения Дональда Трампа. Люди хотели слышать то, что я говорил о бизнесе. Вот почему, когда я написал «Искусство сделки» и многие другие книги, они имели огромный успех. Говорят, «Искусство сделки» стала самой продаваемой в истории книгой по бизнесу. Тем не менее я горжусь книгой «Америка, которую мы заслуживаем». И на то есть ряд причин. Во-первых, я вполне определенно и решительно предсказывал рост терроризма в Америке, что, к сожалению, и произошло и чего можно было избежать (или свести к минимуму). Я даже включил в список террористов имя Усамы бен Ладена. Во-вторых, я предсказал обвал экономики. Признаков приближавшегося обвала было слишком много. Было слишком много признаков, слишком много сигналов и слишком много факторов, которые, по моему мнению, делали приближавшийся крах вполне очевидным. Так что хотя «Америка, которую мы заслуживаем» стала, возможно, моей наименее удачной книгой потому, что в ней я не говорил о бизнесе, мне все-таки воздали должное за мощные и точные предсказания. В этой книге я не собираюсь делать прогнозы. Я стремлюсь предупредить о других возможных угрозах и провести различия между ними.

Боюсь, что одним из типов долгосрочной угрозы подобного, но отличного от других типа является стремительное развитие китайских военных технологий. По данным Пентагона, Китай «устойчивыми темпами» развивает тактику ведения онлайновой войны{56}.

Для такой страны, как Китай, возможность воровать американские военные разработки дает экономию в сотни миллиардов долларов на научных исследованиях и разработках. В конце концов, зачем тратить триллионы на создание и испытание сложных систем оружия, если можно одним движением компьютерной мыши украсть чертежи и ничего за это не платить?

Просто взгляните на то, что сейчас происходит. Wall Street Journal в 2009 году сообщил о том, что кибернарушители успешно скопировали несколько терабайтов исключительно секретных данных по проекту Joint Strike стоимостью 300 миллиардов долларов. С этими данными нашим врагам будет гораздо легче противостоять новому американскому истребителю F-35 Lightning II{57}. Наши специалисты пришли к выводу, что кибератака «с высокой степенью вероятности» была произведена из Китая. Как вы и догадались{58}.

Теперь мы также знаем, что Народно-освободительная армия Китая приняла новую доктрину, известную как доктрина Интегрированной сетевой электронной войны (ИСЭВ). Новый план коммунистического правительства предусматривает «обучение и оснащение войск для использования ряда средств Информационной войны в целях сбора разведывательной информации и установления информационного господства над противником в случае конфликта»{59}. Генерал Джеймс Картрайт в своем докладе на слушаниях в Конгрессе заявил, что Китай активно проводит «кибернетическую разведку» и проникает в компьютерные сети американских государственных ведомств, а также частных компаний{60}. В ответ тем апологетам Китая, которые утверждают, будто бы эти атаки, возможно, осуществляют китайские хакеры, действующие независимо от коммунистического правительства, корпорация РЭНД опубликовала исследование, доказывающее прямо противоположное: «Анализ масштабов, сосредоточения и сложности всей кампании, направленной против США и, во все большей степени, против других стран мира, дает веские основания полагать, что государство либо спонсирует, либо поддерживает эти действия. Люди, осуществляющие атаки, по-видимому, имеют доступ к финансовым, кадровым и аналитическим ресурсам, которые превосходят те, к которым в последние несколько лет имели постоянный доступ организованные сетевые организации или различные хакерские группы. Более того, категории украденной информации не связаны напрямую с их денежным выражением, как, например, номера банковских карт, что зачастую интересует именно криминальные группы. Киберпреступникам не так легко продать данные сложного технического характера о построении средств и методов защиты, информацию, связанную с военной деятельностью, или документы аналитического характера о государственной политике, если только их заказчиком не является клиент государственного масштаба»{61}.

Военная угроза со стороны Китая имеет гигантские масштабы, и неудивительно, что коммунистическое правительство Китая скрывает истинные размеры своего военного бюджета. Китайцы утверждают, что он составляет 553 миллиарда долларов в год, т. е. в пять раз меньше военных расходов США, но специалисты по региональной безопасности считают, что военный бюджет Китая намного больше. Один из способов сокрытия китайцами своих военных расходов – перераспределение их по другим министерствам. Так можно засекретить стремительное наращивание военной мощи Китая от других стран, которые, будь им известны реальные военные расходы Китая, могли бы вовремя встревожиться и увеличить собственные военные бюджеты{62}. Как свидетельствуют опубликованные в 2009 году дипломатические телеграммы, практикуемая Пекином тактика обмана идет в русле советов «дедушки» современного Китая, Дэн Сяопина, который говорил, что Китаю до поры до времени надо скрывать свои возможности и силу{63}.

Когда речь заходит о Китае, Америке лучше не валять дурака. Китай рассматривает нас как очень наивных, доверчивых и глупых врагов. И каждый день президентского срока Обамы китайцы делают новый шаг к тому, чтобы обогнать США в экономике. Китайцы манипулируют своей валютой так, что крадут у Америки миллион рабочих мест и доводят дефицит американо-китайской торговли до 300 миллиардов долларов, что крайне несправедливо. Китайцы крадут секреты американского бизнеса для того, чтобы экономить миллиарды долларов на научные исследования и разработки, и сокращают на годы время, необходимое для вывода на рынок новых продуктов. И вдобавок Китай лидирует в разработке передовых методов ведения кибервойны, которые умножают силу уже и без того огромной китайской армии, которая сейчас насчитывает 2285 тысяч военнослужащих (не считая еще 800 тысяч резервистов). Но когда мы садимся за стол переговоров с Китаем, помните одно: Япония, которая намного меньше США и население которой намного меньше, чем население США, наголову разгромила Китай в войне. Это не слишком добрый знак для будущего китайских милитаристов.

Нам нужен президент, который подпишет закон, принуждающий Китай к правильной оценке своей валюты. Нам нужен президент, который обложит все завозимые в Америку китайские товары 25 %-ной пошлиной в случае, если китайцы не прекратят занижать стоимость юаня. Нам нужен президент, который прекратит массированное и вопиющее воровство интеллектуальной собственности (если бы Обама не видел в предпринимателях и бизнесменах врагов, он, возможно, проявил бы в этом деле куда больше расторопности). Но самое главное, нам нужен президент, который будет достаточно сообразителен и настойчив для того, чтобы признать угрозу национальной безопасности, которую представляет Китай на новых рубежах кибервойны.

Многим может показаться, что я очень дурно отзываюсь о Китае и китайцах. На самом деле я отношусь к китайцам с огромным уважением. Но я не уважаю то, как Америка ведет переговоры и заключает сделки с Китаем. За долгие годы я заключил с китайцами множество сделок. Я заработал огромные деньги. Я продаю апартаменты стоимостью 53 миллиона долларов, 33 миллиона долларов, а многие – и за куда меньшие деньги. Я создал огромное количество рабочих мест на Манхэттене вместе с китайскими партнерами и нажил на этом много денег. Так что я знаю китайцев, понимаю и уважаю их.

Всякий раз, когда я дурно отзываюсь о том, что китайцы делают с нами, я их не виню. Я обвиняю наших руководителей и представителей. Если б только мы смогли избавиться от этих неучей… И я энергично призываю американцев сделать это. К сожалению, китайцы слишком изворотливы и умны, а нынешние американские лидеры – не очень.

У меня много друзей в Китае, которые до сих пор не могут поверить в то, что их лидеры могут заключать такие неправдоподобно выгодные для китайцев сделки. Мне это понять проще, чем другим. Скажу коротко: наши лидеры – глупцы. Поразительно, но, несмотря на всю мою жесткую риторику и порой крепкое словцо, которые я использую, говоря о Китае, в Bloomberg Businessweek недавно была опубликована интересная статья. В ней я нашел примечательную цитату из выступления президента компании по недвижимости Эшера Алкоби о предпочтениях его китайских клиентов. А они говорят: «Хорошо все, что носит имя Трампа»{64}.

Итак, я плохо отзываюсь о Китае, но я говорю правду, и что же хотят китайские потребители? Они хотят Трампа. Знаете, что это значит? Это значит, что китайцы уважают людей, которые, как я, говорят правду, даже если эта правда может оказаться не слишком приятной для самих китайцев. В сущности, именно уважение, с которым я отношусь к китайцам, и побуждает меня призывать наших лидеров к осторожности. Китайцы будут брать, брать и брать до тех пор, пока у нас ничего не останется. И кто может винить их в этом, если им все сходит с рук?

Сейчас Китай – наш враг. Пришло время действовать соответствующим образом. И если мы все сделаем правильно, Китай снова проникнется уважением к США, а мы сможем отправиться в будущее по пути, на котором Китай станет нашим другом.

Глава 4

Это ваши деньги, и у вас не должны их отбирать

Парадоксальная правда состоит в том, что ставки налогов сегодня слишком высоки, а налоговые поступления – слишком низки, и наиболее приемлемый способ увеличить доходы от налоговых поступлений в долгосрочной перспективе – это снизить ставки налогов сейчас{65}.

Президент Джон Ф. Кеннеди

Первые 16 часов сорокачасовой рабочей недели американцы работают даром. Или скажем иначе: первые четыре с половиной месяца каждого года американцы работают бесплатно. Правительство через налоги конфискует все до последнего цента из заработанных тяжким трудом денег.

Это ужасно. Экономический грабеж достаточно возмутителен сам по себе, но столь же возмутительно то, сколько свободы и времени крадет у нас государство. Представьте, что вы каждую неделю получаете на 16 часов больше для того, чтобы провести их в своей семье или добровольно работаете на 16 часов больше в вашей любимой благотворительной организации. Или тратите еще 16 часов в неделю, работая в вашей компании или на соседнем предприятии. Вообразите, что ваш заработок на 40 % больше, чем сейчас. Что бы вы сделали, имея на 40 % больше денег? Сколько рабочих мест и возможностей для других вы смогли бы создать? Чем больше вы думаете об этом, тем сильнее беситесь, особенно если учтете лишние траты, мошенничества и злоупотребления в деятельности федерального правительства, провальная политика которого причиняет столько вреда трудягам-американцам.

Но останавливает ли это Обаму и его приятелей-«прогрессистов»? Нет. Собственно говоря, они считают, что реальная проблема – вовсе не в том, что ваши налоги слишком велики, а в том, что эти налоги низки. Администрация рассуждает так: если бы из этих скупых работяг выжать еще больше денег, щедрые и благожелательные правительственные бюрократы смогли бы более справедливо и мудро перераспределить эти деньги.

Послушайте, но уплата налогов – это ведь часть нашей жизни, и нам надо вместе финансировать то, что отдельным людям попросту не под силу, скажем, национальную оборону, инфраструктуру и – да, социальное обеспечение, федеральную программу льготного медицинского страхования для престарелых и государственную программу бесплатной медицинской помощи неимущим. «Богу – богово, а кесарю – кесарево», – напоминает нам Евангелие от Матфея. Но как сказал мне один собрат по христианской вере, «Господь просит меня выделять на угодные ему добрые дела лишь десятую часть моих денег. А Обама хочет намного, намного больше».

Судя по их действиям, прогрессисты даже не верят в собственное очковтирательство. Всякий, кто думает, что должен платить более высокие налоги, волен посылать федеральному правительству больше денег. Закона, который запрещает людям платить дополнительные налоги, нет. В 1843 году министерство финансов США учредило специальный фонд, который сохранился до сегодняшнего дня и называется «Дарения в фонд правительства США». Фонд предназначен для «индивидуумов, желающих проявить свой патриотизм и выразить преданность США»{66}. Граждане могут отправлять в этот фонд чеки в любое время. Но когда средний американец уже и так тратит на налоги больше, чем на продовольствие, жилье и одежду, вместе взятые, трудно не понять, почему очень немногие делают пожертвования в этот фонд. Заработать состояние, создав миллионы рабочих мест, – гораздо более «патриотичный» жест, чем раскармливание и без того уже разъевшегося федерального правительства.

В 2002 году предприимчивый делегат от Вирджинии, республиканец Киркленд Кокс, учредил у себя в штате фонд «Обложите меня более высокими налогами» для того, чтобы посмотреть, станут ли люди, громче всех визжащие о том, что хотят более высоких налогов, вкладывать деньги в то, о чем кричат. На сегодняшний день за восемь лет в этот фонд поступила смехотворная сумма – 12 887 долларов. На эти смехотворные деньги невозможно даже выплатить жалованье одному государственному служащему, работающему неполный рабочий день{67}. Вывод: если бы либералы действительно считали, что отдавать государству больше денег – отличная идея, они бы сделали это. Но они этого не делают.

Несомненно, вам приходится напряженно трудиться за свои деньги. Я знаю это, потому что сам работаю. И вам нужно сохранить для себя как можно больше из этой суммы. Иначе нельзя, это может нарушить трудовую этику. Президент Рональд Рейган думал точно так же: «Чем больше налогов взимает правительство, тем слабее у людей стимул к труду. Как отреагируют шахтер или рабочий у конвейера на предложение работать сверхурочно, если им станет известно, что дядя Сэм собирается изъять 60 % их дополнительных заработков? Любая система, карающая успех и достижения, неправильна. Любая система, не поощряющая производительность и экономический прогресс, ошибочна.

Если же, с другой стороны, вы снижаете ставки налогов и позволите людям тратить или сберегать больше из того, что они зарабатывают, люди станут более трудолюбивыми и изобретательными; у них появится более сильный стимул к напряженному, упорному труду. А заработанные людьми деньги станут дополнительным топливом великой экономической машины, которая питает энергией прогресс нашей страны. Результат: больше процветания для всех – и больше доходов для государства»{68}.

Как и в большинстве вопросов, Рональд Рейган был прав. Но Рейган был не единственным президентом, понимавшим, что чем ниже налоговое бремя, тем выше налоговые доходы, ибо низкое налоговое бремя вызывает экономический рост и приводит к созданию рабочих мест. К досаде многих демократов, Рейган всего лишь повторял экономические воззрения президента Джона Ф. Кеннеди, который еще в 1962 году сказал: «Парадоксальная правда состоит в том, что ставки налогов сегодня слишком высоки, а налоговые поступления – слишком низки, и наиболее приемлемый способ увеличить доходы от налоговых поступлений в долгосрочной перспективе – это снизить ставки налогов сейчас»{69}.

Взгляды Рейгана и Кеннеди доказали, что умная налоговая политика не должна быть вопросом убежденностей и идеалов. Налоговая политика должна быть вопросом здравого смысла. Если вы облагаете налогом что-то, вы получаете меньше этого чего-то. Чем сильнее вы облагаете налогами труд, тем меньше люди хотят работать. Чем сильнее вы облагаете налогами инвестиции, тем они меньше. Здесь не надо быть семи пядей во лбу.

Но Обаму не интересует здравый смысл. Он всецело ушел в риторику классовой борьбы, к которой прибегает для того, чтобы заставить вас забыть о катастрофе его первого президентского срока и выпросить себе еще один. Возьмите, например, его демагогию о том, чтобы принудить вредных владельцев корпоративных самолетов к уплате более высоких налогов. Если б я на минуту подумал, что повышение налогов на самолетовладельцев решит проблему нашего государственного долга в 18 триллионов долларов, я бы поддержал эту меру. Но призыв к повышению налогов на владельцев частных реактивных самолетов – это политическая шутка, анекдот. На самом деле, как указывает газета Washington Post, это настолько запутанная идея, что Белый дом не может даже оценить сумму доходов, которые может принести реализация этого предложения. И все же, по некоторым оценкам, сумма поступлений от этого налога за десять лет составит 3 миллиарда долларов{70}. Это всего лишь 0,0002 % государственного долга США. Налог на частные реактивные самолеты не только никак не скажется на государственном долге, но и окажет негативное экономическое воздействие на рабочих, которые строят и обслуживают эти самолеты. Не забудьте о том, сколько рабочих мест, в том числе рабочих мест в производстве, создает отрасль частного самолетостроения.

Пустая, несерьезная болтовня – вот что мы слышим от нашего президента. Обама бьет по богатым, а потом проводит с ними отпуска на Мартас-Виньярд перед тем, как колесить по стране в ходе многомиллионной кампании по сбору средств у богатых либералов. И все это делает малый, читающий лекции о необходимости затянуть пояса, есть горох и не проводить отпуска в Лас-Вегасе, не спускать деньги на казино. (Не могу поверить, что Обама сможет выиграть выборы в Неваде, учитывая эти его заявления и очень высокий уровень безработицы в этом штате.)

Беспомощность Обамы в налоговых вопросах

Обаме надо проснуться, прекратить так много отдыхать (я никогда не видел такого президента) и валять дурака. Ему также надо понять то, как на самом деле работает мир бизнеса. Всем известно, что самое худшее из всего, что можно натворить во время рецессии или экономического спада, – это повысить налоги. Возможно, для президента и его кошмарной экономической команды это не та истина, которая ласкает слух, но бизнесмены – это люди, создающие рабочие места. Две трети всех рабочих мест в Америке созданы владельцами малого бизнеса. При таком безудержном росте безработицы можно подумать, что наш президент захочет приложить все силы, чтобы снизить его уровень и повысить уровень занятости. Но Обама этого не делает. Вместо этого он и его советники считают, что трепка, заданная тем, кто фактически создает капитал, добавит политических очков и каким-то образом позволит Обаме избежать поражения в 2012 году.

Обама ошибается. Американцы умны. Они знают, что нельзя на словах выступать за создание рабочих мест, а на деле – против тех, кто их создает. Такая политика не работает. Повышение налогов лишь принуждает владельцев предприятий к увольнению работников, содержание которых они не могут себе позволить. К тому же повышение налогов вызывает рост цен, заставляет бизнесменов переводить свои предприятия (и рабочие места на этих предприятиях) в другие страны, где налогообложение и прочие расходы ниже, и заставляет людей искать налоговые убежища. Все это знает даже ребенок у лимонадного киоска, но Обама этого не знает. Он никогда не работал в частном секторе и не составлял ведомость на зарплату. Для президента, которому нравится всем демонстрировать, как он информирован и смекалист в технических аспектах, Обама выглядит на удивление беспомощным в таких делах, как аутсорсинг с использованием иностранной рабочей силы. Сейчас это очень просто, для этого нужен лишь один щелчок компьютерной мыши. В нынешнем мире широкополосного высокоскоростного Интернета старые, построенные из кирпича и цемента, препятствия для бизнеса попросту исчезли. Это означает, что капитал может в мгновение ока увильнуть от постоянно растущих налогов и ужесточающихся правил государственного регулирования.

Обама – не единственный из тех, кто смутно представляет себе реальное положение дел с налогами в Америке. Действительно, на либеральную ложь, которую мы слышим многие десятилетия, повелись очень многие. Первая из этих либеральных басен – о том, что большую часть налогового бремени несут средние и низшие классы, что позволяет богатым уходить от налогов. Если на миг остановиться и слегка задуматься, сразу поймешь, что эта глупая выдумка попирает правила элементарной арифметики. Для тех, кто не в курсе дела, сообщаю: половина американцев не платят ни единого цента федерального подоходного налога{71}. Эта новость может шокировать, но это правда. И это одна из причин исключительной опасности раздувания федеральных расходов. Половина американцев пожимают плечами и говорят: «Да кому какое дело? Ведь тратят-то они не мои деньги». Таким образом, сама мысль о том, что низшие классы несут основное налоговое бремя, абсурдна, поскольку самая бедная половина американцев никаких налогов вообще не платит.

Более того, 1 % американцев, получающих самые высокие заработные платы, выплачивает в виде налогов больше, чем 95 % бедных американцев, вместе взятых. А 10 % самых состоятельных американцев уплачивают 71 % всех поступлений от федерального подоходного налога{72}. «Если рассматривать ситуацию в такой перспективе, то 1 % самых богатых американцев (а это всего лишь 1,4 миллиона налогоплательщиков) в настоящее время платят большую часть подоходного налога, чем остальные 134 миллиона налогоплательщиков»{73}. Тонкий знаток бизнеса Нил Кавуто с телеканала Fox News выражает эту мысль так: «Это как где-нибудь пообедать с друзьями. Ваш приятель за столом расплачивается за обед, а какой-нибудь тупица имеет наглость сказать: «Джо, тебе следовало бы оставить больше чаевых». Некоторые демократы, проповедующие классовую войну, теперь говорят: «Хорошо, так и должно быть. Джон, тебе следует оставить больше чаевых». Но тут понимаешь, что самые богатые из нас оплачивают щедроты, которые дает нам государство… Нам следует по меньшей мере хотя бы поблагодарить богатых»{74}.

Мне не нужны чьи-либо письменные благодарности. Я зарабатываю очень большие деньги и плачу большие налоги. Замечательно. Но дезинформация и ложь, изрыгаемые «прогрессистами», просто смехотворны. Зачем демонизировать богатых? А кто из нас не хотел разбогатеть? Кто, по мнению «прогрессистов», финансирует благотворительные фонды? Эти фонды финансируют богачи, бизнесмены, которые трудятся закатав рукава!

А вот что действительно изумляет (либералы остаются беспомощными и в этом вопросе): если федеральное правительство и в самом деле хочет «заняться» богатыми и конфисковать еще больше их заработанных тяжким трудом средств для финансирования своих безумных расходов на контрпродуктивные социальные программы, то правительству следует не повышать, а снижать налоговые ставки. Как объясняет мой друг Стив Форбс, до того как президент Рейган распорядился о снижении налоговых ставок, 1 % самых богатых американцев давали 17 % поступлений в налоговый бюджет страны. При Рейгане максимальные ставки налога снизились с удушающих 70 % до 28 %. И каков был результат этого снижения налоговой ставки? Доля самых богатых американцев в национальных налоговых поступлениях выросла фактически вдвое: они заплатили 36 % федеральных налогов и произвели 23 % национального дохода{75}. Как объяснил президент Рейган, «некоторые экономисты называют этот принцип экономикой предложения. Я называю это просто здравым смыслом»{76}.

Причина, по которой Америка переживает в настоящее время экономическую катастрофу, состоит в том, что Барак Обама не понимает, как создается благосостояние и как федеральное правительство может его уничтожать. Обама не понимает, насколько сегодня мобилен капитал. У людей теперь есть варианты. Индивидуумы и предприятия могут сегодня действовать где угодно в мире. Например, корпоративный налог в Ирландии составляет 12,5 %. А в Америке? В Америке корпоративный налог – второй по величине в мире и уступает лишь таковому в Японии, где он раздут до нелепых 39 %. Это означает, что бизнесмены могут экономить до 26,5 % на налогах, просто переводя свои предприятия за рубеж. Что они, собственно, и делают, причем в массовом порядке. Вообще говоря, средняя величина корпоративного налога в мире – 26 %{77}. Даже в социалистических экономиках понимают, что высокие корпоративные налоги – это похоронный звон по рабочим местам и экономическому росту. Высокие налоговые ставки в самом прямом смысле способствуют бегству капитала и рабочих мест за рубеж. Что серьезно сокращает налоговые поступления в казну федерального правительства.

Другой вопрос, связанный с высокими ставками корпоративных налогов: в конце концов, налоги платят не компании, налоги платят потребители. По данным Налогового фонда, в 2007 году поступления от федерального корпоративного налога составили 370 миллиардов долларов. Кроме того, специалисты фонда установили, что средняя американская семья ежегодно выплачивает 3190 долларов в виде корпоративных налогов{78}. И снова Барак Обама не понимает тех вещей, которые Рональд Рейган щелкал как орехи. Вот как президент Рейган объяснял губительное воздействие корпоративных налогов на среднего американца: «Некоторые говорят, что налоговое бремя надо переложить на бизнес и промышленность, но бизнес налогов не платит. О, только не заблуждайтесь. Бизнес облагают налогами так сильно, что ценовая конкуренция вытесняет нас с мирового рынка. Но бизнес должен перекладывать свои эксплуатационные расходы, в которые входят и налоги, на потребителя, и делает это, закладывая свои расходы в цену товаров. Налоги, все налоги платят именно люди. Государство всего лишь использует бизнес подлым, коварным способом как инструмент, помогающий собирать налоги. Налоги скрыты в цене товаров, и мы зачастую не понимаем, насколько велики налоги, которые мы платим»{79}.

Рейган был прав. Если бы американцы поняли, какова доля государственных сборов и налогов в цене товаров, они бы пришли в ярость. Посмотрите: за каждый галлон бензина, заливаемый в бак автомобиля, американец платит 45,8 цента федеральных, местных налогов и налогов штата. Так что если вы наполняете бак машины и закачиваете в него 20 галлонов, вы просто бросаете на ветер 9,16 доллара, которые уходят на налоги. Скрытые сборы влияют на все, даже на стоимость отдыха и спорта. Например, 10 % цены спортивного инвентаря, который покупает рыбак, – это скрытые налоги, а лучники платят скрытые налоги в размере 45 центов за каждую стрелу и 11 % стоимости колчана. Если вы бронируете место в самолете, совершающем внутренний рейс, вы платите налог в размере 7,5 % от стоимости билета. А потом вам приходится заплатить еще один налог в размере 3,60 доллара и еще один – за страхование каждого перелета по США. Если вы летите за рубеж, то уплачиваете 16,10 доллара международного налога на взлет и посадку, а также сбор в размере 4,5 доллара в виде «сбора за обслуживание пассажиров». Вот почему цена выбранного вами авиабилета внезапно подскакивает, когда за него надо расплачиваться{80}.

У некоторых людей меньше проблем с так называемыми «налогами на пороки», которыми государство облагает некоторые товары для того, чтобы сократить их потребление. Федеральный налог на пачку сигарет – 1,01 доллара за пачку, на упаковку шести банок пива – 33 цента. Некоторые говорят: «Ну, потребление таких товаров не идет вам на пользу, поэтому их товары следует облагать более высокими налогами». Аналогичным образом в большинстве штатов налогом облагается мазут, благодаря которому люди, живущие на севере, могут обогревать свои дома в зимнее время. Дело в том, что эти скрытые, подлые налоги обдирают американцев дочиста. Хуже того, эти налоги скрывают реальные расходы, связанные с деятельностью большого правительства. Если бы средний американец понимал, сколько денег государство ежегодно вытаскивает у него из кармана (а это, по оценкам, 40 % заработка), в США случился бы налоговый бунт, по сравнению с которым «Бостонское чаепитие» показалось бы любительским спектаклем{81}.

Это несправедливо и неправильно. И это – плохая экономическая политика. Как поступают люди, когда налоги повышаются? Многие умные люди переводят свои деньги в освобожденные от налогов муниципальные облигации. И что в этом случае происходит? Государство не получает денег, на которые рассчитывает. Если б Обама лучше смыслил в экономике, он бы кое-что знал о законе, который называют законом Хаузера (в честь У. Курта Хаузера, почетного председателя Гуверовского института в Стэнфордском университете). Как объясняет Хаузер, максимальная ставка налога на доходы физических лиц переживала резкие колебания, в пределах от 92 % в 1952–1953 годах и до 28 % в 1988–1990 годах. И все же, независимо от ставки налога, поступления от него – в процентной доле ВВП – оставались примерно на одном уровне и в среднем составляли чуть меньше 19 %{82}. Происходило так потому, что, когда налоги становились слишком большими, люди просто уводили деньги от жадных лап федерального правительства в безналоговые зоны. Высокие ставки налогов не увеличивали доходы государства. Они лишь заставляли людей выводить деньги из производства, которое создавало рабочие места, и замораживали деньги в менее динамичных инвестиционных инструментах вроде облигаций. Только глупец станет отстаивать такой катастрофический план. Но Барак Обама идет именно этим путем.

Ничто из вышесказанного не должно удивлять никого из тех, кто следил за положением дел в 2008 году. Помните Сантехника Джо? Будучи в 2008 году кандидатом в президенты, Барак Обама сделал свои намерения предельно ясными, сказав: «Я считаю, что, если человек делится своим богатством, это хорошо для всех». Итак, мы уже тогда знали, куда пойдут дела. Делиться вашими деньгами с другими – это не дело правительства. Вы сами делитесь своими деньгами и решаете, как хотите их потратить, куда инвестировать и кому или на что пожертвовать. Обама поддерживает налоги потому, что считает, что государство должно решать больше, а вы – меньше.

Судя по их словам и их политике, Мишель и Барак Обама явно верят в то, что капитализм и предпринимательство – это плохо. В их понимании, повышение налогов – это верный способ наказывать людей за смелость, которую они проявляют, упорно трудясь и обогащаясь. Как выразилась первая леди Мишель Обама в одном из выступлений перед группой женщин в штате Огайо, «не ходите в корпоративную Америку. Знаете, становитесь учителями. Работайте на местные общины. Становитесь социальными работниками. Будьте медсестрами… Сделайте тот выбор, который сделали мы. Уйдите из отраслей, где делают деньги, в отрасли, которые оказывают помощь людям»{83}. Учителя и медсестры – это замечательно, но говорить людям, что занятие бизнесом – дело сомнительное, не имеющее отношения к «отраслям, оказывающим помощь», – посыл поистине ужасный. Особенно для молодых людей, интересующихся бизнесом и предпринимательством. По логике Мишель Обамы (если в ее рассуждениях можно заподозрить логику), учреждение компании, которая создаст десятки тысяч рабочих мест и даст сотрудникам честный способ кормить свои семьи и отправлять своих детей в колледжи, каким-то образом оказывается участием в деятельности, которая не входит в «отрасли, помогающие людям». Чета Обама снова и снова рассылает свое направленное против богатства послание. Как признал президент Обама, «не думаю, что в какой-то момент вы заработали достаточно много денег», словно это его (или правительства) дело решать, насколько напряженно вам работать и сколько богатства и возможностей вам создавать. Это постыдно и печально. Неудивительно, что Обама привел Америку к такому краху.

Время принимать умные решения по налоговым вопросам

Америке нужна налоговая система, которая была бы справедливой и рациональной. Система, поощряющая рост, сбережения и инвестиции. Настало время прекратить наказывать за упорный труд и предпринимательство. Говоря конкретно, нам надо сделать пять вещей. Во-первых, отменить налог на наследство. То, что государство облагает вас налогом после смерти, захватывает часть ваших накоплений и собственности, на создание которых ушла ваша жизнь (и за которые вы уже заплатили налоги), просто аморально. Наследниками вашего имущества является не федеральное правительство, а ваши дети. Президент Джордж У. Буш на год отменил налог на наследство, который иногда называют налогом на недвижимость. Но после 2010 года, уже при Обаме, этот налог вновь восстал из мертвых. Теперь недвижимое имущество, размеры которого превышают определенные размеры, подлежит налогообложению по ставке до 35 %. «Похоже, неважно, что огромные деньги, вложенные в недвижимость, уже были обложены налогами, когда деньги были заработаны. И неважно, что в Америке значительная часть долгосрочных сбережений и инвестиций в малый бизнес появились благодаря способности передавать богатство следующим поколениям… Все это означает, что чем выше налоги на наследство, тем слабее стимулы к реинвестированию в семейные предприятия», – пишет Wall Street Journal{84}.

Исследование, проведенное директором Бюджетного управления Конгресса Дугласом Хольц-Экином, показало, что изменение ставки налога на наследство с 0 до 45 % (а Обама хочет поднять ставку этого налога до 45 %) наверняка уничтожит рабочие места, поскольку приведет к изъятию 1,6 триллиона долларов из капитала малого бизнеса и из рук тех, кто создает рабочие места. Это, по словам Хольц-Экина, приведет к потере 1,5 миллиона новых рабочих мест. Как можно сидеть сложа руки, допуская, чтобы это происходило в то время, когда 25 миллионов американцев не могут найти работу? Работу, которая позволила бы им заботиться о своих семьях?{85} Налог на наследство увеличит все налоговые поступления федерального бюджета всего на ничтожный один процент{86}. К тому же наследники уже должны платить со всех активов налог на прирост капитала, который они получают от любой недвижимости. Президент Обама хочет пожертвовать 1,5 миллиона рабочих мест ради удовольствия «потрясти богатых». Это попросту неправильно.

Обама говорит, что «когда мы думаем о налоговой реформе, нам следует подумать о справедливости. Справедлива ли система налогообложения?»{87}. Ну, я скажу вам, господин президент, что несправедлива. Несправедливо уничтожать полтора миллиона рабочих мест и удушать экономический рост только для того, чтобы вы, теплый и пушистый, отбирали деньги у семейных предприятий и тратили эти деньги так, как вы и ваши бюрократы сочтете нужным. Если отменить налог на наследство, Америка получит 1,5 миллиона рабочих мест, увеличит капиталы малого бизнеса более чем на 1,6 триллиона долларов, повысит заработные платы на 2,6 %, увеличит вероятность найма новых работников на 8,6 %, а инвестиции – на 3 %{88}. Это ежику понятно. Пришло время похоронить налог на наследство, похоронить раз и навсегда. Более миллиона рабочих мест зависят от отмены этого налога.

Во-вторых, нам надо снизить ставки налогов на доходы от прироста капиталов и на дивиденды. Это еще два налога, которые уничтожают рабочие места и инвестиции. Президент Обама, естественно, хочет сделать все наоборот. Он хочет повысить ставку налога на прирост капитала с 15 до 20 %{89}. А еще он хочет взвинтить на столько же и налог на дивиденды. И снова в порочном мире Барака Обамы все эти меры карают успех и перераспределяют богатство. Как указал экономист Дж. Д. Фостер, «Обама во время состоявшихся в ходе президентской кампании дебатов с Хиллари Клинтон (на тот момент сенатором) вполне ясно и определенно заявил, что повышение налоговых поступлений – не главная причина, по которой он предлагает повысить налог на доходы от прироста капитала». Цифры бюджета, который предлагает президент, показывают, что даже ничтожное сокращение темпов годового экономического роста на 0,01 процента (а такое снижение произойдет, если следовать налоговой политике Обамы) полностью съест деньги, которые он надеется собрать за счет повышения ставки налога на прирост капитала. Дж. Д. Фостер приходит к выводу о том, что «президенту следует отодвинуть свои идеологические предпочтения и оказать давление на Конгресс, заставив его сохранить нынешние ставки налогов на прирост капитала и дивиденды на уровне 15 % до тех пор, пока в экономике не будет достигнута полная занятость»{90}. Повышение налоговых ставок в настоящее (или в любое) время – близорукая и экономически глупая политика.

Капитализм нуждается в капитале. Если государство отбирает капитал у инвесторов, оно отбирает деньги, создающие рабочие места, рабочие места в частном секторе реальной экономики. То есть отбирает все то, что способствует оздоровлению американской экономики. Поскольку мы ведем речь о человеке, который утверждает, что первое, о чем он думает, проснувшись, и последнее, о чем он думает перед сном, – это создание рабочих мест, вы, вероятно, подумаете, что он разбирается в этом деле лучше. Но он разбирается в этом деле не лучше любого из нас. Поэтому нам нужен новый президент – такой, который сохранит низкие ставки налога на доходы от прироста капитала.

В-третьих, нам надо снизить ставку действующего в США корпоративного налога с 39 % до 0. Как я говорил, ставка корпоративного налога в Америке – вторая по величине в мире. Средняя величина этой ставки в мире равна 26 %. Как можно ожидать, что компании будут нанимать американских рабочих и размещать свои производства в Америке, если правительство США облагает их чрезмерно высокими налогами? Это безумие. Я всей душой за то, чтобы они оставались в Америке и нанимали американских рабочих. Я хочу, чтобы иностранные компании переводили свои предприятия в США и создавали рабочие места здесь, в США. Америка – самая великая страна в мире, и мировые компании хотят работать в Америке. Нулевой налог на корпорации создаст беспрецедентный бум в сфере создания рабочих мест. Появятся миллионы рабочих мест. Это – не нейрохирургия. Снижаете налог на корпорации – и компании остаются в Америке или переводят свои производства в Америку, что дает рабочие места. Кому это не понятно?

Проблема в том, что у нас президент, который больше озабочен выполнением какой-то странной идеологической миссии, идущей вразрез с американской традицией свободного рынка. Послушайте, у нас нет времени на игры. Наш народ страдает. Вот мое послание Обаме: Америка – капиталистическая страна. Вникни в это, осознай и иди дальше! Дай свободу людям, создающим рабочие места, и мы вернем очень многих американцев на работу. Снизьте налог на корпорации и создайте миллионы новых рабочих мест, продолжая стимулировать нашу хромающую экономику.

В-четвертых, настало время проявить твердость в отношении тех, кто отдает рабочие места на сторону, и вознаградить компании, сохранившие верность Америке. Если американская компания отдает свою работу иностранцам, ее обложат налогом по ставке в 20 %. А компании, которые совершили ошибку и перевели свои предприятия за рубеж, но потом прозрели и готовы вернуться в США (и вернуть в США рабочие места), будут платить налог по нулевой ставке. Вывод: если компания нанимает американских рабочих, она в выигрыше. Создаешь рабочие места за рубежом – хорошо, но в этом случае будешь платить налоги. К тому же я хочу, чтобы другие страны начали, наконец, платить за доступ к американским рынкам. Предлагаю такую сделку: любая страна, ввозящая товары в США, платит налог в размере 20 %. Если иностранным компаниям нужна доля американского рынка, им придется заплатить за это удовольствие. Никакой больше свободы доступа в самое большое шоу. И особенно это относится к Китаю.

Пятая и последняя часть моего плана касается реформы подоходного налога. Правительство конфискует слишком много ваших денег. Налоговый кодекс – крайне сложная система, заставляющая американцев ежегодно тратить 6,1 миллиарда долларов на попытки в ней разобраться {91}. Американцы также впустую тратят миллиарды долларов на консультантов, которых нанимают для того, чтобы те помогли им растолковать налоговый кодекс. Наймите сотню консультантов, чтобы они рассчитали вам ваши налоги, и у всех получатся разные цифры. О чем это говорит? Лично мне о том, что пришло время восстановить былую простоту и благоразумие подоходного налога. Мой план расчета подоходного налога таков:

● С доходов менее 30 тысяч долларов люди платят 1 %.

● С доходов от 30 до 100 тысяч долларов люди платят 5 %.

● С доходов от 100 тысяч до миллиона люди платят 10 %.

● С доходов от миллиона и более люди платят 15 %.

Здесь все ясно и справедливо. И весь план уместится на оборотной стороне почтовой открытки. Зато он сэкономит американцам большие деньги, которые они тратят на всяких консультантов. А также массу выброшенного на ветер драгоценного времени.

Америка остро нуждается в настоящей налоговой реформе. Вот почему мы должны осуществить налоговую реформу по предложенной выше схеме 1-5-10-15. Пусть Китай, страны ОПЕК и прочие платят налоги, но не мы. Пожалуй, для этого пришло время… А деньги на это у них есть.

* * *

Я уверен, что правительство и так забирает достаточно денег, которые заработаны вашим упорным трудом. Обама уверен в обратном. Если мы хотим, чтобы в Америке были рабочие места, нужно ввести в действие предлагаемую мной налоговую политику, предусматривающую выполнение пяти пунктов. Надо уничтожить налог на наследство, снизить ставки налогов на прирост капитала и дивиденды, ликвидировать корпоративный налог ради создания новых рабочих мест в Америке, ввести 15 %-ный налог на аутсорсинг работы и 20 %-ный налог на импортируемые в Америку товары и осуществить план налоговой реформы по схеме 1-5-10-15.

Государство должно прекратить копаться в ваших кошельках. Всякий раз, когда государство это делает, оно тормозит экономический рост и уничтожает рабочие места. К тому же это просто аморально. Нам надо вернуться к тому, что, как мы знаем, прекрасно работает. Президент Рейган был прав: более низкие налоги дают больше свободы и возможностей для всех. И об этом знают все. Не знают только в Вашингтоне. Настало время послать громкий и ясный сигнал политикам. Как сказал однажды сенатор Эверетт Дирксен, «когда они почувствуют жар, они увидят и свет». Настало время задать им жару!

Глава 5

Правительство, которое мы можем себе позволить

Правительство, достаточно большое и сильное, чтобы дать вам все, что вы требуете, достаточно велико и для того, чтобы забрать все, что у вас есть{92}.

Президент Джеральд Форд

Правительство США ежедневно получает 6 миллиардов долларов, а тратит 10 миллиардов. Это означает, что федеральное правительство должно занимать по 4 миллиарда долларов в день сверх того, что у него есть{93}.

Сообщаю очевидное: если б какое-то предприятие действовало так, как действует наше правительство, оно бы разорилось. Но в абсурдном мире Вашингтона политиканы просто гонят жестянку по дороге и пожимают плечами. Но тут есть одна проблема: жестянка может в конце концов разбиться о стену долга величиной 15 триллионов долларов. Впервые со времени основания США Америка лишилась кредитного рейтинга ААА. Теперь даже наш враг, Китай, подумывает, стоит ли предоставлять кредиты и финансировать устроенную Бараком Обамой бесконечную оргию расходов.

Американцы понимают, что у США проблема с расходами, а не с доходами. В сентябре 2011 года компания Gullop спросила американцев, сколько, по их мнению, денег впустую тратит федеральное правительство. Американцы определили эту сумму как 51 цент из каждого доллара. И это, пожалуй, слишком милостивая оценка.

Нам нужно больше взрослых и разумных людей в Вашингтоне, людей, которые бы метко стреляли и равнялись бы на американский народ в вопросе поиска и наказания главных расточителей бюджетных средств. Самые большие доли бюджета съедают программы социальной защиты, Medicare и Medicaid. На социальное обеспечение уходит до 20 % бюджета (707 миллиардов долларов). Остальные расходы на бесплатную и частично платную медицинскую помощь поглощают 22 % бюджета (724 миллиарда долларов). Как известно, расходы на здравоохранение стремительно растут, и программа Medicaid[2] существенно расширила свою роль в системе здравоохранения. Когда Medicaid была создана в 1965 году, ее услугами пользовался лишь один из каждых пятидесяти американцев. Сегодня услугами Medicaid пользуется каждый шестой.

Спасти социальное обеспечение и Medicaid

Со сходными проблемами сталкивается и система социальной защиты Social Security. Скоро настанет момент, когда число пользующихся этой системой превысит число тех, кто ее обеспечивает. В настоящее время льготами социального обеспечения пользуются 53 миллиона человек (средний размер социальных выплат – 1067 долларов в месяц). Через 75 лет это количество возрастет до 122 миллионов человек, т. е. социальным обеспечением будет пользоваться каждый четвертый гражданин США{94}. Вот почему сейчас, когда 77 миллионов беби-бумеров[3] начинают уходить на пенсию и получать социальные выплаты, этим двум программам, поглощающим в общей сложности 42 % бюджета США, грозит банкротство. Этого нельзя допустить.

По мнению некоторых республиканцев, было бы хорошо, если бы эти программы иссохли и вовсе исчезли. Такие республиканцы рассуждают так: социальное обеспечение и Medicaid – расточительные государственные программы. Но тем, кто так думает, надо пересмотреть свою позицию. Для людей, которые десятилетиями делали взносы в эти системы, вполне разумно ожидать, что их деньги потрачены не напрасно. Для этих людей социальное обеспечение и Medicaid – вовсе не льготы, это соблюдение условий сделки. Американское общество должно гарантированно предоставить социальные льготы тем, кто не может самостоятельно себя обеспечить. По крайней мере, такую позицию занимал президент Рейган. 20 апреля 1983 года он подписал законопроект о сохранении социального обеспечения. После подписания президент произнес слова, к которым должен прислушаться каждый республиканец: «Этот законопроект показывает, что наша страна твердо придерживается гарантий по предоставлению социальной защиты. Законопроект гарантирует престарелым, что Америка всегда исполнит свои обещания, сделанные в трудные времена полвека назад. Законопроект гарантирует тем, кто продолжает работать, что и у них есть пакт с будущим. Отныне у этих людей есть уверенность в том, что они получат причитающуюся им по справедливости долю социальных благ при выходе на пенсию»{95}.

Президент Рейган был прав: социальное обеспечение должно сохраниться. Конечно, его надо реформировать, искоренить мошенничество, сделать социальное обеспечение более эффективным и обеспечить платежеспособность программы для поколений, следующих за послевоенным поколением. Но, наблюдая, как некоторые республиканцы поносят систему, которая существует более 80 лет и в которую много десятилетий вкладывали деньги налогоплательщики, я чувствую, что этим республиканцам следует оглянуться и снова перечитать упомянутую выше речь президента Рейгана.

То же касается и программы Medicare[4]. Люди снова выполнили свои обязательства по сделке и добросовестно вложили в программу свои деньги. Конечно же, они считают, что вправе получать льготы, за которые они заплатили! Это вполне справедливо.

Вопрос в том, как мы платим за Medicare, Medicaid и Social Security, когда стоимость этих услуг раздувается, а дефициты стремительно растут? Отвечая на этот вопрос, скажу так: неправы обе стороны. Демократы утверждают, что ответом на этот вопрос должно стать повышение налогов. Но любой человек с мозгами знает, что повышение налогов ударит по экономическому росту. То есть получится все наоборот. Экономический рост – это нехитрый секрет увеличения размеров того пирога, который все мы будем делить. Когда пирог увеличится, миллионы новых рабочих станут новыми налогоплательщиками и доходы государства возрастут. Как сказал сенатор от штата Флорида Марко Рубио, «прекратите болтовню о новых налогах и начните лучше говорить о создании новых налогоплательщиков, что, в сущности, означает новые рабочие места»{96}. Появление новых рабочих мест – это как раз то, что и делает экономический рост.

Но ошибаются и многие республиканцы. Они утверждают, что мы можем малу-помалу сокращать лишние траты, бороться с мошенничеством и злоупотреблениями и каким-то волшебным способом обеспечить финансовое здоровье этих программ и выплатить наш огромный государственный долг, достигший 15 триллионов долларов. Но надо отметить, что и демократы, и республиканцы не до конца честны в своих высказываниях.