Фрэнк
Дженни. Какое общество?
Фрэнк. Как, он тебе не сказал?
Джимми. Заткнись, Фрэнк Брайант, не то мне несдобровать.
Фрэнк. У-у, это такое общество — что надо! Я тебе расскажу. Сидим мы как-то в кабачке — Джимми, я, Старки, Джонни Оутс и Бонки Доусон, пропустили маленько, и тут на Джимми накатило, ну как бы тебе сказать, ну… приспичило, в общем! Да, приспичило, значит! Вот он и начни жаловаться— да что это такое, говорит, каждый день все одна и та же булка, надоест кому хочешь. Тогда Бонки Доусон и говорит: мать честная, наверно, есть такие бабоньки, которым тоже приспичило! А Старки говорит — конечно, есть, да только как их узнать? Замолчали все, думаем, и вдруг Джимми говорит, надо, говорит, общество организовать из тех, кому хочется время от времени перехватить, и все мы должны носить значок, и если, говорит, увидишь бабоньку со значком — значит, и она не прочь перехватить.
Джимми. Кончай, Фрэнки, не то получишь по черепушке.
Фрэнк. Это еще не все. Старина Джимми потом говорит: надо нам придумать пароль, чтобы знать, сильно ли тебе приспичило. Слушай, что он предложил. Подходишь ты, например, к такой бабоньке, у которой значок прицеплен, и спрашиваешь: вы сколько кусков сахару в чай кладете? Если она говорит «два» — значит, она не прочь побаловаться, но ей еще не очень приспичило. А если говорит «четыре», то знай, что на нее накатило вроде твоего, понятно?
Дженни. А если бы она сказала, что кладет шестнадцать кусков? Его бы, наверно, кондрашка хватил.
Перл. А где мамаша Брайант?
Бити. Наверху, переодевается.
Перл. А папаша Брайант?
Бити. Возится со своими свиньями.
Фрэнк. Тебе еще повезло, что я пришел.
Бити. Почему это?
Фрэнк. Был бы солнечный день, я бы в поле был, на уборке.
Перл. А гроза-то какая разыгралась прошлой ночью. Гром, молция — до самого утра.
Бити. Ронни обожает грозу. Может часами сидеть и смотреть.
Фрэнк. Вот чудак!
Дженни. Правда, он какой-то странный, верно?
Бити. Скоро сами увидите.
Джимми. Сестер у него нет?
Бити. Есть одна замужняя, она недалеко отсюда живет.
Перл. В деревне городская девушка? Зачем это ей понадобилось?
Бити. Ее муж столяр, делает мебель кустарным способом.
Перл. Будто в Лондоне нельзя этим заниматься.
Бити. Ронни говорит — они считают, что Лондон неподходящее место для нормальных людей.
Джимми. Что верно, то верно!
Бити. Папаша Брайант идет.
Фрэнк. А вот и глава могучего клана Брайантов по мужской линии!
Мистер Брайант. Скажите пожалуйста, уже все в сборе.
Бити. Быстрее переодевайся, папа, — он с минуты на минуту может приехать.
Мистер Брайант. Помолчи, дочка, приду, когда буду готов, не подгоняй меня.
Фрэнк. А вот глава могучего клана Брайантов по женской линии!
Миссис Брайант. Ну-ка, Брайант, переодевайся, видишь, мы все готовы.
Мистер Брайант. Ну вот! Теперь еще и эта. Да кто он такой, этот парень, хотел бы я знать.
Миссис Брайант. Что-то он не в себе! Я уж вижу. По голосу его чую. Выкладывай, Брайант, что стряслось.
Мистер Брайант. Ничего не стряслось, не знаю, о чем это ты.
Миссис Брайант. Провалиться мне на этом месте, если у тебя ничего не стряслось.
Фрэнк. Может, Хили на тебя зуб имеет, пап?
Бити. Или свиньи дохнут?
Миссис Брайант. Тут серьезным делом пахнет, уж больно он веселый вид на себя напускает.
Мистер Брайант. Меня перевели в подсобные рабочие.
Дженни. Ну не подло это?
Миссис Брайант. Из-за твоих колик небось?
Мистер Брайант. Я ему говорю — не бойтесь, у меня боли прошли. «Не важно, Джек, — говорит он, — я не хочу, чтобы ты окончательно надорвался, работая на меня. Пока, говорит, походи в подсобных, а поправишься — снова переведем в свинари».
Миссис Брайант. Значит, на ползарплаты?
Бити. А ты не можешь найти другую работу?
Фрэнк. Он же у этого хозяина восемнадцать лет проработал.
Бити. Но умеешь же ты делать еще что-нибудь! Ты не можешь снова за коровами ходить?
Мистер Брайант. За коровами у нас Билл Уэддингтон ходит. Он на этой работе вот уж седьмой год.
Дженни. Ну что ты расстраиваешься, Бити. Тут все время такие дела творятся.
Джимми. Мы же ей говорили, когда она у нас была, помнишь?
Миссис Брайант
Мистер Брайант. А плавать-то он умеет? Льет как из ведра, не ровен час, потонет.
Мистер Брайант. Не выпить ли нам по чашечке чаю, пока мы дожидаемся? Я поставлю чайник.
Перл
Дженни. На старушку Мэнн, что рядом с нами живет.
Перл. Бедная. Как она себя чувствует?
Дженни. Убивается очень.
Перл. Да он-то при чем? Не глупи, Джимми Билс. Нечего себя мучить, а то и нам не по себе будет. Ничего ты плохого не сделал, да и потом все равно он одной ногой в могиле стоял.
Фрэнк. Они с женой даже не были повенчаны?
Дженни. Нет. Она стала за ним ухаживать, когда его первый удар хватил, да так у него и осталась.
Джимми. И работу свою из-за этого потеряла.
Фрэнк. Это уж как водится. Она ведь была медицинской сестрой.
Дженни. А по-моему, глупости это все. Какая разница, повенчалась она с ним или нет?
Перл. Наверно, скучно без него, Дженни?
Дженни. Еще как! Такой славный был старик, всегда шутил, и девчонке сладости покупал. Когда мне сказали, я разревелась, ей-богу. Будто обухом по голове меня ударило!
Джимми. А за твоим ребенком кто присматривает, Перл?
Перл. Отец.
Джимми
Фрэнк. Норидж, во всяком случае, не выиграет.
Джимми. И по-моему.
Миссис Брайант. Поставила чайник…
Перл
Бити. Два мальчика.
Джимми. Надо ей разок наверх залезть, тогда родит девочку.
Дженни. Постыдился бы, Джимми Билс.
Миссис Брайант. Вчера опять немножко выиграла.
Дженни. Где это?
Миссис Брайант. У пожарного в вист играли. Семь шиллингов шесть пенсов выиграла.
Дженни. Ишь ты.
Фрэнк