Дыши в такт со мной

Уголки губ опущены, в глазах смятение, руки дрожат, на подоле платья крохотное пятнышко дорожной пыли.

Устало вздохнув, Роксана подходит ближе и одним властным движением опускает начальницу в кресло.

Затем подходит к подоконнику, и, подхватив графин, наполненный апельсиновым соком, возвращается к Клео.

— Где Рассел?

Прижав ладонь ко лбу, Клео качает головой.

— Понятия не имею. На работе, где он ещё может быть.

Покачав головой, Роксана протягивает Клео стакан с изображениями играющих в мячик тигров. Он здесь уже лет десять, по словам Эвелин, с тех пор, как она впервые привела в этот офис дочь.

— Послушай, - опустившись на корточки, Роксана пытается создать на губах мягкую улыбку. – Ты справишься, всё пройдёт прекрасно и ни одна Джейми не сможет тебе помешать.

Сделав глоток сока, Клео достаёт из ящика стола подставку. Она теперь босс, но видимо указания матери по поводу разводов на хромированном стекле всё ещё звучат в голове.

— Ты права, я справлюсь, я знаю… - на губах Клео слабая улыбка. – Я сегодня видела самые нелепые кроссовки в мире, ты бы только…

— Чёрт, нам пора, - заметив тени, скользнувшие за стенами кабинета, Роксана поднимается. – Идём, пора зайти в клетку с тиграми.

— Боже, где мои плётки, - усмехнувшись, Клео собирает папки, что вчера Роксана несколько часов раскладывала по порядку.

— Малышка, всё будет отлично, - проведя рукой по волосам, Роксана прищуривается, пытаясь представить свой внешний облик без зеркала.

На ней сегодня невероятные леопардовые легенсы, подчёркивающие выдающийся зад и тонкую талию.

Поправив лямки чёрного топа, что переливался на свету, Роксана проводит пальцем по контуру губ, надеясь, что помада не смазалась.

Макияж как обычно броский, яркие тени, кричащая помада, нужно ведь оттенять смуглую кожу.

— Кстати, ты так и не сказала, как тебе моя новая причёска, - развернувшись, Роксана проходит вперёд, уперев руки в бока, и лишь достигнув двери, вновь оборачивается.

Она почти год отращивала волосы, покупала шиньоны, старательно красилась в ядовито-красный, а вчера вдруг решила, что волнистые пряди, похожие на мочалку ей наскучили.

И теперь на голове была аккуратная шапочка из рыжих волос, что едва доставали до плеч.

— Потрясающе, как обычно.

— Думай о моей причёске, - вынув из уха наушник, Роксана открывает дверь, позволяя Клео пройти вперёд.

Это будет тяжелое собрание.

2 глава

Мне нравятся сумасшедшие. Они напоминают мне о том, что я нормальная.

Сэм Хайес.

— Дамы, поздравляю всех нас с выходом свежего номера, пусть и на пару дней позже положенного срока, но получился он действительно отменным.

Слова Клео встречаются восторженными аплодисментами, и она почти чувствует себя уверенно.

Так делала её мама, показывала всем, что она босс.

Не сидела на летучках до тех пор, пока не начиналось обсуждение предложений для следующего номера, говорила громче остальных, но никогда не кричала.

Просила принести ей чашку капучино и не притрагивалась к нему до тех пор, пока остальные не покидали зал.

Впервые попав сюда в тринадцать лет, Клео обожала это помещение.

Здесь были потрясающие угольно-чёрные полы, белоснежные стены и доски, на которых можно было записывать маркером свои идеи, в центре этого бесхитростного помещения круглый стол переговоров с длинной чередой стульев.

Бросив свежий номер на стекло, Клео окидывает обложку довольным взглядом.

Она ненавидела сниматься и ненавидела то, как получалась на фотографиях, но в этом снимке было что-то магнетическое.

Она казалась почти уверенной в себе.

Почти красивой.

Почти лучшей.

Всегда почти, потому что место уверенной, красивой и лучшей в этом офисе уже занято.

— Думаю, все вы немного расслабились в эти выходные, что, безусловно, заслужили после такой работы, но сегодня понедельник. Тяжёлый день, и я могу вам это подтвердить, так как именно я сегодня опоздала.

По залу проносится смешок, Клео старается смотреть на открытое, полное доброты лицо Роксаны, на её бренчащие серёжки в форме прямоугольников, но взгляд так и норовит вцепиться в Джейми.

— Итак, для того, чтобы следующий номер получился таким же, надеюсь хорошим, как и этот, нам с вами стоит начать работать уже сейчас, - Клео едва успевает открыть рот, когда сотрудники начинают энергично раскрывать блокноты. – Итак,… думаю, все вы знаете, что я решила внести несколько изменений.

Джейми поднимает руку.

Она всегда так делает, она ведь правильная ученица, а правильные ученицы не говорят без разрешения.

Клео чувствует себя неловко, Джейми уже тридцать, она почти на семь лет старше её, но старательно демонстрирует, что она слушается нового босса.

Прочистив горло, Клео кивает ей.

— Не хочу мешать вашему творческому процессу босс, но насколько я знаю, Эвелин не говорила ни о каких изменениях, - Джейми всплескивает руками. – Мы лишь филиал, а не основной центр журнала, думаю, все решения об изменениях должна принимать только Эвелин.

— Я говорила с ней Джейми, и она позволила мне провести некий эксперимент изменений. Джейми поджимает губы от удовольствия, Клео становится не по себе, она будто доставила ей оргазм своими словами.

Да, я неудачница и я прогорю со своими идеями, а ты сможешь получить это место, как всегда и мечтала.

— Как скажете босс.

Раздражённо цокнув языком, Роксана бьёт карандашом по столу, заставляя Клео очнуться.

— Итак… - раскрыв блокнот, Клео подвигает к себе органайзер, - одна из новых рубрик будет называться «Уличная мода». Думаю, ею займётся Дани.

Девушка неловко улыбается в ответ, прижав к себе локти слишком длинных рук.

— Я… это… большая честь, - облизнув пересохшие губы, Дани, заправляет пряди тусклых волос за уши.

Она слишком долго писала не сбывающиеся гороскопы, пора дать ей что-нибудь стоящее, Клео на сто процентов была уверена в своём решении, пока не увидела, как над ней посмеивается Джейми.

— Следующая новая рубрика «Дневник ожидания», мы нашли девушку, она беременна. Срок шесть недель и мы попросили её описывать свои чувства, эмоции. Думаю, это очень поможет женщинам, которые хотят завести ребёнка.

Роксана старательно кивает в ответ, её подхватывает Дани и уже через минуту почти весь зал, исключая Джейми отвечает ей уверенными кивками.

— К тому же я отказалась от нескольких страниц реклам, и немного урезала бюджет будущей съёмки новой зимней коллекции.

Глаза Джейми изумлённо округляются, она даже руку забывает поднять прежде, чем слова вырываются из её горла.

— Что?! – подскочив с места, она даже не отряхивает подол платья, как делает это обычно. – Это невозможно урезать! Только не это!

Клео пожимает плечами в ответ.

— Мне хочется сделать журнал более душевным, а не ледяной конструкцией моды.

— Но, это журнал мод! Название «Trend» тебе ни о чём не говорит?! – восклицает Джейми. – Если хочешь быть душевной, стань редактором в журнале «Кухня для души».

Модель, восседающая рядом с Джейми, хихикает.

Клео чувствует, как по спине сползают предательские капли пота.

— Джейми, не хочу превышать свои обязанности, но мне кажется, ты не имеешь права кричать на Клео, - подаёт голос Роксана. – Как ты уже ранее заметила, она босс.

Безмолвно открыв рот, Джейми глотает воздух, точно рыба и безвольно опускается на стул, прижав ладони к щекам.

— Хорошо… и последнее, что я хотела сказать, - закрыв блокнот, Клео одаривает аудиторию улыбкой. – Как вы уже поняли, я хочу увидеть изменённый журнал. Хочу, чтобы его читали не только высшие мира сего, хочу привлечь новых читателей, и для эстетов у меня есть особенный подарок.

Подав Роксане сигнал, Клео скрещивает руки на груди, когда секретарша поднимается и, бросив в центр пачку листов, запутанных в отпечатанных текстах, встаёт рядом с Клео.

Недоумённо нахмурившись, сотрудницы тянутся к пачке, подхватывая ровные, ещё пахнущие краской принтера, листы.

— «Сделано слишком много. И слишком много сказано. Каждое произнесённое мной слово было кем-то услышано, а значит занесено в книгу моей жизни.

Её откроют на страшном суде, и я не доживу до последней страницы.

Не смогу увидеть заляпанных паутиной и благородной сединой последних страниц моей исповеди», - недоумённо нахмурившись, читает Джейми. – Что это?

— Это потрясающая блогерша, выступающая под ником Sins our1, - Клео подаётся вперёд. – Вот то, что я хочу видеть в нашем журнале. Красивые высказывания о чьих-то чувствах, завуалированные в капсулу метафор.

— Без проблем, - Джейми пожимает плечами, откидываясь на спинку стула. – Я могу это сделать.

Смешок Клео гудит в свете ламп, она качает головой в ответ.

— Нет, Джейми. Я пригласила к нам эту самую блогершу, так что твои услуги здесь нам не понадобятся.

— Клео… - Роксана наклоняется вперёд, но Клео обрывает её, отмахнувшись.

— Итак, в конце этой недели я хочу знать о скелете статьи каждого из вас, пожелания и предложения вы найдёте на своих компьютерах, Рокси разослала их вам по электронной почте, и Дани.

Девушка устремляет на Клео полный внимания и сосредоточенности взгляд.

— Да?

— Освободи стол рядом с тобой, думаю, сегодня там появится новый сотрудник.

Дани старательно кивает в ответ.

— На сегодня все свободны.

Второй раз повторять не надо, они мгновенно вскакивает с нагретых мест, и покидают зал так быстро, как только могут, оставляя Клео и Роксану наедине с разбросанными бумагами.

— Я всё уберу, - Роксана хватается за мятые листки чужого блога, когда Клео отталкивает её руку.

— Я сама уберу, ты позвони лучше ещё раз нашей писательнице, узнай, во сколько она приедет.

— Клео…

— Сегодня вечером мы с Расселом должны показаться на его благотворительной вечеринке, - Клео усмехается. – Вернее на ярмарке показухи и тщеславия.

Кивнув, Роксана покидает зал, оставляя Клео одну.

Опустившись на стул, она дрожащими руками притягивает к себе блокнот, поверх плана обновлений слова Sins our:

«Земля умирает. Ты слышишь её стоны? Я слышу. Слышу, как она пузырится и взрывается, как каждый человек превращается в крупицу пороха и убивает мир вокруг себя. Алчность, ненависть, лицемерие, это как яд.

Мы медленно вводим его под кожу, он растекается по венам, сосудам, даже крохотным капиллярам и вот ты уже наполнен им с ног до головы.

В тебе нет ни единого живого места без этого яда.

Мне бы хотелось очиститься.

А тебе? »

По телу Клео бегут мурашки каждый раз, когда она перечитывает эти строки.

Это будет нечто удивительное, умное, утончённое, необыкновенно чувственное, что заденет за живое каждого читателя.

Улыбнувшись, Клео резко поднимается, от чего голова начинает кружиться, и пространство пускается в пляс.