Кеноби

Она выбралась наружу, чтобы посмотреть спектакль, который там разыгрывался. Затеряться в толпе оказалось нетрудно; народу собралось много, как никогда. Сегодня явились не только дружинники: вдоль восточной дюны стояли лендспидеры Уайла Ульбрека с его батраками. Маллен и Вика раздавали оружие. Эннилин стало интересно, как Оррина будет видно во всей этой массе, а уж тем более — слышно.

Гадать пришлось недолго.

— Слушайте все! — взревел Оррин. Эннилин посмотрела вверх. Фермер залез на стремянку, приставленную к Старине Первому. В свободной руке он держал громкоговоритель — переносной усилитель звука, разносивший его голос по всей площади.

— Сегодня великий день, — провозгласил Оррин. — И ужасный. Один из нас оказался предателем!

Вооруженная толпа загудела. Предатель? Здесь?

— Не волнуйтесь, он не совсем из нас, — прибавил фермер. — Все вы хорошие люди. Но вы его знаете: это Бен Кеноби!

Эннилин стало трудно дышать. Имя, которое когда-то подслушала Келли, вдруг оказалось у всех на устах.

— Вы не ослышались, — продолжал вещать Оррин в металлическое устройство. — Вы могли видеть его, могли слышать, что о нем говорят. Некоторые прозвали его Чокнутым Беном. Живет в пустыне, болтает сам с собой. Так вот, он точно чокнутый. Он за тускенов!

— Нет! — услышала Эннилин чей-то возглас.

— Понимаю, — сказал Оррин. — Трудно представить, чтобы кто-то из поселенцев помогал этим чудовищам. Но вот факты. Кеноби появился здесь сразу после того, как начались налеты Красного Глаза. В первый раз он выбежал из магазина, даже не забрав свои покупки. А во второй? Тускены напали на Надел! — Фермер повысил голос. — Он был здесь во время налета, но не дрался с ними! А потом он якобы спас Энни Колуэлл, всего лишь поговорив с ними. Поговорив, подумать только!

Толпа потрясенно загомонила. Этот бродяга говорил с тускенами? Быть не может!

— Да, это звучит нелепо. — Оррин снова заговорил тише. — Но смотрите сами. Ни один дикарь не смог бы разобраться, как работает «Клич поселенцев», верно? Ну так Кеноби им помог. Он подслушал, что я говорил в Наделе. Он знал, что ферма Ульбрека — единственная, которую мы не охраняем. — Фермер кивнул в направлении старика. — И что? Пару дней назад тускены украли у господина Ульбрека влагоуловитель, а сегодня ночью напали на его дом. И с ними был Кеноби!

Эннилин потрясенно смотрела, как батрак подставляет Уайлу ящик под ноги. Старик трясся.

— Голт правду говорит, — воззвал Ульбрек к слушателям, поднявшись. — Я видел Кеноби. Но я думал, он, наоборот, тускенов колотил. Не знаю. Моя Мэгги была в беде…

— Из-за Кеноби, — поспешно перебил Оррин. — Из-за песчаных людей, которых он привел! Бьюсь об заклад, старина Бен крепко зол на своих дружков. Готов поспорить, он за деньгами Уайла явился, но тускенов-то деньги не интересуют. И они начали бить и крушить.

Толпа снова зароптала. О богатствах Ульбрека знали все.

Оррин покачал головой, чтобы все видели, как ему грустно.

— Этот Кеноби — если только это его настоящее имя, — я не знаю, кто он такой. Он показал мне одно лицо, фальшивое. Я не знаю: может, он бандит, может, подался в тускены, как бы дико это ни звучало. Это не важно. Важно то, что он подвергает угрозе мирных жителей. И мы остановим его раз и навсегда!

Все принялись налить в воздух из бластеров. Эннилин поморщилась. Она ожидала совсем другого! Бен сказал, что Оррин соберет каких-то приятелей, но она думала увидеть скорее туповатых поденщиков вроде Зедда. Реальность оказалась иной. Войско было слишком большим, и сам Оррин тоже изменился. Он был весь наэлектризован. Рассказывая дружинникам об убежище Бена в Джандленде — в пустоши, где не стал бы селиться ни один порядочный человек, — Оррин заряжал толпу ненавистью, подзуживая всех к расправе над Кеноби.

Всего несколько слов — и поселенцы купились, а Оррин в мгновение ока превратился из льстеца в главнокомандующего. Ничего подобного Эннилин раньше не видела. И уж точно не в его исполнении.

Голос Оррина достиг пика:

— Мы своих в беде не бросаем. Все за мной — поехали!

Раздался громкий, сердитый гул одобрения. Один за другим заревели моторы, снова зазвучали выстрелы. В изнеможении Эннилин чуть не упала на колени. Такого Бен никак не мог ожидать. А кто мог?

Фермер спрыгнул с лестницы и обернулся. Маллен и Вика уже держали наготове бронежилет. Оррин протянул руки, и они облачили его, словно знатного военачальника.

Приблизившись к своему USV-5, Оррин заметил Эннилин, подмигнул ей. И умчался.

Оборудованные бластерными пушками лендспидеры один за другим уносились в пустыню, обдавая магазин клубами пыли. Эннилин, которая могла только беспомощно смотреть, вспомнила карательный рейд после налета на оазис. Тогда она вскочила на мотоспидер и вместе с Беном помчалась за Джейбом. Сегодня в опасности был Бен. Бен, который спас Джейба. Бен, который ночью сказал ей, что ехать за ним не надо, что он сам справится с Оррином.

Эннилин окинула взглядом опустевшие гаражи, где остались только два ее лендспидера. Увидев свою роскошную машину, взятую напрокат, она вдруг кое-что вспомнила.

Она бросилась обратно в магазин. Тар, который кормил оставленных родителями детей, удивленно посмотрел на нее из обеденного зала. Не обращая внимания, Эннилин метнулась за прилавок. Упала на колени, перевернула мусорное ведро и принялась копаться в хламе.

Среди осколков стекла она нашла красный комлинк, который выбросила ночью. Включила его и нажала кнопку вызова.

— Алло? Кто это? — осведомился вежливый голос на том конце.

— Это Эннилин Колуэлл, — быстро проговорила она. — Соседка Оррина Голта. Я знаю, кто вы. А вам стоит узнать, что он задумал!

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

«Отступись».

Эти слова Джейб произнес в магазине — послание Бена, как он выразился. Проверяя бластер, Оррин вдруг ясно услышал их снова. Или это был просто свист ветра?

Фермер терялся в догадках, как понимать это послание. Пожелай Бен его шантажировать — назначил бы встречу. Если бы он просто планировал разоблачить Голтов, то поехал бы в Надел. Или отправился на поиски кого-нибудь облеченного властью, не подозревая, что никаких властей в этой глуши не существует.

В общем, бессмыслица какая-то.

— Пятнадцать километров до хижины Кеноби, — сообщил Маллен, сидевший за рулем в защитных очках.

Отец кивнул. Сунув бластер в кобуру, он повернул голову и зачарованно посмотрел назад. USV-5 мчался на острие клина репульсорных машин, которые неслись на юго-запад. Здесь были все до единого спидеры «Клича поселенцев», а также парни Ульбрека на собственных машинах. Оррин сомневался, что раньше пустыню пересекало столько транспорта разом.

Он невольно хихикнул. «Да уж, Оррин, народ за тебя горой». Может, фермерство все-таки не было его призванием. На Татуине мудрено было сделать карьеру политика, но с появлением этой новой Империи — кто знает?

Плевать. Бен даже не поймет, кто его прикончил. Оррин поднес к глазам макробинокль и принялся разглядывать барханы впереди.

Вика с заднего сиденья махнула рукой влево:

— Вон он!

Посреди пустыни нахально торчал Бен, восседавший на мотоспидере. «На моей собственной машине», — осознал Оррин, наведя резкость. Это был тот самый спидер, на котором Джейб поехал к Ульбрекам.

Маллен указал на Кеноби:

— Все его видят. Пап, теперь нам лучше отступить.

Оррин вздрогнул и посмотрел на сына:

— Что ты сказал?

— Я говорю, нам надо отступить, повернуть назад. Левый фланг поедет за нами, — пояснил Маллен. — Зажмем его с двух сторон и загоним как банту.

— А, ладно. — Отец выудил из кармана куртки платок и отер пот со лба. Лендспидер заложил вираж и помчался в другую сторону. Более десятка машин пристроились следом.

Оррин снова направил видоискатель на Бена, до которого оставалось около километра. Кеноби просто сидел и глядел в ответ, как будто зная, что на него смотрят. Наконец он включил зажигание и тронулся с места.

— Ну-ну, — ухмыльнулся Оррин. — Гляди-ка, кто из нас первый отступил.

Кеноби зигзагами мчался по песчаной пустоши. Путь на запад, к хижине, ему преграждала одна цепь лендспидеров; другая закрывала дорогу на север, на открытую равнину. Оррин подумал было, что Бен попробует прорваться к перевалу в Джандленде, по которому джавы обычно ездили в Западное дюнное море. Но бродяга явно забирал восточнее, к отрогам горной гряды.

Оррин моментально раскусил его намерения.

— Мило, — произнес фермер. — Заманивает нас в Хантерову теснину. — Эннилин говорила, что оттуда они с Беном наблюдали за избиением тускенов. Оррин не знал наверняка, действительно ли Бен питает слабость к дикарям, но попадаться в ловушку не собирался.

— Перекройте ему путь, — сказал он в коммуникатор. — Загоняйте в ущелье!

Разлом Ройя неизменно напоминал Оррину постройку, которую ребенок соорудил из кубиков, а потом опрокинул. Здесь Джандленд вдавался внутрь, образуя полукруг плоской, как стол, пустыни, отороченный полукольцом высоких зубчатых скал. Широкие извилистые проходы между «зубами» вели дальше на юг, поднимаясь все выше и разветвляясь на узкие коридоры; тускены обожали здесь прятаться. Напавшие на оазис дикари удирали в разлом, но по ошибке их занесло в Хантерову теснину, расположенную в нескольких километрах к востоку. В разломе, однако, никто не смог бы стрелять по отряду со скал. Каменные столпы вздымались слишком высоко, а проходы между ними вели в гору слишком полого, извиваясь на всем пути.

Машины держали строй, и Бен метнулся в разрыв между ними. Не задерживаясь, мотоспидер помчался по одному из самых узких подъемов, усеянных булыжниками. Несколько секунд — и он скрылся из виду. Оррин знал, что Кеноби конец. Лендспидеры дружинников выстроились полукругом, перекрыв не только тот проход, где скрылся Бен, но и все остальные.

Маллен остановил лендспидер Голтов:

— Теперь за ним?

— А зачем? — отозвался Оррин. — Он всего лишь турист. Наткнется на тускенов да и повернет обратно.

— А что, если он в самом деле с пескоедами закорешился? — спросил сын.

Фермер закатил глаза:

— Это же сказочка, Маллен! — Он фыркнул. — Но даже если так, что с того? Они увидят, что нас целая армия, и Кеноби в любом случае ничего хорошего не светит.

Оррин вышел из машины и поправил куртку. Жестом подозвал детей к себе.

— Имейте в виду, — тихо проговорил он. — Если Кеноби покажется, не дайте ему даже пикнуть. Сразу пристрелите, а остальные и возражать не станут.

Вика покосилась на отца:

— А если он будет безоружен?

— Скажем, что видели, как он достает бластер. — Оррин сердито посмотрел на дочь. — Тебе жалко его, что ли? Ты хочешь дальше жить на моих харчах или как?

— Мне-то что, — сплюнула Вика. — Одним нищим в пустыне меньше. Просто хотела знать, что ты скажешь.

— Просто слушайтесь меня, как и всегда. — Фермер достал из машины громкоговоритель и прошел в гущу ополченцев.

Под полуденными солнцами каменная формация казалась каким-то гигантским природным амфитеатром. В наступившей тишине раздавалось лишь щелканье рычажков на бластерах. Поселенцы с ружьями в руках укрылись за парящими на репульсорах машинами. Все взгляды, которые не были прикованы к расселинам, обратились на Оррина.

Фермер крикнул в громкоговоритель:

— Кеноби, выходи!

Скалы отозвались эхом. Но ответа не последовало.

Ульбрек беспокойно выглянул из-за укрытия:

— Не нравится мне все это.

— Не волнуйся, — бросил ему Оррин и махнул рукой группе поселенцев, которые остались в тылу. — Давайте дымовые шашки.

Мортиры были одним из первых приобретений фонда, хотя до сего дня использовать их не доводилось. Но оружие было предназначено как раз для того, чтобы выкуривать врага из укрытия. Запустить пару шашек в скалы по параболической траектории — и Бену ничего не останется, как…

— Айооо-Э-Э-Э!

Оррин застыл. Вой раздался снова: он доносился откуда-то из-за холмов. Это был рев крайт-дракона — такой же, как сирена «Клича поселенцев», но звучал он более естественно. Жуткое завывание услышали все, кто был на «арене амфитеатра».

Оррин с хитрой улыбочкой посмотрел на свое войско:

— Не ведитесь, народ. Это наш трюк, не его.

Некоторые вояки нервно заерзали, но все остались на местах. Фермер вернулся к лендспидеру и снова взял в руки громкоговоритель:

— Лучше выходи, Кеноби, а то приятелей своих напугаешь. — Он подал знак поселенцам, заряжавшим мортиры. Пора.

Тогда-то все и случилось. Первым обратил внимание зелтрон, муж Лили.

— Слушайте! — сказал Уоллер Пейс. — Чувствуете?

Оррин не собирался тратить время на всяких эмпатов и их ощущения.

— Не отвлекаться, — велел фермер. Но теперь он и сам слышал этот звук — глухой гул, медленно набирающий силу. По склонам покатились камешки. Взметнулась пыль.

— Землетрясение! — крикнула Вика.

Оррин покачал головой. Нет, здесь было что-то другое. Что-то мчалось в лощину по тропам из Джандленда. И тут он увидел.

Банты!

Одно за другим гигантские животные неслись вниз по каменному коридору, в котором исчез мотоспидер Бена. И не только оттуда! С гор спускалось несколько широких проходов — и каждый из них извергал из себя поток бант всех размеров. Прямо на поселенцев.

— Нас затопчут! — крикнул Ульбрек, ныряя под свою машину. Косматая масса лилась по пустыне, словно прорвавший дамбу водяной поток. Дружинники бросились врассыпную.

Оррин уронил громкоговоритель на сиденье лендспидера. Он попытался спрятаться за машиной, но не успел: огромная банта врезалась в транспорт, вогнав его капотом в живот фермеру. Миг спустя в USV-5 ударил второй зверь. Спидер бешено завертелся, и перед глазами Оррина все поплыло.

У других поселенцев дела обстояли не лучше. Бегущие животные атаковали лендспидеры, которые разлетались, как игрушки. Растерянные дружинники бросались ничком, прятались, как могли. В тылу звери опрокинули мортиры, и над головами ополченцев взмыли дымовые шашки. Две из них врезались в стену ущелья, раздался оглушительный лязг — и все исчезло в дыму.

Оррин цеплялся за свой лендспидер, пока тот не налетел на камень. Фермер не удержался и полетел на землю. Оглушенный, он несколько секунд вглядывался в дым, пытаясь понять, где очутился. Где-то неподалеку раздался выстрел. Какой-то фермер закричал. Оррин не шелохнулся.

Из-за дымовой завесы раздался голос — голос Бена:

— Отступись.

Оррин заморгал. Прежде он слышал это слово только из уст Джейба да еще Маллена. Услышав его от самого Бена, фермер понял, что послание на самом деле не было требованием. Бен произнес его спокойно и увещевательно, как будто давая дружеский совет.

Оррин потянулся за бластером — к счастью, оружие находилось в застегнутой кобуре и уцелело, — но куда стрелять, было непонятно.