Кеноби

Ходили разговоры, что кое-кто из фермеров просто потерял сноровку. Оррин не верил, что разгадка в этом. Всему есть своя причина. Выглядело так, будто из-за тускенов, расколошмативших Старину Первого пару недель назад, влагоуловители дали сбой повсюду. Конечно, никакой связи не было, ведь каждая машина работала сама по себе и настраивалась вручную. Однако у всех башен одновременно словно иссякла волшебная сила.

Вика вновь полезла на башню — закрыть эксплуатационные люки, расположенные достаточно высоко, чтобы до них не добрались песчаные люди или дикие звери.

Уцепившись за поручни, она крикнула:

— Кто-то едет!

На горизонте со стороны оазиса медленно тащился старенький репульсорный грузовик Уайла Ульбрека. Оррин вмиг узнал стариковскую колымагу — не ускользнула она и от внимания сына, работавшего неподалеку. Маллен заметил, как отец поправляет рубашку.

— Только не начинай опять!

— Фермер живет надеждой, — ответил Оррин, помахав водителю шляпой.

Грузовик Ульбрека затормозил рядом с ними. Старикан выглянул из окна.

— А, — протянул он, узнав Голта, — это ты.

Тот усмехнулся. «Да кого еще ты ожидал встретить на моей земле, кретин?»

— Ты рано уезжаешь, Уайл. — Оррин шагнул к двери машины. — Неужто всех уже поставил в известность, как спас Надел от разъяренной орды?

— Я не за этим, — отмахнулся Ульбрек. — Получил сигнал. Клятые пескоеды умыкнули одну из моих новых башен. Мы даже установить ее не успели!

Старик разразился пространной тирадой о тускенах, джавах и заполонивших всю округу неумехах. Голт даже не пытался скрыть улыбки.

— Жаль это слышать, — наконец изрек он. — Кто-нибудь пострадал?

— Только мой карман! — Ульбрек саданул кулаком по приборной панели. — На кой хатт тускенам сдался влагоуловитель?

Оррин понятия не имел. Он впервые слышал о подобной краже. Некоторые влагоуловители были не выше человеческого роста, однако его «Претормины» и новые промышленные машины Ульбрека были сущими гигантами. Чтобы тускены могли уволочь такую махину, техники должны были бросить свой тягач с работающим мотором и сбежать.

Кризис назрел.

— Может, пора уволить пару ребят и договориться с профессионалами? — предложил Оррин.

— Опять двадцать пять! — Ульбрек ожег Голта взглядом. — Ты даже Надел защитить не можешь. Как ты собрался охранять мою землю? — Он отвернулся и сплюнул в чашку, которую держал в руке. — Эти пескоеды просто паразиты. Еще тратить на них время и деньги…

Оррин был непоколебим.

— Подумай сам, Уайл. С тех пор как тускены нагрянули в оазис и мы отбились, больше никто не видел Красного Глаза и других песчаных людей. Однако вот они, ломятся прямо к тебе. А у тебя самые большие угодья, которые не защищает «Клич поселенцев».

— Что ты сказал? — Ульбрек в бешенстве заглушил мотор, и грузовик глухо шлепнулся на песок.

— Я говорю вот что: возможно, несколько уцелевших тускенов узнали, где уязвимое место. И это как раз твоя земля.

Ульбрек выругался:

— Ты из ума выжил. У тускенов головы что твои булыжники. Они не способны мыслить. — Он оглянулся на нависавшую над ними башню влагоуловителя. — А пусть и способны — я могу установить собственные сирены, как и ты.

— Да, но кто на них отзовется? — Порывшись в кармане, Оррин извлек пульт дистанционной активации. После набега на оазис он с этим устройством не расставался. — Это не просто сирены, Уайл. Услышав этот звук, здесь соберется армия. Одно мое слово, и эта армия отправится в пустыню — вернет твой влагоуловитель и заодно раскроит пару черепов.

— Твой сброд — никакая не армия. Им лишь бы выпить задарма.

— На войне все средства хороши. — Голт хитро глянул на него. — Но я уже не могу принять тебя по старым расценкам. Сейчас они подросли. Чтобы взять под защиту все твои угодья, потребуются расходы. Все уже с нами, знаешь ли, — ты последний, кто решил примкнуть.

— Я не решил и не примкну! — Ульбрек завел мотор. — Пусть хоть сам Джабба Хатт запляшет под вашу дудочку. Уайл Ульбрек свои дела решает сам!

Оррин всплеснул руками. Грузовик с металлическим скрипом двинулся дальше.

Маллен проводил его взглядом:

— Говорил же, только зря время потеряешь.

— Решил, что стоит попытать счастья еще разок, — отозвался отец. — В это предурожайное время деньги могут водиться только у Уайла. — Задумавшись на секунду, фермер усмехнулся. — Может быть, еще у этого Кеноби.

Брови Маллена полезли вверх.

— Кеноби?

— Бен. Парень, что выставил тебя джавам на смех, помнишь? Так его зовут, — ответил Оррин. Он кратко пересказал их последний разговор с Беном, когда тот расспрашивал его насчет расширения зоны охвата далеко на восток.

— До самого Анкорхеда? — изумилась Вика, спускаясь по лестнице. — Что за дела у него там?

— Если б я знал. — Оррин постарался припомнить детали той беседы. Бен упомянул ферму Ларсов. Что ему за печаль до того, что может там произойти?

Вика швырнула свой комплект инструментов на заднее сиденье их рабочей машины.

— Думаешь, он не просто так трепал языком и у него всерьез есть наличка? — усмехнулась девушка. — Ты вроде говорил, что он идиот.

— Говорил, было дело. — Фермер смотрел на пики Джандлендских гор вдалеке. — Человек живет в приграничье, что-то бормочет себе под нос и одет так, будто тускены уволокли все его шмотки. Твоя мать с радостью приютила бы такого бродягу без роду и племени. — «А потом сбежала бы вместе с ним», — добавил он про себя, хотя эти слова и так висели в воздухе. — Но помешанным тоже нужна защита. У некоторых даже водятся деньжата.

Хотя у этого — вряд ли. Что толку о нем думать? Бен не появлялся несколько дней, а у них на носу проблемы куда серьезней. Фермер бросил последний, полный безысходности взгляд на влагоуловитель. — Ладно, давайте собираться. Мы не починим его к крайнему сроку.

Маллен удивился:

— Останемся без урожая? Но типы, которые к тебе подкатывали…

— Их вообще нельзя было близко подпускать к Наделу, — со злостью процедил Оррин. Для их семейства это было больной темой. Кто-нибудь из рабочих бригад должен был остановить «хозяина Бупу» прежде, чем тот добрался до оазиса. Или хотя бы предупредить Оррина.

Вика встала рядом с братом. Взгляд ее был серьезен, как никогда:

— Что ты… вернее, что мы будем делать?

— Ваш прапрадедушка как-то сказал мне, — наставительно произнес отец. — У каждой проблемы есть два решения. Нужно подождать, пока не найдешь их, а потом воплощать сразу оба. В противном случае, когда понадобится запасной план, будет уже слишком поздно.

Оррин замолчал, задумавшись о том, что должно случиться в ближайшие сутки — и как ему все это разрулить.

— Проверьте, готов ли Зедд к работе. — Забираясь в кабину, он постарался подбодрить детей широкой улыбкой. — А мне надо кое-что подготовить.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Открыв дверь, Лили едва не выронила посылки.

— Эннилин!

Посреди обеденного зала громоздились монтажные леса. Две опоры углом упирались в купол потолка, а Эннилин, пошатываясь, цеплялась за верхушку конструкции. Она оглянулась через плечо на вошедшую:

— Привет, Лили! Что новенького?

Зелтронка отложила посылки и поспешила к хозяйке. Рядом с шаткими лесами разлилась белая пенистая лужа, посреди которой валялось опрокинутое ведро.

— Потолок моешь?

— Уже нет. — Мокрая рука Эннилин опять соскользнула. Она ухватилась за опору, отчего вся конструкция задрожала. — Я звала Джейба, но он, наверное, в кладовой.

— Ты имеешь в виду — дрыхнет? — Лили отодвинула в сторону столик и придержала конструкцию.

Эннилин наконец удалось повернуться и схватиться за одну из вертикальных опор. Она осторожно спустилась.

— Спасибо, — поблагодарила хозяйка, глубоко вздыхая. — Я боялась, что придется ждать вечернего наплыва посетителей.

Лили огляделась. В пору урожая в полуденное время народу в магазине почти не было. Кроме них, в помещении наблюдалась только старая Эрбали Нап’ти, которая копалась в корзине с распродажным барахлом.

— А Эрбали не вызвалась помочь?

— Напротив, она очень просила помочь ей. — Эннилин вытерла руки о рабочий комбинезон. — Хорошо, что я знаю все товары наизусть. Когда висишь в воздухе, это очень полезно.

Она перевернула опрокинутое ведро и огляделась в поисках швабры, как будто ничего особенного не произошло.

— Ты решила помыть потолок… одна? — удивилась Лили.

— На самом деле наложить герметик, — ответила хозяйка. — Вы, ребята, так здорово все вычистили после набега! Я хотела только замазать следы от бластеров, пока по пластикамню не пошли трещины.

— Да они пойдут лет через тридцать!

Эннилин пожала плечами:

— Но свободное-то время у меня сейчас.

И принялась мыть пол. Озадаченная Лили вернулась к своим сверткам и подняла их.

— Хорошо, что я заглянула. Наверное, будь у тебя под рукой активатор, пришлось бы вызвать «Клич поселенцев».

— История разошлась бы по всей округе, — улыбнулась хозяйка. — Прямо так и вижу заголовки голоновостей: «Женщина вызывает дружинников, чтобы те спасли ее от собственной глупости».

Решив закончить уборку позже, Эннилин встала за прилавок. Она с удивлением взглянула на кипу свертков, которые Лили приготовила к отправке. Зелтронка была талантливым скульптором и свободное время посвящала искусству. Она специализировалась на первобытной стилистике, и у нее имелись заказчики на планетах всего Внешнего кольца.

— Как ты их всех находишь? — поинтересовалась Эннилин.

— Бывшие любовники, — откликнулась зелтронка с улыбкой. Она пробежала алым пальцем по списку имен в накладной. — И до сих пор поклонники.

— Твоих работ… или тебя самой?

— Художник о таком не спрашивает. Ты тоже могла бы завести хобби, Энни. Уже несколько недель в тебе столько энергии. Что происходит?

— Не знаю. — Эннилин приступила к оформлению посылок. Разумеется, Лили была права. Всего за пару минувших недель она полностью поменяла планировку отделов, помогла Келли починить ограду загона для рососпинников и усовершенствовала ведение бухгалтерской отчетности. Сегодня утром она своими руками собрала новый столик для Бомера, специально под его новое парящее кресло, чтобы, когда ему наконец разрешат вернуться, он мог, как и прежде, потягивать каф. В эти дни в ее жизни не случилось ничего нового, однако она жила словно в водовороте событий.

— Да знаю я, что происходит, — заметила художница.

— Мне не нужны советы, Лили. — Эннилин прекратила вбивать данные. — Слушай, я все понимаю. Каких-то глобальных перемен в моей жизни не предвидится. Но есть множество мелочей, которые я могу уладить, так что лучше возьмусь за них как можно скорее.

— Полная чушь, — усмехнулась зелтронка. — Думаю, ты не видела Бена с того раза, как он сбежал отсюда, и от этого просто на стену лезешь. А то и на потолок, — добавила она.

Ее подруга закатила глаза.

— Неужели? — переспросила она холодно. — И с чего ты это взяла?

— Ты собираешься отправить мой последний шедевр в место под названием Система Кеноби.

Эннилин бросила взгляд на этикетку с адресом, которую рассеянно набивала, и залилась краской.

— Ой!

— Да все нормально, — успокоила ее Лили, кивнув на сверток. — Эта статуэтка символизирует плодородие.

— Прямо то, что нужно, — рассмеялась Эннилин. Она встряхнула головой и исправила адрес. — Ладно, признаю. Я переживаю из-за того, что он так и не вернулся.

Как же давно это было? Набег тускенов и тот безумный день, оставивший ощущение нереальности. Визит «хозяина Бупы». Странно изменившееся по отношению к ней поведение Оррина. И исчезновение Бена сразу после того, как он оказался в центре внимания. Он так больше и не появился.

— Похоже, мы напугали его, — протянула Эннилин.

С приезжими такое случалось. Бедняги не знали, что местные перемывают косточки каждому новоприбывшему, но тут же забывают о нем, стоит появиться на горизонте кому-то еще. Она сама старалась не подливать масла в огонь и хранила в тайне ту встречу в пустыне с тускенской женщиной. За последнее время только двое напомнили Эннилин о Бене. Оррин как-то спросил, не вернется ли он. И Келли спрашивала то же самое, правда каждые пять минут.

Оррин появился в коридоре, ведущем из гаража, — он бросил взгляд на леса и тут же исчез в конторе, не сказав ни слова.

— Еще один чудик, — прошептала она Лили. То, как необычно Оррин вел себя с Эннилин, вызвало немало удивлений и стало новой горячей сплетней среди завсегдатаев. — Хочешь поговорить с кем-нибудь — поговори с ним.

Лили фыркнула и произнесла торжественным тоном:

— Энни, подружка, Бен был тебе совершенно необходим.

— Это почему же?

— Ты годами не подпускала Оррина к себе, — объяснила зелтронка. — И он к этому привык. Но теперь появился еще один претендент на руку принцессы Энни, и наш фермер вынужден перейти к решительным действиям.

Эннилин в ужасе покосилась на дверь офиса:

— Но я не хочу никаких решительных действий!