Девиант

— Я был ранен.

Он не задумывается над тем, что говорит мне; он просто отвечает напрямую.

— Ты был близок к смерти?

— Да.

— Это было больно?

— О, да.

Я опускаю руки с его плеч и снова дотрагиваюсь до шрамов: первого, второго, третьего.

Они ощущаются рваными и ужасными под моими пальцами.

— Кто посмел сделать такое с тобой? — я выдавливаю из себя вопрос.

Мистер Загадка очень откровенен со мной с тех пор, как мы начали это странное тактильное общение, и я боюсь, что его ответ заставит меня ужаснуться от того, что с ним произошло.

— Он получил по заслугам, — говорит он уклончиво, но мягко.

Кровать поскрипывает от каждого следующего движения, по его телу проходит дрожь, когда я прикасаюсь к нему. Когда он дотрагивается до моих волос, запуская в них пальцы, я все еще пытаюсь понять, убил ли он того, кто оставил ему на память эти шрамы.

— Я очень четко говорю, чего хочу. Ты должна подчиниться без вопросов, так будет лучше для всех, хорошо? — я чувствую его горячее дыхание.

Поток адреналина, который мощной волной окатывает мое тело, наконец, достигает нервных окончаний, я думаю, что это правильная реакция при таких эротичных и опасных обстоятельствах. Зачем, черт возьми, я ввязалась в это? С Валиумом или без, я знаю, что это звучит как угроза. Я на полпути, чтобы окончательно слететь с катушек и ничего не могу с этим поделать. Алексис бы смогла. Алексис всегда могла.

— Хорошо, — шепчу ему.

— Отлично. Ляг на спину.

Я слушаю его и на мгновение, будто окунаюсь в самое сердце бурлящего океана без шанса на спасение. Разумная часть меня, которая все еще цепляется за чувство самосохранения, кричит и приказывает мне убираться отсюда и как можно скорее. Даже гнева Эли теперь недостаточно, чтобы удержать меня. Но стремления найти Алексис достаточно. Мои мышцы дрожат, когда я чувствую нежное прикосновение пальцев к моей правой лодыжке.

— Ты прикасалась к себе сегодня?

Какого хрена!?

— Ты о...

— Ты сегодня кончала? Ты трогала свою киску?

Мои щеки вспыхивают. Никто и никогда не спрашивал меня о таком.

— Н-нет, — отвечаю я, заикаясь.

— Прекрасно. Так ты будешь еще слаще.

Вместо того чтобы скользнуть рукой в мои трусики и спустить их, он просто сдвигает их в сторону. Я расслабляю ноги, когда чувствую его дыхание, которое обдувает мою плоть. Я не знаю, что мне делать с руками, я растеряна. Это для меня неизведанная территория, потому что у меня никогда такого не было. Обычно, когда парень хочет вылизать киску, это значит, что он в чем-то очень сильно провинился и так хочет загладить свою вину. Так говорит Пиппа, моя единственная подруга. Но у меня никогда не было парня, который мог в чем-либо провиниться, поэтому я никогда раньше не пробовала такого

— Ты хочешь, чтобы я вылизал твою сладкую киску?

Его голос немного хриплый, как будто он предвкушает сладкое действие.

— Я хочу все, чего хочешь ты.

Я задыхаюсь от ощущений, что нахлынули на меня. В конце концов, это то, за что он отдал деньги. Это то, что поможет вернуть мою Лекс обратно. Он крепко сжимает мое бедро, до боли впиваясь ногтями в кожу, пока слезы наполняют глаза.

— Мы не играем здесь в игры. Либо ты говоришь, как трахать тебя, либо я трахну тебя так, как хочу. И уж поверь... тебе это не понравится.

Дерьмо.

— Д-да, я хочу, чтобы ты вылизывал мою киску.

Он довольно выдыхает и мгновенно устраивается между моих ног. Когда он обрушивает язык на мою плоть, мои ноги напрягаются, острые чувства пронзают меня. Потрясающе. Это ощущается горячо и очень приятно. Что за хрень? Я не должна так реагировать.

Румянец окрашивает мои щеки. Что я за человек, если наслаждаюсь тем, что сейчас делает полностью незнакомый мне парень? Да еще и на таких условиях. Однако я все равно ничего не могу поделать, поэтому просто попытаюсь получить удовольствие. Все мое тело чувствует удовлетворение.

Его язык касается моих складочек, затем опускается на клитор, создавая небольшое давление, проводя вверх и вниз по моему влажному желанию, отчего приятные волны удовольствия окутывают мое тело, словно теплое одеяло. И в этот момент, я просто отпускаю ситуацию, что позволяет исчезнуть напряжению в теле. Его губы посасывают, покусывают, облизывает чувствительную часть меня, как будто я мороженное.

— Черт!

Парень яростно рычит, когда я выгибаю тело, в попытке насладиться ласками его рта. Я никогда не чувствовала подобное. Это... невероятно. Я задыхаюсь и издаю стоны, как похотливое животное, затем он резко отстраняется от меня, из-за чего я чувствую волну разочарования. Прикасаясь пальцами к внутренней стороне бедра, он ласково проводит подушечками пальцев до колен, посылая покалывания по коже, затем поднимается вверх и стягивает с меня кружевные трусики.

— Насколько жестко ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, прелесть?

Я здесь не потому, что хочу трахаться с ним, но он хочет, чтобы я заставила его думать именно так. Пока тонкая грань действительности и правды искажена, я шепчу ему:

— Очень жестко. Я хочу, чтобы ты трахнул меня самым жестким способом.

— Раздвинь для меня ножки, — приказывает он.

Я развожу их, не сомневаясь ни минуты, не задумываясь, что ждет меня впереди. Комната настолько погружена во тьму, что бессмысленно даже пытаться рассмотреть его образ, когда он двигается на кровати. Я слышу шуршание одежды, звук расстегивающейся молнии, затем шум металла, кажется, он расстегнул пряжку.

Я закусываю нижнюю губу и с тревожным любопытством ожидаю, когда он сделает что-либо, хоть что-то из того, что он думал сделать со мной. Сначала он подхватывает мою левую ногу, затягивая что-то жесткое вокруг нее, потом привязывает к столбику кровати. Дальше он берет правую ногу и делает то же самое с ней, затем также тщательно затягивает мои запястья. Я чувствую себя морской звездой, распятой и полностью уязвимой. Это не похоже на порно-шоу, что обычно крутят по телевизору; он связал меня таким образом, что освободиться самой нереально, не говоря о том, чтобы сбежать. Шесть месяцев назад, возможно, я бы начала молиться, обращаясь ко всем святым. Сейчас я просто хнычу, наполовину из-за страха, наполовину из-за охватившего меня предвкушения.

Он забирается на кровать, стоя на коленях около меня. Его дыхание все еще ощущается на моей коже. Я напрягаюсь и вздрагиваю, когда что-то холодное и тяжелое прижимается к моему животу.

— Ты еще не растеряла свою смелость, прелесть?

— Нет, — выдыхаю я.

Он даже не удосуживается ответить мне, что планирует делать дальше. Холодный, острый предмет скользит по моей коже, поднимаясь медленно вверх, пока не касается моей груди. Я задыхаюсь, потому что понимаю, что в его руках нож. Чертовски острый и опасный. Его пальцы приподнимают бюстгальтер по центру, а затем он делает резкий надрез и срывает все, освобождая грудь. Он перерезал лифчик! Это самая откровенная, необычная и возбуждающая вещь, которая со мной когда-либо происходила.

Мой мистер Загадка двигается, и материал его брюк грубо потирается о мою кожу. Холодное лезвие ножа касается правого соска, посылая волны страха через мое тело. Я лежу смирно, будто самая послушная игрушка. Затем он прикасается рукой к груди и слегка сжимает ее

— Ты так чертовски прекрасна, — выдыхает он. — Настолько покорная.

Затем он всасывает мой сосок, и это самая чертовски возбуждающая вещь, которую мне приходилось ощущать. Я выгибаю спину, приподнимаясь над кроватью, и он тихо смеется.

— Хочешь почувствовать мой член?

— Да.

— Ты уверена? Будь осторожна в своих желаниях.

Я желаю быстрой смерти. Я хочу боли и страданий, крови тех, кто забрал мою сестру. Желать все это опасно, но мне кажется при всей абсурдности ситуации, что на данный момент это желание самое безопасное. Он хочет владеть мной и, несмотря на то, что я связана и полностью уязвима и открыта для него, думаю, что он все еще желает этого. Я приготовилась к его реакции, но уповаю на то, что все же правильно все говорю.

— Сделай это. Трахни меня сейчас. Не заставляй меня ждать ни минуты дольше.

Нож исчезает с моей кожи. Он поднимается с кровати, и я слышу шуршание материала, будто он снимает брюки. Чувство паники проникает в мое тело.

— Пути назад нет. Готова?

— Я готова.

И он делает то, чего я совершенно не ожидала. Он затягивает еще один ремень на моем горле. Я испугана, вот теперь я точно попала.

— Открой рот.

— Я...

— Выполняй, не задавай вопросов, — его голос пропитан властью, но в нем также присутствуют нотки нежности. — Я понимаю, что звучит устрашающе, но доверься мне, — он проводит рукой по моему подбородку, лаская кожу, затем надавливает на него, заставляя приоткрыть рот.

Довериться ему? До сих пор я делала все, что он приказывал. Он резко входит рот. Я никогда не делала этого прежде, поэтому ни хрена не понимаю, что делать дальше. Он толкается сильнее, принуждая меня действовать, чувствую его солоноватый вкус на своем языке... он большой. Полностью не умещается у меня во рту. Он входит не во всю длину, а только до половины, упираясь в стенку горла.

— Черт! — он шипит, когда я начинаю посасывать.

Думаю, я делаю все правильно. Его бедра отстраняются, и он выскальзывает из моего рта с хлюпающим звуком.

— До сих пор уверена, что хочешь меня? — он понимает, насколько он большой.

Он, бл*дь, доволен этим. Это будет самая ужасная боль на свете, принять кого-то с таким размером, но я не хочу, чтобы он догадался, что я девственница. Даже Эли не знает этого. Я уверена, что он попросил бы намного больше у этого парня, если бы знал об этом, и это заводит меня.

— Да, — отвечаю я четко, — я хочу тебя.

— Хорошо, но сначала это.

Он хватает мои волосы и накручивает на кулак, оттягивая назад голову. Затем он снова входит в мой рот, толкаясь членом как можно глубже, нежно сжимая затылок. Я извиваюсь на кровати, удивляясь тому, как его власть и контроль возбуждают меня. Я подчиняюсь, и он затягивает ремень. Я в его власти.

Даже в темноте я вижу яркие вспышки, что проносятся перед глазами. Я не могу дышать из-за того, что ремень крепко затянут на горле, плюс он глубоко толкается, не сбавляя темпа.

— Будь в сознании, будь со мной, хорошо? — рявкает он.

Страх и волнение бурлят в моем животе. Это то ощущение, которое я испытывала, будучи ребенком, ожидая поездки на американских горках, несмотря на то, что была там уже тысячи раз. Но это в тысячи раз страшнее. Я ощущаю горячую пульсацию между ног, когда он жадно толкается в рот, подаваясь вперед и ритмично отстраняясь, при этом, не сбавляя давления вокруг горла, но все же, позволяя мне делать крошечные вдохи. Он вздрагивает всем телом, член набухает и пульсирует, я понимаю, что он близок к оргазму. Но он останавливается. Тяжело дыша, он отстраняется, просовывая пальцы между шеей и ремнем, немного ослабляя его. Его лицо так близко ко мне, что я могу почувствовать его взгляд на себе. Я до сих пор ничего не вижу, но, наверное, он видит в темноте лучше, чем я.

— Твой рот прекрасен, — рвано выдыхает он.

Затем он делает две вещи, которые удивляют меня. Сначала он смахивает влажные волосы со лба, затем бережно прикасается губами ко лбу.

— За то, что была хорошей девочкой, я награжу тебя, — выдыхает он.

Дрожь предчувствия проходится по моей коже, и он усмехается.

— Ты очень хорошая девочка.

Он снова располагается между моих ног, просовывая ладони под мои ягодицы и притягивая меня к себе. Это положение крайне неудобно, так как мои лодыжки все еще привязаны к кровати, но я забываю о дискомфорте, когда он начинает приникать к моему клитору в поцелуе.

— Аххх!

Это ощущается слишком хорошо. Я приподнимаю бедра чуть выше, пытаясь полностью насладиться тем, как он ласкает мою киску. Нежное покалывание проходит по моему телу, когда он начинает немного жестче терзать клитор... Я кричу. Не понимаю почему. Сомневаюсь, что незнакомец одобрит то, что я делаю. Не знаю, кто этот парень и не знаю, разрешено ли мне кричать. Я просто кричу, и тысячи фейерверков взрываются в моей голове, бушующее пламя облизывает мою кожу, полностью выжигая все мысли, оставляя меня немного опустошенной. Я расслабляюсь, вздрагивая всем телом, чувствуя его нападки на мой клитор снова и снова. Лижет, посасывает, ласкает, ударяет языком по клитору.

— Прекрати, пожалуйста, прекрати, — я издаю гортанный стон.

— Ммм, как эгоистично, — он дует на мою чувствительную киску, заставляя мышцы сжаться. — Не забывай — моя очередь.

Он отстраняется на секунду. Презерватив? Я надеюсь, что это презерватив. Затем он хватает мои бедра и медленно входит в меня... О... мой...

Боль практически невыносима. Ужасное чувство дискомфорта охватывает промежность, давление усиливается. Он замирает.

— Что!? — он глубоко дышит. — Как ты могла скрыть это от меня? — говорит он мягко.

Это звучит словно раскаяние, что вызывает во мне много смешанных чувств.

— Ты готова? — шепчет он.

— Да, — отвечаю я тихо.

— Попробуй расслабиться.

Он входит одним толчком во всю длину. И начинает медленно двигаться. Медленней, чем я ожидала от него. Боль затихает, сменяясь чувством всепоглощающего удовольствия. Я чувствую возрастающее напряжение с каждым толчком. В конце концов, его желание вырывается наружу, и он начинает вдалбливаться в меня словно сверхскоростной поезд — быстро и с жесткой необходимостью получить все удовольствие без остатка. Он напрягается, и из его горла вырывается рык.

Я не могу расслабиться, потому что это мой первый раз, и вопреки всему, боль перевешивает наслаждение и ласки. Мой разум полностью затуманен, я не могу понять, что происходит, когда он приподнимается. Губами скользит в невесомом поцелуе по внутренней части бедра и резко щипает клитор, я вздрагиваю и постанываю. Скорее всего, это прикосновение, не для того, чтобы возбудить меня. Оно похоже на интимное извинение за боль. Незнакомец поднимается, все так же двигаясь и отлично ориентируясь в темноте, ослабляя ремни на руках и ногах, а затем и вовсе снимая.

— Тебе понравилось? — его глубокий голос заставляет меня сжать бедра, потому что желание опаляет мою плоть..

— Д-да, понравилось.

Самое потрясающее то, что я говорю правду, и это делает меня в каком-то смысле извращенной. Что со мной не так, черт возьми? Он шумно выдыхает, снимая ремень с моей шеи, и я будто проваливаюсь в дымку, плыву над кроватью.

Я сижу на кровати без движения, пока он собирает свои вещи. Я чувствую его рядом, когда он одевается. Затем в течение некоторого времени он просто стоит и смотрит на меня. Костяшками он нежно гладит меня по щеке.

— Увидимся.

Незнакомец направляется к двери. Когда он открывает ее, яркий свет, который освещает коридор, с силой ударяет мне в глаза. Он замирает, и я пользуюсь моментом, чтобы рассмотреть образ мистера Загадки. На нем потрепанная кожаная куртка, черная сумка в правой руке. Он склоняет голову к плечу и разглядывает меня. Он стоит там еще некоторое время, чтобы я могла запомнить его красивый образ. Темные волосы, которые прибывают в беспорядке, и чувственные губы.

Он уходит.

Я никогда не узнаю его имя.