Вельяминовы - Дорога на восток. Книга вторая

Перед Фанейл-холлом, по площади, гуляла нарядная толпа. Марта сразу увидела его - в темном сюртуке, с букетом  маргариток в руках. «Он тут всех выше, - поняла девушка. Подойдя к Тедди, принимая цветы, она улыбнулась: «Большое вам спасибо».

-Я хотел ландыши, - юноша  все никак не мог отвести взгляда от ее лица, - но мне сказали, - тут они только в горах растут…, Но надеюсь, надеюсь, - Тедди покраснел, - вам и эти понравятся.

Марта спиной почувствовала, как на них кто-то смотрит. «Надо уйти отсюда, - вздохнула девушка. «Господи, и когда такое только закончится?»

-Очень, очень, красивые, спасибо вам, - Марта приколола букетик к поясу своего шелкового, цвета глубокой лазури, платья. Оно было отделано кружевом слоновой кости. Тедди  увидел, как на Марту, облизывая губы, уставился какой-то изысканно одетый мужчина с тростью.

Тедди, вскинув каштановую голову, подал ей руку - люди вокруг замерли. Юноша тихо сказал: «Пойдемте отсюда, а?»

-Так всегда, - грустно отозвалась Марта, когда они шли к набережной. «У нас не принято белому юноше гулять с черной девушкой. Или наоборот, - добавила она. «Поэтому и смотрят».

-Смотрят потому, что дураки, - зло отозвался Тедди. «Я уже понял, Марта - недостаточно  объявить рабство вне закона, надо изменять всю систему жизни. Мне кузина Мораг рассказывала - вас даже в библиотеку не пускают, это просто, просто...- юноша поискал слово, - дикость какая-то, вот и все».

-И на концерт мне тоже нельзя, - Марта указала на афишу. «У нас, конечно, есть свои школы. Вы знаете, я в следующем году уже буду малышей учить. Концерты тоже есть, и вечера танцевальные. Но все равно, - она поморщилась, - это так неприятно, Тедди..., Папа мой, - Марта понизила голос, - беглым помогает, с юга. Привозит их сюда, в свободные штаты, или в Канаду отправляет, дядя Стивен этим занимается. И все равно, - она вздохнула, - хоть мы тут и не рабы, а живем  отдельно.

-И вообще, - Марта взялась руками за деревянные перила набережной, - я в школе преподавать буду. А толку? - горько сказала она. «Девочек в университеты не принимают, - ни белых, ни черных. Наши мальчики  только с наставниками могут учиться. Вы юристом станете,  Элайджа Кроу - капитаном, сыновья тети Эстер  тоже в университет пойдут, а наши..., - она вздохнула: «Рабочие, фермеры, прислуга. Что у нас постоялый двор - так это матушку вашу, Тедди, благодарить надо. Без нее мои родители не смогли бы дом купить, дело открыть...»

Он взял ее за нежную руку, - Марта не отстранилась. Помолчав, Тедди унял отчаянно бьющееся сердце: «Я знаю, Марта. И я вам обещаю - я все сделаю, чтобы такого больше не было. Для  этого я иду в юристы. Буду бороться со всем этим мракобесием.  Аам можно вниз спуститься? – спросил Тедди, кивая на деревянную лестницу. «Мы бы на берегу посидели...»

-Папа здесь со мной играл, когда я маленькая была, - нежно сказала Марта, опираясь на его крепкую руку.  Его каштановые, кудрявые волосы чуть шевелил ветер, пахло от него чем-то теплым, приятным. Девушка подумала: «Он же не виноват, что у него отец рабами владел. Он приехал в Америку, всех освободил, поступил достойно..., И с ним интересно, он так много читал, жил в Париже...»

Она опустилась на ступеньку. Запахнув шаль, подождав, пока Тедди присядет на перила, Марта улыбнулась: «Это очень хорошо, что вы неграм хотите помогать, Тедди. Только ведь у нас богатых мало, почти нет, адвокату ведь платить надо...»

-Pro bono, - уверенно отозвался юноша. «Как Дэниел вашу бабушку представлял. Ничего, Марта, - он хмыкнул, - заработаю семье на жизнь, не пропаду». Марта подняла голову и посмотрела в лазоревые глаза. «Расскажите мне о Париже, - попросила девушка.  Он,  робко присев рядом, чуть коснулся ее руки: «Сейчас  я от счастья и умру. Так вот как это бывает».

Море едва слышно шуршало, на западе, над крышами Бостона, над Бикон-хиллом, висел северный, нежный закат. Они все говорили, держась за руки, смотря в бесконечную,  золотящуюся даль залива.

Уже стоя у ворот гостиницы, Марта предложила: «Приходите в субботу, Тедди. Пообедаем, и на боте вместе покатаемся. Придете? - она подала ему руку.

-Вы еще спрашиваете, - неожиданно, отчаянно ответил он. «Я, Марта..., - он не закончил. Махнув рукой, Тедди выдохнул: «Приду, конечно».

-Вот и хорошо, - шепнула девушка. Скользнув в калитку, прислонившись к забору, стягивая на груди шаль, она помотала головой: «Нельзя, нельзя..., Он белый, ему не по пути с тобой..., Нельзя, Марта». Марта вспомнила его смех, его ласковые, красивые глаза и веселый голос: «Жалко, что в Америке театра нет. Но я организую, пусть и любительский, обещаю».

-Ваша любимая роль, наверное, Ромео? - усмехнулась девушка.

-Отелло! -  он со значением поводил глазами и тут же расхохотался: «Меркуцио. Мне кажется, мы с ним похожи. Я тоже смеяться люблю. Только жалко, что он умер молодым, - Тедди вздохнул: «Послушайте».

Он читал монолог о царице фей.  Когда юноша закончил, Марта, захлопала в ладоши: «Я такого и не слышала никогда, Тедди. Вам актером надо быть».

-Только если вы на меня будете смотреть, Марта, - проговорил он и отвернулся: «Вот, как сейчас».

Девушка встряхнула головой. Прижав к  щеке букетик маргариток, она шепнула: «Что будет, то и будет».

Капитан Стивен Кроу откинулся на спинку стула, и погладил короткую, каштановую, уже в седине бороду: «Я очень рад, Тедди, что тебе нравится в Америке. Как обоснуешься в Бостоне - милости прошу к нам на озера».

Тедди затянулся сигарой: «Мальчики Горовицей мне рассказывали, дядя Стивен, как у вас красиво. И о шпаге Ворона тоже  говорили. А почему вы ее не носите?»

-Нам нельзя, -  Элайджа поднял голову от немой карты, которую он раскрашивал. «Мы квакеры, мы не признаем оружия, и не воюем».

-А почему вы тогда в синагогу едете? - недоуменно спросил Тедди. «Мне тетя Мирьям говорила. В Ньюпорт, на несколько дней».

-Потому, - Мирьям внесла серебряный кофейник в столовую, - что я еврейка, дорогой Тедди. Мои дети тоже, хоть этот, - она поцеловала затылок Элайджи, - и квакером станет. Мы семья, и делаем все вместе.  У нас праздник в воскресенье, Шавуот, а до этого шабат. Так что в среду мы уже двинемся в Ньюпорт. Заодно на кладбище сходим. Там и родители мои похоронены, и брат старший.

-А отца моего в яме зарыли, - подумал Тедди, - тогда эпидемия была.

Он вспомнил склеп серого камня на кладбище Мадлен, два имени на нем, и тихий голос матери: «Дядя Теодор выкупил этот участок в вечное владение нашей семьи, как тетя Жанна умерла.  Теперь,- она помолчала, - твой брат будет здесь лежать, вместе со всеми остальными».

-А каким он был? -  спросил Теодор, держа над головой матери шелковый зонт.

-Разным, - коротко ответила женщина. Повернувшись на каблуке, мать пошла к выходу, туда, где их ждала карета.

-А как же вы поженились? - недоуменно спросил Тедди, принимая от Мэри блюдо с лимонным пирогом. «В Англии так нельзя».

-Тут не Англия, милый мой, - хохотнул капитан Кроу. Он ласково взял жену за руку. «Мы в Пенсильвании женились.  Там это можно самим делать, без священника, без раввина, просто свидетели нужны, и все».

-А вот скажем, - осторожно начал Тедди, поглядывая на Мэри. Девушка, склонившись над плечом брата, исправляла карту, - скажем, если....

Мэри подняла голову. Она усмехнулась, блеснув зелеными глазами: «Да не мямли ты, кузен. Если девушка цветная, а юноша - белый?»

-Или наоборот, - поспешно заметил Тедди. Он почувствовал, что краснеет.

-Тоже в Пенсильванию надо ехать, - хмыкнула она. Темные, тугие, мелкие кудряшки Мэри были украшены белым цветком, простое, красивое платье  собрано под маленькой грудью.  На смуглой шее играло, переливалось жемчужное ожерелье. «Это единственный штат, где разрешены такие браки, - объяснила Мэри. «Или на запад - на территориях вообще на такое  внимания не обращают».

-А ей  тоже в мужском хорошо, - подумал Тедди. Юноша вспомнил, как они стояли на причале. Невысокий, легкий молодой человек, с короткими, по плечи, кудрявыми волосами, в холщовых штанах и куртке, ловко бросил канат. Пришвартовав корабль, он крикнул: «Вот мы и дома, мама, Мораг, Дебора! Очень соскучились!»

Юноша перепрыгнул через борт и протянул ему маленькую, смуглую, жесткую руку: «Я Мэри Кроу, а вы, должно быть,  кузен Тедди. Вот мой отец, - она обернулась: «А  обезьяна, что спускается по мачте - мой младший брат, Элайджа».

Крепкий мальчик промчался по палубе. Оказавшись в руках матери, он выдохнул: «Я тоже, мамочка, так скучал, так скучал!».

-Так значит вы, - Тедди замялся, - только в Пенсильвании можете замуж выйти? Простите, я не хотел..., - он смешался и опустил глаза.

-Я бы могла получить поддельный паспорт, - Мэри подняла бровь, - но это бесчестно. О вас я не говорю, - девушка присела за стол, - вы рабов освобождали. Это благородное дело, а идти на подлог, ради того, чтобы обвенчаться..., - губы девушки брезгливо искривились, - недостойно. Я не буду выходить замуж за того, кому важно, чтобы его жена была белой.

-Правильно, - добродушно заметил капитан Кроу, разливая кофе.  Мораг спустилась вниз.  Отчего-то вздохнув, она сказала: «Дебора заснула, можно и спеть. Поможете мне, кузен Тедди?  - девушка кивнула на фортепьяно.

-Разумеется - с готовностью ответил он. Мэри, искоса посмотрела на сестру: «Да нет, показалось. И вообще, они еще дети, ей четырнадцать, ему  шестнадцать. Он даже не студент. Просто дружат, и все».

Но пока Мораг пела, - нежным, высоким голосом, пока он, даже не думая, подбирал мелодию, Тедди повторял себе одно слово: «Пенсильвания. Пенсильвания».

Тедди остановился перед лавкой, и, оглянувшись - сияло утреннее солнце, улица была запружена народом, к рынку ехали телеги с овощами, пахло рыбой и свежим хлебом, - перекрестился.

-Все будет хорошо, - твердо сказал себе он. «Приедет ее отец, и я сделаю предложение. У нее хорошие родители, они поймут. И мама поймет, я знаю. Будем помолвлены, пока я учусь, а потом  поженимся. В Пенсильвании, - ухмыльнулся он. Одернув сюртук, Тедди толкнул дверь.

Колокольчик зазвенел, хозяин опустил лупу. Окинув взглядом высокого,  мощного юношу, ювелир заулыбался: «Чего изволите, мистер?»

-Я, -  Тедди покраснел, - хотел бы купить кольцо.

Бот  покачивался на легкой волне в маленьком заливе. Марта спустилась вниз, скользя по обрыву. Тедди недовольно сказал: «Я бы вам руку подал».

Девушка только улыбнулась. Она и вправду была - в бриджах и рубашке, распахнутой на  бронзовой, стройной шее, где висел простой крестик. «Я нам мяса взяла холодного, хлеба,  - Марта вытащила из-за голенища сапога оловянную фляжку, - и немного виски. Это с юга, кукурузное. Пробовали?»

-Нет, - Тедди рассмеялся. «Только шотландское, ячменное. Мы с Пьетро как-то раз, на каникулах, остались дома одни, а дядя Питер кабинет не запирает. Ну и попробовали, - он все-таки захохотал. «Хорошо еще, что никто не заметил. На каникулах положено допоздна спать. Но голова у нас потом ужасно болела. Я вино  пью,не в школе, конечно».

Он прошлепал по мелкой воде. Легко подняв ее за талию, поставив на палубу, Тедди забрался наверх: «А куда мы с вами идем?»

-Вот  сюда, - девушка развернула карту. «Я подумала - вам интересно будет. Это Линн, очень красивая деревня. Семь миль всего, ветер хороший, мы быстро обернемся».

Тедди закрепил парус. Глядя на то, как девушка уверенными движениями выводит лодку из гавани, он спросил: «А вас кто  морскому делу учил,  Марта?»

-Дядя Стивен, - откликнулась она. «И меня, и папу. Они с моим отцом  друзья».

-А вот Мэри, - Тедди осторожно покашлял, - она ведь тоже  цветная, в паспорте...

Марта помолчала: «У них, на западе, все по-другому. Мэри в деревне живет, в глуши. Там у них индейцы, белые - все перемешались. У Мораг  мать индианка была. У них на такое внимания не обращают, не то, что здесь. Да и потом, у Мэри все же мало черной крови».

Он посмотрел на летящие по ветру  косы. Бот наклонился и Марта рассмеялась: «Тедди, следите за парусом! Или хотите у штурвала постоять?»

-Я хочу быть там, где вы, - чуть не сказал юноша, но вместо этого заметил: «Ваш отец, должно быть, - замечательный человек».

-Лучше его нет, - просто ответила Марта. «Он меня и стрелять научил, и верхом ездить..., Он же почти всю войну прошел, сержантом был, ранили его..., А потом еще и новобранцев обучал. Он с юга людей спасает, из рабства, - она ловко переложила штурвал: «Называется - Подпольная Дорога, а папа  проводник. Их там много, и мужчины есть, и женщины. Негры, так меньше подозрения. А хозяева станций, где беглые прячутся,  белые. Как тетя Мирьям и дядя Стивен. У них  последняя станция, дальше уже Канада».

-Но ведь это очень опасно, - Тедди посмотрел на золоченого кузнечика над крышей Фанейл-холла. «Я читал, знаю ваши..., наши законы. За помощь беглым полагается смертная казнь».

Марта вздохнула: «Кому-то надо это делать. Папа отличный разведчик. Он там, на юге, все уже изучил. Он очень осторожный. Хотя мы волнуемся, конечно. А вы вашего отца не помните? - спросила девушка.

-Мне год был, как он умер, - хмуро ответил Тедди. «Но Джон, мой отчим - просто замечательный человек, и  дети у него прекрасные. Маленький Джон, и Джо. Она вышла замуж за брата тети Эстер, Иосифа, они в Амстердаме живут. У меня еще младшая сестра есть, - юноша хихикнул, - Элиза, ей двенадцать лет сейчас. Только я их никого не видел, уже третий год. Во Франции революция, они оттуда выехать не могут. Следующим летом я туда отправлюсь, помогать им».

-Значит, он тут  не останется, - внезапно, грустно подумала Марта. Тедди, будто услышав ее, хмыкнул: «А потом вернусь в Америку, я же американец. Закончу Кембридж и вернусь. Дэниел мне свой дом отдает, на Бикон-хилле».

-Вот и Линн, - сказала Марта. Тедди посмотрел на беленые дома под черепичными крышами, на чаек, что кружились над причалом. Он положил свою большую руку на штурвал: «А что там дальше, на севере?»

-Берег, - ее рука, - смуглая, красивая, - была совсем рядом. «Там очень пустынно, только белый песок, и все. И плавник, - добавила Марта, - можно костер развести».

-Вот сюда, - Тедди уверенно указал на тонкую косу, что вдавалась в море. «Смотрите, какая там бухта хорошая. Бросим якорь, и погуляем».

Он первым выпрыгнул в мелкую воду и протянул руки: «Давайте!»

Девушка стояла, облокотившись на борт лодки, улыбаясь.

- Кто указал тебе сюда дорогу? - проговорила она. Черные, густые волосы играли, бились на ветру. Тедди, взглянув в карие глаза, внезапно опустился на колени.

-Любовь! Она к расспросам понудила,

 Совет дала, а я ей дал глаза.

 Не кормчий я, но будь ты так далеко,

 Как самый дальний берег океана, -

 Я б за такой отважился добычей, - выдохнул юноша. Марта оказалась у него в руках: «Я ближе. Ближе, Тедди».

От ее губ пахло солью и чем-то свежим. «Как будто цветы, - понял Тедди. «Артемида, - шепнул он. «Артемида-охотница, богиня моя, спасибо тебе, спасибо….»

-Ты весь мокрый, - испуганно сказала Марта, когда он выносил ее на белый песок. «Надо костер разжечь….». Она откинула голову назад, и простонала: «Тедди..еще, еще, пожалуйста….Господи, да что же это?»

-Не надо, - он целовал бронзовую шею. «Не надо костра, ничего не надо…Просто будь со мной, всегда. Марта, я прошу тебя, прошу, - он прижал ее к себе, совсем близко, - прошу, стань моей женой…, А это, - он закрыл глаза и поцеловал ее нежные, мягкие веки, - это любовь, вот и все. Моя Артемида…»

-Стану, - она  почувствовала, как горят щеки. Обнимая его, что-то шепча ему на ухо, девушка выдохнула, опускаясь вместе с ним на песок: «Стану!»

-Нельзя, - еще успела подумать Марта, - надо подождать. Мне ведь всего четырнадцать, да и он ненамного, старше. Но я не хочу, не хочу ждать, - девушка притянула его к себе, развязывая шнурки на вороте рубашки. Тедди увидел начало высокой, небольшой, бронзовой груди: «Господи, не бывает такого счастья».

Не осталось ничего вокруг, кроме плеска легких волн, кроме их шепота, кроме разбросанной одежды. Марта, приподнявшись на локтях, крикнула: «Еще, еще, пожалуйста!». Она даже и не поняла, как это случилось - они были вместе, навсегда. Она гладила Тедди по голове, чувствуя, как смешиваются на лице слезы - ее и его.

-Милый мой, - сказала она потом, тихо, целуя его куда-то за ухо. «Любовь моя, не плачь. Все хорошо, я теперь твоя, а ты - мой».

-Это от счастья, - он лежал, уткнувшись лицом в смуглое плечо. «От счастья, Марта. Прости, пожалуйста, - он помолчал, - это у меня в первый раз. Тебе не понравилось, наверное…»

-Или тебе, - задумчиво сказала девушка. Тедди поднял голову и усмехнулся: «Мне это будет нравиться всегда, я уже понял. Но только с тобой, никого другого мне не надо. Иди ко мне, - он потянулся. Накрыв ее курткой, Тедди повторил, целуя растрепанные волосы: «Только с тобой, Марта, отныне и на всю жизнь. Я ведь и кольцо уже купил, - признался Тедди. «Вернется твой отец, я приду к вам делать предложение».

Марта взяла его руку, и прижала к своей щеке: «А если бы я отказала?»

-Сюда, мой горький спутник, проводник

 Зловещий мой, отчаянный мой кормчий!

 Разбей о скалы мой усталый челн!

 Любовь моя, пью за тебя! - хмыкнул Тедди, проведя губами по ее теплой спине. «Пошел бы к аптекарю, как Ромео. Что бы мне еще оставалось делать?»

-Дурак, - хихикнула Марта. Повернувшись, она прижалась головой к его груди: «Как бы это бабушке на глаза не попасться? Она же говорила, какая девушка себе не сберегла, ту пчелы начинают кусать. А меня как раз  и не кусали ни разу, хоть и ульи у нас стоят. Она ощутила его пальцы, и чуть слышно застонала: «Все это ерунда».

-Хочу тебя,  - он зарылся лицом в ее теплые волосы. «Так всегда будет, всегда, моя Артемида».

Искупавшись, устроившись под одной курткой, они кормили друг друга. Тедди, отпив из фляжки, поцеловал Марту: «Вкусное. Не такое, как шотландское, но вкусное. Нам с тобой надо подождать четыре года, пока я учиться закончу - и все. В двадцать лет получу диплом, вернусь сюда, и поженимся. В Филадельфии, как тетя Мирьям и дядя Стивен. Наши родители приедут, и вообще  вся семья. Я тебя люблю».

-Тедди, - она перебирала его пальцы, - Тедди, но ведь если ты на мне женишься…

-Когда я на тебе женюсь, - поправил он Марту.

-Когда, - вздохнула девушка. «Нам ведь никуда нельзя будет ходить вместе. От нас многие белые отвернутся. Не все, конечно, - торопливо прибавила  Марта, заметив, как изменилось его лицо. «Твой брат, например, аболиционист известный,  и друзья его…, -  голос девушки увял.

Тедди поворошил костер. Прижав ее к себе, юноша рассудительно ответил: «Во-первых, я не собираюсь ходить в те места, где не будет тебя. Во-вторых, я жизнь положу, обещаю, на то, что бы все это - он повел рукой в сторону берега, - изменилось. Чтобы наши дети смогли учиться в университете, а ты, -  он потерся лицом о ее плечо, - могла бы видеть меня на сцене».

-Любительской сцене, - строго сказала Марта. «Только любительской, дорогой мой адвокат».