Колокола тревог

Мы, Республика Беларусь, Российская Федерация (РСФСР), Украина как государства-учредители Союза ССР, подписавшие Союзный Договор 1922 года, далее именуемые Высокими Договаривающимися Сторонами, констатируем, что Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование.

Руководители трех государств, сделали этот шаг, основываясь на исторической общности народов и сложившихся между ними связях, стремясь построить демократические правовые государства и развивать свои отношения на основе взаимного признания и уважения суверенитета друг друга, принципов равноправия и невмешательства во внутренние дела, считая, что дальнейшее развитие и укрепление дружбы и взаимовыгодного сотрудничества отвечают коренным интересам их народов, служат делу мира и безопасности.

Стороны подтвердили свою приверженность целям и принципам Устава ООН, Хельсинкского Заключительного акта, обязались соблюдать международные нормы о правах человека и народов, гарантировали своим гражданам, независимо от их национальности, равные права и свободы, обязались способствовать сохранению и развитию культурной, языковой и религиозной самобытности национальных меньшинств.

С целью развития равноправного и взаимовыгодного сотрудничества народов и государств решено заключить специальные соглашения в области политики, экономики, культуры, образования, здравоохранения, науки, торговли, окружающей среды и других сферах. Заявлено о признании и уважении территориальной целостности подписавших Соглашение государств и неприкосновенности существующих границ, их открытости и свободе передвижения граждан.

Члены Содружества намерены сотрудничать в обеспечении международного мира и безопасности, осуществлении мер по сокращению военных расходов и вооружений. Они будут стремиться к ликвидации ядерного оружия, полному разоружению под международным контролем. В то же время стороны будут уважать стремление друг друга к достижению статуса безъядерной зоны и нейтрального государства. Решено сохранить объединенное командование общим военно-стратегическим пространством, единый контроль над ядерным оружием.

К сфере совместной деятельности стороны отнесли: координацию внешнеполитической деятельности, формирование и развитие общего экономического пространства, европейского и евразийского рынков, таможенную и миграционную политику, развитие систем транспорта и связи, охрану окружающей среды и экологическую безопасность, борьбу с организованной преступностью.

Осознавая планетарный характер чернобыльской катастрофы, участники Соглашения договорились объединять и координировать свои усилия по преодолению ее последствий. По этой проблеме будет подписан специальный документ.

С момента заключения Соглашения на территориях подписавших его государств не допускается применение норм третьих государств, в том числе бывшего СССР, деятельность органов прежнего Союза прекращается. Гарантировано выполнение международных обязательств, вытекающих из договоров и соглашений, подписанных Союзом ССР.

Соглашение открыто для присоединения всех членов бывшего Союза ССР, а также иных государств, разделяющих цели и принципы документа. Официальным местом пребывания координирующих органов Содружества избран г. Минск.

Документ подписали: за Республику Беларусь — Станислав Шушкевич и Вячеслав Кебич, за РСФСР — Борис Ельцин и Геннадий Бурбулис, за Украину — Леонид Кравчук и Витольд Фокин».

Вот так произошло убийство страны после не раз звонившего в колокола по нам, людям, изъявившим на референдуме желание жить вместе в одной стране. Но политиканам было по барабану мнение почти 80 % населения. Они его посчитали за быдло, как когда-то так называли братьев-славян гитлеровцы.

* * *

Выступая на короткой пресс-конференции для журналистов, Председатель Верховного Совета Республики Беларусь Станислав Шушкевич сказал:

«Мы крайне обеспокоены положением, сложившимся в результате развала Союза. Поэтому в рамках конституционно предоставленных нам прав мы взяли на себя инициативу и подписали Соглашение об учреждении Содружества трех независимых государств. Подписание этого документа влечет за собой определенные структурные и властные изменения, поэтому мы договорились продолжить нашу работу».

Три народа решили действовать сообща, констатировал Президент России Борис Ельцин. Забегая вперед, можно сказать, что Станислав Станиславович несколько лукавил, говоря о конституционных правах. Президентом Беларуси он не был и, по сути, не имел права подписывать подобного рода документы. Но об этом даже депутаты, если не ошибаюсь, вспомнили уже после ратификации Соглашения.

Тем не менее, таким было сообщение, подготовленное и переданное в ТАСС. Правда, передано оно было несколькими часами позже. Как уже говорилось, была отключена связь, кроме того, возникли некоторые другие моменты.

Кроме Соглашения было принято и «Заявление Правительств Республики Беларусь, Российской Федерации и Украины о координации экономической политики». В нем констатировалось, что «сохранение и развитие сложившихся тесных экономических связей между нашими государствами жизненно необходимо, чтобы стабилизировать положение в народном хозяйстве, создать предпосылки для экономического возрождения».

Стороны сошлись в том, чтобы проводить скоординированные радикальные экономические реформы, направленные на создание полноценных рыночных отношений, воздерживаться от любых действий, наносящих экономический ущерб друг другу, строить экономические отношения и расчеты на базе существующей денежной единицы — рубля, а национальные валюты вводить на основе специальных соглашений, гарантирующих соблюдение экономических интересов сторон, проводить согласованную политику либерализации цен и социальной защиты граждан, предпринимать совместные усилия, направленные на обеспечение единства экономического пространства, координировать внешнеэкономическую деятельность, таможенную политику и обеспечить свободу транзита, согласовывать ставки налогов… Предполагалось в десятидневный срок согласовать объемы и порядок финансирования в 1992 году расходов на оборону и ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС, а в течение декабря «создать механизм реализации межреспубликанских экономических соглашений».

Заявление подписали Вячеслав Кебич — за Беларусь, Геннадий Бурбулис — за Россию, Витольд Фокин — за Украину. Делегация России состояла из Ельцина, Бурбулиса, Шахрая, Шохина и Козырева.

Хозяин правительственной дачи Вискули и очевидец этого события белорус С.С. Балюк вместе с московской журналисткой Я. Юферовой вспоминали:

«Когда подписывали протокол 8 декабря, отключили все телефоны, связь от всего мира. Боялись, что кто-то Горбачеву донесет и тот их изолирует. Потом я уже прочитал, что первым о Беловежском соглашении узнал Шапошников, тогдашний министр обороны СССР. Потом Шушкевич стал звонить Горбачеву, а Ельцин с Козыревым — Бушу. До Вашингтона быстрее дозвонились, чем до Москвы, хоть это, говорят, случайно получилось…»

На следующий день после Беловежского соглашения ни восторгов, ни протестов в Белоруссии не было. Никто не заметил, что случилось.

Вот почему состояние «свободы» воспринимается не только в Белоруссии, но и во многих бывших советских республиках как состояние неуверенности. Люди не знали и не знают, что делать, как жить. Легче было, когда за тебя решали государство, партия, Москва…А тут рухнула система — и шок от беспомощности до сих пор не проходит…

Не надо идейной риторики и панславянских заклинаний по поводу Союза. Народы не дураки, они смотрят, кто научит лучше жизни, кто ее наладит, тот и будет прав. Заживет Россия хорошо — побегут опять в Российскую империю. Союз распался потому, что многие народы советской империи считали: «Вы, русские, сами жить не умеете, и другим не даете?» А оказалось, что все мы, советские, жить не умеем…Ни одна идея не стоит того, чтобы отдавать за нее человеческую жизнь. Фальшивые идеологии и идеологи испортили жизнь не одному поколению.

Всемирно известный хореограф Юрий Григорович по этому поводу скажет:

«Я родился в стране, которой нет, в городе, которого нет, — ни СССР, ни Ленинграда».

Так 8 декабря 1991 года распалась ядерная держава — Союз Советских Социалистических Республик, по-воровски, тихо и хмельно, а может по-русски?

Юридическую черту под единым государством ельцинисты подвели чуть позже. Самая уникальная политическая отставка в новейшей истории человечества состоялась в 19.00 25 декабря 1991 года. Первый и последний президент СССР

М.С. Горбачев заявил в прямом эфире Центрального телевидения об уходе с поста «по принципиальным соображениям». Именно это его заявление стало формальным сообщением миру, что суперимперии по имени Советский Союз больше нет на географической карте.

* * *

Помню, как в тот холодный зимний вечер мы с супругой прильнули к телеэкрану. Видели, как суетливо по кремлевскому кабинету бегал Егор Яковлев, готовя Горбачева к важному последнему сообщению. Запомнилась еще одна фраза неудачника в политике:

«В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимых Государств, я прекращаю свою деятельность на посту президента СССР».

Защемило в сердце, когда над Кремлем был спущен красный государственный флаг СССР, которому была отдана вся своя жизнь и жизнь родителей, прошедших с ним дорогами войны. Именно этот флаг горделиво взметнулся над фашистским рейхстагом в Берлине в знак Великой Победы в 1945 году.

В тот же день, 25 декабря, Горбачев вручил Ельцину «ядерный чемоданчик» — право на передачу управления стратегическими ядерными силами. Произошла замена «главнокомандующих», ни дня не служивших в армии. Нонсенс!

Интересен еще один момент. Уход «отца перестройки» был первой добровольной отставкой главы советского государства. До этого руководители СССР либо умирали на посту, либо уходили в результате заговора, типа против Хрущева.

Сегодня, в начале нового века мы отброшены назад. Это значит, что в случае успешного развития нашего общества мы вновь подойдем к решению тех же задач, которые не решила Перестройка.

В истории развития государств такое часто бывает. С первого раза революции не получаются, контрреволюции — да.

Путь к новому обществу, которое сегодня пытается построить Россия — долог.

Распад страны быстр…

Колокол по СССР грозно прозвенел, страна была тихо уничтожена, но люди по привычке промолчали. Наверное, то ли по лености, то ли по недопониманию обстановки не пожелали ее спасать.

А колокол все звенел и звенел по ним.

Расстрел Парламента

Ровно в 20.00, 21 сентября 1993 года, автор включил телевизор, и с монитора на него взглянуло гладко причесанная, а скорее с уложенными волосок к волоску, голова президента с недовольным лицом. Он зачитал свой очередной указ за № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Основным же замыслом очередного выпеченного на ельцинской кухне «блина-указа» являлась ликвидация парламента и разгон избранных народом депутатов Верховного Совета, мешавших ему стать Борисом-царем с широчайшими полномочиями.

Этим указом предписывалось Верховному Совету Российской Федерации и Съезду народных депутатов, согласно Конституции — высшему органу государственной власти РФ прекратить свою деятельность.

Конституционный суд РФ, собравшись на экстренное заседание, пришел к заключению, что данный указ в двенадцати местах нарушает российскую Конституцию и, согласно ее конкретным пунктам, является основанием для отрешения президента Ельцина от должности. Поэтому Верховный Совет отказался подчиниться данному указу президента, квалифицируя его действия как государственный переворот.

Далее большинством участников Съезда народных депутатов было принято решение о созыве Х Чрезвычайного съезда народных депутатов.

В ответ на это решение парламентариев органам милиции и подразделениям ОМОН, подчинявшимся Лужкову, был отдан приказ на блокаду «Белого дома».

По воспоминаниям бывшего начальника Службы Безопасности президента, Александра Коржакова, план захвата Дома Советов — Белого дома, включавший применения танков, был разработан его замом — руководителем Центра специального назначения Геннадием Захаровым.

В ночь на 4 октября Ельцин принял решение о штурме Дома Советов на ночном заседании в здании Генштаба, где захаровский план им был полностью одобрен. Штурм парламента он лично назначил на семь утра. Но министр обороны Павел Грачев потребовал от президента подтвердить приказ о штурме в письменном виде. Произошла небольшая перепалка. Уставший от дел «важных и нужных», глава государства после принятия «выверенного стратегического решения», решил отдохнуть в Кремле и перед «битвой» выспаться, накануне то ли для смелости, то ли для крепкого сна опрокинув пару рюмок «отменной водяры».

Накануне президент США Буш-старший звонил канцлеру ФРГ Колю и просил помочь Ельцину расправится с «непослушным парламентом».

Войско президентское собралось нешуточное: присутствовали подразделения Таманской и Кантемировской дивизий, 119-го парашютно-десантного полка, Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения им. Ф.Э. Дзержинского, Тульской воздушно-десантной дивизии, Смоленского ОМОНа и прочих войск.

Внезапное решение Б. Ельцина ликвидировать во многом оппозиционно настроенный к нему парламент, сразу же накалило обстановку в Москве. Провинция не почувствовала запаха крови. Трезвомыслящие же москвичи уловили в глазах кремлевского Нерона отблески будущего большого побоища и пожара. Здание парламента опутали по периметру «колючкой» под названием спиралью Бруно.

Омоновские отряды, которых в народе назовут орды, все прибывали и прибывали из других регионов страны. Скоро парламент полностью был в кольце. На такую дикость мог пойти только человек с больной фантазией, жестокий и трусливый, боявшийся ответственности за содеянное предательство в Беловежье.

Итак, в роли оскорбленных оказались народные депутаты и люди, избиравшие их. На Руси издавна общественное мнение на стороне человека, битого властью. Сразу же стихийно возникло движение защитников Парламента и Конституции. Не прекращались митинги у Белого дома. В ответ по требованию Лужкова власть Москвы ввела дополнительные отряды омоновцев. Пространство в районе станций метро «Баррикадная» и «Краснопресненская» покрылось, словно рыбьей чешуей, металлическими щитами стражей порядка. Кольцо окружения парламента теперь не сужалось или сжималось, а расширялось. Скоро образовалось уже два кольца — внутреннее и внешнее. Граждан не стали подпускать близко к стенам Белого дома, но их не пугали дожди, холода, резиновые дубинки и автоматы.

Митинговые очаги тлели практически по всему периметру осажденного Белого дома. Стержневым требованием парламентариев было: предоставить народным депутатам информационное окно на радио и телевидении. Власти его не давали. Продажные теле — и радио репортеры, словно не замечали другого мнения. Около президентские шептуны постепенно усиливали давление на своего кумира, требуя скорейшего разгона парламента. Митинги электризовали толпы, готовые взорваться.

Здание Белого дома охранялось департаментом охраны. Все они были сотрудниками МВД РФ, однако в отличие от своих коллег, стоящих по ту сторону баррикад, выказывали лояльность парламенту. Разве этого не знала исполнительная власть?

Знала!

А если знала, то почему вела общество к нагнетанию обстановки, провоцированию беспорядков и кровавой конфронтации?

Теперь о самом главном — мятеже, путче, восстании — называют по-всякому. Псевдодемократы назвали происшедшее мятежом. На самом деле это было восстание против ельцинского, агрессивного режима. В событиях 3 и 4 октября повинны были обе власти, но в первую очередь пострадали обманутые москвичи.

Слушая передачи телевидения и радио, читая официальную периодику, многие россияне приходили к мысли о полной схожести их содержания с вещанием перестроечного времени, когда хвалебные оды вождю и его политическому курсу являлись обязаловкой. Любая власть платит тем, кто крутит ей музыкальную пластинку. Оппозицию же к ТВ экрану правители не подпускали.

В ответ на политическое хамство последняя вынуждена была создавать свои органы информации, которые, естественно, противостояли властным «говорящим и пишущим головам».

У обывателя всегда существует недоверие к официальным источникам: слишком профессионально они врали, что вызывало у людей протест против неприкрытой лжи. Так было в СССР, так стало и в ельцинской России.

Экономические промахи, астрономические займы и кредиты, популистские обещания, быстро наступившее обнищание народа, опротивевшее всем противоборство ветвей власти, опасная суверенизация по рецептам президента Ельцина — все это заставляло задавать каждому нормальному человеку вопрос: «Куда мы идем? Куда нас тащат?»

Средства политического оболванивания успокаивали людей скорыми подвижками и светом в конце тоннеля. Президент к месту и не к месту хвастался всенародной поддержкой.

Какой?

В выборах принимала участие одна треть населения, а если учесть подтасовки тех, кто считал голоса, то картина «всенародной избранности» сомнительна…

* * *

3 октября зажатые омоновцами с 21 сентября люди решили прорвать кольцо щитов и бронежилетов.

Что же возбудило автоматно-орудийный огонь по зданию с людьми, большую кровь и сотни смертей ни в чем не повинных граждан России?

Во-первых, многотысячный марш демонстрантов, прорвавших милицейский кордон на Крымском мосту. Автор был свидетелем тех впечатляющих событий.

Во-вторых, провокационная стрельба еринских снайперов из мэрии по парламенту — искра обернулась пламенем. По другой версии стрельбу спровоцировали американские наемники.

Москвичи бросились на цепи омоновцев, блокирующих здания гостиницы «Мир» и мэрии. Началась сшибка. Не надо быть опытным следователем, чтобы по следам пуль на стволах деревьев понять, кто и откуда стрелял по людям. Шквал стихии разрастался, превращаясь в вал мести и жестокости. Вот они, контуры Пушкинского бунта!

Сначала пала мэрия на Калининском проспекте, потом толпа двинулась в сторону телецентра в Останкино. У телестудии собралось много митингующих, просто зевак и любопытных хроникеров «эпохальных» событий. Среди моря негодующих граждан находились и сторонники президента. Толпа защитников Конституции все настойчивее и злее требовала допустить представителей инакомыслия в телестудию. Вскоре прибыли на грузовиках оборонцы Белого дома во главе с генерал-полковником А. Макашовым. В момент народного напора на двери «Останкино» перепуганные «сторожа» телецентра ударили со страха из автоматов и пулеметов. Охранников неожиданно огнем поддержали БТРы. Стремительно летящие трассеры, горящие легковые машины и душераздирающие крики раненых слились в какую-то дикую какофонию столичной бойни, в картину московского апокалипсиса.

Стоны, проклятия и зовы о помощи были слышны везде. Одни люди прятались за деревьями и бордюрными камнями, другие — ползли, третьи — бежали, падая, сраженные пулями. Потом все рассредоточились, оставив на асфальте не один десяток убитых и раненых, просящих пощады у добивающих их людей в форме омоновцев. Прибывшие на БТРах дополнительные силы Ельцина довершили расстрел граждан…

А наутро началось варварское убийство парламента. Судя по тому, как еще с вечера, накануне штурма, американские телерепортеры установили свою съемочную аппаратуру на крыше многоэтажного здания, стоящего напротив Белого дома, было ясно — их заранее предупредили об утреннем столичном огненном шоу.

Американцы кричали — смотрите, русские русских бьют! А потом показали эти страшные картинки и видеофильмы всему миру, опозорив в очередной раз власть в России. Но Ельцину по барабану были позор, кровь и смерть сограждан. Он когтями вцепился во властный трон и страшился его потерять.

А тем временем с Калининского (Ново-Арбатского) моста ухали танковые орудия! Стреляли и болванками и разрывными. Все эти картины довелось видеть автору. Он тогда размышлял так:

«Правду не скроют придворные архивисты! Вот она на развороте. Тем более телевизионщики из побоища устроили кровавое шоу. По людям, в центре столицы России, палят из орудий. Свои по своим. Немцу в войну не позволили стрелять в Москве, а тут в мирное время…»

Рядом с автором стоял кинорежиссер С. Говорухин, который катал желваки и кричал:

— Мерзавцы, что же вы делаете?

Потом известный режиссер напишет:

«4 октября в 10 утра я наблюдал, как расстреливали парламент. Теперь мы знаем, в здании было много женщин и детей. Мы, зеваки, стояли на мосту, видно было, как на ладони. Свидетельствую: ни один защитник Белого дома не мог стрелять в нападавших — прямо за цепью солдат, вплотную к ним, стояли толпы зевак, поэтому и не разгоняли их. А танки, бившие прямой наводкой, стояли за нашими спинами».

В 9.20 4 октября спецподразделениям ФСК «Альфа» и «Вымпел» Ельцин приказал штурмовать Белый Дом, в том числе с применением оружия. Руководство «Вымпела» отказалось от этой авантюры, а начальство «Альфы» согласилось на штурм, но тоже без «выстрелов». Оно предложило переговорный вариант, он удался. Все равно они потеряли офицера — младшего лейтенанта Геннадия Николаевича Сергеева, застреленного снайпером предательски в спину, когда он наклонился поднять тяжело раненого десантника. Стрелял какой-то чужак, явно не со стороны Белого дома.

Мстительный Ельцин вышвырнул «Вымпел» — одно из лучших спецподразделений госбезопасности из ФСК, и передал его в МВД. Бойцы-профессионалы сразу же написали рапорта об увольнении.

О том, что со стороны защитников Белого дома не открывалась стрельба, подтвердил сразу же после штурма руководитель «Альфы» знакомый автору по оперативной работе генерал-майор Герой Советского Союза Геннадий Зайцев.

Познакомимся с признанием командира взвода танковой роты Кантемировской дивизии лейтенанта, попросившего называть его Олегом Свердловским: