Помоги проекту - поделись книгой:
Составитель О. МУХИН
Pink Floyd: Кирпич к кирпичу
ШКОЛА ПОРОДИЛА «THE PINK FLOYD»
Они называют это «проецированным звуком» и «тотальным шоу». Световые эффекты, искаженный саунд и песня о человеке по имени Арнольд Лейн (на этой неделе находится на 26-м месте в чартах), у которого было странное хобби — коллекционирование нижнего белья!
Группа называется «The Pink Floyd» и состоит из четырех молодых студентов. Органист Рик Райт учился на музыканта, басист Роджер Уотерс — на архитектора, а Сид Барретт (лидер-гитара) и Ник Мейсон (ударные) изучали искусство в Hornsey College.
Именно там, в школе искусств, была организована лаборатория света и звука. Сид и Ник приняли участие в ее работе и приобрели опыт в создании эффектов для их собственной будущей группы, которая была сформирована спустя некоторое время.
Они создали свой стиль, названный ими «синтезом света, цвета и музыки», который включает в себя проецируемые изображения и причудливые световые эффекты. Однако они настаивают, что это не психоделическая музыка.
«The Pink Floyd» начали играть эту новую музыку лишь несколько месяцев назад и сразу же снискали расположение в студенческих кругах. Они регулярно выступали в лондонском «дворце чудаков» — в «Round House», и среди их первых зрителей был странный человек в арабском одеянии — Пол Маккартни.
«The Pink Floyd» исполняет только собственный материал, включающий необычную песню «Arnold Layne» («Арнольд Лейн»), сочиненную Сидом Барреттом, которую они с Роджером Уотерсом поют дуэтом.
«АРНОЛЬД ЛЕИН — ЭТО МЫ», — ГОВОРИТ ГРУППА «THE PINK FLOYD»
«Психоделическая»? Мы не знаем, что это означает. Если это означает «мигающие лампочки», тогда мы — психоделическая группа». Так говорит «The Pink Floyd», группа, принесшая первую большую победу психоделической музыке. А вот что говорят музыканты об их самой успешной песне: «Arnold Layne» — это просто поп-сингл. Она не представляет собой что-то особенное. Арнольд Лейн — это мы».
Как возникла песня «Arnold Layne»?
Отвечает ее автор Сид Барретт:
«Я не был под влиянием чего-либо, если ты это имеешь в виду. Сначала появилось название, а остальное возникло вслед за ним. Да, все мы сочиняем песни. Фактически наш первый альбом будет включать только песни, сочиненные нами. Около девяти моих, а остальные — других участников группы».
Группа утверждает, что диск стал успешным во многом благодаря звуку, записанному в студии «Sound Technique».
«Мы пришли, сыграли песню, и саунд просто получился. Мы никогда не идем в студию с какой-либо другой целью, кроме как записать хорошую коммерческую пластинку».
Помимо сочинения песен парни также работают в качестве продюсеров и аранжировщиков своих собственных произведений.
«Тот, кто сочиняет песню, тот и продюсирует ее».
Когда «The Pink Floyd» поняли, что им необходима новая форма сценического шоу?
«Мы считаем, что музыка гораздо более действенна в сочетании со светом, — сказал кпавишник Рик Райт. — Мы не выходим на сцену с чем-то, что исчерпало себя. Какое-то время тому назад мы приняли решение разработать новую форму визуальных эффектов. С тех пор у нас лампочки. Вот такое у нас шоу на самом деле. Просто лампочки».
Добились бы они такого успеха со своим первым синглом без рекламной кампании?
«Трудно сказать, — ответил глубокомысленный Роджер Уотерс. — Радиостанции не будут крутить вашу пластинку, пока вы не станете известны. Вы не станете известны, пока не сделаете что-нибудь оригинальное. Вы не станете известными, пока вас не прорекламируют. Сингл помогает получить известность. Но песню не будут крутить по радио, пока публика не узнает, кто вы такие. Процесс движется по кругу и становится очень сложным».
«Между прочим, — продолжает Роджер, — следующая пластинка, вероятно, будет совершенно другой. Мы не хотим двигаться по проторенной дорожке с одним и тем же звучанием. Какое звучание будет в следующий раз, мы просто не знаем. Все, что мы сделаем, это пойдем в студию с какой-нибудь аранжировкой и посмотрим, какой для нее подходит саунд. Если мы посчитаем его подходящим, то используем его. Если нет, попытаемся придумать что-то еще».
«THE PINK FLOYD»: «ДАЖЕ ФЭНЫ HE ВСЕГДА ПОНИМАЮТ, ЧТО МЫ ПЫТАЕМСЯ ДЕЛАТЬ»
Официальный завтрак с двумя участниками «The Pink Floyd», Роджером Уотерсом и Ником Мейсоном, а также с двумя их менеджерами, Эндрю Кингом и Питером Дженнером, начался с несколько хитрого хода, когда я признался, что так и не смог набраться смелости, чтобы сходить посмотреть их представление в одном из психоделических клубов Лондона, где группа удовлетворяет музыкальный и визуальный голод чудаковатой публики. Моим оправданием за это возмутительное упущение было то обстоятельство, что шум в этих помещениях был слишком мучительным для моих барабанных перепонок. Музыканты заверили меня, что некоторые их эффекты могут быть достигнуты только в результате слуховой атаки.
Как бы то ни было, существуют некоторые сомнения относительно их музыкальных способностей. Хотя не похоже, что они вернутся к тем профессиям, которым когда-то обучались, — Ник, Роджер и Рик Райт учились на архитекторов в политехе, что на Риджент-стрит, а Сид Барретт изучал живопись в Кэмбервеллской школе искусств. «Обрати внимание, — подчеркнул Ник, — лучшая возможность для архитектора найти клиентов — это быть в шоу-бизнесе. Я все время ищу кого-нибудь, у кого есть лишние полмиллиона фунтов и кто хочет, чтобы я спроектировал ему дом. Пожалуйста, сообщи читателям «Record Mirror», пусть они свяжутся со мной, если среди них имеются достаточно богатые люди, нуждающиеся в моих услугах!»
Участники группы доставляют удовольствие публике не только в Лондоне, где у них культовая слава. Даже в тех местах, где психоделия совсем ничего не значит, они встречают теплый прием.
Менеджер Эндрю потратил немало времени, объясняя, что они в общем-то не стремились сделать хит, записывая свою первую пластинку. Это прозвучало довольно убедительно, поскольку он явно испытывает большое сочувствие к тяжелому положению «Procol Harum», которые неожиданно разбогатели и теперь должны, как считает Эндрю, все время заботиться о своем имидже. (Лично я полагаю, что «Procol Harum» заняты лишь заботами о том, в какие автомобили, дома, акции и облигации вложить свои деньги.) «Сингл «Arnold Layne», — сказал Эндрю, — не был рассчитан на большой успех. Но он, безусловно, выполнил свою задачу!»
Затем мы обсудили шансы их новой песни «See Emily Play» («Посмотри, как играет Эмили»). Роджер сказал: «Когда вы записываете сингл, вы не заинтересованы в том, чтобы продемонстрировать публике, как далеко продвинулись после выхода предыдущей пластинки, потому что должны угодить звукозаписывающей компании, иначе она не выпустит сингл».
Они только что закончили работу над первой долгоиграющей пластинкой, которая скоро будет смикширована. Но, конечно, никакая запись не сможет полностью проиллюстрировать возможности этой группы. Люди, видевшие «The Pink Floyd» живьем, рассказывают, что их сценическое представление чрезвычайно увлекательно благодаря искусным световым и стереоэффектам.
«Тебе надо сходить на один из наших концертов, — посоветовал Ник. — В клубах мы играем громче, чтобы удержать внимание публики. На концертах же, где, надеюсь, нас слушают серьезно, мы выступаем с большим размахом. Мы используем ящик под названием «Азимут-координатор», который был сконструирован специально для нас и который дает нам возможность создавать стереоэффекты по всему залу».
В Лондоне они дали аншлаговый концерт в «Queen Elizabeth Hall». Они потратили так много денег на представление, что оказались в убытке. К тому же им запретили проводить там новые шоу, потому что они разбрасывали охапки цветов. Я не шучу! «Видимо, мы нарушили какое-то правило, — объяснил Роджер. — Нам сказали, что люди могли поскользнуться на цветах, которые мы кидали в толпу». (Я представил себе веселенькую картинку, как зрители концерта падают, поскользнувшись на цветах. Презабавно!)
Само представление, по общему мнению, было большим артистическим успехом. Там была смешанная публика, в том числе несколько пожилых людей помимо родителей музыкантов. Роджер сказал: «Один мой знакомый сидел рядом с двумя пожилыми дамами, которые вели себя на концерте тихо и спокойно до самого перерыва. Затем одна дама повернулась к своей подруге и сказала: «Они очень хороши, не правда ли?»
Такая похвала, особенно от пожилых людей, вовсе не рефлекторная реакция на оригинальность и авантюризм группы. «Даже фэны не всегда понимают, что мы пытаемся делать, — печально вздыхает Роджер. — Мы использовали черно-белые психоделические слайды, проецируемые прямо на нас. Некоторые фэны, написавшие нам, просили, чтобы мы им прислали эти снимки, и спрашивали, что мы пролили на фотографии. Они действительно думают, что это бракованные кадры».
Флойды признались, что они не собираются огрызаться в случае проявления враждебности по отношению к ним. «The Pink Floyd» — отличная мишень, однако мы всегда хорошо ладим с промоутерами, имеющими профессиональный подход к делу».
«Но ссоримся с теми, кто говорит: «Что бы это ни было, это не музыка», — добавил Питер.
«THE PINK FLOYD» — ЛОНДОНСКИЙ ОТВЕТ САУНДУ С ЗАПАДНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ
Если вы способны представить группу, звучащую точно так же, как группы с Западного побережья Америки, но которая никогда не покидала Англии и никогда не слышала команду «Country Joe And The Fish», то у вас богатое воображение.
Полагаю, вы тоже подумали о «The Pink Floyd», которые быстро создают себе репутацию в Британии своими мрачными пластинками и сценическими эффектами, от которых рябит в глазах.
Одевающийся в многоцветные блестящие рубашки, модные сейчас в Лондоне, Сид, флойдовский лидер-гитарист, босиком бродит по студии и в перерывах между странными аккордами на гитаре пытается раскрыть мне секрет, заставляющий флойдов работать.
«Мы используем световые эффекты, чтобы публика легче переносила ту музыку, которую мы играем. Вообще-то к ней трудно привыкнуть, поскольку это новая идея; это свободная музыка, музыка свободной формы. Но так как это новый вид музыки, мы понимаем, что нужно много времени, чтобы к ней привыкнуть. Я думаю, бешено мелькающие лампочки здорово помогают. Во всяком случае, мне нравится смотреть на них».
В отличие от большинства британских групп «The Pink Floyd» исповедует «тотальное внимание» публики.
«Человек, пришедший на наш концерт, не может заказать выпивку и поболтать. Он должен сконцентрироваться на том, что мы пытаемся сказать», — объясняет Рик.
Тем не менее трое из четырех флойдов не любят, когда их музыку называют психоделической. Четвертый, Сид, относится терпимо.
«Пусть люди называют нашу музыку как угодно, — говорит он задумчиво. — Нам не нравятся ярлыки, но, пока нашу музыку слушают, я не возражаю».
Однако Рик, клавишник группы и специалист по странному звучанию, похоже, имеет вескую причину не любить психоделический ярлык.
«Слово «психоделический» означает «расширяющий сознание», или по крайней мере оно означало это, когда им начали пользоваться, — сказал он. — Но в Британии, если вы говорите «психоделический», то подразумеваете «связанный с наркотиками», и мы бы не хотели, чтобы это отождествляли с нами».
Несмотря на это, флойды выглядят и ведут себя на сцене так, словно они только что ненадолго отлучились с концерта в «Fillmore Auditorium». Нет сомнений, что их сильно манит заокеанская сцена любви и цветов.
«Мы хотим, чтобы наш менеджер переправил нас на Западное побережье, — сказал Роджер. — У нас здесь не так много пластинок тамошних групп, и мы хотим посмотреть на них собственными глазами».
Свободные, как и музыка, которую они создают, участники группы пока еще не ставят перед собой каких-то определенных целей.
Ник, барабанщик группы, говорит: «Не могу представить, что буду заниматься этим в сорокапятилетнем возрасте. Но, с другой стороны, не стоит и загадывать, не так ли?»
Сид сказал: «Лучше не думать об определенной цели. Если думаешь — тупеешь. Я сейчас вообще мало думаю. Так лучше».
Я заметила, что если он перестанет думать совсем, то может стать овощем. Его ответ был ошеломляющ: «Конечно!»
Кто-нибудь хочет спаржи?
ФЛОЙДЫ ВОЗВРАЩАЮТСЯ ИЗ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ
Флойды только что вернулись из несущейся галопом Америки, чей гордый народ они покоряли в течение семи недель. На вопрос о впечатлениях Роджер Уотерс ответил: «Мы видели главным образом обстановку отелей». Дэйв Гилмор также был уклончив: «Это довольно большая страна». Рик Райт не сказал ничего, а Ник Мейсон вообще находился в отпуске.
Напряженное молчание, несколько коротких реплик, пока Роджер не начал наконец свой рассказ следующим образом: «Мы видели два разных мира. На наших концертах — когда люди приходили, чтобы послушать нас, — все было замечательно. Но вне их капиталистическое общество было, э-э-э, мерзким. Мы относились к нему нейтрально, поскольку не видели его вблизи. Но оно боится, действительно боится молодых американцев, поэтому оно реагирует так жестоко на молодежный бунт. Но это не срабатывает. Полицейские кордоны, избиения и стрельба, то, что происходит там, не дает желаемого эффекта, просто потому, что в Америке очень много молодых людей. Это не обычные хулиганы. Многие из них полностью отвергают общество».
Трое флойдов согласились с тем, что Британия совершенно отличается от Штатов в социальном и музыкальном плане. «Ситуация здесь гораздо менее тяжелая, поскольку у нас не бьют хиппи, — сказал Роджер. — Разница такая же, как между виски и пивом. Поэтому там другая эмоциональная атмосфера. В Британии я не чувствую, что от полицейского исходит большая угроза, чем от молочника. Полицейские здесь — это слуги народа, делающие свою работу. А что касается отличий в музыкальном смысле, на этот вопрос ответит Рик. Он у нас музыкант».
Рик: «В Америке люди приходят послушать нас. В Англии они приходят побузить, за исключением таких мест, как клуб «Middle Earth».
Роджер: «Но мы больше не выступаем там, где люди приходят на наши концерты для того, чтобы напиться и побузить».
— О, значит, дела у вас идут так хорошо, что есть возможность выбирать?
Роджер: «Мы не разбогатели, однако дела идут неплохо. Мы способны выжить, играя ту музыку, которую любим, и записывая те пластинки, которые нам нравятся, — и у нас есть достаточное количество фэнов, чтобы в том, что мы делаем, был смысл».
Дэйв: «Мы начинаем замечать, что на афишах коллективных концертов — в особенности на континенте — мы стоим на первом месте среди известных групп, и когда мы выступаем, на нас смотрят раскрыв рот, как на «больших звезд». К этому нелегко привыкнуть. Мы думаем, что это, должно быть, какая-то ошибка».
Говоря об Америке, Рик подчеркнул: «Люди там не ходят на танцы, чтобы подраться. Вы никогда не увидите хулиганов в танцзале — они шляются на задворках».
Роджер: «Если нашим американским слушателям не нравится наша музыка, они уходят, а не стоят у сцены, выражая свое недовольство».
Рик: «Да, но они готовы слушать весь концерт, если в нем есть одна песня, которая им нравится».
Роджер: «За миллионы лет им не пришло в голову, что на концертах нужно орать».
В Британии же все наоборот. Однако здесь гораздо меньше настоящей жестокости. Но все-таки флойды больше не собираются тратить много времени на гастроли по Англии. «На самом деле мы пока только говорим о турне, — добавил Роджер. — И то только о турне по югу страны. Мы не знаем, любят ли нас на севере. Лондон — вот наша сцена».
ТЕПЕРЬ ЭТО «PINK FLOYD» ПЛЮС ЛОНДОНСКИЙ ФИЛАРМОНИЧЕСКИЙ ОРКЕСТР
«Pink Floyd» и Лондонский филармонический! Это может стать одной из сенсаций 1969 года.
Бывшая два года назад андеграундной группой, которой многие пророчили скорую смерть, она по-прежнему с нами, более живая, чем когда-либо, и твердо стоящая на земле. Пару недель назад они поразили даже самых преданных поклонников концертом в лондонском «Royal Festival Hall», который вышел далеко за рамки обычного поп-представления. Используя заранее записанные пленки, пропущенные через огромную стереофоническую аудиосистему спецэффекты, они создали звуковые картины, заставившие аудиторию смеяться и плакать.
Роджер Уотерс, флойдовский басист, рассказал на этой неделе о взгляде группы на цели концерта и на его успех.
«Я думаю, рецензия в «Melody Maker» была чересчур хвалебная», — сказал он, поперхнувшись выпитым рано утром бокалом виски и откидывая прядь волос, упавшую на глаза.
«Для нас, да и, наверное, для публики это был действующий на нервы эксперимент.
Мой друг, пришедший посмотреть на наше выступление, был очень расстроен и чувствовал себя обманутым. Он сказал, что это было то же самое, как если бы он заплатил пятнадцать шиллингов, чтобы посмотреть нашу репетицию. В определенном смысле он прав, поскольку мы действительно репетировали. А публика наблюдала за происходящим.
Я остался недоволен представлением. В первом отделении у нас ничего не получалось. У нас просто не было времени сбалансировать звук. Я бы сказал, что только на 20 процентов звук был таким, как надо».
— Каким устройством вы пользуетесь для создания своих эффектов?
«Устройство получает электронный сигнал или от магнитофона, или от гитар, или от микрофонов. Мы пользуемся четырьмя устройствами, но также можно получать три сигнала в одном устройстве и выбирать нужный переключатель. На ящике имеется ручка управления и четыре линейных выхода, к каждому из которых подключен 100-ваттный усилитель, соединенный с колонками».
«Что внутри ящика — секрет, но если подвигать ручкой, то звук будет перемещаться по колонкам, расположенным по всему залу.
Все, что нужно сделать, — это арендовать на месяц «Festival Hall», быть там каждое утро в 9 часов и регулярно балансировать звук.
Мы называем это устройство «Азимут-координатором». У нас возникла идея использовать сигнал в четырехдорожечной стереосистеме. Мы обратились к знакомому технику, который сказал, что он мог бы сделать такое устройство, и впервые мы использовали его на концерте в «Queen Elizabeth Hall». Однако прототип был украден полтора года назад.
С тех пор сменилась целая эпоха — Сид Барретт покинул группу. С приходом Дэйва Гилмора мы становимся все лучше и лучше. Наше представление теперь очень цельное и профессиональное.
Мы могли бы продолжать исполнять те же самые старые песни, которые очень популярны, и почивать на лаврах, делая это, но «Pink Floyd» не собирается этим заниматься. Группа намерена рисковать и двигаться дальше.
Мы хотим заняться другими вещами. В июне мы сыграем концерт в «Albert Hall» и еще один 30 мая в «Fairfield Hall» в Кройдоне. Думаю, публика к тому времени заметит разницу.
Среди других вещей, которые мы хотим сделать, — использование оркестра. Мы уже провели предварительные переговоры с Королевским филармоническим оркестром, и они явно заинтересовались. Они на самом деле хотят сыграть с нами, и это здорово. Мы также ведем переговоры с Бостонским филармоническим оркестром.
Поделиться книгой: