Тайный канон Китая

Поэтому сказано: «Кто действует, не встретив родственной души, натолкнется на отпор. Кто судит, не уяснив настроений других, будет отвергнут».

Постигнуть настроение других — вот в чем заключается секрет искусства убеждения. Этим секретом можно пользоваться, действуя как открыто, так и скрытно, предлагая свои услуги, или, наоборот, уклоняясь от предложений.

Вот почему мудрые мужи, занимаясь делами, прежде приобретали знание того, что можно сделать, а чего сделать нельзя, и благодаря этому могли повелевать всей тьмой вещей[54].

Во всех делах надобно исходить из праведности и совершенства (дао дэ), человечности и справедливости, ритуала и музыки, преданности и доверия, расчетов и планов. Первым делом следует обратиться к «Книге Песен» и «Книге Преданий»[55] и на их основании толковать о своих приобретениях и упущениях, судить о том, уходить со службы или пойти на службу.

Тот, кто хочет действовать заодно с правителем, воздействует через внутреннее. Тот, кто желает уйти от него, обращается к внешнему[56]. Но и во внешнем, и во внутреннем нужно знать меру, соответствующую Пути, — тогда можно будет предвидеть грядущие события, и без колебаний разрешать все трудности. Когда составляемые планы не имеют просчетов, приобретаются заслуги и воздвигается внутреннее совершенство (дэ), в упорядочении имен[57] царит полный порядок, это и называется «Своими расчетами создать прочную опору для единения душ».

Если правитель темен и неспособен к управлению, в низах не переведется смута. В таком случае любой план действий натолкнется на отпор. Бывает и так, что правитель считает себя верхом совершенства, никого не держит подле себя и не слушает ничьих советов[58]. В таком случае остается только громогласно восславить его, дабы угодить его тщеславию.

Правитель может призвать меня к себе, и я, завоевав его расположение, могу установить над ним свою власть. Если же я желаю уйти от своего государя, лучше выждать, когда при дворе вспыхнут раздоры, и тогда сложить с себя служебные обязанности. Когда в стране воцаряются беспорядок и сумятица и нет возможности побороть их, удалиться от властей предержащих будет мудрым решением[59].

Глава четвертая. Упреждение появления оврагов[60]

Комментарий Тао Хунцзина: «Если дом начинает рушиться из-за оползня, образовавшуюся яму следует засыпать и обнести насыпью. А если спасти дом уже нельзя, следует снести его и построить дом на новом месте. В людских делах нужно поступать так же».

В вещах есть нечто, что таково само по себе; в делах есть согласие и разлад. Порой не могут разглядеть то, что находится вблизи, но можно знать то, что находится далеко[61]. Когда не замечают того, что находится перед глазами, это происходит из-за неумения вглядываться. Тот же, кто способен узнавать далекое, умеет охватывать взором прошлое для того, чтобы предвидеть будущее[62].

То, что называют оврагом, есть большая трещина в земле. А трещина получается из маленькой канавки. Вот так из маленького углубления вырастают глубокие овраги. Пока канавка еще невелика, ее можно и засыпать землей, и сравнять с поверхностью почвы, и разными другими способами устранить. Вот что называется «упреждать появление оврагов».

Мудрый знает момент, когда назревает опасность и заблаговременно старается обезопасить себя. Он судит о вещах сообразно переменам в мире, составляет проницательные расчеты и планы и примечает все вокруг себя — от осенней паутинки до горы Тайшань. Распространяя в мире свою мудрость, он предотвращает малейшие недобрые поползновения. Вот таким образом «упреждать появление оврагов» и есть искусство Пути[63].

Когда Поднебесная пребывает в усобицах и смятении, наверху нет просветленного государя, а владетельные князья не обладают добродетелью, низкие люди пускаются в разбой и мятежи. Тогда достойные мужи не находят себе применения, мудрые скрываются от толпы, в мире властвуют алчные обманщики, отношения между государем и подданными насквозь лживы, владения предков разорены, брат идет войной на брата, сыновья покидают отцов, и кругом, куда ни бросишь взгляд, царит смута, это и называется «появлением оврагов».

Когда мудрый правитель видит, что где-то может образоваться овраг, он немедленно принимает меры, чтобы защитить себя. Если эту напасть можно устранить, он ее устраняет. А если ее нельзя побороть, он тем или иным способом защищает себя от нее или же приспосабливается к ней: вот так он порой укрепляет существующий порядок в государстве, а порой этот порядок изменяет.

Во времена правления Пяти царей[64] вредоносную стихию подавляли. При Трех государях[65] к ней подлаживались. Ибо усобицам среди владетельных князей уже не было числа. А в наши времена кто побеждает других, тот и считается первым.

С тех пор как в пространстве между Небом и Землей появились согласие и разлад, начало и конец, в нем невозможно не появиться оврагам. Вот к чему надлежит отнестись с особенным вниманием. Кто может применить этот Путь, используя «открытость» и «скрытность» в своем поведении, тот и есть настоящий мудрец.

Истинно мудрый — слуга Неба и Земли. Когда сопротивляться напасти невозможно, он скрывается и выжидает благоприятное время. А когда с бедой можно совладать, он составляет план действий. Он может действовать совместно с государем и может привлекать к себе на помощь низы[66]. Он умеет поступать сообразно обстоятельствам и следовать им: так он оберегает духовные силы[67] Неба и Земли.

Глава пятая. Воодушевлять, чтобы подчинить

Комментарий Тао Хунцзина: «Воодушевлять, чтобы подчинить, — это искусство привлечения к себе людей. Сначала нужно громко похвалить человека, и тогда он сполна проявит свои чувства и намерения. А потом, в зависимости от его пристрастий, его следует обуздать и стреножить».

Определять ум других людей и оценивать их способности нужно таким образом, чтобы к тебе приходили даже те, кто находится далеко[68].

Стараясь овладеть обстановкой[69] и управлять событиями, надлежит сначала сопоставить различные планы действий, отделить истинные суждения от ложных, уразуметь, что говорится для своих, а что — для чужих, узнать, где есть возможность действовать, а где ее нет[70], и тогда определять для себя, где можно рисковать, а где нет, с кем сблизиться, а от кого отдалиться. Тогда можно судить об уме и способностях другого. Если человек по своему характеру честен и прям[71], можно призвать его к себе, можно обращаться к нему с разными предложениями и использовать его на службе.

Посредством заманчивых предложений[72] можно выявить его заветные желания, а потом управлять ими. В таком случае можно воодушевить его, после чего подчинить своей власти. Заманчивые речи должны звучать убедительно: порой нужно соглашаться с человеком, а порой следует поспорить с ним[73].

Бывает и так, что подобные беседы не оказывают на человека должного воздействия. В таком случае можно сначала призвать его к себе и дать трудное поручение[74]. Также можно сначала дать ему трудное поручение и тем самым выявить его слабые места.

Можно дать ему такое задание, которое сразу обнажит его слабые места. А можно сначала указать на его слабые места, а потом дать ему трудное поручение.

Намереваясь воспользоваться услугами какого-то человека, можно одарить его богатствами, драгоценными украшениями, жемчугом и яшмой, почетными скипетрами и шелками и всевозможными жизненными наслаждениями: все это позволяет владеть обстановкой и привязывать к себе других[75]. А потом следует внимательно наблюдать за тем, как этот человек будет вести себя. Если в отношениях с ним наметилась трещина, надобно жестче подчинить его себе. В таких делах тоже нужно следовать принципу «засыпания оврага».

Чтобы претворить принцип «воодушевляй и подчиняй» по всему Поднебесному миру, надлежит тщательно изучать способности и возможности людей, хорошо понимать, когда приходит расцвет, а когда — упадок, уметь пользоваться пространствами земли, определять местности опасные и благоприятные для жилья, размеры богатства и имущества народа, знать, с кем из владетельных князей он[76] поддерживает отношения, кто кого любит или ненавидит, каковы заботы и чаяния людей.

Вникнув в помыслы людей, можно уразуметь, к чему они влекутся и от чего отвращаются. Тогда можно снова выступить с убедительными речами, исходя из того, что народ ценит больше всего. Вот так можно своими речами воодушевить его, а потом, поощряя его желания и так держа на привязи, подчинить своей воле.

Прилагая это искусство к людям, нужно уметь оценивать и ум, и способности каждого человека, взвешивать его талант и силу, определять его характер и возможности[77]. Усвоив это, можно управлять людьми каким угодно способом[78]: упреждать события или следовать их течению. Так можно всегда пребывать в согласии с государем и угождать его мыслям. Вот в чем заключается секрет принципа «воодушевляй и подчиняй».

Прилагая это искусство к людям[79], предлагаешь другим как бы пустое[80], а приобретаешь действительное и потому никогда не несешь потерь. Кроме того, так можно постичь истинный смысл их речей и прочно держать в подчинении, вертеть ими и так, и сяк, направлять то на запад, то на восток, то на юг, то на север, то назад, то вперед. Так можно повелевать человеком, никогда не выпуская его из своей власти.

Глава шестая. Противостояние в согласии

Комментарий Тао Хунцзина: «Когда Великое Дао сокрыто и Праведное Дао недостижимо, тогда, находясь в согласии в чем-то одном, с необходимостью противостоишь в чем-то другом».

Действие согласное и действие обратное[81] существуют всегда, но и для того, и для другого имеется подобающее время. Они сменяют друг друга, словно бегут по кругу, и их проявлениям сопутствуют свои обстоятельства. Они находят друг в друге опору, и поэтому применять их следует соответственно обстановке.

Вот почему мудрец, пребывая между Небом и Землей, распространяет свою власть на весь мир и тем приобретает себе славу. Он всегда действует сообразно обстоятельствам, наблюдает нужды, предъявляемые временем, распознает, чего в царстве имеется в достатке, а чего не хватает, и, зная наперед[82] обо всем этом, действует соответственно всеобщему круговороту превращений[83].

В мире не бывает вещей, чья ценность неизменна. В делах не бывает правила, которое пригодно для всех времен. Мудрый правитель не имеет какого-то неизменного дела: он делает лишь то, чего нельзя не делать. Он не слушает что-то одно, а слушает лишь то, чего нельзя не слышать[84]. Так он успешно довершает любое начинание и осуществляет любой план. Вот почему он может быть повелителем всех. Объединяясь с одним, неизбежно порываешь с другим: любой план действий не может угодить двум сторонам сразу. Приходится с кем-то быть в союзе, а кому-то противостоять[85]. Если принимаешь одну сторону, неизбежно выступаешь против другой стороны, а, выступив против этой стороны, оказываешься заодно с другой стороной.

Применяя искусство «противостояния и согласия» в отношении всего Поднебесного мира, нужно взвесить обстановку в целом мире, а потом действовать. Применяя это искусство в отношении одного царства, нужно оценить положение в царстве, а потом действовать. Применяя это искусство в семье, нужно взвесить положение дел в семье, а потом действовать. Применяя же это искусство в отношении самого себя, нужно оценить собственные способности и характер (ци ши). В отношении всех вещей, больших и малых, и в любом действии, будь то движение вперед или назад, способ применения этого искусства всегда один и тот же. Необходимо прежде всего все тщательно взвесить, принять твердое решение, а потом действовать в соответствии с принципом «воодушевляй и подчиняй».

Те из древних, кто искусно отстранялся от других, могли объединить под своей властью все земли в пределах Четырех морей[86]. Они умели подчинить себе владетельных князей, применяя к ним искусство «противостояния и согласия». Они изменяли способы применения этого искусства в соответствии с обстоятельствами, подчиняя всех своей воле. Вот так они могли достигать всеобщего согласия в мире[87]. Поэтому И Инь[88] пять раз выражал покорность Тану и пять раз выражал покорность Цзе. Никто не мог понять, почему он так поступает, но в конце концов он последовал за Таном. Люй Шан[89] три раза выражал покорность Вэнь-вану и три раза выражал покорность дому Инь. Никто не мог понять, почему он так поступает, но в конце концов он последовал за Вэнь-ваном. Он, можно сказать, «знал веление Небесной судьбы», поэтому в конце концов принял должную сторону без колебаний.

Не постигнув всей глубины верховной мудрости, невозможно получить державную власть над миром. Не предаваясь сосредоточенным размышлениям, невозможно справиться ни с одним делом. Не познав досконально человеческое сердце, невозможно добыть громкую славу в этом мире. Не обладая великими талантами, невозможно вести за собой войска. А тот, кто не обладает истинной преданностью и честностью, не сможет понять других. Посему знание искусства «противостояния в согласии» начинается с познания собственного таланта и разумения, честного сопоставления своих достоинств и недостатков, успехов и неудач с другими людьми. Тот, кто способен поступать так, может идти вперед и отступать назад. Он вообще может ходить, как говорится, «и вдоль, и поперек».

Глава седьмая. О проницательности[90]

Те среди древних, кто искусно управлял Поднебесной, умели безошибочно определить соотношение сил в мире и понимали чувства владетельных князей. Если не уметь определить соотношение сил, нельзя понять, кто силен, а кто слаб, что важно, а что нет. Кто не может понять чувства других, неспособен распознать тайные пружины перемен и превращений.

Как же определить соотношение сил? А вот как.

Узнай, велики или малы владения противника, много ли у него людей[91], какими богатствами он располагает, много ли у него провианта и в чем у него есть нужда, а что имеется в избытке.

Разведай, какова местность в его владениях и где удобно пройти войскам, а где может ждать опасность.

Определи, где у него сильные позиции и где уязвимые места.

Выясни, кто в отношениях господина и подданного у него возвышен, а кто унижен, кто из его полководцев искусен, а кто бездарен, кто из его советников мудр, а кто глуп.

Наблюдай за переменами погоды, дабы знать, когда условия благоприятны для того, чтобы выступить в поход, а когда нет.

Установи, с кем из владетельных князей он ладит, а с кем в ссоре.

Следи за настроением народа: что для народа хорошо и что для него плохо, за что народ любит власть и за что ненавидит ее? Кого из смутьянов можно замирить, а кто не заключит мира?

Если узнать все это, можно сказать, что ты смог «определить соотношение сил».

Проницательность же заключается в том, чтобы в мгновения великой радости человека примечать его заветные желания, ибо в его желаниях раскрываются его чувства. Когда же с ним случится беда, примечай, чего он более всего боится. Ибо в его страхах тоже проявляются его сокровенные чувства.

В переменах настроения человека не могут не раскрываться его чувства и желания[92]. Если же, даже будучи в крайнем волнении, человек не раскрывает своих чувств, не следует ни о чем у него допытываться. Тут лучше всего переменить тему и расспросить его подробнее о том, что его больше всего интересует. Так можно определить, чего он желает более всего[93].

Вообще говоря, чувства, обуревающие человека внутри, проявляются у него на лице. А потому необходимо уметь по выражению лица догадываться о его тайных переживаниях[94]. Вот это и называется «измерять глубину и прощупывать чувства».

Итак, тот, кому вверено управление государством, должен определять соотношение сил, а тот, кто дает советы государю, должен проникать в его чувства. Все расчеты и планы советника должны проистекать из его знания чувств других. Благодаря этому искусству можно стать знатным или сделать кого-то презренным, кого-то можно возвысить, а кого-то принизить, можно принести себе выгоду и причинить другому вред, можно добиться для себя большого успеха и подвести другого к поражению. Все эти приемы[95] проистекают из одного принципа.

Если даже кто-то сведущ в пути древних царей и в науках великих мудрецов, но не владеет секретом постижения сокровенных чувств, он не сможет разгадать намерения того, кто умеет хорошо их скрывать. Сие есть основа всякой стратегии и закон всякого убеждения.

Люди обычно не умеют предвидеть события, которые случаются вокруг них. Заблаговременно же приготовиться к тому, что должно случиться, — дело самое трудное[96]. Вот почему говорят: «Искусство проницательности применить всего сложнее». Это значит, что нужно строить расчеты и планы в зависимости от обстоятельств.

А посему взгляни хотя бы на роящуюся в воздухе мошкару: даже ей свойственно стремление иметь выгоду и избежать вреда. Понимая это, можно успешно справляться со всяким делом. Для этого нужно прежде всего постигать исток всякого дела, каковой есть импульс внутренней силы всего живого[97]. Владеющие секретом проницательности облекают эту силу в красивые слова и составляют из них изящные сочинения, а потом на их основании судят[98].

Глава восьмая. Угождение[99]

Умение угодливо обращаться с людьми относится к искусству проницательности. Ибо душевное согласие — это подлинная основа в деле познания другого человека[100]. В применении этого искусства есть свой неизменный путь, но он до крайности утончен[101].

Утонченно угождать человеку надобно, сообразуясь с его желаниями. Так можно все глубже и глубже проникать в его внутреннюю жизнь. Если ваши предположения совпадают с его тайными помыслами, эти помыслы обязательно проявятся в его поведении.

Подлаживаться к человеку следует крайне осторожно — примерно так, как, осторожно разрывая землю, сажают в нее зернышко. Ни в коем случае нельзя подавать вида, нужно скрывать свои чувства, чтобы тот человек ни о чем не догадывался. Так можно сделать свое дело, не навлекая на себя неприятностей.

Надобно знать: прощупывают человека в одном месте, а результаты проявляются в другом. Но нельзя, чтобы между вами и тем, к кому вы подлаживаетесь, возникала напряженность. Тогда вы непременно добьетесь своей цели.

Те из древних, кто владел искусством подлаживаться к людям, были подобны рыбакам, забрасывающим в воду свои удочки и терпеливо дожидающимся улова. Нужно только кинуть в воду наживку, и рыба приплывет сама. Поэтому и говорится: «Дело делается целый день, а этого никто не замечает. Войско увеличивается с каждым днем, но от этого никому не становится страшно».

Мудрый вынашивает свои планы втайне, оттого его и зовут «божественным». Свершаются же его планы на виду у всех, поэтому его зовут «сиятельным»[102]. Когда говорят: «Дело делается целый день» — имеется в виду накопление совершенства. Народ благодаря этому обретает покой, но сам не знает, чему обязан таким благом. За тем, кто накапливает в себе совершенство, народ идет без принуждения, сам не зная почему. Он только уподобляет такое правление «божественной осиянности».

Тот, кто умеет претворять принцип «Войско увеличивается с каждым днем», воюет, никогда не давая сражений и не неся расходов[103]. Народ же, сам не зная почему, покоряется ему и его страшится. Поэтому в Поднебесном мире такое правление тоже уподобляют «божественной осиянности».

Подлаживаться к человеку можно разными способами: можно воздействовать на него умиротворенностью, можно воздействовать на него прямотой, можно воздействовать весельем и можно гневом, можно воздействовать славой и можно решительным действием, можно воздействовать бескорыстием и можно доверием, можно воздействовать выгодой и можно страхом унижения.

Умиротворенность — этой покой. Прямота — это прямодушие. Веселье — это безмятежная радость. Слава — это громкое имя. Решительное действие — это подвиг. Бескорыстие — это целомудрие сердца. Доверие — это долготерпение[104]. Выгода — это приобретение. Унижение — это позор.

Посему то, чем умеет пользоваться только мудрый[105], есть во всех людях. Но никто не может успешно этим воспользоваться, потому что не знает, как это делать.

В составлении планов самое трудное — учесть все тонкости дела. Когда даешь совет государю, самое трудное — заставить его выслушать до конца. В делах же самое трудное — довести задуманное до завершения. Эти три трудности под силу преодолеть только настоящему мудрецу.

Составив какой-либо план, нужно быть осмотрительным и скрытным, поверять свои намерения только тем, кто вас понимает. О таких говорят: «Связаны в один пучок и не допускают раздоров». Кто хочет успешно осуществить задуманное, пусть поразмыслит над такими словами: «Принципы Пути, способ действия и обстоятельства времени должны сойтись». Дающий совет должен говорить так, чтобы слушающий мог воспринять сказанное, посему говорится: «Коли слова согласуются с чувствами, тогда слушают».

Нужно помнить, что подобное согласуется лишь с подобным: нельзя пытаться хворостом забросать огонь, ибо огонь от этого разгорится еще пуще, и нельзя направлять течение вод, выливая воду на ровную землю, ибо вода будет стоять на месте.

Таковы законы взаимодействия вещей, из которого образуются все формы «потенциала ситуации» (ши). Такова же природа внутреннего соответствия вещей внешним обстоятельствам. Искусство угодливого обращения с людьми основывается на нем. Ибо сказано: «Если обращаться с вещью сообразно ее свойствам, может ли она не откликнуться?»

Если обращаться с кем-либо сообразно его желаниям, может ли он не прислушиваться к вам? По такому поводу говорят, что это «великий путь Одиноких»[106].

Тот, кто постиг сокровенную силу[107] перемен, никогда не опоздает с совершением того или иного дела. Он добивается успеха — и не держится за него. Так постепенно, в течение долгого времени он приводит мир к благоденствию[108].

Глава девятая. Оселок разговора[109]

Красноречие — это искусство убеждать[110]. Способ же убеждения зависит от того, кого именно хотят убедить.

• Есть речи приукрашенные. Украшательство в речах есть нечто недостоверное, недостоверность же означает: в сказанном что-то преувеличено или, наоборот, преуменьшено.

• Есть речи угодные собеседнику: они приносят выгоду. Такие угодливые речи — самые легковесные.

• Есть речи, содержащие суждение: такие речи предъявляют истину. Истину же нужно поверять собственным опытом.

• Есть речи, которые друг друга опровергают: таково то, что называется возражениями. Возражения — это суждения, которые отсылают назад. Такие речи заставляют заново со всей тщательностью рассмотреть сказанное ранее.

• Есть ловкие речи: вследствие своей льстивости они позволяют приобрести репутацию преданного советника.

• Есть ученые речи: они демонстрируют обширные познания и потому позволяют приобрести репутацию мудрого советника.

• Есть простодушные речи: они демонстрируют решительность и потому позволяют приобрести репутацию храбреца.

• Есть искренние речи: они раскрывают истинное положение дел и потому позволяют завоевать доверие.

• Есть успокоительные речи: соглашаясь с собеседником, можно изменить свою позицию и так добиться успеха.

Использовать заманчивые слова для того, чтобы возбуждать желания, — это лесть. Украшать свои речи цветистыми выражениями — это демонстрация учености.

Не считаться ни с чем и не знать сомнений[111] — это решительность.

Определять действия и составлять планы — это знание секретов власти[112].

Посему рот — это первая застава, он запечатывает мысли и чувства. Уши и глаза — прислужники сердца, благодаря им распознаются обман и ложь. Вот почему говорят: «Если рот, уши и глаза действуют заодно, будешь всегда идти по пути успеха»[113].

В таком случае даже самые противоречивые суждения не смогут смутить, даже самые заманчивые речи не смогут сбить с толку, никакие перипетии не представят опасности, и будешь видеть суть каждого дела и истину каждой вещи.

Однако же незрячему незачем показывать пять цветов, глухому бесполезно рассказывать о пяти нотах. А потому нет необходимости показывать человеку то место, куда он не может пойти, или встречать его там, куда он не может придти. Мудрый ничего не предпринимает в отношении того, чьи чувства и помыслы он не может понять[114].

В старину говорили: «Рот может ощутить вкус, но не может о нем рассказать». Нельзя не относиться к словам в высшей степени осмотрительно[115]: людская молва и металл расплавит, слово может всякое дело продавить.

Человек так устроен, что, услышав чью-то речь, прислушивается к ней, а имея какое-то дело, хочет поскорее сделать его. Вот почему знающие люди не торопятся использовать свои слабые стороны, а прежде пользуются сильными сторонами неразумных людей. Они не пускают в дело свое неумение, а используют мастерство неразумных людей. Поэтому они никогда не ведают затруднений[116]. Встречая выгодное дело, они используют свои сильные стороны. Сталкиваясь с чем-то вредным, не выказывают своих слабостей[117].

Повадки жуков обусловлены тем, что у них есть твердый и толстый панцирь. Повадки ос обусловлены тем, что у них есть острое и ядовитое жало. Звери и птицы пускают в дело то, что дает им преимущество. Таковы и мужи, искусные в речах: они пользуются тем, что, как они знают, принесет пользу[118].

Существует пять видов речи: речь болезненная, речь испуганная, речь скорбная, речь сердитая и речь веселая.

• Болезненная речь — это признак упадка духа и бессилия[119].

• Испуганная речь — это признак душевной муки и смятения[120].

• Скорбная речь — признак того, что сердце затворяется в себе и изъясниться становится невозможно.

• Сердитая речь — признак горячности и неспособности совладать с собой.