Помоги проекту - поделись книгой:
По вопросу: «Есть ли указание в Библии, что убийство некоторых людей и избиение иноплеменников считалось евреями актом, угодным Иегове?» — я согласен с мнением профессора Троицкого…Выражение «лучшего из неевреев убей», приписываемое раввину Симеону бен-Гохаю, в Талмуде, — насколько мне известно, не находится и, кроме того, представляет собой случайное, единичное выражение личного негодования, объясняющееся обстоятельствами жизни упомянутого раввина.
Это выражение содержится в различных трактатах Талмуда, в общей сложности семь (7) раз.
По вопросу, «какие разоблачения сделали франкисты по поводу человеческих жертвоприношений у евреев на диспуте во Львове в 1759 г.» — я не могу ответить, т. к. был лишен возможности навести справки…По вопросу: «Были ли в средние века и в наше время случаи осуждения евреев по обвинению в убийстве христиан с религиозными целями..?» — определенного ответа я дать, к сожалению, не могу, т. к. не имел возможности основательно изучить весь соответствующий материал — как не-юрист, я все равно не был бы в состоянии в нем разобраться… и поэтому должен отказаться от прямого ответа…
По вопросу: «Содержит ли Талмуд безнравственные учения?» — я присоединяюсь к сказанному проф. Троицким и думаю точно так же, что никаких безнравственных учений в Талмуде мне не известно… (В Талмуде ни одного постановления, относящегося непосредственно к христианам, не находится. Что касается термина «гой»… то под ним всегда подразумевается только язычник)…
По вопросу: «Заключается ли в учении еврейской религии… предписание об умерщвлении христиан с ритуальной целью?» — можно дать только отрицательный ответ. Ни Библия, ни Талмуд не требуют ритуальных убийств… Упоминавшиеся (здесь) места вполне разъяснены в свое время Деличем и Мерксом, т. е. совершенно безвредны и не дают оснований думать, что в Каббале предписываются ритуальные убийства…Для обвинения евреев в употреблении человеческой крови не может быть никакого разумного основания…Это относится ко всем наличным еврейским сектам… Талмуд исходит прямо из Библии и не дает точно так же никакого основания для обвинения евреев в употреблении христианской крови…
Прокурор: Я имею вопросы… Вы так же смотрите, профессор, на Неофита и его сочинение, как и ваш предшественник (проф. Троицкий)?
Коковцов: Это произведение представляется мне весьма подозрительным. Мне представляется невероятным, чтобы сын еврея…мог так писать о евреях, как «нечестивый народ» или «весь еврейский народ подлежит проклятию». Не мог сын еврея выразиться так о народе, к которому принадлежал его отец…Особенно странным представляется мне в устах ученого раввина указание, что раввины будто бы не уверены в том, что Иисус Христос не был Богом, то есть сомневаются в отношении своего догмата единобожия.
Прокурор: Вы не допускаете, чтобы сын еврейского народа мог написать против этого народа такой памфлет. А вот возьмём произведения Микульского — ведь он тоже был евреем и написал сочинение, озаглавленное «Злость еврейская»?
Коковцов: Это сочинение мне мало знакомо.
Прокурор: Вам известно, что одним из пап (римских) было сделано распоряжение о сожжении Талмуда, как заключающего в себе ряд суеверий и недопустимых мест, и действительно Талмуд был сожжен в 1224 г.?
Коковцов: Это — не единственный случай, Талмуд сжигался много раз. Я не думаю, чтобы из этого можно было сделать вывод, что он опасен.
Прокурор: Чем же вызывалось такое (папское) распоряжение?
Коковцов: Это был донос.
Прокурор: Не только. Оно вызывалось тем, что Талмуд наполнен богохульствами и суеверием…
Коковцов: Кто знает Талмуд, тот сумеет разобраться, и те изречения (в Талмуде), на которые здесь указывалось, могут вызвать только улыбку.
Прокурор: Так что, по-вашему, Талмуд изложен совершенно невинно и никаких богохульств не заключает?
Коковцов: Не заключает.
Прокурор: А в отношении христианского креста?
Коковцов: Конечно, евреи не верят во Христа, но богохульства у них нет.
Шмаков: Я прошу занести в протокол, что эксперту Коковцову неизвестны богохульства в Талмуде…
Прокурор: На вопрос защиты (Бейлиса) вы сказали, что вам неизвестен текст (Талмуда), в котором еврею позволяется даже принять крещение, чтобы обмануть христиан… Патер Пранайтис указал на (трактат Маймонида) «Иоре Деа», где сказано: «Если еврей может обмануть акумов, заставляя их поверить, что он сам акум, то это дозволено». А ведь под «акумом» понимается христианин.
Коковцов: Виноват, под «акумом» невозможно понимать христианина. Во всех старых текстах… стоит слово «гой»…
Прокурор: Тогда, значит, можно обмануть «гоя». Есть такое выражение?
Коковцов: Это, вероятно, говорит о законности обмана, когда приходится либо умереть, либо обмануть…
Прокурор: Это вы так толкуете?
Коковцов: В опасном положении допускается обман… но запрещается называть себя неевреем.
Прокурор: Тогда я напомню вам, что в «Истории евреев» проф. Грец говорит о Генрихе Гейне и (Людвиге) Берне, что «они только наружно отреклись от иудаизма, как борцы, овладевающие доспехами и знаменем врага, чтобы тем вернее поразить его». Так пишет Грец, вы не отрицаете этого?
Коковцов: Я не отрицаю, но я не могу и признать.
Прокурор: Вы не отрицаете этого места у Греца?
Коковцов: Я не отрицаю, но я не хорошо помню это место…
Шмаков: Не знаете ли вы такого места в Талмуде, что если еврей молится и ему навстречу идет акум с крестом в руках, то еврей не должен кланяться, даже если его мысли были обращены к Богу?
Коковцов: Это место — очень сомнительное, я должен видеть оригинал…
Шмаков: А относительно того места в трактате Маймонида «Иоре Деа», что нельзя продавать воду, если еврей знает, что она будет употреблена для крещения — есть такое место?
Коковцов: Не могу этого сказать
Грузенберг (защитник Бейлиса): Господа судьи…наша ли вина, что обвинительный акт поставил на разрешение присяжных заседателей научный спор, который тянется уже 8 веков?… Обвинительная власть ввела в формулу обвинения ссылку на еврейскую религию и ее изуверства… чему нет примера в истории всемирных процессов. Начиная с XVIII века, нигде не было процесса, где бы в формулу обвинения вводилась ссылка на религию. Ни одного процесса; я предлагаю моим противникам назвать хотя бы один — они не назовут. Процесс Бейлиса — единственный, беспрецедентный во всей истории нового суда.
Председатель суда: Г-н поверенный, прошу вас, говорите по существу дела…
Я хочу выразить мысль, что у еврейского народа есть книги, и есть литература. За литературу он совершенно не отвечает и ответственность с себя снимает, не только здесь, но и у себя в синагоге. Он совершенно не считается с тем, что написано в тех или иных книгах — это частное дело каждого, чтить их или не чтить… Нельзя же подходить к мировоззрению чужого народа со своим мировоззрением.
Прокурор: Здесь никто не обвиняет еврейский народ, здесь говорится только об изуверстве.
Мазе: Здесь обвиняется еврейское вероучение.
Председатель суда: Также и еврейское вероучение не обвиняется.
Мазе: Но обсуждается, хорошо оно или преступно.
Председатель суда: Нет, здесь выясняется вопрос, возможны ли известные толкования (вероучения).
Мазе: Еврейская религия с самого начала и до сих пор считает своей святыней Библию (т. е. Ветхий Завет), и это клевета, будто явилась какая-то книга, которая ее отменила… В книге Моисея сказано, что когда еврейский народ завладеет Палестиной, то воля Господня была, чтобы все 7 народностей — я не буду перечислять, они известны всем — как идолопоклонники… были бы беспощадно истреблены…На эти слова всегда ссылаются все антисемиты: «Не оставляй в живых ни единой души». Господа судьи, книга откровения ни суду человеческому, ни критике не подлежит. Я экспертировать эту священную книгу не могу и не берусь…
Председатель суда: Г-н эксперт, вас об этом и не просят…
Мазе: Теперь, как относится Талмуд к «акумам»?.. Совершенно верно сказал проф. Коковцов, что в средние века в наших книгах при цензуре произошла такая путаница, что теперь никак нельзя различить, где было написано «акум» и где «гой». Но одно я могу сказать, что в Талмуде добросовестные исследователи не найдут ни одной строчки, которая бы относилась к христианам, как таковым…Единственное место, которым пользуются антисемиты, чтобы уронить достоинство Талмуда, это где говорится: «если акум потерял какую-нибудь вещь, то еврей (нашедший её) не обязан вернуть ему эту вещь». Это говорится потому, что у акумов был такой закон, чтобы не возвращать евреям потерянное… т. е. был применен закон за закон…
А у евреев был такой закон, который имеется во всех цивилизованных государствах, что нельзя утаивать находку, а нужно ее возвратить. Следовательно, господа судьи, (согласно Талмуду) нужно оказывать поддержку беднякам-«акумам» вместе с бедняками-евреями, нужно заботиться об их больных, вместе с больными евреями, нужно заботиться об их похоронах, нужно даже устраивать плач по ним. Сказано, что нельзя даже дать «акуму» пить воду, которая ночевала в открытом виде, т. к. считается, что это вредно, и я не должен давать ему («акуму») такой воды. Господа судьи, я просил бы связать это место с тем, что евреев обвиняли в отравлении колодцев…
Председатель суда: Г-н эксперт, здесь никто евреев в этом не обвиняет.
Мазе: А вот слова Маймонида. Я сознаюсь перед вами, что Маймонид отрицательно относился к христианству как учению… он говорил, что христианство неприемлемо. Но в отношении Христа — вот его слова: «Назареянин оказал великую услугу миру Божию… он уничтожил идолопоклонство… и, благодаря его появлению, великие слова Библии стали достоянием отдаленных островов и концов мира»… То, что вы (здесь) слышали… что Маймонид якобы все законы об идолопоклонстве распространяет и на христианство, — это ложь… Тут говорят, что еврей может принять чужую веру для какой-то цели… Господа судьи, тот текст из Шульхан Аруха, который сейчас коверкали перед вами, — неправилен. В действительности сказано: еврей не имеет права называться гоем, даже для того, чтобы его не убили… Хотя «Зогар» говорит об убиении «клипа» (шелухи, скорлупы), но это относится к оболочке, которая отделяет человека от божественного мира. Это — такое же выражение, как «умерщвляй свою плоть»… это значит — убивать страсти, которые приближают человека к плоти… Нет ни одной книги в мире, которая бы так горячо учила аскетизму, как эта книга «Зогар»… Относительно употребления евреями христианской крови сам эксперт Пранайтис говорил, что прямых указаний на это нет, а есть только косвенные. Но я имею честь заявить, что ни прямых, ни косвенных указаний на это нет…Я считаю своим долгом обратить внимание на то, что до совершеннолетия еврейский ребенок не только не считался скотом… а наоборот, считался святым. Нет такой религии, которая относилась бы с большим благоговением к детям, чем еврейская религия…
Вопрос: «Нет ли указаний в Каббале и в истории евреев, что даже евреи, казненные в средние века за проявления религиозного фанатизма, считаются жертвой, угодной Иегове?» — При этом вопросе, господа судьи, простите, я теряю самообладание: что это значит — «даже казнённые»? Как будто они преступники, те, которые были обвинены в религиозном фанатизме… которые умирали за имя Божие, не хотели менять свою религию — мы отлично знаем такие случаи…
Те жертвы, те евреи, которые были замучены во имя религии, те, которые избрали смерть, когда им предлагали отречься от Бога, — эти евреи предпочли умереть…
Я теперь отвечу на вопросы 17, 18 и 19: «Кто такие франкисты?» — Это такая секта, которая хотела продолжать проигранное дело (ложного мессии) Саббатая Цеви; в XVII в. были такие гонения, что еврейский ум стал искать утешения в мессианстве… Саббатай Цеви перешел в мусульманство, говоря, что делает это для скорейшего освобождения Палестины от мусульман… Саббатай-цевианство потерпело полное поражение… один еврей в Польше, по имени Франк, решил повторить его попытку… Для них был устроен диспут — я не знаю точно, чем он кончился… на этом диспуте неизвестно, победили евреи или нет. Но после этого жизнь франкистов среди евреев стала невозможной и они все перешли в христианство…
ДНЕВНИК СОВРЕМЕННИКА
Александр Казинцев
МЕНЕДЖЕР ДИКОГО ПОЛЯ
Часть III
ТАКТИКА НАБЕГА
Жертвы монетизации
Когда говорят о жертвах монетизации, прежде всего вспоминают пенсионеров. Внезапно выяснилось: самая мобильная часть населения — старики. Ни свет ни заря они заполоняют автобусы и метро, с натугой волоча неповоротливые сумки на колесах. Вы думаете, им нравится путешествовать, подобно западным сверстникам, в поисках впечатлений забирающихся даже в гиперборейскую Москву, где они ротозействуют в метро, как в театре, и в театре, словно в метро?
Полноте! Наши старики ищут товар подешевле. На рынке прямые поставки в колбасный киоск — на полкило докторской можно выиграть десятку. В старом, с советских времен сохранившемся гастрономе яйца не по 28, а по 19 рублей — опять выигрыш. А в результате не просто экономия — набирается сумма, на которую можно прожить лишний (хотя какой же он лишний!) день. Будничное чудо материализации хлебов из промозглого утреннего воздуха, из сизовато-дымного городского пространства, километров вызубренных назубок транспортных маршрутов.
Понятно, чиновники и не ведали об этих бабкиных чудесах. О каждодневной борьбе за копеечную выгоду. Те, кто катит по столице не на тряском троллейбусе, а в заграничном авто, не задумываются о подобных мелочах. Авторы пресловутого закона, поди, и не догадывались, что они не бесплатный проезд отбирают, а тот самый хитро выкроенный помимо бюджета день вырывают из старческих рук. А сколько таких дней осталось?
Это потом, когда разгневанные толпы разъяснили взаимосвязь между километрами и килограммами, власти озаботились проблемой. И не только ввели льготные проездные билеты, но и, сверх ожиданий, организовали нечто вроде газетных курсов на тему: как лучше одеваться и питаться с помойки. Трогательная забота со стороны людей, одевающихся от Армани и ужинающих в ресторанах со средиземноморской кухней.
Показательна статья в сверхоперативном «МК». Корреспондентка бойко рекламирует товары со знаменитой пригородной барахолки у платформы с библейским именем Марк: «Вот практически новая пара симпатичных белых туфелек. Торговец отдает их за… 40 рублей. Следующий шок — перчатки из натуральной кожи, абсолютно новые, с биркой — за полтинник (есть всех цветов, даже оранжевые) и ношеные — за двадцатку».
Из газетчицы мог бы выйти неплохой продавец, так ярко живописует она развалы. И только примерка (без которой при покупке не обойтись) почему-то остается за кадром. Кажется, я догадываюсь, почему: газетная барышня, конечно, может красноречиво рекламировать товар с барахолки, но надеть на руку расхваленные ею перчатки побрезгует.
Она благоразумно поостережется и лакомиться плодами, обнаруженными в контейнере с отбросами на плодоовощной базе: «Содержимое оказалось весьма разнообразным — апельсины, лимоны, хурма. Поройся я хотя бы полчаса — наверняка что-нибудь набрала бы» («МК», 25.03.2005).
Рыться в гнилье предлагают нам, читателям. Какое великодушие!
Проблемы возникли и с льготными лекарствами. На каждый пузырек требовался рецепт — и не в одном, а в двух экземплярах. Первые месяцы за рецептами выстраивались такие очереди, что место занимали чуть не в четыре утра! Зимой, на морозе.
При этом далеко не все необходимые лекарства наличествовали. Зато в списки насовали устаревшие, а то и просто опасные препараты. Люди, разбирающиеся в фармакопее, хватались за голову: «На тебе, Боже, что нам негоже. Турамадол, например. Его нельзя применять, его сняли, у него отрицательного эффекта больше, чем положительного. В нем содержится опиум, он вызывает эпилепсию. Или дедоксит, он тоже запрещен» («МК»,9.02.2005).
«Как же так?» — вопрошала читательница, упомянувшая о лекарствах, которые следовало бы назвать ядами. А так! Видимо, какой-то фирме нужно было избавиться от неликвидов. Их — под видом заботы о льготниках — ведомство Зурабова благосклонно включило в список.
Пенсионеры (а заодно и все мы) рискуют нарваться и на фальсификаты. И хорошо еще, если это будут просто таблетки из мела, а не смертельное снадобье! В последнее время риск отравиться возрос: с 1 мая 2005-го отменена обязательная сертификация лекарственных средств. Фармацевтическая мафия торжествует.
Не все чисто и с распределением заказов на поставку льготных лекарств. Депутат Госдумы и обозреватель «МК» А. Хинштейн пишет: «Немногочисленные компании, поставляющие лекарства за государственный счет, так или иначе сплошь завязаны на Зурабова» («МК», 26.01.2005). И дело не только в том, что предпочтение, по утверждению автора, отдается знакомым министра. Те, пользуясь случаем, выжимают из государства чуть ли не двойную цену: «Препарат „Сандиммун-Неорал“ во флаконах. В 2004-м облздрав закупал его на тендере по 7579 руб. за флакон. Теперь, согласно приказу Минздрава и утвержденному Росздравнадзором перечню, безо всякого тендера он будет обходиться государству в 15 264 рубля. Ровно в 2 раза дороже». Двойную прибыль делают не только на дорогих препаратах. К примеру, в Городецкий район Нижегородской области активированный уголь поставляют по льготным спискам за 1 рубль 85 копеек, а в обычной аптеке его продают за 1 рубль.
«Нетрудно подсчитать, — резюмирует журналист. — В текущем году на закупку бесплатных лекарств для льготников в федеральном бюджете запланирован 51 миллиард рублей. Если даже заложить маржу в 10 процентов — игру на разнице цен, — прибыль все равно получается внушительная: 5 миллиардов, а если двадцать процентов? Тридцать?».
Обозреватель «MК» обвиняет Зурабова в тривиальной корысти. Статья так и озаглавлена «Главный рвач страны». Более искушенные аналитики приписывают министру и политические цели: «Сверхзадачу Зурабова-манеджера… видят в построении „социального Газпрома“, которым формально будет руководить человек, назначаемый государством, а реально распоряжаться гигантскими ресурсами будут частные лица. Вероятно, эта структура к следующим президентским выборам будет востребована. И тот, кто ею воспользуется, простит ее автору юридические вольности при осуществлении закона о монетизации льгот» («Независимая газета», 3.02.2005).
Если догадка верна, то старики окажутся обманутыми д в а ж д ы. Первый раз в ходе самой монетизации, второй — во время президентских выборов, когда им в качестве подачки кинут толику средств, у н и х же отобранных.
Особая тема — отставники. «Нас, военных пенсионеров, поражает, как бесцеремонно авторы закона расправились с ветеранами военной службы, лишив их не только льгот, но и компенсаций за них», — писал в «МК» председатель Совета военных пенсионеров В. Мешик. Он подчеркивал: «По военным авторы вообще постарались побольнее ударить, словно перед ними вражья сила» («МК», 22.02.2005).
А может, догадка верна? Что скажете, господа Греф, Зурабов и Кудрин?
Даже когда столичные и подмосковные власти попытались хоть как-то исправить положение, вернув старикам право бесплатного проезда, офицеры запаса оказались обделены: не значились в списках областных собесов. («Независимая газета», 9.02.2005).
Только в Подмосковье «лишенцами» стали 2 млн человек. А по всей стране отставников насчитывается, по разным данным, от 6 до 10 млн. И это в большинстве еще достаточно крепкие люди, способные постоять за себя и за товарищей. А если учесть их дисциплинированность, организованность, то, что можно определить словами «мобилизационный ресурс», нетрудно понять, какую грозную силу затронули реформаторы. А заодно уяснить с т е п е н ь н е н а в и с т и к защитникам Отечества, которая заставила монетизаторов бросить им вызов, несмотря на очевидные риски.
Помимо опасности прямого выступления существуют и другие. Аналитики подсчитали, что вместе с семьями армия военных пенсионеров насчитывает 20 млн человек. Это п я т а я ч а с т ь российского электората! Причем наиболее организованная и активная.
Сообразив, какую кашу они заварили, реформаторы решили откупиться повышением пенсий. И сделали это с присущей им «щедростью»: прибавка составила 240 рублей. Отставники тут же назвали ее «три „Путинки“» (на эту сумму можно купить разве что три бутылки водки). «Это насмешка над ветеранами», — охарактеризовал действия правительства военный эксперт Н. Шульгин («Независимая газета», 16.02.2005).
Кое-кто из «осчастливленных» не поленился придти на почту, чтобы отправить прибавку по адресу «Москва, Кремль». Газеты сообщали, что, к примеру, в Ульяновске в начале апреля у Главпочтамта выстроилась большая очередь. «Эту подачку мы считаем оскорбительной и возвращаем эти деньги президенту, наверное, она ему нужнее. Пусть добавит их к тем 140 тыс. руб., которые он получает ежемесячно», — пояснил офицер запаса Борис Смехов («Независимая газета»,13.04.2005).
Ветеранов можно понять. Одновременно с «увеличением» пенсий было повышено денежное довольствие в армии. Солидно — на 25–34 %. По Закону «О статусе военнослужащих» такая же прибавка полагалась отставникам. Но чиновники нагло обманули военных пенсионеров: армейское повышение они провели по графе «надбавка за сложность и напряженность», а надбавки на размер пенсий не влияют!
Пока протест выразился в непривычной для русской армии форме. Д е с я т к и т ы с я ч военных пенсионеров п о д а ю т в с у д на Министерство обороны, фактически на верховного главнокомандующего. Только по Оренбургской области таких исков более двух тысяч («Независимая газета», 17.05.2005)!
Правда, от наших судов защитникам Отечества не приходится ждать защиты. В начале года информагентства сообщили о судьбе прапорщика Геннадия Уминского, поразительной даже для наших, казалось бы, ко всему привычных дней. Геннадий служил в 204-м отдельном полку в должности командира взвода. 6 августа 1996 года получил задание — разблокировать блокпосты в Грозном. В бою был ранен, дважды контужен. А когда вышел из госпиталя, узнал, что уволен из Вооружённых сил с формулировкой: «нахождение вне части более одного месяца». К тому времени полк расформировали, из-за отсутствия бумаг прапорщик не смог получить ни «чеченскую» страховку, ни зарплату.
Несколько лет Уминский, ставший инвалидом II группы, судился с Министерством обороны и даже выиграл дело. Однако кассационная коллегия Орловского суда отменила решение с формулировкой, которая достойна войти в анналы правосудия, кое наши предки именовали «шемякиным». Цитирую по тексту NEWSru: «Вред здоровью Уминского был причинен при прохождении им военной службы в период военных действий, а потому установить причинителя вреда невозможно, что исключает вину ответчика».
Так звучало официальное заключение, а неофициально прапорщику посоветовали обратиться за возмещением к… лидерам чеченских боевиков Масхадову (он еще был жив) и Басаеву. Цинизм не просто неслыханный, но поистине у б и й с т в е н н ы й, ибо он подрывает те чувства, на которых испокон веков держится армия. «3а Богом и за царем служба не пропадет», — говаривали наши предки. И потому служили не за страх, а за совесть. А представьте, с каким чувством идет армеец на выполнение боевого задания в той же Чечне сегодня. Выполнишь и кого-то убьешь — родное государство тебя же посадит (так называемое дело Ульмана — лишь одно из многих). Покалечат тебя — государство пошлет утрясать финансовые вопросы к Басаеву…
Да понимаете ли вы, что творите, господа министры и судьи?! Разумеется, ждать от изгонщиков справедливости, ответственности, а тем паче заботы — бессмысленно. Но зачем же так вот, что называется, на пустом месте, безо всякого повода настраивать против себя тех, кто в с е е щ е, несмотря на творимые с ними безобразия, именуют себя «государевыми людьми»?
Стоит ли удивляться, что, не дождавшись защиты от «государя», эти люди начинают объединяться, чтобы самим защитить себя. 19 февраля в Москве прошло заседание Общероссийского офицерского собрания, где было объявлено о формировании Народного ополчения.
Подготовка к проведению этой встречи — особая история. Цитирую «MК»: «Организаторы, среди которых немало хорошо известных в армии лиц — экс-министр обороны Игорь Родионов, бывший начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны Леонид Ивашов, председатель Союза офицеров Станислав Терехов, — планировали провести собрание в Центральном Доме Советской Армии. Пригласили президента Путина, министра обороны Иванова, все высшее руководство военного ведомства: „Приходите, давайте поговорим о проблемах армии и безопасности страны. У нас одна задача — мы все хотим видеть Россию сильной державой“» («МК», 24.03.2005).
Надо ли уточнять: из высокопоставленных приглашенных не пришел никто. Главковерх не хочет говорить со своей армией! Для сравнения: даже Ельцин присутствовал на первом Офицерском собрании. И проводили его не где-нибудь, а в Кремлевском Дворце съездов.
Теперь времена другие. Проведение акции в Доме Российской (в «МК» неточность!) Армии не дозволили. Собраться решили в конференц-зале Академии управления при президенте. И тут власть развернулась во всей красе! Это когда нужно защитить воина, пострадавшего за Отечество, она медлительна, как доисторический ящер. А когда дело доходит до того, чтобы «держать и не пущать», проявляет чудеса оперативности.
Уже у метро «Юго-Западная» участников собрания (около полутора тысяч отставников и действующих офицеров со всей России) встречали военные патрули и усиленные отряды ОМОНа. А в самой академии их ждали закрытые двери: «Пускать не велено!».
Несмотря ни на что, собрание провели. Были приняты «Боевой устав» и «Военная доктрина Народного ополчения». Документы во многом риторические, как и большинство деклараций патриотических сил. Однако в данном случае важны не бумаги, а стремление создать р е а л ь н ы е с т р у к т у р ы оппозиции по всей стране: «Отделение Народного ополчения имеет численность до 10 человек и создается в отдельном доме (группе домов или отдельном подъезде многоэтажного дома), улице частной застройки, деревне…».
Вдохновителем и лидером нового движения по праву можно назвать генерал-полковника Леонида Ивашова. Ему нелегко. С одной стороны, более осторожные патриотические лидеры, в частности обжившийся в Думе глава «Движения в поддержку армии» В. Илюхин, считают, что генерал «занимается опасным делом» («МК»,24.03.2005). С другой, радикалы типа С. Терехова называют Ивашова «утопистом». Они требуют «не только сформировать народное ополчение, но и решительно бороться с режимом — „начать активные манифестации и пикетирование по всей России, чтобы добиться отставки нынешнего правительства и президента“» («Независимая газета», 21.02.2005).
Сам Леонид Григорьевич настаивает: «Никаких провокаций, насильственных действий». По его словам, цель нового движения — «помочь власти найти правильный путь». Подхватывая слова президента, сказанные после Беслана: «Это нападение на нашу страну», генерал конкретизирует: «Учитывая, что Россия находится в состоянии войны за свое существование», необходимо «призвать офицерский корпус к мобилизации и создать в этих целях соответствующие структуры. Они должны поддержать и возглавить уже стихийно формирующееся народное ополчение» (там же).
Поделиться книгой: