Из идеального реальному. Что действительно нужно компаниям для своей практики из corporate governance best practices

Дж. О’Коннор и И. Макдермотт считают, что с помощью анализа мы приобретаем знания, а с помощью синтеза – понимание{32}. В данном случае это относится к системам корпоративного управления компаний.

В табл. 7.1 представлено подробное сравнение двух инструментов оценки качества систем корпоративного управления компаний.

Табл. 7.1. Этапы оценки качества систем корпоративного управления компаний (рейтинг и аудит системы корпоративного управления)

В настоящее время рейтинг систем корпоративного управления в России присваивает только Российский институт директоров – «Национальный рейтинг корпоративного управления» (НРКУ®)[19]. До 2012 г. это был совместный проект с ведущим российским рейтинговым агентством «Эксперт-РА». До 2011 г. рейтинг корпоративного управления в России присваивало также одно из ведущих мировых рейтинговых агентств Standard & Poor’s.

Хочу обратить ваше внимание на то, что и рейтинг и аудит предусматривают комплексность оценки. Дело в том, что довольно часто приходится слышать оценки, в том числе известных специалистов в корпоративном управлении, об уровне корпоративного управления в той или иной компании, основанные на их личных представлениях по отдельным аспектам функционирования систем корпоративного управления этих компаний. Помню даже разговор с известным российским независимым директором по поводу уровня корпоративного управления в компании, где он был независимым директором, а Российский институт директоров оценивал качество ее системы корпоративного управления в формате рейтинга. Он был уверен, что наша оценка недостаточно позитивна, и приводил в качестве аргументов его личные оценки по отдельным аспектам, и он был по ним, конечно, прав. Но он совсем не замечал тех аспектов, где у компании были довольно существенные недоработки. В этом, собственно, и заключается некомплектность используемых коллегами оценок (см. особенность четыре «комплексность» из главы 5).

Когда я был во Флоренции и стоял в Академии изящных искусств у великой статуи Давида работы Микеланджело, ее совершенство, то есть фактически идеал, подтолкнуло меня к (возможно, неожиданной) идее визуализации и интерпретации рейтинга систем корпоративного управления. Только потребовалось воссоздать в воображении еще одну, не менее великую древнегреческую статую Венеры Милосской из Лувра в Париже.

Как уже говорилось выше, вопрос не в том, что рейтинг системы корпоративного управления – это, по сути, сравнение с идеалом и не имеет большой практической пользы для текущей деятельности. Например, президент «АвтоВАЗа» Бу Андерссон так высказался в одном из интервью на тему идеального управления: «Лучшее в мире управление и качество – это то, к чему вы всю жизнь идете и никогда не достигнете»{64}, Д. Гараедаги назвал «результат идеализированного моделирования светом в конце тоннеля»{5}, а Л. Гумилев считает, что «идеал – это далекий прогноз»{148}. Главный вопрос в том, что мы будем делать на практике, увидев по итогам рейтинга несовершенство систем корпоративного управления наших компаний. И вот тогда, у подножья статуи Давида, меня посетила аналогия с мыслями любого человека, который сравнивает себя с этими идеальными произведениями. Ведь мы рядом с ними очень несовершенны – как системы корпоративного управления наших компаний по сравнению с существующими только в фантазиях «идеальными» компаниями с рейтингом системы корпоративного управления уровня 10. Думаю, что многим знакомы действия людей, когда они начинают осознавать и, тем более, видеть воочию свое отличие от идеала. Пластические хирурги, пытаясь сделать женщин «на 10 из 10 баллов» относительно Венеры Милосской, возможно, уже являются самыми высокооплачиваемыми врачами, а производители препаратов, «делающих» мужчин обладателями роскошных шевелюр вместо лысин, построили на этом целую индустрию. Не уверен, что эти женщины и мужчины стали по-настоящему счастливы, ведь, как уже хорошо известно, на верхних строчках в рейтинге международного индекса счастья находятся далеко не самые богатые страны (в последнем рейтинге за 2012 г. самое высокое место среди европейских стран занимает Норвегия, аж 29-е; Никарагуа, Бангладеш и Куба, судя по высоким местам в рейтинге, намного счастливее ее). Психологи советуют стараться быть довольным собой – таким, какой ты есть. Но, правда, стоит периодически на весы становиться и в зеркало смотреть, да и бенчмаркинг с другими людьми не помешает, чтобы потом пойти в спортзал или бассейн. Вот только превращаться в идеал не нужно, ведь сам процесс такого «превращения» крайне вреден.

Так и с рейтингом систем корпоративного управления: оценить свое соотношение с идеалом, в данном случае с CGBP, весьма полезное занятие. Но цель стать идеалом заведомо неверна, это просто неразумно, о чем говорилось ранее. Неверно также думать, что можно сразу получить высокое значение рейтинга, а пока он не очень высокий, то показывать его общественности не стоит. Важен не только высокий уровень рейтинга системы корпоративного управления, но и движение к нему. Никто не поверит, что можно сразу выйти на высокий уровень качества систем корпоративного управления. К нему нужно идти долго и «на виду у всех», все должны видеть это движение и поверить в этот результат. Одна известная российская компания, когда узнала, что ее рейтинг не самый высокий по России, отказалась его раскрывать. И как мы ни убеждали их, ничего не получилось.

Еще мне понравилась аналогия рейтинга системы корпоративного управления и аккредитации российских бизнес-школ в международных ассоциациях. Ректор Института бизнеса и делового администрирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы Сергей Мясоедов охарактеризовал их так: «Серьезные аккредитации направлены на то, чтобы помочь встать школе на цыпочки, напрячься и подняться на новый уровень. Как внимательный и самокритичный взгляд в зеркало: я себе казался таким красивым, а оказывается, я толстый, мышцы у меня атрофировались, надо заняться спортом. Хорошая аккредитация зовет к действиям»{65}.

Если рейтинг системы корпоративного управления – это все-таки из линейного подхода к анализу систем корпоративного управления, то есть простое сравнение с идеалом, то аудит системы корпоративного управления – это из нелинейного подхода. В аудите сравнение с идеалом вообще не стоит как задача. Сравнение если и есть, то только в формате бенчмаркинга и сложное (с прямыми отраслевыми конкурентами в России и мире, не с конкурентами по отрасли, но лидерами в отдельных аспектах корпоративного управления, по другим аспектам и т. д.). Известно, что при создании бизнес-моделей авиакомпаний-лоукостеров бенчмаркинг проводился с «Формулой-1», так как только там добились наилучших результатов по подготовке гоночных болидов к продолжению гонки прямо в ходе гонки, а такая оперативность крайнее важна и для быстрого обслуживания самолетов ради достижения минимальных расходов в аэропортах. Главное отличие аудита в том, что проблематика рассматривается в нелинейном аспекте. Как считает профессор Международного университета в Москве Дмитрий Кузин, «в нелинейном мире богатство создают только нелинейные идеи, а для их реализации требуется нелинейное управление»{66}. По сути, он говорит в более широком контексте о том, что мы хорошо помним из естественных (точных) наук: все реальные зависимости, особенно на длительных временны́х интервалах, имеют нелинейный характер. Важно теперь не забывать их всеобщий характер и применимость в экономике и управлении. В уже ранее мною упомянутом мировом бестселлере «Ружья, микробы и сталь: судьбы человеческих обществ» Дж. Даймонд, например, вообще считает, что будущее гуманитарных наук, включая историю, лежит в использовании методов исследования естественных наук{45}. А автор не менее выдающейся книги «Черный лебедь» Н. Талеб по поводу нелинейности мира высказывается так: «нелинейные зависимости предельно многообразны; точнее всего их можно охарактеризовать так: любые слова перед ними бледнеют. Линейные зависимости, наоборот, исключительно редки; они обитают главным образом в школьных учебниках, потому что «линейности» проще для понимания»{146}. Слова Н. Талеба навевают отголоски вышеприведенной полемики о простом и сложном; да, линейное – это о простом, нелинейное – о сложном. Посмотрите на эти графики реального поведения процессов в экономике (рис. 7.1).

Математика нашла способ решения задач по описанию таких сложных зависимостей – это аппроксимация, то есть замена сложных зависимостей на более простые (как правило, линейные функции) с разбивкой длительного интервала на короткие, в рамках которых эти простые зависимости и действуют (пример на рис. 7.2).

Y = F (x) = Y₁ + Y₂ + Y₃ + Y₄ + Y₅

И мне представляется, что, когда такой подход, в целом абсолютно правильный для описания нелинейных закономерностей, был перенесен из естественных (точных) наук в гуманитарные, включая экономику и управление, возникло сильное недоразумение у пользователей, то есть у нас с вами. Сформировался стиль мышления «в короткую»: нам стало представляться, что та аппроксимирующая зависимость, которая на самом деле действует всего лишь на коротком интервале, будет действовать теперь всегда (особенно если она нас «устраивает», например, цена нашей продукции на рынке растет). Мы с вами жили с 2000 по 2008 г., когда «все росло», и думали уже, что это навсегда. Мы перестали понимать, что обязательно заканчивается интервал, когда действует одна аппроксимирующая линейная зависимость, и наступает другой интервал, когда вступает в действие другая. И вступает именно закономерность, которая неизбежна и будет действовать по-другому. Подобное заблуждение характерно не только для нас, «простых смертных». В этой связи вспоминается моя работа на известной имитационной модели-симуляции деловой игры MARKSTRAT, которую мы проводили при изучении стратегического маркетинга в Стокгольмской школе экономики. Так вот, в ней не было ни одного варианта «обрушения рынка» (как на рис. 7.2 на интервале Т₁ – Т₂), всегда только рост разной интенсивности. То есть ведущие мировые бизнес-школы (а MARKSTRAT – это продукт бизнес-школы INSEAD) вообще не предусматривали вариантов падения рынков.

Если мы с вами поняли это положение для экономики и управления в целом, давайте вернемся к нашему пониманию поведения систем корпоративного управления компаний на длительном интервале их развития (здесь не случайно, как вы уже догадались, несколько расширен и конкретизирован предмет нашего изучения). Посмотрим еще раз на рис. 6.5; как видите, при классическом подходе развитие систем корпоративного управления описывается линейной функцией «чем больше, тем лучше». Инструментом оценки качества систем корпоративного управления выступает рейтинг системы корпоративного управления. И здесь главная ошибочная посылка в том, что он рассматривается на всем длительном интервале от Т0 до Тn. Отсюда вывод, что рейтинг системы корпоративного управления нельзя использовать для оценки уровня систем корпоративного управления компаний в целях управления их развитием на всех этапах жизненного цикла компаний одновременно. Это его ограничение, которое нужно иметь в виду при его использовании. По сути, он выполняет функцию той самой аппроксимирующей прямой на каждом из участков. Теперь давайте обратим внимание на вид функции, описывающей подход «PhICS-модель», который мы используем при проведении аудита. Она явно нелинейна, и эту нелинейность определяют ключевые факторы развития компании, не учитываемые при анализе методом рейтинга корпоративного управления. Фактически мы «разбиваем» реальную нелинейную зависимость изменения уровня корпоративного управления на этапы и аппроксимируем на каждом этапе линейной функцией рейтинга системы корпоративного управления, то есть рейтинг и аудит могут с пользой сочетаться.

На рис. 7.3 представлена схема, на которой видно место аудита системы корпоративного управления среди других задач управления компанией при решении задачи изменения системы корпоративного управления компании, как следствие с достаточно распространенной задачей привлечения внешнего инвестора (ключевой фактор «формы финансирования инвестиций»).

Однажды ко мне обратился один известный бизнесмен-девелопер с просьбой дать совет, как ему, собственнику, выстроить взаимоотношения с наемным генеральным директором. Именно в этом он видел все проблемы его взаимоотношений в связке «собственник – менеджер». Мои попытки объяснить, что это только часть проблемы и что нужно ее решать системно и комплексно, успехом не увенчались. Он сказал, что точно знает, что ему нужно именно это. А человек он в теме корпоративного управления очень даже «продвинутый». В завершение беседы я спросил его, в каком качестве он ко мне обратился – как к доктору или медбрату? Он человек с юмором, почуял подвох и попросил меня прояснить, на что я ответил, что когда обращаются к доктору, то ожидают, что он проведет осмотр, поставит диагноз и предложит лечение, а пациенту только тогда предстоит решать, будет ли он это лечение проводить. Но, главное, пациент не ставит сам себе диагноз, а доверяет профессионализму доктора. А вот когда пациент обращается к медбрату/медсестре, то он точно знает, что именно ему нужно: сделать укол, взять анализы, подать судно, в конце концов, если он тяжелобольной. Девелопер улыбнулся, мы допили кофе и поехали каждый по своим делам. Больше к этой теме мы не возвращались. Хотя в ходе разговора я упомянул, что когда в 1990-е гг. я решил построить себе дачу, то, получив от строителей очень заманчивое в финансовом плане предложение, все-таки обратился за советом к знакомому профессиональному строителю и после его профессионального заключения по предложенному проекту от первого предложения отказался. Мне думается, что к политике, футболу и медицине, в которых «разбираются все», пора добавить и корпоративное управление.

Закончить эту главу я бы хотел высказываниями двух великих людей. Одного – из уже далекого прошлого, благодаря открытиям которого мы познали космос, Галилео Галилея, который говорил: «Измеряй измеримое и делай неизмеримое измеримым»[20]. А второго – из нашего настоящего, основателя компании Intel Эндрю Гроува, одного из открывателей нам всем компьютерного «космоса», любимая поговорка которого гласит: «Все, что вы измеряете, может стать более совершенным»{10}.

Это к тому, что еще довольно много встречается акционеров и топ-менеджеров российских компаний, которые уверенны, что они очень хорошо понимают, как им развивать свои системы корпоративного управления, что им никакие внешние оценки, да еще в «оцифрованном виде», да еще с какими-то кривыми зависимостями и сложностями не нужны.

Глава 8. Практические кейсы синтеза и внедрения PhICS-моделей систем корпоративного управления реальных российских компаний

[21]

Уже упоминаемый ранее известный специалист в области стратегического планирования Ричард Румельт вводит понятие «ядро стратегии», под которым понимает следующее: «Хорошая стратегия представляет собой согласованные меры, подкрепленные веским основанием, и привносящие в результате сочетание мыслей и действий, скрепленных базовой несущей структурой»{8}. Ядро стратегии, на его взгляд, состоит из трех элементов: постановка диагноза, направляющая политика и согласованные меры. Если познакомиться с ними повнимательнее, можно увидеть, что они довольно похожи на предлагаемые мною три стадии синтеза и внедрения PhICS-модели корпоративного управления компании (помните, что говорилось в третьем тезисе во Введении об обязательности использования нашего опыта из разных отраслей знаний?). Только предлагаю добавить немного медицинского уклона в названия этих трех стадий: моделирование (диагноз) – постановка диагноза по Румельту, закрепление (назначение) – направляющая политика по Румельту, внедрение/коучинг (лечение) – согласованные меры по Румельту. О стадии моделирования (диагноза) мы, собственно, и говорили подробно до этого момента. Это формирование PhICS-модели корпоративного управления компании и содержания этапов ее создания. Стадия закрепления (назначения) состоит в оформлении внутренних документов, в которых юридически закрепляются результаты моделирования. После этой стадии наступает стадия внедрения/коучинга (лечения) – реальная управленческая работа, когда начинают создаваться и работать органы, процессы и процедуры корпоративного управления (о чем мы говорили в главе 1). Почему я ввел для наименования этой стадии термин «коучинг»? Конечно, речь не идет о классическом понимании коучинга, когда с помощью вопросов клиент сам находит решение. Возможно, здесь больше подошел бы термин «наставничество». Но он тоже не совсем точно отражает суть этапа, да и звучит не очень правильно по отношению к этому особому типу клиентов – собственников и топ-менеджеров компаний, людей, уже давно состоявшихся, зрелых и весьма самостоятельных. Мне представляется, что работа этого этапа несет в себе элементы разных технологий. Пусть это будет «коучинг», да не обидятся на меня профессиональные коучеры.

Одна из крупнейших нефтяных публичных компаний

(кейс, аудит системы корпоративного управления)

• Вхождение в капитал иностранного стратегического партнера.

• Аудит в партнерстве с иностранным консультантом.

• Аудит с точки зрения соответствия практики компании:

– самым жестким требованиям международных и российских инвесторов;

– международным и российским стандартам практики корпоративного управления;

– практике аналогичных международных и российских компаний (бенчмаркинг);

– лучшей практике по компонентам российских компаний независимо от отрасли (бенчмаркинг).

• Рекомендации по совершенствованию практики корпоративного управления с учетом значимости и приоритетности различных компонентов.

• Закрепление рекомендаций в проектах изменений внутренних документов компании.

• Успешный приход партнера в капитал и последующее долгосрочное сотрудничество.

У Д. Гараедаги есть интересная схема моделирования архитектуры бизнеса, которая, после проведения мною небольших косметических изменений будет отлично применима и к описанию процесса формирования и внедрения PhICS-модели системы корпоративного управления компании{5} (рис. 8.1).

Этой схемой мне хочется вернуть вас к третьему тезису из введения (об аналогиях из других предметных областей относительно проблематики корпоративного управления), а также к шестой особенности из главы 5 (об общности принципов построения различных управленческих подсистем компаний).

Инжиниринговая строительная компания нефтегазовой отрасли

(кейс, аудит системы корпоративного управления)

• Закрытая частная компания с ограниченным числом акционеров со стратегией поэтапного выхода на публичный рынок капитала.

• Аудит с точки зрения соответствия:

– российской передовой практике корпоративного управления, требованиям российских бирж;

– требованиям международных и российских фондов прямых инвестиций.

• Рекомендации по совершенствованию практики корпоративного управления с учетом значимости и приоритетности различных компонентов.

• В связи с изменением состава акционеров стратегия не реализована.

Теперь посмотрим, как на практике синтезируются PhICS-модели корпоративного управления на примере двух кейсов реальных российских компаний: среднего частного медицинского центра и крупного частного мясоперерабатывающего холдинга. На первом шаге определяются значения ключевых факторов развития компаний{67}.

Кейс № 1. Средний частный медицинский центр

Единственным собственником медицинского центра является физическое лицо, которое рассматривает в ближайшее время передачу миноритарной доли ряду ключевых топ-менеджеров, в первую очередь наемному генеральному директору, которому отданы функции оперативного управления. В компании разработана и утверждена собственником стратегия, определены цели развития и критерии их достижения. Несмотря на передачу генеральному директору функций оперативного управления, собственник пока еще может принимать участие в их реализации путем установления ключевых принципов управления компанией (налоговой, учетной и кадровой политик, политики взаимодействия с внешними контролирующими структурами) и выдачи рекомендаций генеральному директору относительно организации работы компании. Все эти права собственника закреплены в контракте с генеральным директором. Таким образом, собственник по факту еще довольно глубоко «погружен» в оперативное управление. Все инвестиционные проекты в настоящее время и в среднесрочной перспективе будут финансироваться только за счет собственных средств.

Таким образом, ключевые факторы развития компании можно определить следующим образом:

• стадия развития компании (жизненного цикла) (Ph) – определяем как «юность» по Адизесу, когда осуществляется переход к профессиональному наемному менеджменту и становятся актуальными вопросы делегирования полномочий;

• форма финансирования инвестиций (I) – только самофинансирование;

• уровень контроля / управленческий/лидерский стиль (C) – в настоящее время hard с субъективным декларируемым желанием собственника внедрять элементы soft, привлечение одного независимого директора (что важно, его давно и очень хорошо знает собственник, доверяет ему);

• стратегия развития компании (S) – самостоятельное органическое развитие в долгосрочной перспективе.

Одна из крупнейших транспортных компаний

(кейс, аудит системы корпоративного управления)

• Один из редких случаев практики проведения аудита в «правильные» сроки – в самом начале пути трансформации компании, пожалуй, один из лучших российских кейсов.

• 100 %-ная дочерняя компания естественной монополии со стратегией поэтапного выхода на публичный рынок.

• Аудит с точки зрения соответствия практики компании требованиям:

– международных и российских инвесторов, включая фонды прямых инвестиций;

– международных и российских рейтинговых агентств.

• Рекомендации по совершенствованию практики корпоративного управления с учетом их значимости для ее приведения в соответствие с российскими и международными передовыми стандартами и требованиями рейтинговых агентств.

• Согласованный план мероприятий по формированию системы корпоративного управления.

• Получение в дальнейшем Национального рейтинга корпоративного управления, затем международного рейтинга корпоративного управления.

• Вхождение международного фонда прямых инвестиций, проведение IPO на российской и зарубежной биржах.

Кейс № 2. Крупный частный мясоперерабатывающий холдинг

Акционеры холдинга – три физических лица, имеющие равные доли владения. Один из акционеров является также генеральным директором («активный акционер»), остальные два практически не принимают участия в управлении («пассивные акционеры»). Генеральный директор закончил бизнес-школу с квалификацией ЕМВА (Executive Master of Business Administration) и активен во внедрении управленческих новаций, в том числе в области корпоративного управления, сторонник привлечения в совет директоров независимых директоров и создания реального совета. Пока все инвестиционные проекты финансируются за счет собственных средств. Планируется агрессивная экспансия в соседние регионы и масштабная модернизация производства и управления. С этой целью планируется привлечение средств от банков в формате проектного финансирования, а также продажи части акций фондам прямых инвестиций, включая зарубежные. Акционерами принято решение о передаче оперативного управления наемному профессиональному генеральному директору.

Таким образом, ключевые факторы развития холдинга можно определить следующим образом (курсивом сразу покажем отличия от кейса № 1 медицинского центра):

• стадия развития компании (жизненного цикла) (Ph) – определяем как «юность» по Адизесу, когда осуществляется переход к профессиональному наемному менеджменту и становятся актуальными вопросы делегирования полномочий;

• форма финансирования инвестиций (I) – самофинансирование и проектное финансирование со стороны банков, частное размещение среди фондов прямых инвестиций, включая зарубежные;

• уровень контроля / управленческий/лидерский стиль (C) – в настоящее время hard с субъективным декларируемым желанием собственника, а также объективной потребностью из-за привлечения внешнего зарубежного инвестора активно внедрять элементы soft, привлечение не менее двух независимых директоров, создание в совете директоров комитетов;

• стратегия развития компании (S) – агрессивная территориальная экспансия и масштабная модернизация производства и управления в ближайшей перспективе.

Крупный частный мясоперерабатывающий холдинг

(кейс, аудит системы корпоративного управления)

• Три собственника: два «пассивных», один – генеральный директор. Собственник-управленец отходит от оперативного управления.

• «Прогрессивный» собственник-управленец – открыт к получению новых знаний (обучение МВА), привлекает внешних консультантов.

• Совет директоров – собственник-управленец, два независимых директора, менеджмент, два комитета (по стратегии, по вознаграждениям).

• Начальная/переходная фаза внедрения стандартов корпоративного управления: совет директоров и корпоративный секретарь (положения о них), план работы совета директоров, заседания совета ежемесячно, очно. Фактически отрабатывается реальное разделение оперативного и стратегического уровней управления, что-то среднее между правлением и советом (в классическом понимании их функционалов).

• Упор на управленческие аспекты корпоративного управления.

Когда мы синтезировали этому собственнику PhICS-модель, то я объяснил ему различия между стратегическим и оперативным управлением следующей образной историей. «Оперативное управление – это когда вы идете утром в понедельник по коридору и прямо напротив вашего кабинета видите ведро уборщицы с грязной водой и грязную швабру. Вы немедленно, не отходя от ведра и швабры, через секретаря вызываете офис-менеджера и требуете немедленно решить эту проблему – вы реагируете на факт. Характер вашего реагирования зависит от типа вашего характера – от интеллигентной просьбы до ломания швабры об голову офис-менеджера и уходом его с ведром на голове (предупреждаю, что говорю образно с просьбой не повторять это в реальности). Стратегическое управление – это когда вы идете утром в понедельник по коридору и прямо напротив вашего кабинета видите ведро уборщицы с грязной водой и грязную швабру. Вы проходите мимо. Если ведро и швабра стоят там же и во вторник, вы проходите мимо. Среда – тоже мимо! Четверг – мимо!! Пятница – мимо!!! И только если в следующий понедельник вы обнаруживаете ту же картину, вы собираете совет директоров и выясняете причины происшедшего. Вполне возможно, что офис-менеджер не один виноват, а уборщица заболела, уволилась, и мало ли, что могло с ней произойти, а до офис-менеджера информация не была доведена. Главное, что вы реагировали не на факт, а на тенденцию, закономерность. Это и есть стратегическое управление». А рассказал я ему это тогда, когда мы синтезировали «под него» функционал совета директоров. И это было непросто. Он хотел очень быстро изменить ситуацию, а мы считали, что слишком быстро нельзя. Кстати, после получения нашего отчета с предложениями он на год остановил проект передачи управления новому генеральному директору и перехода на позицию председателя совета директоров. И я считаю нашим достижением, что после нашей профессиональной декомпозиции его «хотелки» он взял тайм-аут на размышление. В принципе, это было похоже на «стратегическую» реакцию в истории про швабру.

На втором шаге определим для каждой компании из общего множества набора рекомендаций CGBP (V) подмножества, соответствующие сформулированным на первом шаге ключевым факторам развития. Эту работу все-таки стоит поручить консультантам/экспертам, или «докторам», кому как удобнее их называть. Для примера в качестве множества V выберем набор рекомендаций из CGBP, входящий в одну из публичных версий методики уже упоминавшегося Национального рейтинга корпоративного управления[22]. В выбранном варианте методики общее число рекомендаций из CGBP (множество V) составляет 82 и разбито на четыре группы (см. приложение):

• права акционеров (собственников) – 23;

• деятельность органов управления и контроля – 25;

• раскрытие информации – 27;

• корпоративная социальная ответственность (КСО) – 7.

Одна из крупнейших телекоммуникационных компаний