Помоги проекту - поделись книгой:
— Закрывай дверь, Никита, — произнес Пересветов, когда секретарь вслед за ним вошел в каюту.
Тот последовал указанию шефа. Ситуация требовала принятия срочных решений, так что медлить было нельзя.
— Садись, поговорим, — указал губернатор на кресло.
Сам же он не присел, а небольшими шагами стал мерить пространство каюты, прохаживаясь от одного угла к другому. Там, у окна, сидела Жанна, листая какой-то журнал. Глубоко затянувшись сигаретой, Пересветов проговорил:
— Ну что делать будем, Никита? Надо выходить из положения. Время работает не на нас. Признаться, я такого исхода не ожидал…
После недолгого совещания оба пришли к несложному и единственно верному решению — нужно срочно искать Дингли. У британца необходимо было изъять кейс с документами. Ну и спасти беднягу, если он уцелел, конечно. А то ведь начнет болтать лишнее, попадись в руки к тем, кому не надо.
— И кто же этим займется? — спросил Пересветов. — Кому мы поручим столь ответственное дело?
— Да Лаврову, кому же еще… — пожал плечами секретарь. — Для того он здесь и находится.
Несмотря на свое отношение к Батяне, Любинский прекрасно представлял себе, что в случае отправки кого-то другого операцию смело можно будет считать проваленной. Ну, а какие последствия из этого вытекают, объяснять никому из присутствующих не стоило.
— Разумно, — кивнул губернатор. — Пускай десант займется. Тем более что и сержант при нем местный, так что вдвоем разберутся.
Дальнейший разговор происходил уже в присутствии майора. Пересветова несколько покоробило то, что Лавров почему-то пошел в отказ.
— Прошу прощения, господин Пересветов, но у меня свои командиры. Я губернатору не подчиняюсь, — спокойно и совершенно справедливо заявил Батяня, — и вообще такими вещами МЧС и ФСБ занимаются. Обратитесь к ним.
— Майор, что ты себе позволяешь? — вспылил Любинский. — Перед тобой губернатор края.
— …так что этот вопрос не относится к моей компетенции, — не слушая его, закончил свою короткую речь Батяня.
— Хорошо, майор, — поиграв желваками, кивнул Пересветов, — зато в моей компетенции доказать, что тебе необходимо выполнить задачу по спасению человека. Погоди немного.
Губернатор принялся набирать номер кого-то, кто, по всей видимости, мог ему в этом поспособствовать.
У Батяни удивленно приподнялась бровь, когда он услышал, что Пересветов звонит в Штаб округа.
— Анатолий Григорьевич? Здравствуйте, это Пересветов, — расплылся в улыбке Дмитрий Степанович, — прошу прощения, что беспокою столь занятого, как вы, человека. Как здоровье? Как жена, дети? Да-да… конечно…
После дежурных вопросов о семье разговор с начальником штаба проходил в привычной для губернатора настойчивой манере.
— Надо помочь! — взывал он к лучшим чувствам генерал-полковника. — Пропал человек, иностранный гражданин. Могут быть международные осложнения.
Губернатор, как человек чрезвычайно активный, знал всех и вся. Понятно, что и войска на вверенной ему территории не могли остаться неохваченными и обойденными его вниманием. Знакомства в среде руководства округа давали ему и здесь массу возможностей.
Представив ситуацию так, что без Лаврова обойтись никак невозможно, Дмитрий Степанович стал подкреплять свою горячую просьбу обещаниями.
— Вы же меня знаете, Анатолий Григорьевич, я слов на ветер не бросаю. Хоть я и человек сугубо штатский, но что такое слово порядочного человека, мне прекрасно известно. А я в свою очередь для части готов сделать все, что угодно. Ну, конечно, что в моих силах…
В силах губернатора оказалось построить новый дом для офицеров части, где служит Лавров, и помочь еще кое-какими полезными мелочами типа мебели и техники.
— Значит, договорились? — с веселой улыбкой на устах переспросил Пересветов. — Да-да. Безмерно вам благодарен. Всегда приятно найти взаимопонимание.
Повинуясь приглашающему жесту, Лавров с тяжелым сердцем взял трубку. Он уже чувствовал тему предстоящего разговора. Как оказалось, предчувствия его не обманули.
— Майор, вы поступаете в распоряжение губернатора и помогаете в поисках британского подданного Дингли, — сказал генерал тоном, не терпящим возражений.
— Есть! — ответил Батяня, поигрывая желваками, и передал трубку губернатору.
— Ну, вот видишь, майор, я же тебе говорил, — ухмыльнулся Пересветов, — раз тебя ко мне прикомандировали, значит, никуда ты не денешься. Ну, ничего, одно дело делаем.
Выбора у Батяни не было, так что приказы приходилось выполнять.
— Все мы кому-то подчиняемся, ты — своему начальству, я тоже не последняя инстанция, — чтобы смягчить ситуацию, проговорил Пересветов.
— Значит, надо отыскать британца? — С ходу перешел Лавров к конкретике.
— Все верно. Как говорится, сделал дело — гуляй смело. А я позабочусь о том, чтобы твое старание отметили по службе, — пообещал Дмитрий Степанович, — я ведь хорошего, Лавров, не забываю. Впрочем, и плохого тоже.
Далее губернатор рассказал то, что считал нужным, о крушении вертолета, о самом Дингли и прочем. Информация, естественно, была строго дозирована, и о многом, в том числе и о документах, майор не услышал ни слова.
— Я понял, — кивнул Лавров.
— С тобой полетит вот он, — кивнул губернатор на своего секретаря.
Любинский выражал полную готовность присоединиться к Батяне. Лавров пожал плечами, понимая, что все равно не волен тут что-то решать.
— Да и сержанта своего бери, как же без него? Втроем и займетесь благородным делом поиска иностранца. Престиж страны под угрозой — это же надо понимать!
Разумова, присутствующая при разговоре, покуривала сигаретку, позевывая от скуки. Однако после окончания беседы, когда все разошлись, она преобразилась. От былой скуки и безразличия не осталось и следа. Она, прислушавшись к голосам на палубе, уселась за столик и включила компьютер.
Глава 17
— Не отставайте! — обернулся Романенко к своим спутникам. — Тащитесь, как дохлые коровы. С таким темпом мы и до Нового года туда не доберемся.
Поиски Дингли продолжались. Группа двигалась по следам, которые, к счастью, не пропадали и давали возможность безошибочно реконструировать путь подданного британской короны.
Ни тяжелые котомки, ни жаркие лучи летнего солнца так не изнуряли их, как гнус. Утром не давали покоя комары. Когда же солнце встало высоко, навалилась мошка, а затем появился и овод. Вся эта масса надоедливых насекомых преследовала путников неотступно. Вначале все отмахивались, но скоро это утомительное занятие до того надоело, что шедшие уже почти не сопротивлялись, сдавшись «на милость победителям».
— Есть, шеф! — послышался возглас.
В течение пары последующих минут была обнаружена жердина, лежавшая поперек тропки, а чуть дальше — ботинок.
— Да, заросли проломаны так, что можно подумать — стадо мамонтов ломилось, — сказал охранник, — видать, что-то здесь не то.
— Убегал от кого-то, не иначе…
— От кого?! — этот вопрос внес беспокойство в душу Романенко.
Ситуация, выглядевшая до этого более-менее ясной, начинала осложняться. Кто мог гнаться за британцем?
Дальше — хуже. СледДингли был потерян, и, как ни старались «банкиры», отыскать его уже не удалось. В изнеможении все присели передохнуть.
— Ничего, будем искать, — проговорил Романенко, — все от нас зависит. Да, кстати, хочу вас, ребятки, попутно предупредить насчет одной заразы. В этом году ее особенно много.
— Не томи, Лысый, о чем ты? — отозвался один из «бойцов».
— Энцефалитный клещ. Смотрите внимательно на кожу, не подцепите его. Потом проблем не оберешься, — Романенко говорил отрывисто. — Если он, гад, впился в кожу, самому вытаскивать его нельзя. Иначе только хуже будет. Надо капнуть масла, он тогда сам вылезет.
— Да где же его возьмешь, масло-то?
— У меня есть с собой пузырек. Конечно, потом они, когда крови напьются, отпадают. Но только дело уже сделано — в теле жертвы гуляет вирус…
— Энцефалита?
— Не только, — «утешил» Лысый, — клещ тебе целый букет может оставить: от тифа до лихорадки.
— А какие признаки? — подчиненные, слушая его, невольно начинали ежиться и посматривать на открытые участки кожи.
— Появляется вдруг слабость в руках и ногах, кожа немеет. Через неделю-две температура подскакивает, появляется лихорадка, тошнота и рвота, мышечные боли во всем теле. Начинаешь биться в судорогах, сознание терять, — пояснял «лектор».
— А сама болезнь пройти может?
— Вместе с жизнью, — пошутил Романенко. — Если меры не принять, то клиента ждет онемение, паралич конечностей, помрачение сознания, кровавая рвота, и в итоге откинешь коньки. Нет, бывает, конечно, что и само проходит, но только этому счастливчику не позавидуешь.
— В смысле?
— Остаточные явления — паралич, эпилепсия, снижение интеллекта…
— Тебе, Андрюха, это не грозит! — толкнув парня в плечо, расхохотался его сосед. — Если интеллект и так на нуле, то хотя бы здесь бояться нечего.
— И откуда ты это все знаешь, Лысый?
— Жизнь и не такому научит. Ладно, хорош базарить. Ищите! — воскликнул руководитель. — Мы должны его найти.
Все рассыпались по лесу, но целый час поисков ничего не дал. Лысый чертыхался, скрипел зубами, метался из стороны в сторону, но — никаких результатов.
— Потеряли мы его.
— Потеряли… Сам вижу. Придется возвращаться, — решил Романенко, — ничего не поделаешь. Вернемся на катер и тогда продолжим поиски.
— Да, Витек, я вижу, ты просто народный умелец, — хмыкнул Романенко, видя что судно уже приведено в полную боевую готовность. — Хоть что-то приятное происходит.
Вернувшись к катеру, «банкиры» застали здесь же и старообрядцев. Как сказал Витек, без их помощи, хоть и неквалифицированной, он бы ни за что не справился.
Вернувшаяся группа в изнеможении развалилась на берегу. У старшего был полон рот забот, так что такую роскошь, как отдых, он себе позволить не мог.
— Владимир Иванович, это Романенко, — произнес он, набрав номер президента «ВСК-банка», — ситуация следующая…
Получив информацию, Коренев предупредил, что к поискам подключились десантники в лице Лаврова и Ломакина. Прозвучало требование ускорить поиски, действовать жестко — на кон поставлено очень много.
— Понял, Владимир Иванович, — отрапортовал Романенко, — сделаем все возможное.
Сказать, конечно, было легко, но теперь стоило прикинуть, как же действовать дальше. Исходя из полученной информации, никто из людей губернатора британца пока не нашел — они только приступили к поискам.
Сидя перед развернутой картой, Романенко пришел к выводу, что Дингли банально заблудился. На карте было видно, что лес плавным, почти полным кругом огибала река. Само собой было очевидно, что человек, идущий прямо, в конце концов уткнется в реку. Ну, а двигаться более-менее по прямой способен каждый здравомыслящий человек, к которым явно относился и англичанин. Мох на деревьях, растущий на северной стороне, движение солнца и так далее…
— Да может, этот лох будет по кругу ходить, — предположил один из «банкиров». — Как мы узнаем, куда он двинулся?
— Лох — это ты! — обозленно сказал Романенко. — Никогда нельзя думать о противнике, что он дурак. Многие на этом сгорали. Думали, дескать, я такой-сякой, а другие не допетрят. Допетрят!
— Значит, будем просто курсировать по реке на протяжении вот этого участка, — Лысый отчертил на карте кусок реки, — через полчаса отходим.
Затем он сошел на берег. Его подчиненные уставились на типичного жителя здешних мест — ондатру, сидевшую под огромной корягой. При появлении людей она не стала долго рассиживаться, ловко нырнула под воду, при этом совсем не подняв брызг. На том месте, где только что сидел зверь, валялись кости рыб и каких-то мелких животных.
— Где-то здесь нора у него, — ткнул пальцем «механик», — видишь, следов сколько? Полезный зверек.
— В чем это его польза? — пожал плечами второй. — Рыбу жрет так, что если бы их больше было…
— А шубы, а шапки? — последовало возражение. — Ты учитывай все в комплексе.
— Ну, если в этом смысле, тогда — да, — согласился первый.
— А рыба — что ж? — рассуждал любитель ондатр. — Ей ведь тоже харчеваться надо. Не кору же глодать.
Полчаса пролетели быстро. Исправленный двигатель завелся без проблем, и судно на водной подушке стремительно начало удаляться.
— Вот ведь люди, а, Пров? — повернулся бородач к стоявшему рядом товарищу. — Ни тебе благодарности за помощь, ни доброго слова…
— Гнилые они вовсе, — плюнул тот себе под ноги, — хотят вроде человека спасти, а сами — как волки. Видел, как энтот главный у них глазищами-то из-подо лба зыркал? Нет, я одно скажу: Содом и Гоморра у них там как были, так и остались.
— Во-во! Еще и хуже.
Глава 18
Стоявшие на губернаторском катере люди, задрав головы, наблюдали, как рядом, на берегу, садится личный вертолет Дмитрия Степановича. На редкость изящной конструкции винтокрылая машина опускалась в центре поляны. Колеса вертолета на миг зависли в полуметре от земли. Ураганный ветер пригнул траву, ломая сочные стебли и швыряя их в кусты. В следующее мгновение колеса коснулись земли, но лопасти винта все еще сливались в сплошной мерцающий круг.
— Ого! — присвистнул Ломакин. — Вот это аппаратик… Прямо как из фантастики.
— Ну что ж, идемте. — Махнув рукой, Пересветов сам первый последовал на берег, топоча ногами по трапу.
Батяня был поражен внутренней отделкой. Тут все обито коврами, обтянутая кожей мебель — диван и кресла, бар, чистота такая, что страшно, если волос упадет. На таких машинах ему летать еще не доводилось.
— Последняя разработка. Новейший «Bell 429», впервые анонсированный два года назад, — пояснил пилот, пожав руку майору. — Что сейчас в мире с этой моделью делается! Только вылупившись, этот «птенец» мгновенно превратился в предмет ажиотажа.
— Оно и понятно, — кивнул Лавров.
Поделиться книгой: