Средневековые арабские повести и новеллы

СРЕДНЕВЕКОВЫЕ АРАБСКИЕ ПОВЕСТИ И НОВЕЛЛЫ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Немногие средневековые литературы отличаются таким богатством прозаических жанров, как средневековая арабская литература, уходящая своими корнями как в древнеарабский фольклор так и в богатейшие литературные и фольклорные традиции древневосточной, древнегреческой и эллинистической литератур.

Арабо-мусульманская культура жадно впитывала в себя традиции прошлых веков, существовавшие на территории тех государств, где она развивалась, и это в полной мере относится и к становлению литературы, особенно прозаической Именно в «классических» средневековых арабских повестях и коротких рассказах мы живее всего чувствуем эти традиции, не чужеземные, поскольку они принадлежали тем же народам, которые развивали и арабо-мусульманскую культуру, глубоко усвоенные и как бы сплавленные в единое целое арабским языком.

Этим и объясняется то огромное жанровое разнообразие средневековой арабской прозаической литературы, которое поражает нас как в «1001 ночи», так и в других произведениях арабской «ученой» и народной литературы своеобразные «сборники рассказов», или циклы рассказов — макамы жизнеописания древнеарабских и «мусульманских» героев — Антары, Сайфа ибн Зу Язана, султана аз-Захира Бейбарса и других, трактаты о красноречивых ораторах и занимательных происшествиях, антологии, повествующие о реально существовавших типах и подвигах арабских кочевников и так далее.

В представляемом читателю сборнике арабских классических повестей и коротких повествований, которые можно условно назвать новеллами, имеются произведения многих жанров — от фантастической повести, излюбленной арабскими авторами, сказителями и слушателями (или читателями), до не менее популярных в средние века и даже в новое время дидактических повестей.

Начинается книга с «Повести о царе царевиче, везирах и невольнице», или, как иначе называют эту повесть «Рассказа о женском коварстве». Повествования и сказки о коварстве женщин очень широко распространены в ближне- и средневосточной литературе и фольклоре и уходят своими корнями в глубокую древность. Если проследить их «генеалогию», то, пожалуй, древнейшей разработкой этой темы, известной нам, является библейский рассказ о Иосифе Прекрасном и жене египетского царедворца Потифара, изложенный также в XII суре (главе) Корана, носящей название «Йусуф» (т. е. Иосиф). Эта легенда была неоднократно использована средневековыми авторами, писавшими на арабском, персидском, турецком, узбекском, курдском и других языках Ближнего и Среднего Востока, она подвергалась разнообразным обработкам и послужила основой ряда прозаических и поэтических произведений.

В «Повести о царе, царевиче, везирах и невольнице» тема коварства женщин является лишь обрамлением для целой серии коротких рассказов невольницы и семи везиров. Невольница, пытавшаяся соблазнить царевича и потерпевшая неудачу, обвиняет его в том, что будто бы он покушался на ее честь, и требует у царя казни его единственного сына. Царевич же, который по совету астрологов не может вымолвить ни слова до истечения определенного срока, не может защитить себя, и за него говорят везиры и мудрый наставник царевича Синдибад. Невольница каждый день рассказывает о коварстве мужчин и каждый из семи везиров отвечает ей рассказом о коварстве женщин. Сюжеты этих рассказов самые разнообразные, и многие из них знакомы по фольклору, и прежде всего по сказкам разных народов. Это всякого рода превращения людей в животных, мотив заочной влюбленности по описанию или изображению, рассказ о таинственной двери, которую нельзя открывать так как это повлечет за собой неисчислимые беды, и так далее. Встречается здесь и хорошо знакомый нам эпизод с хитрой женщиной, прячущей в сундуке с четырьмя отделениями четырех посетителей, домогающихся ее любви, и со сказочными существами, неотъемлемой принадлежностью восточных сказок: злыми духами, гулями-людоедами и джиннами, а также с постоянным персонажем главным образом персидских сказок — красноречивым попугаем. И все эти рассказы щедро сдобрены юмором, иногда грубоватым, как в повествовании о четырех незадачливых гостях хитрой женщины.

«Рассказ о коварстве женщин» относится и жанру дидактической повести, ибо невзирая на упомянутые выше элементы фольклора и фантастики, цель этого произведения рассказать о «преимуществах терпения» и «достоинствах красноречия», как обычно говорили средневековые литераторы Для этого жанра характерен обязательный счастливый конец — ведь без него все эти произведения будут беспредметны и не достигнут своей цели, коль скоро порок не наказан и добродетель не восторжествовала. «Рассказ о коварстве женщин» также кончается торжеством добродетели: наступает день, когда влияние «неблагоприятного расположения созвездий» кончается, царевичу дозволено говорить, и он рассказывает всю правду о коварной невольнице, которая и несет заслуженное наказание.

Трудно точно определить жанровую принадлежность повествования, следующего за «Повестью о царе, царевиче, везирах и невольнице», которое по форме представляет собой фантастическую сказку, но по своей направленности близко также к дидактической повести. Это повествование называется «Джаудар Рыбак», и героем его является простой человек, добродетельный, терпеливый и покорный, которому было суждено претерпеть множество невзгод. Пафос этой «дидактической сказки», если можно так назвать «Джаудара Рыбака», — в прославлении кротости и терпения. Если продолжить аналогию с библейскими мотивами, хорошо известными мусульманам в средние века, поскольку почти все эти легенды были в несколько измененном виде включены в Коран, то мы можем найти и здесь отголоски легенды о Иосифе: братья Джаудара, жестокие, завистливые и неблагодарные, продали Джаудара в рабство, как это сделали и братья Иосифа. Явственная и откровенная дидактика «Джаудара Рыбака» не навязчива, она подана в чрезвычайно занимательной форме яркой волшебной сказки, причудливо и изысканно оформленной, как, например, в сценах с колдунами-магрибинцами, волшебным перстнем и других. В эпизодах, связанных с похищением у Джаудара волшебного перстня и его возвращением, мы видим одну из версий широко распространенного сказочного сюжета, известного и в русских сказках. Как и в «Рассказе о коварстве женщин», в «Джаударе Рыбаке» терпение, кротость и добродетель вознаграждены, а порок наказан.

Резким контрастом к двум первым повествованиям, помещенным в книге, является рассказ о проделках Мошенницы Далилы, ее дочери Зайнаб, плутов Ахмада ад-Данафа, Али-з-Зибака и других героев этого арабского средневекового плутовского романа, ибо то повествование, которое помещено в данной книге, а также вошло в сборник «1001 ночи», является одной из частей «Жизнеописания Али-з-Зибака» Мы можем смело назвать это произведение плутовским романом по аналогии с названием известного жанра, распространенного в европейских литературах, и если даже не говорить о влиянии арабского плутовского романа на развитие подобного жанра в Европе, что, без сомнения, имело место, то, во всяком случае, типологическое сходство бросается в глаза. «Жизнеописание Али-з-Зибака» — это чрезвычайно яркое и цельное произведение арабской средневековой народной литературы, сформировавшееся в среде городских ремесленников и «молодцов»-плутов. Читателя могут удивить некоторые частности в повествовании о «войне плутов», о хитростях, которые устраивали друг другу различные «партии плутов», однако повествование отражает действительное положение, существовавшее в средневековых восточных городах, где бытовали «братства», или объединения, плутов. Глава этих «молодцов», как они себя называли, часто был в то же время главой городской стражи или был связан с последним, выплачивая ему определенную сумму. Правитель пользовался услугами предводителя «молодцов», поскольку тот, будучи знаком со всеми представителями преступного мира, мог легко раскрывать преступления и ловить воров и грабителей. Положение это может показаться нам невероятным, но многие средневековые исторические хроники подтверждают его.

Определяя повествование о Далиле, Зайнаб, Зурайке Рыбнике, Али-з-Зибаке и других как плутовской роман или плутовскую повесть, мы должны отметить его основные особенности, характерные для данного жанра: яркое изображение жизни самых разных слоев городского общества того времени, небольшое количество фантастических элементов, которыми так богато, например, повествование о Джаударе Рыбаке, ироническое отношение к изображаемому, граничащее с цинизмом, и связанное с этим отрицание дидактики. Добро и зло здесь как бы поменялись местами. В плутовском романе нет места кротости и терпению, добродетелью считаются ловкость, а также хитрость, напористость и сила. Подлинный герой здесь — это тот, кто сумеет сыграть самую ловкую шутку с соперником, перехитрить его. Но обо всех этих «шутках» и «хитростях» рассказано так динамично, занимательно и весело, что мы поневоле проникаемся симпатией к Али, Далиле и Зайнаб, любуясь их неистощимой изобретательностью, — ведь они обманывают глупцов и простаков, верящих в «святого старца», который может помочь забеременеть бездетной женщине, принимающих на веру и без тени сомнения самые невероятные вещи. Здесь совсем не та мораль, которая утверждалась в «Джаударе»: будь кротким, добросердечным, терпеливым, и судьбе пошлет тебе счастье. Повествование же о плутах, выражая точку зрения средневекового горожанина «среднего класса», утверждает: будь хитер, ловок, смел, не будь разиней и не доверяйся слишком людям, и тогда, может быть, судьба будет к тебе благосклонна. Нужно сказать, что если читать «Жизнеописание Али-з-Зибака» целиком, то можно найти и там отдельные моралистические высказывания в духе «Джаудара Рыбака», кажущиеся несколько ханжескими в общем контексте плутовского романа. И не случайно, что наибольшей популярностью в народе пользовались те части, где таких высказываний нет, и именно эти главы вошли в «1001 ночь», в которую многолетней и многовековой практикой были отобраны лучшие отрывки или части произведений средневековой арабской прозы.

Не очень большое по объему повествование о Далиле содержит множество эпизодов самого разнообразного характера. Здесь и описание «шуток» Далилы и ее дочери Зайнаб, Али, Ахмада ад-Данафа и других, здесь и злой колдун Эзра Еврей, превращения, переодевания и изменение цвета кожи, здесь и насмешка над простоватым бедуином — горожане обычно высмеивали кочевников за их «дикость» и напыщенность речи, — здесь и рассказы о борьбе за должность предводителя «молодцов», о магрибинце-ювелире, о торговце рыбой «молодце» Зурайке и так далее. Все эти эпизоды динамичны, в них нет ни долгих разговоров, ни увещеваний и моралите, как в дидактических жанрах, — все внимание обращено на развитие сюжета, цель здесь — заинтересовать слушателя или читателя, а какую мораль извлечет он из рассказа о плутах — это уж его дело.

К совершенно иному жанру относится следующий за повестью о ловкачах, плутах и «молодцах» рассказ о Хинд и ал-Хадджадже. Это повествование относится к своеобразному жанру «исторических анекдотов», чрезвычайно популярному в арабской средневековой литературе (они помещались обычно в исторических хрониках или антологиях, рассказывающих о реально существовавших правителях, полководцах, везирах, поэтах, ученых) Персонажи этого рассказа очень известны в средневековой истории арабов. Хинд принадлежала к древнему аристократическому роду и славилась красотой и остроумием, ал-Хадджадж был наместником Ирака в дни правления халифов из династии Омейядов. Он вошел в историю как способный военачальник, жестокий правитель и красноречивый оратор, а его речь, обращенная к мятежникам Ирака, дошедшая до нас в ряде антологий и сочинений, посвященных «красноречивым ораторам арабов», считалась одним из шедевров «чисто арабского» красноречия. Короткие рассказы «исторического» жанра обычно основаны на реальном историческом факте и подвергались, очевидно, некоторой литературной обработке. Что касается данного рассказа, то, судя по сведениям, которые мы имеем о его героях из других источников, он очень правдоподобен и характеры в нем очерчены точно и правдиво. Читателю будет интересно познакомиться со своеобразными нравами арабского общества первой половины VIII века.

Намного более «беллетризован» рассказ о рыбаке Халифе и Харун ар-Рашиде. Из реальных исторических фактов о нем остались, в сущности, только имена широко известного багдадского правителя Харун ар-Рашида, его везира, не менее популярного в течение многих веков, Джаафара Бармекида и жены Харуна Зубайды, а также общий абрис их характеров. Все остальные элементы рассказа вымышлены, и мы видим здесь множество широко распространенных в мировом фольклоре мотивов «удачливого дурака», мотив «доли» и «обмена доли», олицетворенной здесь в образе обезьяны (может быть, этот мотив пришел из Индии, откуда родом многие арабские фантастические сказки).

Но наиболее силен фантастический элемент в двух повестях, которые можно было бы назвать «приключенческо-фантастическими», — «Повести о Бадре Басиме» и «Повести о Сайф ал-Мулуне и Бадиат ал-Джамал».

Поистине невозможно перечислить все перипетии этих произведений, также изобилующих известными фольклорными мотивами, разработанными всякий раз по-новому, как рассказы о морских людях, мотив заочной влюбленности (в первой повести — по описанию, во второй — по изображению на подкладке кафтана, подаренного герою царем Сулейманом, библейским Соломоном). Мы видим также мотив превращения, известный в мировом фольклоре мотив уничтожения души нечистой силы, находящейся в недоступном месте (в данной повести душа джинна находится в воробье, который прячется в ларце, хранящемся на дне сундука, помещенного на дне морском), мотив чудесного зачатия и чудесного рождения и так далее. Пожалуй, повесть о Сайф ал-Мулуке и Бадиат ал-Джамал — одна из наиболее колоритных фантастических повестей в средневековой арабской литературе не только из-за большого количества разнообразных эпизодов, где герой попадает из одной беды в еще худшую и спасается чудом, но и благодаря удачной композиции, умелой компоновке элементов, когда дублирующие, похожие друг на друга эпизоды (события, происходящие с Сайф ал-Мулуком и его названым братом Саидом) как бы дополняют и оттеняют друг друга.

Повесть о Сайф ал-Мулуке и Бадиат ал-Джамал — очень характерное произведение жанра приключенческо-фантастической повести. Прежде всего она также «оправлена в обрамление» — рассказ о том, как была добыта эта «удивительная повесть», и эквивалентом обычного фольклорного мотива «путешествия за выкупом для невесты» является «путешествие за рассказом». Затем повесть о Сайф ал-Мулуке сочетает в себе элементы фольклорные, многие из которых названы выше, с библейскими легендами о царе Соломоне, мудром волшебнике, и другие легенды, что также чрезвычайно характерно для произведений этого жанра, как и для так называемых «народных романов», которые представляют собой тоже произведения приключенческо-фантастического жанра, лишь гораздо большего объема. Здесь упоминаются Вавилон и райские сады (страна Бабил и сады Ирама), Китай и Индия, Дворец Яфета, сына Нуха (библейский Ной), мифический Голубой город, что также является обычным для «сказочного набора» произведений данного жанра. Очень интересны отголоски античной литературы и фольклора, представленные неоднократно повторяющимися в различных вариантах и обработках мотивом Полифема, а также индийской литературы — в описании страны обезьян. Мы не можем сейчас проследить пути проникновения в средневековую арабскую прозу этих элементов — это вопрос очень сложный и еще не до конца разрешенный, но наличие их в повести о Сайф ал-Мулуке и других произведениях средневековой арабской литературы того же жанра бесспорно.

Сюжет приключенческо-фантастической повести, подобной «Повести о Сайф ал-Мулуке и Бадиат ал-Джамал», предстает перед нами как пестрый калейдоскоп, составленный, казалось бы, из простых и знакомых частей: путешествие, кораблекрушение, превращение, спасение похищенной девушки и так далее, но все вместе составляет неповторимую и красочную картину, пленяющую своим особым колоритом. Чего стоит, например, эпизод с великаншей, влюбленной в Сайф ал-Мулука, которого она вначале принимает за птицу и держит в клетке, или описание джиннов, пьющих из черепов хмельное вино. Не случайно «арабские сказки» до сих пор воспринимаются как шедевры фантастической сказки.

Завершает книгу одна из наиболее популярных в средневековой арабской и персидской литературе дидактическая повесть о царе Азадбахте, его молодом казначее и одиннадцати везирах. Популярность этой повести не случайна — это одно из наиболее совершенных произведений средневековой ближне- и средневосточной литературы вообще с точки зрения сюжетного богатства, великолепного словесного оформления, композиционной стройности и, наконец, необыкновенного искусства представлении плоских истин типа «терпение лучше всего» в форме живого и увлекательного рассказа.

Говоря о дидактических жанрах, мы невольно представляем себе что-то сухое, скучное, школьное, однако наши представления рушатся при встрече с такими произведениями, как «Повесть о царе Азадбахте». Живости и яркости этого повествования, несомненно, способствует его тесная связь с фольклором. Уже на начальных страницах повести нам встречается широко распространенный в мировом фольклоре сюжет «подкидыша» — ребенка, оставленного своими родителями и найденного или узнанного ими лишь в самом конце повести. Этот сюжет очень часто встречается в арабских народных романах, почти все главные герои которых — найденыши, не знающие своего происхождения (Сайф ибн Зу Язан, Джундуба и многие другие). Ряд фольклорных сюжетов имеется и в рассказах, входящих в обрамление и посвященных определенной теме — доказательству того, что человек не может бороться с судьбой, что важнее всего — быть терпеливым, не проявлять легкомыслия, не спешить, не поддаваться словам клеветников и завистников, быть смиренным, не проявлять злобы и зависти и так далее. Одиннадцать дней длятся суд над казначеем, несправедливо обвиненным везирами-завистниками, и каждый день юноша спасается от казни благодаря своему красноречию. На одиннадцатый день, когда юношу должны казнить, царь неожиданно узнает, что перед ним — его сын, и «беда сменяется радостью». Юноша, добродетельный и красноречивый, оправдан, а завистливые везиры-клеветники наказаны.

Мы вкратце рассказали здесь о героях повестей и новелл, предлагаемых читателю в этой книге. Но кроме них здесь есть еще один герой, общий для всех этих произведений, — красноречивое слово. Пафос красноречивого, прекрасного и убедительного слова пронизывает все произведения классической арабской прозы. «Поистине в слове — волшебство», — сказано в Коране, и средневековые литераторы Ближнего и Среднего Востока с упоением развивают эту мысль. Прославленный средневековый прозаик ал-Джахиз посвятил специальный труд искусству красноречивого слова, восхваляя издревле присущее арабам красноречие, искусство импровизации, умение применять словесные средства так, чтобы они оказывали самое сильное впечатление, «убивали и оживляли». Даже в фантастической сказке и приключенческой повести мы видим преимущественное внимание к искусно обработанному слову, сверкающему своими гранями, как драгоценный камень. К сожалению, в переводе не всегда удается передать все средства, к которым прибегают авторы, пишущие на арабском языке, — аллитерации, игру слов и образов, ритмическую и рифмованную прозу. В дидактических повестях мы особенно видим филигранное «плетение словес»: мысль многократно повторяется, находя для себя всякий раз иную словесную форму, в которой эта мысль предстает все в новом обличье, раскрывается все полнее.

Читателю, наверное, знакомы некоторые произведения средневековой арабской прозы, прежде всего сказки и повести «1001 ночи», ставшей поистине всенародным и всемирным чтением. Прочтя эту книгу, можно пополнить свои представления о богатейшей средневековой арабской литературе, тем более что новый перевод снимает с «арабских сказок» налет ложной экзотики, отсутствующий в оригинале и приближает их к нашему восприятию.

Б. Шидфар

ПОВЕСТЬ о царе, царевиче, везирах и невольнице

В древние времена и давно минувшие века жил на свете царь. У него было много войска и челяди, и он обладал могуществом и богатством.

Был он уже в летах, но Аллах не одарил его сыном. Полный тревоги, он обратился именем пророка — да благословит и да приветствует его Аллах! — к всевышнему Аллаху и просил его ради величия тех, кто был послан людям, святых, мучеников и праведников подарить ему сына, который стал бы светом его очей и унаследовал бы после него царство. Аллах услышал его молитву, и вскоре царица понесла, а когда наступило время разрешения от бремени, она родила мальчика прекрасного, как луна в полнолуние.

У царя был мудрый советник, которого звали Синдибадом. Когда мальчику исполнилось десять лет, он начал учиться у Синдибада достойным наукам, приобщаясь к его мудрости. Он так преуспел в учении, что никто не мог тягаться с ним в овладении науками, знании правил обхождения с людьми и сообразительности. Когда царь узнал об этом, он пригласил искусных наездников-арабов, чтобы они обучили царевича верховой езде. Скоро и в этом искусстве царевич превзошел всех людей своего времени, и не было ему равных среди приближенных царя.

Однажды мудрый Синдибад составил гороскоп, чтобы узнать судьбу царевича. Из гороскопа он понял, что если юноша в течение недели произнесет хоть одно слово, то сразу же погибнет. Мудрец поспешил к царю, отцу царевича, и сообщил ему эту весть. «Как же ты думаешь, мудрец, предотвратить несчастье?» — спросил царь. «О государь, я считаю, что нужно отослать царевича куда-нибудь. Пусть развлекается и веселится, пока пройдет эта неделя», — отвечал мудрец. Царь послал за одной из своих лучших и надежных невольниц. Когда она явилась и приветствовала царя, он сказал ей: «Возьми с собой царевича в свой дворец и держи его там, пока не кончится эта неделя».

Служанка увела юношу в свой дворец, где было сорок комнат и в каждой комнате по десять невольниц. Каждая из них играла на флейте, лютне или литаврах, и, слушая их игру, все во дворце радовались и веселились. Вокруг дворца протекал журчащий ручей, а рядом простирались прекрасные сады, где было множество деревьев с благоухающими плодами.

Юноша был неописуемо прекрасен и строен, и стоило ему провести во дворце лишь одну ночь, как невольница, которая была наложницей царя, влюбилась в него. Она не смогла совладать с собою и сказала юноше, что любит его.

Царевич ответил ей: «Когда, бог даст, я выйду отсюда, то пойду к отцу и расскажу ему обо всем, а он убьет тебя». Невольница, стеная и плача, отправилась тотчас же к царю. «Что случилось? — спросил царь. — Как поживает твой господин, все ли у него обстоит как должно?» — «О повелитель мой, — ответила служанка, — мой юный господин пытался соблазнить меня и, получив отказ, хотел меня убить. Я убежала и никогда больше не вернусь к нему во дворец». Услышав эти слова, царь сильно разгневался и приказал своим везирам казнить царевича.

Задумались везиры, как им быть. Они говорили: «Царь решил убить своего сына, но, узнав о смерти царевича, он непременно раскается, ведь у нашего повелителя нет никого дороже сына. Он вымолил его у Аллаха после того, как отчаялся иметь наследника. Мы исполним его волю, а он призовет нас и спросит с укором: „Почему вы не придумали что-нибудь, чтобы помешать мне казнить царевича?“».

И решили везиры придумать какую-нибудь хитрость, чтобы предотвратить казнь царевича. Первый везир вышел вперед и сказал: «Я отведу сегодня от вас зло царя!» Он отправился во дворец, вошел к царю и сказал: «О царь, если бы судьба одарила тебя тысячью сыновей, ты мог бы без ущерба для души казнить одного из них по навету невольницы, не думая о том, правдивы ее слова или лживы. Но я думаю, что все это — лишь козни невольницы, замышляющей погубить твоего сына!» — «А что тебе известно о коварстве и кознях женщин?» — спросил царь. «Мне известно вот что», — ответил везир.

РАССКАЗ первого везира о коварстве женщин

«О счастливый царь, — начал везир, — некогда жил повелитель, который больше всего на свете любил женщин. Однажды он сидел у себя во дворце и смотрел на улицу, чем-то растревоженный. Вдруг он заметил в доме напротив девушку, прекрасную и стройную, которая расхаживала по плоской крыше дома. Увидев девушку, он влюбился в нее и спросил окружающих, кому принадлежит дом. Ему сказали: „Дом этот принадлежит твоему везиру!“ Царь тут же послал за ним и, когда везир явился, приказал ему немедленно отправиться по стране, чтобы узнать, как идут дела в государстве, а затем вернуться обратно. Везир поступил, как велел государь, и отправился в путешествие. После отъезда везира царь с помощью разных уловок проник в его дом. Увидев царя, девушка сразу узнала его, подошла к нему, поцеловала его руки и ноги и приветствовала его. Затем она встала вдали от него, готовая ему услужить, и спросила: „О повелитель, будь благословен твой приход! Я еще не удостаивалась такой чести. В чем же причина этого?“ — „Меня привела сюда страсть к тебе“, — ответил царь. Девушка снова поцеловала землю перед ним и сказала: „О повелитель, я недостойна даже твоих слуг, откуда же пришло ко мне такое великое счастье, что я возвысилась до такой степени? А теперь, государь, я прошу тебя остаться в моем доме сегодня на целый день, пока я не приготовлю для тебя достойную еду“. Она усадила царя на ложе везира, принесла ему книгу, содержащую назидательные рассказы, чтобы царь читал, пока она приготовит еду. Царь взял книгу и стал читать. Он нашел в этой книге немало увещеваний и мудрых назиданий. Но они не могли удержать царя от прелюбодеяния, которое он собирался совершить, и не отвратили его помыслы от греха, к которому он стремился. Тем временем девушка приготовила угощение и поставила перед царем девяносто разных блюд. Царь отведал по одной ложке от каждого блюда. Несмотря на то что блюда были разные, вкус у всех был одинаковый. Царь был необычайно удивлен этим и обратился к девушке: „О женщина, я вижу, вкус у всех одинаковый. Чем это объяснить?“ Девушка ответила: „Да ниспошлет Аллах царю счастье! С помощью этой уловки я хотела привести пример, дабы царь извлек из него полезный урок“. „Объясни мне этот пример“, — велел ей царь.

„Да сделает Аллах благополучным дела нашего государя! — сказала женщина. — Повелитель наш, в твоем дворце живут девяносто наложниц. У них разная внешность, разный цвет лица, но ведь в конце концов они одинаковы“. Услышав эти слова, царь устыдился, тут же встал и покинул дом везира, не покушаясь больше на честь женщины. И случилось так, что, направляясь в большом смущении в свой дворец, царь забыл свой перстень под подушкой на ложе везира. Однажды царь сидел у себя во дворце, и в это время везир вернулся из поездки, предстал перед государем, поцеловал землю перед ним и сообщил о положении дел, ради которых царь отправил его. Затем везир вернулся к себе домой и сел на свое обычное место.

Протянув руку, он хотел поправить подушку и обнаружил перстень царя. Везир спрятал перстень и затаил в сердце смертельную обиду. Он удалил жену от себя и не разговаривал с ней в течение целого года. Не понимая причины его гнева, бедняжка наконец послала за своим отцом и сообщала ему о том, что случилось и что везир, ее муж, уже целый год не разговаривает с ней и не обращает на нее внимания.

Отец обещал ей, что пожалуется на везира, когда он застанет его в присутствии государя. Однажды он пришел во дворец и увидел там везира и судью. Тогда он обратился к царю с такими словами: „Да сделает всевышний Аллах благополучными дела нашего государя! У меня был прекрасный сад, который я посадил собственными руками. Я потратил все свое имущество, ухаживая за ним. Когда он расцвел и начал благоухать, я подарил его вот этому твоему везиру. Он вкусил все, что было прекрасного и благоухающего в нем, а затем бросил его. Цветы его увяли, блеск его пропал, и он в летальном состоянии…“ — „Государь, — ответил везир, — человек этот сказал сущую правду. Я оберегал этот сад и заботился о нем. Но однажды, придя туда, я заметил там следы льва. Мне стало страшно за себя, и я ушел оттуда“.

Царь понял, что под следами льва везир подразумевает его перстень, который он забыл у него дома. Немного подумав, царь обратился к везиру с такими словами: „О везир, вернись в свой сад, успокойся и знай, что лев не входил туда. Дошло до меня, что он подходил к саду, но не покусился на него. Клянусь честью моих отцов и дедов, это сущая правда“. — „Слушаю и повинюсь!“ — ответил везир и воротился к себе домой. Он послал за женой, помирился с ней и убедился в ее верности.

Дошло до меня, государь мой, что некогда жил один купец, который много времени проводил в деловых путешествиях. Была у него красивая жена, он любил ее и ревновал из-за безмерной любви. Однажды купец подарил жене попугая, и попугай этот сообщал своему хозяину обо всем, что случалось в его отсутствие. Однажды он опять отправился в путешествие, а в это время жена его полюбила одного юношу. Он начал навещать ее, и она весьма милостливо принимала его, пока не было мужа. Когда купец вернулся из поездки, попугай сообщил ему о том, что происходило, и сказал ему: „Господин мой, некий юноша из тюрков постоянно навещал твою жену, пока ты был в путешествии, и она проявляла к нему необычайную нежность“. Купец был всбешен и хотел убить жену, но женщина сказала ему: „О человек, не гневи Аллаха и возьмись за ум, если ты окончательно не лишился его. Если хочешь, я объясню тебе, чтобы ты сам мог судить, где правда, а где ложь. Для этого тебе нужно уйти сегодня к кому-нибудь из своих друзей и переночевать там. Когда наступит утро, вернись и расспроси попугая, и тогда ты узнаешь, правду говорит он или лжет“. Купец встал и отправился к одному из своих друзей, где и переночевал.

Когда наступила ночь, жена купца взяла кусок кожи, обвязала ею клетку попугая и стала понемногу лить воду на клетку и обмахивать ее опахалом. Потом она поднесла к клетке свечу и размахивала опахалом, отчего свеча то загоралась, то гасла, словно молния. Наконец она начала крутить ручную мельницу. Наступило утро. Когда купец вернулся домой, жена сказала ему: „Господин мой, теперь расспроси своего попугая!“ Он подошел к попугаю и спросил его о том, что было в прошлую ночь, попугай сказал: „Господин мой, кто же мог вчера ночью прислушиваться или следить за чем-либо?“ — „Почему же?“ — спросил купец. „Да потому, — ответил попугай, что всю ночь, господин мой, лил сильный дождь, ревел ветер, гремел гром и блистала молния“.

„Все это ты врешь, — закричал купец. — Этой ночью не было того, что ты говоришь“. — „Господин мой, — отвечал попугай, — я рассказал тебе лишь о том, что видел собственными глазами и слышал сам“. Тут купец решил, что все сказанное попугаем о его жене было ложью, и хотел помириться с женою. Но она сказала: „Клянусь Аллахом, я не помирюсь с тобой до тех пор, пока ты не убьешь этого попугая, который оклеветал меня“. Купец подошел к попугаю, схватил его и свернул ему шею. После этого он оставался некоторое время дома. И вот однажды, возвращаясь домой, он увидел, как тюркский юноша выходит из его дома, и тогда понял, что попугай говорил ему правду. Он очень пожалел, что убил верную птицу, а затем тотчас же пошел к своей жене, убил ее и поклялся, что больше никогда не женится.

Все это я рассказал тебе, государь мой, для того, чтобы ты знал, что коварство женщин велико, и поспешность всегда приводит к раскаянию!»

И тогда царь отказался от своего намерения казнить своего сына.

На следующий день к царю пришла невольница, поцеловала землю перед ним и сказала: «Государь, как же ты пренебрег моим правом? Ведь другие цари уже узнали о том, что ты отдал приказ, а твой везир отменил его! Исполнение приказов царя — признак его могущества. Все знают твою справедливость и правосудие, почему же ты не хочешь быть справедливым ко мне и покарать своего сына?

Рассказывают, что один белильщик ткани каждый день приходил на берег Тигра и белил там свои ткани. Вместе с ним приходил туда и его сын. Он входил в воду и плавал, пока отец работал, и отец не препятствовал ему. Однажды, когда мальчик был в воде, ему свело судорогой руку, и он начал тонуть. Заметив это, белильщик бросился в реку и схватил сына, но мальчик в страхе уцепился за отца и повис на нем, и они оба утонули. Я боюсь, как бы то же не случилось с тобой, государь, если ты не накажешь сына и не защитишь меня, я боюсь, что утонете вы оба!»

Царь велел казнить царевича.

Тут к нему явился второй везир, поцеловал землю перед ним и сказал: «Государь, не спеши казнить своего сына, ведь он достался тебе после долгих молитв и отчаяния. Ведь он — ключ сокровищницы царства и хранитель государя. Погоди немного, государь, быть может, у него есть веский довод, который он хочет изложить. Если поспешишь, то раскаешься, как раскаялся некий купец в своем поступке». — «Как это было, о везир, что это за история?» — спросил царь.

РАССКАЗ второго везира о коварстве женщин

«Дошло до меня, государь, что жил один купец, который был очень взыскателен к еде и питью. Однажды он отправился в путешествие в одну из стран. Он гулял по рынкам города и встретил там старуху с двумя лепешками. „Продаешь лепешки?“ — спросил ее купец. „Да!“ — ответила она. Он начал торговаться со старухой, купил лепешки за бесценок, отправился к себе и тут же съел их. На следующее утро он пошел на рынок, нашел ту же старуху, купил у нее две лепешки и съел их дома. Так продолжалось в течение двадцати дней. Но однажды старуха исчезла. Он повсюду расспрашивал о ней, но ничего не мог узнать… Прошло некоторое время. Однажды купец гулял по городу и на одной из улиц столкнулся со старухой. Он остановился, поздоровался с ней и спросил, почему она исчезла и лишила его своих лепешек. Выслушав слова купца, старуха медлила с ответом. Он начал заклинать ее рассказать ему, что с ней было. Тогда старуха воскликнула: „Господин мой, слушай, что я скажу. Все очень просто. Я служила у одного человека, у которого была на спине язва. У него был лекарь, который замешивал чистую муку на топленом масле, а тесто на ночь клал на эту язву. Утром я брала это тесто, выпекала две лепешки и продавала тебе или кому-нибудь другому. Но через некоторое время больной скончался, и я лишилась своих лепешек“. Выслушав рассказ старухи, купец воскликнул: „Воистину все мы от Аллаха и к нему вернемся! Нет могущества и силы, кроме как у Аллаха всевышнего и великого!“ Купец почувствовал отвращение, и у него началась сильная рвота. Его рвало до тех пор, пока он не занемог. Он раскаивался в том, что покупал те лепешки, но раскаяние было бесполезным. Знай, государь мой, то, о чем я рассказал, один из примеров женского коварства. Разве можно полагаться на женщин?»

Выслушав везира, царь отменил казнь царевича.

На третий день невольница пришла к царю, поцеловала землю перед ним и сказала: «Государь, взыщи мой долг со своего сына и не прислушивайся к своим везирам, ибо все они — люди зловредные и в них ничего хорошего. Не уподобляйся царю, который полагался на слова своего дурного везира!» — «Как это было?» — спросил ее царь.

«Счастливый и справедливый государь мой, — ответила девушка, — мне рассказывали, что некогда жил один царь и у него был сын, которого он любил больше других своих сыновей. Однажды царевич сказал царю: „Отец мой, я хочу пойти на охоту“. Царь велел приготовить все необходимое и приказал одному из своих везиров сопровождать царевича во время охоты, прислуживать ему и предоставлять ему все, в чем он будет нуждаться во время поездки. Они отправились на охоту и добрались до зеленой равнины, покрытой сочное травой, где было хорошее пастбище, родники и множество дичи. Царевич, обратившись к везиру, сказал, что это место ему очень нравится и что здесь было бы приятно отдохнуть. Они остановились в том месте и провели там несколько дней. Царевич веселился и был в превосходном настроении. Затем он приказал своей свите собраться и двинуться дальше. В это время на лугу показалась газель, отбившаяся от стада. Царевич, увидев газель, захотел поймать ее. „Я хочу догнать эту газель“, — сказал он везиру. „Поступай как хочешь!“ — ответил везир. Юноша поскакал за газелью и гнался за ней весь день, пока не наступила ночь. Газель скрылась среди высоких холмов, а в это время уже стало совсем темно. Царевич решил вернуться, но не знал, куда направиться. Он остановился в растерянности и провел всю ночь на коне. Когда наступило утро, царевич отправился в путь и долго ехал в страхе, голодный, сгорая от жажды, не зная дороги. Когда наступил полдень, палящий зной изнурил его, и в таком состоянии он приблизился к какому-то городу с высокими стенами. Город был разрушен и пуст, в нем не было людей, а только вороны и совы. Царевич остановился, удивленный, у городской стены и вдруг заметил, что поблизости стоит красивая стройная девушка и плачет. Юноша обратился к ней: „Кто ты?“ — „Я дочь Тамима, сына Таббаха, царя Серых земель. Однажды, когда я вышла из дому, меня схватила ведьма из джиннов, поднялась ввысь и полетела между небом и землей. Вдруг на нее упал небесный горящий камень, она сгорела, а я упала сюда. Вот уже третий день я изнемогаю от голода и жажды, а когда ты появился, я чуть не убила тебя“.

Царевич сжалился над девушкой, посадил ее на круп коня и сказал: „Будь спокойна и радуйся! Если Аллах, великий и всемогущий, поможет мне вернуться к моему народу и семье, я отправлю тебя к твоим родичам“. Так он просил девушку довериться ему и отправиться с ним в путь. Тогда девушка сказала: „Царевич, спусти меня с коня, я справлю нужду где-нибудь у этой стены“. Он остановился, спустил ее и стал ждать. Девушка направилась к стене, скрылась за нею, а затем вышла в самом отвратительном образе. Увидев ее, царевич задрожал всем телом, едва не лишился разума и изменился в лице. Девушка села на коня позади царевича, а вид у нее был самый гнусный и отталкивающий. „Царевич, я вижу, ты изменился в лице, почему это?“ — спросила ведьма. „Я вспомнил об одном важном деле, которое очень заботит меня“, — отвечал он. „Полагайся на войска своего отца и на его богатырей!“ — воскликнула она. Царевич сказал ей: „То что заботит меня, не может быть решено войсками и не нуждается в услугах богатырей“. — „Тогда прибегни к помощи добра и сокровищ своего отца“, — сказала ведьма. Царевич опять ответил: „То, что заботит меня не нуждается в услугах ни добра, ни сокровищ!“ Тогда она засмеялась и сказала: „Вы утверждаете, что на небесах находится ваш бог, который все видит, но которого никто не может узреть, и ему подвластно все“. — „Да, — ответил царевич, у нас никого нет, кроме него!“ — „Тогда обратись к нему, быть может, он спасет тебя от меня!“ — продолжала ведьма. Тогда царевич поднял голову и от всего сердца взмолился: „Господи, я прибегаю к твоей помощи в деле, которое заботит меня!“. При этом он указал рукой на ведьму, и та тотчас же упала, обуглившись.

Царевич поблагодарил Аллаха, произнес ему хвалу и стал искать дорогу. Он уже и не чаял остаться в живых, но Аллах направил его и помог вернуться домой. А все это случилось по вине везира, который сопровождал царевича. Везир хотел погубить юношу, но всевышний Аллах отвел от него беду. Государь, знай, что везиры коварны и никогда не бывают чистосердечны со своими повелителями. Внемли моим словам — берегись своих везиров!»

Выслушав речь невольницы, царь вновь приказал казнить сына. Но в это время пришел третий везир. Обратившись к другим везирам со словами: «Я отведу сегодня зло царя от юноши и от вас!», он вошел к царю, поцеловал землю перед ним и сказал: «Государь, я твой добрый советчик и забочусь о тебе и твоем царстве. Я даю тебе добрый совет: не спеши казнить своего сына — радость твоих очей, частицу твоего сердца. Ведь может быть, проступок его не так велик, а твоя невольница преувеличила его. Мне рассказывали что однажды жители двух деревень уничтожили друг друга из-за капли меда», — «Как же это было?» — спросил царь.

Везир поведал ему следующее.

РАССКАЗ третьего везира о коварстве женщин

«Знай, о царь, что однажды один человек охотился в пустыне. В горах он нашел пещеру, вошел туда и увидел там яму, наполненную пчелиным медом. Он наполнил бурдюк, который был у него с собой, взвалил его на плечи и отправился в селение. С ним была охотничья собака, которую он очень любил. Он остановился у лавки бакалейщика и предложил ему свой мед. Хозяин лавки купил у него мед, открыл бурдюк и вылил немного, чтобы посмотреть, каков он. Случайно капля меда упала на пол, и тут же вокруг нее собрались мухи, прилетела даже одна птица. У бакалейщика была кошка; увидев птицу, она бросилась на нее. Заметив кошку, собака охотника прыгнула на кошку и растерзала ее. Тогда бакалейщик убил собаку охотника. Охотник происходил из одной деревни, а бакалейщик из другой. Услышав о случившемся, односельчане бакалейщика и охотника схватили свое оружие, прибежали на место происшествия, стали в боевые ряды и начали биться не на жизнь, а на смерть. Мечи их крушили до тех пор, пока не погибло много народу, и никто, кроме Аллаха всевышнего, не ведает, сколько там погибло!»

Царь выслушал рассказ везира, успокоился и был удовлетворен его речью. Он удержался от исполнения своего намерения и начал выжидать, какие знамения ниспошлет ему Аллах. Лучи доброго совета засияли на небесах его разума и души, и он отступился от своего решения казнить сына.

На четвертый день к царю явилась невольница, поцеловала перед ним землю и сказала: «О счастливый и мудрый царь, разве я не доказала тебе, что мое право было попрано?! Но ты поступил со мной жестоко и не отомстил за меня только потому, что он твой сын и частица твоего сердца. Но Аллах, славный и всевышний, поможет одолеть его, как он помог одному царевичу одолеть везира своего отца». — «Как же это было?» — спросил царь.

«Государь, — начала служанка, — рассказывают, что в былые времена жил один царь. У него был только один сын и не было других детей. Когда мальчик достиг совершеннолетия, отец женил его на дочери соседнего царя. Девушка была прекрасной, стройной и изящной, и был у нее двоюродный брат, который сватался к ней у ее отца, но она не захотела выйти замуж за него. Когда племянник узнал о том, что царевна вышла замуж за другого, ревность обуяла его и он решил подкупить подарками везира царя, за сына которого вышла двоюродная сестра. Он отправил везиру бесценные подарки и всякого добра без счета и попросил его придумать какую-нибудь уловку, чтобы погубить царевича или уговорить его отказаться от женитьбы на царевне. Он послал своих людей передать везиру: „О везир, меня обуяла ревность к дочери моего дяди, и это заставило меня пойти на это дело“. Когда подарки дошли до везира, он принял их и отправил своих людей передать ему: „Радуйся и веселись — я сделаю все, что ты хочешь“.

В это время к царевичу пришло от отца той царевны письмо с приглашением приехать к нему и стать ее мужем. Получив письмо, царевич попросил разрешения у отца и начал готовиться к поездке. Царь приказал своему везиру, которому были посланы подарки, сопровождать его сына. Он послал с ними тысячу всадников, много подарков, паланкинов, шатров и палаток. Везир ехал с царевичем, замышляя зло и думая, как бы погубить юношу. Когда они достигли пустыни, везир вспомнил что у горы, которая находилась поблизости, есть родник который называют „Блистательный“, и если мужчина выпьет воды из него, то он становится женщиной. Вспомнив об этом, он велел свите остановиться недалеко от источника и сказал царевичу: „Хочешь немного отдохнуть у родника, что находится недалеко отсюда?“ Царевич сел на коня и отправился вместе с везиром. Они были вдвоем, и никого другого с ними не было, и царевич не знал о том, что с ним может случиться. Когда наконец добрались они до источника, царевич сошел с коня, омыл руки в источнике, выпил воды и тотчас превратился в женщину. Увидев это, он закричал, заплакал и плакал до тех пор, пока не лишился чувств. Везир подошел к нему, делая вид, что опечален, и, когда царевич очнулся, спросил его: „Что за напасть с тобой приключилась?“, и юноша рассказал ему обо всем. Выслушав его, везир начал притворно выражать сострадание и оплакивать несчастье царевича. Затем он сказал: „Да спасет тебя Аллах всевышний от этой беды! Откуда пришла к тебе эта напасть, как случилось это великое зло? Ведь мы ехали на праздник, ты должен был сыграть свадьбу с дочерью царя. Теперь я не знаю, как быть — ехать к ней или нет? Решай сам и скажи, что мне делать“. — „Вернись к отцу и сообщи ему о том, что со мной случилось. Я не сдвинусь с этого места до тех пор, пока снова не стану мужчиной или умру с горя!“ — сказал царевич. Затем он написал письмо отцу, где сообщал о том, что случилось, и передал это письмо везиру. Везир взял письмо и отправился один в столицу царя, оставив в пустыне царевича, все войско и челядь и радуясь в душе тому, что сделал с царевичем.

Приехав в город, везир пришел к царю и сообщил ему о том, что случилось с царевичем, и передал ему письмо. Царь сильно опечалился и долго горевал. Затем он послал за мудрецами и гадателями, чтобы они истолковали ему, что произошло с его сыном. Но никто из них не мог ответить ему…

Тем временем везир отправил письмо к двоюродному брату царевны, чтобы обрадовать его известием. Получив письмо, тот безмерно обрадовался и укрепился в своем желании жениться на дочери дяди. Везиру он отправил богатые подарки, несметное добро и от всего сердца благодарил его.

Что же касается царевича, то он оставался у родника в течение трех дней и ночей, ничего не ел, ничего не пил и уповал в своем несчастье на Аллаха, славного и всевышнего, который не оставляет в беде того, кто на него полагается. Когда же наступила четвертая ночь, к нему явился всадник с венцом на голове, и был он по виду похож на царского сына. Всадник спросил царевича: „О юноша, что с тобой случилось?“ Юноша рассказал ему, что он ехал к своей невесте, чтобы сыграть свадьбу, что везир привел его к этому роднику и он выпил воды и превратился в женщину. Пока юноша рассказывал, слезы душили его, и наконец он разрыдался. Выслушав рассказ юноши, всадник посочувствовал ему и сказал: „Это везир твоего отца поверг тебя в это бедствие, никто из людского рода, кроме одного человека, не знает о свойствах этого источника“. Затем всадник велел юноше сесть на коня и следовать за ним: „Ты поедешь со мной в мой дом и будешь моим гостем в эту ночь“. Царевич ответил: „Я поеду с тобой, но прежде скажи мне, кто ты такой“. — „Если ты сын царя из рода людского, — сказал всадник, — то я сын царя джиннов. Радуйся и веселись, я без труда исправлю то, что является причиной твоих горестей и печалей“.

Царевич поехал с тем всадником, оставив в пустыне своих воинов. Они ехали до полуночи. „А ты знаешь, сколько мы проехали за это время?“ — спросил царевича сын джиннов. „Не знаю“, — ответил юноша.

Сын царя джиннов воскликнул: „Мы проехали столько, сколько может проехать путник за год, если не будет останавливаться“. Царевич подивился этому и спросил: „Как же я вернусь к себе домой?“ — „Это не должно тревожить тебя, — ответил царевич джиннов, — это моя забота. Когда ты исцелишься от своего недуга, то возвратишься домой за один миг, это для меня легче легкого“. Услышав от джинна эти слова, юноша сильно обрадовался, и ему показалось, что все это ему снится. „Слава Всемогущему, кто обращает беду в счастье!“ — воскликнул юноша в великой радости. Они ехали, пока не наступило утро, и наконец приблизились к зеленой долине, где росли высокие деревья, щебетали птицы, цвели прекрасные сады и возвышались величественные дворцы. Сын царя джиннов сошел с коня, попросил царевича спешиться и, взяв его за руку, повел в один из дворцов. Там царевич увидел величественного царя — могущественного султана. Он провел день у него, вкушал различные яства и пил прохладные напитки, пока не наступила ночь. Тогда сын царя джиннов вышел из дворца, сел на коня, царевич также сел на коня, и они под покровом ночи отправились в путь и ехали не останавливаясь до тех пор, пока не наступило утро. Наконец они прибыли в безлюдную местность, где все было черным, кругом высились огромные скалы и глыбы черных камней, и все было так, словно в адской долине. Царевич спросил: „Как называется это место?“ Сын царя джиннов ответил: „Эту местность называют царством Мрака, и принадлежит она одному из царей джиннов, по имени Двукрылый. Никто не может без его разрешения приблизиться к этой земле и ступить сюда. Подожди здесь, а я пойду за его разрешением!“ Сказав это, он исчез и вернулся через некоторое время. Затем они двинулись дальше и ехали до тех пор, пока не достигли родника, бившего из черной горы. „Сойди с коня!“ — сказал сын царя джиннов. Царевич спешился. „Теперь пей воду из родника!“ — приказал джинн юноше. Тот повиновался, выпил воды и в тот же час по воле всевышнего Аллаха обрел свой прежний облик и несказанно обрадовался. Затем царевич спросил: „Брат мой, как называется этот родник?“

„Этот родник, — отвечал царевич джиннов, — называется „Женский родник“. Ни одна женщина не станет пить из этого родника, дабы не превратиться в мужчину. Благодари всевышнего Аллаха за исцеление, вознеси ему хвалу за свое здоровье и садись на коня!“ Царевич сделал так, как велел ему его спутник, а затем они сели на коней и отправились в путь. Они ехали не останавливаясь, пока не стемнело, и наконец прибыли в землю джиннов. За яствами и питьем провели они время, а когда наступила ночь, сын царя джиннов опросил юношу: „Хотел бы ты оказаться у себя дома?“ — „Да“, — ответил юноша. Тогда царевич джиннов позвал одного из слуг своего отца, по имени Раджиз, и приказал ему: „Возьми этого юношу, посади себе на шею и до наступления утра доставь его к его тестю и жене!“ — „Слушаю и повинуюсь!“ — ответил джинн Раджиз. Затем он удалился на некоторое время, а когда вернулся, то был уже в образе ифрита. Увидев его, юноша едва не лишился рассудка. Сын царя джиннов сказал ему: „Не бойся, садись на своего коня и заберись вместе с ним на шею Раджиза“. — „Лучше я сяду прямо к нему на шею, а коня своего оставлю у тебя“, — ответил ему царевич. Он спешился и взобрался на шею джинна. „Теперь закрой глаза!“ — приказал ему царевич джиннов. Юноша закрыл глаза и полетел на Раджизе между небом и землей. Они летели, и юноша даже не успел заметить, как пролетела третья часть ночи и как он оказался над дворцом своего тестя. Опустившись на дворец, ифрит приказал юноше сойти с него. Он спустился. „Теперь открой глаза, — продолжал ифрит, — вот дворец тестя и твоей жены“. Затем он покинул царевича и улетел. Когда рассвело, юноша пришел в себя после пережитых волнений и спустился с крыши дворца. Увидев царевича, тесть встал, радушно принял его и сильно удивился тому, что видел его на крыше. „Мы привыкли видеть, что люди входят в дом через двери, — воскликнул царь, — ты же спускаешься с неба!“ — „На то была воля Аллаха славного и всевышнего!“ — ответил царевич. Царь этому удивился и обрадовался благополучию царевича. Когда взошло солнце, царь приказал устроить свадебный пир. Тогда и отпраздновали женитьбу царевича. Два месяца он провел в доме жены, а затем вместе с ней отправился в столицу царства отца.

Что же касается двоюродного брата царевны, то он, узнав, что она вышла замуж за царевича, умер от тоски и ревности. Так помог царевичу Аллах всеславный и всевышний одолеть брата жены и везира своего отца. Он вместе с женой благополучно и в полной радости прибыл к отцу. Царь встретил его вместе с войсками и везирами. Я надеюсь, что Аллах всевышний поможет тебе сладить с везирами, и прошу тебя взыскать за меня со своего сына».

Выслушав речь невольницы, царь велел казнить сына.

А на четвертый день к царю явился четвертый везир, поцеловал землю перед ним и сказал: «Да храни Аллах царя и да поддерживает его! Государь, повремени с делом, которое хочешь исполнить, ибо мудрые ничего не совершают, не обдумав последствий. „Кто не печется о последствиях, — гласит пословица, — тому судьба — не друг“. Если кто задумал совершить какое-нибудь дело и совершает его необдуманно, то с ним будет то же, что с человеком, которого обманывала жена».

«Как же это было?» — спросил царь.

РАССКАЗ четвертого везира о коварстве женщин

«Рассказывали мне о коварстве женщин и такое. Жил один человек, который искусно владел мечом, служил у одного из царей и был одним из его первых людей. Случилось так, что он влюбился в одну женщину и однажды отправил в ее дом своего слугу с письмом. Слуга пришел к ней и сел. В это время постучали в дверь. Женщина схватила слугу за руку и отвела в коридор, а затем открыла дверь. У двери стоял хозяин слуги с обнаженным мечом в руке. Он вошел и сел. И тут опять кто-то постучал в дверь. „Кто это?“ — спросил гость. „Это мой муж!“ — ответила она. „Как же мне поступить? — спросил он. — Что делать?“ — „Обнажи меч, — сказала она, — стань в коридоре, поноси и ругай меня. А когда войдет муж, спокойно выходи и иди своей дорогой!“ Он поступил, как она велела.

Когда вошел муж, он увидел, что тот человек стоит с обнаженным мечом в руке, ругает его жену и угрожает ей. Заметив мужа, он смутился, вложил меч в ножны и вышел из дома. „В чем дело?“ — спросил хозяин жену. „Будь благословен тот час, когда ты пришел! — воскликнула жена. — Ты спас меня от верной гибели. А случилось вот что. Я сидела на балконе и пряла. Вдруг прибежал какой-то невольник. Он едва не лишился рассудка и дрожал от страха, что его убьют. За ним прибежал с обнаженным мечом в руке тот человек, который гнался за ним. Тут невольник бросился ко мне, стал целовать мне руки и ноги и умолять меня: „Госпожа моя, спаси меня от того, кто хочет погубить меня!“ Тогда я спрятала его у нас в коридоре. Когда вошел тот человек с обнаженным мечом, я стала отрицать, что невольник находится у нас. Но он требовал выдать его, ругался и угрожал мне, как ты видел. Слава Аллаху, что ты пришел домой. Я не знала, что мне делать, и не было никого, кто мог бы защитить меня“.

„Ты прекрасно поступила! — ответил муж. — Да воздаст тебе Аллах добром за благородное и богоугодное дело“. Затем он пошел в коридор и стал звать слугу: „Выходи и не бойся“. Тот вышел, дрожа от страха. „Иди своей дорогой и не бойся ничего“, — сказал муж той женщины. Слуга начал жаловаться на свою беду и благодарить. Затем они оба вышли, и никто из них не знал о том, как уладила все это женщина. Вот, государь мой, поучительный пример коварства и уловок женщин!»

Послушав рассказ везира, царь внял доброму совету и отказался от казни сына.

На пятый день невольница явилась к царю. В руке у нее была чаша, наполненная ядом. Она стала причитать и просить о помощи, била себя по лицу и царапала себе щеки, говоря: «Государь, будь справедлив и взыщи за мою попранную честь со своего сына, или я выпью этот яд и умру, чтобы грех за мою гибель остался на тебе до дня Воскресения. Твои везиры обвиняют меня в коварстве и обмане, но знай, нет в мире более коварных людей, чем они. Разве ты не слышал, государь, рассказ о золотых дел мастере и девушке-красавице?»

«Что же было с ними?» — спросил царь. И она сказала: «Дошло до меня, счастливый государь, что жил когда-то золотых дел мастер, который любил красивые картины и вино. Однажды он пришел к одному из своих друзей и у него дома на стене увидел чудесную картину. На ней была изображена девушка, красивее, стройнее и изящнее которой никто не видел. Долго смотрел ювелир на картину и поражался красоте девушки. „Ни один художник, — воскликнул он, — никогда еще не изображал такой прекрасной женщины!“ — „Быть может, — заметил друг, — художник придумал ее и портрет является плодом его воображения“. — „Если есть на свете женщина, подобная этому изображению, — молвил ювелир, — то я прошу Аллаха всевышнего продлить мою жизнь до тех пор, пока я не увижу ее!“ Стали спрашивать: „Кто нарисовал эту картину?“ И кто-то сказал, что художник уехал в путешествие в одну из стран. Тогда друзья ювелира написали художнику письмо, в котором рассказали о печальном состоянии своего друга, и просили написать, является ли картина плодом его воображения, или он видел в жизни девушку, похожую на нее. Художник в ответном письме сообщал: „Я написал эту картину с девушки, которая служила певицей у везиров. Она живет в городе Кашмире, в Индии“. Как только ювелир, который жил в земле персов, получил эту весть, он собрался в путь и отправился в Индию. После долгих трудов и странствий он прибыл в город Кашмир и остановился там. Как-то раз он зашел к одному москательщику, а москательщик тот был человек опытный, искусный и мудрый. Ювелир начал расспрашивать его об их царе и о его нраве.

„Царь наш, — ответил москательщик, — человек благородный, добр к придворным, справедлив к подданным. Единственное, что он ненавидит на этом свете, — это волшебство. Если ему в руки попадаются волшебники или чародейки, он бросает их в яму за городом, и они погибают там от голода“. Затем золотых дел мастер спросил его о везирах. Москательщик подробно описал ему нравы везиров. Тогда он задал последний вопрос — о девушке-певице. „Она находится у такого-то везира“, — сказал москательщик. Ювелир решил обождать и потерпеть некоторое время, чтобы придумать какой-нибудь план.

Однажды в дождливую ночь, когда дул ураганный ветер и сверкали молнии, ювелир, взяв с собой нескольких воров, направился в дом везира, господина певицы. Они поставили лестницу с крючком и поднялись во дворец. Добравшись до нужного этажа, они проникли в комнату и увидели, что все служанки снят на своих ложах, а посреди комнаты на мраморном ложе лежит девушка, сияющая, словно четырнадцатидневная луна в темную ночь. Он подошел к изголовью ее ложа. Девушка была укрыта златотканым одеялом, а над головой и у ног горели светильники в блестящих золотых оправах, а сами светильники благоухали амброй. Под подушкой у девушки лежал серебряный ларец, в котором находились драгоценные украшения. Ювелир долго стоял у ее изголовья, а потом, вынув нож, уколол девушку в руку. Она проснулась в страшном испуге и, увидев мужчину, решила, что он хочет ограбить ее. Она сказала: „Возьми вот этот ларец и все, что в нем находится. Не убивай меня, я отдаюсь на твою милость“. Ювелир взял ларец и ушел.

Когда наступило утро, ювелир оделся подобающим образом, взял ларец с драгоценными украшениями, прицел к царю того края, поцеловал землю перед ним и сказал ему: „Государь, я хочу дать тебе добрый совет, родом я из Хорасана и приехал к тебе в поисках убежища, ибо слава о твоем добром нраве и справедливости к подданным широко распространилась, и мне хотелось бы остаться под твоим покровительством. Я прибыл в ваш город к вечеру и увидел, что городские ворота закрыты. Ночевал я за крепостной стеной. Я задремал и вдруг увидел четырех женщин — две были верхом на метлах, а две другие — на опахалах. Государь, я сразу понял, что они колдуньи и хотят проникнуть в твой город. Одна из них приблизилась ко мне и больно ударила меня лисьим хвостом, что был у нее в руке. Гнев обуял меня, и, вынув нож, я ударил ее и ранил в плечо. По виду она была из высокородных женщин. Раненая женщина тотчас же убежала, уронив вот этот ларец вместе с его содержимым. Я взял его, открыл и увидел, что в нем были вот эти драгоценные украшения. Возьми все это, государь, я не нуждаюсь в них, ибо я отрекся от всего мирского, странствую по горам, живу отшельником и стремлюсь предстать перед ликом Аллаха всевышнего“. Сказав это, он поставил перед царем ларец и удалился.

Когда чужестранец вышел, царь открыл ларец и вынул оттуда все украшения. Он начал перебирать их и нашел среди них ожерелье, которое он в свое время подарил везиру — хозяину певицы. Он тут же послал за везиром. Когда тот явился, царь спросил его: „Разве не я подарил тебе это ожерелье?“ Взглянув на ожерелье, везир узнал его и сказал царю: „Да, это так, а я подарил его певице, служащей у меня“. — „Сейчас же доставь ее ко мне!“ — приказал царь везиру. Когда девушка предстала перед ним, царь приказал везиру: „Обнажи ей плечо и взгляни, есть ли там рана“. Везир обнажил плечо девушки и увидел, что там действительно есть рана от удара ножом. „Да, господин мой, там есть рана“, — сказал он.

„Нет сомнения, что она колдунья, отшельник сказал мне правду“, — молвил царь. Затем приказал бросить ее в яму для колдунов, и ее отвели туда в тот же день.

Когда наступила ночь, ювелир узнал, что его хитрость удалась. Он пришел к стражнику, который стоял у ямы, а в руках у него был мешок с тысячью динаров. Он подсел к стражнику и беседовал с ним первую треть ночи. Затем перешел к выполнению своей цели и обратился к стражнику с такими словами: „Братец, знай, что эта девушка невиновна в том грехе, который ей приписывают. Все это подстроил я“. Затем он поведал ему свою историю с начала до конца. „Братец, — продолжал ювелир, — возьми вот этот мешок, в нем тысяча динаров, а мне дай девушку, и мы уедем отсюда на свою родину. Ведь для тебя лучше получить эти деньги, чем держать девушку в темнице. Прими от нас это вознаграждение, и мы оба будем молиться за твое здоровье и благополучие“. Выслушав рассказ ювелира, стражник поразился тому, как хитроумно этот чужестранец выполнил свой план. Затем взял мешок с деньгами и передал девушку ювелиру с условием, что они покинут город тотчас же. Ювелир взял девушку и немедля отправился в путь. Они ехали без остановок и наконец добрались до своей страны. Так ювелир достиг своей цели. Теперь, государь, подумай о коварстве и хитрости мужчин. Твои везиры нынче препятствуют тебе взыскать за мою попранную честь с твоего сына, но завтра все мы предстанем перед всевышним справедливым судьей, и он взыщет с тебя за меня!»

Выслушав речь невольницы, царь велел казнить сына. Но тут явился пятый везир, поцеловал перед царем землю и сказал: «Великий государь, повремени и не торопись казнить своего сына, ибо поспешность всегда влечет за собой разочарование. Я боюсь, что ты раскаешься, подобно тому человеку, которому до конца жизни никогда более не пришлось смеяться». — «Как же это было, о везир?» — спросил царь.

РАССКАЗ пятого везира о коварстве женщин

«Рассказывают, о царь, что у одного человека было немало всякого добра — домов, поместий, разной утвари, слуг и невольников. Он умер по воле Аллаха всевышнего, оставив после себя малолетнего сына. Когда мальчик вырос, он предался развлечениям, музыке и песням, угощал друзей и делал им подарки; так он растратил все богатство, которое ему оставил отец, и в конце концов у него кончились все деньги. Он начал продавать рабов и невольниц, ушло и это, так что ничего у него не осталось из отцовского имущества. Он окончательно разорился и дошел до того, что стал наниматься на черную работу. Так продолжалось в течение года.

Как-то раз он сидел у стены рынка, ожидая, что то-нибудь наймет его. Вдруг показался человек благородной внешности и хорошо одетый. Он позвал юношу и поздоровался с ним. „Дядя, — спросил юноша, — разве ты знал меня раньше?“ — „Сынок, — ответил мужчина, — я не знаю ни тебя, ни твоего рода, но вижу, что ты дошел до такого состояния после благополучия“. — „Да, — ответил юноша, — судьба довела меня до этого. О благородный человек, может быть, ты наймешь меня и дашь какое-нибудь дело?“ — „Да, я хочу поручить тебе одно дело“, — ответил тот человек. „Что же это за дело?“ — спросил юноша. Тот человек ответил: „У меня дома десять стариков, но у нас нет никого, кто бы смотрел за ними. Для тебя у нас найдется достаточно еды и одежды, а ты будешь служить нам. От нас тебе будет немало пользы, и ты даже сможешь заработать. И, как знать, возможно, из-за нас Аллах возвратит тебе твое состояние“. — „Слушаю и повинуюсь!“ — ответил юноша. „Но у меня одно условие“, — сказал человек. „Что за условие, дядюшка?“ — спросил юноша. „Ты должен скрывать наши тайны, если что-нибудь заметишь, и если увидишь, что мы плачем, то не должен спрашивать о причине“. — „Хорошо, дядюшка“, — сказал юноша. „Тогда с благословения Аллаха всевышнего следуй за мной, сын мой!“ — сказал человек. Юноша пошел за ним, и он привел его в баню, снял с него лохмотья и велел вымыться. Затем он послал одного человека, и тот принес богатую одежду из парчи. Юноша оделся, и они отправились с тем человеком к нему домой.

Войдя во двор, юноша увидел высокий и просторный дом с колоннами, с большими сиденьями, стоящими друг против друга, с многочисленными комнатами. В каждой комнате стояли мраморные вазы, полные воды, и все балконы дома выходили в прекрасный сад, где щебетали птицы. Старец повел юношу в одну из комнат. Он увидел, что комната выложена разноцветным мрамором, потолок покрыт лазурью и позолотой, а пол устлан шелковыми коврами. В этой комнате сидели друг против друга десять старцев, облаченных в траурные одежды. Они плакали и причитали. Юноша удивился этому и хотел спросить старца, почему они горюют, но вспомнил об условии и смолчал. Хозяин дома вручил юноше сундук с тридцатью тысячами динаров и сказал ему: „Сын мой, расходуй эти деньги по своему усмотрению — ты хозяин и хранитель того, что я вручил тебе“.

„Слушаю и повинуюсь!“ — отвечал юноша. В течение некоторого времени юноша покупал на эти деньги все, что нужно, и ухаживал за стариками. Затем один из них умер. Его товарищи омыли его, одели в саван и похоронили в саду за домом. После этого смерть начала уносить их одного за другим, и наконец в живых остался лишь старец, нанявший юношу. Они продолжали с юношей жить вдвоем в доме, и там не было никого другого. Так продолжалось несколько лет. Однажды этот старец тоже заболел. Когда юноша понял, что его хозяину осталось жить недолго, он подошел к нему и, выразив обычные соболезнования, сказал: „Дядюшка, вот уже двенадцать лет я служу у вас и в течение этого срока ни разу не пренебрег своими обязанностями. Я был предан и служил вам со всем прилежанием и старанием“. — „Да, — ответил старец, — ты служил хорошо до последнего дня, когда те старики почили по милости Аллаха всеславного и великого, а ведь смерть неизбежна для каждого из нас“. — „Господин мой, — молвил юноша, — ты близок к смерти, и я прошу сейчас рассказать мне о причине вашего плача, рыданий, тоски и печали“. — „Сын мой, — сказал старец, — тебе не нужно знать об этом. Не заставляй меня делать то, чего я не в состоянии сделать. Я молил Аллаха всевышнего чтобы он никому не дал испытать бед, выпавших на мою долю. Если хочешь уберечься от несчастья, которое постигло нас, никогда не открывай вот эту дверь“. Старец указал на дверь и еще раз предостерег юношу: „Но если ты хочешь, — продолжал он, — чтобы с тобой случилось то же, что с нами, то можешь открыть ее, и тогда поймешь причину наших бед. Но помни, что ты горько раскаешься в этом, когда раскаяние будет бесполезно“. Затем старцу стало хуже, и он умер. Юноша сам омыл его, облачил в саван и похоронил рядом с его товарищами. Он остался в том же доме, получив власть над всем, что там было, но покоя не обрел, постоянно размышляя над тем, что случилось со старцами.

Однажды он сидел в той комнате и думал о том, почему старец завещал ему не трогать двери. Ему захотелось взглянуть на эту дверь, и он встал и подошел к ней. Это была красивая дверь, но она вся была затянута паутиной, и на ней висели четыре стальных замка. Тут он вспомнил о предостережении старца и отошел, но на восьмой день терпение его иссякло, он не смог терпеть и сказал себе: „Я обязательно открою эту дверь и посмотрю, что произойдет со мной. Если на то воля Аллаха всевышнего, то изменить ничего нельзя, ибо все, что делается, делается по его воле“. Затем он встал, сломал замки и открыл дверь. Он увидел узкий коридор и пошел по нему. Он шел три часа и наконец вышел к берегу большой реки. Он очень удивился этому и, осматриваясь, пошел вдоль берега. Вдруг с неба спустился огромный орел, схватил его своим клювом и взмыл вверх. Он летел между небом и землей и наконец принес юношу на остров в самой середине моря, бросил там его и улетел. Юноша в замешательстве не знал, что ему делать. Он уселся на берегу и стал глядеть на море. Вдруг вдали показался парус, похожий на звезду в небесах. В юноше возникла надежда попасть на этот корабль и найти спасение. Он подбежал к тому месту, куда направлялся корабль, и, когда тот пристал к берегу, юноша увидел великолепное судно из слоновой кости и черного эбенового дерева, обитое сандалом и алоэ, весь верх был покрыт сверкающим листовым золотом. На корабле находилось десять девушек, прекрасных, как луна. Увидев юношу, они вышли на берег, подошли к нему, поцеловали его руку и сказали: „Ты наш царь и нареченный!“ Затем одна из девушек, подобная сияющему солнцу на ясном небосклоне, с шелковым платком в руке, в котором был завернут царский халат и золотой венец, украшенный различными драгоценными камнями, подошла к юноше, накинула на него халат, надела ему на голову венец и повела его на корабль. Он увидел там много столиков, накрытых разноцветными шелковыми скатертями и уставленных разными кушаньями и напитками. Потом они распустили паруса, и корабль понесся по морским волнам. Позже юноша рассказывал: „Когда я сел на корабль, мне показалось, что все это происходит во сне. Я не знал, куда корабль держит путь. Наконец мы приблизились к берегу, и я увидел равнину, заполненную войсками, число которых было не ведомо никому, кроме Аллаха всеславного и всевышнего. Все воины были облачены в доспехи. Когда мы вышли на берег, девушки подвели ко мне пятерых коней под золотыми седлами, украшенными рубинами и другими драгоценными камнями. Я взял у одной из девушек коня, сел на него, а четырех коней повели за мной. Как только я сел на коня, над моей головой всколыхнулись знамена и стяги, загремели барабаны и зазвучали трубы. Войска построились передо мной и за мной, и я был в недоумении: сплю я или бодрствую. Я ехал, не веря, что веду за собой войско, и мне по-прежнему казалось, что я вижу сон. Наконец мы достигли зеленого луга, где было множество дворцов, садов, деревьев и цветов. Там текли чистые ручьи, а птицы на деревьях прославляли всемогущего и единого Господа“.

В это время из-за дворца и сада появились бесчисленные войска, которые, словно бурный поток, заполнили луг. Приблизившись к юноше, они остановились, и показался их царь. Он ехал верхом, а перед ним шли его приближенные. Подъехав к юноше, царь сошел с коня. Увидев это, юноша тоже спешился, и они приветствовали друг друга самым дружеским образом. Затем они сели на коней, и царь сказал юноше: „Поедем со мной, ты будешь моим гостем“. Юноша поехал с царем и беседовал с ним по дороге, а свита сопровождала их. Прибыв во дворец царя, все спешились и вошли туда. Царь шел с юношей рука об руку. Он усадил гостя на золотое сиденье и сам сел напротив. Вдруг царь поднял забрало с лица, и оказалось, что это девушка, подобная солнцу на ясном небосклоне: она была прекрасной, изящной, стройной и величественной и обладала всеми совершенствами. Глядя на ее красоту, потрясенный юноша почувствовал дивное блаженство и бесконечное счастье.

Она сказала юноше: „Знай, господин, что я царица этого края и все эти войска, которые ты видел, все всадники и пешие — женщины и среди них нет мужчин, ибо мужчины в нашей стране пашут, сеют, жнут и занимаются обработкой земли, благоустройством и полезными для людей ремеслами. Что же касается женщин, то они являются правительницами, сановницами и служат в войсках“. Юноша безмерно удивился тому, что услышал. В то время как они беседовали, пришла пожилая женщина величественного вида — везир царицы, и та сказала ей: „Приведи сюда судью и свидетелей!“ Та женщина пошла за ними. Царица была мила и ласкова с юношей и старалась сладкими словами рассеять страх, сковавший его. Затем она склонилась к нему и спросила: „Хочешь, чтобы я стала твоей женой?“

Юноша встал и поцеловал землю перед ней, но она остановила его. „О госпожа моя, — воскликнул юноша, — я ничтожнее любого из твоих слуг, которые служат тебе!“ — „Ты видел мою челядь, войска, богатства, сокровища и добро?“ — спросила царица. „Да“, — ответил юноша. „Все это принадлежит тебе, — сказала царица. — Возьми и трать как тебе вздумается и дари кому хочешь“. Затем она указала на запертую дверь, которая была там, и продолжала: „Все здесь переходит в твое распоряжение, кроме этой двери. Ты не должен открывать ее, а если откроешь, то горько пожалеешь об этом, но от этих сожалений не будет проку“. Когда она закончила свою речь, явился везир, судья и свидетели, все — пожилые женщины. Когда они предстали перед царицей, она приказала им заключить брачный договор. Потом царица устроила пир, и все ее придворные и воины ели, пили и веселились.

Юноша провел у царицы семь счастливых лет в полном блаженстве, наслаждаясь прекрасной и праздничной жизнью. Но как-то раз он вспомнил о двери и сказал себе: „Если бы там не было сокровищ, более драгоценных, чем те, которые я видел, она не запретила бы мне открывать эту дверь“. Затем он встал, открыл дверь и увидел там птицу, которая принесла его на морской остров. Увидев юношу, птица воскликнула: „Не к добру пришел ты сюда, да исчезнет радость с твоего лица навсегда!“ Увидев птицу и услышав эти слова, юноша бросился бежать. Но она преследовала его, схватила клювом, взмыла вверх, полетела с ним между небом и землей, бросила его там, где и подобрала, и затем исчезла. Некоторое время он оставался без чувств там, где оставила его птица, а когда пришел в себя, вспомнил о тех благах, величии и благоденствии, которых лишился, о шествии войск перед ним, о беспредельной власти и начал плакать и причитать. Он пробыл на берегу моря, там, где оставила его птица, два месяца, мечтая вернуться к своей жене. И однажды ночью, когда он не мог уснуть от тоски и горестных дум, кто-то заговорил с ним. Он не видел говорившего, но слышал его голос, который произносил:

„О горе, о жалость, никогда не вернется к тебе то, что ушло от тебя. Теперь же горюй как можно больше“. Услышав голос ангела, который говорил с ним, юноша еще больше отчаялся и понял, что безвозвратно ушло то, что у него было. Затем он отправился в тот дом, где жили старики, и тут понял, что с ними случилось то же самое, что с ним. Он предался горю и печали и, сев на место стариков, начал плакать, стонать, перестал есть и пить, употреблять благовония, никогда не смеялся и наконец умер. Его похоронили рядом со стариками.