Секретный туннель

— Кэп, ты ведь убьешь его, — наконец осмелился подать голос Сэм.

— Заткнись! — Джексон, вне себя от ярости, был страшен. — Да знаете ли вы, сколько хороших солдат, отличных парней на тот свет отправилось из-за таких вот уродов? Запомните все: если я говорю, что нужно смотреть в оба и сторожить лодку или что еще — это значит, что нужно не спать, а нести службу… Я понятно излагаю? В следующий раз провинившегося пристрелю сразу, без нотаций и длинных разговоров. Сэм, закинь эту тварь в лодку и заводи мотор. Надо теперь с той сукой техасской разобраться…

27

— Серьезный мужик. Так его, смугленького, чтоб служба медом не казалась, — одобрительно прошептал Орехов, через оптику своей «М-16» наблюдая за разборкой бандитов. — Ну, пошумели чуток — и домой пора. А то, глядишь, скоро и темнеть начнет…

Когда лодка с бандитами, рванув, что называется, с места в карьер, умчалась в обратном направлении, майор вышел из уже порядком опостылевших зарослей и со вкусом задымил сигаретой. Насмешливо посмотрел на Троянова, озабоченно стряхивавшего с себя мусор пополам с насекомыми, и пошутил, окутываясь клубом серо-голубого дыма:

— Бесполезно. Все равно сожрут, мичман. Ты на здоровье наплюй и курить начинай — все какая-никакая, а защита.

— Мне под водой здоровая дыхалка нужна, майор, — Тритон ожесточенно почесал зудевшее плечо и спросил: — Ну что, пойдем и мы? Как думаешь, они Машку долго искать будут?

— На идиотов они не похожи, — отрицательно качнул головой Орехов и, вспоминая расправу над смуглым парнем, добавил: — Командир у них мужик суровый. Видел, как он того метелил? А Марию они, конечно, не найдут. Пошарятся маленько, да и рванут домой, на свою базу чертову. Так что, маэстро технико, заводи аппарат, следом за стаей пойдем…

— Я что еще спросить хотел… — залезая в длинную лодку, еще недавно принадлежавшую хозяину заимки, глянул на командира мичман. — А вот лично тебе трудно не начать палить в этих сволочей, когда они вот — у тебя под носом?

— Для дела можно и потерпеть, — запрыгивая в лодку и отталкиваясь от берега длинным веслом, ответил Орехов. — Вообще-то, маэстро, мне гораздо больше курить было охота, чем стрелять. Можешь не сомневаться, еще настреляемся…

…Ни «художницы» с бесхитростным позывным «Техас», ни старика на реке, естественно, не оказалось. Да Джексон в этом и не сомневался — не дураки же они, в самом деле, чтобы сидеть в своей лодке на месте и ждать расправы. Искать их среди бесчисленных заводей, проток и речушек было абсолютно бессмысленно. Если тот полупьяный старик был из местных, то уж он-то знает, где можно надежно спрятаться в этих чертовых джунглях. Триста лет будешь ползать, распугивая кайманов, змей и прочих тварей, и никого не найдешь…

Проверив наудачу парочку притоков, Джексон взглянул на часы, махнул на бессмысленную затею рукой и приказал взять курс на базу. Вскоре показалась светлая скала, а затем и каменная стена, прикрывавшая туннель. Кэп по рации связался с дежурным, и минуты три спустя скала медленно ушла в сторону, пропуская лодку внутрь горы.

Наемники выбрались из моторки на бетонный причал и с удовольствием разминали ноги и спины, затекшие за время долгого путешествия. Небольшое удовольствие сидеть, поджимая ноги под себя, подобно индейцам или каким монголам. Кэп закурил сигарету, его примеру последовали и остальные.

— Кэп, вы бы с ребятами отошли подальше со своими сигарками, — неуверенно подал голос еще не оправившийся от взбучки Чероки. — Тут что-то бензином воняет ужасно. Думаю, бачок с горючим подтекает. Неужели вы не чувствуете?…

…В нескольких километрах от базы в одной из проток покачивались на мутновато-темной воде два плавсредства: длинная деревянная лодка и двенадцатиметровый катер, еще недавно принадлежавший неудачливому пирату Хуану. В каюте катера за столом сидели все бойцы группы во главе с Ореховым и старик, представлявший нечто вроде народного ополчения. Перед Ореховым лежал раскрытый ноутбук, к которому были подсоединены еще парочка каких-то хитрых приборов с загадочно подмигивавшими цветными индикаторами. Одной рукой командир щелкал по клавишам компьютера, другой придерживал мягкий кружок наушников. Майор ткнул пальцем в точку на мониторе и, не скрывая злорадства, пояснил:

— Вот они и дома, голубчики. Вот она, чертова пещера Лейхтвейса…

— Тогда уж скорее пещера Али-Бабы и сорока разбойников, — улыбнулся Катков. Настроение лейтенанта да и всех членов группы было приподнятым. Все они рассчитали верно, бандиты все-таки получили маячок в подарок и привезли его на свой суперсекретный объект. — Я же говорил, что не может такого быть, чтобы они на такую красотку не клюнули! Они как Марию в купальнике увидели, так им все мозги и отшибло…

— Погоди, Скат, — Орехов остановил разглагольствования лейтенанта ладонью и прислушался к разговору, звучавшему в наушниках. «Тут что-то бензином воняет ужасно… Думаю, бачок с горючим подтекает…» Майор вдруг азартно хлопнул себя ладонью по колену и показал товарищам большой палец. — Ай, молодца, вот это, что называется, настоящий подарок…

Орехов схватил со стола нечто вроде телевизионного пульта, быстро защелкал кнопочками и, твердея лицом, ткнул в красную кнопку…

…Реакции Джексона, наверное, могла бы позавидовать и кобра. Когда под бетонными сводами оглушающе рванул взрыв, взметая столб водяных брызг и со свистом разнося во все стороны множество осколков и ошметок надувной лодки, Кэп мгновенно упал на вытянутые руки и откатился далеко в сторону. Еще падая, он успел отметить, что для Чероки сегодня выдался на редкость невезучий день. Взрыв подбросил наемника вверх и в сторону, и, казалось, Чероки на какую-то долю секунды завис в воздухе среди водяных брызг, а уж потом бесформенным мешком упал в воду…

Кроме невезучего маленького Джеронимо, не пострадал никто, если не считать несколько пустяковых царапин, полученных бандитами. Когда по приказу Джексона тело достали из воды, Чероки был еще жив, но и одного взгляда на истерзанное и обожженное тело было достаточно, чтобы понять, что этот парень свое по сельве отбегал.

Пострадавшего бережно положили на подстеленный на бетон кусок брезента, и наемники в мрачном молчании столпились рядом. Каждый втайне благодарил Деву Марию и всех остальных святых, что не он оказался на месте Чероки. Кэп молча присел рядом с умирающим на корточки, внимательно осмотрел раны и понимающе кивнул. Вроде бы и с искренним сочувствием.

— Да, паренек, не повезло тебе. Ты немножко потерпи, и все будет в порядке, — с этими словами Джексон быстро взвел курок своего «кольта» и выстрелил Чероки в голову.

— Кэп, зачем… — вопрос застыл на губах ошарашенного поступком командира здоровяка Сэма, старательно прикладывавшего платок к кровоточащей царапине над ухом.

— А ты что, хотел, чтобы наш Джеронимо мучился еще часа три? — с мрачным вызовом ответил Джексон, убирая пистолет в кобуру. — Поверьте, парни, я в этом знаю толк. Он все равно кончился бы. Но протянул бы еще не меньше пары часов. Думаешь, это кайф — подыхать в страшных муках? Пусть каждому из нас в подобной ситуации повезет и рядом окажется друг, который без фальшивых соплей пустит нам пулю в башку… Все, быстро прибрали тут все и разошлись! Всем отдыхать…

— Не рановато ли отдыхать собрался, рейнджер? — Шаркая по серому бетону подошвами, к наемникам приближался Алехандро, шумно дыша и злобно поблескивая темными глазками. Правда, несмотря на одышку, босс цепко держал в толстых пальцах неизменную сигару, вероятно, считая, что с ней он выглядит ничем не хуже самого Черчилля. — Ты и твои бездельники уже истребили всех спецназовцев, что кружат вокруг нас в сельве? Но я что-то не вижу доказательств твоих побед. Где их головы или хотя бы уши? И что тут происходит, черт вас подери? Или я что-то упустил и теперь у нас здесь взрывной полигон?

— На какой из вопросов мне отвечать? — тяжелым взглядом встретил босса Джексон.

— На все, сеньор Кэп, на все, — чуть понижая тон, пыхнул сигарой толстяк.

— Чужаков мы пока не истребили, сеньор Алехандро, но сделаем это в ближайшее время. Люди мотались по сельве как проклятые и имеют право на отдых. Тем более что через полчаса стемнеет и, сами понимаете, там и сам дьявол ничего не найдет. А взрыв… В лодке рядом с мотором есть бак с горючим. Там же, рядом в ящике, пара гранат валялась… Случилась утечка, и произошел взрыв. То ли проводка замкнула и заискрила, то ли наш бедняга Чероки неосторожно закурил. Результат вы видите сами: малыш лежит мертвый под брезентом. Вам я бы тоже советовал быть осторожнее с сигарами и не разгуливать по базе с огнем в руках. Тут бочки с бензином и солярой неподалеку — далеко ли до беды…

— Будем считать, что ты меня убедил, — важно кивнул Алехандро. — Хорошо, пусть твои парни отдыхают, а ты пойдешь со мной — надо кое-что обсудить…

Во время монолога командира наемников босс не проронил ни слова, лишь сопел, дымил сигарой и тихо злился. Кэп намеренно солгал про гранаты и так же намеренно повесил всю вину за происшедшее на Чероки — ему ведь уже все равно, а с мертвых какой спрос… Тем более не собирался Джексон сообщать боссу о том, что взрыв был мало похож на тот, что бывает при попадании огня в бак с бензином. Кэп ясно видел, что рвануло не сверху, рядом с двигателем, а снизу — из-под воды. Скорее всего, мину им приладили, пока они любовались на полуголую «художницу». Только вот этой толстой свинье об этом знать не нужно, а то от злобы лопнет, бедняга. Ребята, если кто и сообразит насчет взрыва, тоже будут молчать…

В кабинете босса мягко урчал кондиционер, и царила приятная сухая прохлада. Алехандро небрежно махнул на стоявшее рядом с массивным столом кресло, приглашая наемника присаживаться, сам же основательно утвердился за столом. Достал бутылку виски, плеснул в два стакана, вбросил в золотистую жидкость по несколько кубиков льда. Один из стаканов подтолкнул в сторону гостя, отхлебнул из своего и начал возиться с очередной сигарой. Когда первый клуб дыма поплыл к потолку, босс устало облокотился о столешницу и совершенно спокойным тоном спросил:

— Послушай, Джексон, что ты думаешь об этих людях, что прячутся в сельве и кружат вокруг нашей базы? Я кое-что соображаю в бизнесе, но в ваших военных штуках не очень-то силен. Что им нужно? И чего от них можно ожидать?

— Ну, во-первых, босс, судя по всему, их не более пяти человек, — оценив умение толстяка признавать, что он в чем-то может быть не компетентен, без малейшей иронии и неприязни ответил Кэп. — Во-вторых, думаю, это все-таки люди из штатовских спецслужб, и они охотятся никак не за грузом, который вскоре должен уйти в сторону Флориды, — для этого их слишком мало. О существовании базы они наверняка догадываются, но пока вряд ли нас выследили — так, кружат наудачу в потемках. Я бы предположил, что их послали сюда для того, чтобы они попытались найти базу и, в случае удачи, сообщили ее координаты своим боссам. То есть это больше разведывательная группа, чем боевая. А вот если они что разнюхают — тогда в сельву могут прибыть по-настоящему серьезные ребята, и будет их намного больше десятка.

— Ты хочешь сказать, что даже если эти люди каким-то образом засекут груз и обнаружат базу, то они сюда не сунутся ни под каким видом? — Алехандро явно пытался решить какую-то одному ему известную задачу. — И дадут субмарине спокойно уйти в рейс?

— Босс, вы бы затеяли драку, зная, что у вас за спиной всего трое парней, а врагов — сотня?

— Действительно, не идиоты же они… Груз придет завтра, — толстяк пыхнул сигарой, осушил свой стакан и тут же налил снова. — Тебе не предлагаю — после дела сможешь лакать сколько угодно, а пока ты нужен мне с ясной головой. Рейнджер, ты возьмешь всех свободных людей и проверишь всю округу, чтобы ни одна тварь не болталась рядом, пока субмарина не скроется в водах Ориноко. Сейчас главное — груз. А уж потом этих ублюдков можно будет без суеты отыскать и прикончить. Все, можешь идти.

— Алехандро, как я понял, у них есть как минимум один аквалангист, — вставая с кресла, счел нужным предупредить Джексон. — Его, как ты понимаешь, мы отследить не сможем.

— Ты, солдат, решай свои задачи на суше, — небрежно отмахнулся толстяк, — а с их парнем в ластах я сам разберусь…

Дверь в кабинет распахнулась так резко, что Джексона обдало холодным порывом воздуха. На пороге возник Сэм и, азартно поблескивая светло-серыми глазами викинга, выпалил:

— Командир, босс, там перед скалой вертится наша художница с каким-то воякой! Они фотографируют. Их на мониторе засекли. Рамон — он сейчас дежурит…

— Фотографируют, говоришь? — Алехандро вдруг побагровел и швырнул в стену свой стакан — только мелкие осколки сверкнули и посыпались на пол. — Берите лодку, две, три… все берите и приволоките мне их сюда! Живыми.

— Босс, — недоверчиво покачал головой Джексон, — а стоит ли? Там может быть засада, они, вполне возможно, просто выманивают нас…

— Какая засада, рейнджер? — вызверился толстяк. — Они просто наугад по притокам шарят. Ты же сам сказал, что они не идиоты, чтобы голову в петлю совать? Хочешь наблюдать? Тогда лезь наверх и наблюдай. А ты, Сэм, бери парней и доставь мне этих фотографов. Все, вперед…

28

Джексон выбрался на поверхность через люк, но закрывать его не стал, опасаясь, что железяка может лязгнуть и спугнуть увлеченных фотографированием разведчиков. Если босс считает, что они тут оказались случайно — что ж, пусть и дальше так думает. Для себя же наемник уже решил точно: наверняка эти ловкие ребята каким-то образом прилепили к лодке маячок вместе с миной, засекли с его помощью базу, а потом взорвали все к чертовой матери, чтобы скрыть следы… И будь я проклят, с ядовитой усмешкой думал Джексон, устраиваясь поудобнее и выискивая наглецов через оптику винтовки, если эта парочка не задумала какую-то очередную гадость… Вот они, сидят в лодке и выжидают чего-то, посматривая на скалу, загораживающую вход в туннель. Пристрелить обоих? Да нет, не стоит — иначе этот толстый придурок совсем ума от злобы лишится. Ладно, пусть Сэм их ловит, а мы посмотрим, что из этого выйдет. А ведь Сэм наверняка уже роль командира на себя примеривает. Ну-ну…

…Орехов сидел на руле и потихоньку поигрывал рукояткой подачи топлива, гоняя двигатель на холостых оборотах и не спуская глаз со скалы — по всем прикидкам выходило, что именно эта каменюка была дверью в чертову пещеру. Мгновенно она не откроется, а это значит, что у них с Марией будет минута-другая форы, прежде чем за ними рванет лодка бандитов. Или лодки — это уж как карта ляжет…

— Скала… — Мария непроизвольно вскочила на ноги и вытянула руку в сторону начавшей свое движение каменной стены. — Она движется!

Черная щель метров двух высоты ширилась на глазах, и майор отчетливо услышал, как там, за преградой точно так же кто-то гоняет мотор в нетерпеливом ожидании, когда можно будет вырваться на открытую воду и броситься в погоню за чужаками.

— Что ж ты творишь, дура… — Орехов метнул полный ярости взгляд на девушку и, выжимая полный газ, прикрикнул: — А ну на дно ложись, быстро!

Небольшая четырехметровая лодка, собранная на заклепках из дюралевых листов, буквально прыгнула с места, высоко задирая нос и сразу набирая очень приличную скорость. Не обманул старик, удовлетворенно отметил майор, выруливая на середину протоки. Мотор действительно вполне мог бы с не меньшим успехом толкать и лодку гораздо больших размеров, а уж этот легкий катерок почти в самом прямом смысле летел над водой.

Правда, особенно расслабляться не стоило, поскольку сзади мчалась, подпрыгивая на волнах, надувная лодка с бандитами, оснащенная, вероятно, движком еще и помощнее этого. Ничего, лихорадочно прикидывал Орехов, точно входя в очередной поворот реки, только бы стрелять не вздумали — одной пули в мотор или в бензобак будет достаточно, чтобы вся затея с этой сумасшедшей погоней провалилась. Главное, что они все-таки клюнули на приманку и раскрылись — теперь известны точные координаты их подземного логова…

Сэм с винтовкой в руках сидел на приподнявшемся носу лодки и, охваченный азартом погони, не уставал сквозь рев мотора покрикивать бойцу, сидевшему у руля: «Добавь, добавь газу, черт тебя подери!» Лодка прыгала по волнам, и порой казалось, что они вот-вот настигнут катерок с этой чертовой художницей и ее напарником, но те снова и снова отрывались — от самолета у них мотор, что ли? Несколько раз Сэм примеривался прицелиться в мотор, но лодки так неравномерно подпрыгивали и маневрировали, что о точном выстреле не могло быть и речи. Это в кино герои запросто попадают из пистолета в колесо преследуемой машины. Попробовали бы они в реальной жизни — сто долларов против одного, что из десяти пуль в колесо не попала бы ни одна…

Лодка с художницей заложила крутой вираж, взбивая высокую волну, легла на левый борт и ушла в очередной приток реки, скрываясь за зеленой стеной высоких зарослей. Входя в поворот, Сэм уже твердо решил для себя: черт с ним, с приказом босса, придется стрелять, а то уйдут — посудина у них маленькая, а мотор ого-го, да и двое их, а нас на этой резинке четверо. Надо стрелять…

Лодка бандитов вошла в поворот, и в ту же секунду Сэм понял, что выстрелить он, пожалуй, уже не успеет — на узком мысочке в двух десятках метров от них стоял человек с неким подобием толстенькой трубки на плече и явно поджидал именно их лодку.

«Гранатомет, — успел подумать Сэм, отчетливо отмечая обострившимся зрением, как человек плавно нажал спуск и труба выплюнула клуб дыма, а позади нее вырвался длинный сноп огня. — Они заманили нас в засаду и как последних придурков подвели под выстрел! Надо было мне все-таки стрелять, тогда бы…»

Додумать бандит так и не успел, поскольку снаряд угодил точно в двигатель лодки, и через долю секунды и моторка, и ее экипаж превратились в одно рваное огненное облако, из которого вверх и в стороны полетели ошметки тряпок, кусков резины, металлических осколков и того, что обычно принято называть фрагментами тел…

…Орехов, удостоверившись, что Троянов не промахнулся, резко сбросил газ, развернул катерок и на малых оборотах подошел к мысочку, на котором их поджидал мичман. Еще курившаяся дымком труба использованного одноразового гранатомета, напоминавшего известную «Муху», валялась на песке, выброшенная за ненадобностью. Едко пахло гарью и паленой резиной…

— Давай, снайпер, запрыгивай, — устало скомандовал майор, посматривая, как Мария поднимается со дна лодки, стряхивает с себя мокрый мусор и пересаживается поближе к носу, освобождая место для Тритона. — Погоди. Трубу в воду забрось. Нечего улики разбрасывать. Молодец, мичман, а то еще немного, и они или нас догнали бы, или стрелять начали. И деду спасибо — эта штука летает что твоя ракета на подводных крыльях. Все, поехали, как говорил товарищ Юра…

…Джексон отложил в сторону свою «М-16», перевернулся на спину и, заложив руки за голову, бездумно наблюдал, как на фоне синего неба медленно колышутся резные листья деревьев. Он вполне отчетливо слышал и быстро удалявшиеся звуки работавших на предельных оборотах моторов, и отдаленный взрыв, которым закончилась погоня Сэма за казавшейся такой легкой добычей. А невзрачная кошка-то взяла да и обернулась пантерой, и от охотника остались лишь жалкие ошметки — почему-то Джексон был уверен, что не ошибся, и взорвалась именно моторка с его парнями.

В глубине горы вновь глухо загудели электромоторы, и вдогонку за первой лодкой с большим опозданием выскочила из туннеля вторая, вероятно, отправленная боссом в помощь Сэму и его ребятишкам. Примерно через двадцать минут лодка вернулась и проворно проскользнула обратно под надежные своды тайной базы.

«Тайная база, — едко усмехнулся Кэп, неторопливо спускаясь в шахту и захлопывая за собой люк. — Точнее — бывшая тайная. Теперь они точно знают ее расположение и наверняка вцепятся в добычу мертвой хваткой. И пока не растерзают толстяка со всей его компанией, не отступятся. Похоже, я поставил не на ту лошадь…»

Джексон подошел к парням, только что выбравшимся из вернувшейся лодки, и коротко спросил:

— Сэм?

Один из наемников, не говоря ни слова, только отрицательно покачал головой. Кэп так же молча понимающе кивнул и подумал, что все-таки он не ошибся и Сэм со своими приятелями, наверное, уже стучатся в ворота рая. Только вот райские врата ребяткам вряд ли кто откроет. Если там что-то и есть, то придется им брести к калиточке с надписью «Ад», где их с нетерпением поджидают злорадно ухмыляющиеся черти с вилами и горячими сковородками. А вот, кстати, спешит и сопит как паровоз и вполне земной толстый черт…

— Где парни с первой лодки? — Алехандро подскочил к вернувшимся наемникам.

— Там, на воде, плавают лишь ошметки, босс, — сумрачно ответил боец. — Парням не повезло. Скорее всего, их подшибли из гранатомета…

Босс достал из кармана куртки новую сигару, долго возился и сопел, раскуривая ее, а потом вдруг повернулся к Джексону и отчетливо и раздельно заявил, тыкая смуглым пальцем:

— Если ты, рейнджер поганый, сейчас вякнешь, что ты меня предупреждал и парни погибли из-за меня, — я тебя сразу пристрелю! А потом прикажу твой вонючий труп выбросить в ту же грязную реку, в которой плавают куски твоих непобедимых солдат!

Джексон, всей кожей чувствуя, как замерли в ожидании и его бойцы, и подошедшие люди толстяка, медленно отвел руку с винтовкой в сторону и легким броском передал оружие в руки одного из своих парней. Затем сделал неуловимо быстрый шаг, и в следующее мгновение Алехандро ощутил, что его шея надежно придавлена локтевым сгибом наемника, а к щеке прижимается холодное лезвие длинного ножа, почти касаясь острием правого глаза.

— Не надо со мной так, босс, — сдавливая шею толстяка так, что у того потемнело в глазах, прошипел Джексон. — Никто и не собирался обвинять тебя. Но и не надейся, что всех собак ты сможешь повесить на меня. Просто произошел несчастный случай, парням не повезло. На войне это бывает… Мы договорились, босс?

— Дог… договорились. Отпусти, идиот, задушишь, — прохрипел вконец побагровевший Алехандро.

— И мы забудем этот маленький инцидент, правда? — ослабляя захват, вкрадчиво предложил наемник.

— Все, все, рейнджер, уже забыли, — высвобождаясь, сердито проворчал босс, старательно пряча глаза и прикидывая, как половчее вывернуться из этой дурацкой ситуации, чтобы и рейнджера на место поставить, и авторитет не растерять. — Ладно, погорячились — и хватит. А ловко ты меня прихватил, дьявол тебя разорви… Молодец, не ошибся я в тебе. А чтобы я и дальше в тебе и в твоих людях не разочаровался, ты найдешь этих ублюдков, что кружат вокруг базы, и принесешь мне их головы. Лады, рейнджер?

— Договорились. Будут тебе головы, босс…

29

Вообще-то, в жизни так все устроено, что обычно несчастным человек себя чувствует, когда у него чего-то нет: здоровья, крыши над головой, куска хлеба или глотка воды в жаркий день. Но бывает и так, что именно обладание чем-либо делает несчастными не только отдельных людей, но и целые народы. Так было с Америкой, куда жадные конкистадоры прибыли за золотом и в погоне за желанной добычей уничтожили целые государства вроде империй инков, ацтеков и майя. Так стало с Афганистаном, имеющим несчастье быть неким подобием сердца Центральной Азии. В этом же списке и Иран с Ираком, богатые нефтью — грязной масляной жижей, гордо именуемой черным золотом…

Испанские конкистадоры рыскали по жаркой и влажной сельве в поисках легендарной, сказочно богатой страны, где «даже крыши кроют золотом». El Dorado по-испански означает «золотой король». Самое интересное, что ставшее впоследствии расплывчато-туманным и нарицательным понятием Эльдорадо испанцы все-таки нашли. Хименес де Кесада и шайка его оборванцев обнаружили в самом сердце нынешней Колумбии страну муисков — именно эти индейцы завели обычай покрывать золотой пылью вновь избранного короля-вождя. Золотую пыль король смывал в водах священного озера Гуатавита, а заодно бросал в воду горы золотых украшений и изумрудов, которые, кстати, в Колумбии добывают и до сих пор.

С муисками произошло то же самое, что и с остальными, но индейские жрецы оказались даже изощреннее древних парфянцев, прославившихся искусством послать, умирая, смертельную стрелу в спину врага. Месть жрецов растянулась на века: уже более пятисот лет табак и кокаин убивают белого человека — медленно, но наверняка. В Афганистане — нищей стране гор, глины и песка — прекрасно растут алые маки, дающие опий-сырец, из которого делают героин. А он сегодня убивает в первую очередь русских и европейцев. В Колумбии наркокартели производят в тайных лабораториях «кокс», предназначенный для штатовских любителей забрасывать свои больные мозги в страну грез. В страну, из которой редко кто возвращается…

…Вертолет без опознавательных знаков стремительно проскользнул через границу Колумбии и на предельно малой высоте пошел над мутноватыми водами Ориноко на восток. Придерживаясь левого берега, пролетел несколько миль и резко ушел в узкий зеленый коридор одного из притоков. Так, постоянно меняя курс и то набирая высоту, то ныряя почти к самой поверхности вод, никем не замеченный геликоптер добрался до обозначенной на штурманской полетной карте точки выброски. Здесь, неподалеку от места впадения Апуре в большую Ориноко, вертолет набрал около километра высоты и на полминуты завис, покачиваясь над небольшой проплешиной в густых мангровых зарослях. Дождался, когда снизу, с земли, в синее вечернее небо взовьются две зеленые ракеты, спустился чуть ниже и еще через минуту лег на обратный курс. В небе медленно покачивались, опускаясь к близкой земле, четыре парашютных купола…

Парашютистов было двое. Оба, как на подбор, высокие, плечистые и крепкие. Едва ноги десантников коснулись поросшей густой травой земли, оба умело погасили купола и освободились от подвесных систем. Отбросив ненужные парашюты в сторону, мужчины бросились к месту приземления двух грузовых контейнеров. Подхватив один из брезентовых мешков, тот, что был побольше размером, десантники быстро оттащили его в заросли и, приготовив оружие, принялись ждать тех, кто сигналил вертолету ракетами.

Ждать пришлось недолго. Минут через пять на поляне появился мужчина в камуфляже с автоматической «М-16» в руках. Остановился, посмотрел по сторонам и, заметив брошенные бесформенные комки парашютных куполов, направился к ним. Присел на корточки, пощупал скользкую ткань и вновь осмотрелся по сторонам, после чего безошибочно пошел в сторону затаившихся в чаще мужчин. До парашютистов оставалось метров пятнадцать, когда из зарослей отчетливо скомандовали:

— Стоять! Кого ищем, амиго?

— Я ищу рождественские подарки, хотя до Рождества еще и далеко, — направляя ствол в сторону голоса, раздельно ответил Боб Джексон и замер в ожидании отзыва.

— Подарки мы привезли, но они предназначены нашим северным друзьям, — навстречу Джексону вышел один из мужчин с пистолетом в руках, окинул взглядом фигуру наемника, секунду подумал и убрал пистолет в наплечную кобуру. Протянул руку. — Можете звать меня Мигелем. Мой напарник — Хосе. Что вы улыбаетесь? Что-то не так?

— Все нормально, амиго, — ответил на рукопожатие Кэп, — просто вспомнил одного знакомого. Его тоже звали Хосе. Отличный был парень. Добро пожаловать, ребята. Как добрались?

— Все прошло нормально, — Мигель повернулся и негромко свистнул, подзывая напарника. С другой стороны почти одновременно появились четверо бойцов, прибывших с Джексоном.

— С нами груз. Сто пятьдесят килограммов. Как тут, спокойно?

— В общем, да, — кивнул наемник и озабоченно посмотрел на часы. — Но поторопиться нам все же следует — пока погрузимся, пока доберемся до базы…

Когда разбирали и перетаскивали в лодки содержимое контейнеров, Джексон отметил, что парни привезли не только «особо ценный груз» отборного кокаина, но и кое-какое оружие и снаряжение. Гости собрались было утопить парашюты, набив их камнями, но Кэп по старой армейской привычке предложил забрать качественную ткань с собой — кто знает, возможно, завтра и она может на что-то сгодиться.

Когда скала отъехала в сторону, открывая прибывшим лодкам скупо освещенный зев туннеля, над сельвой уже сгустилась кромешная темнота.

Алехандро, встречая экспедиторов и благополучно доставленный на базу груз, обменялся с Мигелем и Хосе рукопожатиями, довольно улыбаясь, похлопал каждого по плечу и торжественно объявил, многозначительно поглядывая на Джексона и его бойцов:

— Вот эти ребята подстрахуют выход субмарины в рейс. Я специально просил, чтобы прислали именно их. Джексон, теперь вы можете чувствовать себя в полном порядке — это настоящие боевые пловцы, прошедшие подготовку ничуть не худшую, чем хваленые штатовские морские котики или тюлени. Так что, дорогой Боб, ты теперь можешь полностью переключиться на своих сухопутных крыс, а с аквалангистами разберутся эти ребята…

«Что ж ты так суетишься, толстый, а? — безразличным взглядом окидывая крепкие фигуры пловцов, неторопливо закурил Джексон. — Да понял я, что это не мальчики из отряда скаутов. Сразу понял, как только при разборке контейнеров с этим чертовым коксом увидел, что они привезли с собой черные коробки аквалангов, гидрокостюмы и прочую дребедень. Что тут скажешь… Не дураки там у вас в «штабе» сидят. Все верно: если груз пойдет в Штаты на подводной лодке, то, зная, что где-то поблизости под водой вертятся чужаки, будет совсем не лишним выставить боевое охранение. Пусть воюют ребята, а мы посмотрим, какие они крутые… А эта свинья готова плясать перед ними по ну очень простой причине — боится, что настоящие боссы снимут с него скальп за то, что кто-то разнюхал про базу. Да, я со своими ребятами немного дал маху, но при любом раскладе в первую очередь снимут голову нашему чумазому Алехандро — и он это прекрасно понимает. Как понимает и то, что не так-то просто найти в сельве маленький отряд, если тот этого не желает…»

30

Стая серебристых рыбок испуганно метнулась в сторону, совершенно синхронно исполнив, подобно настоящим морским судам, поворот «все вдруг». Черное пучеглазое чудовище, послужившее причиной паники, обладало какими-то неправильными, недоразвитыми грудными плавниками, зато имело поистине огромный хвостовой плавник. Неправильной рыбой заинтересовались и десятка полтора любопытных пираний, рыскавших в поисках добычи, но от чудища непривлекательно пахло чем-то неизвестным, и хищники равнодушно проследовали мимо. Вот если бы от черного пахнуло хотя бы капелькой крови, то к этим полутора десяткам мгновенно прибавилась бы еще сотня, и от жертвы в считаные минуты остался бы лишь несъедобный чистенький скелет. Даже раненый кайман-крокодил предпочитает выброситься на берег, где его ждет почти неминуемая гибель, чем остаться в речных водах и вплотную познакомиться с острозубыми и неимоверно прожорливыми хищниками, не знающими ни страха, ни жалости…

Аквалангист проводил опасливым взглядом ушедших в глубь мутноватой воды пираний и непроизвольно облегченно перевел дух — да уж, лучше с крокодилом схватиться, чем с этими зубастиками…

Проделав еще несколько волнообразных движений телом и длинными ластами, пловец приблизился к скале и начал внимательный осмотр. Как и следовало предполагать, нигде не было видно ни единой щелочки. Ни справа, ни слева слегка светившейся в желтоватой воде скалы никаких признаков туннеля не было. Разве что слишком правильная для природного образования прямоугольная форма этой самой скалы, которая отчетливо была видна у самого дна реки. Дно под скалой тоже было слишком уж ровным, здесь явно прослеживалась немалая работа человеческих рук. Вывод прост как кухонная табуретка: туннель есть, скала, прикрывающая собой вход, есть, а вот какого-либо лаза в этом инженерном сооружении, через который можно было бы проскользнуть внутрь базы — нет. Ну что ж, прикидывал Скат, отгребая от каменного затвора, отрицательный результат — тоже результат. Зато теперь точно известно, что со стороны реки на базу можно попасть только через открытые ворота туннеля и никак иначе…

Придерживаясь почти самого дна реки, Катков миновал некое подобие Т-образного перекрестка и ушел влево, где в крохотном заливчике его поджидал в лодке майор. А дно реки, профессионально отмечал лейтенант, тоже ведь слишком чистое для обычного русла. В любой реке джунглей всегда есть горы всякого хлама вроде полузатопленных стволов, подмытых потоком деревьев и кустов, а тут все чистенько, словно добросовестный метельщик по улицам прошелся. А ведь и прошелся — только не с метлой, а с драгой, которая весь хлам собрала и по берегам его аккуратненько разложила…

— Ну что там? — вполголоса спросил лейтенанта Орехов после того, как помог пловцу забраться в лодку и освободиться от снаряжения.