Помоги проекту - поделись книгой:
Андрей Медведев
Подлинная история русского и украинского народа
Пролог
29 июля 1991 года президент США Джордж Буш-старший вместе с женой Барбарой гостил на подмосковной даче первого и последнего президента СССР Михаила Горбачева. Они обсуждали разные вопросы: положение дел на Ближнем Востоке, ситуацию в Восточной Европе и события, разворачивающиеся внутри СССР. А Советский Союз трещал по швам, разваливался, по окраинам страны уже начинались межэтнические столкновения. Кремль растерянно пытался что-то предпринять, но реальных рычагов управления страной становилось все меньше и меньше. Однако Джордж Буш говорил Горбачеву, что распад СССР не в интересах Америки. Еще Буш сказал, что поедет в Киев, столицу советской Украины, чтобы убедить украинцев не выходить из состава СССР.
Украина еще была республикой Советского Союза, еще подчинялась Москве, и Горбачев мог запретить американскому президенту лететь в Киев. Но не сделал этого. Почему? Ответа на этот вопрос нет. А Украину, Украинскую Советскую Социалистическую Республику, сотрясали митинги и демонстрации, она переживала невероятный подъем национального движения. Тысячи людей на фоне экономического упадка в СССР в целом выходили на митинги с требованием независимости Украины от СССР. «Украина без Москвы» — главный лозунг киевских, львовских, харьковских митингов 1990–1991 годов. Партийное руководство УССР, поначалу перепуганное всплеском гражданской активности, вскоре осознало, что это движение к независимости можно и нужно возглавить с выгодой для себя. Перед партийными чиновниками возникали головокружительные перспективы стать президентами, премьерами, министрами независимого государства. Но открыто выступать против Москвы в Киеве пока боялись.
1 августа 1991 года прилетевший в Киев Джордж Буш выступил в Верховной Раде. Он, в частности, сказал:
«Много веков назад ваши предки назвали эту страну Украина, или «граница», потому что ваши степи лежат между Европой и Азией. Но украинцы теперь стали пограничниками другого рода. Сегодня вы исследуете границы и контуры свободы. Мы будем поддерживать тех, кто намерен следовать свободе, демократии и экономическим свободам».
Это был, конечно, вызов Москве, который она проглотила. А в Киеве поняли — Запад на их стороне, а Кремль бессилен. Через две с половиной недели в Москве произошел путч, неудачная попытка смещения Горбачева, его подавили 21 августа, а 24 августа 1991 года внеочередная сессия Верховной Рады приняла «Акт провозглашения независимости Украины». В декабре там прошел референдум о суверенитете, и сразу после его проведения Джордж Буш распорядился признать независимость Украины. А еще до референдума это сделала Польша. Почему и для чего Западу в целом и США в частности была нужна независимая Украина, предельно прозрачно объяснил американский политолог, социолог, бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска: господство Америки и ее геостратегические императивы»:
«Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само ее существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Без Украины Россия перестает быть евразийской империей. Без Украины Россия все еще может бороться за имперский статус, но тогда она стала бы в основном азиатским имперским государством и, скорее всего, была бы втянута в изнуряющие конфликты с поднимающей голову Средней Азией, которая, произойди такое, была бы обижена в связи с утратой недавней независимости и получила бы поддержку со стороны дружественных ей исламских государств Юга. Китай, похоже, также воспротивился бы любого рода реставрации российского доминирования над Средней Азией, учитывая его возрастающий интерес к недавно получившим независимость государствам этого региона. Однако если Москва вернет себе контроль над Украиной с ее 52-миллионным населением и крупными ресурсами, а также выходом к Черному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и в Азии. Потеря Украиной независимости имела бы незамедлительные последствия для Центральной Европы, трансформировав Польшу в геополитический центр на восточных рубежах объединенной Европы».
Збигнев Бжезинский
Эти слова многое объясняют в том, что же и почему происходит на Украине сейчас. Они показывают, насколько для Запада важен контроль над Украиной. Точнее, насколько важно не дать ей войти в российскую политическую орбиту. И почему изо всех сил Брюссель и Вашингтон поддерживают украинский политический проект.
Есть распространенное мнение, что украинский национализм и украинское государство — это проект Австрийского генерального штаба, запущенный в годы Первой мировой войны. Но Первая мировая давно закончилась. И Вторая тоже. А проект живет. И конечно, в разное время на украинский проект оказывали влияние внешние силы, туда и правда были вложены австрийские, немецкие, а теперь вот и американские деньги. Но бессмысленно поливать землю и ждать, что что-то прорастет, если ты не уверен, что в ней есть зерно. И невозможно адекватно бороться против явления, не обнажив его корни. А чтобы понять суть явления, нужно знать его историю: как оно развивалось и жило. Сейчас многие из нас пытаются найти ответ на вопрос, почему часть населения Украины вдруг стала испытывать такую ненависть к Москве, к России. Может, это справедливо, может, и правда Россия так уж плоха?
Национализм и русофобия на Украине действительно имеют давнюю историю. Но штука в том, что сами украинцы зачастую не имеют никакого отношения ни к ней, ни к тому, что эти явления стали частью украинского политического ландшафта.
Глава 1
«Откуда есть пошла русская земля…»
Любой разговор об Украине стоит начинать с истории. В противном случае разобраться, откуда взялась нынешняя Украина, где ее корни и кто же такие украинцы, вообще невозможно.
Итак, все мы знаем еще со школы, что первым русским государством была Киевская Русь. Что, впрочем, не совсем точно. Потому что ни в одной летописи, ни в одном историческом документе такого словосочетания вы не найдете.
Все соседи и сами жители называли это государство, со столицей в Киеве, просто Русью или Русской землей. Именно под этим названием оно фигурирует в «Повести временных лет», написанной современником Владимира Мономаха киевским монахом Нестором. Никакой «Киевской Руси» жители Европы и Азии в 8–14 веках не знали. Более того, до 19 века это словосочетание не использовали и российские ученые. Всегда говорили о просто Руси, ну или Древней Руси.
Термин «Киевская Русь» появился лишь в 19 веке, и не в Киеве, а в Москве. Одни исследователи считают, что его придумал Николай Карамзин, другие полагают, что это был историк Михаил Погодин. Так или иначе, из научных кругов в относительно широкий обиход он попал благодаря трудам Сергея Соловьева. Правда, профессор Московского университета имел в виду не само древнерусское государство в целом, а именно вот ту самую его часть, вокруг Киева. Говоря по-современному, Киевскую область. Потому что в других частях своего фундаментального труда «История России с древнейших времен» Соловьев также упоминает «Русь Черниговскую и Русь Ростовскую или Суздальскую». В концепции «смены столиц», придуманной Соловьевым, первой столицей древнеславянского государства был Новгород, второй — Киев, третьей — Владимир-на-Клязьме, четвертой — Москва. Русь же при этом оставалась единым государством.
Примерно так же понимал термин «Киевская Русь» и другой историк 19 века, Николай Костомаров, это легко отследить по его книге «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей». Василий Ключевский, говоря о Киевской Руси, тоже имел в виду именно что центральную часть древнерусского государства. Дмитрий Илловайский в книге «О начале Руси» также противопоставляет две части одной обширной страны — «Русь киевскую» и «Русь черноморскую». То есть никто из русских ученых 19 века, употребляя термин «Киевская Русь», не подразумевал Русь в целом. В самом конце 19 века одиозный историк Михаил Грушевский, на жизни и деятельности которого я остановлюсь чуть позже, писал о «Киевском государстве», этакой древнеукраинской державе, но и он не применял термин «Киевская Русь».
В привычном для нас смысле, как название всего русского государства, этот термин стали широко использовать уже после краха Российской империи, в СССР. Он появился в учебниках 1934 года, написанных одновременно с «Кратким курсом истории ВКП (б)». Учебники писались по указанию Сталина и прошли его личную правку. Академик Борис Дмитриевич Греков, выступавший редактором при подготовке разделов, повествующих об истории государства до 17 века, писал:
«Считаю необходимым еще раз указать, что в своей работе я имею дело с Киевской Русью не в узкотерриториальном смысле этого термина (Украина), а именно в том широком смысле «империи Рюриковичей», соответствующем западноевропейской «империи Карла Великого», — включающей в себя огромную территорию, на которой впоследствии образовалось несколько самостоятельных государственных единиц. Нельзя сказать, что процесс феодализации в изучаемый отрезок времени на всем огромном пространстве территории Киевского государства протекал по своим темпам совершенно параллельно: по великому водному пути «из варяг в греки» он, несомненно, развивался интенсивнее и опережал центральное междуречье. Общее изучение этого процесса только в главнейших центрах этой части Европы, занятой восточным славянством, мне кажется в некоторых отношениях допустимым, но и то с постоянным учетом различий природных, этнических и исторических условий каждой из больших частей этого объединения».
Борис Дмитриевич Греков
В 1939 году Греков написал труд «Киевская Русь», а в 1944 году — «Культура Киевской Руси», оба получили Сталинские премии. Важно понимать, что именно Борис Греков ввел в оборот употребление термина «Киевская Русь» в его нынешнем значении. Как территории всего Русского государства. Почему и зачем это было нужно, какую роль играла Украина и украинство в национальной политике большевиков, мы рассмотрим позже. Сейчас же важно зафиксировать один факт: до конца 30-х годов 20 века ученые историки термином «Киевская Русь» оперировали весьма ограниченно, и не по отношению ко всей Руси.
Жители Древней Руси тоже не считали, что живут в «Киевском государстве». То есть всем было понятно, да, Киев — это стольный град. Киевский престол первый среди всех. Государство же русское. Или Русь.
Русское государство, как считают историки, возникло на берегах Днепра в 9 веке. «Повесть временных лет» — наиболее ранний из дошедших до нас древнерусских летописных сводов — дату определяет довольно конкретно.
«В год 6360 (852), индикта 15, когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому, что при этом царе приходила Русь на Царьград, как пишется об этом в летописании греческом. Вот почему с этой поры начнем и числа положим».
Упоминания о русах есть и в западных источниках. В официальной франкской хронике рассказывается о византийском посольстве, прибывшем в Ингельгейм ко двору императора Людовика Первого Благочестивого 18 мая 839 года. Вместе с византийцами прибыли и люди, которых летописец именует «росами».
«Он (Феофил) также послал с ними тех самых, кто себя, то есть свой народ, называли Рос (Rhos), которых их король (rex), прозванием хакан (chacanus), отправил ранее ради того, чтобы они объявили о дружбе к нему, прося посредством упомянутого письма, поскольку они могли (это) получить благосклонностью императора, возможность вернуться (на родину), а также помощь через всю его власть. Он не захотел, чтобы они возвращались теми (путями) и попали бы в сильную опасность, потому что пути, по которым они шли к нему в Константинополь, они проделывали среди варваров очень жестоких и страшных народов».
Арабские географы 10 века Аль Истахри и Ибн-Хаукаль тоже пишут о русах как о большом народе, населяющем междуречье Днепра и Волги.
«И русов три группы. Группа, ближайшая к Булгару, и царь их в городе, называемом Куйаба, и он больше Булгара. И группа самая верхняя из них, называемая ас-Славийа, и царь их в городе Салау, и группа их, называемая ал-Арсанийа, и царь их сидит в Арсе, городе их. И достигают люди с торговыми целями Куйабы и окрестностей ее. Что же касается Арсы, то я не слышал, чтобы кто-либо упоминал о достижении ее чужеземцами, ибо тамошние убивают всех чужеземцев, к ним приходящих. Сами же они спускаются по воде для торговли и не сообщают ничего о делах своих и товарах, и не позволяют никому следовать за собой и входить в страну их. <…> Вывозят из Арсы черных соболей, черных лисиц и олово (свинец?) и некоторое число рабов».
Куйаба, как полагают современные историки, — это Киев. Славийя — скорее всего, Старая Ладога, или Новгород. Но и само происхождение русов до сих пор остается загадкой. Есть лишь несколько версий. Есть мнение, что росы/русы/русь — это одна из местных славянских народностей, возможно, славянские выходцы из балтийского региона. По другой версии, русь — это славянизированная иранская народность, вероятно, потомки сарматов. Интересно, кстати, что и польская аристократия в период расцвета Речи Посполитой относила себя именно к сарматам.
Третья версия — та самая «варяжская». Согласно ей, русы — это выходцы из Скандинавии. Так или иначе, но очевидно, что первоначально русь/русы были довольно близки по культуре и психотипу местному населению. Принципиально вот что: никто из арабских и византийских историков или европейских хронистов не упоминает ни Украину, ни украинцев.
Русь/русов все знают. Украинцев нет. Русы совершают набеги на Византийскую империю. В «Повести временных лет» русов называют «безбожными», потому что они не крещены.
«В год 6374 (866). Пошли Аскольд и Дир войной на греков и пришли к ним в 14-й год царствования Михаила. Царь же был в это время в походе на агарян, дошел уже до Черной реки, когда епарх прислал ему весть, что Русь идет походом на Царьград, и возвратился царь. Эти же вошли внутрь Суда, множество христиан убили и осадили Царьград двумястами кораблей. Царь же с трудом вошел в город и всю ночь молился с патриархом Фотием в церкви святой Богородицы во Влахерне, и вынесли они с песнями божественную ризу святой Богородицы, и смочили в море ее полу. Была в это время тишина и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и снова встали огромные волны, разметало корабли безбожных русских, и прибило их к берегу, и переломало, так что немногим из них удалось избегнуть этой беды и вернуться домой».
Вообще, что интересно, первая попытка систематизировать русскую историю, понять, кто такие русы, откуда они взялись, была предпринята в 18 веке, причем не русскими учеными, а немецкими.
Это как раз они и создали ту самую норманнскую теорию происхождения русов, суть которой весьма проста. Варяги-норманны, выходцы из Скандинавии, пришли и создали государство славян. Причем, по немецкой версии, их позвали сами славяне, которые, дескать, убедились, что сами они создать государство неспособны. И вот пришельцы из-за моря разделили северные территории: Рюрик стал княжить в Новгороде, его брат Синеус в Белозерске, другой брат, Трувор, в Изборске. Впоследствии сын Рюрика, Игорь, распространил свою власть на юг, захватил Киев. При его сыне Святославе и при внуке — Владимире Святославовиче, что крестил Русь в 988 году, Киевское государство достигло огромного могущества.
Как отмечал в своей работе «Неизвращенная история Украины-Руси» историк Андрей Дикий:
«Только иностранцы, писавшие нашу историю, могли создать такую, унижающую национальное достоинство теорию, которая сделалась господствующей в русской историографии на полтора столетия. Надо помнить, что создавалась эта теория в эпоху, когда вся Россия после революционных перемен Петра перестраивалась по немецким образцам и когда немцы были непререкаемым авторитетом в науке и всюду занимали ключевые позиции, а в России только что воцарилась немецкая Гольштейн-Готторпская династия. (Карл Петр-Ульрих, герцог Гольштинский, женатый на принцессе Ангальт Цербстской, — Петр III.)
Взгляд Европы на Россию тогда был, как на землю, если не совсем дикарей, то как на землю полудикарей, некультурных азиатов — «московитов». Пришельцы с Запада принесли этот взгляд с собой, и когда они, в качестве российских академиков и профессоров, стали писать русскую историю, то и изобразили ее как историю дикарей, которых организовали в государство пришедшие с Запада «варяги».
В 19 веке в русской историографии уже прочно укоренилась мысль, что «норманнская теория» — это не более чем русофобские, ложные измышления. Все русские историки 19 века, кроме разве что Михаила Погодина, который и свою магистерскую диссертацию «О происхождении Руси», написанную в 1825 году, посвятил отстаиванию «норманнской теории», сходились на том, что никакого «призвания варягов на царство» не было. Василий Ключевский, например, писал: «Призвать-то призвали, но в качестве кого?» Он полагал, что варягов-скандинавов и правда призывали на Русь, но лишь в качестве наемников, для усиления княжеских дружин.
В действительности территория будущей Руси всегда была заселена разными племенами. Киммерийцами, скифами, сарматами, актами, а к концу первой половины первого тысячелетия нашей эры, то есть к 500-м годам, население южной, средней и северо-западной части великой Русской равнины стало преимущественно славянским.
Античные историки называли эти племена склавинами и антами. Византийский историк Прокопий сообщает, что cклавины и анты говорят на одном и том же языке. Это же самое подтверждает и готский историк 6 века Иорда, который говорит, что это «великий народ», состоящий из «бесчисленных племен». Об антах академик Алексей Шахматов писал:
«Славяне и анты — это две отрасли некогда единого племени. Анты — восточная часть этого распавшегося племени. Все, что мы знаем об антах, с совершенной ясностью ведет нас к признанию их восточными славянами, следовательно, предками русских».
Русский и советский историк, академик Николай Державин в своем труде «Происхождение русского народа» писал:
«…анты не только предки восточных славян, но и создатели всей их культуры. Предшественниками Олега и Игоря были антские князья: Межамир, Издачич, Хвалибуд и неизвестные владельцы приднепровских кладов».
Археологические раскопки начала 20 века доказали, что на всей территории Русской равнины уже в первые века нашей эры находились славянские и антские поселения. Окрестности Киева, верховья Дона, Волги и Западной Двины, Галиция, Закарпатье, Псков были местами расселения славян, у них были общие корни, общая языческая религия, общая культура и, что особенно важно, — общий язык. Легендарные Кий, Шек и Хорив — основатели Киева, вероятно, были как раз антско-славянскими князьями. К 8 веку славянские племена расселились по всей территории будущей Руси.
Интересно, что сами славяне называли себя по-разному, в зависимости от племени. А вот в иностранных хрониках слова «русы», «рось», «русь» встречаются постоянно. Кто-то упоминает, что Волга называлась именем «Рось», арабские летописцы еще в 713 году пишут о некой «Руси» поволжской, готские хронисты пишут о племени «росомонов», есть византийские и персидские свидетельства существования города «Росия» где-то в устье Дона. В конце 8 века, по сообщениям опять же византийских летописцев, некая «Русь» напала на крымский город Сурож, это теперь Судак.
Европейские и византийские источники, впрочем, не дают ответ на вопрос — кто такие русы/русские, откуда взялось это название, но они явно свидетельствуют, что древнее государство русов существовало и что со временем его столицей стал Киев. Вообще, большое количество русских летописей было утрачено, и не только во времена монгольского нашествия. В 1018–1019 годах в Киеве, по сути, правил польский король Болеслав вместе со своим союзником и зятем Святополком Окаянным. Поляки вывезли часть русских летописей. Многие документы погибли в 1812 году при пожаре в Москве, когда ее подожгла армия Наполеона.
Однако в целом большинство историков сейчас сходятся на том, что когда в Киеве начал править Олег — это 879 год, согласно «Повести временных лет», — существующее государство уже называлось Русским.
Поскольку в этой книге не преследуется цель описать подробно всю историю Древней Руси, мы лишь вместе вспомним общую хронологию событий, чтобы было легче потом понимать, каким образом коверкали историю Руси для узкополитических интересов те или иные группы.
Итак, князь Олег, тот самый, которого мы помним по стихотворению Пушкина, заняв престол, подчиняет себе и Руси Любеч, Чернигов, Смоленск. Затем завоевывает Новгород.
Он совершал походы против хазар, в 907 году подошел к Константинополю и заключил мир с Византией. Причем в этом походе, согласно «Повести временных лет», принимали участие и воины финно-угорских племен, которые уже стали частью Русской земли. К этому времени, кстати, греческие источники начинают называть Черное море «Русским морем».
После смерти Олега власть досталась князю Игорю, который погиб от руки древлян. Впрочем, средневековый польский историк Ян Длугош писал, что Игорь погиб в схватке с полабскими славянами, даже уточнял, что убил Игоря вождь полабов Никсин. Сын Игоря Святослав большую часть времени проводил в военных походах. Русью правила его мать, княгиня Ольга, которую в западных хрониках называют «княгиня русов», то есть мы снова видим, что Европа, Византия и арабский мир никак не сомневаются, что за народ живет в государстве со столицей в Киеве. Святослав уничтожил Хазарию, обложил данью волжских болгар, захватил Приазовье и город Тмутаракань. Он был убит в бою с кочевниками, когда возвращался из очередного похода. Впрочем, перед этим он успел поделить свое государство между тремя сыновьями: Киев отдал Ярополку, Туров — Олегу, Новгород — Владимиру.
После смерти Святослава началась лютая междоусобица. Опекуны юных князей принялись делить власть и страну. Победил князь Владимир. 17-летний парень, по нашим временам совсем неразумный подросток. За шесть лет, к 986 году, он объединил все земли восточных славян в одно огромное государство Русь. Он вернул все земли, что были потеряны за годы смуты, он расширил границы Руси до реки Сан на Западе, он разгромил под Краковом войско польского короля Болеслава Храброго. В 988 году он крестит Русь, превратив ее в крупнейшую православную державу на востоке Европы.
Владимир изменил систему управления государством, отдав каждому из сыновей и родственников «удел» — свое княжество. Новгород — Ярославу, Галицию — Судиславу, Полоцк — Изяславу, Смоленск — Станиславу, Туров — Святополку, который в историю войдет под прозвищем Окаянный, Владимир Волынский — Всеволоду, Тмутаракань — Мстиславу Удалому, Ростов Великий — Борису, а Муром — Глебу. Себе Владимир оставил Княжество Киевское. Что обращает на себя внимание в этом списке княжеств и городов.
Карта Русского государства во времена Владимира
Владимир-Волынский — это нынешняя Западная Украина. И Галиция со столицей во Львове — это тоже Западная Украина. Но в 11 веке они были частями Русского государства. И даже жителям Российской империи, скажем, в год начала Первой мировой войны, в 1914-м, было очевидно, что и Владимир-Волынский, и Галиция — это все исконно русская земля. В 19 веке был такой ученый, лингвист и историк Пантелеймон Кулиш, к его биографии мы еще не раз вернемся. Сейчас же упомяну, что он считается одним из отцов-основателей украинского сепаратизма. Его главная заслуга в этом смысле состоит в том, что именно Кулиш создал письменность для украинского языка. Точнее, для малороссийского наречия — так его называли не в 19-м даже, а еще в начале 20 века. Его алфавит, известный как «кулишовка», стал основой и современной украинской письменности. К концу жизни Кулиш отошел от идей украинства, украинского и малороссийского сепаратизма и стал страстным сторонником единства Руси. Так вот в 1890 году в журнале «Киевская старина» Пантелеймон Кулиш писал следующее:
«Слово «Русь» принесли нам варяги. Слово «росс», а за ним и «Россия», пошло меж нами от греков. Велику и Малу Россию знали еще до татарского лихолетия, и один из наших князей подписался князем «малороссийским». В XVI столетии венецианец Контарини, идучи через наш край из Луцка в Киев, звал его Russia Bassa, и в XVI столетии восточный (цареградский) патриарх издал середь нас грамоту, зовучи наш край Малою Россиею».
Владимир очень скоро понял, что поторопился с делением Руси на уделы. Святополк, сын старшего брата Владимира, решил, что имеет больше прав на Киевский престол, чем сам князь Владимир. Многие историки полагают, что к участию в заговоре имела отношение и Византия, потому что константинопольских монархов очень пугало крепнущее, растущее год от года государство к северу от имперских границ. Святополк был женат на дочери польского короля Болеслава Храброго, и вместе с ним и князем Ярославом он начал войну за престол. В ней погибли Владимир и три его сына — Святослав, Борис и Глеб.
После начался, как говорят историки, период междоусобиц, хотя правильнее называть это гражданской войной. Она шла 20 лет и закончилась только в 1036 году, когда под властью сына Владимира, Ярослава Мудрого, вновь были объединены все русские земли. Только Закарпатье не удалось отбить у венгров. И малая часть Галиции осталась за Польшей.
Собственно подробное исследование истории киевского периода Русского государства не является главной целью этой книги, поэтому позволю себе не углубляться во все детали, не пересказывать биографии всех князей, а лишь в общих чертах напомню хронологию событий. После правления Владимира Мономаха, внука Ярослава Мудрого, начался новый период распада Руси. Формально главным считался Киевский великокняжеский престол, ему подчинялись прочие уделы, но на самом деле длившаяся сто лет — с 1132 года — княжеская междоусобица превратила Русь в легкую добычу завоевателей.
За эти сто лет на Киевском великокняжеском престоле сменилось 48 князей. Нередко для захвата «стольного града» они привлекали наемников — викингов или, что чаще, половцев. Кочевники-половцы, понятное дело, приходили воевать на стороне одного из князей не только за деньги, которые в то время были все же понятием куда более условным, чем сейчас, но и за возможность безнаказанно пограбить мирное население. Более того, видя княжью междоусобицу, понимая, что Русь защищать особо некому, половцы почти каждый год совершали набеги, причем не только на юго-восточное пограничье, но и на крупные города Приднепровья. Согласно летописям, большие набеги были в 1150, 1153, 1155, 1159, 1161, 1164, 1167, 1168 годах. Это только те, которые зафиксированы, и это только те летописи, что дошли до нас, не сгорели, не были уничтожены.
Гражданская междоусобная война на Руси отличалась жестокостью русских князей по отношению к своему же, русскому, населению. Взятие Киева в 1169 году Андреем Боголюбским, внуком Владимира Мономаха, сыном Юрия Долгорукого, князем Суздальским, было чудовищно кровавым. Ипатьевская летопись описывает его так:
«…и два дня грабили весь город, Подол и Гору, и монастыри, и Софию, и Десятинную Богородицу, и не было помилования никому и ниоткуда. Церкви горели, христиан убивали, других вязали, жен вели в плен, разлучая силою с мужьями, младенцы рыдали, смотря на матерей своих. Взяли множество богатства, церкви обнажили, сорвали с них иконы, и ризы, и колоколы, взяли книги, все вынесли смольняне, и суздальцы, и черниговцы, и Ольгова дружина. А поганые зажгли монастырь Печерской Святой Богородицы, но Бог молитвами Святой Богородицы оберег его от такой беды. И было в Киеве стенание, и туга, и скорбь неутешная, и слезы непрестанные. Все же это случилось из-за наших грехов».
Впрочем, надо понимать, что грабить Киев пришел не только Андрей Боголюбский. Вместе с ним свои войска привели еще 11 князей — отобрать престол у Мстислава Изяславича. Это были князья не только северорусские, то есть суздальские или владимирские, но и южнорусские — Волынские Ростиславовичи, Черниговские Олеговичи, Переяславский князь Глеб. Это пояснение к тому, что сейчас на Украине историки пытаются объяснить — Украина была всегда, и вот уже, дескать, в 1169 году «клятые москали», ненавидевшие все «украинское», разграбили Киев, столицу древнеукраинского государства. На самом же деле все князья, участвовавшие в столетней смуте, считали себя русскими. Никаких украинцев никто не знал.
Впрочем, слово «украина» в летописи встречалось уже тогда. Все та же Ипатьевская летопись рассказывает о походе русских князей против половцев в 1187 году. Половцы, узнав о том, что на них идет русское войско, бежали за Днепр. На обратном пути один из князей Владимир Глебович «разболеся болестию тяжкою, ею же скончался». И далее летописец уточняет, что «был князь добр, и крепок на рати (то есть в бою), и мужеством крепок показашеся, и всякими добродетями наполнен, и о нем украина (в оригинале «Оукраина») много постона».
Ныне украинские ученые историки часто сслыаются на то, что вот оно, доказательство того, что Украина существовала уже тогда. На самом же деле Владимира Глебовича оплакивала не мифическая протоУкраина и даже не все русские княжества.
Украина в этом случае означает Переяславское княжество, которым он владел. Это южное пограничье русских земель, и слово украина-окраина уже тогда означало «приграничная территория». Кстати, в сербском языке до сих пор осталось слово «pokrajina», которое переводится как «провинция, область». Мы чуть позже увидим, что слово «украина/оукраина» в русском языке встречалось очень долго именно в значении «пограничье», но, что самое интересное, такое же значение оно имело и в польском языке.
Однако вернемся в разоренный Киев 1169 года. Долго сидеть в разгромленной великокняжеской столице Андрей Боголюбский не стал. Он просто провозгласил себя великим князем, но вернулся в свою землю, во Владимир. Киев к этому времени свой статус политического центра русского мира уже потерял. Безусловно, все помнили, что в Киеве Русь была крещена, что духовный центр, духовный корень Руси находится именно здесь, но жить на берегах Днепра стало почти невозможно. Гражданская война, половецкие набеги, сокращение торговли, ставшая опасной перевозка товаров по Днепру, падение уровня жизни создали условия для серьезных миграционных процессов. Население потянулось из Приднепровья на русский северо-восток, защищенный густыми лесами и болотами, или на русский запад, в Галицию и Волынь, потому что туда кочевникам было просто тяжелее добираться. Владимиро-Суздальская, Ростовская земля, вся северо-восточная область начали быстро заселяться, а области, прилегавшие к Киеву, так же стремительно стали пустеть.
В очередной раз Киев захватили, разгромили и сожгли в 1203 году смоленские и черниговские князья, в 1235 году черниговские уже сами, при поддержке наемных половцев, снова ограбили бывшую столицу. Киев был в таком ужасном состоянии, что когда Батый с войском подошел к нему в 1240 году, он увидел, что часть городских оборонительных сооружений так и не восстановлена после междоусобиц и в стенах города зияют незаделанные проломы от прошлых, русских, осад.
Так что в конце этого страшного междоусобного столетия каждый князь захватывал Киев лишь для того, чтобы считаться главным среди прочих, чтобы формально обладать великокняжеским престолом. Но после разорения Киева он отправлялся в свою вотчину, в свою столицу.
Когда на Русь пришли монголы, Киев взяли уже они, через два года после начала похода, в 1240 году. И существование независимого русского государства от Карпат до Оки прекратилось. В истории Руси началась новая страница.
С этого момента русский народ стал, вероятно, самым разделенным народом. Потому что, по сути, возникли два новых центра русского мира. На северо-востоке начало расти и крепнуть будущее Московское государство. На юго-западе, в предгорьях Карпат, стало укрепляться Волынско-Галицкое княжество. Каждый из этих центров мог стать будущим объединителем русского мира. Однако никаких сомнений в том, что это были части некогда единого государства, быть не может. Галицко-русский историк и публицист, сын литературоведа Юлиана Яворского, живший в США В. Ю. Яворский как-то отметил, что даже в названиях городов и мест отразилась вся эта русская миграция с Юга на Северо-Восток.
«В связи с огромным наплывом переселенцев в Суздальскую землю в XII–XIII вв. там началось строительство многих новых городов и селений. Многие из них получили названия покинутых в Киевской Руси городов, как, например, Звенигород, которых было несколько в Киевской и Галицкой земле, Переяславль, называемый Южным или Русским в Полтавской области, и появившиеся на реке Трубеже Переяславль-Рязанский, впоследствии Рязань и Переяславль-Залесский во Владимирской области. То же можно сказать и о Вышгороде, Стародубе, Галиче и некоторых других, названия которых встречаются в старинных киевских летописях. Из старинных актов XVI века известно село Киево в Киевском Овраге в Московской области, село Киевцы близ Алексина в Тульской области. Названия киевских речек Лыбедь и Почайна были перенесены в районы Рязани, Владимира и Нижнего Новгорода, как и название днепровского притока Ирпень, на приток Клязьмы во Владимирской области, или приток Оки в Калужской области был назван Киевкой. Из этих нескольких примеров видно, что переселенцы из Киевской Руси принесли на северную украину и названия дорогих их сердцу оставленных городов, селений, речек и даже оврагов.
Самым же убедительным и неопровержимым доказательством переселения огромного количества населения из Киевской Руси в северные украины представляет собой весь богатырский киевский эпос, созданный и запетый в Киевской Руси еще до XIV века, то есть до появления на юге России литовцев и поляков, о которых в нем даже не упоминается. Весь цикл былин о могучих богатырях времен Владимира Святого был совсем забыт в тех местах, где он был сложен, после происшедших там опустошительных татарских набегов. Впоследствии, уже в XV столетии, когда началось возвращение далеких потомков населения Киевской Руси, выселившегося в XII–XIII столетиях на юго-запад, о нем уже не вспомнили и запели новый эпос казацких дум о борьбе с татарами, турками и поляками: очередными народными врагами. Но на севере, в Приуралье, в Олонецкой и Архангельской областях, в далекой Сибири и во всех других местах расселения киевских переселенцев богатырские былины Киевской Руси сохранились во всей своей свежести, неизменной форме и напевности. В центральной Великороссии, где уже забыли склад былинного стиха и утеряли искусство его петь, живая память о русских богатырях, оберегавших на юге русский народ и русскую землю от степных орд, сохранилась в прозаических сказаниях».
Но если историю Северо-Восточной Руси, Московского княжества, мы отлично знаем, то история Южной Руси для нас обычно сплошная загадка. Мы ее просто не изучаем. И можно сказать, что Украина как государство, восприятие Украины как чего-то особенного, признание особой «украинской» истории заложено в наших школьных учебниках. Ведь как нам преподают историю в школе? Вполне линейно. Древняя Русь — Киевская Русь — нашествие монголов — 300 лет ига — возвышение Московского княжества — укрепление Московского государства — рождение Российской империи.
Такая схема была в советских учебниках, она осталась и в современных, а появилась она еще в царской России и была призвана продемонстрировать полнейшую логичность воцарения на престоле династии Романовых. В этой убийственной для национального восприятия схеме заложена страшная идеологическая бомба. История Западной и Южной Руси нами в школах порой вовсе не изучается. Вот после нашествия монголов Западная Русь словно погружается во тьму. Ее история перестает нам быть интересной. В лучшем случае, мы изучаем историю Великого княжества Литовского, причем в учебниках она изложена так, что становится ясно — Литва была всегда врагом Москвы и всего русского. На самом же деле, Великое княжество Литовское и Русское (а именно так звучит его полное название) было всего лишь западнорусским государством, конкурентом Москвы, и для русских людей очень долго сохранялся внутренний выбор «на какой Руси жить хорошо?»
Мы в школе часто читали Пушкина, его известное стихотворение «Клеветникам России», где есть такие строки:
Нынешнему школьнику, да и взрослым, малопонятно, при чем тут Литва. Какие там славяне, если они, литовцы, вообще-то не славяне. Но вот Пушкин в начале 19 века еще помнил, что Литва, точнее Великое княжество Литовское, — это государство, в котором говорили на русском, где религией было православие, где возникло русское книгопечатание — а вовсе не в Москве, как мы привыкли считать.
Итак, попробуем кратко, но по порядку разобраться в истории Западной Руси и княжества Литовского. Потому что историю Московского княжества, а потом и государства, мы и так неплохо представляем (точнее, должны представлять).
Мы уже говорили, что Западная, или, как часто принято ее еще называть, Галицко-Волынская, Русь росла и крепла экономически и политически, потому что туда устремились беженцы из Приднепровья. С одной стороны, отражая притязания на свои земли польских и венгерских королей, местные князья также участвовали в междоусобице, захватывали Киев и к началу монгольского нашествия сделали Галицко-Волынское княжество сильнейшим среди русских. В том, что они считали себя русскими, никаких сомнений нет. Галицко-Волынская летопись совершенно определенно характеризует князей как русских, землю — как русскую, а галицкого князя Романа, с правления которого и начинается список, как «приснопамятнаго самодержьца всея Руси».
Начало правления князя Романа совпало с важными историческими событиями. Под натиском крестоносцев пала Византия, и в 1204 году вместо нее была создана Латинская Империя. Православная Русь стала новым объектом экспансии католического Запада. И вот, собственно, поэтому соседи Галицко-Волынской Руси — Польша и Венгрия — начинают войну против нее. При этом Папа римский предлагает князю Роману стать первым русским королем. Принять католицизм, признать главенство папы — за это Роману пообещали помощь и поддержку. Князь Роман папских послов выслушал и отправил восвояси. Вскоре он довольно внезапно умер, и, по предположению летописцев и историков, его смерть случайной не была.
Карта Галицко-Волынского княжества в 13–14 вв.
После смерти князя Романа его вдова была вынуждена обратиться к королю Венгрии за помощью и покровительством. Иначе она с малолетними детьми вряд ли смогла бы сохранить трон от притязаний бояр. В 1206 году в титуле короля Венгрии появились слова «король Галича и Владимира». Историк Андрей Дикий в книге «Неизвращенная история Украины-Руси» писал, что роковые последствия этого шага сказались много столетий спустя:
«Последствия этого добавления к титулу сказались много столетий спустя: в 1772 году, при разделе Польского государства между Австрией, Пруссией и Россией, Австрия получила Галицию. Австрийский император тогда был и «Королем Венгрии» и как таковой был признан Россией и Пруссией «законным» наследником Галицкой Руси».
Впрочем, заступничество венгерского короля все равно не помогло. Вдова князя Романа была вынуждена бежать с детьми в Венгрию, в княжестве началась смута, которую смог остановить новгородский князь Мстислав. Он выдал дочь замуж за сына Романа, князя Даниила, сам себя провозгласил Галицким князем, а после его смерти в 1228 году юный Даниил Романович занял княжеский престол. Эта история довольно много проясняет в системе отношений Киевской Руси. Для жителей Галиции, точнее для галицких русских, новгородский князь Мстислав Удатный (то есть Удачливый, кстати, дед Александра Невского) не был чужаком. Он был своим, русским, и его воцарение на галицком престоле поддержало все уставшее от смуты население. Это к вопросу о том, что, дескать, Восток и Запад Руси (или иначе Московия и Украина) всегда противостояли друг другу. Именно это пытается внушить украинская историография. В действительности же русские в Новгороде или Галиче не видели никакой разницы между собой.
И тот же князь Даниил Романович еще совсем молодым принимал участие в знаменитой битве на реке Калке в 1223 году. В ней участвовали объединенные силы русских князей — от западных до северо-восточных. Это снова к вопросу о якобы традиционном противостоянии русского Востока и Запада.
Князь Даниил стал одним из влиятельнейших, как сейчас сказали бы, «политических игроков» своего времени. Он смог отстоять свое Галицко-Волынское княжество от правителей Польши и Венгрии, пытавшихся вмешиваться в его дела.
Даниил, впрочем, не смог объединить Русь, хотя и очень сильно стремился это сделать, не смог он и противостоять в полной мере монголам. Когда после взятия Киева Батый двинулся на запад, в Галицко-Волынскую Русь, он уничтожил город Галич, а Даниил не добился помощи от венгерского короля. В итоге Даниил Романович, как прочие русские князья, был вынужден поехать в Орду и получить у хана ярлык на княжение. Он не стал восстанавливать почти полностью уничтоженный Галич, он построил новую столицу, город Холм, и основал Львов, назвав город в честь старшего сына Льва.
Даниил, конечно, понимал, что бороться с татарами ему одному не по силам. И пока его двоюродный брат Александр Невский отражал атаку рыцарских орденов на Северо-Западную Русь, на Новгород и Псков, Даниил пытался найти союзников на Западе — в Польше и Венгрии. В Риме понимали, что князю Даниилу деться особо некуда, и сделали ему то же предложение, что прежде делали его отцу. Пообещали поддержку католических государств и титул первого русского короля. Если он согласится принять корону от Папы римского. Даниил долго раздумывал, взвешивая все за и против, он помнил, что его матери поддержка венгерского короля не очень-то и помогла. Он помнил также, что в 1240 году венгры и поляки не поддержали его в борьбе с войском Батыя. В итоге он все же согласился, впрочем, короновался тихо, незаметно для своих подданных, в небольшом городе Дорогичине.
Поделиться книгой: